Очень плохая няня для дракона

— Лорд Эмбер меня убьет, — обморочным голосом проговорила я, глядя на то, что притащили дети домой в этот раз. — Сначала уволит, а потом убьет.

— Не убьет, — авторитетно заявила Мисси. — Ты ему нравишься.

Бросив взгляд на девочку, я выгнула бровь. Лорд Эмбер терпеть меня не может. Это ясно как день.

Все началось с кота. 

Но кот, в целом, не предвещал ничего плохого. 

Конечно, мой наниматель, лорд Эмбер, разозлился, когда обнаружил его у малышки Мисси в кровати.

Убежденный холостяк, гениальный ученый, одиночка по натуре, дракон с по-драконьи взрывным характером, он терпеть не мог, когда что-то шло не по плану. 

Возможно, поэтому он ни разу не был женат, несмотря на очередь из невест, которые горели желанием спасти его от одиночества своей любовью. 

Ну и заодно получить в мужья такого завидного жениха: красавца, лорда, дракона. Богача, в конце концов. Сплошные плюсы.

На мой взгляд, бедняжки не до конца понимали, во что ввязывались и должны были радоваться, что их попытки не приводили к успеху.

Впрочем, это не мое дело.

В мои обязанности как няни входило сделать так, чтобы в доме, где временно жили двое осиротевших племянников лорда Эмбера, все шло по плану, чинно и спокойно.

И тут — кот. В кровати старшенькой, Мисси.

Ну упс.

“Няня разрешила!” — сдала тогда меня Мисси, прижимая его к себе

И не уточнила, что без этого черного наглого чудовища плакала во сне или вовсе не засыпала.

Ладно, полбеды.

Кот, птенец пустельги, крохотный щенок, который за два месяца вырос так, что теперь напоминал новорожденного теленка…

Но это!

— Мисси, — одними губами проговорила я. — Что это?

Мы стояли в просторной ванной, стены которой были выложены бирюзовой мозаикой. 

Изысканная комната, я всегда ею любовалась.

Особенно медной ванной в центре, большой, в которой легко поместился бы взрослый мужчина.

Правда, теперь в ней плескался…

Я тайком себя ущипнула.

Мне же чудится?

Пусть бы чудилось.

— Он грустил, и я решила его забрать к нам, — ответила Мисси. — А как мы его назовем? Он такой милый!

Я сглотнула и перевела взгляд на ванну.

Обычная.

За исключением того, что в ней плескался крокодил. 

Небольшой такой.

Ровно под длину ванны.

Может…

Нет, точно крокодил.

Вертикальные зрачки, огромная пасть, продолговатое тело. 

Один в один крокодил.

Мы с Мисси недавно ходили смотреть как раз на такого в разъездной зоопарк.

— Мисси… скажи, что это неправда.

— Что именно? — посмотрела она на меня янтарными честными глазками. 

— Это.

Как будто почувствовав, что говорят про него, крокодил ударил по воде хвостом и издал утробный рычащий звук.

Огромная пасть открылась, обнажив ряд клыков. От страха мое сердце подскочило к горлу.

Один вопрос.

Как?!

Как Мисси притащила в дом крокодила в два раза больше себя самой?! Конечно, Мисси дракон и намного сильнее обычных людей… но как?! Она ведь еще ребенок. Ей семь!

— Мисси…

— Тетя в зоопарке сказала, что у него депрессия! Это потому что он один, и у него нет семьи — и я его забрала! Чтобы он жил с нами, у него были семья и дом!

Конечно.

Всем нужны семья и дом.

И коту, и щенку, и птичке.

И крокодилу.

Не поспоришь.

— Лорд Эмбер меня уволит, — спокойно, как висельник перед казнью, сказала я. — Сначала убьет, потом уволит. 

— Не уволит, — серьезно ответила Мисси. — Из-за кота же не уволил? Хотя тоже грозился.

Не к добру упомянутый кот, черный шерстяной кусок надменности и непослушания, сидящий на полу у ванны, в этот момент осмелел.

Запрыгнул на бортик, наклонил ушастую башку. 

Подождал пару секунд, а потом врезал лапой по макушке крокодила. 

Крокодил от такого хамства открыл пасть и уставился на кота глазом с узким вертикальным зрачком.

За моей спиной раздался возбужденный клекот, и я дернула головой.

— Нет, Лиам, мы его не оставим.

Снова клекот. 

Я вздохнула.

Кто бы мне сказал, что малыши-драконы умеют так умилительно клекотать, почти как птенчики?

Лиам, младший брат Мисси, никогда не превращался в человека — всегда находился исключительно в облике дракона.

Целители сказали, это последствия стресса после гибели родителей, и ему нужно время.

Но время шло, ничего не менялось.

Лиам приземлился мне на плечо и потерся носом о висок, впившись коготками в кожу.

— Мы вернем его сегодня же, — решительно сказала я. — В мэрию. А они пускай сдают его в зоопарк. Или… да пускай сами разбираются, они же мэрия, это их работа.

В этот момент входная дверь хлопнула, и я замерла. Сердце от страха рухнуло в пятки.

Ну все. 

Если лорд Эмбер, мой наниматель, увидит, что дети в его отсутствие притащили в дом крокодила…

Мне конец.

Я ведь их няня!

Должна следить за порядком, воспитывать их, чтобы они были послушными, умненькими, не отвлекали лорда Эмбера от работы и вели себя пристойно.

Я посмотрела на крокодила.

Он посмотрел на меня.

Честно говоря, я вряд ли справлялась.

— Лорд Эмбер, у вас такой прекрасный дом! — воскликнул мягкий женский голос, сладкий, как патока, и звонкий, как колокольчик. 

— Это вы еще фамильный склеп не видели, — откликнулся усталый мужской голос. 

Женский смех.

— Ах, лорд Эмбер, вы такой забавный!

О, она себе даже не представляет. 

— Очередная однодневка, — прошептала Мисси.

— Нельзя так говорить, — укорила я, вспомнив о своих педагогических обязанностях.

— Но это правда, — моргнула она, янтарные глазки на бледном лице блеснули.

Дракончик на моем плече согласно заклекотал.

В целом, дети были правы.

Хотя мне, как приличной няне, даже задумываться о таком не стоило, не то что обсуждать.

Женщины в дом лорда Эмбера приходили часто, каждый раз — разные. И ни одна из них не задерживалась надолго.

Я бы хотела сказать, что лорд Эмбер был повесой, не пропускающим ни одной юбки, но тут дело было в другом. 

И я ему даже немного сочувствовала. 

— Сегодня так жарко, лорд Эмбер! — томно протянула гостья. — Хотите, я приготовлю для вас лимонад? Или — сырный суп с курицей? 

Вы посмотрите, с козырей заходит.

Может, задержится надолго.

Дня на два.

— А вас разве не ждут дома к обеду? — спросил лорд Эмбер, и в его голосе легко угадывалась безнадежность.

— Нет, до вечера я абсолютно свободна и могу вас побаловать. Вы нигде не попробуете такого сырного супа, как у меня! Я считаю, женщина обязательно должна вкусно готовить и баловать своего мужчину. Вот только… где я могу помыть руки и слегка припудрить носик?

— По коридору направо.

Женщина заспешила в нашу сторону, быстро стуча каблучками.

Мы с Мисси переглянулись.

А потом посмотрели на крокодила, который любопытно поднял голову и принялся выбираться из ванной, неловко поскальзываясь на гладких медных бортах.

Новая “однодневка” лорда Эмбера, сладкий запах духов которой уже начал щекотать ноздри, его явно заинтересовала.

— Смотри, он хочет знакомиться с новыми людьми, — радостно прокомментировала Мисси. — Ему уже лучше, в зоопарке даже не шевелился!

Я едва успела толкнуть ее себе за спину, потому что неповоротливый крокодил, набрав скорость, резво бросился к двери ванной, виляя чешуйчатым хвостом.

В дверях показалась стройная девушка в розовом платье.

— Осторожно, — вежливо предупредила я. — Тут…

Опустив взгляд вниз, девушка закричала и упала на спину, не удержав равновесие.

Крокодил, дружелюбно открыв пасть, приблизился к ней вплотную.

— Что за… — в дверях появился лорд Эмбер. —  Е-р-р-ресь!

Высокий, темноволосый, смуглый, с яркими, как у Мисси, янтарными глазами.

У меня, как это всегда бывало, сердце сбилось с ритма при его появлении. Ну а у кого бы не сбилось? Я таких красивых драконов даже на открытках раньше не видела.

Встав между раскрывшим пасть крокодилом и подвывающей от страха девушкой в розовом, лорд Эмбер вскинул взгляд на меня.

— Мисс Фицрой! — рявкнул он. — Откуда в моей ванной крокодил?

Привет! Добро пожаловать в новую историю. Визуал лорда Эмбера (конечно, он носит рубашки. А жаль :)) 

Два месяца назад я и подумать не могла, что буду работать гувернанткой у дракона. 

В то солнечное весеннее утро от матушкиного плача закладывало уши. 

Хотя, по-хорошему, это я должна была плакать.

Кто здесь брошенная невеста? Я.

Кому изменял жених? Мне.

Чей жених уже успел сделать предложение моей кузине и сейчас упоенно готовится к свадьбе? Мой.

У кого сердце разбито?

Ну уж нет. 

Я решительно защелкнула саквояж и выпрямилась.

Еще не хватало убиваться по Уильяму, чтоб ему икалось, Денчу.

Даже вспоминать обо всей этой истории не хочу.

Опустив взгляд вниз, я мстительно затолкала поглубже под кровать пышное свадебное платье, которое могла бы надеть сегодня. 

Но свадьба, как бы это поделикатнее сказать, сорвалась. 

Впрочем, в деликатных разговорах не было нужды: все и так уже были в курсе.

Вопиющий позор! 

Впору было бы уйти в монастырь — если бы меня волновала репутация.

Хорошо, что не волнует.

Я теперь старая дева, чего мне стесняться?

Одна радость: семейная жизнь Уильямом теперь — проблема моей кузины.

Совет им да любовь.

А с меня, пожалуй, хватит любовных приключений. 

В конце концов, вчера мне стукнуло тридцать.

На скамейке старых дев для меня уже несколько лет готовилось теплое местечко, от которого я старалась убежать, выйдя замуж за Уильяма Денча — единственного мужчину, достаточно храброго для того, чтобы сделать мне предложение.

Что ж, судьба распорядилась по-другому. 

Так тому и быть.

В целом, так даже лучше. На месте моей кузины, которая скоро станет женой Уильяма, я бы завидовала мне.

А меня ждет новая жизнь, к которой я абсолютно готова.

Подхватив саквояж, я направилась к выходу из комнаты. 

— Не пущу! — выкрикнула матушка, влетая ко мне в комнату и загораживая собой дверной проем. — Даже не думай, слышишь!

Ее светлые волосы, обычно уложенные в аккуратную высокую прическу, растрепались. 

В голубых глазах плескался ужас, красивое лицо с мягкими чертами, покрытое тонкой сеточкой морщин, было перекошено.

— Все уже решено, — мягко проговорила я. — Мам, ты, главное, не нервничай. 

“Возраст уже не юный”, — чуть было не сказала я, но прикусила язык.

Матушка гордилась тем, что вышла замуж очень рано, в семнадцать лет, и не за кого-нибудь — за самого лорда Фицроя. А через год уже родилась я. 

Нас часто принимали за сестер, и матушке это очень льстило. 

Она вообще считала, что мерило успеха женщины — это то, как быстро и удачно она вышла замуж. 

По собственным меркам она была очень успешной женщиной.

“На твоей свадьбе я буду подружкой невесты”, — мечтала мама все мое детство.

Она мечтала об этом и когда мне было девятнадцать, двадцать, двадцать пять… 

Постепенно мечты покрывались пылью: никто не спешил делать мне предложение.

Ничего удивительного, в целом: завидной невестой меня нельзя было назвать даже с натяжкой.

Во-первых, после смерти отца все наследство, включая деньги, акции и содержимое банковских счетов до самого последнего дублона, отошло его дальнему кузену. 

Потому что мы с мамой — женщины и наследовать имущество просто не могли. 

Неразумные же.

Как нам землю доверить? А акции?! Женщинам?! 

Невозможно.

Сыновей у отца не было. 

В общем, нам с мамой наследник отца пожаловал поражающее щедростью содержание, благодаря которому мы не умирали от голода, а еще — дом на окраине королевства.

Находился этот дом в местечке с гордым названием Чистые Пруды.

Особняк — это плюс.

С дырявой крышей и выводком пауков — это минус. 

Во-вторых… долго перечислять.

— Доченька, у тебя еще есть шансы выйти замуж, — вдруг дрожащим голосом проговорила мама и коснулась моей щеки.

Я на секунду прикрыла глаза, ощущая в груди болезненный укол. 

Предательство Уильяма ранило сильнее, чем я ожидала, так что мамино утешение пришлось кстати. 

— Никогда не отчаиваивайся, — твердо сказала мама. — Да, в тебе нет магии и ты не сможешь родить магически одаренных детей. 

Я открыла глаза и отстранилась.

— Мама… — предупреждающе начала я.

— Да, у нас временные материальные трудности, — продолжила она.

— Мама.

— Да, ты плоская, как доска, и тебе уже тридцать, и характер у тебя…

— Мама перестань!

— Тяжелый, — вздохнула она. — Но у тебя еще есть шансы выйти замуж! Знаешь, мне тут рассказали про такой ритуал, нужно найти только сердце козла…

— Никаких больше козлов, — откликнулась я и подхватила саквояж. — Я опаздываю.

Лицо мамы исказилось, она вцепилась обеими руками в дверной косяк, как будто ожидала, что я ее толкну.

— Ты не будешь работать гувернанткой! — воскликнула она. — Только через мой труп!

— Не ставь меня перед выбором, я уже все решила.

Я попыталась проскользнуть в дверь, но матушка, вполне миниатюрная, умудрилась загородить собою проем безо всяких проблем.

— Это позор! — воскликнула она. — Ты Фицрой! И не пойдешь работать какой-то гувернанткой! В чужой дом! В чужую семью! Кто на тебе после этого женится?

Никто, и я это отлично понимала.

Но — можно подумать, что сейчас у нашего особняка толпилась очередь из тех, кто готов предложить мне руку, сердце и другие части тела. 

Не толпилась. 

Увы.

— Мама…

— Ты. Никуда. Не. Пойдешь.

Святые бисквиты, я хорошо знала этот тон. Он значил, что спор будет долгим, но времени совсем не было: я опаздывала на собеседование.

Потом я решилась пойти на отчаянные меры.

Сунула пальцы в рот и свистнула.

С люстры спикировала черная тень и пронеслась над матушкиной головой в коридор. 

Она охнула, отшатнулась, и я скользнула мимо нее, покрепче сжав ручку саквояжа.

— Виктория Фицрой!

Прибавив шагу, я рванула к лестнице.

Мой ручной ворон Мордекай, та самая черная тень, приземлился на плечо и каркнул, впиваясь когтями в кожу через тонкую ткань платья.

— Умница.

С животными у меня всегда получилось находить общий язык намного лучше, чем с людьми.

Кто бы знал, что это скоро станет проблемой.

— Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю! И убери это чудовище из нашего дома, сколько раз просила!

Я сбежала вниз по лестнице и рванула на себя входную дверь.

Снаружи моросил дождь, гравийную дорогу украшали разноразмерные лужи.

— Стой! — воскликнула матушка. — Ах ты… Здравствуйте, миссис Моррис. 

Матушка замерла, увидев нашу пожилую соседку.  

Воспользовавшись заминкой, я свернула в узкий проем между домами и поскорее припустила вперед.

— Виктория!

Тридцать лет уже Виктория. Ничего нового.

Но сейчас у меня были дела поважнее, чем сокрушаться о неудавшейся судьбе.

Я опаздывала на собеседование к моему нанимателю. 

И да.

Я шла туда, уже упаковав вещи в саквояж.

Потому что мне нужна была эта работа, и отказ я не готова была принять.

Очень долго никто не хотел нанимать… меня. 

Девицу из обедневшего рода, которую жених бросил накануне свадьбы, не одаренную магически, еще и — не имеющую опыта работы с детьми.

Но наконец дурак… хм, в смысле, смельчак, нашелся: какой-то приезжий господин с двумя детьми.

И не планировала его упускать!

Я самая лучшая гувернантка, которую он может найти!

Осталось убедить в этом его.

Раздумывая о том, как получше себя продать, я перепрыгнула огромную лужу, врезалась в идущего навстречу высокого мужчину.

— Извини…

Я отшатнулась, пытаясь одновременно отстраниться и не наступить в воду.

Потеряла равновесие.

Мужчина схватил меня за руку, ладонь загорелась, как будто я ее обожгла.

От боли я вскрикнула.

— Твою ж ер-р-ресь! — ругнулся мужчина сквозь зубы.

В этот момент что-то бросилось под ноги, толкнуло меня в голень, и мы оба упали в лужу: я, потерявшая равновесие.

Мужчина, в руку которого я вцепилась так сильно, как будто он пообещал отвести меня к алтарю.

Лужа оказалась глубокой. 

Холодной.

Мокрой.

— Извини… — открыв глаза, я поперхнулась словами. — …те.

Прямо на меня смотрели янтарные глаза дракона.

Злющие.

Предчувствие кричало, что ничего хорошего от этой встречи ждать не приходится.

И не обмануло.

Но тогда мой рот открылся сам собой. Я слова не могла выдавить от удивления.

Дракон! Настоящий! 

В нашем захолустье!

Да у нас даже открытки с изображениями драконов не продавали, потому что их раскупали по дороге и сюда они просто не доезжали.

И тут дракон! Живой!

Говорят, один дракон в бою стоит целой армии магов.

Дракон, которого я встретила и случайно уронила, выглядел так, как будто прямо сейчас готов доказывать свою драконью профпригодность.

Жечь врагов, например, меня — особенно.

Злющий, напряженный, твердый от мышц и горячий от бурлящей внутри магии. 

А я — только что искупала его в луже. 

За исключением янтарного цвета глаз, дракон выглядел как обычный мужчина: смуглый, темноволосый, крепкий, с правильными чертами лица и носом с горбинкой.

Ладно, возможно, не такой уж обычный: обычные мужчины не бывают такими пугающе красивыми.

Над нашими головами насмешливо каркнул ворон Мордекай.

В тишине раздался звук, как будто на костюм дракона что-то капнуло.

Я молилась, чтобы это был дождь, а не Мордекай.

— Погода сегодня дождливая, не правда ли? — на всякий случай сказала я.

Руку, которой я цеплялась за ладонь дракона, по-прежнему жгло, и я усилием воли разжала пальцы.

Неловко вышло.

Почему вообще так жжется?

У меня что, на драконов аллергия? Вот так прожила бы всю жизнь и не узнала.

— Прошу прощения. 

Стоило мне его отпустить, как дракон встал, оглядел себя.

Упс.

Роскошный костюм из плотной черной ткани был заляпан грязью, я выглядела… даже хуже.

Лужи в городке с названием Чистые Пруды были далеко не чистыми.

Проклятье!

А ведь сегодня собеседование. Уже через… пять минут.

Может, еще успею переодеться? 

— Прошу прощения, мне очень нужно бежать! Было так приятно с вами встретиться! — Святые бисквиты, что же делать? — Давайте я вам помогу! Мне правда очень-очень жаль!

Встав — и от шока проигнорировав протянутую руку дракона, — я потянулась к нему и принялась отряхивать грязь с его жилета, пиджака и рубашки.

Стоила его одежда наверняка раза в два дороже того дома, где мы жили с матушкой, пауками и вороном Мордекаем: тонкая гладкая ткань, наверняка зачарованная, потому что грязь в нее не впитывалась и легко стряхивалась. Она просто стекала, как вода стекает со стекла.

Надо же, как интересно.

В самом деле не впитывается. 

А карманные серебряные часы на тонкой цепочке — интересно, они тоже усовершенствованы магически?

— Может, вы мне и спинку потрете? — медленным тягучим голосом спросил дракон.

Ой. Какой у него... голос. Ого. 

Я отшатнулась, резко отдернув руку, и случайно задела цепочку часов. Ну и... должно быть, зажим был неисправен. По-другому я произошедшее объяснить не могла. И вообще — нечего в нашем городке в открытую носить такие дорогие вещи. 

Описав в воздухе дугу, часы вылетели из кармана жилета и шлепнулись прямо в лужу за моей спиной. А затем...

— Мордекай, нет! — безнадежно воскликнула я.

Но не то чтобы Мордекай меня слушался в те моменты, когда ему не хотелось этого делать. 

Он был вороном, но обожал все блестящее, как самая настоящая сорока.

Секунда — и вот Мордекай, спикировав вниз, подхватывает обеими лапами серебряные часы и, стремительно набирая высоту, улетает.

Я провожала его взглядом, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание от испуга.

Мой ворон.

Украл серебряные часы.

Принадлежащие дракону.

Будь проклят тот день, когда я решила спасти его, маленького, из кошачьих лап и выходить!

Пускай бы ели.

Нужно вечером облазить все тайники Мордекая, о которых я знаю: вдруг найду пропажу?

И нужно уже заняться его дрессировкой! 

Или сплавить в лес, уже взрослый, пускай живет отдельно.

Я потянулась к саквояжу, но дракон схватил меня за локоть.

— Думаете, ловко это устроили? Верните часы, — рыкнул он. — Немедленно. 

От ехидного благодушия во взгляде не осталось и следа. Сплошная злоба. Не могу его за это осуждать.

Ну, упс.

И что делать? 

Вот знал бы этот дракон — как я потом выясню, лорд Эмбер, приехавший в наше захолустье совсем недавно и далеко не по своей воле, — что я буду воспитывать его племянников...

Удавил бы, наверное, вот в тот же момент. Просто во избежание.

Потому что я совсем не была похожа на няню, которую он хотел видеть рядом с детьми.

Абсолютно.

Но ему в то утро тоже не везло.

— Часы, — рыкнул дракон. 

Сглотнув, я попятилась, но дракон только сжал мой локоть сильнее.

— Сейчас же, — тихо и угрожающе проговорил он.

Что ж он так… расстроился. Ладно. Я бы тоже расстроилась.

— Это ужасное недоразумение, — начала я, вежливо улыбаясь. — Я не могу. Их украл ворон. Вечером я попробую… Вы знаете, у Мордекая много заначек. Одна из них на крыше, я бы проверила ее сейчас, но… ужасно опаздываю. Он не со зла. Просто любит, знаете. Блестящее.

И сладости.

И появляться в самые неподходящие моменты.

— Держите меня за идиота? 

Вот… я в отчаянии закусила губу.

И что мне стоило пойти в агентство другой дорогой?

Нет, конечно, как и каждая порядочная девушка, я мечтала однажды встретить дракона. И чтобы он в меня влюбился, это всенепременно. 

Если уж мечтать, то ни в чем себе не отказывая, правильно?

У меня даже книжка такая была, которую я за бесценок купила на ярмарке и ревностно хранила в коробке под кроватью. Там дракон встречал простую девушку, она оказывалась его истинной (ну конечно), а потом они жили долго и счастливо, победив всех врагов и соперниц. 

“Виктория, как можно такое читать! — морщила нос матушка. — Это чтиво не для леди, а для плебеек!”

Как будто я не заметила, что на несколько дней эта книжечка пропала, а матушка слишком уж подолгу просиживала, уткнувшись в “Свод правил леди для любой ситуации”.

Мечтать не вредно, тем более, что драконы не водились в нашем захолустье и вообще — женились на своих. Наверное.

Не то чтобы я многое знала о драконах.

Знала только, что они — элита королевства, самые влиятельные и богатые аристократы. 

Ничего удивительного, учитывая, что они могли обращаться в огромных летающих ящеров и сжечь в одиночку, например, город.

Сложно с такими предпосылками не стать влиятельным. 

Самые сильные человеческие маги им в подметки не годились.

Вообще-то мне любопытно было взглянуть на дракона хоть разочек. 

Мечтая об этом, я как-то не думала, что это будет связано с тем, что мой ворон этого дракона обворует, и я попаду в переплет.

Что-то мне подсказывало, что его карманные часы стоят дороже, чем вся моя жизнь.

— Я… Послушайте, это случайность… 

— Вы думаете, я поверю в то, что привлекательная девушка случайно толкнула меня в лужу, случайно сняла с меня серебряные часы и случайно их в этот же момент украл ворон?!

Привлекательная?

Дракон назвал меня привлекательной?

Ох…

Он слепой?

— Живо! — рявкнул дракон, и под кожей быстрыми всполохами пронеслись языки пламени, янтарные глаза блеснули. — Иначе…

Он угрожающе замолчал.

В этот момент раздался гулкий удар городских часов, потом — еще один, и еще.

Три часа дня!

Я опоздала в агентство! На собеседование!

К единственному господину, который собирался рискнуть и нанять меня гувернанткой.

— Мне очень нужно идти. Пожалуйста.

— А мне нужны мои часы, — возразил дракон, сжав мой локоть еще крепче. 

Патовая ситуация.

Закусив губу, я посмотрела за плечо дракона — в конец улицы, где за поворотом, на главной площади, находилось агентство по трудоустройству.  Так близко!

— Послушайте…

— Л-л-лорд Эмбер! — раздался вдруг крик далеко за моей спиной. — Л-л-л… Ох, силы небесные… Ох… Л-л-лорд…

Обернувшись, я увидела в конце узкой улицы тучную фигуру мужчины, который, припадая на правую ногу и держась за правый бок, бежал к нам. 

Так быстро, как мог. 

То есть — довольно медленно.

— Л-л-лорд Эмбер, — задыхаясь, восклицал он. — Как х-х-хорошо… я вас нашел. Вы не представляете. 

Когда мужчина приблизился, я смогла рассмотреть и необычный крой его костюма, и необычный цвет ткани. У нас так не носили — должно быть, этот мужчина, как и встреченный мною дракон, прибыл из столицы. Волосы у него были темными, лицо — гладко выбритым.

— Благословение, — выдохнул мужчина, добравшись до глубокой и широкой лужи, в которой мы с драконом только что искупались и в которой до сих пор отмокал мой саквояж. — Благо…

— Мистер Стьюард, что за срочность? — холодно произнес дракон, и от его голоса у меня по спине пробежали мурашки.

Как он умудрялся одновременно говорить так угрожающе и так… приятно для слуха?

Это одна из особых черт всех драконов?

— О, вы с дамой! — полный мужчина выпрямился и окинул нас взглядом, продолжая держаться за бок. Тонко улыбнулся. — Ваша матушка будет в восторге. Простите, что отвлекаю, видите ли, произошло недоразумение. Дети…

Дракон тихо рыкнул.

— Что на этот раз? — процедил он. — Уронили люстру? 

— Нет! Я ее с тех пор закрепил, надежно. 

— Стащили джем из кладовой и объелись?

— Нет! Ничего такого!

Дракон прищурился. 

— Тогда почему вы меня отвлекаете?

— Простите! Это… произошло недоразумение… Я… был занят на кухне. Вы знаете, жаркое требует внимания, особый рецепт. Дети… Они…

— Быстрее!

Дракон шагнул навстречу тучному мужчине, отпустив мою руку. Я отшатнулась. 

— Что они сделали на этот раз? — процедил дракон, и я попятилась. 

Неужели это мой шанс?

— Они… они… Вы понимаете…

Дальше слов мужчины я не услышала, потому что их заглушил громоподобный рык дракона: “ЧТО?! И ВЫ МОЛЧАЛИ?”

Я продолжила пятиться.

Не знаю, что натворили дети этого дракона (у него есть дети? а жена?), но я им не завидовала. 

“КАК ВЫ ТАКОЕ ДОПУСТИЛИ?!” 

От низкого драконьего рыка задрожала земля. 

Пятясь от него все дальше и дальше, я убеждала себя в том, что — точно верну ему часы.

Буду пытать Мордекая, читая ему вслух книгу про драконью любовь, если это будет необходимо.

Я не сбегаю.

Это просто… тактическое отступление. 

Мне нужна работа.

Очень. 

Моя цель — заработать денег и уехать вместе с матушкой куда-то, где нас никто не знает. И где мне вслед не будут шептаться и обзывать "старой девой" или "пустоцветом". Я слышала, в больших городах не считается зазорным для любой девушки работать и даже — не иметь мужа. Даже в тридцать. Я хотела туда.

Добравшись до конца улицы, я повернулась и быстрым шагом направилась к агентству по трудоустройству: одноэтажному зданию из белого кирпича.

Я верну дракону часы. Чего бы мне это ни стоило. Найти его будет легко: попробуй потерять дракона в Чистых Прудах.

Святые бисквиты, надеюсь, у меня еще есть шанс получить работу. Я не знала имени своего будущего нанимателя, но наверняка это небогатый человек, который просто не может себе позволить квалифицированную сотрудницу.

Наверняка он отчаялся настолько, что мое пятиминутное опоздание не сыграет большой роли.

Мы поможем друг другу.

У меня — появится работа.

У него — я. И я изо всех сил постараюсь быть его детям хорошей няней. В меру строгой, в меру сдержанной, в меру снисходительной.

Такой, с которой в доме царит порядок, а дети становятся кроткими ангелочками. 

Как положено.

В детстве, пока отец был жив и мы жили в доме получше и в городе побольше, у меня была гувернантка.

Так что я примерно представляла, что от меня требуется.

Уже ступая на порог агентства и молясь про себя всем силам небесным об удаче, я услышала крик.

— Пустите! Уберите руки! Нет!

Я обернулась.

Источник звука найти было легко: несколько выпивох у входа в таверну скрутили уличного кота и с хохотом привязывали к его хвосту веревку с привязанными к ней звонкими бутылочными горлышками. Кот, черный, косматый, явно бродячий, вырывался и шипел, как демон, но бестолку.

Я остановилась.

— Пустите! — снова разнесся по округе тонкий крик, почти писк.

Девочка, тощая, в каких-то лохмотьях, лет семи на вид, бросилась к коту. 

— Пустите Пушка!

— Отвали, малявка.

Я бросила взгляд на деревянную покосившуюся дверь агентства по трудоустройству.

Потом — на девочку.

Снова на дверь.

Снова на девочку.

Вздохнула. 

И направилась к таверне. 

Не то чтобы я имела хоть малейшее представление о том, как справиться с четырьмя взрослыми мужчинами.

Но они мучили кота!

— Брысь, мелочь.

И толкнули девочку так сильно, что та упала в грязь.

Но... что делать? У меня не было магии, чтобы с ними справиться. Ни капли. Звать на помощь? Кому есть дело до бродяжки и кота? 

Но придумать что-то нужно, обязательно.

Добро пожаловать в новую историю, дорогие читатели. Надеюсь, она вам понравится:) 

— Пустите! Пустите Пушка!

Тощая девочка бросилась к выпивохам, которые упоенно привязывали к хвосту кота веревку с битыми бутылочными горлышками.

Упрямая.

Редкие прохожие оборачивались, но вмешиваться не спешили. Во-первых, речь идет о каком-то плешивом коте. Во-вторых, о девочке-бродяжке. В-третьих, не стоит лезть в чужие дела. Особенно когда уважаемые люди отдыхают после пинты пива.

Сердце сжалось.

Девочка наверняка бездомная — откуда только взялась? Приблудилась что ли? Выглядит тощей и слабенькой, но полезла ведь защищать этого косматого Пушка. 

— Отвали, малявка!

Один из выпивох опять толкнул ее, и девочка опять упала. Молниеносно вскочив, снова побежала к коту, но ее снова толкнули.

Обернувшись, один из выпивох, лысый, как колено, поднял руку, чтобы отвесить девочке оплеуху.

Судя по размеру его ладони, оплеуха получится неслабой.

— Стой!

Я рванула вперед, схватила его за локоть, не давая ударить.

— Ах ты! Зараза!

Мужчина отмахнулся от меня, толкнул, и я… тоже упала, да. В грязь.

Да что ж за день сегодня.

То дракон, то пьяница, а итог один: я в грязи.

С трудом встав, я огляделась.

— Встань за мной, — толкнула я девочку за спину.

Она почему-то послушалась. 

Бедняжку трясло, она была вся мокрая и... и почему-то горячая, почти как уголек. Показалось? Должно быть.

Выпивохи, все четверо, повернулись ко мне, не забывая удерживать кота, обернутого чьей-то курткой. 

Вид у кота тоже был удивленный: зеленые глаза размером с монеты смотрели на меня, уши с кисточками стояли торчком.

На его морде читалось что-то вроде: “А извините, пожалуйста, что происходит? Почему, позвольте спросить, вы вмешались? До этого все как-то понятно было, а сейчас-то что начинается?”

— Послушайте, — начала я, глядя на лысого. — Уважаемый… Сэр!

Лысый поднял брови. 

На сэра он не тянул никак, увы. Лицо, не обезображенное интеллектом, огромные кулаки, меч, пистолет и еще какие-то боевые артефакты, прикрепленные к поясу.

Упс.

Кажется, это наемник. 

Чистые Пруды были тем еще захолустьем, но к нам часто жаловали залетные птицы: то купцы, то ярмарки, то разъездные зоопарки, то вот…наемники, которые следовали или в столицу, или подальше от нее. 

Всякое бывало.

Все-таки захолустье — отличный вариант для того, чтобы отсидеться в тишине.

Потому места у нас часто становились… опасными. 

Вот из-за таких залетных красавцев, которым никто не брат.

Ну мы и влипли.

Вместе с Пушком!

— Вы не могли бы… — Я откашлялась. — Отпустить кота? Видите ли…

— Тебе что, больше всех надо? — пробасил лысый. 

У него шея была — примерно как моя талия толщиной.

Не думала, что такое существует в природе.

— Вы обижаете Пушка! Ему больно! — воскликнула девочка из-за моей спины. — Перестаньте!

Я посмотрела на кота.

Святые бисквиты, Пушок! Бегать надо было быстрее.

— Отдайте кота, пожалуйста, — безнадежно сказала я. — А то я вынуждена буду… обратиться в полицию.

Несколько секунд наемники смотрели на меня, а потом захохотали.

Ну конечно, делать полиции нечего, кроме как разбираться с котом. 

Да и разве нужно констеблю Освальду, который в Чистых Прудах был полицией, немолодому, степенному, ссориться с такими уважаемыми людьми?

— Да тебя тоже надо научить, — осклабился лысый. — А ну отошла! Отошла, а то в глаз получишь!

Он снова занес руку для удара. 

В этот момент девочка, которая до этого стояла за моей спиной, вдруг выскочила вперед яркой вспышкой. 

Она… горела. Как факел. И, мне казалось, я вижу на ее ладони вместо кожи — чешую.

— Что…

Девочка вдруг опустила голову, оглушительно зарычала и… дохнула огнем себе под ноги. 

Мокрая от недавнего дождя гравийная дорога воспламенилась, как сухая бумага.

Лысый едва успел отскочить, чтобы огонь не задел его ботинки. Пламени становилось все больше и больше, земля горела.

Я жара от огня почему-то не чувствовала — чего не скажешь о попятившихся наемниках, каменные лица которых исказились от ужаса.

— Что за… Дракон! Дракон!

Улица наполнилась криками, наемники припустили подальше так, что спустя секунду я уже потеряла их из вида.

Ловко. 

Сразу видно, профессионалы. 

От испуга мне хотелось нервно засмеяться. Что происходит?

Я перевела взгляд на девочку — огненные всполохи, покрывающие ее тело, уже начинали гаснуть. Огонь, горящий на земле, тоже погас, резко, за секунду, как... как зачарованный.

Спустя несколько мгновений девочка уже выглядела абсолютно обычно, разве что по-прежнему была худенькой и одетой в какие-то лохмотья.

Девочка пошатнулась, и я протянула руку, чтобы ее поддержать, но не тут-то было. 

— Пушок! — воскликнула она и бросилась вперед.

Я проследила за ней: кот замер испуганным холмиком под курткой, в которую его завернули наемники, чтобы удержать. Должно быть, он пытался спрятаться от огня и решил, что куртка по сравнению с ним не такая уж страшная. К слову, сама куртка даже не обгорела, как будто огонь ее не коснулся. Но как такое может быть? Секунду назад горело все вокруг.

Девочка подошла к коту и бухнулась на колени.

— Бедненький! Бедненький Пушок! — запричитала она, вытаскивая кота наружу и гладя по косматой черной шерсти. — Сейчас мы тебя вылечим! Теперь у тебя будет дом, Пушок!

Кот смотрел вокруг круглыми испуганными глазами и явно мечтал оказаться снова в руках у наемников: там всего-то битые бутылки, а тут — аж целый…

Дракон.

Эта девочка — дракон. Вот, почему огонь вел себя так странно, как будто ее слушался. По команде загорался и по команде гас, куртку со спрятавшимся под ней Пушком не задел и одежде девочки тоже не повредил ни капли. И мне... мне тоже не навредил. 

Я сглотнула.

Каковы шансы на то, что она и тот дракон, с которым я только что столкнулась, никак не связаны?

Нулевые. Мы ведь не в столице, в нашем захолустье все драконы наперечет.

— Извини, — забормотала девочка, глядя на меня янтарными виноватыми глазками. — Мама говорила, что нельзя дышать огнем на улице, — но я никак не могла удержаться! Он же мог тебя ударить!

— А ты… 

— Смотри, это Пушок! — девочка подошла ко мне и сунула под нос кота, который выглядел как ходячая зараза: тощий, лохматый, грязный и — испуганный.

Сбежать он даже не пытался, только смотрел вокруг круглыми зелеными глазами и дергал кончиком хвоста.

— Мы с Лиамом так хотели котенка, но дядя говорил, что нельзя, нам вообще ничего нельзя! — тараторила девочка. — А тут я увидела Пушка! У него нет дома, как у нас с Лиамом, а теперь — будет. 

Пушок жалобно мяукнул, когда девочка прижала его к себе. 

— А кто такой Лиам?

— Мой брат. Лиам! Где ты, Лиам! 

Ничего.

Я огляделась.

— Он стеснительный, — прошептала девочка. 

Это многое объясняет.

— Давай я отведу тебя к родителям? — предложила я, присаживаясь перед девочкой на корточки. — Ты знаешь, где они?

— Умерли, — моргнула она. — Дядя сказал — в горах, из-за лихорадки. 

Ох.

— Давно?

Девочка дернула плечом. 

Кот попытался вырваться, пока она отвлеклась, но не тут-то было.

— Сиди, Пушок! Сейчас мы найдем тебе молока. 

Пушок замер и снова жалобно мяукнул. 

Я встала — и в этот момент что-то дернуло меня за подол. Опустив взгляд, я вскрикнула: у моих ног сидел крохотный дракончик.

Размером с кота.

Крылатый, с зеленовато-синей чешуей, янтарными глазами и широкими раскинутыми крыльями.

— Лиам! — обрадовалась девочка. — Вот ты где! Ты знаешь, где найти молоко?

Дракончик заклекотал и принялся карабкаться вверх, цепляясь коготками за мою юбку. 

Да, конечно, можешь ее рвать, она мне не нужна была… А то, что остальные приличные вещи и вовсе остались где-то в луже, упакованные в саквояж, — так это совсем не важно.

О чем я только думаю? 

Это ведь дракон!

Настоящий!

Два!

Что же… 

— Лиам! — возмутилась девочка. — Так нельзя говорить!

Она его понимает?

— Послушай… — начала я, и тут за моей спиной раздался низкий мужской голос:

— Мисси!

Ох.

Святые бисквиты! 

Тот самый голос. 

Я помню его обладателя. 

Обогнув меня, дракон подбежал к девочке и, присев на корточки, схватил ее за плечи.

— Мисси! Я сколько раз просил не сбегать! И что на тебе надето? Что это за чудовище?

— Я просто… — начала Мисси.

Вдруг ее личико сморщилось, по щекам побежали слезы, и она разрыдалась, прижимая к себе кота.

— Просто… Я испуга…

Продолжить Мисси не смогла, захлебнувшись слезами.

Уткнулась носом в грязного уличного кота Пушка, который сидел у нее на руках, как будто так и надо. От желания обнять Мисси у меня свело руки. Какая она все-таки... малышка. Вроде бы могущественный дракон, только что разогнала банду наемников, а сейчас рыдает от испуга. Усилием воли я сдержалась: кажется, ее есть, кому успокоить. Это ее... отец? Нет, скорее, дядя, Мисси ведь говорила о дяде, который не разрешает завести кота. 

Дракон растерянно нахмурился, разглядывая плачущую Мисси. Обнимать он ее, кажется, не собирался. Не догадался, что плачущего ребенка надо обнять? Или не захотел? Мужчины!

— Что вы с ней сделали? — рявкнул он, обернувшись ко мне. Замер. — Вы?!

Янтарные глаза блеснули. 

Правильные черты лица от злости исказились. 

Дракон, лорд Эмбер, встал, держа Мисси за плечо. 

— Что вы сделали с этой девочкой?! Что вы… — Он осекся, посмотрев на мое плечо. — Лиам?

Выражение лица дракона стало на секунду беззащитным, удивленным.

Дракончик, который сидел у меня на плече, неуклюже скользнул вниз и торопливо спрятался за Мисси.

Раздался приглушенный клекот, оставшийся на виду хвост с треугольным кончиком дернулся и исчез. 

Оглянувшись, я увидела, что у нас появились зрители: пустая обычно площадь наполнилась людьми.

Еще бы!

Не каждый день в Чистых Прудах такое происходит.

Событий хватит на годы обсуждений, и один только бог знает, какими подробностями обрастут рассказы. Не удивлюсь, если однажды услышу, что Мисси не просто дохнула огнем, а сожгла до тла половину города.

Оглянувшись вслед за мной, лорд Эмбер нахмурился. 

— Я с вами позже разберусь, — бросил он мне. — Мисси, идем. Лиам. 

Он протянул девочке руку. 

Она отшатнулась.

— А Пушку можно? — Она шмыгнула носом. 

Личико Мисси было зареванным, но она, кажется, больше не плакала. Так быстро успокоилась? Будь я проклята, но, кажется, эта малышка не привыкла ждать чьих-то утешений и уж точно не привыкла плакать подолгу. Знает, что успокаивать и жалеть все равно не будут? Сердце на секунду подпрыгнуло. А Лиам?.. Почему он — дракончик, а не ребенок? Это нормально или нет? 

Лорд Эмбер сжал зубы.

— Потом поговорим. Идем. 

Мисси неохотно двинулась вперед, но руку лорду Эмберу так и не подала.

— Лиам, — позвал лорд Эмбер.

Я оглянулась — дракончика нигде не было. Как он умудрился спрятаться так быстро и незаметно? Я уже не могла бы поклясться, что мне не почудилось его присутствие.

— Он стесняется, — сказала Мисси. 

— Твоему брату стоит научиться брать себя в руки. Перестать прятаться и обратиться наконец в человека, — рявкнул лорд Эмбер. — Он уже взрослый.

От его тона по коже пробежал холодок. Мисси упрямо сжала губы и покрепче вцепилась в кота. Лорду Эмберу она ничего не ответила, но посмотрела на него крайне выразительно. Когда он зашагал вперед, двинулась вслед Мисси неохотно.

Они вдвоем направились к... агентству по трудоустройству. Я осторожно пошла следом. Где... где Лиам? Что вообще происходит в этой семье? Но дракон вел себя так, как будто все в порядке. Привык к детским фокусам? Я знала, что дети порой бывают сложными, но здесь, кажется, особый случай.

— Хотите вернуть мои часы? — бросил дракон, не оборачиваясь. Я вздрогнула.

— У меня их нет, я же говорила. Это ворон! Я все верну. Постараюсь.

Лорд Эмбер хмыкнул, Мисси удивленно посмотрела на меня, оглянувшись через плечо.

— Тогда с какой стати вы меня преследуете?

— Еще не хватало! Нам просто по пути.

Он снова хмыкнул.

Ну, хотя бы не кричит больше.

Так мы и шли к двери агентства.

В тишине. 

— Дамы вперед, — насмешливо сказал лорд Эмбер, оборачиваясь и щуря янтарные глаза

Полная нехороших предчувствий, я ступила на порог и дернула на себя деревянную дверь.

— Виктория Фицрой! — вскочила мне навстречу миссис Смитти. — Где ты ходишь? Что с твоей одеждой?

Кудрявые волосы миссис Смитти были уложены в такую высокую прическу, что почти задевали потолок. Она была семидесятилетней вдовой, и ей было можно все: курить, носить высокие прически, давно вышедшие из моды и уродующие лицо, и быть владелицей собственного дела, которое осталось ей в наследство от безвременно почившего мужа.

Я ей слегка завидовала: меня-то потенциальный муж бросил задолго до свадьбы, так что вдовья судьба мне уж точно не светила.

— Простите. Я просто…

— Тебе повезло, что клиент еще не пришел! Быстро приводи себя в порядок и… — Он замерла, увидев того, кто вошел в дверь вслед за мной. — Лорд Эмбер! — всплеснула руками миссис Смитти и посмотрела вниз. — А это, наверное, малышка Мисси! Ути какая хорошенькая, ути-пути…

Мисси нахмурилась и отшатнулась, лорд Эмбер хмыкнул. 

— Я пришел, чтобы познакомиться с няней, которую вы для меня нашли. У меня есть десять минут.

Нет. Нет-нет-нет…

Миссис Смитти разулыбалась.

— Так вот же она! Виктория Фицрой, наша лучшая кандидатка! — она развернула меня лицом к лорду Эмберу и прошипела в ухо: — Улыбайся!

Правая ладонь от взгляда в янтарные глаза опять зазудела, и я неловко попыталась почесать ее о юбку. У меня точно аллергия на драконов.

Лорд Эмбер смерил меня взглядом.

— Миссис Смитти, вы шутите? Я на сотню ярдов не подпущу эту женщину к детям. Мне нужна хорошая няня. 

Я сглотнула. Ну вот и все. 

Единственный работодатель, который мной заинтересовался за целых три недели, оказался драконом. Который, конечно, способен найти и оплатить для своих детей няню, у которой хотя бы есть нужное образование или опыт.

Не говоря уже о обо всем остальном. 

— Виктория Фицрой наша лучшая кандидатка! — воскликнула миссис Смитти.

Какая она все-таки душевная женщина!

Но… с чего это она меня так защищает?

Как ей вообще пришло в голову предложить мою кандидатуру дракону?

Самонадеянно. 

Лорд Эмбер поднял бровь. 

— Не хочу даже знать, какие ваши кандидатки хуже ее, — окинув меня взглядом, он повернулся к миссис Смитти. — Повторю еще раз. Мне нужна няня. Серьезный и опытный специалист, который сможет научить детей хорошим манерам, приглядывать за ними и заниматься их воспитанием. А не… кхм. Вот это. Подберите мне кого-то другого. 

— А мне она понравилась, — вставила Мисси, наглаживая кота. — И Лиаму.

Лорд Эмбер опустил на нее взгляд.

— А еще вам с Лиамом понравилось бы есть сладкое на завтрак, обед и ужин, но я не намерен этому потакать.

От строгого тона по моей спине пробежали мурашки. 

А что плохого в сладком на завтрак, на обед и на ужин? Долго так не проживешь, надоест и живот заболит, а иногда можно.

Святые бисквиты, с чего, интересно, я решила, что могу быть няней? 

Хорошей няне такие мысли даже в голову не должны приходить.

Миссис Смитти выступила вперед. 

— Лорд Эмбер! — от возмущения она затряслась, и высокая пирамида прически затряслась вслед за ней. — Позвольте сказать, что кандидатки лучше Виктории Фицрой вы не найдете во всем городе! Она — леди! Утонченная, изысканная! Именно такая леди должна заниматься воспитанием девочки! Прививать ей аккуратность…

— Что-что прививать? — прервал лорд Эмбер, смерив взглядом мое безнадежно испорченное платье, которое, когда грязь высохнет, наверняка будет стоять колом и сгодится только на то, чтобы укрывать во время ливня матушкины клумбы с хрупкими нарциссами. 

— Лорд Эмбер… — начала миссис Смитти. — Не всегда золото блестит, поверьте мне! Иногда оно покрыто слоем пыли…

— Или грязи. Или это вовсе не золото, что вероятнее, — он обернулся ко мне. — Вам лет-то сколько? Семнадцать?

— Тридцать, — отбрила я, впервые гордясь своим возрастом. 

Наверное — если не приглядываться — я в самом деле могла выглядеть юно из-за мягких черт лица и абсолютной равнины там, где у женщин располагается грудь.

Хотя, вероятнее всего, на лице у меня тоже была грязь, так что разглядеть возраст было непросто.

— Вот как, — цокнул языком лорд Эмбер. — Муж, дети?

— Нет, — я сглотнула.

Я довольно долго училась перед зеркалом произносить это уверенно, гордо вздернув подбородок, и чтобы слезы не наворачивались на глаза. Мол, я сама такое выбрала. Не захотела выходить замуж, чтобы какой-то муж указывал мне, что делать. 

— Вот как. Что ж. Любопытно услышать вашу грустную историю. 

Какой нахал. 

— Ох, там такое произошло… — доверительно начала миссис Смитти, наклоняясь к лорду Эмберу. — Виктория-то девушка хорошая, но, сами видите… Еще и магии лишена, пустышка совсем, такое горе. А ведь Фицрои такой древний род — и вот, такая гнилая ветка на его дереве уродилась. Так вот замуж-то ее никто звать не спешил. И тут нашелся один, приезжий…

Да боже мой! 

— Миссис Смитти, я не думаю, что лорду Эмберу интересны подробности моей личной жизни.

— Лорду Эмберу интересны, — не согласился дракон. — Но позже. Миссис Смитти. Объясните мне, ради бога, как вы думаете, чему может научить Мисси женщина, у которой в тридцать лет нет ни детей, ни мужа?

— Целомудрию, — легко нашлась миссис Смитти. 

Лорд Эмбер закашлялся. 

— Это, конечно, хорошо. Но в няне я в первую очередь ищу надежность и серьезный подход к делу. Мне не подходит взбалмошная девушка, которая промышляет воровством…

— Это не я. Сколько раз повторять!

— …и которая доводит Мисси до слез…

— Я ее спасала!

— От кого?

— От… людей.

— Она меня спасала! — подтвердила Мисси. — И Лиама. И Пушка! А потом тот дядя ее чуть не ударил, и мне пришлось дохнуть огнем, но я не нарочно! Мама говорила, что иногда можно. 

— Вы спасали дракона от людей? Ничего не перепутали? Ладно. С тем, что ты дышала огнем, Мисси, мы потом разберемся. Как и с тем, что ты нарушила мой приказ и сбежала из дома. Так вот, миссис Смитти. Имейте в виду мои требования, когда будете искать новую кандидатку.

— Ты никогда меня не слушаешь! — вспыхнула Мисси. — И я тоже не буду тебя слушаться! Ты мне не отец! И Лиаму!

Лорд Эмбер обернулся к ней. 

— Мы поговорим об этом дома, — процедил он. 

Мисси сжала трясущиеся губы и обхватила кота так сильно, что тот издал какой-то хриплый звук, но вырваться не попытался.

— Но Виктория… — начала Мисси.

— Дома. Я жду от вас новых кандидаток, миссис Смитти. До свидания. Мисси, дай руку.

Мисси упрямо нахмурилась и отшатнулась.

Сжав губы, лорд Эмбер подошел к двери.

— Следуй за мной. Скоро я найду няню, и нам всем будет проще. 

— У меня нет других нянь! — вспыхнула миссис Смитти. 

— То есть? — замер лорд Эмбер.

— Это вам не столица! Думаете, легко найти няню под ваши запросы? Берите, что дают! 

Лорд Эмбер поднял брови. 

— Я лучше доверю воспитание детей горному троллю. Спасибо, что уделили мне время. Мисси, пойдем. Мисси!

Девочка, вздрогнув, неохотно послушалась, только бросила на меня взгляд из-за плеча и крепче сжала неожиданно смирно сидящего на ее руках кота. Я успела увидеть мелькнувшую под ногами сине-зеленую тень: должно быть, это малыш Лиам. Его едва слышный клекот еще долго стоял у меня в ушах.

Украдкой почесывая правую ладонь, я думала, что на этом мое общение со столичным драконом лордом Эмбером, сухарем, которому нет никакого дела до того, что идущая рядом с ним Мисси вот-вот заплачет, закончено. 

Если кому здесь и нужно прививать манеры, так это ему!

Но не тут-то было. 

Уже на следующее утро я проснулась от звонка в дверь. Неизбежного, как удар топора по шее приговоренного к казни.

— Только не говори дяде, что мы тут, — испуганно прошептала Мисси, прячась под одеяло. 

С другой стороны кровати раздался согласный клекот.

Если бы мне накануне кто-то сказал, что я буду ночевать в одной кровати с детьми дракона, никогда бы не поверила. Но вот я здесь. Досадливо почесав ладонь, я отправилась открывать. Еще и эта аллергия!

***

Днем ранее

Выйдя из конторы миссис Смитти, я уперла руки в бока и задумалась.

Итак, что мы имеем? 

Проще сказать, чего не имеем: работы. А значит, по-прежнему не имеем денег. А значит — не имеем возможности уехать из города. 

Все в совокупности означает еще один день, наполненный косыми взглядами и шепотками, помноженными на безнадежность, потому что в Чистых Прудах никогда ничего не происходило и никогда ничего не менялось, как в любом маленьком городе.

— Добрый день миссис Моррис. Погода сегодня хорошая, да? — сказала я, поймав на себе взгляд проходящей мимо старушки — главной городской сплетницы.

— Доброе утро, деточка, — разулыбалась она так широко, как могла улыбаться только сплетница, заставшая оскандаленную старую деву в грязном платье на пороге агентства по трудоустройству. 

Ладно.

Я не буду унывать.

Я попробую еще что-нибудь. К примеру, устроиться стенографисткой. Или… ну кем-нибудь! Не может ведь быть такого, чтобы работы вообще не было?

Обернувшись, я снова подошла к двери, повернула круглую ручку и услышала:

— Мы закрыты! Приходите завтра! А лучше — послезавтра!

Что ж. Кажется, придется искать работу самостоятельно. Я вздохнула.

До того, как мне исполнилось пять, пока папа не умер, мы всей семьей жили в столице. То время я помнила смутно, в основном как череду ярких и радостных дней, а матушка любила вспоминать, что столица — это такое место, где есть балы, модистки, шьющие самые красивые платья, где построено множество кафе с крохотными пирожными и где можно встретить кучу интересных, образованных и утонченных людей. А еще — там хлебные и мясные лавки, шляпные магазины и даже разнообразные агентства работают с утра до самого вечера.

А не как вздумается.

Но Чистые Пруды были совсем иным местом. “Сплошное безобразие”, — любила говорить матушка, получив очередной удар судьбы от невовремя закрывшейся лавки с нужным ей товаром, но поделать ничего не могла.

Ничего.

Я найду работу и…

Провались оно все. 

А ведь придется возвращаться домой. К матушке. И рассказывать, почему у меня ничего не вышло. 

Я подняла голову, грешным делом надеясь, что Мордекай вернется с дорогущими часами дракона, а дальше со своей совестью я договорюсь после того, как их продам. Но нет.

Мордекай, который обычно крутился где-то рядом, стоял на страже моих моральных принципов и появляться не спешил. 

Очередной удар судьбы я получила, не найдя свой саквояж в той луже, где я его оставила. Должно быть, кто-то решил забрать его в добрые руки, как Мисси Пушка.

Мисси… От воспоминаний о том, как она цеплялась за лохматого уличного кота, на лице появилась улыбка. 

Надеюсь, у нее будет хорошая няня.

Лучше, чем ее самодовольный, высокомерный, надутый, как индюк, дядя-дракон.

Стоило мне подойти к дому, как матушка, сидящая на веранде, бросилась мне навстречу.

— Ну что? — тревожно вглядываясь мне в глаза, спросила она. 

Я сжала зубы. 

— Меня не взяли. 

На мамином лице появилась улыбка, она даже немного подпрыгнула, так что светлые кудряшки волос, окружающие лицо, затряслись.

— Слава богу! Небо услышало мои молитвы! Но… что с твоим платьем?

Я почесала правую ладонь о юбку. 

— Ничего особенного, увидела дракона — упала в грязь.

— Дракона! — матушка закрыла руками рот. — Откуда в Чистых Прудах дракон?

— Не спросила, — ответила я, обходя матушку и направляясь к дому.

Больше всего на свете я хотела сейчас принять ванну и уснуть. 

Если мне повезет, то из крана даже польется горячая вода! Наш с матушкой дом был весьма капризным, с характером. Мягко говоря.

И все-таки, как быть с работой?

И… все ли хорошо у Мисси?

А у Лиама?

Этот надутый дракон разрешил, в конце концов, детям оставить кота?!

— Виктория Фицрой, — нагоняя меня, воскликнула матушка. Она бежала так быстро, что тяжелые юбки ее синего атласного платья громко шелестели. — Только не говори мне, что упустила свой шанс!

Остановившись, я нервно поскребла ногтями правую ладонь.

— Какой шанс?

Разве у меня был шанс?

Этот дракон бы все равно меня не нанял, ни за что. 

Наверняка выпишет няню из столицы с опытом длиннее, чем вся моя жизнь.

Святые бисквиты, хоть бы она понравилась Мисси!

Девочка казалась бойкой, но… она ведь сирота. Потерять родителей — очень больно, я-то знаю, хотя мне повезло больше: моя мама была жива, умер только папа. 

А Лиам?.. Что будет с ним?

— На замужество! — воскликнула матушка и тут же прищурилась, проводив взглядом одну из наших соседок. — Здравствуйте, миссис Брайн. Ну что ты как маленькая, Виктория? — зашептала мама, цепляя меня за локоть. — Это же дракон! А ты не замужем! Ты хоть с ним пофлиртовала?

Уронила его в грязь.

— Мам, извини, у меня болит голова. 

— Никуда твоя голова не денется, послушай. Это знак!

— Чего? — безнадежно спросила я, закрывая за нами дверь дома. 

Матушка рванула на кухню, подобрав тяжелые юбки.

— Вот ты мне не верила, — прокричала она оттуда, — а я сегодня купила сердце козла в мясной лавке, провела кое-какой ритуал и…

— Никаких больше козлов, мам! Сколько раз просила?

— А я тебе говорю — это работает! Не смей отрицать! Ты встретила дракона! Сейчас же приводи себя в порядок, переодевайся и иди к нему!

— К кому?

— К дракону! 

— Зачем?

— Как зачем? Это знак судьбы! У тебя — сорвалась свадьба, дракон — прибыл в Чистые Пруды… Совпадение? Нет! Знак свыше! Вот расскажи, как его зовут? 

— Лорд Эмбер.

— Ах! — восторженно вздохнула матушка. — Лорд Эмбер… Как красиво и мужественно звучит! Говорила же — знак.

Я считала, что матушке нужно меньше читать в газете ту страницу, которая посвящена гаданиям, спиритизму и гороскопам. 

— Быстро приводи себя в порядок и идти к нему!

Что ж. Хотя бы частично наши с матушкой желания совпадали: я тоже хотела помыться.

В этот раз мне повезло: в кране нашлась горячая вода, и я смогла принять ванну. Закутавшись в халат, я вышла из ванной и грустно оглядела шкаф в своей комнате: всю приличную одежду я упаковала в саквояж, которым теперь владел кто-то другой.

Вот ведь дура!

А чтобы купить новое — нет денег, лишних трат в нашем с мамой бюджете запланировано не было. 

Ладно.

Я найду работу. 

Не страшно.

Что-нибудь придумаю.

Я спустилась вниз и увидела маму на кухне, колдующей у чайника.

— Дракон, настоящий дракон! — бормотала она. — В Чистых Прудах! Это все ритуал на сердце козла! Я знала, я чувствовала!

— Мам, — позвала я, — ты не одолжишь мне одно из своих платьев? Понимаешь…

Мама подняла на меня сияющий взгляд.

— Конечно! Но у меня есть кое-что получше. Смотри, купила сегодня на рынке, тебе очень пойдет! Как чувствовала!

Мама держала в руках блузку, белую, из плотной накрахмаленной ткани, вот только…

— Что это?

— Это подушки! — радостно объяснила мама, выворачивая блузу наизнанку. — Вместо груди. Говорят, в столице все так носят! Крепится изнутри к одежде, а еще веревка перекидывается через шею — и выглядит, как настоящие! Главное, чтобы ткань блузки была достаточно плотная, но с этой все должно быть хорошо.

— Я это не надену, — решительно качнула головой я.

— Виктория…

Прервал нас стук в дверь, настойчивый. 

Нахмурившись, я пошла открывать. 

Сначала мне показалось, что на пороге никого нет, но, опустив глаза, я вздрогнула.

— Мисси? Что ты здесь делаешь? 

Я присела на корточки перед девочкой. На этот раз она была одета в бархатное черное платьице, а не в лохмотья, и причесана.

Интересно, кто помог ей привести себя в порядок? Лорд Эмбер? Как бы я 

Зазвучал клекот, и я увидела Лиама, который выглядывал из-за нижней ступеньки крыльца.

— Можно мы будем жить с тобой? — выпалила Мисси. — Пожалуйста! Ты только разреши оставить Пушка! 

Она покрепче сжала кота, который, похоже, смирился со своей судьбой.

Ну, или ему было интересно, чем закончится этот безумный день.

По крайней мере, он сидел на руках у Мисси смирно и щурил зеленые глаза.

— Мисси…

— Кто там? — матушка подошла к двери и замерла. — Это же… 

— Меня зовут Мисси, это Пушок, а там, — она указала себе за спину, — мой брат Лиам. Можно мы будем жить у вас, леди? Пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста, нам больше некуда пойти!

Матушка свела брови — она явно не понимала, что происходит.

— Но ты же…

— Я ничего не сожгу, честно! И могу помогать, мы много чего умеем! И… — В этот момент живот у Мисси оглушительно заурчал. — Простите. 

— Пойдем, — решительно сказала матушка. — Сначала поужинаем, а потом ты все расскажешь.

Она протянула Мисси руку, и та радостно вручила ей ладошку, поудобнее перехватив Пушка одной рукой. Лиам зелено-синей змейкой скользнул в дом, и я открыла рот.

— Мама, но это же… 

Матушка не могла не понять, кто перед ней. У Мисси янтарные глазки сияли ярче звездочек, а Лиам был в форме дракона! 

Что сделает вспыльчивый лорд Эмбер, если узнает, что дети, которые сбежали из дома без его ведома, — у нас? “Живут теперь с нами”?

Убьет. 

Точно.

И, насколько я знала, будет в своем праве.

— Это дети, — отрезала матушка. — Голодые. Пускай поедят — а потом разберемся.

Я сглотнула. Ну конечно. 

Было время, когда мы с матушкой едва сводили концы с концами: когда отец только умер, дома и денег мы уже лишились, а наследник отца еще не выписал нам содержание, ссылаясь на юридическое проволочки. Мама распродала драгоценности, которые у нее остались, но деньги все равно закончились слишком быстро. Я помнила тесную комнатку, свечу, при свете которой мама штопала одежду для знатных дам, и — голод. 

— Ты лучше надень-ка новую блузу и иди к лорду Эмберу, — шепотом проговорила мама. 

— Я не надену эту блузу!

— Тогда иди без нее! Так даже лучше! 

— Мама...

— А Пушок хочет молока! — объявила Мисси. 

— Кого-то она мне напоминает, — вздохнула матушка и уже громче сказала: — Сейчас налью Пушку молока, раз он хочет.

Пока я доставала из кухонного шкафчика тминный кекс, успел зарядить дождь. Мисси, уплетая угощение за обе щеки, болтала про Пушка, про Лиама, про столицу, про то, как любит молоко.

Я рассматривала Лиама, который умудрялся быть незаметным в форме небольшого дракончика. Он то прятался за Мисси, то сворачивался на стуле, то, умыкнув кусок кекса, улетал за дверь, в гостиную, чтобы там с ним расправиться, то буквально... растворялся в воздухе.

До сих пор я не думала, что такое возможно.

— Лиам очень стеснительный, — объясняла Мисси. 

— Жалко, что Пушок не стесняется, — жаловалась мама, в третий раз подливая нагло мяукающему коту молока.

Под шумок я попыталась ускользнуть из-за стола, но…

— Куда ты? — воскликнула Мисси. — Ты же не скажешь про нас дяде, да? Он выгонит Пушка! Пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста!

Приходилось сидеть за столом, ожидая, пока дети насытятся. 

Укладывая их в кровать, я думала, что всего лишь прилягу рядом, пока они не уснут.

Но проснулась только утром.

От звонка в дверь.

Настойчивого.

Правая ладонь, центр которой со вчерашнего дня был красным и каким-то воспаленным, зазудела от нехорошего предчувствия.

Примерно так колени у стариков болят перед грозой.

— Только не говори дяде, что мы тут, — испуганно прошептала Мисси, прячась под одеяло. 

Лиам, спящий с другой стороны от меня, согласно клекотнул. 

В дверь продолжали трезвонить. 

Ладно.

Нужно открыть, пока этот дракон не вошел сам. Дожди сейчас частые, не кстати будет остаться без двери.

Встав, я открыла шкаф — в нем почти не осталось надежды — и ругнулась. Быстро натянув блузку с прилагающейся к ней грудью и старую черную юбку, чтобы застегнуть которую, мне пришлось очень глубоко вдохнуть, я сбежала по лестнице вниз. 

Дернула на себя дверь. 

— Мисс Фицрой! — рявкнул лорд Эмбер. — Потрудитесь объяснить, что в вашем доме делают мои дети!

По его лицу бегали огоньки пламени, янтарные глаза метали молнии. Темные волосы растрепались, верхняя пуговица рубашки была небрежно расстегнута. Вообще выглядел блестящий лорд дракон изрядно помятым.

Я сглотнула. 

— А как вы узнали, что они здесь?

— То есть, они здесь? Слава богу, — лорд Эмбер провел рукой по лицу, а потом посмотрел на меня и прищурился. — А как вы за ночь умудрились отрастить грудь? — после короткой паузы спросил он. 

Я почувствовала, что краснею, и скрестила руки.

— Не думала, что вам есть дело до моей груди, лорд Эмбер. 

— Я ученый, мисс Фицрой, меня интересуют любые аномалии. 

Он протянул руку вперед, и я ударила его по пальцам.

— Вы ничего не перепутали?

— Попробовать стоило, — пожал он плечами. — Так где мои дети? 

Я замялась. 

— Сначала я должна поговорить с вами. О детях.

Вдруг в следующий раз они сбегут куда-нибудь еще? И окажутся в опасности? Конечно, Мисси сможет за себя постоять, но… да мало ли, что может случиться!

— Хотите объяснить, как так вышло, что Мисси и Лиам все это время были у вас, а вы не потрудились об этом сообщить? Или, может, вы решили вернуть мне украденные часы?

— Нет. Я…

— Тогда нам не о чем разговаривать. Если вы, разумеется, не хотите сесть в тюрьму. 

— Послушайте, вы…

— Я бы хотел забрать детей. 

— Лорд Эмбер, сейчас пять утра, — я моргнула. — Дети спят. Они устали вчера, перенервничали и долго не могли уснуть.

Это было правдой. Мне даже пришлось разрешить Мисси взять в постель Пушка — благо, мы успели вечером его искупать и он уже чуть меньше напоминал ходячую заразу.

Держался кот для уличного разбойника вполне достойно: у меня всего-то осталось больше сотни царапин на руках и звон в ушах от горестного кошачьего воя, зато все конечности и глаза были на месте.

Лорд Эмбер прищурился.

— Они не перенервничали бы, если бы они не сбежали. Мисс Фицрой, скажите честно. Как вам пришло в голову, что вы можете быть няней?

— Может, они бы не сбежали, если бы их дядя не был таким упрямым, самодовольным, черствым… — Я осеклась. 

— Договаривайте, — прищурился лорд Эмбер.

Я закусила губу.

Стоило держать свое мнение при себе.

Но, умей я это делать, на рынке невест я бы пользовалась намного большим спросом, скажем честно.

— Я всего лишь хотела сказать, лорд Эмбер, что дети не сбежали бы из дома, если бы им там было хорошо. Мисси сказала, что они с Лиамом хотят остаться у нас, потому что им больше некуда пойти.

Повисла тишина. 

За дверью пели птицы, светило солнце.

Утро было бы таким мирным, если бы не разъяренный дракон, стоящий у меня на пороге.

— Что за чушь! — рявкнул лорд Эмбер, снова вспыхивая, как свечка. Буквально: глаза загорелись, пламя замелькало под кожей. — Я их дядя, у них есть дом.

— Куда они не хотят возвращаться. Скажите, как так вышло, что дети вчера оказались на улице одни?

— Так вышло, — медленно цедя слова, зарычал дракон, — потому что они капризные, избалованные маленькие демоны, родителей которых больше волновали поиски целебных драконьих камней высоко в горах, чем воспитание собственных отпрысков. И сейчас, когда эти двое оказались у меня на руках, я не намерен потакать их капризам и пускать их воспитание на самотек!

— Тогда будьте готовы к тому, что они сбегут опять, — отрезала я. 

— С чего вы взяли, что вы разбираетесь в детях, мисс Фицрой? 

Это был удар в самое больное место.

А ведь он прав. 

Просто… очень хотелось, чтобы жизнь Лиама и Мисси стала чуть легче.

С чего я взяла, что понимаю, что им нужно?

Мисси успела рассказать, что до того, как попасть к лорду Эмберу, они с Лиамом пожили в трех или четырех семьях: как я поняла, их просто передавали с рук на руки, пока лорд Эмбер, их дядя и главный кандидат в опекуны, был в командировке на другом конце света и не выходил на связь.

Из ее рассказа я поняла, что передавали с рук на руки их не просто так: у Мисси случались неконтролируемые приступы злости, во время которых она могла сжечь все вокруг, а Лиам… Мисси сказала, что ему было всего три года, и по драконьим меркам он считался “отстающим”, потому что застрял в животной форме. К тому же — вечно где-то прятался, так что уследить за ним было нелегко, а значит — нелегко и уберечься от шалостей, к которым у детей был большой талант. 

Судя по всему, наследства к детям тоже никакого не прилагалось — иначе охотников их приютить было бы больше. 

В общем, раз за разом слишком проблемные дети перебирались в новый дом — и наконец осели у лорда Эмбера. Всего две недели назад, если я правильно поняла путаный рассказ Мисси.

Сначала они с Лиамом прибыли в дом лорда Эмбера в столице, а затем — лорд Эмбер решил перебраться вместе с детьми и дворецким в Чистые Пруды.

Зачем-то. 

Как бы то ни было, лорд Эмбер был прав: я ничего не знала о том, как воспитывать детей, тем более — драконов. 

— Вы правы, — с усилием сказала я. — Мисси и Лиам сегодня спали со мной. Второй этаж, первая дверь направо. Вы можете забрать их. 

Я отошла, чтобы дать дракону дорогу, но тот почему-то не спешил заходить.  

— Лиам спал с вами? — прищурился лорд Эмбер. — В одной комнате? С вами? 

— В одной кровати, — уточнила я. — Это проблема? Драконье достоинство может непоправимо пострадать от ночевки с человеком? Они с Мисси не могли уснуть одни. Я их успокаивала. 

Продолжая щурится, лорд Эмбер наклонил голову. 

— Мисс Фицрой, знаете ли вы, что Лиам никого к себе не подпускает? Ни врачей, ни гувернанток, ни даже меня? Общаться с Лиамом может только Мисси, и то впору принять Лиама за ее воображаемого друга, потому что даже увидеть его сложновато, так хорошо он прячется. Признаться, часто я могу сказать, что он где-то рядом, только опираясь на слова Мисси. По-другому я с Лиамом не могу общаться. Это нервирует. Учитывая, что я несу ответственность за благополучие, здоровье и жизнь обоих детей.

— Зачем вы мне это говорите?

Лорд Эмбер наклонил голову. 

— Затем, что вы приняты, мисс Фицрой. На должность гувернантки. Приступаете сегодня. Сейчас. Разбудите детей. Сообщим им радостную новость.

Правая ладонь зачесалась.

Не к добру, как я уже знала.

Конечно, я хотела эту работу. Но… было одно но. Большое такое.

Собственно, весь лорд Эмбер целиком.

— А если я не согласна? — прищурилась я.

— Сядете в тюрьму за похищение детей, кражу ценностей и оскорбление лорда дракона.

— Какое оскорбление?

— Потом придумаю, я явно чувствую себя очень оскорбленным, — покачал головой он. — Потому советую паковать вещи и готовиться к новой работе. 

— Знаете что…

— Грудь тоже берите с собой. Раз уж она у вас отдельно от тела. 

Только я открыла рот, чтобы ответить, как услышала хлопок двери и стук каблуков.

— Лорд Эмбер! — воскликнула матушка, и ее каблуки еще громче и быстрее застучали по лестнице. — Какой приятный сюрприз! Виктория столько о вас рассказывала.

Несмотря на раннее утро, она была одета в одно из своих лучших атласных платьев, а вьющиеся светлые волосы, не тронутые сединой, успела уложить в аккуратную прическу.

Быть всегда “при параде” — одно из женских умений, которым я так и не смогла овладеть. 

Потому стояла сейчас на пороге растрепанная, заспанная, неумытая…

Зато с грудью.

— Неужели? — ухмыльнулся лорд Эмбер, глядя на матушку и кивая в знак приветствия. — Вы представить себе не можете, мои мысли тоже только о Виктории со вчерашнего дня. Она буквально украла их, как воришка крадет часы. Ощущение, как будто вместе с ней из моей жизни ушло что-то важное, знаете это чувство? Встреча с ней была похожа на столкновение с неизбежным, которое сбивает с ног и роняет в грязь. Буквально.

Это он зря. Я-то услышала поток завуалированных оскорблений, а вот матушка... матушка окончательно разглядела в лорде Эмбере моего потенциального жениха и живым его теперь из своей хватки не выпустит.

В целом, матушка считала моими потенциальными женихами абсолютно всех неженатых мужчин подходящего возраста, включая прыщавого парня, который разносил почту. 

У матушки даже был собственный рейтинг. Чем выше в нем был кандидат в женихи — тем активнее она при каждом удобном случае убеждала его в том, какая я выгодная партия.

Таким образом, почтальон, находящийся внизу списка, отделывался всего лишь информацией о том, что я отлично готовлю или шью (смотря что приходило матушке в голову при встрече с ним), а вот лорда Эмбера, боюсь, ждала долгая лекция о моих многочисленных достоинствах.  

— Выпьете чаю? — спросила матушка, радостно улыбаясь.

— Лорд Эмбер пришел за детьми, — влезла я. — Я их разбужу.

Хватит ему на сегодня стрессов, и так переволновался. Чаепитие с моей мамой — не для слабонервных. Дракон меня, конечно, бесил, но не настолько.

— Лорд Эмбер не откажется от чая, — возразил он. — А заодно узнать побольше о вас, мисс Фицрой. И о ваших достоинствах. Раз уж нам предстоит познакомиться поближе.

Он выразительно откашлялся, опустив взгляд мне на грудь при слове "достоинства". 

— Знаете что… 

Матушка просияла. "Как долго я вас ждала! — читалось на ее лице одновременно с: — Вот видишь, Виктория, я же говорила, что сердце козла и накладная грудь сработают!" 

Что ж, дракон попал. 

— Конечно! Пройдемте в гостиную! — Она пропустила лорда Эмбера вперед и прошипела мне в ухо: — Не стой столбом, улыбайся! Лорд Эмбер в тебе заинтересован, он с ума сходит от страсти! И приготовь чаю. Не забудь выложить на тарелку пирожные, которые я купила вчера в лавке. Скажем, что ты испекла. И причешись!

— Мама…

— Не мамкай! — шикнула она и поспешила к гостиной: — Лорд Эмбер, а что привело вас в Чистые Пруды? Как вам город?

Не слушая его ответ, я направилась на кухню. Скрыться в любом случае было отличным вариантом. 

И что делать?

Работа — это плюс.

Лорд Эмбер — это минус. 

Глядя на медленно закипающий чайник и расчесывая зудящую ладонь, я так задумалась, что не сразу увидела Пушка, который беспардонно запрыгнул на стол и сунулся мордой к плите. 

— Без усов останешься, — проворчала я, спихивая обиженно мяукнувшего нахала на пол. — Лучше бы пауков половил! А еще кот называется. Вот какой от тебя прок?

Пауки были настоящим бедствием. Иногда казалось, что именно им принадлежит этот дом, а не нам с матушкой.

— Пушок, — раздался шепот. — Пушок, иди сюда.

Обернувшись, я увидела стоящую в дверях Мисси, на ее плече сидел Лиам.

— Вы проснулись? Так рано?

И оделась Мисси сама, даже волосы заплела в не самую аккуратную косичку — должно быть месяцы скитаний по чужим домам не прошли даром, дети научились заботиться о себе. 

Мисси нахмурилась.

— Ты ему сказала. Что мы здесь. 

Выражение лица и тон у нее были обиженными.

— Мисси, он ваш дядя, — растерянно и виновато откликнулась я. 

— И что? 

— Он волновался. Как я могла ему не сказать? Если бы вы пропали, если бы я не знала, где вы, я бы с ума сходила. 

Мисси фыркнула, как-то очень по-взрослому, мгновенно становясь старше своих лет.

— Так то ты. А он был бы рад, если бы мы исчезли. 

— Ну что ты такое говоришь?

— Он сам сказал, — бесхитростно ответила Мисси. — Я слышала, как он говорил про нас по магсвязи. Что мы упали ему как снег на голову, и глаза бы его нас не видели, и что мы — стихийное бедствие и рушим все его планы. 

Лиам согласно клекотнул и потерся носом о ее щеку. 

Мне захотелось вытащить лорда Эмбера из гостиной и надавать ему по ушам.

Вот же… лорд Эмбер, а дверь вы закрывать не пробовали, когда о таких вещах разговариваете? Или, не знаю. Потише себя вести?

И что тут скажешь?

— Мисси, вы не могли бы собрать мяту? Она растет на клумбе у крыльца, — сглотнула я. — Чайник сейчас закипит, а Пушку не помешает сходить на улицу. 

Если он уже не сделал свои дела на полу моей спальни.

— Я пока поговорю с твоим дядей, — добавила я. — Уверена, все не так, как ты подумала!

Мисси безразлично дернула плечом, а потом подхватила кота на руки.

— Пойдем, Пушок! Будем искать мяту и новых друзей. Надежных.

Тогда я не обратила внимание на это уточнение.

А зря. 

Когда Мисси вышла, я скрестила руки на груди, снова задумалась и вздрогнула, когда в дверях появился лорд Эмбер.

Высокий, упакованный в черный костюм, темноволосый и смуглый.

Смотрел лорд Эмбер исподлобья, губы были сжаты.

Ну просто сама опасность.

Был бы у меня такой любящий дядюшка, я бы тоже пыталась сбежать. 

— Мисс Фицрой? Мне кажется, я слышал голос Мисси. Дети уже проснулись?

— Проснулись, — хмыкнула я, отвернувшись к плите. 

Выключила огонь, дотронулась до металлической ручки чайника и зашипела, обжегшись. 

Почему-то по телу бегали мурашки, как всегда, когда лорд Эмбер оказывался близко.

Хотя… возможно, это слишком близко подобрались пауки. 

Однозначно, я предпочла бы пауков, а не лорда Эмбера.

О чем я только думаю?

Хоть бы эта ладонь перестала зудеть!

Невыносимо. 

— Отлично, — откликнулся стоящий за моей спиной лорд Эмбер. — Поговорим о ваших обязанностях. Приступаете сегодня. Следите, чтобы дети были веселы, сыты, обуты и одеты. Если нужны деньги, обратитесь к дворецкому. Меня — не беспокоить. Я работаю. 

— Когда?

— Всегда.

Мило. 

— Тогда зачем вам дети, лорд Эмбер? — спросила я, не оборачиваясь и продолжая делать вид, что занята с чайником. — Если вы не хотите иметь с ними дел?

— Простите?

— Почему вы решили стать их опекуном?

— Как будто у меня был выбор.

— Мисси слышала, как вы говорили по магсвязи. Называли их с Лиамом стихийным бедствием, рушащим все ваши планы.

— Ну и в чем я был не прав? Я совершенно не семейный человек, мисс Фицрой. Я ученый и превыше всего ценю тишину и спокойствие, которые, увы, ушли из моей жизни с тех пор, как в ней появились Мисси и Лиам.

— А своих детей у вас нет?

— Как видите, — в спину мне ответил лорд Эмбер. 

Не оборачиваясь к нему и уставившись на многострадальный чайник, стоящий на плите, я потрясла в воздухе правой ладонью. Как же мне надоел этот зуд! Стоп. 

Это еще что?

Поднеся руку к глазам, я почувствовала, что к горлу подкатывает комок. 

В центре ладони красовался красный, как будто воспаленный, знак. Сложная вязь линий, в которой угадывался выныривающий из пламени дракон.

Метка.

Я знала о таком из той самой книги про любовь, которую перечитывала бесчисленное количество раз.

Метка дракона появляется на руке его избранницы, когда они впервые встречаются, и означает, что они созданы друг для друга.

Получается, лорд Эмбер…

Нет.

Да ну нет же. 

Лорд Эмбер, конечно… красив, как бог, и вообще, но…

— Что вы там рассматриваете, мисс Фицрой? — прозвучал у меня за спиной голос лорда Эмбера, и он шагнул ближе. — Написали на ладони шпаргалку, какие вопросы задавать забредшему в ваш дом холостяку? 

Я молниеносно обернулась, спрятав руку за спину. Оглядела лорда Эмбера с ног до головы. Увидела и язвительную улыбку, и надменное выражение лица. Конечно, он уверен, что — выгодная партия для любой девушки, особенно такой, как я. Красив, молод, богат, не женат и вообще — дракон. Ну... он прав вообще-то. 

Но... это мой истинный? Нет. Я лучше останусь старой девой. 

Я потерла руку: знак четко ощущался кончиками пальцев, был гладким, как шрам.

— Спасибо за идею, но нет. Я привыкла заучивать все нужные вопросы. 

Лорд Эмбер ухмыльнулся, а я лихорадчно пыталась разобраться в том, что происходит.

Но почему знак показался только сейчас?

И почему лорд Эмбер ничего не чувствует?

В книге дракон сразу узнал свою истинную и сразу влюбился.

Но лорд Эмбер был так же далек от любви ко мне, как я — от любви к нему.

Ну, может,  он был еще чуть-чуть дальше.

Может, здесь какая-то ошибка? Дракон ведь должен чувствовать истинную. Такой закон. Хотя... какой дракон, такая и истинность. Сплошные неурядицы. 

У кого-то можно спросить, что происходит?

У специалиста по драконьим меткам?

Вряд ли в Чистых Прудах найдется такой.

А может… 

— И вы не женаты? — выпалила я раньше, чем включила соображение. 

Вот ведь глупость!

Должно быть, это говорила та моя часть, которая зачитывала до дыр книгу о драконьей любви и в которой до сих пор не сдохли мечты о романтике.

Лорд Эмбер хмыкнул и шагнул ближе. Оглядел мое лицо, и я вдруг остро ощутила каждую наметившуюся морщинку, весь свой слишком длинный нос и все растрепанные темные непослушные волосы. И всю накладную выдающуюся грудь, от которой уже становилось жарко.

— Кажется, что-то такое только что у меня спрашивала ваша матушка. Совпадение? Вряд ли. Отвечая на ваш вопрос — нет. Не имею ни малейшего желания пускать в свою жизнь взбалмошную женщину, которую интересуют только духи и шляпки. 

Почему сразу “только духи и шляпки”? Существуют ведь еще платья, пудра, помада и туфли. 

Ладно, не о том думаю. 

— И вам никогда не хотелось завести семью? — спросила я, наклоняясь к нижнему шкафчику. Только бы он не увидел метку!

Я выпрямилась, ставя на стол тарелку с печеньем. Лорд Эмбер прищурился, и я поймала себя на том, что на него засмотрелась. 

Какой же он все-таки красивый.

Стоп.

Не надо об этом думать.

— А вы на что-то рассчитываете? Скажу сразу — нет. Мне нужна няня, а не любовница. И уж тем более, мне не нужна жена. 

— Какое совпадение, ведь мне не любвник и не нужен муж.

Лорд Эмбер насмешливо фыркнул. 

— О да. Особенно после того, как вы узнали, что ваш жених изменял вам с вашей же кузиной, да так часто и с удовольствием, что она оказалась в интересном положении. Что? Об этом все говорят. Наслушался, пока искал ваш дом.

Так, не злиться, не злиться, не злиться…

 Не плакать!

— Может быть, лорд Эмбер, — протянула я. — Но знаете, я хотя бы человек и сама могу выбирать, как мне быть. А вы будете обязаны жениться на той, у кого появилась ваша драконья метка. 

Шах и мат.

Я затаила дыхание.

Лицо лорда Эмбера окаменело.

— Надеюсь, этого никогда не случится. Не имею ни малейшего желания жениться на женщине, которая мне безразлична. Я считаю поиск истинной пары пережитком прошлого, а саму истинность — ненужным атавизмом и надеюсь, что меня это не коснется. У вас закончились вопросы, мисс Фицрой?

Интересно, почему услышать это было больно?

Я ведь… ни на что не рассчитывала.

И вообще — он мне неприятен. Да! Главное об этом не забывать.

— Да, у меня закончились вопросы. Я не смогу нянчить ваших детей. И не могу принять ваше предложение.

Потому что я не смогу прятать руку долго! Рано или поздно все станет известно, и…

Нет уж.

Я не хочу быть нежеланной невестой в нагрузку к метке. 

Лучше я вообще не буду невестой.

Стоило представить, как перекосится лицо красивого лорда Эмбера, когда он узнает, что я его истинная, с какой брезгливостью и безысходностью он будет на меня смотреть, как меня бросало в холодный пот.

Нет. Это все большая ошибка.

Лорд Эмбер меня явно терпеть не может, а должен вроде как влюбиться. Ну, не он сам, а дракон внутри него, его животная часть, которую тянет к той самой женщине, любимой и нужной.

Видимо, у нас тут какая-то ошибка.

Не стоит заострять на этом внимания. Я ему неприятна, он мне неприятен, а зуд в руке я как-нибудь переживу. 

— Я не смогу работать у вас няней, — повторила я. — Во мне нет магии, я не смогу приглядвать за драконами.

— Сможете. Иначе сядете в тюрьму. Выбирайте.

— Лорд Эмбер, вам нужна хорошая няня! А у меня нет образования. И опыта. 

— Плевать мне на ваш опыт! — рявкнул лорд Эмбер. — Вы единственная нашли с детьми общий язык. Поверьте, я тоже от вас не в восторге. Но предлагаю сделку. 

— Сделку?

— Скажем, контракт на три месяца, пока дети не подпустят к себе… кого-то получше и не успокояться достаточно, чтобы я мог вернуться с ними в столицу и отправить их обоих в хорошие пансионаты. 

— Лорд Эмбер…

— Взамен я плачу вам в три раза больше той суммы, что вы назвали в агентстве.

— Лорд Эмбер…

— В пять.

В пять раз! За три месяца! Это… полторы тысячи дублонов!

Огромные деньги.

Мы с матушкой сможем уехать.

И купить дом.

И даже починить крышу в этом, а потом его сдавать, не объясняя новым жильцам, что во время дождя нужно ставить на чердаке ведра для воды в нескольких местах.

Будем жить где-то, где нет пауков, плесени и сплетен!

И…

— У меня есть условие, — выпалила я.

— Еще условия?

— Вы разрешите Мисси оставить кота. 

Несколько секунд мы с лордом Эмбером сверлили друг друга взглядами, а затем он бросил:

— Ладно. 

Я нахмурилась.

Это хорошая сделка.

Я… буду рядом с Мисси и Лиамом, к которым почему-то успела прикипеть.

Заработаю денег.

Я уговорила лорда Эмбера оставить кота!

И… вряд ли он будет разглядывать мои руки, а многие девушки, я знала, считают особым шиком носить перчатки. 

Вот и я тоже начну носить.

Все будет хорошо. 

Вряд ли что-то изменится настолько, что лорд Эмбер вдруг воспылает ко мне страстью, как дракон к своей истинной в той книге. Он ведь ничего ко мне не чувствует, никакого влечения. Я просто... спрячу метку, и никаких проблем. Может, это вообще аллергия или что-то вроде того. Не стоит внимания. 

Три месяца.

Что может пойти не так?

— Но у меня тоже есть условия, — сказал лорд Эмбер. — Никакого шума, грязи и беспорядка. Никаких животных в доме. Кота можете оставить, но чтобы я его не видел. Вопросы, мисс Фицрой? Никаких? Отлично. За каждое происшествие я буду вычитать дублоны из вашего жалования, так что в ваших интересах сделать так, чтобы дети вели себя прилично. Приступаете сегодня. 

— Хорошо. Но… — Я запнулась. — Лорд Эмбер, а где мама? Вы ведь разговаривали в гостиной?

Как он смог ускользнуть от матримониально настроенной матушки? Он что... ее убил? Нет! 

— О, — поднял брови лорд Эмбер. — Ваша матушка пообещала мне показать коллекцию ваших детских фотографий, рисунков и примеры вышивки. Кажется, ищет старые альбомы.

— Вы шутите. 

Я побледнела. Ну, матушка. Я ее недооценила. Впрочем, после этого мне уж точне не придется волноваться о том, что лорд Эмбер может вдруг воспылать ко мне страстью. Не после лекции моей мамы, сопровождаемой фотографиями (они стоили дорого, но на них матушка, к сожалению, не скупилась), вышивкой (вышивала я еще хуже, чем готовила и выглядела на фотографиях) и рисунками (там тоже все было плохо, хотя прослеживался определенный шарм).

— Не шучу. Ваша матушка исключительно энергична и почему-то уверена, что я вот-вот сделаю вам предложение. Не подскажете, кто вбил ей это в голову?  

Уж точно не я. 

— Позовите детей домой, мисс Фицрой. Мне кажется, за это время можно было собрать всю мяту в округе. 

И правда, что-то они долго.

Выглянув в окно, я остолбенела.

Мисси, зажав зубами пучок мяты, шла к крыльцу.

Зажав зубами — это потому что руки у нее были заняты.

В одной — Пушок.

Во второй — крохотный коричневый щенок. 

Лиам вился рядом и явно полностью одобрял происходящее.

С-с-святые бисквиты! 

— Что-то не так, мисс Фицрой? Вы побледнели.
Это лорд Эмбер, который пока не понимает, как сильно попал, и все еще надеется на спокойную жизнь.

— Н-н-нет, все нормально. 

— Врете. 

Лорд Эмбер подошел к окну и ругнулся.

— Где она нашла щенка?

Понятия не имею. 

Мы с матушкой жили в этом доме уже почти двадцать лет, и за это время я ни разу не видела у нас на улице собак.

А тут — щенок.

— У Мисси доброе сердце, — сказала я, наблюдая за тем, как Мисси старательно удерживает обоих питомцев.

— Ее доброе сердце будет существовать отдельно от этого блохастого комка. Хватит в доме кота, раз уж я имел неосторожность на него согласиться. Никаких больше животных.

Я покивала. 

Логично, логично. Животные в доме — это грязь, шум и прочие проблемы, которые иногда хуже грязи и шума.

Мне ли не знать, учитывая что мой питомец — ворон Мордекай и я так до сих пор и не смогла вернуть часы, которые он украл у лорда Эмбера. Серебряные! 

— Мисс Фицрой, — обернулся ко мне лорд Эмбер и скрестил руки.

Янтарные глаза блеснули. 

— Что?

— Вперед. — Он кивнул на окно.

— Куда вперед?

— Скажите Мисси оставить щенка в покое.

— А почему я?

— А кто из нас няня? Вперед.

Я сглотнула.

— А может…

— Не может.

Ну да. Ага. Логично.

Одернув юбку и поправив под ехидным взглядом лорда Эмбера накладную грудь, я направилась к двери.

“Мисси, отпусти щенка, — репетировала я про себя. — Он заразный, и у него наверняка есть мама-собака, которая по нему будет скучать. Он живет на улице, ему здесь будет лучше”.

Да, так и скажу.

Стоило мне ступить на крыльцо, как Мисси подняла на меня взгляд, выплюнула мяту и воскликнула:

— Виктория, смотри! У него лапка перебита, можешь посмотреть! Кровь идет!

С-с-святые бисквиты. 

— Мисси, мы не можем оставить щенка! — громко выпалила я. — Ты должна немедленно его вернуть туда, где взяла!

Глаза Мисси расширились, губы затряслись, она упрямо отшатнулась назад, прижимая к себе и кота, и щенка. Лиам, опустившись на дорожку перед Мисси, грозно дохнул огнем — получилась небольшая вспышка. 

— Нет, — покачала я головой. —  Мы его не оставим! Вот где ты его взяла? За домом? Пойдем и вернем туда!

Я сделала страшные глаза, надеясь, что Мисси уже достаточно взрослая, чтобы меня понять.

— Но я…

“За дом! — одними губами произнесла я, сбежав с крыльца. — Быстро!”

Обогнув Лиама, я схватила Мисси за плечо и подняла мяту.

— Мисси, за дом! Пожалуйста.

— Но…

Девочка все-таки послушалась, и я, старательно сохраняя строгий вид, пока мы проходили мимо кухонного окна, завела ее за за угол дома. 

Присела на корточки и заглянула в упрямое лицо.

— Мисси, послушай. Мы не можем его оставить. Я еле уговорила твоего дядю на Пушка. 

— Но он раненый! Он умрет!

На лапке у щенка и правда краснело пятнышко крови. То ли ли царапина, то ли что-то посерьезнее. Вообще щенок, которого где-то нашла Мисси, больше напоминал крохотный комок коричневой грязной шерсти, чем собаку. 

К моему удивлению, из хватки Мисси он вырываться не пытался, как и Пушок, которого Мисси неуважительно перехватила поперек живота. Такая терпеливость, по правде говоря, была довольно странной для дворового разбойника.

Это я потом поняла, в чем тут дело.

Дело в том, что Мисси слегка… дракон. 

И дракон сильный.

Потому для животных она была кем-то вроде самого опасного хищника.

Так что с ней предпочитали не ссориться.

Собственно, Пушок после длительной дружбы с Мисси даже крокодила не испугался.

Но тогда я еще не знала, что меня ждет впереди.

Я думала, щенок — это главная моя проблема.

Я закусила губу.

— Ничего не умрет, — возразила я. — У него есть мама. Она будет по нему скучать.

— Нет у него мамы! — выкрикнула Мисси, по щекам побежали слезы. — Он один был, я его в канаве за твоим домом нашла! Никому он не нужен, никому, понимаешь! Никому! И он умрет! Некому о нем позаботиться!

И Мисси заплакала. Совершенно искренне, не напоказ, прижимая к себе обоих животных.

Лиам выбрался откуда-то из-за моей спины и, неловко ковыляя, подошел к ней, потерся об колено с тихим клекотом. 

Я сжала зубы.

Нельзя потакать детским капризам и истерикам.

Нельзя.

Все это знают. 

Это даже я знаю!

Нельзя.

Совсем нельзя.

— Мисси…

Она тряхнула головой.

— Мисси, тихо! А то твой дядя придет, и мы уже не сможем спрятать щенка.

Несколько секунд Мисси еще продолжала плакать, а потом икнула и посмотрела на меня влажными глазами. Шмыгнула носом. 

— Что?

Лиам вопросительно клекотнул.

Хм, интересно, ему правда три? Или драконьи дети растут как-то по-другому?

Мне казалось, что, несмотря на то, что Лиам совсем малыш, он все понимает. Так бывает? 

— Мы его вылечим, — сказала я, отбросив лишние сейчас мысли. — И отдадим в добрые руки! Договорились? И никому не скажем. 

— А… ага. А как? Мы останемся у тебя, да? Дядя нас тебе отдал? — в янтарных глазах зажглась надежда, и мне от этого стало больно. Не должны дети так радоваться первой встречной, кто проявил к ним тепло. Не должны. Хотя что я понимала в детях?

— Нет, дядя вас очень любит. — По официальной версии. Но что я еще могла сказать? — И никогда вас не отдаст, — еще тверже припечатала я. Это было правдой. — Я буду вашей няней. 

— Правда? И ты нас не бросишь?

“Контракт на три месяца, пока дети не подпустят к себе… кого-то получше”.

Ох, Мисси. 

— Давай-ка посмотрим на щенка, — нашлась я. — Что там с его лапкой?

Я забрала у Мисси недовольно скульнувший комочек шерсти. 

Святые бисквиты, что я творю? Нужно было быть строгой! Как положено няне.

— А что это у тебя на ладони? — нахмурилась вдруг Мисси, вытирая слезы с лица.

— Обожглась!

Еще и метка!

Боже, вот бы на моем месте была какая-нибудь… умная и профессиональная няня! Или просто — девушка такая… умная. Сознательная. Хваткая. Да просто по-житейски разумная и хозяйственная!

Вот такая, которой я всегда хотела стать. Не такая недотепа, как я.

Она бы точно знала, что делать в такой ситуации. Но она, наверное, и замуж бы уже давно вышла. 

На моем месте была я, к сожалению. Так что...

Лорд Эмбер… вот был бы у вас характер получше, вам бы бог послал хорошую няню.

А так берите то, что есть, это вам за грехи.

Вздохнув, я принялась осматривать недовольно поскуливающего щенка. Крохотные мутные глазки, черный носик, короткие, но толстые лапки, квадратное коренастое тельце, коричневая свалявшаяся от грязи шерсть... Если бы я хоть чуть-чуть знала о собаках, я бы поняла, что вырастет этот малыш в кого-то весьма крупного. Но я, увы, ничего о них не знала и впервый держала в руках щенка.

Лапка у него была не сломана и не вывихнута — насколько я в этом разбиралась. А разбиралась я неплохо, потому что в возрасте Мисси, да и потом, вечно тащила в дом и выхаживала всякую живность — да хоть того же Мордекая, чтоб ему об облака спотыкаться.

Но Мисси так делать не будет!

Это в последний раз!

Спрятать щенка оказалось тем еще испытанием. Во-первых, он пищал и скулил. Во-вторых, Мисси наотрез отказалась с ним расставаться и оставить его у меня дома, чтобы потом забрать.

Так что тактическая хитрость, на которую я уж было понадеялась, не увенчалась успехом. 

В конце концов я расстегнула верхние пуговицы блузки и спрятала щенка на мягких подушках, которые служили мне грудью. 

Они были пышными, сцепленными между собой (логично, не хватало только чтобы груди вдруг начали разбегаться), мягкими и крепились на веревку, перекинутую через мою шею, так что уж точно не собирались сползать к животу. Опять же, там было тепло.

В общем, грудь пригодилась.

Оставалось только придерживать щенка, чтобы он вдруг не начал возиться и пытаться сбежать.

— А вы не безнадежны, мисс Фицрой, — прокомментировал наше появление лорд Эмбер, а затем присел на корточки перед Мисси и вьющимся у ее ног Лиамом. — Мисси, я надеюсь, это последний раз, когда вы убегаете из дома. Вы с Лиамом меня крайне разочаровали. Надеюсь, впредь вы будете послушными. Иначе наступят… последствия. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Его голосом можно было замораживать мясо, чтобы не испортилось.

И это тот самый дракон, который ночью весь город обегал в поисках детей.

Тех самых, которые ему безразличны. 

Ох, во что я ввязалась?!

Стоя за спиной лорда Эмбера, я округлила глаза, пытаясь без слов сказать Мисси, чтобы вела себя смирно. 

“Не вздумай спорить! — хотела сказать я. — Иначе мы здесь застрянем, щенок рано или поздно проснется, запищит или напрудит мне в блузку лужу — и все!”

Бросив на меня взгляд, Мисси потупилась.

— Конечно, дядя.

Лиам, тот еще прохвост, как я потом узнаю, подошел к лорду Эмберу и ткнулся носом в его колено. 

Тот замер и аккуратно погладил Лиама по шее. Рука у него немного дрогнула, как будто он пытался дотронуться до дракончика как можно аккуратнее, но не привык быть нежным.

Может, я это все себе придумала. Это так и осталось неизвестным.

— Очень хорошо, мисс Фицрой, — чуть позже прошептал мне на ухо лорд Эмбер. — Может, я даже добавлю вам жалование. Если так пойдет и дальше. 

Я зарделась, приложив руку к груди.

Чтобы спящий там щенок, ни дай бог, не дал о себе знать. 

Скандал разразился, когда я сказала матушке, что все-таки буду работать гувернанткой. У дракона.

— Какой позор! — кричала она, пока я собирала остатки своих вещей в простую хозяйственную сумку: саквояж у нас в семье был только один, и вчера я с ним благополучно рассталась. 

— Тебе же нравился лорд Эмбер, — невозмутимо откликнулась я, стараясь справиться с вещами побыстрее, пока щенок не проснулся. Спину приходилось держать прямо, как полагается леди. Из-за того же щенка. Хоть тут матушке не к чему было придраться.

— В качестве твоего жениха!

Сам лорд Эмбер, а также Мисси и Лиам во время этой сцены были в гостиной. 

Пили чай с тминным кексом и, надо думать, разглядывали мои фотографии, вышивку и рисунки. 

— Ну, мам, кто знает, чем все закончится, — туманно откликнулась я. — Знаешь, не все сейчас сразу женятся. Некоторые предпочитают узнать друг друга поближе.

Матушка осеклась, а я, пользуясь тем, что она переваривает этот неожиданный взгляд на происходящее, выскользнула из комнаты, не забыв надеть перчатки. 

Три месяца. 

Мне нужно продержаться три месяца, и намного спокойнее мне будет, если мама каждый день не будет закатывать истерик и просить меня уволиться, угрожая потерянной честью рода и собственным сердечным приступом.

За ужином, который проходил в особняке лорда Эмбера, где мне отныне предстояло жить, лорд Эмбер решил произнести тост:

— За мисс Фицрой, — сказал он. — С которой, я надеюсь, в наш дом придет покой и тишина.

Мисси и Лиам, которого я уговорила спуститься к ужину и не прятаться от лорда Эмбера, чинно кивнули. 

Они готовы были себя вести очень тихо, лишь бы лорд Эмбер не нашел спрятанного в комнате Мисси щенка.

Лорд Эмбер поднял повыше бокал.

Он легко улыбался и выглядел счастливым.

А бокал был металлический, блестящий. Красивый такой. 

— За вас, мисс Фицрой.

Секунда — и черная тень, пересекшая столовую, выхватила из руки лорда Эмбера бокал и с громким карканьем вылетела в дверной проем. 

— Мисс Фицрой! — рявкнул лорд Эмбер, вскакивая и от злобы сжимая кулаки. — Как это понимать?!

Что?

Не могла же я оставить Мордекая?

Он домашний ворон. 

По правде говоря, я сама была удивлена тому, что он меня здесь нашел. Но, кажется, объяснять это лорду Эмберу бесполезно.

Упс.
Дорогие читатели, приглашаю в МОЮ 
В первый же день учебы я разнесла холл академии, а к вечеру умудрилась привязать к себе первого красавчика курса — самовлюбленного и наглого дракона.
Теперь мы даже отойти друг от друга не можем!
Он — не пропускает ни одной юбки, а я — просто хочу обратно свою жизнь и уж точно не собираюсь в него влюбляться.
Вот только кажется, он — единственный, кто знает, как взять мою магию под контроль. Нам придется действовать сообща, чтобы избавиться друг от друга.
Но — где я могла встречать его до академии? А он меня?
 

***

Нам успешно удавалось прятать щенка в течение двух недель. За это время грязно-коричневый комок увеличился в два раза, и я решила, что избавляться от него надо поскорее, потому что — не нравилось мне, с какой скоростью он растет. 

— А как мы его назовем? — спрашивала Мисси. 

— А зачем? Мы ведь договорились, что вылечим и отдадим в добрые руки.

Как будто в Чистых Прудах были руки, которым нужен беспородный щенок.

Но эту проблему я буду решать позже.

И решу!

— Ну до тех пор нам ведь нужно его как-то называть? — невинно откликнулась Мисси. — Может, Великан?

Не стоило соглашаться. Мне кажется, назвав так щенка, мы накликали беду, потому что вырос он в конце концов размером с теленка. Но тогда мне и в голову такое не могло прийти.

Обнаружил Великана лорд Эмбер случайно: он зашел пожелать Мисси спокойной ночи и увидел в ее комнате щенка, спящего в гнезде из старого одеяла. 

Возможно, стоило его спрятать получше, но я не ожидала, что лорд Эмбер захочет зайти к детям перед сном. Этот поступок был абсолютно не в его стиле.

На тот момент я успела узнать кое-что о том, на кого работаю.

Во-первых, лорд Эмбер — совершеннейший одиночка.

Он не преувеличил, когда сказал, что работает всегда.

Спустя два дня после того, как я официально стала няней (и даже смогла отвоевать у Мордекая украденный бокал), в Чистые Пруды прибыли грузчики.

И не просто так прибыли, а прибыли порталом!

Я никогда в жизни не видела порталов, потому что стоили они целое состояние. Мне кажется, в Чистых Прудах не было ни одного, уж слишком маленьким и слишком бедным был городишко.

А здесь прямо посреди улицы возникла ярко-голубая воронка, и оттуда принялись выходить люди, нагруженные всякими непонятными приборами, деревянными ящиками с таинственным содержимым, стопками книг и журналов для записей.

Улучив момент, я спросила у дворецкого, полного и всегда дружелюбного мистера Стьюарда, что такое нам привезли.

И вовсе я не сплетничала!

В конце концов, я няня.

И отвечаю за безопасность детей.

Должна быть в курсе.

Вот и все.

— Это лаборатория лорда Эмбера, — пожал плечами мистер Стьюард, взбивая яйца для омлета. 

— Лаборатория? — невинно спросила я. Нет, не сплетничала! — А чем лорд Эмбер занимается? 

Так я узнала, что лорд Эмбер — не просто ученый, а тот самый ученый, благодаря которому у нас, и даже в Чистых Прудах, есть микстуры от инфекции — они назывались “Нуи”, стоили сущие копейки и, я помнила, одна из них спасла матушке жизнь несколько лет назад. 

Матушка в тот год заболела чахоткой. Сначала просто кашляла, потом стало понятно, что… это не просто простуда. Внутренне я была готова ко всему, но, когда мы обратились к лекарю, нам неожиданно предложили “Нуи”. И мама поправилась. 

А потом эта микстура появилась везде и сейчас уже давно не была редкостью. Я даже стала забывать о том, что когда-то ее не существовало.

— Не вздумайте заходить в лабораторию! — предупредил мистер Стюард, делая страшные глаза. — А то — все!

— Все?

— Совсем все, — припечатал он, с остервенением взбивая яйца. — Хоть листок там передвинете — убьет!

Это заявление я решила не проверять, потому что у лорда Эмбера в самом деле хватало причин для того, чтобы меня убить.

Пушок, Великан, Мордекай…

Не стоило добавлять еще одну.

— А почему лорд Эмбер сюда переехал? — спросила я, наклонившись поближе к мистеру Стьюадру. 

Тот бросил взгляд по сторонам. Пригладил короткие темные волосы, которые по-щегольски укладывал на косой пробор.

— Из-за детей, — прошептал он. — Лекарь посоветовал им перебраться спокойное место, вы знаете, после всего. А еще и учитывая их особенности… Лекарь пообещал лорду Эмберу, что свежий воздух и смена обстановки пойдет детям на пользу.

— И как? — скептично выгнула бровь я.

Дворецкий вздохнул и выразительно посмотрел на люстру: ее крепление, усиленное магически, золотисто поблескивало.

Ровно так же блестели все дверцы на кухонных шкафах и в гостиной, окна второго этажа и некоторые другие предметы в доме.

В общем, дети не теряли времени даром с тех пор, как прибыли в Чистые Пруды. Я пыталась как-то спросить Мисси, зачем им с Лиамом понадобилось ронять люстру и объедаться до боли в животе джемом, но она мне так ничего и не ответила. Должно быть, там важен был сам процесс, а не конечный результат.

— Хорошо, что это уже ваша забота, а не моя, мисс Фицрой, — вздохнул мистер Стьюард и тут же спохватился: — Но я вам такого не говорил! Я не сплетничаю!

— Я тоже, — важно кивнула я. — Пойду звать детей к завтраку. 

— А я продолжу его готовить.

И мы разошлись, полностью довольные друг другом.

Во-вторых, я узнала, что никаких проблем с тем, чтобы прятать метку от лорда Эмбера, у меня не будет. 

Потому что все время он проводил в лаборатории. Спускался только к ужину, иногда вместе с нами обедал или завтракал.

И на этом все.

Казалось, лорду Эмберу не интересно ничего вокруг, кроме драгоценных хрустальных колб и реторт, кроме полутьмы лаборатории, в которую мне до сих пор удавалось заглянуть только одним глазком, кроме одному ему понятных записей, которые он ведет в журналах, кроме, собственно, исследований.

Я не знала, чем он занимается сейчас, мистер Стьюард говорил, что изучает болезни, связанные не с инфекцией, а с магией, которая течет по жилам у драконов и одаренных магически людей.

— А как можно изучать болезни без больных? — недоуменно спросила я.

— Кто их, ученых, разберет? — дернул плечом мистер Стьюард, и я кивнула.

На этом разговор был окончен.

Потом мистер Стьюард рассказал мне, что лорд Эмбер занимается фар-ма-цев-ти-кой — это такая наука о лекарствах, так что имеет он дело в основном с порошками, микстурами и записями о течении болезней, а не с настоящими больными.

Я снова кивнула и в очередной раз спросила себя — а почему я вообще этим интересуюсь?

Мое дело — дети.

И продержаться три месяца, желательно так, чтобы не остаться в долгу.

Я и так лишилась ста дублонов из-за Мордекая в первый же день!

А лорд Эмбер, несмотря на то, что я вернула бокал и носилась из-за этого по дому за Мордекаем целый час под громкий хохот Мисси и довольное клекотание Лиама, аннулировать штраф не стал.

— А с чего бы, мисс Фицрой? Ведь проступок был. Впредь будьте внимательнее. И уделите внимание тому, чтобы Лиам социализировался.

— Социали-что? — не поняла я и покраснела. 

Все мое образование, к сожалению, ограничивалось домашней библиотекой, которой удалось собрать матушке, и городской бесплатной школой в Чистых Прудах. 

В общем, до блистательного лорда дракона, да еще и ученого, мне было далеко.

Лорд Эмбер дернул уголком губ и снисходительно пояснил:

— Социализировался, — произнес он своим низким голосом, от которого у меня по спине пробежали мурашки. — Это значит, не давайте ему прятаться. Вы заставили его спускаться к ужину…

— Не заставила.

— Что?

— Я его не заставляла, — упрямо поправила я.

Допустим, я была отвратительной няней, с которой дети никак не могли понять смысл слова “послушание”, но слово “заставить” относительно трехлетнего мальчика мне не нравилось. 

Он ведь не скотина.

И я его не заставляла.

Это была наша сделка.

Пока они ведут себя хорошо — у лорда Эмбера нет причин быть недовольным, так что меньше шансов на то, что он обнаружит щенка.

Он хмыкнул, окинув меня взглядом.

— Мы друг друга поняли, мисс Фицрой. Лиам непозволительно долго находится в драконьей форме. Будьте так добры, сделайте с этим что-то. Он ребенок, а не зверек. Пускай начинает вести себя как человек и наконец примет человеческую форму.

Легко ему поручения раздавать. А как это возможно?

— А когда он был человеком в последний раз?

Лорд Эмбер помолчал, и по движению гладко выбритого подбородка я поняла, что он сжимает челюсти.

— До того, как их с Мисси родители погибли, насколько я знаю. Разберитесь с этим.

И все. На этом наш самый длинный разговор закончился. 

От пристального взгляда янтарных глаз метка на ладони зазудела, и я поспешила спрятать ее за спину, хотя была в перчатках и могла не переживать о том, что мой маленький секрет раскроется.

Это точно была метка, метка истинности, я теперь знала это абсолютно точно: провела несколько часов в городской библиотеке, притворяясь, что ищу информацию о своих подопечных. 

Такие метки были на теле драконов с рождения. К слову, интересно, где метка находится у лорда Эмбера? 

И как теперь перестать представлять его голым?

Столько вопросов и ни одного ответа. 

Как бы то ни было, если истинным или истинной дракона становился человек, то метка в момент встречи появлялась на теле человека.

И… в книгах было сказано, что дракон это чувствует.

В моем любимом романе, который я оставила дома у матушки, не рискнув взять в особняк лорда Эмбера, чтобы не нарваться на ехидную отповедь, было написано про то, что дракон влюбляется в истинную.

Что его к ней тянет.

Не знаю уж, к кому тянуло лорда Эмбера, кроме его колб и реторт. 

Точно не ко мне. Так что в этом плане работу мне ничто не осложняло. Никаких приставаний от лорда Эмбера, никаких неудобных вопросов, никакого… навязчивого внимания.

Очень жаль.

В смысле — очень хорошо.

Хорошо, да. 

Так и буду думать. 

И главное — ничего не перепутать! 

— Что вы так на меня смотрите, мисс Фицрой, — спросил меня лорд Эмбер как-то после ужина.

Мы вдвоем сидели за столом, а дети уже уже унеслись готовиться ко сну — ну просто ангелочки, если не заострять внимание на том, что они унеслись кормить щенка, которого в особняке лорда Эмбера вовсе не должно быть. 

— Я на вас смотрю, лорд Эмбер? Вам показалось.

— Нет. Не показалось, — лениво откликнулся он, отпивая немного вина из бокала. — А, кстати, где ваша грудь? Мне она нравилась. 

Вот ведь…

— Не думаю, это ваше дело, лорд Эмбер, — сказала я, вставая.

— Я ведь ваш наниматель. Должен знать, что происходит с человеком, который занимается моими детьми.

Я закусила губу, поправила подол платья, которое купила у модистки в кредит и открыла рот. Закрыла. Потом снова открыла.

Кого я обманывала, молчать я не умела.

Может, Уильям Денч бы даже женился на мне, а не на моей троюродной кузине, если бы я молчала и не поправляла его в те моменты, когда он начинал нести ерунду про то, что тотализаторы и игра в карты — отличный способ обогатиться.

Сейчас, задним числом, я думала, что меня, в целом, от того замужества бог уберег. Плохо, конечно, что других кандидатов не было видно. Но остаться старой девой — это меньшее зло по сравнению с браком с Уильямом Денчем.

— А о том, что происходит с детьми, вы не должны знать? — выпалила я.

— Что вы сказали? — поднял брови лорд Эмбер.

О, я сейчас объясню. 

Интересно, сколько дублонов мне это будет стоить?

— Я говорю о том, лорд Эмбер, — заговорила я, — что вы их единственный опекун. Самый родной для детей человек. Лиам… вы и сами знаете все о Лиаме. А вы знаете, что Мисси боится спать одна и во сне кричит?

Я и сама не знала, пока не услышала: моя комната находилась как раз между двух детских. Сначала я думала, что это пройдет, но Мисси просыпалась каждую ночь и подолгу не могла уснуть, что бы я ни делала.

В конце концов пришлось разрешить Мисси взять в постель Пушка. Это шерстяное чудовище ее успокаивало, и за одно это я готова была терпеть его блохастое присутствие. Ну, может, не блохастое. Но этот кот мне однозначно не нравился. Потому что только у Пушка была способность ходить по особняку и лежать в кровати Мисси с таким видом, как будто все здесь принадлежало ему.

— Нет, — нахмурился лорд Эмбер. — Не знаю.

— А надо бы.

— Вы их няня! Это ваша работа!

— Но я не их не мама. — Я замолчала. — Пойду проведаю детей. 

И я вылетела из-за стола раньше, чем лорд Эмбер успел съязвить по поводу того, что я сплю и вижу, как бы его на себе женить.

Потому что я уж точно такого не хочу!

В отличие от… всяких остальных, кто хочет.

Появление аж целого дракона в Чистых Прудах не могло пройти незамеченным, так что к лорду Эмберу в первую же неделю здесь пришло несколько десятков приглашений на обеды и вечерние чаепития — и он проигнорировал каждое.

— Не имею ни малейшего желания обременять себя скучным провинциальным обществом, — процедил он, методично бросая приглашения в камин. — Лучше заняться по-настоящему полезными вещами.

— А вдруг там найдется кто-то приятный?

— Приятнее вас, мисс Фицрой? — бросил на меня он взгляд через плечо. — Это вряд ли.

Вот ведь…

На целую секунду я позволила себе помечтать, что он говорит всерьез, но саркастичная улыбка, появившаяся на губах лорда Эмбера, не дала мне долго обманывать себя.

Почесав метку, я в очередной раз пожелала лорду Эмберу… всего хорошего.

Может, мне даже повезло, что он не обращает внимания на детей: по крайней мере, мне не приходится иметь с ним дел слишком часто.

Но вскоре лорд Эмбер меня удивил.

На следующий день после того разговора о Мисси, он пришел укладывать детей спать.

Без предупреждения.

Просто поднялся в ее комнату спустя десять минут, как я объявила, что мы ушли готовиться ко сну.

Появление лорда Эмбера в комнате Мисси было… триумфальным. 

Он, одетый традиционно во все черное, стоит в дверному проеме. 

А в комнате Мисси — собственно, Мисси. На ее кровати — Пушок и Лиам, потому что он предпочитал спать с сестрой, и я не могла его осуждать. Лиаму три! Конечно, ему одному в комнате страшно. Что бы там ни говорили всякие надменные драконы, которые считали, что Лиам должен расти мужчиной.

На спинке кровати Мисси примостился Мордекай, который наотрез отказался возвращаться в мамин дом и предпочитал жить со мной. Это с одной стороны. А с другой — часы он так и не отдал, так что к его преданности были вопросы. 

В гнезде, сделанном из старого одеяла, на полу спал подросший Великан. 

Лорд Эмбер остановился, окинув нас взглядом.

— Я даже не знаю, с чего начать, — задумчиво проговорил он.

Тон его ничего хорошего не обещал. 

— Мне няня разрешила! — воскликнула Мисси, прижимая к кровати Пушка, как будто лорд Эмбер мог схватить его в охапку и выбросить в окно.

Хотя он бы мог, наверное.

— Лорд Эмбер, — начала я, — позвольте объяснить.

— Попытайтесь. 

Я открыла рот.

Закрыла. 

— Не при детях. 

— Мисс Фицрой! Я заинтригован. Что же такое вы хотите мне объяснить, чего нельзя слышать детям?

Он позволил мне увести его из комнаты и закрыть за нами дверь.

— Лорд Эмбер, — начала я, когда мы отошли, и вздрогнула. — У вас глаза светятся в темноте?

В полутьме коридора янтарные глаза лорда Эмбера и вправду поблескивали. По спине пробежали мурашки.

— Это все, что вы хотели мне сказать, мисс Фицрой?

—  Я хотела сказать… сказать… — Я вздохнула. — Пожалуйста, не ругайте их. Я знаю, что им положено спать отдельно друг от друга, и… вы знаете, это совсем маленький щенок! Он здесь временно! Я думаю, им просто… одиноко. Все-таки они потеряли обоих родителей и несколько раз меняли опекунов. Я просто… мы с мамой тоже… — Я замолчала. — Можете снять с меня сколько угодно дублонов, но не ругайте детей!

Тишина. Я упрямо скрестила руки.

— Не буду, мисс Фицрой.

— Знаете что... — приготовилась я спорить. — Что?

— Я не буду их ругать. 

Почему?

Он с ума сошел? А как же — "никакого шума, грязи, беспорядка и никаких животных"?

Ладно, не буду спрашивать, чтобы не передумал.

Неужели пронесло?

— Спасибо, лорд Эмбер. Я… пойду? Я обещала Лиаму сказку.

— А мне можно послушать?

Я сглотнула.

Он шутит?

— Разумеется.

Лорд Эмбер не шутил. 

Он в самом деле вернулся со мной в детскую и… слушал сказку, которую я читала Лиаму. Не знаю, помогало ли это ему со-ци-а-ли-зи-ро-вать-ся.

Но Лиаму нравилось, и он легко засыпал. 

Я понятия не имела, как сделать так, чтобы из маленького дракончика Лиам стал маленьким мальчиком, но ему нравились сказки, так что… я ему их рассказывала перед сном. Да и Мисси слушала с удовольствием, ничуть не переживая по поводу того, что ее комната превратилась в помесь общей комнаты в таверне и зверинца.

— Доброй ночи, лорд Эмбер, — сказала я, когда мы вышли в коридор, оставив в комнате спящих детей.

Лорд Эмбер даже не стал комментировать то, что я оставила для них включенным ночник. 

— Доброй ночи, мисс Фицрой. — Он не пошевелился, и я отступила, чтобы не стоять совсем уж близко. — Вы вкусно пахнете. 

Лорд Эмбер подался вперед, и я отшатнулась.

— Что?

— Ничего, — он тряхнул головой. — Доброй ночи. 

И лорд Эмбер зашагал прочь по коридору, громко стуча каблуками. А я осталась стоять.

Вкусно пахну?

Я вкусно пахну?

Это он про что?

А что именно вкусно пахнет? Духи? Шампунь? Мыло?

Но надо ведь уточнять! Почесав метку, я досадливо понюхала прядь волос. Пахло блинчиками, которые мы с детьми готовили на кухне, пока Стьюард делал вид, что не видит вопиющего нарушения правил дома.

Я так и не смогла уснуть до самого утра, а когда встала, услышала дверной колокольчик. 

Кто мог прийти в такую рань?

Накинув халат, я подошла к лестнице и осторожно выглянула вниз, в холл.

Дворецкий, мистер Стьюард, помогал снять накидку пожилой женщине, полной и седоволосой. 

— Предложить вам чаю, леди Эмбер?

Леди Эмбер? Так это…

Раньше, чем я успела сообразить, что к чему, леди Эмбер воскликнула:

— Сынок! — она пересекла холл и заключила в объятья лорда Эмбера, который появился в поле зрения. — Как давно я тебя не видела! Как ты? Почему такой бледный? Опять работаешь целыми днями? Ну когда ты уже женишься?! 

Ничего себе заход!

К лорду Эмберу, у которого на слово “женитьба” стойкая аллергия.