Одержимость. Часть 2. Исповедь Элиона.

«Прощение других – шаг к свету. Прощение себя – путь сквозь собственную тьму» - Слово одинокого мудреца.

Северное королевство всегда славилось своими заснеженными горами и густыми хвойными лесами, раскинувшимися практически на всю его территорию вплоть до самых южных границ. То, что уходило севернее самых последних и редких поселений, находящихся у северного края являло собой лишь бескрайние белые пустоши, где не было ничего кроме бушующих метелей и леденящих, пронизывающих саму душу ветров. Условия жизни в королевстве были суровы, как и климат, благодаря которому зима тянулась практически восемь месяцев в году. Весна в этом месте по своему обыкновению начиналась с первыми тёплыми ветрами, пришедших с южной стороны и плавно переходила в прохладное лето с дождями и грозами, которое длилось всего два месяца, позволяя быстро взрасти местному богатому урожаю, чтобы снова погрязнуть в белоснежных снегах и метелях на долгие - долгие месяцы вперед.

Погода практически всегда была пасмурной, но все же прохладное солнце нет-нет, да и выглядывало временами из-за сизых туч, что постоянно висели тяжёлым покрывалом на небе. Сами северяне были народом сплоченным и таким же суровым и строгим, как и климат в этом непростом для жизни месте.  Внешность этих людей была достаточно узнаваема - светло-серые волосы, темно-серые глаза и достаточно высокий рост. Эти признаки были своего рода адаптацией к суровым условиям и отсутствию солнца большую часть года. Законы и традиции эуринов сформировались очень давно, наверное ещё тогда, когда первый человек ступил на огромные снежные земли. Любому обитателю в этом месте нужна была община, сплоченность и система, позволяющая выжить всем находящихся в ней. Кроме того, первые предки, обосновавшиеся в Северном королевстве, оставили после себя исключительное по своей природе наследие. Это была та самая, известная отныне эуринам магия разума.  Она позволяла первобытным племенам общаться друг с другом на расстоянии и передавать важную информацию, если где-то засел голодный зверь или обнаружилось новое безопасное место. Эурины могли оставлять свою энергию, словно маяк в ночи, по которой их сородичи находили друг друга. Все это помогало им выжить и разрастись в этом суровом месте просто на огромное расстояние.

Подобного рода магия отличалась по своему происхождению от обычных магов, что проживали южнее. Люди, жившие здесь уже рождались с ней и могли еще в юном возрасте пользоваться даром. Кроме того, глаза эуринов видели все несколько иначе. Им не нужно было проходить лабиринты сознания, чтобы выяснить для себя опасность, исходящую от чужака. Стоило один раз включить свое природное зрение, как эурину становилось видно сознание человека целиком, словно на холсте. Всполохи магии горели различными цветами от желтоватого свечения прирожденного лекаря, до тёмного сиреневого - опасного некроманта. Они видели течение энергией в теле, как та скапливается вокруг сердца и растекается словно течение воды по всему телу, формируясь в определённых местах и сплетаясь в своеобразные и разноцветные клубки. Это же касалось и всех остальных живых организмов, энергия которых протекала по своему заданному природному принципу. По тому, какого цвета энергия преобладает было легко определить, что за маг стоит перед тобой. Эурины также могли свободно читать эмоции и ход движения энергии по телу. Плавно ли, а может стремительно, словно вода несущаяся с горного хребта, или же кружась в водовороте волнения и страха? Все это было подвластно им, и ещё долгие годы северный народ никого не подпускал к себе, опасаясь нападения со стороны, и уничтожения их как расы, превосходящей всех остальных магов.

В конечном итоге народу стала нужна свежая кровь. Люди стали хиреть от неведомых ранее болезней самого источника магии, младенцы гибнуть в раннем возрасте, а пожилые не доживать до почтенного возраста, при этом обладая сильнейшим даром. Все это заставило их выйти из тени и предложить свой первый мир людям, обитавших за южной границей. И те протянули руку помощи.

Совсем скоро брак с эурином стал для многих людей спасением и тайным желанием родить наследника с исключительным даром. И это впервые спустя долгое время привело к неприятным последствиям. Маги с дурными намерениями решили воспользоваться этим, попытавшись прознать о тайнах северян, что заставило народ вскоре захлопнуть двери перед лицом многих. Теперь эти знания хранили за семью замками и передавали в каждой семье из уст в уста, не рискуя оглашать это даже другим соплеменникам. Смешанные браки разрешались немногим и ещё долгое время контролировались, запрещая чужакам длительные поездки обратно на родину. Северное королевство отныне было закрытым, позволяя входить только преданному узкому кругу чужаков с чистыми помыслами и взглядами.

Северяне жили в своём большинстве дружно, чтили традиции и правила, не вели никаких дел на стороне и придерживались своих законов королевства. Суровых, но справедливых. Редким явлением было, когда обычный эурин мог попасть в залы священного суда и подвергнуться справедливому наказанию, однако такие прецеденты все же случались. Ничто в их огромном мире не было идеальным - таковы были законы сохранения баланса энергий.

В свои неполные семь лет это знал и он - Элион.

Отец всегда наставлял его чрезмерно строго, не позволяя мальчику расслабиться даже на минуту. Грозный и сильнейший маг, и по своему происхождению эурин был жесток и непримирим с любым отклонением от "нормы".

Саргрейн О Дей был почти гениальным магом своего времени. Он состоял в коалиции самого правителя Орден Де Вальда - на тот момент правителю было почти восемьдесят лет и это не самый почтенный возраст для эурина. Отец же имел честь присутствовать лично на всех заседаниях малого совета, которые собирал правитель, решая важные и неотложные проблемы королевства. Саргрейн пользовался заслуженным уважением круглого стола, в котором являлся главным советником по политическим вопросам, касаемых других королевств.

В своём уже не молодом возрасте, на тот момент ему было сорок лет, Саргрейн впервые встретил и его мать - Луизу. Эта девушка была обычным человеком, не обладающим даже зачатками магии. Луизе тогда было слегка за двадцать, девушка родилась в семье простого торговца травами и работала у него же, в маленькой лавке окраины южного королевства Веридиан. Саргрейн тогда был проездом с делегацией у тогда ещё впервые вступившего на пост короля Омадея Оргуса. Знакомство с новыми правителями было частью положенного этикета для всех королевств, сохраняющих мирные отношения друг с другом. Уже уезжая обратно на родину, Саргрейн проезжал мимо последнего рыбацкого городка, когда возничий все же решил сделать остановку у ручья. Там то отец и встретил ту самую девушку, стирающую одежду в прохладной воде.

Луиза была одета просто, в свободное серое платье и желтоватый фартук. Темноволосая красавица с серыми как тучи глазами привлекла его просто в момент, растопив холодное сердце эурина, для которого семья в те годы, была давно на последнем месте. Саргрейн не сдержался, впервые в жизни поддавшись взрывным эмоциям, словно малолетний юнец. Не смотря на разницу в возрасте, мужчина больше не мог представить своей жизни без этой девушки. Прошло всего несколько минут, прежде чем та пропала с поля зрения, а соломенная корзина с бельём так и осталась в одиночестве стоять у ручья. Саргрейн похитил девушку, словно разбойник, которому посчастливилось узреть бесценное сокровище на своем пути. Только по приезду в Эмберхарт, он дал возможность Луизе написать письмо своему отцу.

Имение Саргрейна на тот момент все больше разрасталось пристройками по всей территории его тогда еще небольших земель. Эмберхарт был расположен в самом южном месте недалеко от границы, и во владениях Саргрейна имелся даже один крохотный заповедник, в котором жило достаточно большое количество живности, если сравнивать тот с обширными лесами всего остального Северного королевства.

Мужчина безумно полюбил девушку. Саргрейн одаривал её шелками, драгоценностями, породистыми скакунами и прочими элементами роскошной жизни. Однако та была скромна и молчалива. Но так просто сдаться не входило в его планы. Любовь в груди сидела острой занозой, не давая ему покоя, лишая сна и заставляя его идти на отчаянные поступки. И отчасти Элион мог понять его. Девушка была красива, стройна и до ужаса загадочна. Но её душа была закрыта для Саргрейна, ведь тот украл её, даже не спросив несчастную о том, чего же хочет она сама. Однако простая девушка была с добрым сердцем, и спустя время оно все же дрогнуло. 

_______________________________________________________

Ссылка на первую часть книги (18+) здесь:

В мире, где разум может быть оружием, а душа и сердце — слабостью, тебе всегда придётся выбирать. Но что будет, если выбор окажется неправильным? С приходом нового преподавателя в магическую академию Дрейтона Селена всё чаще задаёт себе этот вопрос.

Что делать обычной студентке, когда сердце трепещет только при одном взгляде в эти тёмные, демонические глаза?

Как справиться с чувствами, которые медленно сводят сума и терзают душу? И что делать, когда весь мир обернулся против тебя, а граница между жизнью и смертью почти исчезла?

На что готов человек ради собственной любви? И как не потерять человечность, когда одной ногой уже стоишь в аду…

Здравствуйте дорогие читатели!

Добро пожаловать во вторую и заключительную часть цикла:

Одержимость

В этой истории нет черного или белого. Перед Вами откроется картина из тысячи красок, прекрасная и по-своему уникальная.

В ней нет картонных героев, где понятен их каждый следующий шаг.

В ней также нет определенного понимания - "что плохо", а "что хорошо".

Теперь Вы сами сможете ответить на этот вопрос.

История имеет ХЭ!

Выход глав в первую неделю будет ежедневным, потом вернётся к основному графику, указанному в аннотации. 

Если Вам понравилась книга, автор настоятельно рекомендует взять ее в свою библиотеку и поставить звездочку...Все остальное на ваше усмотрение. Также вы можете подписаться на автора, чтобы не пропускать новинки, скидки и розыгрыши промокодов.

ВСЕХ ЛЮБЛЮ!

Ваша Лия Лисс.

По прошествии пары лет, Саргрейн отвёз её отцу и соизволил спросить его благословения. Старик на тот момент едва не убил его в собственном же доме. Однако Луиза все же смогла убедить несчастного отца признать все действия эурина, продиктованными лишь безмерной любовью к ней. И тот сдался, дал благословение, несмотря на то, что те были уже долгое время женаты, придерживаясь строгих законов северян.

В отличие от Саргрейна, его мать - Луиза всегда была с сыном добра и заботлива. Элион души в ней не чаял, проводил все свободное время с ней, излечивая свои обиды и душевные раны, оставленные его же отцом. Иногда мальчику казалось, что тот ревнует ее к нему, ведь Саргрейн не редко выдергивал его едва ли не за шиворот со своего места, когда видел, что тот прозябает такое ценное время в "лености и праздности", сидя возле неё и болтая обо всем на свете. Луиза в такие моменты всегда вступалась за мальчика, негодуя поведением его отца. А вскоре перепадало даже ей, за то что та потакает сыну в его прихотях и спускает ему поведение совершенно не достойное поведению благородного и воспитанного эурина.

"Достойный северянин даже если и отдыхает, то проводит свое время в тишине и осмыслении собственной души, медитируя и соединяясь с духом природной энергии." - слова его отца.

Любовь Саргрейна к его матери была странной, фанатичной и до ужаса многополярной как тогда казалось Элиону. Мальчик не раз был свидетелем тому, как его отец - великий и талантливый магистр и советник Де Вальда, стоит на коленях у её ног, и слёзно просит у Луизы прощения. Жадно целует ее руки, водит носом по складкам дорого шелкового платья и тут же комкает его в своих руках, раздражаясь все больше и больше. Его тон резко менялся от нежного и мягкого, к холодному и не сдерживаемому. А вскоре из его рта летели обвинения в том, что она никогда его не любила и не полюбит так, как он того желает. Элион не понимал, почему в голове его отца сидели такие мысли и не мог понять. Луиза бы ни за что не согласилась на замужество, если бы не любила его.

К слову Саргрейн и сам не особо был щедр на любовь. Чем старше становился Элион, тем больше тот понимал - отцом движет нечто иное. Саргрейн не любил сына, так, как любят родители своих детей. Его одобрение нужно было сначала заслужить. И Элион честно пытался. Отец был жесток с ним, считая, что в сыне лишь часть от того, кем бы он мог стать в будущем, ведь тот был рождён обычной женщиной, не обладающей магией. Но не смотря на все его холодное и предвзятое отношение к нему, Саргрейн все равно считал своим долгом вылепить из наследника достойную замену себе. И поэтому методы его были не всегда гуманны, а чрезмерная строгость и завышенные ожидания заставляли мужчину неоправданно усердствовать, иногда забывая о том, что перед ним стоит простой ребёнок.

Почти все его детство ушло на то, чтобы постичь собственную магию. Саргрейн проводил с ним множество часов за закрытыми дверьми своего кабинета. В те моменты мальчику приходилось испытывать на себе ужасную давящую магию его отца, который заставлял неокрепшее сознание инстинктивно защищаться, и безуспешно оборонять своего пока еще маленького хозяина. Отец не жалел его, грубо разрывая границы его природной защиты и практически играючи ломал хлипкие замки на всех дверях его разума. Он умеючи вскрывал его страхи, давил на слабости и бросал в лицо постыдные для мальчишки вещи, кои Элион так упорно пытался спрятать от прозорливой магии отца. Будь то первая влюбленность, или же глупый проигрыш в драке с сыном их личного конюха, не важно.

Отец все увидит, все узнает. Заставит его почувствовать себя жалким и беспомощным слюнтяем, не способным ни защитить себя, как мужчина, ни запудрить мозги глупой девчонке. Безуспешные попытки замуровать свое сознание от него каждый раз, заканчивались провалом. Иногда ему казалось, что тот получает даже некоторое удовольствие от этого, заставляя мальчика чувствовать себя противным насекомым под его ботинком. И только любовь матери, помогала Элиону справляться с этим. Луиза выкраивала время, в тайне стараясь утешить собственного ребёнка, обнять и пообещать, что все будет хорошо. Что отец любит его, что все это только ради его блага. А после грустно замирала и ещё очень долгое время гладила его густые светлые волосы, перебирая их тонкими пальцами, и смотря куда-то в одну точку пустым взглядом. Вот только... Вскоре не стало и её. В семь лет он лишился единственного луча света, который помогал ему все это время выходить из черной тьмы. Единственное, что от неё осталось это множество кожаных плетеных шнурков с различными украшениями, будь то янтарь, в котором на веки застыла чья-то жизнь или странные металлические монетки, а также множество широких гладких колец и прочих драгоценных металлических атрибутов. Никакой магии эти вещи не несли, но женщина в свое время почему-то упорно не выпускала их из рук, нервно плетя очередную безделушку. Отец ей даже привёз специальный ларец из хрусталя, откуда-то из соседнего королевства, где та хранила все эти странные вещи.

Смерть Луизы произошла от остановки сердца. Ей было только тридцать. Совсем молодая и цветущая женщина слишком рано закончила свою жизнь. Отец в тот день лютовал, рыдал и громко кричал в бессилии раскидывая и ломая вещи, попадающиеся ему на пути. Прислуга испуганно попряталась, словно мыши по норам, а люди Саргрейна ещё долго не могли его привести в себя. Элион хорошо запомнил тот день, глухая боль до сих пор саднила его сердце. Вот только он и не думал, что тьма, живущая в душе его отца, была на столько велика. Все это время он думал, что видел его настоящего, что знает, что он за человек. Но Элион никогда ещё прежде так не ошибался.

Отца поглотило безумие с уходом Луизы. Теперь его сердце, выточенное из камня, давно разбилось в пыль и серую крошку, и больше в его душе уже не было ничего светлого. Луиза все забрала с собой в могилу.

А время шло, шло и не знало пощады. Элион взрослел и взрослела его магия, его взгляды, его принципы. Он знал, что делит жизнь с человеком, некогда ставшим его отцом, но больше не считал его таковым. Саргрейн с каждым днем топтал последние ростки его детской привязанности к нему. Спустя столько лет внутри него почти все умерло и можно сказать, что Элиона уже давно ничего не связывало с отцом. Фамилия О Дей, теперь обязывала его многим вещам. Например обязательно закончить академию Северного королевства, вступить на высокую должность и унаследовать все состояние "отца". Вот только в аду он видел все эти правила вместе с тем же Саргрейном и его деньгами. За то, что «отец» с ним сделал, ему была уготована отдельная могила на кладбище.

Демон сидящий в Саргрейне продолжал воспитывать в Элионе гения магии. Однажды он собственными руками едва не задушил сознание сына, надеясь на то, что тот ответит ему в равной степени. И он ответил. Саргрейн в последнюю минуту успел выскочить из границ его разума и выставить защитный блок, который впервые дал трещину. Только после этого было принято решение отправить сына в академию. Он посчитал его готовым для этого. Однако и сам Элион впервые почувствовав крохотную возможность того, что в силах дать отпор, все чаще начал ощущать манящий вкус возмездия его «отцу». За все годы унижений, за всю боль и травмы, что этот монстр причинил ему. За то, что тот не посчитал своего ребёнка "своим". За то что позабыл, что он отец. Пусть знает, что его кровь хоть и разбавлена, но он такой же эурин, нет, не такой же. Намного лучше, чем он. В его душе нет того, что есть в душе Саргрейна. И он докажет ему однажды обратное. Он пожалеет обо всем, что сделал.

Вот только для этого сначала нужно было научиться.

И он учился. Пять лет учебы в огромной академии северного королевства не прошли даром. За те годы, что он там пробыл, Элион перечитал практически всю библиотеку, сдал огромное количество экзаменов и обучался у самого Дарлона Де Гринта. Этот великий магистр был равным такому же великому магистру, как и его «отец». Вот только методы обучения их разительно отличались. Вместо агрессивного принуждения к защите, Де Гринт умело объяснял Элиону принципы работы магии и энергий. Магистр Дарлон был в почтенном возрасте, имея огромный опыт за плечами, и наблюдая то, как Элион отчаянно пытается впитать в себя все, что видит, решил взяться за его обучение.

Юный парнишка с горящим взглядом покорил магистра в самое сердце, Дарлон видел в нем стремление познать истинную магию разума, в душе его не было тяги к власти или желанию показать себя. Элион стал отдушиной для старика, и тот не жалел своих знаний для него. Магистр учил его тайнам, передававшимся в его семье уже огромное количество времени, забирая его с собой вечерами на вершину горы «Гард», расположенную в часе пути от академии. Наставник проводил с ним огромное количество времени в этом священном месте, почти все время пребывая в медитациях и тренируя природные навыки эурина. Он заставлял его чувствовать все живое вокруг, показывая тем самым, что все в их мире связано друг с другом, что соседние поля чувствуют друг друга, синхронизируются или наоборот отторгаются, что магический баланс работает во все стороны, и если где-то магии совсем нет, то в другом месте она обязательно будет преобладать. Элион должен был принять тот факт, что магия изначально неподвластна никому, но каждый может грамотно ее направлять. Она подобна длинной реке, повороты и пороги которой меняются со временем, меняя так же и направление самого русла под действием сильного течения. Энергия мира просто существовала, пронизывая все пространство вокруг, не выбирая того, кто будет сильнее, а кто слабее. Она просто есть и будет всегда.

В конечном итоге, Элион познал для себя многие вещи, раскрыл их первоначальную суть и смог вычленить главные вещи. Под конец обучения он прекрасно осознавал, что теперь может составить достаточно серьезную конкуренцию всем порядочным эуринам. Он также мог быть и среди тех, кто на тот момент занимал важные посты при правлении Де Вальда. И это знание его нисколько не волновало. Ему нечего там было делать, ведь цель его была совсем другая. Проникнуть в разум Саргрейна и заставить понять его, что он ничтожен и жалок. Объяснить ему наглядно, что он не вправе владеть чем-либо, в том числе и судьбами людей. Заставить принять тот факт, что Элион больше не даст ему помыкать собой. Теперь отец ему не был страшен, и Элион был вправе сам решать, как ему жить.

Саргрейн же в свою очередь не прислал сыну ни одного письма за все пять лет, что тот отсутствовал дома. Лишь после выпуска соизволил прислать короткую грамоту о том, что ждет его на званный ужин, чтобы обсудить с ним в дальнейшем все детали его будущего, и тот какая жизнь тому уготована.

И Элион приехал. Вернулся домой, стены которых он помнил и по сей день. Место, где его мать отдала душу небу. И «отца», которого ждало его скорое возмездие.

-Я рад тебя видеть спустя столько времени наконец-то дома, - проговорил Саргрейн ему со скупой улыбкой на губах.

Но Элион не ответил ему, лишь тихо продолжил пережевывать пищу. Этих двоих сейчас разделял достаточно длинный стол в огромном зале, отец дал указание слугам разместить их столовые приборы ровно на двух концах друг от друга.

-Вчера мне прислали письмо из академии. Твои успехи весьма недурны, - снова проговорил он отстраненным тоном, - Для работы в совете этого больше, чем достаточно, - протер он губы салфеткой, - Станешь моим секретарем…для начала, - ухмыльнулся он, жадно отпив из хрустального кубка вино.

Элион замер, перестав жевать и медленно поднял на него свой взгляд. Человек сидящий напротив него пусть и далеко, но все же умудрялся своей аурой в легкую давить на него. Маленький вздох и чуть опущенные веки помогли Элиону с легкостью закрыться от отца.

«Вот оно что? Хочешь, чтобы я стал твоим личным рабом? Тебе ведь нужно утвердится лишний раз в своем собственном совете…Ты же ведь любишь, когда на тебя смотрят с таким…раболепием…»

-Забудь об этом. У меня другие планы на жизнь, - проговорил он, пригубив прохладное сладкое вино.

Кажется на секунду в зале повисла гнетущая вязкая тишина. Саргрейн никак не отреагировал на его выпад, только отставил чуть дальше свой кубок. Его взгляд не выражал почти ничего, лишь бирюзовые крапинки в глазах начали все сильнее мерцать (отличительная особенность ментальной магии эурина).

-И что же это за планы, сын? – ухмыльнулся он одним только уголком губ.

Элион не сразу ответил. Ему пришлось вначале отложить столовые приборы в сторону и положить руки, сцепленные в замок прямо перед собой на стол.

-Не знаю. Но в них точно не будет ни совета…ни тебя, - отрезал он тут же.

Саргрейн только хмыкнул довольным тоном, после чего откинулся на спинку стула и  задал вопрос.

-И чем же я – порядочный эурин заслужил все это?

Кажется мужчина напротив получал удовольствие от всего этого. Живые эмоции его сына были для него слаще меда, что ж…это понятно. Сам то Саргрейн совершенно не был способен на них. Элион ядовито улыбнулся и снова посмотрел ему прямо в глаза.

-Порядочный эурин? – уставился он вдруг ледяным взглядом на него, - Эти слова совсем не применимы в данном разговоре, тем более, когда речь идет о тебе…отец - выплюнул он на последнем слове.

Саргрейн только слегка наклонил голову в бок, медленно поджав губы и вероятно ожидая дальнейших его слов.

-Порядочные эурины уважают свободу не только друг друга, но и всех остальных живых существ. А ты лишь посягаешь на нее…Так было со всеми в твоей жизни. Коллеги, друзья…мама…

На этом слове отец отчетливо скрипнул зубами и сжал в пальцах деревянные подлокотники стула.

-…и я, - закончил он, - Но больше я не дам тебе такой возможности, - прошептал он, все еще не разрывая с ним зрительного контакта.

-Да как ты смеешь…щенок паршивый? – прошипел он, - Твоя мать была единственным светлым лучом для меня! Ты не имеешь права…

-Имею. Она была мне большей матерью, чем тебе женой, - полоснул он, безжалостно отбросив от себя салфетку.

Стол и посуда на нем неожиданно завибрировали, а стоящие рядом предметы негромко застучали друг об друга. Саргрейн был в бешенстве, магия его сейчас сокрушительно металась, запертая в застенках его темной души, отбрасывая свой жуткий леденящий душу фон на все, что находилось в прямой доступности рядом. В какой-то момент ножки стола заскользили по гладкому полу с противным скрипом, заставляя дребезжать даже стены зала, в котором они все еще сидели. Однако Элиона это нисколько не волновало.

-Тебе не напугать меня, - проговорил он, снова пригубив вино, стоявшее рядом.

Почти что в одну секунду все резко стихло, заставив бушующий фон Саргрейна разом успокоиться будто ничего и не было.  Саргрейн рассмеялся.

-Что ж…я впервые рад, что передо мной сидит мужчина, а не жалкий недоносок, которому нужно все время подтирать сопли, - огрызнулся он, слегка наклонившись к нему вперед, - Вот только…что ты будешь делать дальше Элион? Ты же ведь не просто так затеял это разговор со мной? Хочешь потягаться?...Я буду только рад сынок, - ухмыльнулся он уже довольно хищным оскалом. Ему хватило секунды.

И Саргрейн практически молниеносно атаковал. Без предупреждения. Просто стремительно ударил, заставив защитный фон колыхнуться и едва не схлопнуться в одно мгновение. Но Элион успел. Эурину пришлось даже вскинуть руку перед собой, попутно оттолкнувшись ногами от пола и заскользив ножками стула назад. Рука держала вибрирующий огненный фон отца в шаге от своего поля, не позволяя ему коснуться своих границ.

-Что ж…не плохо. Но не скажу, что я удивлен. В академии тебя должны были обучить таким элементарным вещам!

Отец все продолжал насмехаться над ним, попутно пытаясь преодолеть защитный кокон своего сына, и также как и раньше сбивая его всеми возможными методами. Вот только больше Элион не попадался на эти уловки.

«Возможно сегодня я удивлю тебя, отец…»

Пальцы его дрогнули, а следом сжались в кулак, почти молниеносно смяв его защиту в ничтожный комок. Саргрейн едва успел удивиться, явно не ожидая такого ответа от сына. Контрудар Элион и раньше отрабатывал, только с магистром Де Гринтом, и опыт этот конечно же не был таким, как с его отцом. Саргрейн не умел действовать осторожно, в его натуре были удары резкие, безжалостные, они не оставляли времени на обдумывание. Вот только теперь это уже было не важно. Элион проник в его разум.

Границы его сознания были открыты, почти все как на ладони. Но Саргрейна это видимо совсем не пугало. Энергия в теле мужчины словно пульсар, постоянно сжималась в комок и взрывалась, разбрасывая синие всполохи магии повсюду. Он будто специально демонстрировал все эмоции, что терзали его душу в эту секунду. И одной из них была ярость. Отец не терпел неповиновения.

-Ну же…смотри…смотри! Ты ведь хотел увидеть меня настоящего? Так смотри, не стесняйся.

Элион не стал отвечать. Его шокировало то, что он видел. А видел он безмерную тягу к власти в нем. Его отец давно ступил на темную сторону. Все видения, что он позволял ему видеть были связаны лишь с непомерным желанием быть выше других. Саргрейн видя его замешательство все продолжал смеяться, совершенно не сопротивляясь и позволяя пытливой чужеродной магии Элиона скользить по верхам его разума.

-Ты просто ужасен, - прошептал вдруг он, все еще находясь в ступоре и едва шевеля губами, - Магия не твоя личная зверушка. А люди не твои рабы!

-Тебе бы пора научится быть хозяином своей жизни, - посмеялся он жутким голосом.

-Ты ненормальный…

 -А что в этой жизни нормально Элион? Твоя мать умерла, и я ничего с этим не смог сделать! Ты должен управлять собственной жизнью, чтобы сберечь то, чем дорожишь. И если не ты ее оседлаешь, тогда она сама это обязательно сделает, а тебе лишь останется плыть по ее течению не в силах больше ничего исправить.

Все что говорил ему отец шло будто фоном. Парень едва находил силы до сих пор держать себя в его сознании. Чем больше Элион смотрел, тем больше видел, что Саргрейну есть, что скрывать. Огромное множество входов в его сознании были замурованы камнями и цепями, прорваться в них было почти невозможно. Плетения и лабиринты как оказалось не были входу у отца. Единственное, что могло помочь проникнуть хоть в одну такую дверь – это грубая безжалостная сила, разрыв полей магии и соответственно уничтожение защитного фона. Каждый такой удар обязательно скажется на физическом состоянии отца. И кто знает выживет ли он после парочки таких ударов…Вот почему Саргрейн был так расслаблен. Он прекрасно понимал, что Элион не в состоянии причинить ему вред.

-Ну что…не уж то не рискнешь теперь, когда открылась такая возможность? Ты же ведь хотел мне показать, чего добился за последние пять лет? – продолжал он смеяться ему назло, - Давай же! Разбей поля! Иначе ты зря сюда приехал…Докажи чего стоишь! – уже кричал он.

Эурин почти чувствовал на своих зубах собственную кровь. От бессилия, от невозможности что-либо сделать. Чего он хотел добиться? Признания от того, кто загубил все его детство? Свободы? Кажется он за этим сюда пришел. Но нет…Все было на много хуже. Теперь он осознавал, что Саргрейн попросту пытается утащить его за собой во тьму. Если тот рискнет сломать его поле, то мгновенно займет ту же ступень, что и тот, кого он ненавидит всем своим сердцем.

-Что?...Нет? Так я и думал…Трус. Таким же трусом и помрешь, - глумился Саргрейн, едва не захлебываясь слюной от удовольствия на собственном лице.

Всего на секунду в сердце потемнело и заломило от удушающих ледяных щупальцев, что начали оплетать его, словно лианы, однако Элион вовремя остановил себя.

«Нет. Он не такой. Он не уподобится Саргрейну.»

*Саргрейн О Дей*

Элион ловко выпорхнул из его сознания, ощущая сразу же затопившую его привычную легкость внутри. Медленно встав из-за стола, и аккуратно стряхнув крошки с колен, парень молча развернулся и зашагал на выход.

-Как жаль…Я знал, что в тебе лишь часть эурина. Жалкая часть… - продолжал он кидать тому в спину обвинения.

Элион замер, не дойдя до двери всего пары шагов.

-Я рад, что моя «жалкая часть», и все остальное досталось мне от матери, а не от тебя, «отец» - прошептал он, даже не повернувшись в его сторону.

На другом конце зала в отчаянье прорычали. Элион знал, что любое упоминание о Луизе будит в Саргрейне все самое ужасное, что в нем есть. Поэтому совсем не ожидал услышать то, что прозвучало в конце.

-Ты никогда не узнаешь всей правды о ней. Никогда!

Внутри все удушающе окатило холодом, заставив сердце Элиона застучать вдвое быстрее. Он замер. Не повернулся к нему. Попытался сохранить хладнокровие.

-...но я буду ждать тебя… - посмеялся снова Саргрейн, прекрасно чувствуя, что смог посеять в нем сомнение.

Элион понимал, чего хотел добиться отец. Его надлома, потерю контроля. Однако Элион тяжело скрипнув зубами лишь молча вышел за дверь. Он не произнес ни звука, когда как в сердце его клокотала самая настоящая ярость.

Жуткие мысли внутри все продолжали рвать его сердце на части. Что скрывал его отец? Не блеф ли это? Отнюдь…А может все куда хуже? Может Луиза умерла не своей смертью. Вот только…вряд ли сам Элион когда-либо об этом узнает…Иначе ему бы пришлось безжалостно надеть маску «отца», примерить и положить ее обратно. И больше никогда не трогать. Но сможет ли он остаться после этого достойным эурином и простым человеком? Хороший вопрос.

Уходя из его дома Элион не знал, вернется лит когда-нибудь туда обратно. Теперь груз страшной тайны висел на его сердце тяжелой ношей. Он прекрасно понимал, что не сможет смириться с ней. Долгие раздумья совершенно не принесли никаких результатов. Что ему теперь делать? Вывод напрашивался сам собой. Чтобы все узнать, ему придется ступить на опасную тропу. Придется стать тенью отца, научиться безжалостно ломать и умело управлять человеческими слабостями, придется научится грязно играть и внушать страх. Делать все то, в чем так хорошо преуспел некогда Саргрейн. Ему придется сыграть по его правилам…

Решение пришло само собой. Элиону предстояло пересечь границу Северного королевства. Но не для бегства от проблемы. А чтобы познать все тонкости человеческой души. К сожалению быть дознавателем на его родине считалось недостойной профессией, эурины не прибегали к таким вещам – а если и приходилось заниматься контролем сознания себе подобных, то собиралась целая концессия, которая старалась сделать все менее травмирующе для преступившего закон. Сознание – есть священная и почти неприкосновенная вещь для эурина. Однако подобная процедура достаточно хорошо применялась другими королевствами, в которых маги не шибко переживали о последствиях такого вмешательства.

«Что ж…если такова цена – тогда у него не остается больше выбора»

Его отцу придется признаться во всем. Рано или поздно Элион узнает всю правду.

Место для работы он счел символичным. Веридиан – родина его матери. Непривычный теплый климат и буйная зеленая растительность стали для него первым открытием в своей пока еще не долгой жизни. Повсюду сновали люди с магией и без, они были до ужаса не воспитанными, шумными и суетливыми. Покой и тишина в первые пару недель ему только снились. Жара заставляла молодого человека облачиться в непривычную для себя одежду. Теплые меха и шкуры соболей ему вероятней всего здесь больше не понадобятся.

Первое время он путешествовал по королевству, изучая местность и традиции коренных народов. Законы же самого королевства были ему совершенно непонятными, а процветающая бюрократия и взяточничество сводило на нет все попытки быть в тени. То и дело ему на пути встречались не самые лучшие слои населения, начиная от пьяниц и дебоширов и заканчивая откровенными мерзавцами и негодяями. Откровенные злодеяния этих людей сходили тем с рук, стоило им только позвенеть своим кошельком рядом с хранителем правопорядка. Элион слишком хорошо видел их нутро, слишком явно читал их желания, слишком громко слышал их мысли. Ему не нравилось это место, он был здесь чужим, более того большинство людей постоянно косились в его сторону, прекрасно понимая о том, кто он и откуда. И поэтому обходили его стороной, боялись, прятали глаза и хватались за свои жалкие артефакты, если те у них вообще были.

В какой-то момент он принял решение уехать дальше к морю. Возможно там будет чуть по спокойней, тем более находясь здесь, в столице королевства, Элион уже не раз ловил на слуху название одного довольно известного городка, славящегося своим огромным портом и на порядок лучшим уровнем жизни. Дрейтон окрестили городом возможностей. Плюс ко всему в нем находился центральный корпус стражей, в котором и служили те самые дознаватели.

Однако проникнуть туда с целью поиска работы было крайне затруднительно. Нужна была чья-то протекция. Вот только у Элиона не было столько времени, чтобы налаживать с кем-то связи, поэтому решить данную проблему нужно было здесь и сейчас. Несколько дней пути и парень прибыл на место. Он осмотрел холодным взглядом охрану, стоявшую на посту, и тут же двинулся ко входу. Те ожидаемо перегородили ему дорогу не с самым дружелюбным видом.

-Что вам нужно?

Элион не ответил. Сначала осмотрел охранника пристальным взглядом, заставив того слегка занервничать.

«Боится»

-Я пришел по поводу работы. И меня уже ждут, - соврал он, даже не моргнув глазом.

-Вынужден потребовать у вас грамоту, господин, - протянул тот ладонь.

Эурин поджал губы, осмотрев его ладонь и снова вернулся к нему взглядом.

-Мне она не нужна, - прошептал он, тут же пробив хилую защиту охранника и зародив в его голове одну крохотную и небольшую установку.

Артефакт на его груди даже не дрогнул. А работал ли он вообще? Скорее всего приобрел тот его где-то не в самом популярном месте, за жалкие гроши, даже не убедившись в том, что это подделка.

-Да…Вам она не нужна, - повторил он ровным голосом, тут же пропуская его вперед под удивленный взгляд своего напарника.

-Где нужный мне кабинет?

-Второй этаж, центральная дверь, - проговорил таким же ровным тоном охранник.

-Благодарю, - улыбнулся Элион, скрестив руки за спиной и двинувшись через главный вход.

Каменные стены коридоров, приглушенное освещение и легкий прохладный сквозняк напомнили ему о доме. Да. Это место ему определенно подходит. Нужная дверь и впрямь оказалась прямо по курсу. Почти не останавливаясь на своем пути, молодой человек постучал в дверь тихо два раза и тут же вошел в нее.

Внутри находилось двое человек. Мужчина в возрасте с седыми висками и прозрачными голубыми глазами – старый некромант, и парень с каштановыми волнистыми волосами чуть старше самого Элиона – стихийник. Он считал их магию сразу же, стоило ему только увидеть их. В небольшой комнате царил легкий беспорядок – столик посередине был завален стопками папок и документов, а центральный стол у окна, что занимал старик был занят его личными вещами. Парень, сидящий в центре зала на диванчике, упорно стараясь что-то найти на столике с ворохом папок, резко поднял свои глаза.

-Вы кто? – прошелестел ошеломленным голосом старик.

Элион странно осмотрел их обоих, а следом все же ответил.

-Элион О Дей. Пришел стать дознавателем.

Рядом сидящий парнишка тут же выдал смешок, чуть не подавившись, а следом резко замолчал, будучи тут же остановленным рукой старшего.

-Кто вас прислал сюда? – не унимался все еще тот, нервно поднимаясь из-за стола.

-Никто. Я сам изъявил такое желание.

Мужина в возрасте только надменно качнул головой, быстро переглянувшись со своим подчиненным.

-Вы ведь эурин? – снова вернулся он к нему взглядом.

-Верно, - подтвердил его догадки он.

Старик еще раз переглянулся с парнишкой взглядом, явно не понимая, что тут происходит.

-Покиньте стены этого заведения, - проговорил он ровным тоном, все еще стоя в оборонительной позиции.

Только спустя минуту Элион заметил, как одна из его ладоней держит на столе шнурок с черными бусами. Защитный артефакт и атрибут некроманта – два в одном. Помедлив еще несколько секунд Элион все же отпустил его взглядом и со странной улыбкой на губах развернулся, зашагав в направлении к выходу. Дверь за его спиной глухо захлопнулась. Вот только это еще не все. Вскоре он вернется. Даже может быть прямо сейчас…

Элион уже заметил азартный блеск в глазах его подчиненного. И именно он станет его спасением.

Эурин привалился спиной к стене и медленно выдохнул, расслабленно откинув голову назад. Тихие голоса за стеной стали отчетливо слышны.

-…даже не думай, я не подпишусь на эту авантюру! Что за дурь в твоей голове?...

-…вы только подумайте. Это же эурин! Да за такого как он, любой отдел руки с корнем вырвет!...

-…вот именно Кэллаган! Он эурин! Зайти и с порога заявить о своем желании работать на стороннее королевство! Северяне крайне закрытый народ! А что ему здесь понадобилось? Все это очень подозрительно. Его кто-то определенно подослала сюда…

-…да бросьте господин Гриммель. Ну что он может сделать нам? Старые пыльные дела позакрывать? Работая в службе стражей, времени заниматься самодеятельностью на стороне не останется. Работа у нас такая…А если что, я сразу это замечу, вы только поставьте его ко мне в пару…

Голос парня уж очень просящим стал. Элион даже хмыкнул себе под нос. Молчание в комнате воцарилось совсем неожиданно, начальник видимо все еще пытался решить что-то в своей голове. Эурин ощущал его неприязнь, недоверие, страх. Все это было предвзятым отношением, обычные маги знали на что способны такие как он, и потому старались не пересекаться с ними.

-…Ему и не нужно чем-то заниматься на стороне Кэлл. Он все может сделать чужими руками. Во власти таких как он, находятся зачастую обычные маги, которые даже не осознают этого. Мы все здесь будем для него жертвенными ягнятами, как ты не понимаешь!...

 Элион неприятно поежился и стиснул зубы. Этот Гриммель портил ему все дело. Старик уже не молод, вот-вот его отправят на пенсию, однако руки его все еще крепко сжимают свое кресло.

-…Я напишу прошение в отдел канцелярии. Пусть выдадут мне хорошую защиту…

Старик неодобрительно цыкнул.

-…Прошу вас, господин Гриммель, вот увидите, скоро работа отделов пойдет с завидной скоростью! У нас ведь такой шанс…Поверьте, вы уйдете на пенсию с хорошими годовыми отчетами, уж я гарантирую!...

Шаги в соседней комнате сновали то туда, то сюда, начальник все еще думал и время тянулось очень медленно. Однако вскоре все стихло, а в зале послышался достаточно уверенный голос.

-Иди за ним. Если он еще не далеко ушел, - проговорил тяжелый голос.

Конечно же старик был бы рад, если бы Элиона и след простыл, однако эурин с довольной улыбкой отклеился от стены и встал прямо напротив двери в кабинет. Та резко открылась, заставив темноволосого парня резко застыть на пороге.

-О…вы еще тут? – прищурился молодой страж.

-Да. Решил не уходить пока. Вдруг вы передумаете?

-Что ж…вам крупно повезло. Господин Гриммель велел привести вас.

Служба в КСС стала для Элиона новым и интересным опытом в его жизни. Сотрудники этой службы с опаской поглядывали на него, а иногда обходили другой стороной. Но так было даже лучше. Он не привык к большому количеству людей, даже будучи в академии всегда выбирал укромное место, подальше от остальных студентов. Кэллаган старался ему все доходчиво объяснять, принцип работы в этом месте был достаточно специфичным. На одного подозреваемого у них уходило много времени, дознаватели обязательно работали в паре с агентами, а то и целыми группами, если дело принимало серьезный оборот. Но у них с напарником все было несколько иначе.

Элион сразу понял, что его возможности с самой первой их встречи привлекли Райтвуда, а не оттолкнули как это было со всеми остальными. Кэлл, одержимый своей работой метил в будущем на кресло начальства, поэтому, судя по всему, старался использовать эти возможности в том числе и себе на пользу, раскрывая дела одно за другим. По началу эурин думал, что Райтвуд обычный карьерист и по большему счету, другое его не интересует. И Элиону было в принципе все равно – пусть преследует какие - угодно цели. Вот только со временем он понял, что это далеко не так. К удивлению Элиона, Кэлл выбился в стражи достаточно не просто. За одним из вечеров, сидя в одной маленькой таверне возле морского порта Кэллаган имел неосторожность поделиться с ним этим секретом. Оказалось, что напарник родом из одной захудалой деревушки с окраины Веридиана. Мать умерла, отец простой кузнец, а сам он никогда даже и в мыслях не думал, что однажды наденет зеленую форму стража. Однако к пятнадцати годам у него обнаружилась магия, это произошло спонтанно, поступать куда-либо он даже и не думал до этого. Отец его был простым человеком, да и все остальные предки тоже никогда не имели склонности к магии. Поэтому тот день он запомнил особенно хорошо, когда своими же руками чуть не спалил половину деревни. Местный люд тогда негодовал, те едва ли не взашей выгнали паренька из собственного дома чуть ли не в исподнем, грозя вилами и мечами. Отец не смог ничего сделать, только успел сунуть ему кошель с накопленными монетами, да сумку с большим ломтем хлеба. После этого юноше все же пришлось постучаться в двери ближайшей академии, хотя учебный год был уже в самом разгаре.

Не имея положенных средств для поступления, королевство по закону все же предоставило ему все необходимое для обучения, а также и само место в академии. К концу обучения он стал одним из сильнейших стихийников, кроме того, природа не обделила его и мозгами, юноша был отличным стратегом для своих юных лет. Поэтому подумав немного, Кэлл все же решился на опасную работу агентом. Вскоре спустя пару лет его заметило начальство. Господин Гриммель души не чаял в своем подчиненном, дела тот раскрывал на половину лучше, чем все остальные сотрудники в КСС. И вот теперь в его жизни появился он – Элион. Хмель в тот вечер серьезно ударил в голову от чего Кэлл с заплетающимся языком почти все время причитал, что не видел еще лучшего мага на своем веку. Эурин тогда едва довел его до комнаты, которую он снимал неподалеку, Кэлл совсем ведь потерял бдительность рядом с ним. Видимо парень уже давно проникся им как другом и полностью доверял ему, цепочка с артефактом в тот вечер встретила Элиона уже лежа у порога на столике, когда тот заходил во внутрь.

Парень только нахмурился, видя беспечность напарника и потому сгрузив его тело на кровать схватил цепочку с артефактом со столика, и захлопнув дверь его комнаты испарился. А на утро, сидя в общем кабинете тут же отчитал его за неосторожность, кинув тому перед носом тот самый артефакт, что так любезно был выдан ему канцелярией. Кэлл тогда рассмеялся, потирая больную голову после похмелья и поиграв цепочкой в воздухе беспечно убрал его в карман, объяснив это тем, что полностью доверяет напарнику.

Сама по себе работа дознавателем не вызывала у него особой неприязни. Да, по началу ему казалось, что он нарушает свой собственный кодекс чести, ведь достойный эурин никогда не позволит себе проникнуть в чужое сознание, если тому не грозит опасность. Более того, такого огромного количества не самого лучшего контингента людей он видел впервые. То, что ему приходилось наблюдать каждый раз сидя в маленькой камере, заставляло его душу в ужасе сжиматься от того беззакония и чувства безнаказанности, что творили эти люди. Ужасно было и то, что он видел и понимал – этих людей не спасти, их нутро давно прогнило. Наверное Элион никогда бы не подумал, что такие бесчеловечные преступления вообще могут существовать в их мире. Убийцы, которые ради наживы не гнушались смертью беззащитных простых людей. Насильники и маньяки – больные люди, сознание которых не поддавалось восстановлению. Попадая в такой разум, никогда не знаешь, что тебя там ждет, именно поэтому душевнобольных старались вообще не трогать, либо отдавали под следствие только самым сильнейшим магам, коих было по пальцам пересчитать. Воры, спекулянты – любители легких денег, в большинстве своем являлись обычными людьми, не обладающими магией. Однако помимо всего этого сброда иногда попадались действительно интересные дела. Нередко в них фигурировали предатели короны, опасная магия и загадочные преступления, совершенные сильнейшими магами. Очень часто такие дела выводили совершенно в другое русло, где и крылась настоящая разгадка и первопричина всего этого. И такие дела обычно всегда контролировались вышестоящими органами власти.

После всех этих долгих и мрачных вечеров, после этих жутких провалов в чужое сознание и плавное возвращение обратно в реальность, Элиону вдруг начало казаться, что живет он в самом настоящем аду, а вокруг него только мрачные жуткие тени и непроглядная тьма. Ночные кошмары не заставили себя долго ждать – он слышал женские крики, чьи-то вечно преследующие его шаги и леденящие сердце путы, которые медленно сжимали его сердце, пока эурин не подрывался на собственной постели в холодном поту.

Кэллаган видя его состояние все чаще начал таскать его по тавернам и прочим увеселительным заведениям, только бы снять это ужасное состояние, в котором так четко начал прослеживаться жуткий и мертвый взгляд эурина. Элион ведь и правда очерствел. Забыл о светлом и хорошем – пусть даже этого «светлого» и так не было в его жизни.

Видя все это Райтвуд решил пойти на крайние меры. Отвел его в дом удовольствий. Эурин даже не понял тогда, куда его привели. Кэлл только забавно поиграл бровями, когда до Элиона начало впервые доходить. Стоило ли говорить, что его не на шутку это разозлило тогда, Кэлл едва увернулся от последовавшего удара в нос, а Элиона после этого и след простыл.

-Да ладно тебе Эл! Ну что в этом такого? Ты что ни разу с женщиной не был?

Эурин тогда промолчал. Ему вообще не хотелось с ним разговаривать после такой подставы.

«Да какая ему разница?! Был он с женщиной или нет, его это волновать не должно»

-О…кажется я все понял, - улыбнулся он своим фирменным оскалом, - Не переживай по этому поводу, да любая перед тобой не устоит – ты только скажи.

Элион тогда снова разгневался и схватил его одной рукой за воротник, притянув к себе.

-Мне это не интересно! – прошипел он тогда, тут же оттолкнув его от себя и зашагав в сторону дома.

Ему ведь и правда это было не интересно. Что уж говорить, ему даже в академии было не до девиц, хотя и находились многие достойные красавицы, готовые предложить ему достаточно выгодную партию. В Северном королевстве любые романтические отношения всегда узаконивались. Если уж понравилась женщина, будь добр нести ответственность за свой выбор, эурины ведь почти никогда не ошибались в нем. Чуткая сторона их жизни, тесно сплетенная с магией, позволяла им видеть глубже и дальше. Если энергии двух эуринов резонировали, тогда союз считался взаимным и счастливым. Но так уж вышло, что Элиону никто не откликался, может это лишь потому, что всю свою осознанную жизнь в нем преобладали совершенное другие цели.

-Тебе нужно расслабиться! Иначе ты скоро выгоришь, как ты не поймешь? – подлетел к нему уже с серьезным видом напарник.

Но Элион не ответил, все так же направляясь к собственному дому.

-Ну и проваливай! То же мне…праведник нашелся, - пробубнил ему вслед Кэлл.

Элион только зубы сцепил, никак не отреагировав на этот выпад.

Кэллаган и он конечно же вскоре забыли этот странный случай, никто из них не держал зла друг на друга. Работа в КСС не давала возможности думать о чем-то еще. Тем более, что вскоре им начали поручать дела особой важности. А это значило, что вышестоящее руководство их заметило. Господин Гриммель теперь активно принимал участие в работе, дела шли только под грифом «секретно», других агентов больше не допускали к нему с напарником, и работы стало вдвое больше. Элиону теперь тоже приходилось выезжать на место преступлений, и видеть не через видения, а в живую убитых, обескровленных или же лишенных магии людей. Темные некроманты, сильнейшие менталисты и даже тайные артефакторы были замешаны в самых неприятных историях, в которых докопаться мог не каждый. Иногда преступники знали, что идут по их следу, тогда они придумывали множество ловушек для разведгруппы, Элион и Кэлл не раз подвергались опасности, где одно неверное движение могло лишить их жизни в два счета.

А через два года господин Гриммель торжественно ушел в отставку, посадив на свое место Райтвуда. Теперь у него и Элиона были полностью развязаны руки, а это значило многое. Как минимум то – что им не придется теперь отчитываться за каждое движение по делу. Полная свобода действий и творческий подход – вот был девиз Райтвуда. Элиону это почти нравилось, не нужно было подстраиваться под систему, можно было действовать минуя правила устава службы. Иногда им приходилось нарушать гражданские права подозреваемых, устраивать вполне жестокие ловушки, входить в доверие приближенных и подкупать их. Они не всегда действовали правильно, следуя моральным устоям, грязные методы действовали не хуже. И Райтвуд молчал об этом, позволяя следствию идти дальше. Всех, кто был с этим не согласен ждали различные маленькие репрессии, Райтвуд мог урезать жалование или же лишить годовой премии. Если это касалось гражданских, тогда в игру вступал сам эурин и его способности. 

Вскоре в их отдел пришла женщина. Точнее молодая девушка, звали ее Элис Ривз. Райтвуд тогда негодовал, все возмущался за что ему это наказание и почему именно в его отдел? Элиону было по большему счету все равно, однако вскоре даже он пожалел.

Эта яркая особа была, словно пожар, испепеляющий все на своем пути. Взрывная, до ужаса прямолинейная и отчаянная девушка шла, сметая все на своем пути. Элис пришла сюда по рекомендации от академии города Крэста – столицы Веридиана. Девушку сразу же взяли на место агента, та успешно прошла собеседование и была принята с распростертыми объятиями. Вот только все остальные сотрудники если раньше и обсуждали Элиона, теперь же их интерес плавно сместился к этой девице, оставив ему только собственных завистников. Тренировки девушка не пропускала, стараясь быть наравне со всеми – и ей это удавалось, не смотря на возмущенные шепотки коллег. Однако вскоре проявленная несправедливость и дискриминация сотрудниками КСС все же обнажила свое лицо. Вот только это лицо также быстро и спряталось, потому что Элис не дала себя в обиду, каждому высказала все что о нем думает, еще и в драку ввязалась за что получила устный выговор. Только ее это ни чуточку не напугало. Более того, Элис умудрялась и дальше дерзить, почти никого не боялась, вела себя хуже мужлана набитого, постоянно провоцируя остальных на драку. Кэллагану только и прилетало постоянно по шапке сверху, после чего тому все же пришлось взяться за нее лично. Спокойная жизнь теперь всем только снилась…

Девушку оформили вторым агентом в их тесную двойку. Теперь он, Кэлл и Элис стали вместе вести очередное дело, вот только терпение Райтвуда закончилось достаточно быстро. Она не выполняла приказы на заданиях, вмешивалась в их отработанную систему и вносила хаос во все, к чему прикасалась. После несколько таких вылазок Кэлл свернул эту глупую программу адаптации и передал ее соседнему отделу спустя долгое время уговоров и скандалов. И почему-то после всего этого странным образом Ривз обвинила во всем Элиона, став презирать его и пытаться выставить в невыгодном свете. Как утверждала сама Элис, он имел большое влияние на Кэлла, а она ему просто не нравилась. Эурин не понимал, почему вдруг именно он попал в ее немилость, а вскоре все же выяснил. Элис была влюблена в Райтвуда. И вся ее обида на Элиона, была обусловлена банальной ревностью.

Он, конечно, не стал ничего говорить начальнику. У Райтвуда и без того проблем хватало. Однако это было только начало. К удивлению многих, Ривз все же пробила себе дорогу в соседнем отделе в кресло начальника уже спустя год. Служба ей виделась бесконечным подъемом в гору, странное соревнование между их отделами стало все больше набирать обороты. Кэллаган только диву давался, откуда вдруг так резко вырос успех раскрытых дел за последнее время в отделе Ривз. Райтвуда почему-то странным образом это волновало и злило. Он все время следил за теми делами, что вел ее отдел, пытался периодически вынюхивать что-то, а когда видел, что дело движется к завершению, злобно пыхтел сидя за столом.

-Она простая девчонка…Почему у нас работает девчонка, а Элион?

-Я…не знаю.

-Она бросила мне вызов, разве ты не видишь?

-Кэлл, я думаю ты преувеличиваешь…

Но тот не хотел его слушать. Скорее всего таким образом Элис просто хотела обратить его внимание на себя, однако вышло с точностью наоборот. Зная карьерные амбиции своего напарника, Элиону оставалось только ждать, когда прогремит взрыв.

И он прогремел. Вскоре после этого она перебралась еще выше. Туда, где Райтвуд больше не мог ее достать. Должность руководителя отделов относилась к вышестоящему руководству. Эта должность предполагала прямую связь с приближенными самого короля. Кэллаган тогда рвал и метал, сетуя на то, что его опередила какая-то девица со скверным характером и непомерными амбициями. К слову Элион бы сказал, что они стоят друг друга. Но он промолчал, решив оставить это при себе.

Среди бесконечных часов службы, между ночными переработками и ворохом отчетов Элион слишком отчетливо стал понимать одну вещь. Эта работа стерла в нем то, что ему так долго мешало. В его голове все меньше было моральных и душевных терзаний. После долгих лет проведенных наедине с убийцами, предателями и негодяями, его уже ничто не трогало. Долгий стресс и почти четыре с лишним года нахождения на территории Веридиана сделали свое дело. Он позабыл о северных ветрах и родном доме. Запамятовал вкус пищи и запах хвои. Он стал другим – чужим для всех, и даже для таких как он.

Однажды ему стало совсем не по себе. Взглянув в зеркало напротив в своей комнате, он даже не с первого раза узнал себя. Перед ним будто стояла статуя, неподвижная и высеченная из мрамора. Он был не живой. Словно и не любил никогда в своей жизни, не знал ни радости, ни печали. И это его напугало. Что с ним стало? Где же его душа? А может он тоже…стал, как и его отец?

В тот вечер, решив прогуляться по городу, Элион неожиданно вышел на ту самую улицу, куда его однажды привел Райтвуд. Там был дом удовольствий. Яркий запах благовоний тут же врезался в нос приторными нотками. Распахнутые двери соблазнительно манили к себе выглядывающими полупрозрачными лиловыми занавесками. Ноги сами его туда принесли. Хозяйка у высокой стойки – полная женщина средних лет с кричащим марафетом на лице начала сразу же обхаживать его, схватив того за руку и утянув растерявшегося эурина в центр зала. Широкое пространство пестрело яркими завораживающими красками, повсюду царила легкая музыка и приятные запахи, на полу валялись подушки и мягкие пушистые ковры. Повсюду на столиках покоились фрукты и хрустальные графины с вином, а несколько девушек, что до этого друг с другом щебетали, сидя прямо на полу тут же подскочили и облепили его со всех сторон. Элион разглядывал каждую из них с упоением, ожидая, что в нем хоть что-то откликнется. Однако ничего не менялось. Полная женщина, видя его нерасторопность тут же всучила ему в руки огромный кубок с вином, заставив того выпить его практически до дна. И Элион совсем не сопротивлялся этому. Теплая сладкая жидкость тут же согрела его изнутри, заставив голову слегка зашуметь.

Смех и щебетание девушек слились друг с другом в одно целое, под властью вина и непонятного головокружения, заставляя его тело ощутить странную тяжесть. Молодой человек неожиданно почувствовал слабость в ногах и рухнул прямо на колени, позволив девушкам утащить его вниз за собой. Все что происходило дальше Элион помнил достаточно хорошо. Их ласковые прикосновения, жаркие поцелуи, шепот то одной, то другой над его ухом, сладкие обещания любви и прочего кружили ему голову, но не рождали той самой сладости в сердце. Красивые, ладные фигурки, пухлые губы, выразительные глаза – бесспорно сразили бы наповал любого мужчину. А он лишь продолжал чувствовать странную оторопь и напряжение внизу. Все это продолжалось достаточно долго, молодой человек даже не понял, когда все произошло. Девушки сменяли одна другую и так по кругу буквально спихивая друг друга с него. Каждой хотелось попробовать эурина, словно заморский деликатес. Тело его скомкано реагировало на них, новые ощущения и возбуждение, не угасающее до самого утра било фонтаном. А вскоре все утихло, будто и не происходило ничего ранее. Проснулся он с тяжелой головой и странным ощущением неправильности всего происходящего. Оставив большой кошель на стойке, молодой человек молча удалился оттуда и вернулся домой, рухнув без памяти в собственную постель.

И вот вскоре на душе старой раной засаднило неприятное чувство. Элион не понимал, что с ним происходит. Он едва находил место себе в стенах здания КСС. Все вокруг опостылило, стало раздражать и злить. Ему не хотелось больше ничего. Единственная цель, которую он так давно преследовал, все еще разъедала его сердце ядом, и она все еще была там – на его родине. Ясно было одно. Ему нужно возвращаться. Ему срочно нужно домой – иначе велик был риск потерять себя самого в этом бесконечном ворохе гиблых видений. Заявление на столе Райтвуда появилось уже через месяц. Кэлл конечно же подумал, что это шутка такая. Но Элион так и остался стоять с непроницаемым выражением, скрестив руки на груди. И тогда улыбка Райтвуда медленно сползла с его вечно довольного лица. На секунду эурину даже показалось, что тот едва сдерживается, чтобы не вскочить со своего места и не зарядить ему хорошенько. Однако Кэлл сдержал себя, только гневно поджал губы и опустив голову тяжело выдохнул.

-Что случилось?

-Ничего. Мне нужно срочно вернуться домой.

-Что за срочность? Я могу дать тебе положенный отпуск.

-Незачем. Я не вернусь обратно.

…

-Не скажешь тогда, как своему другу, зачем ты все же пришел сюда несколько лет назад?

«Другу?»

Элион впервые заинтересованно взглянул на него, ясно ощутив внутри неприятный спазм.

«Неужели он чувствует боль и вину за это?»

Все верно. Ему довелось впервые обрести того, кому он не был безразличен, и как он отплачивает? Комок все продолжал разрастаться внутри, принося боль и тоску. Он все еще тот прежний Элион, его опасения были напрасны. Вот только дороги назад уже не было, да он и не собирался оборачиваться.

-Мне это было нужно. Я должен был научиться, - проговорил он спокойным голосом ему.

-Вот как?...Что ж, надеюсь ты получил все, что хотел, - проскрежетал он, все еще сверля его пристальным взглядом.

Кажется в нем сквозили боль, предательство и гнев. Но Райтвуд не позволил себе проявить слабость. Его рука молча взяла перьевую ручку, лежащую рядом и хладнокровно поставила подпись внизу заявления.

-Желаю удачи, - пододвинул он листок к краю стола.

…

Как же быстро дружба может перерасти в ненависть. Элион тяжело сглотнул, но все же двинулся вперед, забрав ненавистный листок со стола. Упрямый взгляд Райтвуда так и проводил его до самого выхода. Элион напоследок успел обернуться и сочувственно взглянуть в глаза бывшего напарника. Однако в них теперь осталась только ненависть.

-Прощай Кэлл.

*Кэллаган Райтвуд*

*Элион О Дей*

*Элис Ривз*

Ледяной ветер вонзился в его лицо тысячами маленьких иголок. Полы его темного плаща тут же надулись и хлыстнули его по ногам, заставляя одиноко бредущую фигуру в небольшой заснеженной пустыне на секунду пошатнуться. Лошадь его уже давно осталась на пограничном дворе, к сожалению, по таким сугробам ей было не пройти. Благо имение отца находилось недалеко от границы королевства. Зима в этом году особенно лютовала. Шел уже шестой месяц на минутку, когда как в Веридиане сейчас уже во всю разгоралось лето. Такая резкая смена климата заметно ударила по нему, заставляя впервые замерзнуть его хваленому и закаленному телу коренного северянина.

В угол обзора неожиданно попало что-то темное, заставив эурина резко остановиться. Это была кромка леса их личного заповедника. Еще несколько верст и он будет дома. Приятная мысль, заставила кровь в его теле начать свой бег чуть быстрее, прилично согревая конечности. Осталось совсем немного …

Когда огни родного имения впервые забрезжили невдалеке Элион едва удержался, чтобы не клацнуть зубами от наполовину продрогшего тела. Из прислуги в такой мороз едва ли кто-то мог сунуть нос наружу, однако стоило ногам Элиона ступить на общий двор, как откуда не возьмись к нему подлетел их личный конюх, который имел случайность встретить его. Вероятно он ходил проверять конюшню и загоны с лошадьми, однако умудрился столкнуться с сыном хозяина, которого никто не видел уже больше четырех с половиной лет.

-Господин! Как вы здесь оказались в такую пургу?! – подлетел к нему взволнованно крупный мужчина пожилого возраста.

-Я не предупредил отца заранее Генрих. Не нужно беспокоится об этом, - тут же остановил он его суетливые потуги.

-Нужно сообщить о вашем приходе господину Саргрейну, господин!

-Нет! Проводи меня на кухню и позови кого-нибудь чтобы мне принесли горячую похлебку, и травяной отвар, - тут же отдал приказ он ему.

-Но как же…

-Выполняй, - отчеканил он холодно, - К отцу я подойду позже, как приду в себя.

-Хорошо господин, - тут же проговорил он, улетев вперед него, чтобы отпереть боковые двери.

Похлебка и правда была лучшим варевом, которое он ел за последние несколько лет. Давно позабытые вкусы привычной еды, едва ли не заставили его заурчать от удовольствия. Замерзшие конечности все еще никак не могли отогреться, Элиону даже пришлось разуться и придвинуть лавку плотнее к огню камина, вытянув ноги вперед. Однако приятная расслабленность совсем скоро нарушилась зашедшим на кухню незваным гостем.

-Здравствуй Элион, - прошелестел знакомый холодный голос, - Я уж и не надеялся, что ты вернешься обратно.

Тихий смех, словно поступь хищника, все ближе подкрадывался к его спине.

-Здравствуй отец. Не думал, что ты снизойдешь до меня в такое позднее время, - тут же ответил он ему.

Тяжелые шаги за спиной все ближе подступали.

-Как я могу. Я ведь…твой отец, разве ты забыл?

-Я удивлен, что ты все еще помнишь об этом, - все также холодно ответил ему Элион так и не повернувшись к нему еще ни разу.

-Что ж…вижу ты пока не настроен на разговор. Ты можешь идти и отдохнуть к себе на верх, а утром мы все обсудим.

-Благодарю тебя, - выдавил он из себя, продолжая смотреть на голодные языки пламени в камине.

Глухие шаги тут же скрылись в темноте коридоров, снова оставив его одного.

«Ну вот он и дома…»

Эмберхарт в это время года заносило снегом довольно серьезно. Такая странная особенность была обусловлена наличием северного моря сбоку от прилегающей границы королевства. Большая влажность влияла на климат в южной части – ветра здесь были довольно промозглыми по весне и осени. А сейчас все будто замерло под белым покрывалом. Элион еще раз взглянул на заснеженный сад внизу под его окнами и вышел из спальни.

Саргрейн уже ждал его. Кабинет его «отца» был скромным и вмещал в себя два небольших шкафа, дорогой стол из черного дерева и крохотный бархатный диванчик. Зайдя во внутрь Элион не обратил внимание на стоящего к нему спиной мужчину у широкого окна. Ноги его уверенно зашагали по направлению к диванчику, позволив своему телу расслабленно опуститься вниз. Отец еще не долго стоял у окна после чего все же развернулся и сел в кресло у своего стола.

 -И так…Ты вернулся, - проговорил уверенным тоном, - Где же ты пропадал все это время?

-Тебя это не должно касаться, - повернулся он к нему боком, умостив свой локоть на спинке дивана.

-…тогда зачем ты здесь?

-Я все еще помню наш прошлый разговор. И он касается Луизы. Что ты скрыл от меня?

-Ты за этим сюда вернулся?...Странно, я думал ты преследуешь иные цели.

-Ты считаешь, что весь этот путь я проделал только для того, чтобы доказать тебе что-то? Я достиг всего чего хотел. И единственное, что мне теперь нужно от тебя – это правда.

-Ты знаешь меня, сын. Я ничего от тебя не скрываю, - лукаво проговорил он, дернув уголками губ вверх, - Ты можешь сам посмотреть…если не боишься.

Элион едва заметно сжал кулаки и повернулся к нему всем корпусом, наклонив голову слегка в бок. Видя его невозмутимый и самодовольный вид эурин понял, что Саргрейн так и не изменился. Он был все тем же надменным, самоуверенным, и считающим себя властителем мира мерзавцем. Молодой человек улыбнулся собственным мыслям, уже чувствуя горький вкус возмездия на своем языке.

-Надеюсь оно того стоит…отец.

Мужчина напротив только хмыкнул, после чего резко чертыхнулся и замер со стеклянным взглядом.

Элион уже поймал его поле сдерживающей сетью собственной магии, неожиданностей со стороны отца ему хотелось меньше всего. Теперь же оставалось только проникнуть вовнутрь. Саргрейн не стал чинить ему препятствия все так же пропуская его в свое сознание и видимо с удовольствием решив понаблюдать за тем, что будет происходить дальше. Элион осмотрелся, видя всю ту же ни на грамм не изменившуюся картину вокруг. Тот же длинный и темный коридор, те же замурованные камнем двери. Но ему это больше не было интересно. Он двинулся дальше, решив все же найти то самое сокровенное, что прячется под всей этой напускной бравадой.

-…куда ты?...

…

-…разве тебе не интересно, что скрывается за этими дверьми?...

-…мне все равно на твои мерзкие грешки, которыми ты так явно гордишься…единственное, что имеет для меня значение – это моя мать…покажи мне ее…

…

Длинный темный коридор с бесконечными входами неожиданно схлопнулся, оставив в поле обзора только одну единственную дверь. Ту самую, которая была в самом конце этого бесконечного пути. Она была полностью выточена из камня, не имея даже маленького просвета по краям.

-…действуй…

Его глумливый голос отразился неприятным эхом от узких стен и растворился где-то вдалеке за его спиной. Элион коснулся ладонями холодного камня и ощутил странную живую энергию под пальцами. Это был не просто камень, это было самое настоящее поле, сжатое на столько сильно, что руки осязали ее физически. Но как ему это удалось? Держать такое количество магии под постоянным контролем просто нереально…

Смех Саргрейна снова раздался где-то вдали, заставляя Элиона нахмурится и тяжело вздохнуть. Становилось очевидно. Защитное поле такой концентрации поможет разрушить точно такое же…но хватит ли ему столько сил, чтобы сдержать ее в таком количестве и направить движение в нужное место? Это все равно что повернуть стремительное течение реки вспять. Почти невозможно. Но вот же эта магия здесь, прямо перед его глазами. И Саргрейн обладает ей. Последствия от уничтожения такого сгустка могут задеть резерв его «отца» и нанести урон собственной магии.

Элион прикрыл глаза и начал водить широкими ладонями по шероховатой поверхности. Магия там бурлила, смешивалась и отзывалась на его движения. Ее тонкие потоки тянулись к нему, увлекаемые его пальцами словно маленький ручной зверь. Словно…живое существо. А что если…?

Что если не уничтожать ее, а просто поглотить? Забрать себе всю без остатка? Медленно и плавно. Энергия будто чувствуя его намерения радостно зашевелилась, кажется ей надоело быть запертой в этом месте. Она рвалась на волю. Элион глубоко вдохнул и задержал дыхание, позволяя на секунду проникнуть себе в концентрированное поле. Оглушающая энергия, почуяв возможность утечки тут же огромной и мощной волной ударила в его сознание, сметая все на своем пути. Руки его задрожали, пытаясь удержать мощный поток фона, сознание затрещало по швам, а резерв тут же начал наполнятся небывалой силой, Элион впервые ощутил, как его стало распирать изнутри. Что-то теплое скользнуло по губам и скатилось вниз к подбородку, оставляя влажные следы на коже. В какой-то момент ему стало больно дышать, каждый глоток воздуха приносил невыносимую боль в грудной клетке. Элион больше не мог держать ее поток, в последнюю секунду его руки ослабли, и он свалился на пол безвольным мешком.

Холод внутри и снаружи все больше захватывал его тело. Однако резкий судорожный вдох все же успел его выдернуть из провала в собственном сознании. Еще бы немного и он отключился, а Саргрейн воспользовавшись моментом вытолкнул бы его из своего сознания тут же навесив новую защиту на дверь. Но он не даст ему этого сделать, ни теперь, когда он почти победил.

Элион медленно поднялся на ноги, ощутив огромную энергию, ласково облизывающую его изнутри. Когда-то она служила Саргрейну. И вот теперь у нее появился новый хозяин. Небывалая легкость во всем теле и прилив сил позволили ему даже улыбнуться на миг. Элион снова дотронулся до камня на его пути, почувствовав, как тот начал превращаться в рыхлую крошку и осыпаться серым песком ему под ноги. В конечном итоге проход перед ним открылся, и он увидел женщину, сидящую на крохотном бирюзовом диванчике, что сидела в одиночестве и грустно смотрела в окно.

-Мама…

Женщина замерла и медленно обернулась на его голос тут же счастливо улыбнувшись ему.

-Сынок, - прошептала она тут же протянувшись к нему своими руками.

Элион тут же двинулся к ней, упав прямо на колени перед женщиной. Она выглядела именно такой, какой он и запомнил ее в детстве. Темные волосы до лопаток, серые глаза и очень добрая улыбка. Сердце его сжалось от боли и счастья.

-Я так соскучилась по тебе родной…Как же ты вырос, - улыбнулась она, гладя его по лицу и скулам.

Элион позволил себе минутную слабость и просто уткнулся в ее теплые ладони, наслаждаясь давно забытым и родным запахом ее рук. Однако вскоре четкое осознание того, что это всего лишь старое воспоминание, запечатанное в сознание монстра, не имеющее ничего общего с реальностью, отрезвило его. Возможно здесь Саргрейн и проводил все свои вечера в медитации. Предавался старым воспоминаниям.

-Что он с тобой сделал?

-…кто?

-Отец. Расскажи мне.

Женщина грустно улыбнулась, подцепив пальцами его подбородок и подняла его чуть выше к себе, позволив Элиону проникнуть в ее память. Опасность в этом была колоссальная. У иллюзорных персонажей в видениях не было своего сознания, лишь только обрывки старых видений их хозяина. Там прежние законы магии не работали и вернуться оттуда было почти невозможно. Это все равно что нырнуть в опасную трясину и попытаться там хоть что-то найти. Однако Элиону уже было все равно, видения утянули его на самое дно.

Короткие обрывки видений слились в одну нескончаемую ленту чужой жизни. Тонкий и тихий голос его матери поначалу даже показался ему ненастоящим. Да, обладательница этого вкрадчивого тембра была еще молодой девушкой, однако он разительно отличался от того, что знал Элион. Луиза выглядела совершенно иначе. Молодая привлекательная девушка несмотря на свой статус обычной торговки и дочери хозяина невзрачной лавки держалась достойно аристократки. Когда Саргрейн увозил ее впервые от родного дома, девушка не проронила ни слова. Она была напугана до ужаса, в глазах стояли слезы и горечь, но та продолжала молчать, совершенно не реагируя на опасный блеск в глазах ее будущего мужа. Мужчина вел себя с ней сдержанно, учтиво, галантно, его манера говорить была совершенно иной. Он будто был другим человеком сейчас. По прибытию в Северное королевство у них случился первый разговор, в котором Луиза впервые попыталась договориться с ним. Она просила вернуть ее домой, предлагала решить все на бумаге, даже денег предлагала, хоть и не таких больших, но это было все, что у нее есть. Саргрейн даже слушать не хотел, страсть и желание обладать ею сквозило в его взгляде, и девушка это чувствовала. Ни о каких романтичных чувствах здесь и речи не шло. Однако Саргрейн все же пошел ей на встречу и позволил той написать письмо ее отцу под его чутким руководством. После этого он заставил ее остаться в его доме и приказал всей прислуге запереть двери его небольшого имения.

Так продолжалось достаточно долго, его отец практически никуда не отпускал ее от себя, пытаясь всеми способами добиться расположения девушки. Вот только сердце и душа ее оставались глухи к его чувствам, Луиза в порыве отчаянья даже пыталась причинить вред самой себе угрозами и шантажом вынуждая Саргрейна отпустить ее на родину. Но тот был непреклонен. В те моменты он впервые опробовал на ней свою магию, принуждая оставить дальнейшие попытки бегства. Осознав безвыходность своего положения, Луиза решила, что больше не выкажет тому ни единой эмоции. Большего наказания для него она и придумать не могла, ведь та была обычным человеком. Что она могла против сильнейшего мага? Вот только это принесло совершенно противоположный эффект. Вся его выдержка длиной в год рухнула карточным домиком, впервые явив на свет божий засевшего демона внутри. Саргрейн понял, что все чтобы он не делал, не принесет ему должного результата. В одну из холодных зимних ночей он проник в ее спальню и взял Луизу без ее согласия.

То, свидетелем чего стал Элион в этом видении заставило его едва ли не вырвать самому себе сердце от горя. Ее крики и мольбы о помощи в ту ночь слышала вся прислуга, но никто из них не осмелился помешать ему. Злость и ярость заклубились внутри него просто чудовищным клубком, Элион едва сдерживал себя, чтобы не завыть раненным зверем.

А следующие воспоминания уже не заставили себя долго ждать. В них Луиза была совершенно другая, хотя разница по времени была не очень большой. Она будто бы стала совершенно иным человеком. Улыбчивой, дружелюбной, заботливой. Ласковые взгляды в сторону этого чудовища, теплые слова, обращенные к нему и маленький выглядывающий живот из-под теплого бархатного платья сбили с толку Элиона. Она была беременна. Что же случилось с этой женщиной?

Догадка в его голове прострелила почти моментально. Саргрейн подавил ее разум. Внушил ей любовь к нему, заставил родить от него наследника. Это было так противоестественно и мерзко, что душу эурина едва не разрывало на части, только от осознания. Саргрейн пошел против природы, лишился уважения к себе, пал ниц перед собственным демоном. Ничтожный мерзавец каждые несколько месяцев, как только чувствовал, что навеянная иллюзия начинает истончаться, снова овладевал ее разумом и укреплял эту связь. Все это время его мать не жила и вовсе. Она была лишь послушной марионеткой в его руках, бездушной оболочкой и обманчивым, но таким соблазнительным кусочком счастья для этого чудовища. Почему Элион это понял? Все просто – это были не ее воспоминания, а Саргрейна. Она лишь проецировала это в его сознании.

Беременность осложнила влияние Саргрейна на нее. Женский организм чувствовал чужеродное влияние и всеми силами пытался избавиться от него, чтобы защитить плод. Несколько раз у нее открывалось кровотечение, лекари со всех уголков королевства съехались в Эмберхарт, чтобы держать ее беременность под контролем. Однако никто и подумать не мог, что все это время Луиза отчаянно боролась за свою жизнь и жизнь своего ребенка, пытаясь вырваться из чужого плена. В конечном итоге она все же доходила беременность и разродилась в самый разгар лета. После родов наступил момент, когда Саргрейну пришлось оставить ее одну и поехать в столицу, чтобы решить важные вопросы в совете. Луиза уже длительное время не подвергалась внушению его отца поэтому стала все быстрее приходить в себя под действием гормонов и природного механизма восстановления женского организма. В какой-то момент ее сознание полностью прояснилось, девушка тогда сидела с маленьким свертком в руках и кормила его грудью. Осознание в ее голове обрушилось на нее стремительно, паника захлестнула несчастную на столько сильно, что она в ужасе едва не выронила ребенка на пол. Тихий плач Элиона отрезвил ее, и та накинув на плечи первый попавшийся плащ сбежала из дома прямо под носом у слуг.

Саргрейн лютовал, когда узнал все это. Вернувшись обратно в имение, он поднял все силы на поиски пропавшей жены и ребенка и те не прошли даром. Девушку, несущую откровенный бред доставили обратно в его имение четверо мужчин, забравшие ее у одной крестьянской семьи, жившей почти на границе королевства. Оказывается Луизе оставалось всего ничего, следующим днем она бы уже пересекла пост с ребенком на руках. Та семья выслушала ее рассказ с открытым ртом и именно поэтому не дала сразу же скрутить ее новоприбывшим незваным гостям на порог их маленького дома. Девушка вырывалась и кусалась, кричала и молила о помощи. Говорила, что ее разум околдовали, что она находится в плену. Но ее не слушали. Саргрейн был известным человеком в королевстве, никто не поверил в такую глупую и откровенную как им казалось ложь. Что взять с женщины, которая недавно родила? Буйство гормонов никто не отменял – как говорили потом зеваки.

И вот она снова в его власти, только Саргрейн уже не смотрит на нее тепло. Не смеет выказать ей хоть одну улыбку и не говорит с ней подолгу. Однако его любовь, какой бы ненормальной она не была, все еще сжигает его душу. Лишь изредка он, чувствуя свою чудовищную вину перед ней просит у нее прощения, слезно стоя на коленях. Его убивает осознание того, что та к ногам которой он готов положить весь мир внутри себя люто ненавидит его. И вся ее забота в глазах, все улыбки, все тепло к нему – жестокий обман. Саргрейн сам себя обманул и ненавидел за это и ее и себя. А когда все же понял, что эта женщина может и правда любить по-настоящему возненавидел ее еще сильнее. Ведь любовь эта была адресована не ему, а его сыну.

В мыслях Саргрейна было много всего. Противоречивые чувства к собственному наследнику не давали мужчине спокойно существовать. С взрослением сына все это только усложнилось и обросло не только ненавистью, но еще и чувством долга к нему. Саргрейн был обязан сделать из «полукровки» настоящего эурина, как он считал. Все верно. Отец никогда не относился к нему достойно, он всегда считал, что Элион станет его личным позором, что сын никогда не достигнет его высот, а злые языки не побрезгуют этим воспользоваться. Более того от этого страдало его личное эго. Всегда и везде безупречный во всем, мужчина не мог позволить себе такой промашки с наследником. Отсюда и было все его надменное отношение к сыну.

Элион не мог понять только одного. Саргрейн должен был задумываться о том, что Луиза может забеременеть. Если он так любил ее, то мог и принять тот факт, что сын может вообще родиться без магии.

Следующее видение стало последнем в этой череде душераздирающих картинок. Элион вырос, кажется ему было почти семь. Элион с болью в сердце начал припоминать, что это был последний год жизни Луизы. Пустой стеклянный взгляд теперь стал частью ее жизни. Истинную натуру этой женщины знал только Саргрейн и вот теперь Элион. Настоящая Луиза была гордая и смелая женщина, а ее горящий взгляд пронзал в самое сердце. Кто знает, кому бы отдала она свое пламенное сердце, если бы в ее жизнь не вмешался Саргрейн? Вот только тогда, не родился бы и он - Элион…

Луиза сидела в общем зале у камина и как обычно плела незатейливый шнурок в своих руках. Она была будто каменным изваянием с неживым взглядом, куклой которая двигалась сама по себе. Саргрейн сидел позади нее и пил уже третий кубок с вином. Взгляд его не был дружелюбным, все это время он прощупывал ее безвольное тело и душу, словно одержимый. Что он пытался в ней найти? Вероятно последние крохи ее настоящего разума, который все больше исчезал и таял под действием постоянной магии. Его мать уже давно была не в себе. Луиза умерла задолго до ее настоящей смерти.

Саргрейн медленно поднялся со своего места и встал у нее за спиной. Его руки тяжело опустились той на плечи и сжали их, причиняя женщине сильную боль. Однако она уже давно ничего не чувствовала. Луиза так и продолжала улыбаться и плести браслет. И тогда Саргрейна разозлило это. Он резко обошел ее спереди и уставился ей прямо в глаза, чувствуя легкую подступающую панику. Женщина смотрела сквозь него, совершенно не реагируя ни на что, будто все вокруг для нее одна сплошная иллюзия. И тогда мужчина рвано отшатнулся от нее, врезавшись спиной в полку камина, с которой резко попадали свечи и хрустальные кубки.

Саргрейн понял, ее разума больше нет, теперь от него осталась лишь жалкая оболочка. В ужасе схватившись с голову обеими руками, он медленно осел на пол и молча заплакал. Путы магии резко испарились, но с виду ничего не поменялось. Луиза так и сидела, продолжая плести браслет. И тогда мужчина тихо рассмеялся горьким смехом.

-Ты все равно ушла от меня.

А на утро ее не стало. Сердце, которое как это не парадоксально попутно питала магия Саргрейна постепенно за ночь прекратило качать кровь.

Этот выход из обрывков видений женщины дался ему не легко. Его буквально засосало туда, опутав черными щупальцами его неподвижное тело. Однако у Элиона было еще одно очень важное незаконченное дело. Возмездие. И его нельзя было откладывать. Элион яростно разорвал своей магией все, что его держало пленником в обрывках видений, резко выбросив его в ту самую комнату с иллюзией его матери. Та все еще нежно гладила его волосы, перебирая их пальцами прямо как в детстве. Однако спустя уже секунду его рука медленно перехватила ее пальцы и убрала ее в сторону.

-Прости мама. Но мне нужно возвращаться, - проговорил он тихим голосом.

Женщина только кивнула ему с грустной улыбкой и молчаливо с ним попрощалась одним только взглядом. Иллюзия тут же развеялась серой дымкой, оставив Элиона снова одного. Вскоре долгий контакт с сознанием Саргрейна резко оборвался, заставив Элиона едва не ударится спиной о спинку дивана. Слишком сильная отдача для эурина. Руки его тряслись, на лбу выступил холодный пот, а во рту все резко пересохло.

-Ты…это ты ее убил, - прошептал он с хрипом, вытирая уже успевшую запечься под носом кровь.

Саргрейн выглядел не лучше. Сейчас его будто разом оставили все силы, мужчина дышал тяжело и держался за сердце.

-Как тебе удалось это сделать? – ошарашенно вскинул он на него свой взгляд, - Ты забрал часть моей силы, - закашлялся он тяжело.

-Тебя только это волнует? – медленно поднялся он с дивана.

Саргрейн держась из последних сил тяжело рассмеялся.

-Твоя мать меня никогда не любила.

-Это верно, - отрезал он, - Такое чудовище как ты не заслуживает любви. Ты мучал ее! – с резким ударом опустился он ладонями на его стол, зависнув лицом прямо перед ним.

-Я любил ее! – отозвался он с горечью.

-Если бы любил, отпустил бы…- прошептал он злобно, на что Саргрейн только сокрушенно замотал головой в немом отрицании.

-Я не мог…она была всей моей жизнью, она забрала мое сердце!

-У тебя никогда его не было. Ты всегда был алчным и эгоистичным ублюдком. Твоя любовь была всего лишь одержимостью психопата. Ты истязал несчастную женщину. Это по твоей милости она умерла.

Слова Элиона хлестали его не хуже толстой плети, оставляя рваные края в душе его некогда отца. Тот, будто не веря его словам все продолжал отрицать его слова, жалко мотая головой ей из стороны в сторону.

-Ты понесешь заслуженное наказание за это.

-Что ты намерен сделать? Сдашь меня на милость моего же совета? – побледнел он резко.

-Так легко ты не отделаешься. Плевал я на ваш прогнивший совет лицемеров и лизоблюдов. Они и сами все увидят, когда придет время.

-О чем это ты?...

-Ты так отчаянно хранил это воспоминание с ней…Лелеял его, столько вечеров проводил медитируя, - улыбнулся он зловеще.

Саргрейн напротив странно посмотрел на него, пока еще не понимания ход движения его мыслей.

-Теперь ты будешь видеть каждую ночь ее в своих сновидениях. Ее пустой взгляд, бездушную улыбку и молчание. Тот самый вечер и последний день ее жизни теперь будет все время преследовать тебя…Ты же ведь понял тогда, что натворил. Только не ври себе, - ухмыльнулся он нехорошо, видя его дрогнувший болезненный взгляд.

-Ты не посмеешь…

-Посмею. Теперь ты вечно будешь испытывать эти адские муки, пока твое жалкое подобие сердца не умрет от тоски.

Элиону хватило всего секунды чтобы заложить в него установку на долгие годы. Пока он все это говорил, его магия, увеличенная двукратно, будто послушный пес проникла в сознание Саргрейна и оставила в нем печать. Эурин не стал ее ничем прикрывать. Он оставил ее у всех на виду. Пусть все увидят это.

-А теперь прощай. Не думаю, что мы когда-то снова увидимся…отец.

Элион быстро развернулся и зашагал по направлению к выходу, оставив сокрушенного мужчину одного в своем долгом и тоскливом одиночестве. Саргрейн лишился всего, чем мог бы дорожить в своей жизни. Прислушайся он хоть раз к зову совести, возможно Луиза бы и правда сумела его полюбить. Возможно.

Следующую ночь он решил провести на постоялом дворе соседнего города Оруэн. Путь туда был не долгим, однако северные снега все же затрудняли дорогу, поэтому Элион прибыл туда практически поздним вечером. Эурин пока не понимал, что ему делать дальше, после всех недавних событий ему еще предстояло прожить те скопившиеся эмоции, что он с таким трудом все это время сдерживал. И лучше бы в одиночестве, без лишних глаз и ушей. Однако позволить себе он этого не мог. Единственный и последний кошель с монетами сейчас разделял его сытую жизнь и жизнь бедняка без гроша за душой. Смешно даже…Еще не так давно он был сыном великого магистра Северного королевства. А теперь он отказался даже от собственной фамилии.

-Элион?

Знакомый голос молодой человек услышал не сразу. Его пришлось окрикнуть целых два раза, прежде чем тот все же развернулся.

-Не ожидал тебя здесь увидеть, - прошелестел низкий голос старика, что без приглашения отодвинул рядом стоящий стул и подсел рядом.

-Магистр Де Гринт?

-Здравствуй, - тепло улыбнулся он.