Одна звезда на двоих

Из письма неизвестного кадета:

«Если бы ты только знала, как тут здорово. Военная Академия Санары – она не похожа ни на что из виденного мною ранее. Огромные здания, башни, построенные из какого-то очень необычного камня. Цвет такой странный – вроде лазурный… или малахитовый… в разное время дня он меняется, смотря, откуда светят солнца. А какая тут техника, какие тренировочные поля, учебные классы…

А сколько народу приехало на поступление. Я была уверена, что не поступлю, на экзамены шла почти без надежды… Но вот она я – кадетка Военной Академии Санары. Это же величайшее в галактике место. Такое значимое, такое… такое… Ты только представь, что когда-то по этой же земле ходили сами основатели Великого Ополчения.

Я буду жить там, откуда когда-то Теодора Рейтор, Матиас Шемар и Динар О’Сейт командовали войсками – их статуя стоит прямо перед входом в центральный корпус. Они же легенда – генералы, которые смогли сплотить разбросанный по всем Семи секторам флот и повели за собой в бой корабли. Те, кто первыми дал отпор этим скотам, захватившим наш мир.

Боже, Криса, я так взволнована, так воодушевлена… наверное, я надоела тебе своими восторгами, но ты просто не представляешь, каково это быть тут. Особенно сейчас, когда обстановка на фронте так накалена. Говорят, что среди нас есть шпион, который продает информацию о наших войсках жутким эролкам. Как же так можно, Криса? Как можно, предавать своих же людей, отправлять их на верную смерть?

Не могу поверить, что кто-то решился на такое. Это же эролки – монстры, огромные, синекожие, появившиеся в нашей галактике столетия назад. Они же порабощали планеты, уничтожали все на своем пути. А те бедолаги, что остались жить на захваченных планетах? Они же рабы, бесправные, угнетаемые… как скот… животные… Это так страшно и ужасно. Мы же должны бороться с этим. А кто-то осмелился на ТАКОЕ… Я не могу этого понять.

Ну, ладно, мне пора идти, завтра торжественное построение в честь начала учебного года – надо выспаться. Скоро напишу еще…»

На торжественное построение перед Военной Академией Санары собралось несколько тысяч человек. Кадеты, преподаватели, гости – свободных мест на площади возле огромного здания центрального корпуса не оставалось.

Гул голосов разносился повсюду, последние новости с фронта были неутешительными. Все тщательно продуманные атаки Ополчения душились еще в зародыше, словно кто-то предупреждал эрлоков о готовящемся нападении. Погибали солдаты, уничтожались корабли, и никто не знал, что делать дальше, как предотвратить эту череду неудач, сменившую довольно успешное продвижение освободительного флота к планетам Третьего сектора.

Хмурые лица преподавателей, взволнованные – учащихся, рвущихся в бой во имя освобождения, тревожные – гостей. Кириан с беспокойством смотрел на людей вокруг него. Что же происходило, раз гибли лучшие солдаты Ополчения? До него доходили слухи о шпионе, продающем информацию чертовым эрлокам. Но разве мог кто-то из жителей Семи Секторов добровольно помогать врагу.

Когда эрлоки только появились в галактике, все планеты выступили единым фронтом, пытаясь отстоять свою независимость, и пусть силы были неравны – захватчики превосходили их во всем, но люди не сдавались и не предавали своих.

Кириан поднял взгляд на статую, стоящую на ступенях перед дверями центрального корпуса – двое мужчин и женщина – первые лидеры Ополчения. Именно они – капитаны трех самых известных военных кораблей Семи секторов – основали Военную Академию Санары, где обучались будущие солдаты, а также проводились исследования и разработки оружия и военных кораблей. Именно здесь когда-то был изобретен первый адар – предел мечтаний кадета четвертого курса – Кириана Старга.

Внезапно все вокруг замолчали, когда на трибуну перед академией взошел ее бессменный ректор Фарус Нарзам. Он расправил плечи и заговорил:

– Уважаемые курсанты, преподаватели и гости академии, мы рады приветствовать всех вас в первый день этого учебного года. В то время как наши солдаты защищают планеты Семи Секторов и освобождают завоеванные, отдавая свои жизни ради нас, особенно важно с рвением и старанием отдаться учебе, чтобы в дальнейшем примкнуть к нашей великой освободительной армии. Идет война! Великая битва за нашу с вами свободу! Давайте же сделаем все от нас зависящее, чтобы поспособствовать достижению великой цели. Уже через год наши новые выпускники ринутся в бой с вражескими силами эрлоков. Так не уроним же честь нашей академии, давайте отдадим всех себя, чтобы идти вперед подготовленными и полными сил. Помните, что вы защищаете сотни мирных жителей! От вас будут зависеть жизни и процветание целой галактики! Потому помните всегда об ответственности, возложенной на вас! И будьте достойны оказанной вам чести! Во славу Семи секторов и свободы!

Дружный хор подхватил последние слова ректора, и над площадью прогрохотало:

– Во славу Семи секторов и свободы!

Стоило только последним отзвукам дружного клича замолкнуть, как раздались громкие аплодисменты. Кириан принялся оглядываться, пытаясь понять, откуда исходил звук. Кто осмелился прервать речь ректора, который явно хотел еще что-то добавить к сказанному.

Хлопки не замолкали, и тут Кириан заметил, что по центральному проходу двигался огромный мужчина в военной форме, за его спиной, чеканя шаг, шли еще пять солдат.

– Браво, генерал Нарзам. Какая прочувствованная речь. Сколько пафоса и громких слов. Жаль правды в них мало. По крайней мере, в том, что касается вас, – насмешливо произнес незнакомец, останавливаясь перед самым постаментом.

– Полковник Лисар Дидакис. Что вы себе позволяете? Как вы оказались тут? Это официальное мероприятие… – начал говорить ректор, но был прерван хохотом нахального мужчины, стоящего перед ним.

– Бросьте, Фарус. Все кончено. Вас раскрыли. Теперь, когда у меня есть все доказательства вашей измены, все, что вас ждет впереди, это тюрьма. Так что давайте облегчим жизнь всем нам и просто тихо и мирно покинем стены академии. Потому что именем Великого Ополчения вы арестованы за измену родине!

Ректор задергался, его взгляд заметался из стороны в сторону, словно Нарзам пытался быстро принять решение, куда лучше бежать.

Кириан внезапно заметил, что со всех сторон к постаменту подходили солдаты армии. Он пытался понять, что происходило, и о чем говорил этот таинственный полковник Дидакис. Фамилия показалась Кириану знакомой, но он не мог вспомнить, где слышал ее до этого. Его воспоминания были внезапно прерваны, когда Нарзам бросил что-то в сторону солдат. Постамент заволокло едким дымом. Люди, стоящие ближе всего к сцене, начали жутко кашлять и кричать.

– Оцепить академию! Взять Нарзама! – прогрохотал голос полковника Дидакиса.

Все внезапно пришли в движение, гости бросились в сторону выхода, солдаты пытались высмотреть в толпе Нарзама. Кадеты и преподаватели оглядывались по сторонам в попытке понять, что им следовало делать дальше.

– Твою мать! – закричал Лисар. – Да что вы стоите, как девы на выданье. Он продавал наши жизни синекожим ублюдкам. Поймайте его!

Этот окрик словно запустил невидимый механизм, заставив всех выйти из какого-то непонятного оцепенения. Преподаватели моментально кинулись на помощь солдатам, помогая тем ориентироваться на территории академии, следом за ними бросились ученики. Кириан, увидев куратора своей группы, побежал к нему, когда его внимание внезапно привлекла какая-то мелькнувшая возле стены академии тень. Он резко остановился и принялся всматриваться. Вновь что-то шевельнулось около западной башни центрального корпуса. Кириан сделал шаг к зданию, потом еще один.

– Увидели что-то, кадет? – прогрохотал голос за его спиной.

Кириан обернулся и увидел стоящего за собой полковника.

– Не уверен, сэр. Но мне показалось, что возле стены кто-то есть. Там кусты терьяха, из-за них сложно рассмотреть происходящее.

– Показалось ему… так иди и проверь. Данос, Янис идете с кадетом… – Лисар вопросительно посмотрел на Кириана.

– Кадет четвертого курса Кириан Старг, сэр.

– За кадетом Старгом.

Двое солдат вышли из-за спины полковника и присоединились к Кириану. Вместе они двинулись в сторону западной башни. Чем ближе они подходили, тем больше Старг убеждался, что что-то было не так. Кусты в одном месте были словно поломаны. Следуя какому-то неясному чутью, Кириан отправился именно туда. Раздвигая ветки, он тихо ругнулся под нос – терьях был адски колючим. Солдаты же за его спиной лишь усмехнулись, шикнув на него, чтобы вел себя потише.

Пробравшись сквозь заросли, Кириан увидел на земле отпечатки подошв и указал на них солдатам. Данос и Янис кивнули и пошли вдоль стены, доставая оружие из кобуры. Стоило им только обогнуть башню, как они заметили удаляющуюся фигуру, спешащую к складским помещениям.

– Именем Великого Ополчения, стоять, – крикнул один из солдат. – Или я открываю огонь, – но бегущий человек, не сбавляя скорости, несся вперед. Кириан бросился следом, не оглянувшись, чтобы проверить, последовали ли за ним солдаты. Он прекрасно понимал, куда торопился Нарзам – за складами находилось тренировочное поле, возле которого стояли быстроходные скайранеры. Доберись ректор до них, и его поймать будет довольно сложно. Ведь ранеры развивали огромную скорость, не говоря уж про их защитный купол, отражающий все выстрелы.

Поэтому Старг несся вперед, сломя голову, лишь бы успеть перехватить Нарзама до того, как тот доберется до своей цели. Внезапно мимо его головы пронесся лазерный луч – солдаты открыли огонь. Один из выстрелов явно достиг цели, попав беглецу в плечо, но тот, не останавливаясь, продолжал бежать вперед. Последовали еще выстрелы, однако ректор уворачивался от них, постоянно меняя траекторию движения. Вот он уже достиг складских помещений. Вскочив на ящики у стены, он ловко забрался на крышу, словно раненное плечо ему совершенно не мешало. Кириан бежал следом, с каждой секундой сокращая расстояние. Оказавшись на крыше, он увидел, как Фарус уже спрыгивал с противоположной стороны.

В голове вспыхнула одна из последних виртуальных тренировок у Даргана, потому Кириан резко сменил направление и понесся влево, ловко перепрыгивая с одного складского здания на другое. В то же время солдаты, не прекращая огня, неслись за Нарзамом по прямой. Когда Кириан добрался до нужного ему места, ректор уже забирался на скайранер. Еще пара минут, и его было бы уже не схватить. Подмога была далеко, а солдаты явно не успевали добежать, хотя и смогли еще пару раз попасть в генерала. Счет шел на секунды. Кириан, разбежавшись, прыгнул, стремясь приземлиться прямо на заводящего транспорт Нарзама. Расстояние было большим, а подобное кадет делал только в виртуальном модуляторе реальности. Но ничего иного он придумать не смог, пусть и понимал, что шансы получить травму при прыжке с такой высоты без необходимой экипировки были велики. Но иного выбора не оставалось.

Оттолкнувшись изо всех сил от края крыши, Кириан на мгновение взмыл в воздух, а затем понесся с неимоверной скоростью вниз, прямо на ничего не подозревающего ректора. Удар от столкновения был сокрушительным, и два тела полетели на землю, кувыркаясь и переворачиваясь. Нарзам пытался спихнуть с себя вцепившегося в него кадета, но Кириан прилагал все усилия, чтобы не ослабить хватки. Ректор потянулся было к поясу, чтобы достать оттуда что-то, но внезапно ему прямо в голову уткнулся лазерный пистолет – подоспели солдаты Ополчения. Они помогли Кириану подняться, а затем рывком поставили на ноги ректора и быстро защелкнули у него на руках наручники.

Кириан огляделся – от академии к ним быстро шли полковник Дидакис с подкреплением. Когда они подошли к ним достаточно близко, Лисар заговорил:

– Прекрасный прыжок, кадет. А ваши ленивые задницы, – произнес он, посмотрев на солдат, – я буду рад видеть на тренировочном плацу завтра с утра, будем учиться бегать, дамы.

– Думаешь, ты все предусмотрел, Лисар, – раздалось шипение Фаруса. – Все просчитал и теперь выйдешь победителем? Мечтайте, полковник, – бывший ректор разразился хриплым смехом. Его форма все больше пропитывалась кровью, сочащейся из полученных ран. – Вы даже представить не можете, сколько нас на самом деле и как далеко нам удалось влезть в вашу систему. Вам не победить, Лисар, никогда! Эрлоки сильнее, и мы могли бы признать их и получить власть, встав под их командование. Но прославленная честь и верность вашей братии портят все. Чего вы добились своей преданностью Ополчению? Да и само Ополчение? Смерти, тысячи смертей, и во имя чего? Призрачной победы и неясной свободы? Сколько еще будет длиться война? Сколько?

– Заткнулись бы вы, генерал, а то мы почти поверили, что вами двигало что-то иное, кроме любви к власти и деньгам, – прервал Нарзама полковник Дидакис. – Вы можете рассказывать сказки кому-то еще, только вот мне не надо. Все, чего вы хотели – это власть, которую вам обещали эрлоки в обмен на информацию. Сколько вы успели им передать?

Фарус зашелся в смехе, периодически срываясь на кашель, из уголка его губ стекла капля крови.

– Думаешь, я все выложу? Тогда ты наивнее, чем я думал. Они не дадут мне и дня прожить в плену, я слишком много знаю, а значит, мне остались часы, и то в лучшем случае.

– Усилить охрану периметра, – приказал полковник, обращаясь к стоящему за его спиной солдату. – Поднимите шаттлы в воздух, пусть они начнут патрулировать…

Глухой звук выстрела прервал его приказ.

– Твою мать! – бросил Лисар, рассматривая застывшее выражение глаз генерала Фаруса Нарзама, между которых красовалось небольшое отверстие со сбегающей из него тонкой струйкой крови. – Обыскать территорию, найдите… Да, твою же мать, найдите хоть что-то, – приказал полковник, хотя понимал, шансы найти убийцу были фактически равны нулю. Судя по всему, он просчитался, и шпионская сеть успела разрастить до черт его знает каких размеров. И гнездо этой сети крылось в военной академии Санары.

«Что же, – подумал полковник, – кажется, тут как раз нужен новый ректор»
********
Привет всем, кто пришел в гости к моим героям - им очень нужна поддержка! А вам несколько изображений академии и статуи трех героев ополчения.

Кириан потрясенно смотрел на мертвое тело у своих ног. Он впервые стал свидетелем чьей-то насильственной смерти, когда все происходило не в симуляторе, а на самом деле. И пусть Нарзам, судя по всему, являлся предателем, но все равно казалось не правильным видеть убитого человека.

– Кадет Старг, зайдите ко мне после обеда, я буду в кабинете генерала Нарзама, – донесся до Кириана голос полковника Дидакиса.

Годы тренировок не прошли даром и Старг, вытянувшись, отсалютовал старшему по званию.

– Так точно, сэр.

– Вольно, кадет, можете идти, – затем Лисар повернулся к стоящему в стороне солдату. – Найди мне кого-нибудь из заместителей ректора… кхм… бывшего ректора, и пришли в кабинет Нарзама.

Кириан, периодически оглядываясь, направился к академии. Он успел заметить, как полковник отдал еще несколько приказов подчиненному, а затем солдат, козырнув, побежал исполнять поручения.

Обойдя складские помещения, Старг увидел военных, оцепивших тренировочные поля и все подходы к ним. За кордоном толпились кадеты и преподаватели, явно пытаясь хоть что-то разглядеть или хотя бы расслышать.

Стоило только Кириану выйти из оцепленной территории, как на него посыпались сотни вопросов.

– Что там произошло?

– Как ты там оказался?

– Ты что-то видел?

Он отмахнулся ото всех и похромал в сторону своего отряда, стоявшего немного в стороне. Все же прыжок с крыши не прошел для него даром и, похоже, без помощи Айлы и ее портативного медикса было не обойтись, чтобы завтра подняться полностью здоровым.

Поравнявшись с командой, Кириан просто кивнул в сторону общежития, и они отправились к их жилому сектору.

Первым, яростно смотря прямо перед собой, шел командир их отряда – Риман Орет, за ним о чем-то переругиваясь двигались двойняшки – бойцы отряда – Лития и Доран Стейн, после следовал, как всегда уткнувшийся в свой планшет штурман и стратег команды – Шияр Сатори. Замыкали шествие Айла Рива – их медик, и сам Кириан – техник и пилот.

Зная друзей слишком хорошо, он не ждал милой беседы, скорее всего Риман был готов прибить его за самоуправство.

Их отряд был сформирован еще на втором курсе академии, и с тех пор они почти постоянно были вместе. Такова была система обучения. На первом курсе определялся уровень знаний, умений и будущая направленность каждого кадета. И в зависимости от степени владения различными навыками и специфики учащихся их после тренировок, экзаменов и проверок объединяли в отряды.

Товарищи по команде становились друг для друга второй семьей. Они вместе посещали лекции, семинары, получали задания в виртуальном симуляторе и отправлялись на практики. Их даже селили в одном жилом секторе, вне зависимости от пола – война стирала границы, выдвигая на первое место верность и приверженность своей команде. Было совершенно не важно, кто прикрывал твою спину – ты просто настолько срастался с товарищами, что они становились словно продолжением тебя самого.

Их тренировали действовать, как единый механизм, где каждая деталь отшлифовывалась до идеала за годы учебы. Готовили так, чтобы на момент выпуска из академии они уже являлись сработанным отрядом, готовым отправиться в бой.

Команды разделялись лишь на время обучения по узкопрофильным предметам, согласно специализации каждого. Все остальное время они проводили вместе. Именно поэтому Кириан уже представлял, какой разнос ему устроит Риман за эту погоню за Нарзамом, когда вместо того, чтобы идти за командой, он, поддавшись чутью, кинулся на поиски ректора.

Стоило только ребятам войти в свой сектор и закрыть за собой двери, как Риман резко повернулся к Кириану и прорычал:

– И что это была за хрень? Какого черты ты сбежал, не предупредив команду? Мы не действуем в одиночку! Ты долбаный техник и пилот! – бушевал Орет. Рыжеволосый и зеленоглазый командир отряда вообще был довольно вспыльчивым и импульсивным человеком, что совершенно не мешало ему оставаться идеальным лидером их команды. Он прекрасно умел распределять задачи между ними. Планировал операции, анализируя все сведения и возможные стратегии, подготовленные для него Шияром. Но когда дело доходило до разборок полетов, Римана было не удержать. Двухметровый мускулистый капитан превращался в бушующий ураган, который было не остановить, пока он не успокаивался сам по себе.

Так и сейчас Кириан просто ждал, когда Орет выскажется и угомониться, чтобы Старг мог поделиться произошедшим с командой. Так что пока он решил позволить их молчаливому медику заняться его травмированной ногой.

Кириан вспомнил, с каким удивлением все остальные кадеты смотрели на их команду, когда они из всех предложенных вариантов выбрали именно невысокую, чуть полноватую и тихую Айлу. В прочем, даже они сами не знал точно, чем именно Риман руководствовался, решив взять ее, но ни разу не пожалели о сделанном. Айла оказалось дотошной и внимательной, она всегда тихо и спокойно обрабатывала раны, залечивала травмы. В тоже время она могла молниеносно изменить свое поведение, когда ситуация становилась критичной. В обычной жизни стеснительная и не многословная, она превращалась в настоящего одержимого диктатора, когда дело доходило до лечения и состояния здоровья ее отряда.

Поэтому сейчас Айла периодически бросала недовольные взгляды на Римана, который мешал ей вплотную заняться травмой Кириана.

– Сядь, пожалуйста, – тихо, но настойчиво произнесла она. Старг моментально послушался, с радостью выполнив указание – колено с каждой минутой болело все сильнее и, судя по всему, уже начало опухать.

Риман, казалось, не замечавший ничего вокруг, все также продолжал метаться по комнате, распыляясь о важности единого духа в команде, пока Айла держала медикс над ногой Кириана, залечивая растяжение.

– Мы команда и сильны именно этим. Каждый делает то, что умеет, то, чему обучен! А ты полез один… – продолжал бушевать командир, хотя было видно, что его запал постепенно угасал.

К моменту, когда Айла закончила лечение, Риман, наконец, спустил пар и явно был готов выслушать доклад технического гения их отряда.

– Ни и что там произошло? – спросил он, расстегивая верхние пуговицы темно-серой парадной формы с капитанскими нашивками на рукавах.

Кириан провел ладонью по своим коротко стриженным светлым, выгоревшим на солнце, волосам. Приподнявшись, он стяну с себя мундир, надетый на построение, оставшись только в майке, подчеркивающей его мускулистое тело. На правом предплечье у него красовалась витиеватая татуировка с эмблемой академии и номерами его курса и отряда.

Прищурив светло-серые глаза, он посмотрел на своих самых близких друзей.

На диване развалились двойняшки – понимающие друг друга без слов две машины для убийства. Хотя глядя на них сейчас, в этом можно было усомниться. Литию из-за ее пола, худощавой фигуры и длинных вьющихся волос, цвет которых менялся каждую неделю, многие недооценивали. Но уже в первом же бою они понимали, насколько их мнение было ошибочным. Доран – балагур и дебошир – был полной противоположностью сестре. Огромный, мускулистый с наголо бритой головой, в его голубых глазах всегда сверкали смешинки, но стоило ему только взять в руки оружие и приготовиться к сражению, как все менялось. Место здоровенного шутника занимал самый жестокий воин, каких только Кириан видел в своей жизни. И если Лития брала ловкостью, изворотливостью и хитростью, то Доран пер на пролом, подобно тарану. И хотя они и по одиночке были сильнее многих, но вместе становились просто несокрушимы.

На подоконнике пристроился Шияр, невысокий и ужасно худой штурман отряда почти никогда не вылезал из своего планшета, постоянно придумывая и разрабатывая различные стратегии ведения боя, чтобы быть готовым вытащить свою команду из любой передряги. Казалось, он мог найти выход из почти любой заведомо гиблой ситуации.

Риман – бессменный лидер их команды, развалился на стуле, ожидая, когда же Кириан заговорит. Он небрежно покачивал носком ботинка, всем своим видом выражая готовность слушать. Никто бы и не сказал, что всего пару минут назад он рвал и метал, осыпая Старга проклятьями.

И Айла – тихий, но незаменимый для них всех человек. Загадочная, таинственная, во многом непонятная, но в тоже время всегда готовая прийти на помощь, чтобы для этого не понадобилось. Она устроилась возле Кириана и с затаенным любопытством поглядывала на него.

Все они были для Старга больше, чем просто товарищами по оружию, за эти два года они стали одной семьей. Разделив нечто большее, чем совместные мисси, пусть и тренировочные, и одну крышу над головой. Это была какая-то духовная близость, способность понять друг друга с полуслова. И эта связь станет лишь сильнее, когда они окончат академию.

– Ну, – поторопил Кириана Риман, так и не дождавшись начала рассказа.

– Когда вы побежали к куратору, я шел последним. Не могу сказать, что именно привлекло мое внимание. Но я заметил что-то странное у западной башни. Пока думал позвать вас подошел этот полковник и отправил меня вместе с двумя солдатами исследовать стену за кустами терьяха. Когда я вас-то должен был звать?

– Ну, допустим, а потом?

– Потом мы обнаружили следы на земле, пошли по ним, за академией увидели убегающего ректора. Он явно бежал к скайранерам, которые стояли у тренировочного поля. Доберись он до них, и нам бы его было уже не поймать. Я ни о чем тогда не думал, только видел цель и несся к ней. Когда оказался на крыше склада, то понял, что по прямой ректора не догнать, как ни старайся.

– И ты вспомнил о тренировке в симуляторе у Даргана?

– Ну да, кинулся в сторону, пока не оказался прямо напротив Нарзама, разбежался и прыгнул.

– И, конечно же, подумать о том, что угробить себя можешь, ты не удосужился? – насмешливо спросил Доран.

– Да, да, как и о том, что в академию прибыло столько солдат, что Нарзаму было бы просто не сбежать, даже взлети он на ранере и перелети через забор, – подхватила Лития.

– Не поверите, но даже не подумал об этом, все что в голове было – только мысли о том, как схватить ректора, остальное просто отошло на задний план.

– А потом? – спросил Риман.

– А потом я прыгнул с крыши прямо на ректора, мы покатились по земле, пока он пытался вырваться, подбежали солдаты, скрутили его, там и этот полковник странный подошел, Дидакис вроде бы.

– Полковник Лисар Дидакис – герой освобождения Кратилии, командует пятой, шестой и седьмой дивизиями. Кроме того он возглавляет военное разведывательное управление, – раздался спокойный голос Шияра, не отрывающего взгляда от своего планшета. – При его участии так же были освобождены Катонис и Силенция. Ты мог слышать его имя, когда нам рассказывали о битве за второй сектор в конце прошлого года. Его дивизии шли следом за адарами. Они приземлились на Ламире сразу после них, проводя там окончательную зачистку от эрлоков. Именно тогда вражеская армия была полностью выдворена из второго сектора.

– И все-то он знает, самому не скучно? – поддразнила товарища Лития. Шиаяр в ответ лишь на секунду поднял на нее взгляд, а затем вновь уткнулся в планшет.

– Это все здорово, но что произошло потом? Судя по твоему виду, что-то явно произошло, – заметил Риман.

– Да, Фарус Нарзам мертв.

– Что? Этот Дидакис его прикончил?

– Нет, работал снайпер. Полковник собирался отдать ректора под трибунал.

– За что?

– Я сам толком не понял, Лисар обвинил его в измене и продаже информации о планах Ополчения эрлокам.

– Быть того не может, – тихо пробормотала Айла. – Он же ректор нашей академии, он же должен…

– Должен, не должен, а единственно, что этот засранец любил – это власть. Ты вокруг-то посмотри, Айла, он в академию понабирал полных дебилов, лишь потому, что ему родители их приплатили, – иронично заметил Доран. – Последние набор кадетов – через одного нули. А преподаватели? Этот кретин по тактике? Да, я в тактике лучше разбираюсь, чем он, – расхохотался над своими словами силовик.

– Какой ты остроумный, большой брат, – хмуро сказала Лития. – Но это ведь не все, да Кириан?

– Да… не все, – Старг на мгновение задумался, а потом пересказал полные злобы последние слова Нарзама, брошенные им, прежде чем пуля неизвестного снайпера оборвала его жизнь.

– То есть это целая сеть? И они сидят в нашей академии? Преподают нам, учатся с нами? – вскочил на ноги Риман.

– Успокойся, пожалуйста, – раздался тихий голос Айлы и рыжеволосый командир опустился на стул.

– Насколько я понял, так и есть, – заметил Кириан. – Но деталей не знаю. Может этот полковник что-то расскажет мне, он приказал явиться к нему после обеда.

– О, – воскликнул Доран, потирая руки, – обед! А на самом деле, не пора ли нам пойти и съесть что-то вкусненькое?

– Деточка успела проголодаться? – поддела его сестра.

– Деточка быстро растет и ей нужны питательные вещества, чтобы не быть таким хлюпиком, как ты, Литти, – поясничая подхватил Доран. И брат с сестрой вышли из комнаты, толкаясь локтями и не прекращая сыпать колкостями в адрес друг друга. За ними следом вышел задумавшийся Риман, которому что-то рассказывал Шияр, указывая пальцем в планшет.

В гостиной их жилого сектора остались только Айла и Кириан, который тоже поднялся, собираясь зайти в спальню переодеть чистую форму, а затем присоединиться к команде в столовой.

Он почти успел дойти до двери в свою спальню, когда до него донесся тихий голос медика их отряда.

– Ты все еще мечтаешь о них, да?

– Об адарах? – спросил Кириан, посмотрев на Айлу через плечо. Она ему не ответила, но все можно было прочесть по выражению, застывшему у нее на лице. – Да, мечтаю. Я хочу стать пилотом адара. Я буду тренироваться, готовиться, физически и морально, чтобы пройти отбор и попасть в число избранных. Адары – это же… это же адары, Айла! – взволнованно воскликнул он.

– Это лишь машины, роботы, Кириан. Да, пилот связан с ним, да они считай одно целое. Но все же адар – это робот с искусственным интеллектом. Не человек. А у тебя же есть мы, – добавила Айла едва слышно.

Кириан развернулся и подошел к ней, обхватив ладонями ее предплечья.

– Я клянусь тебе, что не уйду из команды. Даже став пилотом адара, я останусь с вами. Я смогу быть частью отряда. Существуют же такие команды. Ты же знаешь.

– Знаю, но все равно переживаю. Это же совсем другая жизнь, и я, честно говоря, не вижу там места для нас. Адары всегда идут первыми, принимая весь удар на себя. Их же и создали именно для этого.

– Айла, адар – это не просто машина. Как же ты не поймешь, связь пилота и его адара – это нечто особенное. То, как адар выбирает себе пилота, та связь, что формируется между ними на ментальном уровне.

– Я все это знаю, Кириан, просто переживаю, – перебила его Айла. – Ладно, пошли обедать, тебя еще ждет разговор с полковником.

– Все будет хорошо, док. Вот увидишь, – уверил ее Кириан, направившись к своей комнате. Закрыв дверь за своей спиной, он подошел к окну и посмотрел в небо.

Пилот адара… Кириан мечтал об этом с тех пор, как впервые услышал от деда об уникальных воинах – человеке и машине, связанных на каком-то таинственном и не до конца ему понятном уровне. Роботы с искусственным интеллектом, способные, уловив импульсы, излучаемые мозгом человека, образовать с ним связь, став словно единым целым. Именно благодаря адарам и их пилотам Ополчением были отвоеваны первые планеты. Потому что только им под силу было оказать сопротивление эрлокам в бою на земле.

Лишь единицы могли стать пилотами адаров, потому как воспринять весь поток информации, которыми обменивались человек и машина, без последствий для здоровья могли лишь те, чей уровень излучения тау-импульсов был высок.

Доступной информации про адаров было очень мало, поэтому Кириана знал лишь общие факты, которые смог найти в библиотеке академии, и то, что им рассказывали на некоторых лекциях. Через две недели должно было пройти первое тестирование, на котором у кадетов четвертого курса определялся уровень физической подготовки и мощности тау-импульсов. Тем, чьи показатели были достаточно высоки, чтобы выдержать хотя бы малейший контакт с адаром, добавлялись в расписание дополнительные лекции и тренировки. А в конце четвертого курса проходило второе тестирование, после которого из группы выбирались единицы, способные в будущем стать пилотами, остальным же предлагалось либо идти в команды по работе с адарами – техниками, программистами, либо кадеты могли вернуться к стандартной программе обучения и той направленности, что была для них выбрана в конце первого курса.

Будущие пилоты адаров все также оставались в своем отряде, но для них составлялась персональная программа дополнительного обучения. Потому что они были совершенно уникальными солдатами, способными вести бой не только при помощи адара, но и самостоятельно. Их оружие, броня и экипировка отличались от тех, что использовались остальными военными. В виртуальном симулторе для пилотов были составлены отдельные программы, которые помогали развить навыки работы в паре с роботом, как находясь в нем, так и вне его.

Всех деталей Кириан не знал, но стремился всем своим существом добиться поставленной цели. Поэтому впереди его ждали две недели адской подготовки, чтобы успешно пройти тестирование.

Посмотрев на часы, он понял, что простоял у окна итак слишком долго, и друзья его, скорее всего, потеряли. Да ещё и встреча с полковником. Надо было торопиться. Потому Кириан быстрым шагом подошёл к шкафу, достал чистую форму, переоделся и поспешил в столовую, ведь кроме всего прочего вечером его ждала ещё и тренировка.

Он должен был любыми способами попасть в ряды тех, кто успешно пройдет тестирование.

Глава 3

Стоя возле окна, Лисар краем уха слушал невнятные объяснения заместителей Нарзама Нилса Вортана и Люция Нирта. Они, перебивая друг друга, заверяли его в своей непричастности к делам теперь уже бывшего ректора академии и преданности Ополчению.

Ни единого стоящего слова. Лисар был военным до мозга костей и привык к четким и коротким рапортами, потому с трудом выносил длинные и заискивающие речи двух мужчин, сидящих в мягких креслах за его спиной. Наконец, он обернулся и оглядел кабинет. Роскошный. Дорогой. Вычурный. Откуда, черт подери у ректора военной академии могло появиться нечто подобное. Стол из дорогого дерева бураса, мягкая мебель и картины в золотых рамах. Похоже этот ублюдок продавал не только информацию эрлркам.

«Твою мать, сколько же дерьма за Нарзамом придется разгрести, чтобы все встало на свои места?!»

Лисар в отчаянии посмотрел на все ещё что-то бормочущих мужчин перед собой.

– Господа, заткнулись бы вы. Вы не ответили ни на один мой вопрос. А эти жалкие оправдания мне не нужны. Я задал конкретный вопрос. Где последние отчеты о деятельности академии? Данные об учителях, кадетах, обслуживающем персонале? И вы, господин Вортан, просто скиньте мне всю информацию, которая у вас есть о генерале Нарзаме – его расписание, встречи, планы, – раздражённо произнес полковник. Слушать и дальше оправдания у него не было ни малейшего желания.

– Но, полковник Дидакис, мы лишь хотели подчеркнуть, насколько были не в курсе происходящего. Это такое потрясение для всех нас. Ректор всегда так пекся об интересах академии…

– Вижу, вижу, – прервал Лисар Вортана, – вот смотрю на этот кабинет и вижу всю заботу о нуждах академии. Раз уж вы об этом упомянули, то мне понадобятся все бухгалтерские отчёты. Так что прошу вас сию же минуту перекинуть всю информацию капитану Пирсу, – Дидакис кивнул на безмолвно стоящего у стены военного. Тот подошёл к помощникам Нарзама и выжидательной поднял бровь.

– Но как же так сразу, надо же подготовить все, собрать… – Лисар сделал шаг в их сторону, по его лицу явно было видно, насколько его раздражала вся эта ситуация. – Хорошо, хорошо, минуточку, – забормотал Нирт, закопошившись и доставая планшет, чтобы передать информацию.

– Капитан, проверьте все ли вам передали, а затем отправьте в аналитический отдел. Жду ответа с утра.

– Так точно, сэр, – отсалютовав военный ушел.

– Собственно, господа, более не смею задерживать.

– Но что будет с академией? Нужен же новый ректор… – Лисар заметил, как глаза обоих заместителей забегали, словно они только сейчас поняли, что могли занять вакантное место и какие перспективы перед ними тогда бы открылись. – О, полковник, мы с господином Ниртом как никто другой знаем академию. И мы бы сочли великой…

– Вон! – гаркнул Лисар, полностью потеряв всякое терпение. Нирта и Вортана вынесло из кабинета моментально.

– Да, что за дерьмо тут творится, – рычал под нос себе Дидакис, устраиваясь за столом и включая планшет. – Ректор академии предатель, и, судя по всему, вор и взяточник. Кабинет, точно будуар у бабы. А его заместитель… Да, к черту все, это же военная академия – а вторые лица гражданские. Какой дебил подписал приказ об их назначении. Интересно, а остальной преподавательский состав такой же компетентный… Да, твою же мать, я здесь навечно останусь. Черт подери, я накатаю такой рапорт на ответственных за это, что их задницы выпнут за пределы Седьмого сектора. Черт дери, я солдат, а не папочка для толпы сосунков…

– Твой малыш попал в яблочко кому-то, и я могу поздравить тебя с пополнением, папуля? – раздался весёлый голос из планшета.

– Че-ерт, – Лисар настолько вышел из себя, что не заметил, как на его звонок ответили. – Привет, заноза в заднице.

– И я рада тебя видеть, погоди сейчас Агилис видео сигнал отладит, мы проверяли системы, – до Лисара донёсся грохот упавших инструментов. А затем женский голос твердо произнес: – Проверка видео канала?

– Сигнал стабильный, подключение возможно без угрозы для процессора, – ответил ей кто-то.

– Включай.

Экран планшета замигал и перед Лисаром появилось испачканное женское лицо. Зелёные глаза с весельем смотрели на него, когда его собеседница смахнула со лба прядь иссиня-черных волос, размазывая грязь по коже.

– Привет ещё раз, Шайлар.

– Здравия желаю, полковник Дидакис.

– Сама ты, полковник…

– Ну, если быть совсем точной, то так и есть, уже два часа и… – Шайлар оглянулась за спину.

– Двадцать пять минут и семнадцать секунд, – раздался полумеханический голос из-за ее спины.

– …и двадцать пять минут и семнадцать секунд, –      повторила она.

– Двадцать две секунды, – поправил механический голос на заднем фоне.

– Отвали, Агилис, – отмахнулась Шайлар. – Он сегодня не в духе.

– В моем микропроцессоре не прописана программа по выражению эмоций. Отсутствует протокол, предписывающий испытывать негативные чувства.

– Ну, я же говорю – не в духе. Ладно, Лисар, ты же не просто так вышел на связь? – поинтересовалась она, чуть прищурив глаза.

– Не просто… Ты сейчас где?

– На Катнии. У нас вроде как небольшой отпуск. В связи со всем происходящим на фронте наступление прекращено. И сражение в основном продолжается в космосе. А в последнем бою Тим был ранен, да и Ферус с ЭмТи нуждаются в хорошем ремонте, а без них команду не пустят в бой. Так что мы тут пока ненадолго застряли.

– Не хочешь приобщиться к обучению подрастающего поколения?

– Ты все же станешь папашей? – тонкая бровь поднялась вверх.

– Иди ты к черту!

– Просьба уточнить координаты планеты Черту. Согласно загруженным в меня картам, планеты с подобным названием не существует в галактике Семи секторов. Проверяю базы на обновления… – раздался комментарий из-за спины Шайлар.

– Ха, он на самом деле не в духе, – кисло заметил Лисар. – Шай, ты нужна мне тут, – сказал он, становясь серьезным.

Веселость слетела с красивого женского лица, внимательные глаза впились в Лисара. Губы сжались в линию.

– Насколько все хреново? Дерьмище или дерьмицо?

– Нарзам продавал информацию эрлокам, он слил нападение на Серану.

– Твою мать, отдай ублюдка мне, – зелёные глаза Шайлар яростно вспыхнули.

– Отдал бы, если бы мог.

– Сбежал?

– Убили.

– Ты?

– Эрлоки.

– В академии?

– Точным выстрелом промеж глаз, но он до этого успел кое-что сказать.

Шайлар приподняла бровь и закусила губу, ожидая ответа.

– Нарзам работал не один. Существует целая сеть скотов, продающих сведения синезадым ублюдкам. И, судя по всему, она связана с академией.

– С чего ты взял?

– Нарзам убил кто-то из кадетов или преподавателей. Хотя на торжественном открытии было много гражданских и посторонних, но выстрел был совершен с западной башни. Система безопасности не пропустила бы туда постороннего. Так что выстрел совершил кто-то имеющий отношение к академии.

– И зачем тебе сдалась я? Я солдат, не ищейка. Понимаю, было бы нужно кому-то надрать зад, тут я только за. Но у тебя тьма народа в подчинении, которые смогут раскрутить это все.

– Знаю. Но проблема в другом. Предательство и смерть Нарзама лишь часть дерьма, что я должен разгрести, – Лисар взял планшет и медленно повернул его по кругу, демонстрируя Шай кабинет ректора.

– Черт дери, это что?

– Долбаный кабинет ректора военной академии Санары, заместителями у которого были назначены два гражданских лизоблюда. Подозреваю, что и дальше картина, навряд ли, станет намного краше.

– Он продался и тут? – выплюнула Шайлер.

– Похоже. Ты нужна мне, чтобы помочь разобраться с преподавателями, курсантами и прочей подобной хренью. Ваш отряд же как-то брал практикантов. Да и лучший стратегов, чем ты и Сонни я не знаю. А уж физподготовка, оружие и ведение боя – тут и говорить не о чем. Да и с четвертым курсом поможете разобраться. С отобранными группами, которые уже есть…

– Не продолжай я поняла. И все же, почему мы?

– Шай, ты и твои ребята, те немногие, кому я действительно могу доверять. Ситуация не та, чтобы рисковать. Ставки слишком высоки. Если Нарзам набрал в отряды или не дай бог в пилоты не подходящих людей, ты понимаешь, чем это может кончится?

– Понимаю. Мы прилетим.  Я помогу. Преподавателем, конечно, не стану, но пара мыслей, кого и где можно взять есть. Разберемся на месте. Агилис рассчитай путь до Санары.

– Учитывая расстояние от Катнии до Санары, среднюю скорость крейсера, особенности маршрута с учётом прохождения пояса астероидов в квадранте АTW578, ориентировочное время полета семь дней, пять часов и тридцать три минуты.

– Жди, через неделю буду, – ухмыльнулся Шайлар и отключилась

– Жду, – пробормотал черному экрану Лисар.

***

Кириан стоял в приемной перед кабинетом ректора. Секретарь – дородная дама неясного возраста, которая, казалось, работала тут с самого момента создания академии – строго поглядывала на него поверх очков, темные волосы с серебристыми прядями были убраны в тугой пучок. С выражением абсолютного спокойствия на лице Арабелла Штраус что-то печатала на стоящем перед ней компаде.

– Кадет Старг прибыл по приказу полковника Дидакиса, – отрапортовал Кириан.

– Входите, полковник вас ждёт, – произнесла Штраус, и лишь тогда по чуть дрогнувшему голосу Кириан понял, что непробиваемый секретарь ректора Нарзама была испугана и дезориентирована не меньше всех остальных. Все же она проработала с предыдущем руководителем академии бок о бок не один год. Знала ли она что-то о его делах, насколько ее ранило предательство Нарзама?

Кириан сочувственно посмотрел на Штраус и, подойдя к дверям кабинета Нарзама, постучался.

– Войдите, – раздался приглушённый голос.

Пройдя во внутрь, Кириан вытянулся и четко отрапортовал:

– Кадет Старг по вашему указанию прибыл.

– Вольно кадет, присядьте.

Кириан устроился в одном из кресел стоящих напротив стола ректора. Непроизвольная гримаса неодобрения на мгновение появилась на его лице, когда Кириан оглядел помещение. Роскошь, так и бьющая в глаза отовсюду, совершенно не вязалась с духом академии, с самой ее сутью. Шла война, жестокая, беспощадная, и здесь готовили солдат, тех кто вскоре встанет под знамёна Ополчения и отправится на фронт. А эти золото, картины, вычурная мебель казались Кириану совершенно не подходящими и ненужными.

«Понятно, куда утекали деньги родителей тех бездарей, которых набрали в академию за последние годы», – подумал он, украдкой ещё раз оглядев кабинет.

– Тоже не одобряете, – раздался голос полковника.

– Простите, сэр?

– Всей этой ненужной мишуры. Не одобряете?

– Сэр, кадет не имеет права обсуждать или… – начал Кириан.

– Бросьте, я сам не одобряю. Впрочем, не для оценки кабинета Нарзама я вызвал вас. Доложите о произошедшем с утра на тренировочных полях.

Пока Кириан рассказывал о поимке Нарзама он разглядывал огромного военного, стоящего у окна. Высокий, подтянутый, с коротко стриженными каштановыми волосами полковник Дидакис разглядывал двор академии, стоя в пол-оборота к Кириану и сцепив руки за спиной. Светло-серая форма с зелёными вставками, которую носили все высшие чины армии, словно влитая сидела на мощном теле настоящей машины для убийств, вот каким, по мнению Старга, и должен быть настоящий ректор военной академии. Солдат до мозга костей, опытный воин, прошедший не через одну битву, точно знающий какой ценой давалась Ополчению каждая победа. Тот кто мог научить их – ещё ничего не знавших о реальных битвах кадетов – как не только броситься в бой, но и выжить в нем.

– Больше вам нечего добавить, кадет Старг? – спросил Лисар, когда Кириан закончил доклад.

– Никак нет, сэр. Остальное происходило уже при вас.

– Что ж, рад знать, что хоть кто-то в этой богадельне все заслуживает того места, которое занимает.

– Сэр?

– Ничего, кадет. Мысли вслух. Вы можете идти. Завтра с утра начинаются занятия так, как и планировалось, смерть Нарзама никоим образом не повлияет на расписание лекций и тренировок. Обо всех изменениях, которые произойдут в ближайшем будущем, вам сообщит ваш куратор.

– Разрешите вопрос, полковник Дидакис.

– Разрешаю.

– Тестирование, которое должно было пройти через неделю, состоится?

– Вот как, – протянул Лисар. – Ещё один мечтатель. Что же вас всех тянет в адаров. Понимали бы ещё все, что сопутствует гордому званию пилота адара… – пробормотал он. Но затем, окинув Кириана пристальным взглядом почти черных глаз, сказал: – Хотя без таких энтузиастов мы бы не выдержали. И, да, кадет, тестирование пройдет, как и было запланировано. Остальные детали у вашего куратора. Еще раз благодарю за помощь в поимке генерала Нарзама, это будет отмечено в вашем личном деле. Вы свободны.

Кириан подскочил на стуле. В крови бурлил адреналин и радость от того, что пока все шло по когда-то давно намеченному плану. И пусть сделать предстояло ещё многое, но все было в его руках.

Отсалютовав, Старг вышел из кабинета. Проходя мимо Арабеллы Штраус, он подмигнул ей и, получив в ответ строгий взгляд, поспешил к своему отряду, который с нетерпением ждал его в их жилом секторе. Всем было любопытно узнать, о чем хотел поговорить с Кирианом полковник. Не считая того, что было необходимо подготовиться к завтрашнему дню, многое могло измениться, хотя Дидакис и сказал, что особых перемен не будет. Но чем обернется для всей академии внезапная смена ректора. Станет ли он хуже предыдущего или наоборот сможет исправить весь тот урон, нанесенный Нарзамом.

Но сейчас гадать было бессмысленно, впереди Кириана ждал вечер с друзьями и вечерняя тренировка, ведь до тестирования оставалась всего неделя. И лучше бы ему было сосредоточиться на том, что зависело от самого Старга, а все остальное оставить для тех, кто разбирался в этом лучше.

С этими мыслями Кириан поспешил покинуть центральный корпус.

Глава 4

Утро в академии началось как обычно, словно накануне ничего особенного не произошло. Как и тысячи раз до этого в каждом секторе зазвонили сигнальные оповещатели, пробуждая кадетов. И уже через полчаса нескончаемый поток учащихся направился в сторону столовой. Каждый отряд устроился за своим столом, в полголоса обсуждая события вчерашнего дня и грядущие перемены. Неуверенные первокурсники занимали свободные места.

Когда команда Старга направилась к автоматам с питанием, Кириан поймал на себе множество заинтересованных взглядов – судя по всему, о его роли в произошедшем уже все знали.

– Мужик, теперь ты точно станешь звездой академии, – ткнул его в бок Доран. – Переплюнем по популярности отряд Кодера. Все красотки будут твои, герой Кириан, – он шутливо поиграл бровями, одновременно улыбаясь первокурсницам, мимо которых они проходили. – Может и мне что-то перепадёт.

– Мне этого не надо, какие красотки? О чем ты? Я должен готовиться к тестированию, да и после него не до того будет. А теперь вообще не понятно, что нас ждет. Какая тут любовь?

– А кто про любовь говорит? Повеселились, Кир, хватит уже! Ты угробишь себя тренировками. Отвлеклись, развейся.

– Потом, Доран. Все потом. Кроме того, на прославленного пилота адара клюнет куда больше красоток, – Кириан хлопнул силовика отряда по плечу, и друзья, рассмеявшись, поспешили к остальной части команды, которая уже ждала их с подносами в руках.

Устроившись за столом, все посмотрели на Римана.

– Что-нибудь слышал нового? – поинтересовалась Лития.

– Куратор прислал расписание занятий, списки литературы, перечень нужных программ. Но больше ни слова, – ответил Орет.

– Полковник сказал, что мы все узнаем сегодня. Возможно, на первой лекции, – мрачно отметил Кириан.

– Тогда предлагаю доедать и отправляться в класс, – тихо пробормотал Шияр.

– Гениальное предложение, мистер Очевидность, – бросила Лития, – а так бы мы не догадались.

Стратег молча посмотрел на нее и, уткнувшись в планшет, продолжил завтрак.

Быстро покончив с едой, отряд убрал за собой посуду и направился к учебному корпусу.

Заняв привычное место у окна, Кириан начал составлять план тренировок на оставшуюся до тестирования неделю. После занятий он должен был согласовать его с куратором курса, чтобы тот записал его на тау-тренажеры, не считая того, что Дарган должен был окончательно утвердить его заявку на участие в самом тестировании.

Результаты последних занятий оказались довольно высокими, поэтому Кириан не сомневался в том, что куратор поставит электронную подпись в его заявке.

Старг настолько погрузился в размышления, что не заметил, как в класс вошёл первый заместитель Нарзама Нилс Вортан.

Низкорослый, но подтянутый, с волосами, собранными в хвост, и вечно бегающими глазами, он вызывал в Кириане лишь раздражение. Сложно было поверить, что подобный человек смог занять такой пост в военной академии. Вортан выглядел особенно нелепо на фоне лейтенанта Марка Даргана, вошедшего следом за Нилсом.

– Доброе утро, кадеты! – громогласно рыкнул Дарган.

– Здравия желаем! – ответил ему стройный гул голосов.

– Прежде чем мы начнем занятие, я предоставлю слово господину Вортану, у которого есть для вас сообщение, – коротко бросил Дарган.

Взгляды курсантов сосредоточились на заместителе ректора, любопытство и нетерпение, казалось, так и повисли в воздухе.

– В связи со вчерашними событиями нас с вами ждут некоторые изменения. Они не затронут основного учебного процесса, но тем не менее кое-какие корректировки в ближайшие запланированные мероприятия будут внесены, – начал Вортан, перебегая взглядом с кадета на кадета, словно пытаясь прочитать на их лицах реакцию на его слова. – Во-первых, временным исполняющим обязанности ректора академии назначен полковник Лисар Дидакис, – лицо Вортана слегка перекосило, словно он проглотил что-то кислое и совершенно не съедобное. – Во-вторых, будет проведена полная переэкзаменовка всего ученического состава на их способность и дальше проходить обучение в нашей академии. В начале состоится проверка знаний учащихся на соответствии выбранной специализации, а после все сдавшие будут допущены ко второй части – проверке физического состояния. Кадеты, не прошедшие оба этапа, будут отчислены.

Несколько кадетов резко вскинули в воздух руки, желая получить более подробную информацию.

– Все вопросы вы сможете задать вашему куратору, моя задача лишь проинформировать вас о ближайших событиях и изменениях. На последок хочу отметить, что в академию прибудет несколько приглашенных специалистов. Поэтому обращаюсь к вам с просьбой показать им достойный уровень знаний и умений в это непростое для всех нас время. На этом я закончил, все детали вам расскажет лейтенант Дарган, – с этими словами Вортан вышел из класса.

На оставшегося преподавателя тут же устремились все любопытствующие взгляды. Но ни единого вопроса не прозвучало, слишком хорошо кадеты знали, с какой лёгкостью могли получить наряды в наказание за нарушение дисциплины.

– Смотрю вас сжигает любопытство. Что ж, я и сам пока знаю не многое. Потому сообщу то, что могу. В ближайшую неделю вам предстоит подготовится к проверке ваших знаний. Советую заняться этим как следует, потому что оценивать результаты будут не только наши преподаватели, но и сторонние специалисты, состав проверяющей комиссии пока не известен. В начале пройдут проверку командиры отрядов и стратеги, следующими будут медики и техники, последними идут силовики, хотя их основная проверка пройдет во время второй части переэкзаменовки. Вторая часть – это проверка вашего физического состояния. Она будет состоять из трёх испытаний: прохождение полосы препятствий, спарриги, где кадеты будут биться один на один, и последним будет испытание для отрядов, во время которого будет проверяться не только ваше умение сражаться, но также способность работать в команде. На подготовку к каждому этапу будет отведено по три дня. Точные даты, время и место экзаменов я скину командирам отрядов. Вопросы? – приподняв бровь, поинтересовался Дарган.

– А что будет с теми, чей уровень сочтут не достаточным? – прозвучал вопрос с последних рядов.

– За выкрик без разрешения кадет Анирон получает наряд на уборку тренировочных полей. А что касается вопроса, то дело каждого кадета, не прошедшего проверку, будет вынесено на рассмотрение комиссии. И там будет принято решение исключать ли учащегося из академии или нет. Да, кадет Орет? – Дарган кивнул в сторону Римана.

– Сэр, можем ли мы узнать о причинах подобной проверки?

– Деталей не знаю, – преподаватель провел рукой по короткостриженым светлым волосам. Присмотревшись Кириан заметил хорошо скрываемую усталость, хотя под ней явно проступала озабоченность. – По официальной версии в связи со сменой руководства академии, военное управление назначило полную проверку преподавательского и ученического составов. Все вопросы по подготовке к переэкзаменовке я готов обсудить с командирами отрядов. Что касается тестирования уровня тау-импульсов и дальнейшего распределения, то все переносится на момент, когда проверки завершатся. Теперь же приступим к обсуждению программы обучения. Особых отличий в этом году не будет. У вас остаются курсы по тактике и стратегии ведения боя, увеличится количество часов по изучению современного вооружения и техники. Занятий по физподготовке и боевым искусствам также станет больше. Кроме того, увеличится количество занятий по специализациям. Из общих предметов остаются изучение флоры и фауны планет Семи Секторов. А после прохождения тестирования на тау-импульсы кадетам, прошедшим его, будет предоставлено расписание дополнительных предметов. Более подробную информацию получат командиры отрядов.

Кириан почувствовал, как все внутри него упало. Краем сознания он уловил, что Дарган перешёл к стандартной программе своего предмета – современное вооружение и технологии – и принялся зачитывать технику безопасности.

В голове Старга проносились множество мыслей, одна другой страшнее. Вдруг он не сможет пройти переэкзаменовки, или его уровень физической подготовки не будет достаточным. Внезапно он почувствовал чье-то прикосновение. Подняв глаза, он встретил уверенный и спокойный взгляд Римана.

– Мы справимся, потому что мы есть друг у друга, а вместе мы сила. Успокойся, – донёсся до Кириана тихий и уверенный голос командира отряда. Оглянувшись, он увидел такие же спокойные лица товарищей по команде и почувствовал, что паника начала его отпускать. Они были почти семьёй, продолжением друг друга, конечно же, они справятся. Должны. Обязаны.

Улыбнувшись краем губ, Кириан вновь вернул все свое внимание Даргану, удивляясь тому, что хоть на минуту усомнился в себе и своем отряде.

***

Вся последующая неделя пронеслась, как один миг, учеба, тренировки и подготовка к переэкзаменовке. Все кадеты, кроме первого курса, который было решено тестировать во время полугодовой проверки, готовились в библиотеках или своих секторах, вспоминая и заучивая пройденный материал.

Отряд Кириана, как и многие другие команды, в вечер накануне экзамена сидел в своем секторе, помогая первым сдающим готовиться.

– Твою мать! – бушевал Риман. – Кто придумал эти дурацкие вопросы? Они серьезно?

– Рим, ну вопрос же не сложный: когда ситуацию в бою можно считать стабильно? – произнес практичный Шияр.

– Он не сложный, он тупой! Ответ очевиден. Пусть Глиспоп и был наитупейшим преподавателем по основам ведения боя, но даже он вбил нам в голову, что ситуация стабильна тогда и только тогда, когда вся команда вернулась на базу. До этого момента возможны различные варианты развития событий, когда какое-то непредвиденное событие может полностью изменить ход боя, – Орет метался по комнате, для и без того взрывного капитана отряда эта неделя нервной подготовки к экзамену и ожидания прибытия специалистов из военного ведомства стала непростым испытанием. Команда порой даже боялась подойти к нему лишний раз, опасаясь нарваться.

– Риман, успокойся, мы все переживаем, – внезапно раздался тихий голос молчавшей до этого Айлы. Орет неожиданно замер и посмотрел на медика отряда. – Ты справишься, мы все справимся. У нас одни из самых высоких показателей. Мы верим в тебя, я верю...

Риман несколько секунд смотрел на нее, а затем резко опустил плечи, выдыхая, казалось, что от спокойного голоса Айлы весь его огонь мгновенно потух.

– Ты права. Пойду ещё раз просмотрю особенности ведения боя в горной местности… – внезапный писк планшета прервал его.

Риман подошёл к столу и прочел сообщение.

– Нам велено в течение получаса прибыть на тренировочное поле для встречи прибывающих специалистов из военного управления. Твою мать. Завтра экзамен, какого черта нам туда идти, – вновь взорвался командир отряда.

Продолжая ругаться и сыпать проклятьями, Орет двинулся в сторону своей комнаты, чтобы переодеться в парадную форму. Вся команда, проводив его взглядом, отправилась по своим спальням с той же целью.

***

На тренировочном поле собралась, казалось, вся академия. Кадеты, разбившись на отряды, встали рядами, согласно порядковым номерам команд и курсу обучения, перед каждым рядом стоял куратор. Чуть в стороне выстроились учителя и сотрудники исследовательского корпуса. Метрах в пяти ото всех, самым первым стоял полковник Дидакис в парадной форме. Рядом с ним переминались с ноги на ногу Вортан и Нирт. Они смотрелись почти комично в своих нарядных одеждах, особенно на фоне подтянутых и высоких военных, вставших с другой стороны от исполняющего обязанности ректора.

Кириан с интересом смотрел на очищенную площадку, куда должны были приземлиться транспортники с приглашенными специалистами из военного ведомства. Хотя было совершенно не понятно, для чего их собрали на тренировочном поле, когда перевозчики вполне могли сесть и перед зданием академии, разве что ожидался какой-то особенно большой корабль.

Стоило всем занять свои места, как Дидакис взял слово:

– Кадеты, преподаватели и сотрудники академии, не собираюсь пускаться в длинные речи, которые неуместны и совершенно не нужны. Все вы итак знаете о произошедшем в Военной академии Санары. В связи с обвинениями, выдвинутыми против генерала Нарзама верховным судом Ополчения, было принято решение о проведении проверки деятельности академии. Не только ее преподавательского и научного составов, но и ученического, поскольку в ходе расследования были выявлены многие неблаговидные поступки и решения бывшего ректора, требующие дополнительных перепроверок. В связи с этим военное ведомство и руководство Ополчения приняло решение созвать комиссию для разрешения возникшей ситуации. Более подробно о предстоящих проверках вам должны были рассказать ваши кураторы. Сейчас же нам предстоит встретить членов комиссии. Собственно, вот и они, – гул приближающихся транспортников заглушил слова Дидакиса.

Полковник, вместе с людьми, стоящими по бокам от него, отошёл немного назад, встав возле отряда Кириана, расположившегося во главе ряда с кадетами четвертого курса.

В небе среди облаков показались корабли, готовящиеся к посадке. Старг с любопытством и интересом разглядывал военные транспортники, вблизи он видел их впервые. Меньшего размера, чем суда академии, более маневренные, с облегченным корпусом и усиленными двигателями. Руки так и чесались добраться до их систем и покопаться в них.

Стоило только судам приземлиться, как моментально был опущен задний люк. Но почему-то прибывшие специалисты не спешили выходить наружу, так же как не двинулся с места и полковник Дидакис.

Преподаватели недоуменно переглядывались, пытаясь понять причину задержки, кадеты с интересом поглядывали на ничего не понимающих кураторов. И только ректор академии стоял и хитро ухмылялся.

– Любопытно, кадет Старг? – обратился он к стоящему около него Кириану.

– Сэр?

– Смотрите, кадет, смотрите. Думаю, уж вам-то точно понравится.

Кириан с интересом посмотрел на полковника. Он собирался спросить, что именно тот имел в виду, когда над полем раздался неясный гул. Задрав голову Старг уловил блеск метала среди облаков.

– Мда, все такие же показушники, – послышались Кириану слова Дидакиса, хотя во всевозрастающем шуме он не мог бы точно сказать, не показалось ли ему.

Внезапный громкий звук заставил Кириана вскинуть взгляд в небо, где показалось днище военного корабля класса Z.

«Не может быть, – подумал кадет. – Это же…»

Мысли Кириана прервал восхищённый гул голосов, стоящих вокруг кадетов, когда в днище крейсера открылся шлюз и из него вылетели один за другим три адара. Зависнув в воздухе на мгновение, они понеслись к тренировочному полю.

Кириан, позабыв про все, с восхищением смотрел на свою стремительно мчащуюся к земле мечту. Заходящее солнце играло на стальных роботах, когда они одновременно приземлились, заставляя землю содрогнуться. На поле воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь гулом работающих двигателей транспортников.

Под сотнями взглядов адары выпрямились и открыли нагрудные капсулы, спустя минуту на поле спрыгнули трое пилотов в полной экипировке. Замерев на мгновение, они направились к центру поля.

Краем глаза Кириан заметил, как навстречу им двинулся с места полковник Дидакис, за ним, чеканя шаг, следовали военные, а через миг и Вортан с Ниртом, словно очнувшись, поспешили за ректором.

В ту же минуту по откинутым люкам кораблей начали спускаться представители военного ведомства, прибывшие для проверки.

Кириан во все глаза смотрел на адаров и их пилотов. Огромные боевые машины. Маневренный и молниеносный блистер, мощный и мобильный нитро, прочный и непробиваемый кавер – как бы Старг мечтал когда-нибудь и самому сесть в один из них. Он перевел взгляд с боевых роботов на их пилотов. Те неспешно шли вперёд о чем-то тихо переговариваясь друг с другом. С такого расстояния Кириан не мог разобрать, кем именно они были, потому что на каждом кроме усиленной брони были надеты шлемы с закрытыми визорами.

Когда все три группы встретились в центре поля, двое из пилотов сняли шлемы, ими оказались двое коротко стриженных мужчин, третьего отвлёк подошедший к ним Дидакис. Перекинувшись парой слов, они развернулись к выстроившимся кадетам.

От делегации из военного ведомства вперёд шагнул коренастый мужчина, судя по нашивкам на форме, полковник. От пилотов отделился не снявший шлема представитель.

Все взгляды были прикованы к этим троим. Дидакис полуобернулся к пилоту адара и приподнял бровь. В ответ тот пожал плечами и начал поднимать руки.

Что-то неясное привлекло внимание Кириана именно к этой фигуре, не сводя глаз он смотрел, как пилот медленно снимал свой шлем.

От увиденного у Старга что-то неожиданно сжалось в груди. Неясное и непонятное. Что-то сродни смутному предчувствию, затаённому волнению, от которого внезапно взмокли ладони. Кириан сжал руки в кулаки, пытаясь привести себя в чувства.

С непонятно откуда взявшимся упорством он начал убеждать себя, что причиной такой странной реакции стало появление адаров. А не женщина с потрясающей красоты глазами, цвета которых он не мог разглядеть со своего места, и полными губами, искривившимися в нахальной усмешке. Ее темные, почти черные волосы были заплетены в косу, упавшую на плечо, скрытое под броней, когда она сняла шлем.

Не сразу, но Кириану удалось взять себя в руки, хотя тянущее ощущение в животе так и не прошло до конца. Приложив усилие, он заставил себя перевести взгляд на полковника Дидакиса, который уже начал что-то говорить.

– …полковника Александра Латынского – главу проверяющей комиссии Военного ведомства Ополчения, а также командира первого Полка адаров, полковника Шайлар Рейтор. Они помогут нам вновь сделать из академии то место, которым она должна быть. Надеюсь, вы достойно покажете себя, справившись с предстоящими испытаниями. Сдающим завтра экзамены командирам отрядов и стратегам желаю удачи. А теперь все могут разойтись.

Кириан стоял на месте, все ещё не до конца пришедший в себя, его команда, зная о планах и желаниях Старга, ушла в их жилой сектор, готовиться к завтрашнему экзамену. Уходя, Риман хлопнул Кириана по плечу, сказав, что они будут его ждать. Они понимали, что технику их отряда нужно немного времени побыть одному.

Кириан едва замечал, происходящее вокруг, то как оживились все кадеты, обсуждая только что увиденное. Адары прибыли в академию Санары… безусловно тут были машины, на которых обучались прошедшие испытания. Но это были тренировочные адары, своего собственного пилот выбирал только после выпуска.

Кириан не знал особенностей связи между ними, но исходя из того, что смог найти в библиотеках, он понял, что эта связь была нерушима, созданная на всю жизнь. И как же он мечтал о подобном. Он поднял взгляд, желая ещё раз посмотреть на адаров, по крайней мере, именно это он говорил самому себе. Но стоило ему повернуть голову к центру поля, как его взгляд тут же привлекла черноволосая Шайлар Рейтор, командир первого отряда адаров – лучшего из всех. Она стояла возле Дидакиса и о чем-то с ним спорила. Кириан заметил, как полковник пытался ей что-то втолковать, но все было без толку. Шайлар упорно качала головой и лишь нахально усмехались. Вдруг она махнула рукой своим товарищам, и они втроём направились в сторону Кириана, за спиной которого располагался главный корпус академии.

Трое адаров повернулись и двинулись за своими пилотами.

Старг стоял и во все глаза смотрел на приближающихся к нему.

– Санни, прекращай умничать. Надо найти место адарам, а потом уже и нам. Хо, было бы забавно, если бы оказался свободен наш сектор, – донёсся до Кириана весёлый женский голос. – Агилис, детка, твоя ворчливая задница могла бы посмотреть, как я жила до тебя.

– Адары не могут быть ворчливым, в моей программе не прописано подобной функции. Возможно лишь выставить необходимую частотность и высоту воспроизведения в звуковом блоке управления, – к удивлению Кириана он услышал голос адара.

– Ты не просто ворчливый, ты ещё и занудный. Иди развлекись, повеселить и перестань нудеть!

– В моем микропроцессоре не прописана программа для выражения эмоций. Я уже предоставлял информацию, что в адарах отсутствует протокол, предписывающий испытывать какие-либо чувства.

– За-ну-да, – весело произнесла Шайлар, а затем вновь обратилась к двум другим пилотам. – Лисар сказал, что мы можем оставить адаров в транспортном ангаре номер три, перегнав оттуда скайранеры. Там будет удобно проводить ремонт Вайпера и Скальда. Кроме того, нужно будет договориться о размещении Тима в больничном корпусе. Осталось только узнать, где этот ангар находится. В наше время его ещё не было.

Кириан не мог сказать, что именно подтолкнуло его в эту минуту, но уже мгновение спустя сделал шаг в сторону пилотов. Вытянувшись, он прочистил горло и громко произнес:

– Мэм, – он посмотрел прямо на Шайлор. – Полковник Рейтор, разрешите обратиться.

Шай остановилась и повернулась в сторону Кириана. Никогда в жизни он не встречал кого-либо с такими глазами. Они оказались ярко-зелеными, с едва заметными коричневыми вкраплениями. Но больше всего Кириана поразило то, насколько живым и лучистым был взгляд, обращённый на него. Второй раз за день, Старг почувствовал, как все внутри него сжалось, а какой-то непонятный холодок вновь начал расползаться в животе.

– Мэм… Черт подери… мэм… старею, Санни, безбожно старею, – рассмеявшись и покачав головой, бросила Шайлар огромному мужчине, стоящему слева от нее. – Ну, что же, обращайтесь, кадет… – она вопросительно выгнула бровь, вновь обратив все внимание на Кириана.

– Старг, мэм, кадет четвертого курса военной академии Санары Кириан Старг, – четко отрапортовал он, несмотря на волнение, от которого вновь вспотели ладони.

– Обращайтесь, кадет Старг.

– Я могу показать вам дорогу к третьему транспортному ангару, а также найти того, кто перегонит скайранеры.

– Кадет, за помощь спасибо, и показать дорогу можете, а с ранерами мы сами справимся – сто лет не гоняла на них, а тут хоть прокачусь.

– О, да! – подхватил пилот, чьего имени Кириан пока не слышал. – Только скинуть броню и вперёд. Титан, – бросил он, повернув голову к адару модели Кавер, стоящему чуть в стороне. – Погодные условия и максимально приемлемая высота полета, где можно погонять.

Кириан с любопытством перевел взгляд на массивного адара, который в туже минуту начал давать информацию:

– Скорость ветра пять метров в секунду, температура воздуха плюс девятнадцать, влажность – сорок процентов. Метеорологические показатели в норме. Оптимальная высота полета шестнадцать с половиной метров. Допустимая скорость – сто двадцать километров в час. Приемлемое место для полета отмечено у вас на картах.

– Прекрасно. Надо будет связаться с техническим управлением академии и договориться о транспортировке раненых, Титан, на тебе доставка наших техников и Скальда с Вайпера в третий ангар. Пора бы их уже починить. Бездари, которых нам набрали в последний раз в качестве механиков ничерта не смыслят ни в адарах, ни в ремонте.

– Ник, не кипятись. Тут вон сколько умных кадетов, гляди – перед тобой как раз техник, – бросил Санни, кивнув на нашивку на форме Кириана.

– Он ещё не тестировался, так что сбавь обороты, – поумерила энтузиазм товарища Шайлар. – Ладно, все это потом. Ведите нас, кадет Старг.

– Есть, мэм, – начал Кириан, поворачиваясь, когда внезапно раздался голос адара:

– На вашем месте я не стал бы звать ее «мэм». Согласно моим данным, при упоминании этого слова применимо к полковнику Рейтор, ее пульс подскакивает на пять ударов в минуту, а артериальное давление возрастает. Возможна негативная…

– Агилис, довольно, – тихо, изменившимся тоном произнесла Шайлар. – Кадет Старг все понял. Я же говорила, он злопамятен и вреден, – уже с улыбкой добавила она, посмотрев на двух других пилотов.

– Адары не могут… – вновь начал Агилис.

– Мы помним! – хором гаркнули Санни и Ник.

Если бы Кириан не был уверен в обратном, он бы точно сказал, что адар был недоволен и пытался довести своего пилота. Но это была просто машина, не способная к подобному. Тряхнув головой, Кириан отбросил эти мысли и повел всех к третьему ангару.

Следуя чуть впереди пилотов, он краем глаза продолжал следить за Шайлар. Она уверенно шагала по полю, о чем-то переговариваясь с товарищами. Они обсуждали транспортировку их команды в академию Санары.

Впереди показалось здание третьего транспортного ангара, и Кириан направился прямо к нему. Подойдя к раздвижным дверям, он ввел код доступа, который получали все техники старше третьего курса.

– Вам будет необходимо получить код доступа к ангару, – сказал он Шайлар.

– Агилис, займись, – бросила она адару.

– Освещение сто процентов, – произнес Кириан. Вспыхнул яркий свет, и перед вошедшими предстало огромное помещение, вдоль одной из стен которого стояло пятнадцать скайранеров.

– Здесь довольно пусто, – полувопросительно сказал Санни, глядя на Кириана.

– Ангар был построен не так давно, его не успели оборудовать до конца. Здесь должна будет расположиться ремонтная мастерская для ранеров, а также предусмотрено отдельное место для их хранения. Но переезд только начали. Электричество проведено, установлено голосовое управление. Оставалось только поставить оборудование для проведения ремонта.

– Спасибо, кадет Старг, – произнесла Шайлар, стоя спиной к Кириану. А затем она повернулась к нему в пол-оборота и улыбнулась. Кириан замер на мгновение, не способный пошевелиться или сказать хоть слово. Он впервые не мог объяснить своего состояния. Всегда собранный, внимательный и спокойный, сейчас он вел себя совершенно необъяснимо. Зелёные глаза словно околдовывали его, полностью порабощая волю.

Ему понадобилось несколько секунд, чтобы взять себя в руки и спросить:

– Я могу идти?

– Идите, кадет, и спасибо, – кивнула Шайлар и направилась к своему адару. – Вперёд, мальчики, разденемся и айда кататься!

– Шай, в твоём возрасте пора прекращать сыпать двусмысленными фразами, – подтрунивая над подругой, бросил Санни и пошел к стоящим у стены ранерами.

Кириан бросил последний взгляд на адаров, но его внимание опять привлекла лишь Шайлар, которая хорошо отточенными движениями быстро расстегивала броню, скидывая защиту и шлем подошедшему к ней адару.

Кириан быстро отвернулся и поспешил к выходу, но в голове застрял образ – стройная, подтянутая женщина в белой майке и темно-зеленых форменных штанах стояла возле огромного адара и смеялась, откинув голову, иссиня-черная коса падала ей на спину, покрытую татуировками.

Звон смеха Шайлар продолжал звучать в ушах Кириана, даже когда он вышел из ангара. Старг постарался отбросить все мысли о полковнике Рейтор и сосредоточиться на предстоящих экзаменах, вот на чем на самом деле надо было сконцентрироваться. А не на зеленоглазом пилоте адара, который полностью выбил его из колеи.

Старг поторопился к жилому корпусу, где в их секторе его ждал отряд.

Кириан почти вошёл в здание, когда за его спиной пронеслись три скайранера, он обернулся, на миг посмотрев в темнеющее небо. А затем, встряхнув головой, заставил себя отвернуться, открыть двери и шагнуть внутрь корпуса. Тишина пустых коридоров окружила Кириана, лишь на самых дальних задворках его сознания продолжал звенеть едва слышный задорный женский смех.

Планета Фабиола. Несколько месяцев назад…

– Отряд альфа к высадке готов!

– Отряд дельта к высадке готов!

– Отряд гамма к высадке готов!

– Афина?

– Готова.

– Дельта подбираются к противнику с запада и обеспечивает прикрытие и последующий отход команд, альфа с Афиной пробиваются к подавшим сигнал о спасении и вытаскивают всех выживших. Шаттл приземлится в миле от нужной точки, ближе нам не подойти – местность не та, сплошной лес. Мы нашли единственное подходящее место для посадки. Мы будем ждать вас тут, гамма занимает позиции вокруг и обеспечивает охрану корабля, в случае крайней необходимости часть группы выдвигается на подмогу дельте, – голос полковника Смайта эхом разносился по транспортной части шаттла.

Вооруженные до зубов солдаты проверяли оружие и надевали шлемы. Чуть в стороне с беспристрастным выражением на лице стояла одна из лучших пилотов адаров – Афина. Хотя поза ее и была расслабленной, но слегка поджатые губы и сосредоточенное выражение глаз, выдавало напряжение, охватившее опытного солдата.

– Афина, как будем продвигаться? – обратился к ней командир альфы.

– Согласно полученной информации группа находится в квадрате АС56-78. Они заняли оборонительную позицию у подножья скалы и отбиваются от эрлоков.

– Нападение идет и с гор тоже?

– Нет, те слишком отвесные, чтобы по ним спуститься. Но синезадые ублюдки могут спровоцировать обвал, и тогда не выживет никто.

– Наши действия?

– Подберемся поближе, насколько получится. Твои ребята должны быть готовы по сигналу выдвинуться к нашим, проверьте, чтобы у медика были необходимые средства для оказания первой помощи, если смертельных ранений ни у кого нет, то тащите их к шаттлу.

– Я могу оказывать помощь и во время передвижения, – спокойно заметил врач команды.

– Насколько я понимаю, ты собираешься там как следует поразвлечься? – с усмешкой спросил капитан отряда.

– А как же? Агилис насчитал порядка пятидесяти эрлоков, и скорее всего уже где-то рядом их подкрепление.

– Я могу отправить с тобой одного из наших бойцов.

– Не стоит, справлюсь, если что вызову ворчуна.

– Шаттл заходит на посадку, приготовиться для высадки, – раздался громкий приказ.

Солдаты, моментально замолкнув и приготовившись, замерли возле закрытых люков. Стоило только кораблю приземлиться, створы начали опускаться, и команды россыпью бросились наружу.

Афина побежала вперед, зная, что передовой отряд военного линкора «Бравый» идет за ней нога в ногу. Они не раз вылетали на задания и прекрасно знали все сильные и слабые стороны друг друга. Поэтому она неслась вперед, перескакивая через поваленные стволы, огибая растущие деревья.

Вдали маячили горные пики, добраться до которых и должны были отряды.

Несколько часов назад связисты «Бравого», прибывшего к Фабиоле для зачистки планеты от элроков, уловили сигнал о помощи. Хотя связь постоянно прерывалась из-за неисправных маячков попавших в беду солдат, удалось установить точные координаты их расположения и собрать группу для спасательной операции.

«Агилис, рассчитай точное расстояние до точки назначения и просчитай оптимальный маршрут».

«Девятьсот двадцать два точка пять метра до цели, точный маршрут отображается на карте».

Афина сверилась с изображением на визоре и вильнула чуть левее, скорректировав свою траекторию. Отряд альфа несся за ней следом.

«Через триста двадцать метров находятся три позиции, подходящие для засады, я отметил и на карте».

«Двести метров…»

«Сто…»

Афина вскинула руку вверх, показывая отряду дельта остановиться, пара движений кистью и пальцами и солдаты заняли позиции, рассчитанные адаром.

«Доложи обстановку».

«Согласно тепловым меткам, шестнадцать точек, предположительно солдаты сил Ополчения, обнаружены в квадрате АС56-78, их окружает порядка тридцати точек, предположительно эрлоки, и еще двадцать приближаются к ним из квадратов АС55-77 и ВС54-75. Согласно моему анализу они доберутся до цели через десять минут и тридцать пять секунд. Все обнаруженные тепловые метки передал».

Перед глазами Афины на карте вспыхнули ярко белые точки, часть из них не двигалась с места, расположившись возле склона горы и в окружающем ее лесу, а оставшиеся с довольно большой скоростью приближались к ним.

«Спасибо. Жди сигнала».

Чем ближе команды подбирались к цели, тем громче становился шум выстрелов. Можно было даже разобрать неясные крики, доносящиеся со стороны окруженных солдат.

Сверившись с картой, мерцающей на краю визора, Афина взмахнула рукой, призывая отряд альфа остановиться. Все, как один, спрятались за поваленными деревьями и устремили взгляды на пилота адара.

Вновь подняв руку вверх, она указала на двух бойцов, жестом велев им отправляться и ставить мины с дистанционным взрывателем, призванные скорее отвлечь внимание, нежели нанести реальный урон.

Двое солдат молниеносно отреагировали на приказ, сорвавшись с места и бросившись в стороны. Спустя пару минут, они уже вновь были возле отряда, дожидаясь сигнала, готовые подорвать заложенные заряды.

Афина слегка повернула голову в сторону командира, и тот кивнул, отмечая готовность по сигналу выдвигаться вперед. Пилот указала на себя, а затем на небольшой овраг, находящийся метрах в пятидесяти от притаившейся альфы. Командир еще раз кивнул, жестами показывая своему отряду, в каком порядке они должны будут пробираться к окруженным солдатам.

Афина бесшумно двинулась в сторону указанного места, стоило ей только скользнуть за холм, как раздалось два громких взрыва. Это послужило сигналом для нее. Вскинув пистолет, она выскочила наружу и бросилась в сторону эрлоков, открыв по ним огонь.

Не ожидавшие нападения с тыла, враги растерялись на несколько мгновений, что позволило ей точными выстрелами снять троих из них. Быстро поднявшись по стволу ближайшего дерева, она вновь открыла огонь.

Синекожие захватчики, пришедшие в себя, начали стрелять по ней в ответ. Афина заметила, как часть эрлоков кинулась в ее сторону. Но этого было недостаточно, альфа не смогла бы справиться с остальными нападающими самостоятельно. Словно в ответ на ее мысли, раздался свист пуль – спасательный отряд начал пробиваться к окруженным бойцам. Время шло на секунды. Необходимо было отвлечь внимание эрлоков на себя.

«Агилис, ко мне. Квадрат АС55-76. Огневая поддержка. Цель: отвлечь эрлоков, дав альфе добраться до окруженных. Встретимся в квадрате АВ54-74».

Раздался громкий хлопок и в небе сверкнула сталь летящего вниз, словно выпущенная стрела, адара. С грохотом он приземлился в указанном месте и открыл огонь. Афина, не прекращая стрелять, перепрыгнула на ближайшее дерево, затем на следующее, уводя, мчащихся за ней эрлоков дальше от горы. Во время очередного прыжка, пуля чиркнула о ее броню, и Афина сорвалась вниз, моментально перегруппировавшись в полете и приземляясь на ноги на землю.

«Докладывай»

«Продвигаюсь к тебе, встреча через двадцать секунд… Корректировка. В квадрате АВ55-74 появление новой тепловой метки. Согласно анализу, это ароним».

«Твою мать. Синезадые пригнали свою машину. Быстрее».

«Иду».

– Альфа, это Афина, вы добрались? Подонки притащили аронима.

– Дерьмо. Мы почти достигли окруженных.

Заметив метрах в двадцати от себя отблеск металла среди стволов поваленных деревьев, она быстро двинулась в их сторону, вскинув пистолет.

Сверившись с картой, мерцающей в визоре, Афина поняла, что в завалах пряталось два эрлока. Проверив заряд в пистолете, она сжала во второй руке клинок из касианской стали. Ловко запрыгнув на вершину завала, она прицелилась и выстрелила в лежащего правее эрлока, который палил по отряду альфа. Он дернулся и резко перекатился, попытавшись вскинуть винтовку. Но пилот была быстрее, и мгновение спустя мертвый синекожий пришелец упал на землю. В туже секунду второй эрлок вскочил на ноги и бросился на Афину, выбивая пистолет у нее из руки. Оружие отлетело в сторону, одновременно с этим пилот, схватив эрлока за горло, активировала реактивные двигатели в ее снаряжении и взвилась вместе с противников вверх. Резко разжав руку, она отбросила его на землю. Приземлившись, Афина воткнула кинжал в тело эрлока, попав точно между пластинами его брони.

Только она вытащила клинок из тела врага и подняла свой пистолет, как вокруг тела Афины обернулись металлические пальцы и подняли ее вверх, поднося к открытому люку на груди адара. Она забралась внутрь и устроилась на месте пилота.

«Ароним?»

«Пять минут до прибытия».

«Выведи карту и дай оценку ситуации».

На дисплеях появилась карта местности с движущимися белыми точками, которых стало значительно меньше. Но все равно часть эрлоков упорно пробивалась к альфе, которая к тому моменту успела добраться до окруженных отрядов.

– Альфа, как вы?

– Мы на месте. Из шестнадцати человек шестеро способны передвигаться самостоятельно и сражаться, трое в бессознательном состоянии, медик остановил кровотечение, но им срочно нужна медицинская помощь. Оставшиеся с легкими ранениями, но четверо из них в шоковом состоянии и вести бой не способны, прошу санкционировать введение им стрессовый нейтрализатор. Мы находимся под слишком плотным обстрелом, нам нужна дымовая завеса, чтобы вывести людей.

– Нейтрализатор разрешаю. Дельта, это Афина, ответьте.

– Афина, это дельта, мы на позиции.

– Дельта, что у вас по дымовым гранатам?

– Шесть ручных, семь подствольных.

– Отлично, тогда задымите квадрат АС56-78 для отхода группы альфа.

– Вас понял, сейчас все сделаю.

– Альфа, дельта сейчас все плотно задымит.

«Ну что, ворчун, повеселимся?»

«Как всегда, хотя напоминаю тебе, что адар – машина, не способная к исполнению функций, не прописанных в ее программном коде».

«Не ворчи. Лучше подготовься к радужной встрече. Анализ приближающегося аронима».

«Ароним модели А12».

«Ну, этот старичок нам с тобой в подметки не годиться. Анализ твоего состояния».

«Целостность брони 95%, заряд орудий 80%, уровень энергии 80%».

«Хо, тебя тоже потрепали. Надеюсь механики «Бравого» стоящие ребята».

«Ароним появится через пятнадцать… четырнадцать…»

Грохот приближающегося робота раздался в отдалении, и Афина полностью слилась со своим адаром, теперь они стали единой боевой единицей, разделяя на двоих тело и разум. Ее движения были его движениями, не возникало необходимости озвучивать команды, абсолютное слияние позволяло адару улавливать необходимое фактически еще до того, как мысль полностью формировалась в голове его пилота.

Встав спиной к пробивающим дорогу до шаттла отрядам, Агилис приготовился отразить атаку приближающегося аронима. Пусть роботы эрлоков и не были столь совершенны, как адары, и их связь с пилотами была довольно поверхностной, но недооценив противника, можно было совершить фатальную ошибку, стоившую порой солдатам жизни.

Спустя мгновение из-за деревьев выскочил огромная машина, не уступающая в размерах Агилису, она вскинул пулемет и открыла огонь. Адар взлетел вверх, пули рикошетом отлетали от его брони, не причиняя особого вреда, включив реактивные двигатели, адар на полной скорости понесся в сторону аронима, не прекращающего палить по нему. Сталь ударилась о сталь, и две гигантские машины покатились по земле, снося стоящие у них на пути деревья. Отскочив друг от друга, они вытащили стиры – оружие, чем-то напоминающее энергетический меч, способный пробить довольно толстый слой метала.

Взмахнув стир столкнулся со стиром, в сторону полетели искры. Удар, еще удар, блокировка и новая атака.

Со стороны скалы донесся новый грохот выстрелов – штурмовые отряды «Бравого» пробивали себе дорогу. Но свист пуль заглушал лязг метала о метал, пока две огромные машины, снося растущие вокруг деревья, сошлись в битве.

«Агилис, слабые места и анализ твоего состояния»

«Целостность брони 90%, заряд орудий 80%, уровень энергии 79%. Состояние аронима – броня 65%, заряд орудий не могу определить, он использует устаревшие пулеметы, энергия – 70%. Согласно анализу его брони – наиболее слабым местом является пластина, слева от люка кабины».

Афина мысленно улыбнулась своему адару – точен, как всегда, безусловно ворчлив (чтобы не говорил о неспособности адаров испытывать и проявлять эмоции), но он был самим ее продолжением. Не просто верным товарищем или машиной, способной помочь в бою. Агилис стал второй частью ее личности, половиной души. Именно такой была связь пилота и его адара. Соединившись однажды, они навсегда становились не просто командой, но единым организмом – сплавом человеческого тела и стальной машины с единой душой.

Ароним продолжал напирать, нанося удар за ударом. Совершив обманный маневр, он проскочил левее адара и нанес ему удар. Стир пробил верхний слой брони на боку Агилиса, заставив его пошатнуться и упасть на колено.

«Ах, ты ж, сучонок. Ну вот теперь я разозлилась. Состояние?»

«Броня 70%, остальные показатели те же».

Прищурив глаза, Афина смотрела на аронима сквозь корпус адара. Тот готовился к новой атаке, поднимая стир над головой.

Агилис уловил план, мелькнувший в голове пилота, и рухнув на землю, перекатился под ноги арониму, в последний момент вскидывая стир и с силой вгоняя его в корпус врага, именно в том месте, которое чуть ранее признал слабым.

Стоило только стиру оказаться в корпусе аронима, как Агилис пустил по нему электрический разряд, замыкая систему поверженного противника.

Машина рухнула на землю, сотрясаясь и содрогаясь. Агилис вытащил стир и отскочил как можно дальше, понимая, что ароним взорвется в любую секунду.

Грохот разнесся над лесом, взрывная волна пронеслась над деревьями, достигая горы, под которой еще недавно отбивались окруженные отряды. Камни с вершины, сначала по одному, а потом целой волной, понеслись вниз, засыпая место недавней битвы.

«Идем к группам, обеспечим им прикрытие».

Афина вывела на монитор карту, проверяя обстановку. Отряды упорно пробивались к шаттлу, но их по-прежнему преследовали эрлоки. Агилис сорвался с места, пробираясь к врагам с тыла. Стоило только в зоне видимости появиться первому синекожему солдату, как адар открыл по нему огонь.

«Прорываемся к нашим. Просканируй местность».

Агилис несся вперед, отстреливаясь от перегруппировавшихся эрлоков. Пули отскакивали от его брони, оставляя следы на прочной стали.

«Из квадрата АD45-67 к нам приближается подкрепление эрлоков, не меньше шестидесяти солдат и трех аронимов».

«Твою мать…»

– Альфа, как вы?

– Афина, мы с дельтой почти добрались до гаммы. Они ждут нашего появления и готовы присоединится к нашей вечеринке. Судя по звукам, вы тоже почти с нами.

– Спешите, к нам идут незваные гости и хотят испортить все веселье. Эрлоки и минимум три аронима.

– Тебя понял, Афина, ускоряемся.

«Разделяемся. Ты идешь слева, я справа. Надо отрезать врагов от наших».

Агилис, не снижая скорости, открыл люк, и Афина выскочила наружу, доставая оружие и включая реактивные двигатели своего снаряжения. Они понеслись в обход эрлоков, стреляя по ним. Благодаря специальной экипировке пилота адара, Афине не нужно было тратить времени, чтобы прицелиться, датчики, встроенные в шлем, позволяли фиксировать местоположение врага и передавать сигнал напрямую в пистолет, который выпускал пули по намеченной цели.

«Вижу наших, давай к ним, прикрываем отход».

– Альфа, мы за вами, идем к шаттлу.

Не прекращая огня, отряды вместе с адаром и его пилотом неслись в сторону ожидавшего их корабля. Почти все эрлоки, преследующие их, были убиты, но Афина понимала, что, если они не успеют взлететь до прибытия подкрепления со стороны врага, им придется очень несладко.

Вдали показалась поляна со стоящим на ней шаттлом.

Бойцы, охранявшие корабль, открыли огонь по тем эрлокам, что еще преследовали солдат Ополчения. Двигатели корабля взревели, и команды бросились к открытому люку.

«Время до прибытия подкрепления эрлоков?»

«Пять минут. Успеваем».

Стоило только последнему члену спасательной группы подняться на борт, как шаттл начал взлетать. Следом за ним к военному крейсеру «Бравый» несся адар.

Из письма неизвестного кадета:

«Привет, Криса!

Прости, что долго не отвечала – у нас тут такое творится после ареста и смерти ректора Нарзама! Назначили нового - полковника Дидакиса из разведки, и объявили тотальную переэкзаменовку для всех старших курсов. Первокурсников пока не трогают, слава Основателям, но атмосфера напряженная, все на нервах, везде снуют проверяющие из Военного Ведомства. И представляешь, для «усиления комиссии» сюда прибыл Первый Полк Адаров во главе с самой Шайлар Рейтор! Той самой! Я видела ее Адар – Агилис – на посадочной площадке… Криса, это нечто! Он словно живой!

Ты спрашивала в прошлом письме, как тут все устроено с обучением, мол, неужели всех подряд гребут в Санару и делают из них элиту? Я и сама думала, что Санара – это просто главная военная школа, а оказалось – все намного сложнее и… круче!

Смотри, как я поняла: основную массу офицеров, сержантов, техников, пилотов обычных истребителей – их готовят в Секторальных Военных Школах, вроде Олинты, куда твой кузен собирался. Их много, и уровень там хороший, но стандартный. Плюс есть базовые центры для контрактников и Планетарные Силы Обороны.

А Санара – это совсем другая песня! Попасть сюда почти нереально, отбор – зверский. Говорят, тут учатся в основном будущие «большие шишки» – всякие генералы, адмиралы, супер-стратеги, которые потом всю войну планируют. Еще спецы из разведки (представляешь, настоящие шпионы!). И вот эти крутые универсальные отряды – ИОСН, кажется, их называют – где все специалисты (боец, медик, техник-пилот, стратег) 7 лет вместе, как одна семья, учатся действовать где угодно! Ну и, конечно, главное – здесь «куют» пилотов и техников для Адаров, этих невероятных гигантов! В общем, реально самая элита Ополчения.

Так что те отряды, что на фронте (как Альфа/Дельта, о которых писали в новостях), – это чаще всего ребята из Секторальных Школ или ПСО под командованием офицеров. А вот отряды ИОСН из Санары – это штучный товар, их вроде бы для особых заданий готовят.

Я до сих пор не верю, что сюда поступила! Уровень требований запредельный, и все вокруг – или гении, или потомки героев (как сама Рейтор!). Чувствую себя немного… самозванкой рядом с ними. Сейчас еще эта переэкзаменовка из-за ректора-предателя… все на нервах.

Ладно, побегу на тактику. Напишу, как все пройдет! Обнимаю!» 
Военная академия Санары, настоящее время

Шайлар сидела в мягком кресле с высокой спинкой и с усмешкой на губах оглядывалась по сторонам. Насколько же тут все изменилось с тех пор, как она в последний раз была в этом кабинете. Картины в позолоченных рамах, мягкая мебель с явно дорогой обивкой, ковры, шторы. Боже, и это кабинет ректора военной академии Санары.

– Ну ты и попал, Лисар… – тихо произнесла она, покачивая ногой и постукивая пальцами по подлокотнику кресла, на котором сидела. – Что они сделали с академией, если из всего, что тут было пару десятилетий назад неизменным остался лишь дракон в приемной.

– Много чего, Шай, как это не печально, полной картины мы пока не представляем. Стоит дождаться результатов проверок, – устало сказал Дидакис, потирая подбородок.

– Проверок?

– Мы изучаем финансовое положение академии, траты, совершенные за последние годы. Проверяем преподавателей, сотрудников, да и кадетов тоже. Компетентность выпущенных за последние годы отрядов вызывает вопросы.

– Из-за Фабиолы?

– Да… – ответил Лисар, нахмурившись. Он помолчал, а потом едва слышно добавил: – и не только.

– Подобное произошло еще где-то? Не только на Фабиоле? – Шайлар резко выпрямилась на кресле, подавшись вперед.

– Трижды. Подобное случилось еще трижды. Просто остальные случаи было решено не предавать огласке.

– Вы разобрались в причинах?

– Не до конца, но именно эти случаи и послужили причиной начала проверки академии и ее ректора, – Лисар откинулся на спинку стула и прикрыл глаза.

– Ты когда спал нормально в последний раз? – тихо спросила Шайлар.

– Черт его знает, недели три-четыре назад. С тех пор, как мы начали разматывать этот клубок, узнавая все больше, нормальный сон мне только снился, – полковник рассмеялся. – Прости за тавтологию.

– Черт, ты выучил новое умное слово? – поддела его Шай, желая взбодрить друга.

– Я же в академии, мне положено учиться, – улыбнулся в ответ Лисар. – Я рад, что ты приехала. Возможно, ты сможешь помочь. Хоть в чем-то.

– Если я правильно поняла тебя, то кое-какие идеи уже есть. Остальное придумаем. Но было бы неплохо услышать всю историю целиком, чтобы я могла понять, с чем именно надо иметь дело и какой помощи ты ждешь от меня и ребят. Ведь ты позвал нас не только для того, чтобы мы попрыгали тут на адарах и вдохновили детей на великие подвиги во имя Ополчения, – поднявшись с кресла Шайлар оглядела кабинет. – Где в этом милом золоченом будуаре можно найти бутылку чего-нибудь? Предлагаю взять ее, а лучше парочку, и двинуть к нам. Там можно спокойно поговорить, и мы с ребятами расскажем тебе все, что придумали.

– Выпить… выпить… и почему я не сомневался, что ты предложишь именно это, – тихо пробормотал Лисар. – Хотя, это, пожалуй, самое заманчивое из всех предложений, что я получал в последнее время. Пошли, – полковник поднялся и направился в угол комнаты, где стоял огромный резной бар, полный различных бутылок. – Ликер, вино, виски?

– Издеваешься? Нам бы что покрепче, да попроще.

– Тогда илуарский гартейн идеально подойдет.

– О да, сорок пять градусов идеального счастья, – Шайлар со смешком закатила глаза.

– Пошли, полковник Рейтор, нам еще закуску найти надо.

– Обижаешь, полковник Дидакис, майор Стэйнард уже все организовал.

– Санни стал майором? Твою мать, куда катиться мир, – друзья, посмеиваясь и подкалывая друг друга, вышли из кабинета и направились в сторону жилого сектора, где их ждали остальные пилоты адаров.

*** 

– Как я и сказал тебе, – начал Лисар свой рассказ, когда они все расселись вокруг стола в небольшой гостиной предоставленного пилотам жилого сектора. – Будь случай единичным, мы бы списали все на разовую ошибку. Но когда ситуация на Фабиоле повторилась еще трижды…

– То есть как трижды? – перебил Лисара Санни, склонившись вперед и уставившись на полковника.

– Да, трижды. Только этим ребятам повезло меньше, чем командам на Фабиоле. В тот раз рядом были военные корабли Ополчения, потому сигнал о помощи смогли поймать и выслать подмогу, – тихо сказал Дидакис.

– Я там была, когда вы занимались подготовкой к захвату Салирты, – бросила Шайлар друзьям. Те кивнули в ответ, будучи в курсе небольшого приключения их капитана. – Я была тогда готова прибить ко всем чертям того придурка, что выпустил их из академии. Мы вытащили ребят с Фабиолы, и я собиралась разобраться в произошедшем, но нас отозвали по срочному заданию, а потом не до того было. Ты же знаешь ситуацию с наступлением на третий сектор? – Шайлар перевела взгляд на Лисара и залпом опустошила свой стакан, лишь слегка поморщившись, когда крепкий напиток обжег горло. А затем потянулась за бутылкой, чтобы налить еще.

– Так все и было, когда членов отрядов осмотрели медики и с ними можно было переговорить, то выяснилось, что их капитаны бросили команды, скрывшись на звездолете, на котором они прибыли на планету. Никто из отрядов не знал кто именно и по какой причине отправил их на Фабиолу. Все как один твердили, что капитанам пришел приказ отправиться на планету, чтобы обеспечить охрану исследовательской группы, которая проверяла возможность создания штаба на Фабиоле. По словам спасенных, они должны были просто прилететь, расквартироваться на планете и обеспечить защиту, пока туда не прибудут группы постоянной охраны. Но когда отряды высадились на планете, то не смогли выйти на связь с ожидавшими их группами. Капитаны отрядов отдали приказ начать поиск. И когда солдаты добрались до предполагаемого места расположения лагеря исследователей на них напали. Дальше вы все знаете. Большая часть команды поддалась панике, командиры сбежали, силовики, способные биться, пытались защитить своих ребят, но силы были не равны.

– Но там же оставался командир отряда? – поинтересовался Санни.

– Был, но толку от него не было. Он не мог отдавать приказы, передав командование стратегу отряда. Тот пытался организовать защиту, но не смог справиться с паникующими командами. Если бы не прибывшая спасательная группа, никто из них бы не выжил, – на пару минут комната погрузилась в молчание. Был слышен только стук приборов о тарелки. Каждый обдумывал только что услышанное.

– А этого капитана отряда вы допросили? Кто отдал приказ отправляться на планету? И куда делся исследовательский корпус?

– Капитана пытались допросить, но он оказался в совершенно невменяемом состоянии. Пережитый стресс слишком сильно сказался на его психике. Родители, к слову, довольно состоятельные люди, моментально забрали его и увезли в какую-то дорогущую клинику, – объяснил Лисар, делая большой глоток.

– А сбежавших капитанов нашли? – спросила Шайлар.

– Нет, они пропали.

– Исследователи? – напомнил дотошный Санни.

– Они на планете были, но находились в совершенно другом месте.

– Отряды неправильно выбрали место для высадки? Перепутали координаты? – уточнил Ник.

– Мы точно не знаем, координаты, которые показали нам стратеги, полностью соответствуют тому месту, где команды высадились, но их передал один из сбежавших командиров, и понять ошибся ли он или же заведомо отправил своих ребят в самое пекло, мы сказать не можем. Самого приказа в архивах военного ведомства Ополчения мы тоже найти не смогли, кто-то очень хорошо подтер все следы.

– То есть, не считая абсолютной не подготовленности отрядов, можно предполагать, что в ведомстве сидит сволочь, работающая на эрлоков? – тихо добавила Шайлар.

– Да… – Лисар бросил на нее взгляд, пытаясь прочесть по лицу пилота, что именно крутилось у нее в голове.

– А остальные случаи? – уточнил Санни.

– Все очень похоже, группы отрядов отправлялись на планеты третьего сектора под разными предлогами, которые оказывались полной мистификацией, часть команды пропадала, а остальная оказывалась совершенно не в состоянии дать отпор. Паника, никакой подготовки, неквалифицированные медики и техники, не способные починить шаттлы. В живых из одиннадцати отрядов осталось трое человек: медик, техник и один из силовиков. Двое до сих пор так и не пришли в себя, а медик отправлен на Ксинару, – тихо сказал Лисар, залпом опустошив почти полный стакан.

– Ксинару? Психушку для военных? – уточнил Ник.

– Да. Вытащить из него информацию почти было невозможно.

– Ты сказал, что часть людей пропала?

– Да, мы не можем точно утверждать сбежали ли они или их взяли в плен, но судя по тому, что в двух случаях мы не обнаружили спасательных шаттлов, а в третьем эрлоки не успели подойти к разгромленным отрядам, версия с побегом части команд кажется более правдоподобной.

– И кто пропал в этих случаях?

– Четыре командира и три стратега. Но в этих случаях, если так можно сказать, нам повезло больше. У погибших при себе были найдены документы. То ли убегающие не знали о них, то ли просто не успели стереть файлы. Но мы нашли два приказа о направлении отрядов на мисси, подписанные одним и тем же человеком.

– Кто? – злобно прошипел Санни.

– Полковник Андрос.

– Питер Андрос? Куратор академии Санары в военном ведомстве Ополчения? – пораженно уточнил Ник.

– Да. Было принято решение о его допросе. Когда за ним пришли, Андрос уже паковал чемоданы, очевидно кто-то успел его предупредить.

– Что он рассказал? – спросила Шайлар, отпивая из своего стакана.

– Не так много. Мол где-то лет десять назад к нему пришел Нарзам с предложением помочь нескольким людям поступить в академию, а затем поспособствовать их формированию в передовые отряды. В обмен на услугу он предложил денег. Много денег, Шай, очень много, – Лисар приподнял бровь, окинув взглядом сидящих напротив него пилотов. – Много денег и помощь довольно влиятельных людей в продвижении по службе в случае, если эти кадеты закончат академию с высокими оценками. Андрос не удержался, он всегда был падок на легкую наживу.

– Но как он докатился с взяточничества до отправки ребят на смерть? И только ли это он делал? – удивленно спросил Ник.

– Он просто ставил свои подписи там, где просил Нарзам. Мы проверили все, что могли. Наши лучшие специалисты допрашивали его. Так что навряд ли Андрос смог скрыть что-то от нас, – отметил Лисар.

– Ну, в ваших специалистах мы не сомневаемся, пару раз видела их… Впечатление, прямо скажем, они оказали на меня неизгладимое. Я бы им и просто так рассказала все, что знала… да и чего не знала тоже, – с усмешкой сказала Шай. А затем, посерьезнев, спросила: – Именно так вы вышли на Нарзама?

– Да, и отправились за ним. К сожалению, насколько ты знаешь, смерть добралась до него быстрее наших дознавателей, – с иронией добавил Дидакис. – Мы все еще изучаем его бумаги, пытаемся откопать хоть что-то, имена, данные, каналы связи – хоть что-нибудь, но результаты пока не очень радуют. Ясно одно – не он один из академии связан с эрлоками. Судя по всему, тут целая сеть, но очень сложно найти кого-то. Каналы для связи шифруются, так же, как и сами послания. Мы пока не смогли взломать шифра. Но работаем над этим.

– С этим более-менее понятно. А академия и ее проверка – это прикрытие? – поинтересовалась Шайлар.

– Нет, проверка – это необходимость. Анализ поведения отрядов, ситуация с Андросом – все это привело к проверке. Если они берут людей неподготовленных и не способных к службе… – Лисар замолчал, многозначительно посмотрев на пилотов. Каждый из них понимал, какие последствия могли быть, выпусти на поле боя неподготовленную команду. Не говоря уж про работу с адарами. Свяжись с ними человек с недостаточным уровнем тау-импульсов и его мозг сгорал, превращая разумное существо в недееспособный овощ.

– Понятно, новости печальные, – вздохнув ответил Санни. – Преподаватели?

– Вы видели помощников Нарзама? – спросил Дидакис.

– Попугайчиков-неразлучников? – подняв бровь спросила Шайлар.

– Их самых. Мы бы уже их вышвырнули отсюда, но пока разбираемся с их возможной причастностью к связям с эрлоками. Как только можно будет точно сказать, играют ли они какую-то роль во всем происходящем, ноги их не будет на Санаре, – жестко сказал Лисар. – Проверим преподавателей, и с ними тоже будет короткий разговор. Те, чьи знания не соответствуют занимаемым должностям, будут тут же смещены. Но им нужна замена, брать которую я пока не представляю откуда.

– Тут у меня есть мысль, – ухмыльнувшись отметила Шайлар.

Лисар посмотрел на нее, выгнув бровь.

– Что ты знаешь о Никроне?

– Искусственный спутник в первом секторе, на который отправляются те, чьи семьи были заподозрены в связях с эрлоками.

– Не только, Лисар, не только, – отметил Санни, поглядывая на полковника.

– Мы оказались там случайно пару месяцев назад. Спутник – адское место, нищета, перенаселение, теневой бизнес. Сборище отчаявшихся и брошенных. Высокородные ублюдки сплавляют туда неугодных, придумывая совершенно идиотские поводы.

– Что ты хочешь этим сказать? – Лисар вытянулся на стуле, словно собака, почуявшая появившуюся неподалеку добычу.

– То и хочу. Жил себе старик одинокий, имущество есть, деньги, не трогал никого. Вдруг появился богатый подонок, который захотел, к примеру, дом этого старика для себя по какой-то причине. А старик взял и не согласился. Тогда очень быстро находятся предлоги, чтобы этого старика признали недееспособным или виноватым в чем-то и его быстро спихивают на Никрон. И это еще самый безобидный вариант, – отметила Шайлар.

– А худший?

– Удар по голове, отключка, а очнешься уже на Никроне в какой-нибудь канаве без денег, документов. Сейчас война, Лисар, властям нет дела до таких стариков или одиноких людей, за которых некому постоять.

– Твою мать, – взревел Дидакис. Ярость полыхала в его глазах, ноздри раздувались от участившегося дыхания. Шайлар прекрасно знала друга, понимая, что подобную бурную реакцию он позволял себе проявить лишь в присутствии близких людей, остальное время оставаясь собранным, порой ироничным и жестоким полковником армии Ополчения. Сейчас же перед ней находился совершенно взбешенный человек, ярость которого, наконец, нашла выход. А судя по всему, в последнее время поводов для злости у него было предостаточно. – Кто? – прорычал он.

– Из тех, кого мы видели лично: Арабелла Тиариу, Микос Партакос, Дэвид Джеймс и Миранда Аризо. Но, по их словам, на Никроне можно найти еще слишком многих достойных людей.

– Ты хочешь сказать, что лучший стратег из всех, кого я знал, гениальный микробиолог, один из лучших силовиков и потрясающий медик сейчас находятся на Никроне?

– Это и хочу. История каждого почти в точности повторяет друг друга. Арабелла отказалась продавать свой дом какому-то богатому промышленнику – ее признали недееспособной и отправили на лечение, только отчего-то вместо дорогостоящей клиники она оказалась в обшарпанной комнате на краю Галактики Семи секторов. Партакос и Джеймс – на обоих напали, а очнулись они в канаве на Никроне.

– Миранда?

– После смерти мужа и отставки из армии из-за полученной травмы она оказалась никому не нужна, и падчерица заплатила кому-то, чтобы избавиться от мачехи. Если покопаться, то там можно найти еще многих, Лисар.

Полковник вскочил и заходил по комнате. Шайлар с изумлением смотрела на разъяренного друга, который сыпал самыми отборными ругательствами из всех, что она когда-либо слышала. Вдруг он замер и уставился в одну точку на стене, сделав глубокий вдох, Лисар проговорил:

– Завтра же на Никрон будет отправлено несколько групп. Я заставлю своих солдат проверить каждого, кто там живет. Они перероют спутник сверху до низу. И следом за ними отправится комиссия для проверки условий жизни и инспекции руководства Никрона, которое принимает к себе людей, которых даже близко к этой клоаке быть не должно.

– Я верила, что ты именно это и сделаешь. И мысль мою о решении проблемы с преподавателями ты должен был уже уловить… – Шайлар посмотрела на Дидакиса с вопросом во взгляде. Друзья слишком хорошо знали друг друга, чтобы научиться без слов понимать то, что другой хотел сказать.

– Более чем, если эти люди не нужны никому, то они нужны мне здесь. Если они не слишком пострадали физически и морально за годы, проведенные на Никроне, то это лучшие преподаватели из всех, что когда-либо могли быть в академии. Если же повреждения есть, то они будут доставлены в достойное место, где о них позаботятся.

– Агилис передаст тебе всю информацию по этим четверым, а также предположительные данные о еще нескольких людях, которые, судя по всему, тоже находятся на спутнике, – сказала довольная Шайлар. Она до сих пор чувствовала злость, стоило ей только вспомнить всех этих несчастных, запертых на Никроне без возможности спастись. Люди, когда-то столь много отдавшие Ополчению и битве с эрлоками, сейчас прозябали в самом жутком месте семи секторов. – Но я бы на твоем месте еще серьезно присмотрелась к тем, кого сослали на Никрон из-за того, что их родные были связаны с эрлоками. Там есть по-настоящему ценные ребята. Стоящие, способные встать в ряды ополчения, но находясь на спутнике их лишили даже малейшего шанса на дальнейшую достойную жизнь.

– Надо подумать. Я свяжусь с военным ведомством и попрошу поставить этот вопрос на следующем же заседании Совета. К тому времени у меня уже будут данные о проверке Никрона, хотя бы поверхностной. С этой войной мы забываем о тех, кого уже спасли, а это непростительно, – твердо произнес Лгаммар. Он потер рукой затылок, ероша коротко стриженные волосы.

– Ладно, с этим понятно. Часть преподавателей мы найдем, кто-то из уже работающих в академии более чем пригоден для работы. В расследовании самого заговора от нас помощи особой нет – мы пилоты адаров, а не следователи и ищейки. Навряд ли ты ждешь от нас помощи в поисках поклонников синезадых. Что еще ты хотел, Лисар? – спросил Ник. Шайлар глянула на товарища, которого знала лучше, чем саму себя. Огромный, сильный, мощный пилот, но в тоже время дотошный и въедливый. Слишком серьезный, постоянно держащий себя в руках. Совершенно не похожий на остальных членов их команды. Но пройдя через слишком многое, они стали даже чем-то большим нежели семьей. Являясь словно продолжением друг друга, дополняя и компенсируя недостатки.

Веселый и ехидный Санни, взрывной и импульсивный Эрик, серьезный и вдумчивый Ник, хмурый и всегда всем недовольный Тим и она – командир первого отряда адаров, потомок легендарной Теодоры Рейтор. Все вместе они стали идеальной командой, вылезая из ситуаций, которые, казалось бы, были безвыходными. Но какой ценой им это далось. Шайлар горько усмехнулась, вновь включаясь беседу, ход которой улавливала краем сознания. Лисар объяснял Санни, что именно хотел от них. Собственно, именно вскрик последнего и привлек ее внимание, заставляя выплыть из раздумий:

– Мы? Преподаватели? Да ты головой ударился!

– Я не прошу вас становиться преподавателями на постоянной основе. Лишь помочь на первых порах, скорее оценивая самих кадетов, нежели вбивая им в головы какие-то знания. Особенно меня интересует четвертый курс, который должен пройти тестирование на тау-импульсы, и те кадеты старших курсов, которые были отобраны для работы с адарами. Вы должны понимать, чем может обернуться допуск неподходящих людей к контакту с адарами.

– Мы поможем, Лисар, – тихо, но твердо сказала Шайлар, окинув твердым взглядом свою команду. – Ты сам, Санни, жаловался на то, что нет нормальных техников, а тех, что нам выдали в последний раз – дерьмо, а не спецы. А что будет, если пилотом станет дурак, который получил нужный уровень тау-импульсов лишь благодаря тому, что кто-то подкрутил ему балы, вы знаете не хуже моего.

– Спасибо, Шай. Я скину вам расписание экзаменов и уроков, а вы сами решите, как именно будете проверять и что, – произнес Лисар, с признательностью смотря на подругу.

– Решим, куда денемся. Насколько я поняла завтра экзамены у командиров отрядов, я бы хотела поприсутствовать, это возможно?

– Возможно, приходи.

– Ну, а теперь, когда я знаю, что меня ждет, я просто обязан выпить как следует, – потирая ладони произнес Санни. – Слушай, Лисар… – протянул он.

Полковник с подозрением посмотрел на развеселившегося пилота.

– Что? – спросил он, приподняв бровь.

– Мы же не будем состоять в профессорско-преподавательском составе академии, да? – хитро прищурившись уточнил Санни.

– Не будете…

– Тогда, значит, я могу приударить за парочкой милых кадеточек, пока мы находимся здесь… – пилот резко замолчан, возмущенно посмотрев на Шайлар, которая только что влепила ему подзатыльник.

– Увижу или услышу, что младший крошка Стейнард покинул твои штанишки и пришвартовался в каком-то академическом порту, и твой шаттл больше летать никогда не будет, – тихо, но с угрозой произнесла Шайлар.

– Эй, он не крошка! Он гигант, монстр, ни хрена не шаттл, а космический, мать его, линкор!

– Эй, великий покоритель галактики, портки держи на заднице, и проблем не будет.

– Но почему? Если леди согласны, а джентльмены готовы…

– Вот, шла бы речь о джентльменах – вопросов бы не было, а ты кобель самый обыкновенный. Дай тебе волю, и ты перетрахаешь половину академии, а после свалишь отсюда на своем адаре, и поминай тебя, как звали, а тут останутся толпы рыдающих дам с разбитыми сердцами.

– Черт, я дьявольски хорош, тут есть, о чем рыдать, – выпятив грудь выдал Санни.

– Стэйнард, я говорю первый и последний раз, увижу тебя с бабой – и… – тихо с угрозой в голосе произнесла Шайлар. – Если до тебя не доходят слова так, то считай это приказом своего командира. Охота отполировать свой космолет – иди в город и ищи там согласные ангары. Я ясно выразилась?

– Спокойно, полковник, спокойно. Не дурак, все понял. Так точно, мэм, – рассмеявшись Санни козырнул, уворачиваясь от очередного подзатыльника.

– Я рад, что вы прилетели, – бросил Лисар, когда все успокоились. Он поднялся из-за стола, опустошил стакан и направился к выходу. – Встретимся завтра на экзамене?

– Да, – кивнула ему Шайлар. – Пора бы в койку, – она с сомнением посмотрела на оставшуюся бутылку гартейна. – Хотя может и не сразу. До завтра, полковник Дидакис.

Лисар вышел из комнаты и закрыл за собой двери. Шайлар взглянула на товарищей:

– Ну, что мальчики, вспомним студенческие годы?

– Твою мать, опять на экзамен после попойки? – спросил Санни, скривившись. – Хотя, почему бы и нет, к цыпочкам ты меня не пустила, остается только напиться.

В комнате еще долго звучал смех, пока вся остальная академия спала, в ожидании первого дня экзаменов.

Глава 7

Огонь… яркий, жаркий, ревущий… все вокруг было охвачено жадным пламенем, жаждущим поглотить не только дом, но и людей, живущих в нем. Под столом в самом дальнем углу комнаты друг к другу жались два мальчика, испуганно цепляясь друг за друга.

– Ри, мне страшно и нога болит, – шептал сквозь слезы младший из них, заходясь в кашле.

– Не бойся, Олли, все будет хорошо, сейчас папа придет и вытащит нас. Он же бесстрашный командир, – с показной уверенностью твердил его старший брат. – И ногу твою вылечим, только выбраться бы отсюда, – мальчик погладил шестилетнего братика по такой же, как и у него, рыжеволосой голове. Где же папа, куда делась мама, если родители не придут за ними, то как же выбираться. «Ты мужчина, Риман, пусть маленький, но уже мужчина, будущий защитник и воин. Помни, не бывает безвыходных ситуаций, а есть трусы и лентяи, не способные найти выход», – раздался голос отца в голове одиннадцатилетнего Ри.

Внизу прямо под их ногами что-то грохнуло, шум рушащегося дома сливался в единую какофонию с адом, разверзшимся вокруг. Крики людей, взрывы, скрежет рушащихся зданий доносились из выбитых окон.

Шли минуты, а пламя подбиралось все ближе к прячущимся детям.

– Олли, нам придется идти самим, может папа и мама ждут нас снаружи и им просто не добраться до нас, – вглядываясь брату в глаза твердо произнес Ри.

– Нет, нет, нет, я боюсь, – качал головой, захлебываясь слезами, малыш.

– Ну ты чего, ты же мой бравый штурман, соберись, Олли, без тебя не вылезти. Ну же, давай, кто первый, спорим я? – Ри пытался придумать хоть что-то, заставившее бы его братишку подняться. – Помнишь, как я вылезал в окно, чтобы сбежать ночью к Донни? Чуть правее растет дерево, нам бы до него добраться, перелезем и спустимся, а там родители найдутся.

Ри поднялся, потянувшись к брату. Олли неуверенно схватился за руку старшего мальчика и поднял на него слезящиеся глаза.

– Вместе, Ри?

– Конечно, Олли. Всегда!

Кашляя и утирая глаза, которые разъедал постепенно наполняющий комнату дым, Ри потащил брата к окну. Схватив стоящий рядом стул, он попытался избавиться от осколков, оставшихся торчать из рамы, после того как стекло вылетело. Подхватив Олли, Ри помог ему вылезти на крышу и двинулся следом, зашипев от боли, когда оцарапал ладонь, которой упёрся о подоконник.

– Ри? – раздался испуганный голос Олли.

– Все хорошо, пошли.

Мальчики ползли по крыше, стараясь крепко держаться за выступы. Впереди темной громадой на фоне пламенеющего неба стоял раскидистый карант – именно до него должны были добраться мальчики, пока их дом не рухнул, также, как и большинство других. Ри с ужасом разглядывал обломки соседнего коттеджа, где жил его лучший друг… Что стало с Донни… Отбросив мысли о товарище, Ри сосредоточился на братишке и дереве, до которого они почти добрались.

– Олли, я прыгну первым, а потом ты ко мне. Клянусь, я поймаю тебя. Ты же мне веришь?

– Страшно, Ри, очень, очень.

– Штурман, не дрейфь! Ты же Орет! А мы ничего не боимся!

– Я не штууурман, – заплакал испуганный Олли. – Я маленький мальчик, мамина радость, и мне страаашно.

Ри замер, затем схватил ладошки брата и сжал в своих руках.

– Мы команда. Брат и брат. Куда ты, туда и я. Если ты не прыгнешь, то я останусь с тобой. На крыше.

Олли вглядывался в глаза брата, в которых отражались яркие искры, разлетающиеся во все стороны. Ему было так страшно, так больно, и он мечтал оказаться около мамы… но ее не было, а был Ри – брат, всегда защищавший его, помогавший и игравший с ним. Ри, который смазывал его пораненные коленки и готовил самые вкусные бутерброды на завтрак. Его самый дорогой, самый любимый брат, который просил Олли прыгнуть… Разум шестилетнего малыша не мог осознать и половины происходящего, но Олли знал одно, Ри никогда ему не врал.

– Я прыгну. Честно, честно. Ты же поймаешь, да? – произнес он дрожащим голосом.

– Поймаю, Олли, обещаю.

С этими словами Ри подобрался к краю и, с силой оттолкнувшись, прыгнул. Лучше было бы разбежаться, но он боялся, что крыша не выдержит его веса и рухнет, а ведь ещё Олли должен был идти за ним, желательно как следует разбежавшись, прежде чем прыгнуть.

Со всей силы Ри влетел в дерево, упав на его ветку. Он вцепился в нее руками и ногами, пытаясь удержаться и не упасть. Как только он смог занять устойчивую позицию, то пополз вперёд, ближе к дому, крепко обхватил ногами ветвь и раскинул руки.

– Олли! – стараясь перекричать гвалт, стоящий кругом, позвал он брата. – Разбегайся и прыгай!

Олли смотрел на него, не отрываясь, и на какое-то мгновение Ри показалось, что мальчик не прыгнет. Потом он заметил, как губы Олли зашевелились, Ри не слышал его голоса, но понял, малыш спрашивал: «Обещаешь?».

– Клянусь!

Мальчишка, словно выпущенная стрела сорвался с места и понёсся по крыше, из маленького горла, перекрывая треск и грохот, царящие вокруг, вырвался дикий крик, когда Олли, оттолкнувшись от края прыгнул в руки брата.

Лёгкое тело врезалось в Ри, словно снаряд, отбрасывая его назад, он обхватил Олли руками, изо всех сил пытаясь удержаться на ветке.

– Поймал, Ри, ты меня поймал, – прошептал малыш, прижимаясь к нему.

– Всегда, штурман, обещаю.

Кое-как перебирая руками и ногами, Ри принялся ползти к стволу. Ему казалось, что прошли часы, прежде чем он, наконец, оказался на земле.

Он огляделся вокруг и лишь затем поставил Олли на ноги. Все вокруг застилал серый дым, сквозь который, точно щупальца гигантского осьминога взлетали ввысь языки пламени. Подняв голову, Ри увидел в небе гигантские, страшные корабли. Монстры добрались до них. Проклятые эрлоки разрушили его дом.

Ри не знал, где были его родители, не представлял, куда идти и что делать дальше. Он был уверен лишь в одном, безвыходных ситуаций не бывает, и он уж точно не был трусом! Он – Риман Орет, сын прославленного капитана Орета, и его долг спасти брата, чего бы это не стоило!

Сжав тоненькую ладошку в руке, Риман выпрямил спину и потянул за собой братишку, уводя его прочь от их прошлой безопасной жизни, которую сейчас пожирали языки ревущего пламени.

***

Звук хлопнувшей двери вырвал Римана из воспоминаний. Встряхнув головой, он постарался сосредоточиться на настоящем, прошлое изменить все равно ему было не по силам, как бы он того не хотел.

Орет огляделся вокруг, рядом с ним за отдельными столами сидели командиры остальных отрядов четвертого курса. Каждый из них вел себя по-разному, кто-то нервничал, кто-то наоборот излучал спокойствие, сам же Риман не мог толком понять, что именно испытывал из-за грядущей проверки, знал лишь одно – его цель в жизни – борьба с эрлоками, месть за то, что он пережил тринадцать лет назад. За слезы Олли, за погибшего Донни, за каждый разрушенный дом, за жизни, погребенные под тоннами пепла. Он не ставил под сомнение свою способность сдать экзамен – выбора не было, он сдаст. Он всегда добивался цели, что в одиннадцать лет, что сейчас в двадцать четыре. Вопрос лишь в цене, которую придется за это заплатить. И Риман, так же, как и в далеком прошлом был готов на все.

Он поднял взгляд ко входу в класс. Перед кадетами предстали трое представителей комиссии из военного ведомства и куратор четвертого курса – лейтенант Дарган. Мужчины направились к преподавательскому столу, стоило им только устроиться на своих местах, как двери вновь распахнулись и в помещение вошли двое прибывших вчера пилотов адаров. Они что-то обсуждали, совершенно не обращая внимания на людей, заполнивших помещение.

– Полковник Рейтор, мы вам не мешаем? – поинтересовался один из членов комиссии.

– Что вы, майор Дарс, ни в коей мере, – повернув к нему голову, бросила пилот. – О, кого я вижу, – воскликнула она, заметив куратора четвертого курса. – Марк, и ты тут?

– Привет, Шайлар, Санни, может начнем экзамен? – с улыбкой бросил Дарган.

Риман с удивлением наблюдал, как куратор с веселой улыбкой поднялся с места и дружески похлопал по плечу пилотов. Они негромко обменялись парой слов, разобрать которые Орет не смог, а после устроились на свободных стульях.

– Начинайте, господа, – весело произнесла Шайлар. – Мы с майором Стейнардом выступаем пока в роли наблюдающих, если вдруг возникнут вопросы, то мы их озвучим.

По одному комиссия начала вызывать командиров отрядов и давать им по листку с заданием. Риман наблюдал за товарищами, по одному подходящими к столу. Вот билет взял Густав Долман, Орет заметил как ощутимо расслабились плечи кадета, судя по всему получившему вопрос, ответ на который он знал. За ним шла Николь Сатра – совершенно не подходящая на роль капитана отряда, с точки зрения Римана. Слишком высокомерная себялюбивая, она всегда вылезала вперёд за счёт других, не считаясь со своей командой. Но отчего-то на каждом экзамене или проверке она получала высокие баллы. Вот и сейчас, излучая самодовольство, она уверенно подошла к комиссии и вытащила билет, усмехнулась и, развернувшись, направилась на свое место. Орет заметил, как слегла приподнялась бровь полковника Рейтор, когда она обменялась взглядами со вторым пилотом.

Наконец, настала очередь самого Римана идти за заданием. Он поднялся и уверено зашагал вперёд, расправив плечи. Его пристальный взгляд не отрывался от сидевшей перед ним женщины. Окружённая мужчинами, сильнее и больше ее, она излучала какую-то неясную силу и властность, которые явно говорили о том, что она была той, с кем следовало считаться. Чуть прищурившись, Риман встретился с взглядом ярко-зеленых глаз, нахально ухмыльнувшись полковнику краем губ. Шайлар усмехнулась в ответ и изогнула бровь.

Подойдя к столу, Риман протянул руку к билету, когда прозвучал женский голос:

– Представьтесь, кадет.

– Кадет четвертого курса Риман Орет, мэм.

– Будете тянуть билет?

– Таков для всех порядок сдачи экзамена.

– То есть будете таким же как все?

– Я кадет, мэм, чтобы чем-то отличиться от окружающих я недостаточно знаю, да и не совершил пока ничего особенного, – громко отрапортовала Риман.

– Думаете? Я бы не сказала, – тихо продолжила полковник Рейтор. Она подалась чуть вперёд, положив руки на стол. – Не каждый здесь может похвастаться тем, что самостоятельно два месяца выживал с маленьким братом на планете, захваченной эрлоками, в возрасте одиннадцати лет. Кто ещё из кадетов мог бы сказать, что знает, каково это убивать врага собственными руками, не говоря уж про то, чтобы им хватило на это силы. Вы были мальчишкой, но сражались как зверь. Кожа да кости, а глаза горят решимостью, прямо как сейчас.

– Я тоже не собираюсь этим хвастаться, – пораженно ответил Риман, откуда эта женщина могла знать подобное о нем. Конечно, все это упоминалось в его деле, но без особых подробностей. – У меня не было выбора, отступать было некуда – за спиной стоял брат, а я поклялся его спасти.

– Об этом я и говорю, кадет, вы не сдались, осознавая, что за спиной некто слабее вас. Потому приняли единственно верное решение – защищать до последнего того, кто рассчитывал на вас. Надеюсь ваши принципы с тех пор не поменялись, а цели остались теми же, что вы озвучили солдатам Ополчения, которые тринадцать лет назад во время разведывательной операции наткнулись на двух мальчишек, стоящих возле убитого эрлока, измождённых, раненных, но готовых биться дальше, – Шайлар усмехнулась и посмотрела на Санни.

Риман тоже перевел на него взгляд, заметив слегка покрасневшие глаза пилота. Приглядевшись внимательнее, он заметил ещё кое-какие признаки явно весело проведенной предыдущей ночи.

– Насколько я помню, старший мальчик обещал страшную расплату, если солдаты причинят вред его брату. Размахивал перед ними заточенной палкой, рычал, точно дикий вилтус, защищающий свое потомство, – бросил пилот адара, откинувшись на спинку стула. – Так что же кадет, изменились ли ваши устремления?

– Нет, сэр, как и тогда я лишь хочу бороться с врагом, не сдаваясь и не опуская рук.

– И считаете, что можете делать это в роли командира отряда? Вы высокий, сильный, решительный и слишком эмоциональный, я могу это сказать по тому, как сверкают ваши глаза и с какой скоростью вы дышите, судя по всему моей голове осталось не так уж и долго держаться на плечах, – подначивая, произнес Санни. – Может вам подойдёт больше место бойца… каковы ваши успехи в стрельбе? Рукопашном бою?

– Я командир своего отряда, одного из лучших на курсе, можете проверить отчёты, статистические данные… – пытаясь успокоиться, выдавил из себя Риман.

– К черту статистику и данные, – яростно ударил кулаками по столу майор Стейнард, резко подавшись вперёд. – Я спрашиваю вас, кадет Орет, не оказались ли вы по ошибке на месте командира отряда. Может лучше в бойцы, чтобы руками давить мерзкого врага. Стрелять промеж глаз, почти в упор в тех, кто разрушил ваш дом, убил родителей, лишил детства вас и вашего брата.

– Сэр…

– Отвечайте, кадет, – пилот поднялся со стула, опираясь кулаками о стол, наклоняясь вперед. – Ну же, уничтожать эрлоков своими руками, как вы и хотели. Не только выносить приговор, но и приводить его в исполнение. Мечта станет явью. Ну?

Риман был готов сорваться в любую минуту, ярость, отравляя точно яд, растекалась в крови. Он сжал зубы, чтобы не закричать на старшего по званию.

– И правда, кадет, физические показатели позволяют вам занять место бойца, – донёсся до Римана тихий и спокойный голос полковника Рейтор. – Вы же руководите ими, а значит знаете, что они могут. Не лучше ли пойти туда, где ваша жажда мести найдет выход? Вспомните слезы брата, погибшую мать, убитого отца. Месяцы, проведенные в лесах, когда вы были вынуждены скрываться и прятаться, чтобы выжить или не стать рабом. Разрушенные дома, сожжённые города, уничтоженные жизни. Руководить отрядом, порой идя позади, лишь отдавая приказы, или идти вперёд, забирая к чертям жизни эрлоков? Мстить не чужими, а своими руками?

Орет чувствовал, как злость заставляла все внутри у него полыхать пожаром. Он с такой силой сжимал кулаки, что, казалось, ещё немного и кости пальцев просто треснут. Он впился взглядом в сидящих перед ним членов комиссии, смотрящих на него с интересом и равнодушием, точно он был бактерией под микроскопом ученого.

Риман опустил голову, пытаясь дышать через нос, успокаивая разъяренного зверя, живущего внутри него, чудовище, готовое убивать и крушить любого, кто вставал у него на пути, так было и тринадцать лет назад, и теперь Орет вновь ощутил знакомые с тех страшных пор эмоции. Тогда он пестовал свою злобу, потому что только этот монстр, полный ненависти, не давал сдаться ему самому, утаскивая за собой на тот свет ещё и младшего брата. Но сейчас… сейчас он являлся капитаном отряда, человеком, ответственным за жизни друзей. И от его поведения в данной ситуации зависело не только его будущее, но и Шияра, Кириана, Литии, Дорана и Айлы.

Риман замер на несколько мгновений, глубоко дыша, а затем поднял взгляд на полковника Рейтор. Все его нутро подсказывало Орету, что главной тут была именно эта женщина, и дело было совершенно не в ее звании. Что-то в ее облике, в развороте плеч, в выражении глаз выдавало опытного солдата, способного не только принимать решения, но и после нести за них ответственность, отстаивая то, что она считала верным и правильным до победы. Риман посмотрел ей прямо в глаза и произнес ровным и твердым голосом:

– Я – кадет четвертого курса военной Академии Санары Риман Орет. И занимаю то место, которое должен занимать, – его голос ни разу даже не дрогнул, когда Риман продолжил говорить: – Позвольте не по уставу.

– Бога ради, лишь бы по делу, – с усмешкой произнесла Шайлар.

– Полковник Рейтор… – начал возмущаться майор Дарс, но был прерван твердым женским голосом.

– Отставить, майор, пусть кадет говорит, в конце концов он мнит из себя капитана. Продолжайте, Орет.

– Не знаю откуда вы знаете про мое детство и родителей, так же, как и про наше спасение солдатами Ополчения. Тогда я был мальчишкой, испуганным, отчаянным, все, о чем я мог думать – спасти себя и брата. Хотя и не представлял как, потому что был не обучен, да и лет мне было всего одиннадцать. Спросите, как я смог убить эрлока – я отвечу, что не знаю, адреналин, стресс – да и отступать, как я уже сказал, было некуда. Но сейчас… я капитан отряда – это то, кто я есть. Хочу ли я уничтожить всех эрлоков – да, хочу. И я не считаю, что, будучи командиром, стану делать это чужими руками. Мы – команда, и руки у нас общие, потому что цель одна – освободить Галактику Семи секторов. Не позволить другим пройти через то, что пережил я сам и тысячи таких же, как я. Я веду своих людей за собой. И они верят мне, верят в меня. И я считаю, что делаю это прекрасно. Самоуверен ли я? Возможно. Но капитан и должен быть уверен в себе, чтобы вести отряд в бой. Боюсь ли я ошибиться – да, как и любой здравомыслящий человек. Но у меня есть мой отряд, и вместе мы справимся с любой ситуацией, потому что мы едины, и когда мой боец стреляет в эрлока, как упомянул ранее майор Стейнард, считайте, что вместе с ним на курок нажимаю и я. Так что, отвечая на заданный вами вопрос, я не по ошибке оказался на месте капитана отряда, потому что это мое место, – закончив говорить, Риман почувствовал, с какой силой колотилось сердце у него в груди, грозясь вырваться наружу, пробившись через ребра. За все время, что он говорил, Орет не отводил взгляда от полковника Рейтор, уверенно смотря ей прямо в глаза, и даже сейчас, когда все его внутренности скрутило от переживаемых эмоций, он не опустил головы.

– Браво, кадет Орет, достойный ответ достойного капитана. Я рада, что не ошиблась в вас тринадцать лет назад, когда писала рекомендательное письмо на вас и вашего брата в военную школу Олинты, и уверена, что не ошибусь и сейчас. Вы можете идти, кадет.

– Мэм? – с недоумением переспросил Риман.

– Вы сдали экзамен, кадет. Не вижу смысла терзать вас дурацкими вопросами из билетов, уверена, вы прекрасно знаете ответы на них, – с улыбкой сказала Шайлар.

Орет вглядывался в ее лицо, пытаясь осознать только что услышанное.

– Вы были там, – произнес он едва слышно. – В отряде, который спас нас. Майор Стейнард тоже?

Санни рассмеялся и вновь опустился на стул, откинувшись на спинку. Хлопнув в ладоши несколько раз, он посмотрел на Римана, а затем на Шайлар.

– Противно снова признавать, но ты опять была права. Место капитана отряда на самом деле занято кадетом по праву. Идите, Орет, идите. Надеюсь, остальные члены вашей команды окажутся хотя бы в половину столь же хороши, как вы про них говорите.

Риман, все еще не оправившись от потрясения медленно пошел к выходу. Повернув на мгновение голову в сторону оставшихся кадетов, он заметил множество удивленных взглядов, направленных на него. Закрывая дверь в класс за своей спиной, он услышал голос лейтенанта Даргана:

– Что ж, раз все кадеты так дружно смотрят на кадета Орета, а не готовятся к ответу, они уже могут идти сдавать экзамен, начнем, пожалуй, с вас, Долман.

Выйдя в коридор, Риман заметил всех членов своего отряда, стоявших неподалеку: Шияр, как всегда уткнувшийся в свой планшет, Лития и Доран, задирающие друг друга, Кириан, задумчиво смотрящий в окно, и Айла, с таким знакомым беспокойством во взгляде разглядывающая его. Дыхание Орета привычно на мгновение перехватило от вида медика их команды, но он быстро справился с собой, отбросив все лишние мысли из головы, и направился к друзьям.

– Ну, что Риман? – тревожно спросила Айла.

– А вы сомневались? Конечно же, я все сдал, – самодовольно ухмыльнувшись, бросил Орет, ударив себя кулаком в грудь.

Друзья радостно бросились к нему, поздравляя, только Кириан так и остался стоять возле окна, правда теперь его задумчивый взгляд был устремлен на дверь, словно он пытался рассмотреть что-то, происходящее в классе.

Риман задумчиво посмотрел на техника, но решив не начинать разговора при всех, позвал ребят за собой в их жилой сектор, настало время готовиться к экзаменам Литии и Дорану.

Кириан в последний раз как-то странно посмотрел на закрытый класс, затем перевел взгляд на Римана, встретившись с ним глазами.

Орет приподнял бровь, спрашивая у друга, все ли было в порядке, и получив утвердительный кивок, двинулся в сторону жилого корпуса.

Глава 8

Из письма неизвестного кадета:

«Криса, тут творится какое-то безумие. Никогда не думала, что подобное возможно в военной академии. Кадеты ходят суровые и молчаливые, пытаются казаться безразличными. Постоянно готовятся к экзаменам. Обстановка такая гнетущая. Повсюду военные из ведомства. Учителя ходят по одному, странно переглядываются, никто лишний раз не улыбнется.

Первокурсникам повезло чуть больше, нас будут проверять только во время первых экзаменов, а вот остальным курсам предстоит пройти проверку прямо сейчас. Капитаны команд тестировались пару дней назад, судя по слухам, некоторые из них уже сегодня собирают вещи и уезжают. А на следующий день проходили проверку бойцы. Нам дали возможность поприсутствовать на экзамене, поскольку бои проходили на арене. Боже, что это было за зрелище. Такая сила, мощь, ярость. Выпускники – это просто нечто. Я в таком восторге, но в тоже время понимаю, что эта сила будет применяться, чтобы лишать кого-то жизни. Да и сами они… какая судьба их ждёт…Но бои были прекрасны. До сих пор под впечатлением. Хотя, знаешь, некоторые ребята были на удивление не в лучшей форме, хотя в рейтингах занимали первые места. Неужели слухи про взятки оказались правдой, и кто-то получал баллы не за свои заслуги… Не могу в это поверить, это же так бесчестно.

Сегодня с утра начались проверки медиков, и поскольку я тоже хочу стать одним из них, то присутствовала на одном из экзаменов, который проходил для пятого курса. Меня и ещё трёх ребят позвали присоединиться, поскольку мы хорошо себя показали на вступительных экзаменах. А может хотели показать какая удивительная и важная профессия ждёт нас впереди.

Сначала спрашивали теорию, а потом мы пошли в медкорпус, где лежат пациенты. Солдаты, кадеты и даже один пилот адара. Он прибыл вместе с проверяющими. Огромный, мощный, пусть он и лежал весь перебинтованной, но даже от такого – от него веяло силой… но больше всего меня поразили его глаза… вроде просто безразличные, а вглядись глубже и становится ясно, что там боль, спрятанная за показной пустотой. Невольно задаешься вопросом, что же он видел в жизни, раз его душа настолько несчастна…

Ну ладно, мне пора, завтра сумасшедший день, надо выспаться. Люблю тебя и скучаю…»

Стоя в ангаре для ремонта техники, Кириан неспешно огляделся вокруг. Сегодня проверку проходили техники четвертого, пятого и шестого курсов. Волнение кипело в крови, пусть Кириан и был уверен в своих знаниях, да и готовился в последние дни как одержимый, но все равно беспокойство бурлило в крови.

Почти весь его отряд прошел проверку, остался лишь он сам и Шияр, экзаменовать которого должны были в последнюю очередь. По залу разнеслась звонкая команда:

– Стройся! – к кадетам, чеканя шаг, приближался один из военных, прибывших с проверяющей комиссией, остальная же часть экзаменаторов стояла чуть в стороне.

Кадеты, распрямив плечи поспешили занять свои места, выстроившись колоннами, согласно тому, на каком курсе учились. Кириан, как техник одного из ведущих по результатам отрядов четвертого курса, занял место в первом ряду. Краем глаза он видел специалиста из команды Кодера – Дональда Тирна, который невозмутимо смотрел прямо. Умелый и толковый, он представлял собой достойного конкурента для Кириана, впрочем, как и весь их отряд – соперники, недооценивать которых было бы ошибкой. Хотя, с другой стороны, окажись они в реальном бою, Старг предпочел, чтобы именно отряд Кодера прикрывал их спины.

– Итак, кадеты, меня зовут лейтенант Стиджис. Теперь разбивайтесь на тройки – по человеку от курса – и начнем. Каждой группе достанется неисправная техника. Ваша задача провести диагностику, выявить причину поломки и устранить ее. А для тройки ведущих техников у меня приготовлено особое задание, – с этими словами мужчина указал на отдаленный угол ангара.

Кадеты один за другим расходились на тройки и подходили к стоящему чуть в стороне преподавателю, а также главному технику академии – Питеру Лонгу. Он раздавал задания и направлял группы к местам их выполнения. Поломанные скайранеры, оружие, в стороне даже стояла неисправная спасательная капсула – все это должно были вернуть к жизни кадеты.

Кириан с двумя ребятами из старших курсов остался стоять на месте, ожидая особого задания.

– Итак, вы являетесь лучшими техниками на ваших курсах, – начал лейтенант Стиджис. – А потому для вас мы приготовили нечто специальное. Вы сможете проявить себя и показать по праву ли занимаете свое место.

С этими словами лейтенант направился к дальнему углу, в котором мерцал электромагнитный купол. Кириан пытался разглядеть, что пряталось под мерцанием, но это было почти невозможно. Виднелись лишь очертания чего-то довольно большого, что вероятно они вскоре должны будут представить целым и правильно функционирующим.

Подойдя к куполу, Стиджис ввел что-то на своем планшете, и электромагнитный полог пропал. Перед глазами потрясенный кадетов предстал огромный адар модели Нитро. Судя по потухшим лампам, робот был деактивирован.

– Этот адар неисправен, он был поврежден в ходе последнего боя. Пострадал как корпус, так и внутренние системы машины. Поскольку кадет Старг ещё не проходил тестирования, но имеет достаточно высокий уровень тау-импульсов, а у кадета Марко Нормтронга уровень недостаточно высок для работы с процессорами адара, вы займетесь повреждениями корпуса. Что касается кадета Стивена Вилторса, то он прошел тестирование и был допущен к работе с адарами, которая, согласно отчётам, достаточно высоко оценена. Именно по этой причине кадет Вилторс займётся диагностикой внутренней системы. На время вашей работы электромагнитный купол будет поднят, для безопасности остальных кадетов. С вами останется сержант Грэм, Приступайте.

С этими словами лейтенант направился к группе проверяющих, которые медленно ходили между группами оставшихся техников и инспектировали их работу, периодически задавая какие-то вопросы.

С тихим жужжанием купол вернулся на место, отрезая Кириана, двух кадетов и сержанта Грэма от остальных.

– Что ж приступим, – самодовольно заявил Вилторс, с превосходством посматривая на Старга и Нормтронга. Нахально усмехаясь, шестикурсник направился к адару, одновременно с этим открывая на своем планшете отчет по состоянию робота. – Ничего сложного, и чего эти крутые техники из первого отряда не смогли найти причины поломки… Тут же все элементарно – подключиться к адару, влезть в кодировку, а там и поправить все просто. Сейчас подключусь по-быстрому, все и понятно станет, на третьем уровне, может даже на четвертом.

– С чего такие выводы? Сразу лезть на третий уровень – глупость, если там что-то не так с контроллером тебя может шандорахнуть неограниченным импульсом, – влез Нормтронг, вчитываясь в данные на планшете.

– Что ты понимаешь? – заносчиво бросил Вилторс. – Я первый на курсе, так что не лез бы ты. Тут работы на пятнадцать минут. У меня высокий уровень тау-импульсов, так что ничего мне не будет.

Кириан краем уха вслушивался в спор кадетов, изучая данные о повреждении корпуса и мысленно составляя план предстоящих работ. Он заметил, как самодовольный шестикурсник направился к адару, набирая на планшете какие-то команды, после чего на груди адара замигали лампочки.

– Придурок, – донесся до Кириана голос Марко Нормторга.

– Почему?

– Да потому что ломится сразу на третий уровень, без подготовки, хотя ему ума хватит и на четвертый начать подключаться. Ты же еще не изучал специфики работы адаров?

– Нет, только должен проходить тестирование, – сказал Старг, с интересом переводя взгляд на пятикурсника.

– В детали вдаваться не могу, пока тебе не выдадут допуска к данным по адарам. Но как техник ты должен понимать, что адары – это сложнейшие механизмы, способ передачи сигнала, их уровень. Нельзя к неисправной машине подключаться без подстраховки, как этот самодовольный идиот собирается сделать. Если контроллер не работает, или программа не сможет верно определить уровень импульсов у Вилторса, в него хлынет неограниченный поток информации. И сможет ли Стивен выдержать такой потом – большой вопрос.

– У него же самый высокий уровень для техника, – усомнился в словах Марко Кириан. – Да и с адарами он уже работал, должен понимать, что к чему, и куда он суется.

– Ну, ну, – скептическое высказывание Нормтронга прервал вскрик, донесшийся от адара. Кадеты резко обернулись и увидели, как Вилторс, судорожно схватившись за голову, падает на колени. Из его груди вырывались хрипы, а лицо с каждой минутой становилось все бледнее. Струйка крови начала потекла из его носа.

– Что за… – раздался голос сержанта Грэма, одновременно с ним закричал Нормтронг:

– Твою мать, он не может справится с мощью импульса. Я вырубать адара, – Марко бросился к роботу, на ходу доставая инструмент из сумки на поясе.

Кириан на мгновение застыл, с потрясением наблюдая за жуткой картиной – неподвижный адар, на котором мигали лампочки, а перед ним на коленях, чуть выгнувшись дугой и схватившись за голову, стоял кадет с перекошенным бледным лицом, из его носа хлестала кровь. Действуя на инстинктах, Кириан бросился к Стивену, не совсем понимая, что он мог сделать, но помочь должен был хоть как-то. Краем глаза он заметил, как сержант кинулся к пульту, отключать купол и звать на помощь.

Добежав до Вилторса, Кириан рухнул на колени и схватил его за плечи. Он пытался достучаться до шестикурсника, когда ощутил, как тело в его руках внезапно обмякло. И в ту же секунду импульс невиданной силы словно врезался в мозг Старга. Непонятная, спутанная информация потоком хлынула к нему. Какие-то цифры, коды, в уме Кириана пролетали обрывки схем. Захваченный врасплох, совершенно не ожидающий ничего подобного и до конца не понимающий происходящего, Старг пытался осмыслить поток данных. Боль с каждой секундой становилась сильнее. Держаться прямо становилось все труднее, казалось, что внутри головы кто-то жег его раскаленным клеймом.

Кириан почувствовал, что начинает падать, из последних сил он выставил вперед руку, чтобы не удариться лицом о цементный пол. До кадета словно издалека доносились неясные голоса, кто-то что-то кричал, до него доносились обрывки команд, но разобрать о чем речь Кириан не мог.

Внезапно он ощутил рывок, заставивший резко вскинуть голову. В ту же секунду Старг словно утонул в изумрудной зелени сверкающих глаз, одновременно с этим поток информации, сжигающий его мозг оборвался. Постепенно звучащие вокруг слова начали становиться все более понятными.

– Что произошло? – донесся до Старга вопрос одного из военных.

– Разбираемся, товарищ лейтенант.

Кириан пытался вникнуть в происходящее, но, казалось, что каким-то непостижимым образом весь мир вокруг него вдруг оказался сосредоточен в глазах женщины, сидящей напротив него. Словно все остальное, став совершенно неважным, отошло на второй план: валяющийся невдалеке бессознательный Вилторс, адар, мигающий лампочками, техники, бросившиеся к роботу, военные, требующие отчетов – все, что замечал Старг – это искорки, вспыхивающие и тухнущие в изумрудных омутах.

– Эй, кадет, ты живой? – донесся до него хрипловатый женский голос.

– Вроде да, – и почему его голос был таким низким и скрипучим, словно по горлу кто-то прошелся наждачкой.

– Не вставай, сейчас медики прибудут, как в сознании до сих пор остаешься – загадка.

– Что произошло, полковник Рейтор? – мыслить удавалось с трудом, подбирать слова и того сложнее.

– Этот идиот, – Шайлар кивнула в сторону Вилторса, – полез сразу на четвертый уровень к сломанному адару, не удосужился проверить элементарные системы защиты и контроля. Адар не разобрал кто к нему подключается и послал информацию без ограничения, мозг кадета не справился. Кто допустил только его к работе с адарами… – полковник замолчала, нахмурив брови.

– А я…  – начал Кириан и замолчал, не понимая, что должен спрашивать. В ушах гудело, перед глазами начали мелькать точки. Думать было сложно, словно голова оказалась набита ватой. Он из последних сил цеплялся за взгляд, сидящей напротив него Шайлар, словно только они могли удержать его в сознании. – Вы…

– А ты перехватил поток информации. У тебя уровень более высокий, адар почувствовал более подходящий приемник для информации и переключился на тебя. Тот парень, – еще один кивок на Стивена, – скорее всего покойник, а вот тебе повезло, смог справиться, а потом я перехватила поток. Но тебе прилично досталось, – Шайлар отвела взгляд, словно потеряв нить, за которую до этого держался, Кириан почувствовал, как начал погружаться во тьму. Последним, что он успел услышать, был приказ, отданный твердым женским голосом:

– Медиков сюда, твою же мать…

Кириан

Резкий, монотонный писк вырвал Кириана из липкой, тяжелой темноты. Он попытался открыть глаза – но веки, словно налитые чугуном, совершенно не хотели подниматься. А голова раскалывалась от тупой, пульсирующей боли, словно ее зажали в тиски. Запах антисептика ударил в нос. Госпиталь. Последнее, что Кириан помнил –крик Вилторса, падающего на колени перед адаром, странный, хаотичный поток данных, ворвавшийся в его собственный мозг, боль, сковавшая тело…

Он застонал, попытавшись пошевелить рукой.

– Тихо, Кириан, лежи спокойно, – голос Айлы, тихий, но настойчивый, прозвучал совсем рядом. Кириан с усилием сфокусировал взгляд. Лицо Айлы было бледным, в глазах застыли тревога и беспокойство. Ее пальцы легко сжимали его запястье. Рядом стоял Риман, хмурый, но напряжение в его позе чуть спало, когда он увидел, что Кириан открыл глаза.

– Что… Вилторс?.. – прохрипел Кириан, горло пересохло.

– Вилторс… не очень, – глухо ответил Риман. – Врачи говорят – шансов почти нет. Мозг не выдержал перегрузки. А ты… Кир, ты какого черта полез?!

– Он же… падал… я думал… – мысли путались. Голова снова взорвалась болью.

– Ты едва сам не сгорел! – вмешалась Айла. – Если бы не полковник Рейтор… она как-то смогла разорвать твой контакт с адаром или перехватить импульс… Никто толком не понял как, но она тебя вытащила буквально в последнюю секунду. Тебя сразу сюда доставили.

В этот момент дверь палаты бесшумно открылась, и вошел витарх Торн в сопровождении медсестры. Глава госпиталя выглядел как всегда – спокойным, собранным, в идеально сидящей на нем форме военного корпуса. Его внимательные глаза быстро оценили обстановку.

– Очнулся? Хорошо. Кадет Рива, доложите показатели, – спросил витарх Торн, поворачиваясь к Айле.

– Давление сто десять на семьдесят, пульс девяносто два, ровный. Температура тридцать семь и один. Нейроактивность… повышенная, но без хаотических пиков, стабилизируется, – отчиталась девушка, заглядывая в планшет.

Арис Торн подошел к кровати, посветил Кириану в глаза узким лучом диагностического сканера:

– Кадет Старг, слышите меня? Как себя чувствуете?"

– Голова… болит… – ответил Кириан, пытаясь сосредоточиться.

– Ожидаемо. Вы перенесли сильнейший нейро-резонансный шок, – отметил медик, просматривая данные на планшете, который ему подала медсестра. – Удивительная сопротивляемость организма. Большинство бы не выдержало и десятой доли того импульса, судя по отчетам из ангара. Вам очень повезло, что полковник Рейтор оказалась рядом и знала, что делать, – сухо продолжил Торн.

– Вилторс… что с ним? – с тревогой спросил Кириан.

Доктор Торн посмотрел на него спокойно:

– Состояние кадета Вилторса крайне тяжелое. Кома. Произошло обширное повреждение коры головного мозга из-за перегрузки нейронных каналов. Прогноз… неблагоприятный. Мы делаем все возможное, – он снова перевел взгляд на Кириана. – А вам сейчас нужен полный покой. Кадет Рива сделает вам инъекцию – болеутоляющее и седативное. И необходимо будет провести полное сканирование мозга, как только ваше состояние позволит. Интересный случай… очень интересный.

Витарх Торн кивнул Риману и Айле.

– Кадет Рива, проследите за выполнением назначений. Капитан Орет, вашему бойцу нужен отдых. Обсудите инцидент позже.

С этими словами доктор Торн и медсестра покинули палату. Риман проводил их тяжелым взглядом, а потом посмотрел на Кириана.

– Слышал, Старг? Отдыхай. И больше никаких геройств без приказа, понял?

Айла подошла ближе с уже подготовленным инъектором. Ее движения были плавными и уверенными, как всегда, когда дело касалось медицины.

– Сейчас станет легче, Кир. Это снимет боль и поможет тебе отдохнуть, – она прижала инъектор к плечу Кириана и ввела препарат. Кир почти не почувствовал укола, только легкое жжение. –  Просто поспи немного.

Айла убрала инструмент, поправила другу подушку и проверила показания мониторов над кроватью. Риман все так же стоял рядом, скрестив руки на груди, но его взгляд немного смягчился, когда он увидел, что Кириан в сознании и относительно спокоен.

Кириан почувствовал, как боль в голове начала медленно отступать, сменяясь легкой слабостью и туманом от лекарства.

– Полковник Рейтор… она… она правда спасла меня? – ему все еще трудно было поверить в произошедшее.

Риман коротко кивнул, его голос был все еще строгим, но без прежнего гнева:

– Да. Вытащила тебя буквально с того света. Как – никто не понял. Говорят, она просто… разорвала твою связь с машиной силой своей воли. Не знаю, возможно ли такое. Но факт – ты здесь, а не там же, где Вилторс. Повезло тебе, Кир. Очень повезло. И больше без самодеятельности!

– Она действовала мгновенно, – раздался тихий голос Айлы. – Когда мы с медиками подбежали, все уже было кончено. Вилторс без сознания, а ты… ты смотришь на полковника так, будто призрака увидел, но уже свободен от воздействия адара.

Кириан закрыл глаза, пытаясь осмыслить. Шайлар Рейтор. Легенда. Спасла его. Силой воли? Он помнил ее взгляд, когда она склонилась над ним в ангаре – пронзительный, полный какой-то непонятной ему силы и… сочувствия? И еще он помнил другое – тот безумный поток данных от нитро перед тем, как все потемнело. Хаос? Нет… там было что-то еще. Схемы. Коды ошибок. Структура. Словно он на долю секунды увидел сломанную душу машины изнутри. Бред. Наверное, просто галлюцинации или еще какие-то выверты мозга, не выдержавшего нагрузки. Но почему тогда он жив? И почему доктор Торн говорил об уникальной сопротивляемости? Голова снова загудела, но уже не так сильно – лекарство действовало, погружая Кириана в дремоту.

 ***

Шайлар

Запах озона и горелого металла все еще висел в воздухе ангара. Зона вокруг поврежденного нитро была оцеплена службой безопасности. Кадета Вилторса уже увезли медики – без сознания, с минимальными шансами. Кадета Старга, который тоже потерял сознание после вмешательства Шайлар, только что забрал медицинский бот. Шайлар стояла возле своего ада, подключив к его внешнему порту свой личный планшет и просматривая логи последних минут – свои, Агилиса, и те обрывки данных, что успели считать с интерфейса Нитро до его аварийного отключения.

Адар молчал, его системы работали в фоновом режиме, анализируя произошедшее. Наконец, он монотонно произнес:

– Анализ завершен, пилот. Данные по кадету Вилторсу подтверждают несовместимость его нейронной структуры с интерфейсом четвертого уровня. Попытка прямого подключения к ядру поврежденного Адара без протоколов безопасности была… неоптимальной.

Шайлар мрачно усмехнулась:

– Неоптимальной? Это был идиотизм чистой воды, Агилис. Или приказ идиота. Его показатели допуска явно были фальшивкой, – она переключила данные на планшете. – А вот второй… Старг. Что скажешь по нему?

– Нейронная сигнатура кадета Кириана Старга представляет значительный интерес. Его реакция на неконтролируемый поток данных от нитро была аномальной. Вместо стандартного каскадного сбоя или полного ступора ЦНС, его мозг демонстрировал попытку… структурирования и анализа входящего хаотического сигнала.

Шайлар подняла бровь:

– Анализа? Потока данных, который чуть не сжег мозг Вилторсу?

– Именно. Зафиксирована кратковременная синхронизация с диагностическими протоколами нитро на низком уровне и активация зон коры, отвечающих за логический анализ и обработку системных ошибок. Это нестандартная, но высокоэффективная ментальная структура, ориентированная на анализ систем, а не на полное сенсорное слияние, характерное для пилотов. Его собственная тау-амплитуда высока, но ключевой фактор – именно структура отклика и устойчивость к информационному шуму.

– Техник… с инстинктами пилота? Или что-то новое? – произнесла Шайлар задумчиво.

– Требуется дальнейшее наблюдение. Однако, пилот, ваше прямое вмешательство и разрыв связи путем генерации контр-импульса через ваш интерфейс было сопряжено с риском для вашей собственной нейросистемы. Вероятность негативных последствий составляла 17.3%.

– Иногда приходится рисковать, Агилис. Пошли, нужно доложить Лисару.

Шай убрала планшет и провела рукой по волосам. Этот кадет Старг… он ее заинтриговал. Но сейчас раздумывать об этом не было времени, в академии творилось что-то непонятное и пугающее. Может быть даже фатальное и опасное для всех них. Как мог Вилторс с таким уровнем оказаться тут, возле адаров. Кто посмел допустить мальчишку сюда. Вопросов было больше, чем ответов. Шайлар все больше убеждалась, что Лисар не зря позвал ее сюда, в его подозрениях было зерно истины, и похоже довольно большое. Чтож… пора было идти к старому товарищу и разбираться с тем, что происходило в Военной Академии Сонары, а может и не только тут.

***

Кабинет ректора Академии Санары дышал непривычной пустотой и аскетизмом. Лисар Дидакис распорядился убрать отсюда почти все следы пребывания его предшественника. Исчезли тяжелые портьеры, безвкусные статуэтки с инкрустацией, мягкие диваны с обивкой из редкой ксенокожи.

Стены теперь были зашиты простыми, матово-серыми панелями стандартного армейского образца. Они выглядели чужеродно в этом огромном помещении с высоким потолком, оставшимся от прежней эпохи. Лишь кое-где – у массивной дверной рамы или под потолком – виднелись фрагменты дорогой каменной облицовки, которую не стали или не успели скрыть полностью. На стенах, где раньше висели дорогие картины сомнительной художественной ценности, теперь остались лишь чуть более светлые прямоугольники, да и те частично закрывали большие тактические голокарты Семи Секторов. Вместо массивного стола из редкого дерева – стандартный функциональный терминал Ополчения. Единственными предметами роскоши, пожалуй, остались два кресла – массивное, на котором устроился Лисар, и  глубокое кресло для посетителей, в котором сейчас сидела Шайлар Рейтор.

Она обвела кабинет насмешливым взглядом, небрежно закинув ногу на ногу и медленно покачивая кончиком армейского ботинка.

– Радикально ты тут все переделал, Лисар. Почти казарма. Нарзам бы, наверное, в гробу перевернулся от такого вопиющего минимализма. Где фонтанчик с альдебаранским вином? Где портреты славного тебя в золотых рамах? Решил полностью стереть память о предшественнике?

Лисар мрачно ответил, не отрывая взгляда от экрана своего терминала, где было открыто личное дело кадета Вилторса:

– Я предпочел бы стереть самого предшественника из истории Ополчения. А панели… – он пожал плечами – …просто панели. Функционально. Не отвлекают от работы. В отличие от того барахла, что здесь висело. Уж лучше видеть перед собой карты секторов, а не счета из антикварных лавок Галактики. Эта «роскошь» была оплачена предательством и кровью наших солдат. Я приказал вычистить отсюда все, что напоминало бы об этом выродке. Оставил только самое необходимое для работы. И эти кресла– они оказались на удивление удобными.

Шайлар хмыкнула:

– У Нарзама всегда был нюх на комфорт. Жаль, что на все остальное – совесть, честь, верность – обоняние его подвело.

Она устроилась поудобнее, ее поза выражала внешнюю расслабленность, но глаза внимательно следили за Лисаром. В ее облике, как всегда, сочетались усталость бывалого солдата и собранность хищника, готового к прыжку.

Лисар наконец оторвался от экрана, его взгляд был тяжелым.

– Вот именно. И его «наследие» продолжает нас догонять. Взгляни, – он кивнул на досье Вилторса. – Как я и думал, – Лисар провел рукой по лицу, откидываясь на спинку кресла. – Допуск четвертого уровня подписан лично Нарзамом, рекомендации – от нашего «друга» Андроса, который сейчас дает очень интересные показания в секторе Альфа. Баллы по стабильности и когерентности тау-сигнатуры завышены минимум втрое по сравнению с результатами трехлетней давности. Классика жанра. Они не просто продвигали своих, Шай, они целенаправленно готовили себе «своего» специалиста по адарам. Или пытались.

Шайлар задумчиво произнесла, постукивая пальцами по подлокотнику:

– Или просто расходный материал, Лисар. Пешку, которую не жалко сжечь при попытке получить доступ к ядру адара. Если Вилторс сунулся сразу на четвертый уровень к поврежденной машине… это либо приказ, либо полная профнепригодность, умело скрытая фальшивыми баллами. Не удивлюсь, если в этом адаре есть что-то ценное для них. Данные последнего боя? Или наоборот – какая-то программа, которую Вилторс должен был активировать?

– Возможно. Прикажу техникам моей службы безопасности проверить нитро с полной диагностикой, каждый чип, каждую строку кода, как только его системы стабилизируют после вашего… вмешательства. Но есть еще кое-что, что меня беспокоит. Кадет Старг, – Лисар снова пристально посмотрел на Шайлар. – Ты вытащила его. Каким образом ты разорвала чужую нейронную связь, не поджарив при этом ни его мозги, ни свои?

Шайлар слегка пожала плечами, не вдаваясь в детали своей уникальной связи с Агилисом.

– Рефлексы. Плюс Агилис мгновенно рассчитал необходимый контр-импульс, чтобы дестабилизировать хаотичный поток от адара, не задев при этом основной канал Старга. Повезло, что структура его сигнала оказалась… необычной. Но дело даже не в моем вмешательстве. Его реакция до этого… она уникальна. Агилис провел экспресс-анализ того, что успел считать – мозг Старга не просто сопротивлялся потоку или впал в ступор, он инстинктивно пытался его анализировать, структурировать, искать паттерны в хаосе. Это… – она подбирала слова – …профиль техника высочайшего класса, возможно, с врожденным «чувством» машины на уровне нейросвязи. Но пилотский профиль – другой. Слияние, а не анализ.

Лисар заинтересованно приподнял бровь, открывая на планшете дело Кириана.

– Техник с таким потенциалом… Кириан Старг… – он провел пальцем по экрану. – Сын Валериуса и Изольды Старг. Хм… С Аркадии Прайм. Старая кровь, большие деньги, политика… Знаешь Валериуса? Министр Экономики и Ресурсов их планетарного правительства. Весьма влиятельная фигура в Первом Секторе, хоть и держится в стороне от общегалактических интриг Ополчения.

Шайлар кивнула.

– Знакомы. Валериус Старг – классический политик «золотой клетки». Аркадия Прайм не знала войны, они там строят свою идеальную республику, пока другие сектора кровью истекают. У Старгов, кажется, целая династия – все нацелены на сохранение и приумножение своего влияния. Сын, по их логике, должен продолжать «дело семьи» – политика, финансы, выгодный брак. Удивительно, как он вообще попал в Санару, да еще и рвется к адарам.

– Вот именно! Это не вяжется с позицией его семьи. И что интересно – Нарзам его не продвигал. Ни единой попытки за все годы. Обычные средние баллы, хотя потенциал, как ты говоришь, огромен, стандартный курс подготовки техников… Может, его просто проглядели? Слишком тихо сидел? Или Нарзам не добрался до его семьи – руки коротки?

Шайлар задумчиво произнесла:

– Судя по тому, что я видела – он держится своего отряда, предан им. И мечтает об Адарах с каким-то почти фанатичным блеском в глазах. Идеалист. Таких трудно завербовать или использовать втемную. Он сам по себе.

Шайлар откинулась в кресле, глядя на голограмму Семи Секторов, мерцающую над столом Лисара. Кадет Старг… Сын влиятельного министра с безопасной, процветающей планеты. Мальчик, который выбрал войну вместо политики, адары вместо дипломатических приемов. Какая ирония судьбы. Ее собственное детство прошло под грохот канонады и вой сирен. Дочь боевых офицеров, внучка той самой Рейтор, чье имя одновременно и открывало двери, и давило невыносимым грузом.

Шайлар не знала другой семьи, кроме своего отряда – таких же сирот войны, как Санни, с которым они вместе чудом выжили после гибели родителей на Ротроне и после поступили в эту самую Академию. У нее не было выбора пути – только вперед, в бой, доказывать свое право носить это имя, мстить за родителей, защищать то, что осталось. А Кириан… он выбрал этот путь добровольно, имея все возможности для спокойной, сытой жизни. Что им движет? Идеализм? Бунт против семьи? Или что-то еще? Шайлар видела его всего пару раз, но его реакция на нитро, его странный потенциал, его упрямый взгляд… он определенно был не так прост, как казался. Просто еще один кадет? Пожалуй. Но очень… любопытный кадет.

Лисар прервал ее размышления, потирая подбородок:

– Хорошо. Этот Старг нам может быть полезен. Как минимум, как потенциально лояльный специалист с уникальными способностями. И за ним нужно присмотреть повнимательнее. Если он действительно что-то почувствовал от адара – какие-то данные, которые не должен был – заговорщики могут решить, что он опасен. Или наоборот – попытаются использовать его талант, – Лисар снова посмотрел на Шайлар. – Слушай, учитывая твой опыт, твою способность… чувствовать нейроимпульсы, и то, что ты его спасла… прошу тебя взять Старга под неформальное наблюдение. Присмотри за ним во время своего пребывания здесь. Оцени его потенциал, психологическую стабильность после шока. И докладывай мне. У тебя есть все основания интересоваться его состоянием.

Шайлар встретила его взгляд, в ее глазах не было эмоций – только профессионализм.

– Поняла, Лисар. Сделаю. Оценю кадета Старга.

– Отлично. А я пока займусь файлами остального персонала и кадетского состава. Нужно вычистить эту нарзамовскую гниль до основания. Этот инцидент с Вилторсом и Старгом показал – враг все еще здесь, он действует, и он очень опасен.

Шайлар молча кивнула, поднимаясь. Кадет Кириан Старг… Потомок влиятельных политиков с мирной планеты, мечтающий о войне и адарах, обладающий уникальным техническим потенциалом… Похоже, этот кадет, только что стал одной из пока неизвестных переменных в ее текущей миссии. И это ей не очень нравилось.