Одуванчик из стали

Ну, вот и всё. Кажется, грозный повелитель теней сам стал тенью. Точнее, не тенью, а духом, но это уже детали. Обидно. Линард окинул задумчивым взглядом собственное неподвижное тело — крови натекло, как из убитого на охоте кабана, но, может, в него ещё можно вернуться?

По фантомным нервам резануло чужой болью, и собственная смерть сразу перестала быть чем-то важным.

Найт! Он жив, и он ничем не заслужил того, что с ним будет теперь.

Линард рванулся к брату на яркий огонёк его души, но врезался в невидимую преграду, сознание померкло всего на миг, а когда душа чародея обрела возможность видеть, вместо залитого кровью поля боя его окружала бархатная чернота с яркими точками звёзд.

— Изгнали меня, да? Самые умные? Ждите, я ещё вернусь, — зло прошипел он и добавил совсем тихо: — И ты, Найт, дождись.

В чёрной пустоте никто не услышал угроз и обещаний бестелесного духа.

***

Принцесса Лесанна прорыдала всю ночь. Её жизнь была кончена, и то, что совсем скоро она должна была стать королевой, совсем не утешало. Даже наоборот, добавляло скорби.

Зачем отец только начал эту дурацкую войну? Что с того, что Лаория победила, полностью захватив соседнее королевство, если ценой за это стали жизни отца и брата? А ей совсем не нужны новые земли, ей нужен только Микей, она так ждала свадьбы! И свадьба случилась, только не та. Микей вчера женился на какой-то девке из захваченного Манора — политический брак. И ей теперь предстоит выйти замуж не за любимого, а за манорского принца — ещё один политический брак, чтобы объединить королевства, чтобы народ Манора не сильно возмущался новой власти.

Плевать на народ! Не бывать этому! Она скорее умрёт, чем выйдет за этого принца!

Она взглянула в зеркало, скривилась при виде красных глаз и опухшего от слёз лица. Какой кошмар! Но это уже не важно. Она умрёт, а предатель Микей будет плакать на её могиле. Это даже романтично и уж точно лучше, чем жизнь с нелюбимым.

Принцесса позвонила в колокольчик, вызывая служанок.

Две девушки сноровисто привели в порядок свою госпожу — умыли, причесали, нарядили в дневное платье.

Глаза всё равно остались красными, но из зеркала теперь смотрела грустная красавица, а не зарёванное пугало.

— Пошли вон, — приказала Лесанна служанкам.

Обычно она не была так груба с прислугой, но сегодня нет сил никого видеть. А не прогонишь, они увяжутся следом. Нет уж, сопровождение ей не нужно.

Лесанна вышла в сад и уверенным шагом направилась к самому большому пруду с перекинутым через него ажурным мостиком. На середине моста остановилась, на миг усомнившись в принятом решении. Но тут же богатое воображение подкинуло картинку, как Микей приезжает со своей женой, они под ручку гуляют по этому саду, может¸ даже по этому самому мосту, где он так часто гулял с ней. Нет уж, пусть он лучше плачет!

Принцесса зажмурилась и прыгнула в воду. Намокшие пышные юбки сразу потянули ко дну.

***

— Александра Владимировна, можно? — в дверь кабинета заглянул Васёк, молодой конюх, недавно взятый на работу.

Лекса отвлеклась от документов, подняла взгляд на посетителя.

— Заходи. Что случилось?

Васёк замялся, не привык ещё лично общаться со Стальной Лексой, грозной управляющей элитного конноспортивного комплекса «Звезда».

— Там, это… сено привезли.

— Да? — Лекса доброжелательно улыбнулась. — Что-то не так?

— Сено прелое! Главный конюх на больничном, ребята принимать не хотят, а поставщик выгружает, говорит — не выдумывайте, хорошее. Но там же видно! Ребята вот за вами послали.

Парень замялся, видно, только сейчас задумался, как управляющая в её состоянии будет добираться к сеннику через перекопанный хоздвор, там вчера прорвало водопровод и ремонтники вырыли глубокую траншею.

Лекса вздохнула, тоже об этом подумала. Но поставщик новый, если попытался обмануть при первом же заказе, нужно разбираться лично.

— Ладно, — решила она, — пошли. Если застряну где-то, подтолкнёшь, — крутанула колёса инвалидного кресла и выехала из-за стола.

***

День прошёл в заботах — разборки с недобросовестным поставщиком сена были только началом. Потом Лекса зашла, а точнее заехала в маточник, посмотреть, как поживают племенные кобылы с жеребятами — комплекс занимался не только прокатами и подготовкой лошадей к соревнованиям, но их разведением. После остановилась проследить за тренировкой молодых лошадей. Не то чтобы берейторы так уж нуждались в контроле, просто тоска напала. Лекса сама начинала работу в «Звезде» берейтором, и даже когда дослужилась до управляющей, не отказывала себе в удовольствии лично позаниматься с лошадками.

Эх, да что теперь вспоминать… на лошадь она больше никогда не сядет. Лекса задавила глухую тоску и решительно крутанула колёса. Она Стальная Лекса, и никто не увидит, как она горюет над своей несчастной судьбой. В детстве она всех заставила звать себя Лексой, а не Сашей, потому, что решила, что Лекса звучит как имя амазонки. Ну а прозвище Стальная как-то само собой приклеилось, и не вспомнить уже — когда.

Характер у неё, конечно, не сахар, но только благодаря пробивному характеру, живущая с бабушкой сирота смогла поступить в престижный институт и выучиться на экономиста. Да и «Звезда» приобрела свой нынешний облик, благодаря ей.

Когда Лекса студенткой-первокурсницей после смерти бабушки устроилась сюда на подработку, у комплекса даже названия не было. Да и комплекса как такового не было тоже. Просто богатая семейная пара держала за городом несколько породистых лошадей, а люди приезжали сюда покататься.

Хозяева заметили инициативную девушку, сначала она просто негласно стала главным лицом на конюшне, а потом официально оформили управляющей свежеобразованной «Звезды».

Всего за пять лет «Звезда» из загородного клуба стала элитным комплексом, всадники и лошади заработали немало наград, а выставленный на продажу молодняк раскупали мгновенно.

Деньги потекли рекой, хозяева теперь появлялись редко, просто навестить, а всем заправляла Лекса.

Дела шли отлично, но и недоброжелатели у «Звезды» тоже появились. Бизнес, что поделаешь. И не все конкуренты ведут себя честно. Ночного сторожа опоили снотворным и подожгли конюшню.

Лекса в тот день заработалась, опоздала на последний автобус в город и осталась ночевать в своём кабинете — диван там удобный, и в «Звезде» есть баня с парилкой и джакузи, чего уж точно нет в её квартире. И вечером, когда комплекс пустеет, в джакузи можно сидеть хоть целый час. Она и просидела. А выбравшись из объятий неги, увидала в окно красные всполохи пожара.

Пожарных она вызвала сразу, но они пока ещё доедут. В одном банном халате и шлёпанцах выскочила выводить лошадей. Вывела из огня всех, а потом на неё упала перегоревшая балка.

Задохнуться Лекса не успела и даже ожогов серьёзных не получила — спасатели вовремя вытащили. Но перелом позвоночника и смещение, когда она на одних руках ползла к выходу, перечеркнули прежнюю жизнь. Хозяева «Звезды» оплатили лечение и после выписки из больницы оставили на прежней должности. Лекса была им благодарна, но за прошедший год так и не смирилась со своей инвалидностью. Хотелось закрыть глаза, открыть — и чтобы не было этого года, не было пожара. Или хотя бы не бежать тогда на конюшню. Хотя кого она обманывает? Случись всё заново, она всё равно полезла бы спасать лошадей.

Ладно, что-то она совсем потерялась в воспоминаниях, а бумажную работу никто не отменял.

За документами Лекса просидела до вечера, встрепенулась, глянула на часы. Чтоб успеть на автобус, нужно было поторапливаться. Но торопиться не хотелось. Зачем ей торопиться в пустую квартиру? Когда-то у Лексы был парень, были надежды и мечты, но после больницы невыносимо было видеть жалость в его глазах. Он не виноват. Она не виновата. Так получилось. Сейчас ей лучше одной. Все привыкли к её ночёвкам на работе. У неё даже кот здесь появился, а не дома. Кот, конечно, не её, а свой собственный, и завёлся в «Звезде» самостоятельно, но Лексу из остальных людей явно выделяет. Вот и сейчас пришёл к ней спать, словно чуял, что она останется.

Проснулась она на рассвете. Спихнула с себя здоровую серую зверюгу, кот недовольно мявкнул и тут же запрыгнул обратно на диван.

Лекса подтянула кресло, перебралась на него. Так — посетить санузел, одеться, что не такая уж лёгкая задача, и можно начинать новый день. А… ещё Мурыча покормить, кошачий корм в припрятан в сейфе. Или не надо? Пусть идёт мышей ловит. Кот, словно уловил сомнения, взглянул прямо в душу честными голодными глазами, чем сразу решил вопрос своего завтрака.

Лекса завтракать собиралась в кафешке, но откроется та только через несколько часов, а пока есть время прогуляться, насладиться тишиной и спокойствием перед началом очередного суматошного дня. Она выехала в коридор, серый кот увязался следом.

Лошади в денниках мирно хрустели сеном, дежурный конюх успел раздать корм и ушёл досыпать. Зато сторож не спал, поздоровался с ней у выхода. Лекса выехала за калитку, оказалась на ведущей к лесу грунтовой дороге. Раньше она любила проехаться тут верхом, теперь приходится кататься на коляске.

Сегодня в лес она не поехала, повернула к реке. На другом берегу автобусная остановка, там уже о чём-то спорят две бабульки, и дяденька в шляпе дремлет на лавочке. Автобус ещё не скоро, это они рано вышли.

Ехать к людям Лекса не стала, остановилась на середине моста, опёрлась руками о перила, подтягивая выше собственное тело. В таком положении можно было считать, что стоишь самостоятельно, представить, что ноги держат вновь.

Под мостом стайками плавали мальки, и сидела на листе кувшинки большая зелёная жаба. Жаба лениво прикрыла глаза как раз в момент, когда ветхие перила подломились под весом человека, и Лекса рухнула в воду. Она тут же рванулась к поверхности, но следом уже падало кресло и прямо ей на ноги.

О, нет! Если ей не суждено было сгореть, то что теперь — надо утонуть? Она рванулась снова, пытаясь выбраться из-под тяжёлого кресла и сквозь толщу воды поймала внимательный кошачий взгляд.

Кошачьи глаза приковали внимание, стали огромными, как вселенная с яркими огоньками звёзд, а потом густая зелень сменилась бархатной чернотой, звёзды же никуда не делись.

Лекса растерянно моргнула и поняла, что не задыхается больше, да и тяжёлое кресло куда-то делось. Всё куда-то делось. Она даже тела своего не ощущала толком, и на чём лежит — не понятно. Может, она и не лежит вовсе, а парит в невесомости. Вытянутые вперёд руки не нащупали ничего, и самих рук перед собой она не рассмотрела.

Зато в окружающей темноте вдруг открылись яркие зелёные глаза с вертикальным зрачком и уставились на неё.

«Зрачки у котов реагируют на свет. В темноте они должны быть круглыми», — машинально заметила Лекса, и неправильные зрачки тут же исправились. А вокруг глаз медленно материализовалась кошачья морда, а потом и весь кот.

— Ты совсем не боишься? — спросил кот.

— Не вижу смысла бояться. Я уже умерла, или это у меня бред такой предсмертный? Интересный.

— Интересно ей, — мурлыкнул кот, не понять с восхищением или с осуждением. — Ты пока не умерла, но ты же помнишь, что случилось? Твоё тело под водой. Ты умираешь.

— И скоро я умру? — умирать не хотелось категорически, но и испугаться не получалось. Наверное, потому, что поверить в реальность разговора с котом тоже было трудно.

— Пока мы не поговорим, не умрёшь. Здесь нет времени, мы можем общаться, сколько хотим.

— Это ты хочешь. Я не особо стремилась к общению говорящими котами.

— Слушай, женщина, ты жить вообще хочешь?! — возмутился кот.

— Хочу.

— Тогда ты меня выслушаешь.

— С этого и надо было начинать, — усмехнулась Лекса. — Только скажи для начала, зачем ты притворяешься моим котом?

— Откуда ты знаешь? — кажется, кот растерялся.

— Мурыч, конечно, наглый зверь, но ему до тебя далеко. И говорить он вроде пока не научился. Так кто ты такой, и почему я должна тебя слушать?

— Я повелитель теней, — заявил кот таким тоном, словно сказал «я повелитель вселенной».

Лекса не впечатлилась:

— Какие тени в темноте? Чтобы были тени, нужен свет.

— Я фигурально выражаюсь. Души — это тоже тени. Повелитель душ — так понятнее?

— И много у тебя подданных? — Лекса спросила это с живейшим интересом. Разговор начинал ей нравиться. Кот сейчас темнил, напоминал поставщика, который набивает себе цену, а сбыть пытается залежалый товар. Вывести на чистую воду этого повелителя и в самом деле было интересно. Кот же тем временем начал злиться.

— Слушай, женщина, не сбивай меня. Подданных у меня достаточно, и сейчас ты — одна их них. Ты сейчас без тела, если вдруг не заметила.

— Заметила, — согласилась Лекса. — Так чего ты хочешь, повелитель?

— Зависит от того, чего хочешь ты. Утонуть в грязной речке или прожить жизнь в здоровом теле?

— Речка у нас чистая, — вступилась за водоём Лекса, — но ты что-то сказал про здоровое тело. Продолжай, я внимательно слушаю.

— Ты можешь прожить долгую жизнь в здоровом и красивом теле, если станешь служить силам света.

— Это ты, что ли — сила света? — недоверчиво прищурилась Лекса.

— Я! — кот с вызовом вскинул голову.

— Ага. А я тогда балерина с разрядом по боксу, — буркнула Лекса. — В чём будет заключаться служение?

— Я потом тебе скажу.

— Допустим. Что не так с телом?

— Почему ты решила, что с ним что-то не так?

— Ты ни разу не сказал, что вылечишь меня, зато говоришь «тело». Оно не моё?

— Будет твоё. Ты права, я не целитель, и не могу никого вылечить. Зато у меня на примете есть совершенно пустое тело молодой дурёхи, которая решила самоубиться. Кстати, эта дурёха — принцесса, и скоро должна стать королевой. Тебе достанется её память и её жизнь. Правда, хорошо? Соглашайся.

— Неплохой карьерный рост, — хмыкнула Лекса. — Это где ж у нас короны раздают?

— Короны раздают не у вас, а у нас.

— Ясно-понятно. Мир другой, значит.

Кот кивнул.

Лекса вздохнула:

— У вас там хоть блох и клопов нет?

— У меня нет. Но если это обязательное условие твоего согласия, я найду. Могу ещё и тараканов прихватить.

Леса сделала вид, что задумалась.

— Пожалуй, без тараканов и их маленьких друзей я обойдусь. Не надо мне их искать. Ты лучше вот что скажи — тебе не жалко эту принцессу? Лучше б вернул её душу на место.

— Не жалко, — неожиданно жёстко ответил кот и добавил мягче: — Душу самоубийцы невозможно вернуть в тело. Даже если я сильно захочу, не получится.

— Почему она решила умереть?

— А, — кот совсем по-человечески махнул лапой, — несчастная любовь у неё.

— Что будет, если я откажусь? — продолжила выяснять детали Лекса.

— Вы просто умрёте обе.

— А если я сейчас соглашусь, а потом откажусь служить свету?

Кот слегка замешкался с ответом:

— Тогда твоя душа покинет новое тело, а старого уже не будет. Станешь призраком.

— Врёшь, как сивый мерин! — уверенно вынесла вердикт Лекса.

— Я не мерин! — возмутило мохнатого повелителя теней то, что его сравнили с кастрированным конём, а не то, что ему не верят.

Лекса усмехнулась — мужик, он мужик и есть, даже если притворяется котом, который тебе снится. А если не снится? Если есть хоть малейший шанс, что всё это правда, и она снова сможет ходить? Она бы отдала всё на свете, чтобы вновь стоять на своих ногах. Ну, не всё — она одёрнула сама себя, — но очень многое.

— Слушай, кот, — она сменила тон на предельно деловой, — давай начистоту. Ты честно отвечаешь на мои вопросы, я по результатам ответов соглашаюсь на твоё предложение или не соглашаюсь. Но если будешь врать, ответ сразу будет «нет». Ищи себе тогда другую душу.

Кот уселся в чёрной пустоте, обернул пушистым хвостом лапы и уставился на Лексу долгим взглядом.

— Я жду, — напомнила Лекса, когда ей надоело затянувшееся молчание.

Кот вздохнул:

— Ну, ты и акула… бизнеса. Я согласен. Задавай вопросы.

— Почему ты выбрал меня? Или ты тут все отошедшие души караулишь? Многим уже предлагал?

— Караулю, — согласился кот, — но предложил тебе первой. Остальные не подходили.

— А я чем подхожу?

— Ты сильная. Ты хочешь жить. И у тебя характер…

— Мерзопакостный? — с улыбкой подсказала Лекса.

— Я бы выразился помягче, но ты сама так сказала.

— Откуда у тебя информация обо мне?

— Прочёл память твоего кота. Он много про тебя знает.

— Если вернусь домой, оборву Мурычу хвост, чтоб не сдавал меня непонятно кому, — буркнула себе под нос Лекса и тут же спросила с вежливым интересом:

— Хочешь кому-то подложить свинью в виде меня-принцессы?

— Да нет. Если ты попортишь кровь дворцовым сановникам, это будет просто приятный бонус.

— Кажется, мы добрались до главного. Что конкретно ты хочешь от меня?

Кот ответил не сразу. Замешкался, словно думал, что и как сказать. Лекса уже успела потеряться в догадках, что загадочный властелин теней может потребовать от почти королевы. Самая бредовая версия получилась такая — даровать дворянство всем котам королевства, и Лекса еле сумела сохранить серьёзное выражение лица. Сейчас, между прочим, её судьба решается. Ну, если, конечно, она не спит и не лежит в коме в больнице.

Кот тем временем решился:

— Мне нужно, чтобы ты спасла человека.

— Какого человека? От чего его спасать? Если его завалило в шахте, вряд ли я сама его откопаю. А если он болен, то я не врач.

— Тебе не придётся никого откапывать. Этот человек — Найтин Сольгерд, принц-бастард Манора, он сейчас в плену у лаорцев. — И пояснил, видя, что эти названия ничего не говорят собеседнице: — Лаория — королевство принцессы, Манор — соседнее королевство. Они воевали, Лаория победила.

— То есть, мне придётся спасать пленного врага.

— Тебе-то он не враг, — зло зыркнул на неё кот, наверное, решил, что Лекса откажется.

— Мне не враг, — согласилась Лекса. — Теперь вопрос — кто он тебе? Зачем тебе его спасать? Хочешь продолжения войны?

— Да, какая война! — кот сплюнул с досады совсем по-человечески, — у нас от армии ничего не осталось. Я просто хочу спасти брата!

— Брата?

— Да! — кот смотрел с вызовом.

— Так ты у нас тоже принц?

— Найт — принц-бастард. Я его брат по матери.

— Ага… — развивать тему родства Лекса не стала, вместо этого спросила: — А как, по-твоему, мне спасать этого принца?

— Ты же принцесса. Ты можешь просто приказать его отпустить.

— А если меня не послушают?

— Ты единственная оставшаяся представительница правящей династии. Если не послушают сейчас, после коронации твои приказы должны исполняться беспрекословно.

— А если твой брат уже мертв?

— Его душа не покидала тело, я бы знал.

— А ты сам-то жив?

— Я. Нет, — кот ответил легко, словно его о погоде спросили.

Надо же, сам мёртв, а о жизни брата заботится, это внушает уважение.

— Ладно, последний вопрос — я правда умру, если не соглашусь на твоё предложение?

Кот опустил глаза, но ответил без запинки:

— Не знаю. Когда ты упала, к тебе побежали люди с остановки. Там не глубоко, тебя вытащат. Может, и выживешь. Будешь жить, как жила.

Кот замолчал, а Лекса задумалась. Вся эта ситуация больше не казалась бредом или сном, Лекса сейчас раскладывала по полочкам плюсы и минусы предложения, как делала всегда при заключении деловых сделок.

Оставить всё, как есть? Почему-то она была уверена, что её спасут. Привычная жизнь, любимая работа, обожаемые лошади… пустая квартира и искалеченное тело.

Или ввязаться в авантюру говорящего кота? Потерять свой мир и обрести здоровье. То, что она будет принцессой, это скорее большой минус, а не плюс, но возможность встать на ноги намного этот минус перевешивает. Задание от кота — спасти человека. Хорошо, что он не потребовал спасти мир от какого-нибудь тёмного властелина. А забота этого хвостатого повелителя о брате даже после своей смерти здорово подкупает.

Кот не сводил с неё блестящих зелёных глаз, молча ждал, не мешал думать и моргнул только тогда, когда Лекса произнесла два слова:

— Я согласна.