Огненная заноза для ректора

— Кирьяна… Я не могу перестать думать о тебе. Ты словно наваждение, — прошептал Селестин, и в его голосе звучала хрипота желания. 

Он провёл пальцем по моим губам, медленно, будто запоминая их форму. 

— Куда бы я ни смотрел, мне везде чудится твой образ.

Синие глаза лорда сияли, как чарующие самоцветы. Его взгляд окутывал, манил, разрушал волю. Меня охватил жар, а по коже пробежали мурашки. Сердце бешено застучало.

Когда он наклонился и коснулся уголка моих губ, я не отпрянула.

— Ты снишься мне. Я и представить не мог, что можно так страстно желать женщину…

Селестин властно обнимал, крепко прижимая к себе, словно боялся, что я растаю в воздухе, как иллюзия. От его горячих прикосновений у меня перехватывало дыхание. Он ласково провёл языком по моим губам, приоткрывая их, приглашая к поцелую. Я должна была бы оттолкнуть его, напомнить о приличиях. Но… я не смогла. Вместо этого я сама потянулась к Селестину.

Не знаю, кто первым остановился. Быть может, мы сделали это одновременно, потому что стало не хватать воздуха.

— Ты... невероятно страстная, Кирьяна, — восхищённо прошептал Селестин.

От хриплого голоса мужчины у меня подгибались колени. Его взгляд, полный жадной страсти, плавил меня, заставляя внутри все сладко сжиматься. Запах Селестина кружил голову, туманил разум. 

— Жаль, что я не смогу на тебе жениться, — с сожалением произнес он. — Но обещаю признать наших детей наравне с законными наследниками. Ты будешь моей. Только моей. И ни в чем не будешь нуждаться.

Слова Селестина будто ударили наотмашь. Я замерла, не в силах вдохнуть или пошевелиться. В сердце словно нож воткнули и провернули.

«За что он так со мной?» — моя душа покрылась льдом, а чувства рассыпались пеплом.

Больно. Хочется плакать. 

А вот Селестин моё молчание понял по-своему.

Кира Соболева

— Уби-и-или!

Выдернул меня из забытья истеричный женский вопль. Следом вокруг загалдели, запричитали, кто-то звал на помощь. Женщина продолжала голосить, и её противный голос больно ввинчивался мне в голову, причиняя нестерпимую боль. Поморщилась и, чтобы закрыться от истерички, дернула рукой, намереваясь зажать уши. Но рука не послушалась, а предплечье прострелила боль. Я застонала, чувствуя, как из глаз полились слёзы.

— Она жива! Лекаря! Быстрее лекаря сюда! — радостно, но с неверием закричал кто-то рядом.

Я вздрогнула и судорожно втянула воздух. Нос уловил смешанный запах конского навоза, машинного масла, цветов и горячего хлеба. Открыла глаза, пытаясь понять, где я, и что произошло, но от яркого солнечного света глаза заслезились, тело пульсировало от боли, а во рту стоял металлический привкус. 

«Где я? Что произошло?» — я совершенно ничего не понимала.

В висках больно кольнуло, отключая внешние звуки. Моё состояние мне категорически не нравилось. Я хотела понять, что случилось, но пока мне это не удавалось. А, собственно, что последнее я помнила?.. Помнила, что я бежала. От кого? От мужчины… мужа… Я убегала от Сергея! Воспоминания подобно вспышке пронеслись перед глазами. Я вернулась домой. Услышала стоны. Как сомнамбула прошла в супружескую спальню. Перед глазами картина: голый муж ритмично двигался на моей подруге. Задница супруга так и прыгала вверх вниз, а подружка обхватила его ногами и подгоняла пятками. 

От выворачивающего душу воспоминания по моему телу разрядом прошла боль. Сознание на миг окутала темнота, а потом всё отступило. Раз. И будто ничего не было. Вернулись запахи. Пришли звуки. Сквозь щелку приоткрытых глаз я увидела ласковый, золотистый свет. 

А потом мое ухо уловило странное гудение.

Когда я смогла проморгаться, то скосила глаза и удивлённо уставилась на странную технику. Кажется, я лежала на мостовой под капотом машины. И все бы ничего, но с моего места я отчетливо видела светящиеся камни прикрепленные к днищу машины, эти камни перемигивались подобно светомузыке.

Завороженная странным зрелищем, я хоть и услышала звук открывшейся, а потом захлопнувшейся дверцы машины, но значения этому не придала. Краем глаза уловила движение, а потом услышала рядом раздраженный голос молодого мужчины.

— Селестин, мы опаздываем.

— Предлагаешь бросить девчонку здесь? Вообще-то, мы её сбили, — произнес завораживающий баритон, а у меня от этого голоса перехватило дыхание. 

С трудом повернула голову на звуки приближающегося разговора. В поле моей видимости показались армейские сапоги, а рядом остановились черные лакированные мужские туфли с золотыми пряжками. 

Медленно подняла глаза, скользя вверх по длинным ногам в темно-синих брюках, по такого же цвета камзолу с шевронами странной символики. Я машинально отметила, что одежда на двух мужчинах одинаковая. Из-за золотых пуговиц и эполет она напоминала парадный мундир. Посмотрела выше и обалдела, забыв, как дышать. Два невероятно красивых брюнета, неуловимо чем-то похожих между собой. Один совсем молодой парень щегольского вида лет этак за двадцать, а второй мужчина постарше, лет, наверное, тридцати пяти. 

Заметив мой интерес, ко мне наклонился темноволосый красавчик постарше, и меня обдало ароматом дорогого мужского парфюма с нотками цитруса и бергамота. Мужчина, не мигая, смотрел на меня в упор, на дне его темно-синих глаз плескалась тревога и беспокойство. 

Я открыла рот, чтобы спросить, где я, но из горла не вырвалось ни звука. И в следующую секунду я увидела, как у склоненного надо мной мужчины зрачок вытянулся и стал вертикальным как у ящерицы, а по вискам и скуле волной блеснула чешуя.

Кира

Я моргнула, и видение вмиг исчезло, а на меня продолжили смотреть внимательные, слегка обеспокоенные синие глаза с нормальным, круглым зрачком. 

«Глюк! — констатировала я. — Последствие столкновения с транспортом. Кстати, о нём».

Прилагая усилия, ведь всё тело жутко болело, я повернула голову и посмотрела на машину.

И все-таки машина была странной, она совсем не тянула на современную. Я точно помню, что на меня ехала огромная фура, а это автомобиль ретро. 

«Не понимаю, как такое может быть?» — озадаченно рассматривала я машину.

— Мисс, как вы себя чувствуете? — привлек мое внимание бархатистый голос. — Вы сможете подняться? 

Повернула голову к говорившему. Мужчина присел рядом на корточки и внимательно меня рассматривал, при этом почему-то хмурился. И только тут до меня дошла ещё одна странность. Одежда на обоих мужчинах тоже необычная, словно из прошлого. Я такую видела в исторических фильмах про начало двадцатого века.

— Вы тут что, фильм снимаете или у вас реконструкция событий? — выпалила я хриплым, каркающим голосом. 

Говорить мне было трудно, собственный голос пугал осиплостью. Нестерпимо хотелось пить. Но всё отошло на задний план, когда я поняла: с моей речью что-то не так. Очень даже не так.

— Ми-и-исс?.. — брови первого мужчины изумленно взлетели вверх, а парень, что стоял за правым плечом первого, повернулся и подозрительно на меня уставился.

Я запаниковала. Не знаю как, но поняла, что сказала я на русском, и меня не поняли. И это очень плохо. А ещё я неожиданно для себя осознала, что люди вокруг говорят на совершенно другом языке, но я их понимаю. Как такое может быть? 

Страх и предчувствие беды накрыли с головой, на время оттеснив боль во всем теле. Но я постаралась не поддаваться панике и взять себя в руки.

«Наверняка тут снимают фильм, и я просто попала на съемки, — успокаивала я себя, усиленно дыша и озираясь по сторонам. — Но тогда встречный вопрос, а как я оказалась на съемках да ещё и с иностранцами? И главное, что мне теперь с этим делать?»

Вопросы в моей голове множились, а ответы не находились. Ситуация мне казалась непонятной. 

Нахмурившись, прислушалась к разговору и осознала, я превосходно понимаю этот необычный язык. И это странно. Ведь стоило мне потерять концентрацию и я начинала слышать незнакомые иностранные слова. Но как только сосредотачивалась на смысле, то опять начинала понимать сказанное. Мне был понятен смысл причитаний женщины, что всем громко рассказывала, как её красавицу-дочку вот так же сбил богатенький лихач на своей жуткой технике, а потом скрылся, не оказав бедняжке помощь, и теперь покалеченной дочери не найти мужа. Ведь кому она нужна хромоногая, если вокруг полно без дефектов? 

Истерика женщины, нашедшей благодарных слушателей среди зевак, набирала обороты, и неожиданно многие стали её поддерживать, соглашаясь, что «Гильмесовы механизмы — зло в чистом виде». Постоянно слышались возгласы: «Ну куда же смотрит король, разрешая этот механический беспредел?» 

Толпа увеличивалась. Она гудела, негодовала, призывала покарать обидчиков. Постоянно слышались призывы наказать «зарвавшихся лордов, обижающих простой народ, пока король не видит». 

Мне надоело лежать и я, превозмогая боль, с трудом, но смогла сесть. Голова тут же закружилась, а перед глазами расплылись темные круги. Грудную клетку словно что-то сдавило, и стало трудно дышать, а при вдохе в левом боку жгло и кололо. Хотела дотронуться до бока, но рука так и осталась висеть безвольной конечностью. Посмотрела на левую руку, попробовала пошевелить ею, но смогла подвигать лишь пальцами, сама рука так и оставалась неподвижной и очень сильно болела. 

«Перелом что ли? — поморщилась я от боли, озадаченная тем, что скорая помощь так и не приехала. — И всё-таки, что тут происходит?»

Я определённо не понимала окружающий абсурд: иностранная речь, старинные костюмы, винтажный антураж. Тут точно фильм снимают. Я попыталась найти взглядом режиссёра — не нашла. Потом поискала оператора с камерой, но и его не было видно. Меня окружали только люди в костюмах прошлой эпохи и среди них очень колоритно выделялись на заднем плане серые балахоны, похожие на монашескую рясу. 

«А может это не съемки фильма, а ролевая игра с полной реконструкцией мира? Косплей там, например…» — предположила я, стараясь найти логическое объяснение тому, что вижу.

Посмотрела под ноги. Отметила, что я лежала на каменной мостовой и удивилась этой странности. Хорошо помню, я выбежала на асфальтовую дорогу, где меня и сбила фура. Тогда как я оказалась на брусчатке? Меня перенесли в другое место? Но пострадавшего нельзя двигать до прибытия медиков, вдруг внутренние повреждения не совместимые с жизнью? 

«Ну не телепортировалась же я сюда! Это же бред!» — подумала я, когда в голове появились фантастические, но такие логические пояснения. 

И всё-таки, как объяснить, наличие брусчатки вместо асфальта, и ретро автомобиль вместо фуры? Эта странность не поддавалась логическому объяснению. Если только это не дело рук мужа.

Я нахмурилась: «Неужели Сергей так решил меня разыграть? Но когда он успел всё организовать, если я его застукала в постели со Светкой?»

Воспоминание о супруге и его измене вновь отозвались болью в душе, а на глаза навернулись непрошенные слезы.

— Селестин, нам лучше убраться отсюда, — привлек моё внимание напряженный голос парня. 

Я совсем забыла про окружающих людей и про красавцев мужчин. А ведь первый так и сидел рядом, рассматривая меня с любопытством. Меня же такое пристальное внимание беспокоило.

Кира

Я перевела взгляд на сидящего возле меня первого мужчину, которого парень назвал Селестином, и начала тоже рассматривать его. Опять отметила и подивилась красоте. Мощное тело, косая сажень в плечах, он явно постоянный клиент спортзала. 

Вообще этот Селестин был очень похож с парнем, словно его старшая версия, с той только разницей, что он излучал такую сильную ауру властности, что невольно хотелось пригнуться под этим натиском. А ещё почему-то я терялась, стоило сапфировым глазам Селестина захватить меня в плен.

С усилием я оторвалась от синих глаз и посмотрела на парня. Его стройная, широкоплечая фигура в парадном синем мундире притягивала взгляд. 

Присмотрелась, отметила про себя, что парень излучал волны притяжения, отчего был ещё красивее. Черные, как смоль волосы коротко подстрижены и уложены в идеальную прическу, прямой аристократический нос, холодный блеск прищуренных глаз, резкие скулы на которых ходили желваки, волевой подбородок с ямочкой и упрямо сжатые четко-очерченные губы завершали образ рокового красавчика.

Парень хмурился и напряженно смотрел по сторонам, неосознанно сжимая рукой эфес оружия. Наличие сабли или шпаги, не знаю что там было у парня, меня тоже изрядно удивило. Интересно, кто им позволил среди людей с холодным оружием расхаживать? Или это бутафорское? 

— Мисс, так как ваше самочувствие? — непринужденно улыбнулся мужчина и взял меня за руку, словно желая прощупать пульс, при этом руки у мужчины странно засияли.

— Не… не знаю, — запинаясь, произнесла я, боясь, что меня опять не поймут. Но поняли.

Я облегчённо перевела дух и выдернула ладонь из теплых рук, сразу испытав сожаление от собственного поступка. Селестин лукаво улыбнулся, словно прочел мои мысли, а я покраснела и опустила глаза.

— Пока гвардейцы подтянутся, толпа нас растерзает, — холодно процедил парень. 

Он повернулся в нашу сторону, презрительно глянул на меня, скривился, и раздраженно произнёс: 

— Селестин, ну что ты с ней возишься? Брось её и поехали. Разве не понятно — это все подстроено! 

— Я в этом не уверен, — склонив голову набок, Селестин с прищуром изучал меня, сантиметр за сантиметром, словно что-то искал.

«И что он хочет во мне увидеть?» — озадачилась я такому интересу.

— Ну сам подумай, мы прилетели в Дальбруг сегодня утром. Ранее утвержденный маршрут передвижения был изменён в самый последний момент. О нём никто не мог узнать, Селестин, понимаешь, никто! — Продолжал шипеть парень. — Мы поэтому и охрану отпустили, чтобы внимание не привлекать. Но всё равно без приключений до дворца не доехали. Тебе не кажется это странным? Мне вот да. Нам нужно убираться отсюда, пока сюда не набежали отряды ренегатов и не устроили тут массовую бойню.

— Кьен, даже если мы сейчас сядем в мобиль нас не выпустят. А применять магию против мирных людей я не хочу, — спокойно ответил Селестин. — Не думаю, что заговорщики нападут на нас открыто.

— А вот я не был бы так в этом уверен, — парень, которого звали Кьен, раздраженно глянул на меня и снова брезгливо скривился. — Девка явно побродяжка из провинции. Приехала в столицу за красивой жизнью, но просчиталась. Такой промой мозги, пообещай золотые горы, и вот она уже бежит и бросается под колёса указанного мобиля. Да она просто идеальное оружие! Эй, деревенщина, сколько тебе заплатили за предательство? Не продешевила? — ядовито спросил парень, сверля меня неприязненным взглядом.

— Нет, Кьен, тут что-то не то… — с шумом втянув воздух, задумчиво протянул Селестин. Он так и продолжал сидеть рядом, рассматривая меня.

Сначала я опешила от услышанного и странного поведения мужчин. Потом обалдела от абсурдности обвинений. Ну а после я разозлилась, и мне резко разонравились заносчивые красавчики. 

Я была в ярости. Даже боль отступила на задний план.

— Эй, мажор-косплейщик! — рявкнула злая я, чем, кажется, привлекла к себе внимание окружающих. И явно этим удивила. 

Причитания дамы затихли, как и общий галдеж, и мне бы обратить на это внимание, но меня несло. 

— Ты случаем берега не попутал?! Устроили тут цирк! Это вы меня сбили и причинили физический вред с увечьями. Я сейчас вызову полицию, и пусть она разбирается с наездом на пешехода! Вам мало не покажется! Это я вам обещаю, — орала я, а сама здоровой рукой шарила по мостовой в поиске сумки, где у меня лежал мобильный. 

Найдя сумку, я запустила руку внутрь и стала искать телефон, который, как всегда, куда-то завалился. В итоге, потеряв терпение, я посмотрела на сумку и замерла, вместо моей, брендовой сумки из последней летней коллекции, я держала кожаный, видавшего виды походный мешок. 

Тут мой взгляд зацепился за одежду, в которую я была одета. Длинная, ниже колен, коричневого цвета юбка, из-под которой виднелись черные гольфы в белую полоску. Ноги обуты в черные туфельки с пряжкой в виде шестерёнки. Недоуменно посмотрела на руки, а потом на собственную грудь, чтобы увидеть одетую на мне бежевую блузку, поверх которой надет кожаный корсет.

«Это что за такое?..» — билась в мозгу заполошная мысль, которую я боялась продолжить.

— Так! Мне все это надоело! — рыкнул взбешенный Кьен, и его глаза засветились. 

«Маги! Королевские маги!» — тут же понесся над толпой восторженный-благоговейный вздох, и люди синхронно отхлынули от нас. 

— Я сейчас быстро решу эту проблему! — продолжал яриться Кьен. — Просто вылечу эту побродяжку, и пусть дальше с ней гвардейцы в допросной разбираются!

С этими словами Кьен речитативом произнес странные слова, которые я не поняла, взмахнул рукой, и в меня полетел сверкающий шар распавшийся передо мной в сетку. Она на мгновение зависла, а потом рухнула, оплетая всё моё тело. 

В ту же секунду меня повело, голова закружилась, а потом неожиданно все тело пронзила жуткая боль. Не сдерживаясь, я закричала, чувствуя, что от боли опять проваливаюсь в темноту. 

Последнее, что я успела увидеть, была паника в глазах метнувшегося ко мне Селестина.

Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский

То, что у них не просто проблемы, а очень большие проблемы Селестин понял сразу, как только заклинание Кьена накрыло пострадавшую девушку и та, закричав от боли, рухнула без сознания. Хорошо он оказался рядом и смог поймать ее в свои объятия. Селестин знал, Кьен создал базовое заклинание оказания первой помощи. Это простейшее заклинание, которое кадеты Военной академии изучают на первом курсе, как самое действенное. А еще заклинание всегда безотказно помогает обычным людям и магам. Кроме одного исключения. Именно в вероятность этого исключения Селестин и не желал верить. Слишком нереальным ему это казалось.

Селестин обеспокоенно всмотрелся в обрамленное каштановыми локонами белое лицо девушки с паутиной вен просвечивающихся через тонкую кожу. Посмотрел на пухлые, но обескровленные губы. Беспомощная и такая хрупкая, в простой, заношенной одежде, она манила его. Неожиданно для себя он чётко осознал, что не может и не желает оставлять девушку тут. Понял, что должен о ней позаботиться. От одной мысли, что с этой девушкой что-то случится вызывало в душе Селестина ярость и причиняло почти физическую боль. Он должен оберегать её.

Приложив ухо к груди девушки, он прислушался к её рваному, затруднённому дыханию. Однажды Селестин уже видел такую реакцию на магическое воздействие, но это было в аномальных зонах Серой пустоши, за тысячи миль от столицы Артании.

— Не понял… — произнес Кьен, чем выдернул Селестина из размышлений. — Это как понимать?.. — Кьен с недоумением уставился на свои руки.

— Быстро бери девчонку и живо в мобиль! — скомандовал Селестин, усилием воли подавив в себе тревогу.

Он поспешно встал, передал девушку на руки растерянному Кьену и в два шага преодолел расстояние до машины. Когда Селестин открыл дверцу, то сзади расслышал тихий разговор.

— Они её убили что ли? А теперь решили спрятать труп? 

Спросил кто-то. На любопытного тут же зашикали, призывая к молчанию. Но кто-то все же решился и тоже тихо пояснил: 

— Это королевские маги, им труп незачем прятать. Если понадобится, им труп некромант поднимает.

Селестин резко обернулся, и под его грозным взглядом зеваки притихли, а говорившие скрылись в толпе. Но глупое предположение было уже озвучено. Он знал, что слух теперь, словно огонь, расползётся по столице, и уже завтра газеты будут пестреть новыми заголовками о беззаконии магов. Хорошо, что его и Кьена ещё пока не опознали. Но Селестин не обольщался, уже скоро их лица начнут мелькать на первых полосах газет и оставаться неузнанными станет проблемно.

— Девушка жива. Мы увозим её в Королевский госпиталь, — пресекая домыслы, сообщил Селестин. — Лучше расступитесь и дайте дорогу. Ей срочно нужна помощь.

Мазнув по толпе взглядом, Селестин заметил плечистых людей в серых балахонах. Они ненавязчиво, но очень организованно, теснили зевак в сторону и слаженно подбирались к мобилю. 

«Уже примчались, твари!» — зло скрипнул зубами Селестин. 

Одно радовало, на место аварии из ренегатов пока прибыли только пешки, и без командира они в бой не полезут. Конечно, попробуют задержать, но сражаться не будут. Хотя ему, как и Кьену, ренегаты не страшны, пусть отступники хоть целую армию на них посылают. Селестина всегда беспокоило то, что в случае магического боя будут жертвы со стороны простых людей, как и разрушения. Но сегодня ввязываться в бой Селестину особенно не хотелось. Всё его естество кричало, что нужно увозить девушку, что нельзя допустить, чтобы ренегаты добрались до неё. 

Селестином двигал незнакомый до этого глубинный инстинкт, он желал схватить девушку и увезти в свой дом, а там посадить под замок и никого к ней не пускать.

«Странное желание», — озадачился Селестин.

Он отогнал от себя непонятное стремление. Не подавая вида, что заметил противников, Селестин сел на водительское сидение, чёткими, выверенными движениями нажал на кнопки включения машины и панель управления засветилась рунами. 

— Ты обратил внимание на гостей? Быстро же они прибежали, — серьёзный Кьен кивнул подбородком на толпу серых балахонов, что плотным кольцом окружали мобиль.

— Что-то подобного я ожидал, — пожал плечами Селестин.

Он дернул за рычаг активации. Мобиль пыхнул паром, заурчал, словно дикий зверь, и мелко завибрировал, готовый в любой момент рвануть вперёд. 

— Селестин, ты все ещё думаешь, что эта побродяжка не при делах? — скривился Кьен и подозрительно покосился на девушку, в его руках. Та так и не пришла в сознание. — Я считаю, что она причастна. Иначе как объяснить, что нас так быстро нашли ренегаты? Без предательства тут не обошлось. Я уверен, эта девка к этому причастна!

Селестин ничего не ответил. Он лишь покосился на девушку и до хруста сжал кулаки. Ему не нравились обвинения Кьена, но они звучали логично. Слишком логично. Но он, Индарэш Селестина аш Драгона во всём разберется. Он выяснит всё и про странную девчонку из ниоткуда, и про то, где она подвергалась воздействию аномалии. Узнает он и про предателей, и про ловушку на них. А когда он всё узнает, то виновным не поздоровится.

➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤

Дорогие читатели, подписаться на мою страницу можно ниже.

Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский

Ситуация действительно была странной, как и сама девушка. Её нужно было увезти, вылечить, а потом разобраться с её тайнами. И делать это нужно в другом месте. 

Селестин поднял взгляд и посмотрел на серые балахоны перегородивших им дорогу. На месте происшествия уже не осталось посторонних. Самодовольная улыбка расплылась на губах Селестина. Он высунул руку из окна и беззвучно прошептал заклинание, тут же по его руке заскользили искры, достигнув пальцев, они спрыгнули, а когда искры коснулись мостовой, то понеслись вперед огненными змеями, раздувая огромные капюшоны. Преградившие дорогу испуганно отшатнулись от стены огня, и Селестин мгновенно воспользовался этим. Он вдавил педаль скорости и рванул вперед.

— У меня сложилось такое ощущение, что ренегаты даже не пытались нас задержать, — спустя несколько минут произнес хмурый Кьен. — Не верю, что они не поняли кто мы, особенно после твоих огненных аспидов. Ренегаты, просто так отпустили двух высших магов? Скажи, мне только одному эта ситуация показалась странной? 

— Не тебе одному, — буркнул Селестин.

Он внимательно следил за дорогой, иногда бросая взгляд на зеркала заднего вида. Селестин ожидал погоню, но её не было, и это беспокоило. Враг, что ведет себя непредсказуемо — опасный враг.

— Знаешь, меня больше беспокоит то, что на место происшествия так и не прибыли гвардейцы, — спустя несколько минут озвучил свои мысли Селестин.

— Согласен. Тоже вот странность. Хотя, когда я сел в мобиль, то первым делом проверил сигнал у оповещающего артефакта, — сообщил Кьян, поудобнее перехватив девушку, что сползала из-за тряски мобиля, и продолжил. — Так вот, с момента аварии он работал без остановки, и если гвардейцы не прибыли на вызов, значит, они его не получили. 

Новости Селестина не обрадовали. Всё оказалось еще хуже, чем он думал. Он должен был предположить и такой вариант, должен бы понимать, что из-за «Съезда представителей Великих рас» ренегаты активируются. Слишком большой соблазн для них, ведь в столицу Артании прибыли представители восьми Великих рас. Даже оборотни прислали своих послов по одному от каждого из шести кланов. Было глупо предполагать, что этим не воспользуются те, кто занимается похищением магии. 

«Нужно усилить защиту дворца и делегатов», — подумал Селестин.

Мобиль Селестина мчался по улицам Дальбруга на предельной скорости и только великолепная реакция и мастерство его как водителя позволяло избежать новых жертв. 

«Позволяло до недавнего времени», — мрачно подумал Селестин и покосился на девушку на руках Кьена. 

Его мысли вновь вернулись к странному появлению девушки. С ней явно что-то было не так. Селестин готов был поклясться, что она появилась прямо перед его машиной словно из ниоткуда. Именно поэтому он не успел затормозить. Словно она шагнула к нему под колёса. 

«Но так не бывает! Нет портальных телепортов. Это все фантазии мечтателей! А если нет?..»

Тряхнув головой, прогоняя невероятные предположения, Селестин вернулся к реальным проблемам. Его машина уже подъехала к главному крыльцу Королевского госпиталя. 

— Приехали, — констатировал Кьен и, глянув на не пришедшую в сознание девушку, со вздохом картинно произнес. — Куда катится этот мир?.. Наследный принц на руках носит безродных побродяжек. 

Селестин вышел из машины, обогнул её, открыл дверь со стороны Кьена и со словами: «Дай сюда», забрал у него девушку.

— Ну вот, теперь на руках её таскает дядя принца, — сдав свою ношу с рук на руки, добавил Кьен. —  Не хватает только газетчиков для очередной байки. Знаешь, Селестин, я не так представлял свое возвращение домой.

— Хватит паясничать, — прицыкнул на Кьена Селестин. — Иди лучше дверь открывай и поищи целителя.

— Я то найду, но ты мне вот что поясни, — хмыкнул Кьен, открывая массивные деревянные двери госпиталя и пропуская внутрь Селестина. — Зачем ты у меня забрал эту побродяжку?

Кьен задал вопрос, а Селестин задумался: «А действительно, зачем?»

Девушку спокойно мог нести и Кьен, а он, Селестин, разговаривал бы с целителем и вообще решал важные и насущные дела. Но он отчего-то пожелал забрать девушку у племянника, сам хотел её нести. Самому себе Селестин мог признаться, что ему было необходимо держать девушку.

— Я её забрал, чтобы контролировать состояние. Ты не можешь творить магию, она для неё опасна. А я могу не магически проверять её состояние, — нашёл объяснение Селестин.

Он шагал по мраморным плитам, и его чеканный шаг эхом разносился по пустому коридору. Обычно заполненный посетителями госпиталь сегодня удивлял пустотой. Селестин хотел продолжить пояснять Кьену причину своего спонтанного поступка, как неожиданно услышал слабый стон. Он остановился, прислушался, а когда его ухо снова уловило еле слышный вздох, скомандовал:

— Кьен, кажется, она приходит в себя. Быстро ищи лекаря! Она сейчас начнёт задыхаться, у нас осталась всего пара минут.

Кира

Сознание возвращалось медленно, с неохотой. Мысли ворочались лениво. Я словно плавала в вязком киселе. Трудно было думать, не могла и не хотела шевелиться. Да я даже дышать нормально не могла. Было такое ощущение, что странный кисель, в котором я плавала, проникал в нос, затрудняя дыхание.

— Кьен, кажется, она приходит в себя, — словно сквозь толщу воды услышала я красивый баритон. — Быстро ищи лекаря! У нас осталась всего пара минут! 

Голос говорившего был взволнованный, а я осознала, что меня куда-то несут. Ещё успела удивиться этому факту, ведь голос был не Сергея. Так кто и почему меня носит на руках? А потом мне стало не до этого. Меня накрыла паника — я не смогла сделать вдох. 

— Лекаря! — услышала я окрик.

— Что случилось? — раздался деловой спокойный голос, и моей шеи коснулась прохладная рука.

— Быстрее! Она сейчас задохнется! — услышала я знакомый встревоженный баритон.

«Задохнется?! — удивилась услышанному и поняла. — Я против этого!»

Потому снова попыталась вздохнуть, и у меня снова это не получилось. Я дернулась. Попыталась вздохнуть через нос, открыла рот, чтобы втянуть воздух через него, но у меня вновь ничего не получалось. Меня накрыл страх. Я забилась в чьих-то сильных руках в попытке вырваться, глотнуть воздуха, но дышать не получалось, а сознание стало мутиться.

— Мне нужно сделать надрез. Держите её! — строгий приказ, и меня прижали к поверхности сразу несколько рук.

Паника окончательно захлестнула сознание. Страх, придав силы, наполнил меня, я начала брыкаться и яростно вырываться. Не понимала, что происходит, но мне не нравилось то, что, кажется, меня собрались резать. От моих усилий остаток кислорода в легких резко закончился. Сознание поплыло, а тело ослабло. Почти провалившись в беспамятство, я успела услышать отчаяние в баритоне, но слова уже не смогла разобрать.

И снова вязкая темнота. И снова моё сознание медленно с явной неохотой проясняется. Это злило. Мне надоело это отвратное состояние. Надоело быть слабой и никчемной. Всю жизнь, как отец ушёл из семьи, я старалась быть сильной, старалась не сдаваться и не прогибаться под обстоятельства. Держала удар. Но сегодня, кажется, я побила все мыслимые и немыслимые рекорды по беспомощности. Все эти обстоятельства оказались выше моих возможностей. И это меня бесило!

Мои размышления прервал посторонний звук. Прислушалась. Вначале ничего не происходило, а потом краем сознания уловила обрывки разговора. Слов было не разобрать. Мне стало любопытно, я напрягла слух и прислушалась. Не сразу но незнакомые звуки сложились в непонятные слова, а потом пришло понимание и самих слов. 

— Ваша Светлость, девушка действительно подверглась воздействию аномалии из Серой пустоши и, судя по реакции тела, относительно недавно. Но такое невозможно! В Артании нет аномалий, а от Дальбруга до Серой пустоши недели пути. Пока бы она добралась до столицы, её магический фон смог восстановиться естественным путём, — голос говорившего был сух, но я слышала нотки волнения. — Но тут я вижу картину полного магического истощения вследствие сильного воздействия аномалии. А это значит, что где-то в окрестностях Дальбруга есть аномалия.

— Почему в окрестностях? — поинтересовался молодой мужской голос. — Может эта аномалия где-то на окраине Дальбруга.

— Потому, Ваше Высочество, что будь эта аномалия в городе, то мы бы имели множество случаев воздействия, — сдержанно пояснил сухой голос. — Но даже так, с единичным случаем, это уже прецедент. И я должен сообщить об этом происшествии в соответствующие организации… 

— Как советник короля, я накладываю на эту информацию вето, — спокойно произнес красивый баритон.

— Простите, лорд Индарэш, но такое нельзя замалчивать, — в сухом голосе послышалось негодование.

— Я гарантирую вам, что тот, кому нужно знать, узнает. Остальным же про это знать не стоит, — жестко припечатал баритон. 

Повисло напряженное молчание. Ничего не понятно, но очень интересно. Было такое ощущение, что обсуждаемая ситуация касалась непосредственно меня. Почему-то я знала, что это важно, но решительно ничего не понимала.

— Хорошо, лорд Индарэш, я вас понял, — холодно ответил сухой голос. — Как мне оформить пострадавшую девушку? 

— Сейчас попробуем узнать, — вклиниваясь в разговор, произнес молодой голос и ехидно добавил. — Хотя я бы просто написал: «побродяжка деревенская».

— Кьен! Хватит! — рыкнул баритон.

— Ой да ладно тебе. Пошутить уже нельзя, — фыркнул молодой голос, но я ему не поверила. А ещё мне захотелось очнуться и хорошенько врезать этому придурку. Так сильно у меня чесались от злости руки. 

Послышались шаги. Стук, словно что-то высыпали на стол. Шуршание, будто что-то перебирают. Шелест. 

— О! А я метрику нашёл! — послышалась радость в молодом голосе. — Такс, посмотрим. Хм…

— Что там? — в баритоне мне послышался интерес.

— Нашу побродяжку зовут… Кирьяна Астон. И она из северной провинции Филандара. О! Однако.. — в молодом голосе послышалось удивление. — Селестин, а вот это уже интересно. Судя по этому документу, эта Кирьяна Астон не маг.

— Простите, Ваше Высочество, но тут какая-то ошибка! — услышала я волнение в сухом голосе. — Девушка однозначно обладает магией! Иначе у неё не было бы такой реакции на магию, после воздействия аномалии. 

— Ну вы можете сами взглянуть, если мне не верите, — фыркнул молодой голос. — Она не маг! Тут прописаны все три заключения после проверки на магию.

— Дай сюда, — требовательный баритон.

Я услышала шелест передаваемых листов. Шаги, словно к кому-то подошли. Тишина, нарушаемая лишь шуршанием страниц. И, наконец-то тихий комментарий.

— Согласно документу девушка действительно не маг, — озадачился сухой голос. — Бесовщина какая-то… 

— Может это не её документы? — предположил баритон. 

— Документы её, ошибки тут нет. Как целитель я подтверждаю подлинность по слепку ауры, — сообщил сухой голос. — И мне вдвойне не понятно, как не маг смогла стать магом после воздействия аномалии. Думаю вы правы, лорд Индарэш, о таком нужно молчать. Иначе быть беде, — задумчиво проговорил сухой голос и замолчал, чтобы спустя минуту сказать. — Простите лорды, я вас покину. Нужно отдать распоряжения по данной пациентке. 

— Я с вами! — радостно сообщил молодой голос. — А то скучно сидеть в палате.

Раздались шаги. Открылась и закрылась дверь. Рядом со мной кто-то вздохнул. Послышался скрежет передвигаемого по полу стула.

— Сколько же у тебя тайн, Кирьяна Астон? — задумчиво спросил красивый баритон, и меня невесомо погладили по щеке. Простой жест, но толпы мурашек вмиг разбежались по моему телу. 

А потом я вновь провалилась в темноту.

Кира

Забытье было странным. Умиротворяюще-тягучим. Я чувствовала себя так, словно дрейфую в бесконечном океане вселенной, среди безбрежного космоса и мириады звезд. И мне было так хорошо. Спокойно. Мысли текли лениво, они словно вода проходили через меня, не задерживаясь в моей голове. Я помнила про измену Сергея, который остался в другом мире, понимала и то, что каким-то чудом оказалась в другом мире. Но мне было все равно.

Наверное, именно поэтому я не придала тогда значения тому происшествию. Просто я посчитала все сном, ну или бредом больного сознания. 

Их голоса я услышала сквозь сон. Даже застонала мысленно. Я тут сплю, а всякие ходят и мешают мне спать. Но в какой-то момент поняла, что разговор мне интересен, ведь он, оказывается, идёт обо мне. И пусть не прозвучало мое имя, я всё равно начала прислушиваться.

— Я не ожидал, что твоя дурацкая затея выгорит, — задумчиво произнес низкий, мужской голос. — Даже несмотря на пророчества и знаки, не верил.

— Сонорх, зря ты во мне сомневался, — ответил звонкий голос. Мне показалось, что говорил парень. — Это даже как-то обидно, брат. Я никогда не проигрываю, мне это по статусу не положено.

— Поверить в выполнение плана было сложно. Даже в твой, Фатон. У других наших братьев ведь до этого не получилось.

— Во-первых когда наши Младшие братья пытались вернуть сестер, тогда ещё не пришло время. А во вторых, Сонорх, мы с тобой не другие, — фыркнул звонкий голос. 

— Ты слишком самоуверен Фатон, — произнес низкий голос.

— Не больше, чем наши братья, — серьезно прозвучал звонкий голос. — Кроме того, своей гордыней наши Старшие братья почти загубили этот прекрасный мир. А я, знаешь ли, к нему привык, Сонарх, и не хочу уходить.

— Теперь всё изменится, и этот мир сможет вылечиться. Я чувствую, как поворачивается маховик событий. Ты сотворил чудо, брат.

— Просто пришло время, Сонорх. Но без тебя я бы не справился.

Странный разговор. Странные посетители. Я попыталась выплыть из дрёмы и открыть глаза, чтобы посмотреть на чудиков. Но все что смогла, это на долю секунды приподнять свинцовые веки и мельком увидеть сияющие силуэты двух фигур. А потом глаза закрылись и открываться отказались. 

— Сонорх, ты только посмотри! — восхищенно воскликнул звонкий голос. — Девочка смогла пересилить наведенное нами заклинание.

— Вижу. Значит, мы призвали сильную душу, Фатон. 

— Знаешь, я решил подарить этой девочке подарок. Думаю, он ей пригодится.

После этих странных слов, я почувствовала, словно меня что-то нежно погладило и заскользило по коже рук. Я хотела дернуться, но не смогла даже пошевелиться. Нечто продолжило путь и застыло у меня в районе лопаток.

— Ну что ж, я тоже не оставлю нашу девочку без подарка, — добавил низкий голос. — Мой дар откроется в полной мере в своё время. 

И снова невесомое касание. Но теперь нечто замерло на моем позвоночнике у шеи. 

— Пошли Фатон, пока Старшие братья нас не хватились.

— Знаешь, Сонорх, я вот жажду увидеть лица Гильмеса и Андромаха, когда всё откроется, и наши сестры вернутся.

— Главное, чтобы братья не прознали слишком рано. А то убьют нашу девочку раньше, чем сёстры смогут… 

Что смогут сделать чьи-то сестры, я не услышала. Моё ухо уловило озабоченное бормотания низкого голоса и звук удаляющихся шагов. А потом вовсе всё стихло. 

Я полежала, обдумывая услышанное. Понимание ситуации крутилось на краю сознания ускользающей мыслью, но как я не старалась поймать её за хвост, не смогла. В итоге я начала тонуть в безмятежности, пока не уснула крепким и здоровым сном.

***

Пробуждение было так себе. Я сладко спала и видела десятый сон, когда моего слуха достиг разговор. Говорили две женщины, и ожидаемо, обсуждали парней.

— Представляешь, меня пригласил на свидание сам принц Дамирэш, — взволнованно щебетала девица.

— Завидую я тебе Лайза, — вздыхала вторая девица. — Ты такая счастливая.

— Да! Это мой шанс стать фавориткой и попасть во дворец, — радостно взвизгнула первая девица. — Димир обещал сегодня снова прийти. И тогда… И тогда я… 

Я поморщилась от громкости звука, что бил по ушам. Кажется, Сергей смотрел какой-то исторический сериал и слишком громко включил звук в телеке. Заворочалась, хотела уже крикнуть мужу, чтоб сделал потише и не мешал мне спать, как в моём сознании вспышкой пронеслись недавние события: измена Сергея, мой забег, фура, двое странных мужчин. Мои глаза вмиг распахнулись. Дыхание перехватило, а я села на кровати и с бешено колотящимся сердцем стала озираться.

Сидела я на узкой больничной кровати в маленькой палате со светло-бежевыми стенами. Сбоку простой деревянный стол, стул. Дощатый пол. Сбоку от моей кровати большое арочное окно, чуть приоткрытое. Через него внутрь проникали косые солнечные лучи и свежий ветерок с ароматом цветов. Напротив меня окрашенная в белый цвет дверь со вставленными по верху стеклами. В палате я была одна. 

— Значит, мне это не приснилось… — произнесла я, понимая, что кажется попала, притом в прямом смысле этого слова. — Но ведь это же бред.

Покачала головой, отказываясь принимать действительность. Ну не верила я в то, что попала в другой мир. Посмотрела на собственные исцарапанные руки с короткими обкусанными ногтями. Моего французского маникюра не было. Я нервно ощупала лицо, поняла, что оно человеческое, как и обычное ухо, а потом потянула на себе длинный локон шоколадного цвета. Сердце заколотилось. У меня было короткое каре и волосы не могли так быстро отрасти. Приподняла одеяло, мимоходом отмечая, что одета в некую винтажную ночную сорочку в мелкий цветочек, быстро задрала подол и уставилась на правый бок, где должен был быть шрам от аппендицита. Шрама не было.

— Нет… Этого может быть, — холодея от ужаса, прошептала я. — Нет других миров. Нет попаданок в другие миры. Это все придумки кино и писателей. Это вымысел!

Пыталась я себя убедить, чувствуя как ко мне подступает банальная истерика. Но тут моё внимание привлек разговор девиц, что болтали под дверью. Прислушалась.

— Кстати, девка из этой палаты, государственная преступница, — сообщили громким шепотом.

«Чего?!» — опешила от услышанного я. Желание впадать в истерику в миг пропало.

— Откуда знаешь?

— Мне по секрету сказал сам принц Дамирэш. Кстати, он сегодня придёт её допрашивать.

— Знаешь, Лайза, а я бы тоже не отказалась, чтобы меня допросил принц.

— Эй! Саяри, ты на моего принца на зарься! — сварливо высказалась явно Лайза, почувствовав угрозу от своей товарки.

— Ну ты попользовалась, дай теперь другим, — в тон подружке отвечала Саяри.

Наверное, эти девицы устроили бы обычную драку, но тут в коридоре раздался гневный мужской окрик.

— Вы почему не на местах? В госпиталь прибыли Его Высочество и Его Светлость. А ну марш работать! 

Я услышала девичий писк, лепет, что они больше так не будут, следом цокот каблучков. На пару секунд за дверью наступила тишина, которую вскорости нарушили приближающиеся шаги. 

Удар сердца, и я поняла, что влипла. Вляпалась по полной, раз меня считают какой-то там преступницей. Второй удар. Я не имела ни малейшего понятия, что происходит, но точно знала, что не хочу быть преступницей. Они за это платят минимум свободой, а порой и собственной жизнью. Третий удар сердца. Поняла, мне позарез нужны знания. А ещё время, чтобы во всем разобраться и найти выход из неприятностей, в которые я влипла. 

«Что же мне делать? Что делать?..» — мысленно истерила я и лихорадочно шарила глазами по палате. 

Шаги идущих к моей палате приближались. Укрытие не находилось. Страх туманил разум. Не долго думая, я рухнула в кровать, накрылась одеялом по самый подбородок, закрыла глаза и притворилась, что сплю. Была надежда, что визитёры поверят и уйдут.

Открываясь, скрипнула дверь.
 

Предлагаю выбрать и проголосовать за образ главное героини — Кирьяны. Жду ваши комментарии с выбором. Мне очень интересно. 

Немного о Кире: Кира Соболева, в девичестве Савич. При попадании в мир Нурхадар — Кирьяна Астон.

Внешние данные: Кира — кареглазая шатенка. Возраст — 18 лет, рост — 1 м. 66 см. 

Кандидатка № 1

Кандидатка № 2

Кандидатка № 3

Кира

В моих ушах грохотало сердце. Я затаила дыхание и напряженно прислушивалась к шагам, чувствуя, как все тело цепенеет от ужаса.

Собственный страх был непонятен. Но я на подсознательном уровне чувствовала, что нахожусь в опасности. Только так я могу объяснить, почему во мне сработал древнейший инстинкт выживания, который советовал: «если на тебя напал медведь — притворись мертвой». Вот я и притворилась, но только спящей.

— Как её состояние? Она уже приходила в себя? — из коридора послышался знакомый баритон. 

Кажется, обладателя этого голоса звали Селестин. Стоило вспомнить его сапфировые глаза, как мое сердце ускорило бег. Очень захотелось открыть глаза, но я подавила глупое желание, продолжив усердно делать вид, что сплю.

— Пока нет, лорд Индарэш, — ответил сдержанный голос, а я мысленно нахмурилась.

«Не поняла, что это еще за незнакомый лорд?» — удивилась услышанному и тому, что незнакомый лорд интересуется мной. Я-то его точно не знаю. 

— Может, вы плохо стараетесь? — вклинился в разговор надменный голос,  показавшийся мне смутно знакомым. — Эта девка состоит в экстремистской организации и подозревается в связи с отступниками. Надеюсь, вы понимаете ответственность?

— Ваше Высочество, я все прекрасно помню и всячески пытаюсь привести мисс в чувство.

— Пытайтесь лучше, — повелительно произнес заносчивый голос, и тут же добавил совсем с другой интонацией. — Селестин, ты тут пока без меня проинспектируй, а я с проверкой в отдел зельеваров. — И столько предвкушения было в голосе, что сразу становилось понятно, какие «зелья» там будут инспектировать. 

Послышались удаляющиеся шаги. Чье-то недовольное сопение. Следом скрипнула дверь, и ко мне в палату вошли. 

— Лорд Индарэш, я сейчас проверю, возможно, мисс пришла в себя.

К кровати подошли, и я буквально кожей почувствовала, как надо мной водят руками, словно сканируют. А потом я услышала тихий голос.

— Мисс, не притворяйтесь. Я же вижу, вы не спите, —  сказали тихим шёпотом, а следом говоривший громко произнес, заставив меня вздрогнуть и распахнуть глаза. — Лорд Индарэш, мисс пришла в себя и вполне здорова для разговора. 

Я ошарашенно уставилась на седовласого мужчину возле моей постели. Одет он был в зелёную мантию, с вышитым на груди странным знаком, а на шее у мужчины висела горсть кулонов на разноцветных шнурках. 

«Однако тут и доктора», — выдал вердикт мозг, пока я рассматривала местного эскулапа. 

— Как вы себя чувствуете, милочка? — участливо спросил доктор. 

Открыла рот, чтобы сказать, что нормально, но у меня вышел лишь сдвоенный хрип. Горло больно царапнуло, и я закашлялась. Мне тут же подали стакан с водой, который я с жадностью выпила. Поблагодарила врача, откинулась на подушки, чувствуя слабость во всем теле. И только тут я заметила его. 

Селестин, с каменным выражением на лице, стоял, прислонившись к стене, и изучал меня пристальным взглядом. От того заботливого мужчины, что я впервые увидела, сейчас ничего не осталось. И чего собственно во мне дырку пытается взглядом проделать? 

— Мисс, как ваше настоящее имя? — холодно спросил Селестин.

— Кира, — пискнула обескураженная поведением мужчины. От досады закусила губу, я сказала на автомате, не подумала, что звать-то меня сейчас не так.

— Кира это сокращённое от Кирьяны? — сухо спросил Селестин, а я почему-то вспомнила сон, где он и еще один читали мои документы. 

И тут до меня начало доходить, что это был вовсе не сон, а самая настоящая явь. Значит, и все услышанное тоже реально. Не дождавшись от меня ответа, Селестин вопросительно приподнял бровь, а я запоздало кивнула на его вопрос. Подумала и решила, что лучше я промолчу, вдруг целее буду. Я ничего не знала о хозяйке данного тела, не знала местных обычаев, традиций и законов, а потому говорить мне было опасно ибо проколоться я могла мгновенно. Мои привычки жительницы двадцать первого века невозможно устранить мгновенно, а значит, мне нужно быть вдвойне осторожней.

— Ну и зачем вы, Кирьяна, прибыли в Дальбруг? — спокойно спросил Селестин, изучая меня препарирующим взглядом. — С какой миссией? 

— Я… я не помню, — выдала я, растерянно смотря на него. 

Чистую правду сказала, даже не соврала. Ведь как можно рассказать про то, что забыл, когда этого даже не знал? Конечно, никак!

Но Селестин почему-то не поверил моей честности. Он недобро прищурился и, словно хищник, плавной походкой направился ко мне.

— Не советую мне врать и увиливать от ответа, мисс Кирьяна, — вкрадчиво произнес он, нависая надо мной.

Под ледяным взглядом я вжалась в подушку, натянув одеяло до самого подбородка, и во все глаза уставилась на Селестина. По моей спине пробежал холодок. Мне стало страшно, в городе Селестин смотрел на меня тепло, с заботой, а сейчас на меня смотрели ледяные глаза мужчины, чей взгляд не обещал мне ничего хорошего. 

«Чего он так бесится? Что от меня хочет?» — я с трудом сглотнула под свирепым взглядом.

— Но я… Я действительно ничего не помню, — нервничая, начала испуганно запинаться. Я не понимала, что происходит, и от этого паниковала еще больше.

Просверлив меня ещё немного злым взглядом, хмурый Селестин резко обернулся к доктору и спросил?

— Что случилось с памятью мисс?

Доктор, что топтался рядом с моей кроватью, мгновенно подошел, зажал в кулаке левой руки один из кулонов, а правую ладонь положил на мою голову. Несколько минут в палате стояла тишина, а потом врач произнес:

— Лорд Индарэш, девушка говорит правду, у нее из-за удара повреждена память. Боюсь, что допросить эту мисс по всем правилам не выйдет, — развел руками доктор, а я подвисла от услышанного.

«Это что значит допросить по всем правилам? — я негодующе изумилась. А потом до меня дошло услышанное, и я с непониманием уставилась на Селестина. — Лорд Индарэш?.. Но его же зовут Селестин. Я точно слышала, как его так называли». 

Озарение посетило меня неожиданно, словно вспышка. И меня перестало волновать странное имя синеглазого, стал безразличен допрос, у меня в голове родилась идея и не просто идея, а спасительная. Я нашла прекрасное решение, как объяснить собственные странности или полное незнание местной жизни. Амнезия! Элегантное решение моих проблем. Кроме того, судя по вопросу Селестина, я приехала откуда-то издалека, а это значит, что меня не подловят на лжи. Прекрасно! Хотя, конечно, нужно будет разобраться куда собственно я приехала и почему. Но это все потом. Сейчас мне нужно притвориться, что я потеряла память.

— Может, это поможет вам вспомнить? 

С этими словами Селестин небрежно бросил мне на ноги кожаный дорожный мешок. Его я узнала сразу, именно в нем я искала мобильник после того, как очнулась в этом мире. В этом мире… Воспоминание прошлой жизни такой далекой и призрачной внезапно накатили тоской, а на глаза навернулись слёзы.

— Вижу, вы что-то вспомнили? — внимательно изучая мою реакцию, спросил Селестин.

— Я… я просто узнала сумку, — ответила я севшим голосом, а потом спросила, посмотрев лорду Селестину в глаза. — Я могу оставить сумку?

— Для потерявших память очень полезны их вещи, — неожиданно мне на помощь пришел доктор. — Они помогают вспомнить.

Лорд Индарэш поколебался, но кивнул, давая своё разрешение. Потом он как-то задумчиво глянул на меня и достал из кармана небольшую шкатулку.

— Попробуйте открыть, — протянул её мне.

Осторожно, с неохотой, я взяла маленький, что и на ладонь помещается, предмет. Деревянная шкатулка была покрыта искусной резьбой. Я покрутила шкатулку в руках, не видя, где она открывается, и просто потянула крышку вверх. Она не отрывалась. Я усилила нажим. Странно, но предмет в моих руках нагрелся, а потом все же я могла снять крышку. Внутри оказался прозрачный кристалл. 

Я вопросительно посмотрела на Селестина.

— Попробуйте его взять, — мгновенно последовал приказ.

Пожала плечами и вытащила кристалл. В моих руках он слабо засиял, а потом начал все сильнее и сильнее наливаться светом. Я с изумлением уставилась на это чудо.

— Я же вам говорил, лорд Индарэш, девушка маг, — радостно заулыбался доктор.

— Вижу, — буркнул смурной Селестин. Он забрал у меня кристалл, положил его обратно в шкатулку, ту засунул в карман и, не смотря в мою сторону, холодно произнес: — Завтра я вернусь с дознавателем. К этому моменту, мисс Кирьяна, постарайтесь всё вспомнить. Это же для вашего блага. 

На этих словах лорд развернулся и, не прощаясь, чеканя шаг, покинул палату, а я растерянно посмотрела ему в след. 

— Не переживай, девонька, — успокаивающе похлопал меня по плечу доктор. — Всё будет хорошо. Вот вспомнишь всё, расскажешь, покаешься, вдруг лорд Индарэш и помилует тебя. Он хоть и строгий, но справедливый.

 От слов доктора легче мне не стало. Я не понимала, почему Селестин так со мной ведет, так, словно я преступница. Без вины, виноватая. Отчего-то стало грустно и обидно. Кивнула на прощание доктору, повернулась на бок, вытерла набежавшую слезу и подумала: 

«Мне нужно про новый мир узнавать и решать, как тут выжить, а не страдать по сапфировым глазам одного гада!»

Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский

Днем ранее. Королевский дворец

Чеканные шаги Селестина рикошетом отражались от увешанных картинами стен дворцового коридора. В этой части дворца, закрытой от придворных, Селестину не нужно было опасаться «нападения» озабоченных девиц, жаждущих эпично упасть в его объятия. 

Селестин поморщился. Он всего три дня назад вернулся в столицу Артании, а на него уже началась матримониальная охота. Мало ему что ли было ренегатов с их заговорами и покушениями? Теперь ещё и дамочек предстояло отслеживать. Особенно юных, незамужних. В комплекте к ним шли неудержимые мамаши, ратующие за его, Селестина, счастье, в виде будущих жён в лице их дочерей. 

Но хуже всего было то, что его постоянно преследовало наваждение. Во всех женщинах Селестин видел сбитую им девушку, её медовые глаза и темные, как кофе, волосы. Эта тяга приводила его в ярость. Не спасала даже работа.

Впереди открылась небольшая дверь канцелярии, и из неё выглянула курчавая голова секретаря. Увидев Селестина, он радостно воскликнул. 

— Лорд Индарэш, ну наконец-то! Тут доставили новые выпуски газет, так вот там написано про аварию. Вернее, про последствия аварии для одной юной мисс, — тараторил секретарь.

— Так! — поднял ладони Селестин. — Вацлав, давай медленнее и по существу.

— В прессу просочилась информация, что у мисс после столкновения с мобилем, проснулась магия, — секретарь начинал говорить степенно, но к концу речи вновь заспешил. 

Селестин тяжело вздохнул, понимая, что исправить Вацлава ему не под силу. 

— Какое именно издание? — протянул он руку к газетам, что держал Вацлав.

— «Столичный сплетник», —  секретарь передал начальству пеструю газету.

Селестин быстро пролистывал печатные страницы газеты. Его цепкий взгляд выхватывал кричащие заголовки, обрывки фраз: «Загадочное массовое убийство! Подозреваемых нет. Королевские псы бессильны…»; «Свидетели сообщают о наезде проклятого механизма на юную деву»; «Сенсация! Магами можно стать не по рождению! Из достоверных источников стало известно, что после столкновения с механизмом у неодаренной проснулась магия».

И опять перед его взглядом встал образ девушки с медовыми глазами, а следом появилось нестерпимое желание её увидеть, прикоснуться и вдохнуть нежный цветочный запах.

— Что с тиражом?

— Весь тираж изъяли, вот только…  

Вацлав замялся, и Селестин, оторвавшись от газеты, внимательно посмотрел на него, предчувствуя новые проблемы.

— Только, что?..

— К сожалению, первую партию газет успели распродать. Наши люди смогли перехватить лишь небольшую часть. Остальные газеты ушли в народ.

— Шарх! — в сердцах ругнулся Селестин, сминая в зажатом кулаке газету. — Значит так! Организовать контроль за прессой. С сегодняшнего дня все выпуски согласовывать с королевской канцелярией. И ещё…  

Дверь в соседний зал отворилась, и в комнату вошел королевский адъютант. Увидев Селестина, он прямиком направился к нему.

— Ваша Светлость, вас ждет к себе Его Королевское Величество Аларэш Искандер, — сообщил адъютант, щелкнув каблуками и вручая конверт на гербовой бумаге. 

Селестин удивился, но вида не подал.

— Его Величество у себя в кабинете? 

Поинтересовался Селестин, прочитав письмо. Получив утвердительный кивок, он повернулся к секретарю.

— Вацлав, займись прессой немедленно. И подготовь список всех недовольных моими распоряжениями, — распорядился, уже направляясь на аудиенцию к королю. 

Миновав два проходных зала и пройдя четыре поста с охраной, Селестин подошёл к кабинету короля, охраняемому магами-гвардейцами. Охрана сканировала его артефактом, распознающим истинный облик, и только после этого пропустила к королю. 

— Вызывали, Ваше Королевское Величество? — спросил Селестин, вытянувшись во фрунт и смотря вперед, а не на короля.

Король Артании, статный широкоплечий мужчина, оторвался от бумаг. На висках мужчины под солнечными лучами тут же засеребрилась седина. Увидев офицерскую стойку Селестина, король поморщился.

— Прекрати паясничать. Есть серьёзный разговор. Присаживайся, — махнул король в сторону небольшого столика с приставленными к нему креслами.

Селестин пристально посмотрел на короля, отмечая тщательно скрываемые следы усталости и проклятия, наложенного на короля предателем. Вздохнув, Селестин прошел, сел в кресло и потянулся к кофейнику, что всегда был горячий в этом кабинете. Разлив ароматный напиток по чашкам, одну он аккуратно пододвинул королю, а вторую пригубил пристально смотря на собеседника.

— Что именно желает обсудить мой венценосный брат? Явно ведь не съезд. Так в чем истинная причина вызова, Искандер?

— Причина в иномирянке, — задумчиво произнес король. — Есть большая вероятность, что в наш мир смогла попасть иномирянка. 

— Что?! — ошарашенно переспросил Селестин, не обращая внимания, как его рука дрогнула, опрокидывая чашку с кофе. — Пророчество все же правда?.. Искандер, если это так, если иномирянка действительно попала в наш мир, мы просто обязаны её заполучить. Это твой шанс спасти жизнь!

— Шанс, да. Но не единственный. Ты забыл про утерянный артефакт поглощения проклятий, — напомнил король.

— Искандер, артефакт «Реверты» легенда. О нем все говорят, но никто не видел уже десятки тысяч лет, — резко произнес Селестин, а потом с неохотой добавил. — Впрочем, как и иномирян.

— Раз одна из легенд стала правдой, значит, и артефакт существует. Его просто нужно найти.

— Искандер, откуда такая уверенность, что иномирянка прибыла в наш мир? От кого сведения?

— Вчера мне об этом поведал шаман орков, Ырсай, — произнес король, а потом добавил, доставая из-под воротника ожерелье. — Кстати, это его подарок. Он замедляет действие проклятия. Из всех собравшихся только Ырсай увидел на мне проклятье «Черной смерти». 

— Знаешь, Искандер, когда в небе появилась хвостатая звезда, я не поверил предвестнице… Нам нужно найти эту иномирянку до ренегатов.

— Вот и займись поиском. Кроме того, мне докладывают, что ренегаты стягивают силы к Дальбругу, а в свете последних событий, это наводит на определенные мысли. 

— Наводит…— Селестин досадливо поморщился. — Ещё и этот договор об обмене посольствами… Тут под шумок в Артанию не то что шпионов, армию можно будет протащить. 

«Слишком много странностей. Слишком много совпадений…» — стучала настойчивая мысль в голове Селестина. 

Он анализировал последние события, и мысли сами собой постоянно сворачивали к сбитой им недавно девушке. И чем больше Селестин думал о ней, тем подозрительней она ему казалась. Появилась ниоткуда, но так удачно кинулась именно под его машину. Одна реакция на магию чего стоит. Не бывает такой реакции, если человек не побывал в аномальной зоне Серой пустоши. А поведение ренегатов? Ведь они могли их с Кьеном задержать до прибытия своих основных отрядов, но отчего-то не стали этого делать. Почему? Такое поведение несвойственно ренегатам, если только они старались не навредить…

«Кьен прав. Эта девчонка как-то связана с ренегатами. И мне нужно выяснить как», — Селестин зло заскрипел зубами. 

От дальнейших размышленией его отвлек стук в дверь и звонкий голос племянника.

— Отец! Хорошего дня. Селестин, приветствую, — поздоровался принц Кьен. — Пап, мне сказали, что ты хотел меня видеть. Что-то случилось?

— Да, сын, проходи, присаживайся,— пригласил принца, король. — Разговор серьёзный.

Принц Кьен нахмурился, но прошёл и сел напротив отца.

— Кьен, с каждым годом магов становится всё меньше, а магический дар слабеет. Мы должны сберечь остатки магии.

— Согласен… 

— Я решил с этого года принимать в Дальбругскую Академию Магии всех, у кого есть искра магии. Пусть наша столица станет центром средоточия магов. 

— Отец, я согласен, что это нужное решение. Но я не понимаю. Я учусь на боевого мага в Северной Военной Академии… 

— Ты больше не учишься в Военной Академии, — перебил король сына. — Кьен, ты переведен в Дальбругскую Академию на факультет боевой магии.

Принц Кьен вскочил с места и, гневно сверкая глазами, уставился на отца, сжимая руки в кулаки и раздувая от ярости ноздри.

— Что значит я переведен в ДАМ?! Я курсант Северной Военной Академии! Я боевой маг! Я не могу учиться в отсталой столичной академии. Это позор для меня! Да там даже нет боевого факультета!

— Сядь обратно! Это не обсуждается, Дамирэш! — рявкнул король и грохнул кулаком по столу. — При столичной академии открыта кафедра боевых магов. В ДАМ приглашены работать лучшие преподаватели. Я хочу, чтобы Дальбругская Академия стала самой лучшей во всем королевстве. И ты, Дамирэш, как кронпринц, должен стать лицом и символом успешности этой идеи, — припечатал король и добавил. — Кроме того, в Лютенбурге ты не столько учился, сколько на пару со своими дружками кутил в игральных домах да из борделей не вылазил.

В кабинете короля повисло молчание, в котором отчетливо слышалось гневное сопение Кьена.

— Индарэш, ты уже не юнец, пора бы и повзрослеть, — более спокойно продолжил король. — Ты будущий правитель и должен заботиться о благе страны, а не своих интересах. 

— Я понял вас, Ваше величество, — сквозь зубы выдавил из себя Кьен. — Разрешите идти?

— Ступай, — отпустил сына король.

Как только за принцем закрылась дверь, король с тяжелым вздохом откинулся на спинку кресла. 

— Искандер, когда ты скажешь Кьену про убивающее тебя проклятие? — Селестин испытующе посмотрел на короля. — Он имеет право знать, что ты умираешь.

— Потом скажу, — отмахнулся от брата король и быстро сменил тему разговора. — Селестин, я хочу, чтобы ты возглавил Дальбругскую Академию Магии.

— Что?!

— Я назначаю тебя ректором столичной академии. Мой сын прав, ДАМ превратилась в болото. Исправь это. Сделай из Дальбругской Академии престижное заведение.

Другие герои истории тоже изъявили настойчивое желание показать свой лик. Сегодня предлагаю выбрать и проголосовать за наиболее подходящий образ нашего лорда, герцога Селестина Эргонского. И тоже написать в комментарии. Мне очень интересен ваш выбор. 

Немного о лорде: Полное имя Индарэш Селестин аш Драгон. Герцог Эргонский. Индарэш — первое, родовое имя в переводе означает «защитник». По правилам артанийского языка первое имя не склоняется. Селестин — второе, личное имя. В переводе означает «небесный». Склонять можно. Называть по личному имени дозволяется только самым близким людям из ближнего круга. Приставка к фамилии аш означает королевский род, не наследная ветвь.

Селестин младший брат короля Артании: Аларэш Искандера аль Драгона. Разница между братьями 15 лет. Селестин правая рука и доверенное лицо короля, сильнейший маг огня. Индифферентен к власти. Всецело предан брату и Артании.

Внешние данные: Селестин брюнет с ярко-синими глазами. Возраст — 34 года, рост — 1 м. 91 см. 

Кандидат № 1

Кандидат № 2

Кандидат № 3

Кира

Новый день у меня начался с боевого настроения. Я твердо решила больше не вестись на голубоглазого красавца. Для меня стала важнее собственная легализация в новом мире. И для этого мне срочно требовалась информация и информатор. Но вот как найти того, кто мне все расскажет про этот мир и при этом не обратит внимания на такую странность, как моё полное незнание этого самого мира — я себе не представляла. В этом месте мой план давал осечку, и я зависала, начиная обдумывать все с самого начала. 

Я по-прежнему испытывала сильную слабость, поэтому валялась в постели, обдумывая собственное будущее. То, что обратно на Землю мне ход заказан, я поняла сразу. Значит, мне предстояло приспособиться жить в этом мире. Но я не хотела жить просто. Как дитя двадцать первого века, привыкшее к комфорту и прогрессу, я не желала занимать низшую ступень в иерархии общества. Стало быть, нужно как-то «выбиться в люди», как любила говорить моя бабушка.

От размышленией меня отвлекли взволнованные голоса и топот ног в коридоре. Я насторожилась, прислушиваясь и морально ожидая новых проблем, если ко мне пожалуют с очередными вопросами. Но решила, что повторять трюк со сном не буду. Не хочу прятаться. А потому, выпрямив спину, села, гордо вздернула подбородок и приготовилась встречать гостей.

Его чеканную, уверенную походку я распознала и расслышала издалека. Тут же заполошно забилось сердце, и мне казалось, что оно стучит в такт шагам Селестина. Его шагам эхом вторили ещё несколько торопливых. Они приблизились к моей палате, а следом дверь бесцеремонно толкнули, отчего она жалобно скрипнула, и ко мне вошли несколько человек.

Первым вошедшим оказался Селестин. Прекрасный, притягательный, он распространял вокруг себя ауру мощной мужской силы. Моё сердце пропустило удар, а дыхание перехватило. Но стоило взглянуть в сапфировые глаза, как меня обожгла стужа во взгляде Селестина. Это отрезвило не хуже ледяной воды. Стало обидно, ведь я ничего не сделала плохого. Я сжала кулаки и постаралась загнать чувства глубоко внутрь. Не время!

Стараясь сохранить невозмутимое лицо, посмотрела на других вошедших. Надменного парня тоже опознала. Красавчик прислонился спиной к косяку двери, скрестил руки на груди и гипнотизировал меня пристальным взглядом. 

«Кажется, его зовут Кьен. И, кажется, он принц, если мой сон конечно правда», — изумилась я воспоминаниям и с интересом уставилась на парня. Осмотрела его с ног до головы, признавая, что, да, так должны выглядеть принцы. 

Парень просто воплощение девичьих грез: красив, строен, с притягательной внешностью правильных черт лица, чувственными губами, прямым носом, чуть раскосыми синими глазами. Смотришь на такого и понимаешь, что перед тобой стоит не человек, а божество. Не меньше. До этого момента мне не доводилось видеть монарших особ живьем, лишь по телевизору или в интернете на фото, когда я жила в своем мире на Земле. И сейчас сравнения были не в пользу последних. Да будь этот Кьен на родной Земле, он запросто бы стал эталоном красоты, топ-моделью или даже оскароносным актером. Последнее, конечно, можно было поставить под сомнение, но я, отчего-то была уверена, что и на этом поприще мажористый принц блистал бы. 

С трудом отвела взгляд от принца и глянула на вошедших следом двух человек. Один был мужчиной средних лет и явно военный, о чем говорила его форма, осанка и суровое выражение лица. А вторым вошедшим оказался кучерявый парень. Он вошел в палату и сразу устремился к небольшому столику, стоявшему возле стенки. Отодвинул медицинские предметы, разложил писчие принадлежности и выжидательно уставился на военного.

«Ясно. Значит, это секретарь. Будет стенографировать разговор моего допроса», — сделала я правильные выводы и напряглась, когда следователь достал большой прозрачный кристалл и поставил его на спинку кровати. Странно, но стекляшка не упала.

Не знаю, почему, но я посмотрела на Селестина. Он, заметив мой взгляд, на мгновение поджал губы и сухо пояснил:

— Мисс Кирьяна, как и обещал, я вернулся с дознавателем. Приступайте, Эрик, — вот так просто обратился он к мужчине.

Сам же Селестин сложил руки за спиной и уставился на меня нечитаемым взглядом. И никакого тебе пояснения, как будет проходить допрос, и для чего нужна эта стекляшка. Впрочем, думаю, я скоро все узнаю. Посмотрела на дознавателя. Наверное, у меня был очень испуганный и жалобный вид, потому как  черты лица мужчины чуть смягчились, и он произнес:

— Мисс, вам не стоит волноваться. Это обычный артефакт правды. Просто более чувствительная модель, чем обычно пользуются провинциальные дознаватели. А в остальном, все как обычно, просто говорите правду, и ничего кроме правды, — просветил меня дознаватель.

Я же из его речи выхватила самое важное: чувствительный кристалл правды. Кажется, теперь мне точно конец. Местный детектор лжи вмиг разоблачит меня, если я неправильно что-то отвечу. 

Паника окатила меня новой волной, кровь застучала набатом в ушах. Я с трудом сглотнула и заставила себя кивнуть, давая понять, что всё поняла и готова к допросу. Но я не была готова. Правда, и показать этого не могла. За моей реакцией цепкими взглядами наблюдали Селестин и Кьен, заставляя меня ежиться под их холодными взглядами.

— Прекрасно, мисс. Тогда назовите свое имя, — попросил дознаватель, а парнишка за столом шустро всё записал.

— Кир.. — начала говорить я и осеклась. 

Во-первых, у моего тела было другое имя, а во-вторых, я заметила, что прозрачный как стекло кристалл начал мутнеть, словно в него влили туман. Вдохнув, я набрала воздуха и произнесла:

— Моё имя Кирьяна, коротко Кира, — произнесла я и покосилась на кристалл, что стал абсолютно белым.

— Хорошо, мисс. Как вы оказались в столице Артании?

— Я… я не знаю, — растерянно пискнула в панике, понимая, что действительно не знаю, как попала сюда.

Кристалл остался белым, что немало озадачило окружающих. Дознаватель, не ожидавший такой реакции, недоумённо молчал, не спеша задавать мне других вопросов. Наверное поэтому Селестин решил вмешаться в допрос.

— У вас есть предположения, как вы могли оказаться в Дальбруге?

Что такое этот Дальбруг, я не знала, а потому отрицательно замотала головой и произнесла: 

— Нет.

На моих словах белый до этого момента кристалл мигнул и окрасился в розово-красный цвет.

— Ты врешь, побродяжка! — припечатал меня принц.

Я вся сжалась, лихорадочно ища выход.

Кира

От страха моё сердце грохотало так, что казалось его стук слышно даже на улице. Мозг силился найти выход из тупикового положения, но решение не находилось. Тем более, под прицелом четырёх пары глаз. Мажорный принц смотрел угрожающе. Дознаватель хмуро. Секретарь окинул безразличным взглядом и что-то записал в своих бумагах. А вот Селестин прищурился и сверлил меня подозрительным взглядом. 

Врать нельзя! Эта чертова стекляшка мгновенно почует ложь и сообщит об этом. Вот же ж гадство! 

Молчание затягивалось. Оно угнетало, придавливая бетонной плитой, а взгляды присутствующих с каждой секундой тяжелели. Мне казалось, что в воздухе зависли невидимые часы, отсчитывающие последние моменты перед вынесением мне приговора. 

Судорожно вздохнув, я набралась смелости и сдавленно  произнесла: 

— Я действительно не знаю как оказалась в том месте. У меня не сохранилось никаких воспоминаний. 

Кристалл остался белым. Я тихо выдохнула, чувствуя, как потеют подрагивающие от напряжения ладони. Секретарь, внимательно следивший за происходящим, качнул головой и что-то записал. А вот Селестин холодно заметил:

— Но у вас есть предположения. Так ведь, мисс?

— Есть, — не стала отпираться.

Кристалл вновь остался белым. Я молчала, а Селестин изогнул бровь, давая мне понять, что желает услышать эти самые предположения. 

— Я предполагаю перенос… — ответила тихо и шепотом добавила. — Телепортацию.

Не знаю почему, но я была уверена, что для этого мира полной магии телепортация все равно сродни фантастике. В собственных предположениях убедилась мгновенно, когда, после услышанного, Селестин многозначительно переглянулся с принцем, а потом приказал секретарю убрать эту информацию из протокола допроса. 

— Мисс, а что последнее вы помните, — спросил озадаченный дознаватель.

В тот момент я чувствовала себя идущей по тонкому льду, одно неосторожное движение и провалюсь, уйдя на дно под воду. Мне этого не хотелось. Может, потому, что я уже один раз умерла в своем мире, и раз судьба дала мне шанс, то нужно им воспользоваться?

Тщательно подбирая каждое слово, я начала отвечать.

— Я попала под машину.

И снова многозначительные переглядывания. А секретарь все слушал и шустро записывал.

— Для чего вы приехали в Дальбруг? — новый вопрос.

— Я действительно не помню. Я потеряла память, — всхлипнула и посмотрела на дознавателя. 

Кажется, мужик мне попался на редкость черствый, сочувствием ко мне он не проникся. Да и все присутствующие не проявили никаких эмоций. Ну, кроме принца. Его почему-то перекосило. 

— А как ты объяснишь, что у тебя, не мага, появилась магия? — выплюнул слова мажористое высочество.

— Я ничего не знаю ни про какую магию!

Выпалила на эмоциях и уставилась на кристалл. Он остался белым, что немало удивило присутствующих. Вот только принца это не остановило, и он продолжал распаляться.

— Что, даже нет предположений? — издевательски хмыкнул он, а потом зло процедил сквозь зубы. — Знаешь побродяжка, как у не мага может появиться магия?

Я не знала и почему-то знать не хотела. Чувствовала, что эти знания мне не принесут радости. Но мажористое высочество чихать хотел на мои желания, поэтому он меня просветил.

— Не знаешь? Так я сейчас тебе расскажу. Не маг может получить магию, если её пересадить. Забрать у мага и передать другому с помощью специального ритуала. Запретного, кстати, ритуала. Потому что существо, у которого отобрали магию, гарантированно умрёт. Скажи, что ты не знала об этом?

— Я не… — слова мне давались с трудом. — Я не понимаю, о чем вы, Ваше Высочество, говорите.

— Побродяжка, по документам у тебя не было магии, а тут резко появилась, — пояснил принц и добавил. — Я раньше не мог понять, почему там, на площади, ренегаты не напали на нас. А ведь всё оказалось просто. Эти отступники боялись за тебя. Будешь и дальше отпираться, что не в сговоре с ренегатами?

Чем больше я слушала, тем сильнее впадала в шок. Вспомнились слова медсестер, что разговаривали возле моей палаты о том, что я преступница. Осознание полной катастрофы накрыло меня с головой. Вот теперь точно счет до приговора пошел на секунды. Собрав в кулак всё мужество, я, смотря в упор на принца, твердо произнесла: 

— Я, Кира, клянусь, что не имею понятия, о чем вы говорите. Я не участвовала ни в каких ритуалах. И я не знаю ренегатов. Я клянусь, что раньше у меня не было магии, и я не знаю, как она у меня появилась. Но всё случившееся считаю чудом и даром богов. 

После моей речи все уставились на кристалл. Он так и остался абсолютно белым. Кажется, такое правдивое признание удивило и обескуражило всех, включая принца.

— Я не очень-то в это верю, — спустя минуту фыркнул гад королевских кровей. — Конечно, повлиять на кристалл правды невозможно… Но раньше и случаев, когда у не мага вдруг появлялась магия, тоже не было. Поэтому я не верю всему тому, что эта девица вещает.

От такого заявления я растерялась. По логике принца получалось, что если кристалл окрашивался, то он исправен. Но если оставался белым, то получалось он неисправен. Логика высшего порядка! 

Я чувствовала, что начинаю звереть от такой ситуации. В конце концов, пострадавшая тут я. Это они меня сбили, совершив наезд, это из-за них я валяюсь сейчас на больничной койке, и при этом меня пытаются обвинить невесть в чем. Очень захотелось закатить банальную женскую истерику. 

Закрыла глаза, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Потом на вдохе напомнила себе, что я не в родном мире, и что тут совсем другие порядки. На выдохе вспомнила, что вообще-то я разговариваю с принцем. Особой королевских кровей. И пусть этот самый принц мажористый гад и сволочь, правила этикета никто не отменял. 

Дыхательная гимнастика мне помогла. Она всегда мне помогала даже в моей прошлой жизни. Открыв глаза, я обвела взглядом всех присутствующих, а потом взглянула на принца и спокойно произнесла.

— Мне жаль, что мои слова не достаточно убедительны. Может, можно использовать другой кристалл? 

— Кристал исправен, — вмешался Селестин, до этого момента стоявший молча. — Просто соврите, мисс. 

Намек я поняла и мгновенно выпалила: «Я демон преисподней». Ожидаемо кристалл мгновенно стал ярко-красным. 

— Однозначно, вы не демон, мисс, — губы дознавателя дрогнули в улыбке. 

— Всё равно я настаиваю на дополнительной проверке, — не унимался гадистый принц. И самое плохое, что его никто не собирался одергивать. — Я требую дополнительную проверку.

— Ваше Высочество, вы желаете осмотреть тело мисс Кирьяны на ритуальные пентаграммы? — понимающе закивал дознаватель. — Думаю это разрешит все недоразумения. 

А до меня с опозданием дошло, чего именно желает принц. Неверяще я уставилась на сволочь королевских кровей.

Кира

Сказать, что я была в шоке, это не сказать ничего. Хуже всего то, что идею принца поддержали все. Даже Селестин, хоть от чего-то и скрипел зубами, но согласился, что проверка решит все недопонимания и избавит меня в дальнейшем от подозрений. 

Я тяжело вздохнула и до боли сжала кулаки, понимая, что, кажется, мне не избежать обнажения перед этими мужчинами. Заставят. Всё же мужики в любом мире остаются мужиками, им бы на обнаженное женское тело поглазеть. 

— Ну что же вы, мисс, так стушевались? — издевался гадское Высочество. — Если ты побродяжка не причем, то тебе нечего бояться. Тебя осмотрят маги и подтвердят твою невиновность, — последнее слово принц особенно выделил, намекая, что он не верит в мою непричастность к ренегатам.

 Мне сразу стало стыдно, противно и страшно. Всё же даже мне, закаленной свободными нравами двадцать первого века, претила мысль раздеваться перед четырьмя незнакомыми мужиками. А вот настоящая Кирьяна Астон, тело которой я заняла, вообще-то невинная девушка, и её такое должно ужасать. Сомневаюсь, что подобные проверки не бросают пятно на честь и репутацию юной девы. Уверена, стань про инцидент известно местному обществу, позора не избежать.

Понимал ли принц, что таким образом оскорбляет и унижает меня? Думаю, да. Более того, он делал это намеренно, давая понять, что я никто, бесправная песчинка в руках власть имущего.

— Но ты можешь отказаться, — после минутного молчания сладко пропел гад мажористый и, когда я, не поверив, на него посмотрела, то пояснил. — Твой отказ сотрудничать со следствием можно будет расценивать как признание в виновности. А это значит, тюрьма и суд. Сговор с отступниками приравнивается к высшей государственной измене и карается смертью. Ты готова попрощаться с жизнью, побродяжка?

Я готова не была. Я хотела жить. Пусть и в этом странном, необычном мире со средневековыми законами, но жить. Не знаю почему, но с момента осознания, что я очутилась в другом мире ни разу не сомневалась, что попала я сюда окончательно и бесповоротно. У меня даже мысли не возникало, что моё тело лежит в реанимации в родном мире в коме, а эта реальность мне кажется. Отчего-то я знала, все по-настоящему. Именно поэтому я хотела жить. 

— Я… — голос мой предательски дрогнул. — Я не отказываюсь сотрудничать со следствием, — произнесла глухо и потупила взгляд. 

Смотреть ни на кого не хотела. Было больно, что никто не заступился за меня. Больно, что Селестин не пожелал защитить, попустительствовал моему унижению. Хотя с чего бы ему меня защищать? Глаза обожгли непрошенные слезы, но я их сдерживала. Не буду плакать. Я сильная и смогу пройти эту унизительную проверку и не разрыдаюсь. Наши женщины и не на такое способны. Просто представлю себя в роли актрисы. Да, пожалуй, именно так и сделаю, представлю себе сцену с раздеванием из фильма. Вокруг на съемочной площадке снуют гримеры, режиссер, оператор… 

Как воочию я услышала слова: «Тишина на площадке! Камера. Мотор. Съемка».

В этот момент во мне что-то произошло. Словно находясь в трансе, я откинула одеяло, которым прикрывалась до этого момента и спустила на прохладный деревянный пол босые ступни. При этом подол моей сорочки задрался до середины бедра, выставляя на всеобщее обозрение длинные, стройные ноги.

— Как вы видите, господа, ноги у меня чистые. Без рисунков, — собственный голос я не узнала, таким он был вымораживающим, но полным достоинства. — Этой длины достаточно, или мне задрать сорочку выше?

— Не нужно, — хрипло ответил кто-то рядом. 

Но я даже не оглянулась. Я играла навязанную мне роль. И я, буду не я, если не получу за эту сцену «Оскар». Пусть даже и в моем воображении. 

Поэтому я подняла глаза на застывшего соляным столбом принца и, смотря прямо в потемневшее глаза Высочества, медленно потянула вначале за первую, а потом за вторую завязку. 

Вырез у сорочки был глубоким, и она не спадала лишь потому, что держалась за счет завязок. Но стоило их развязать, как ткань сползла с левого плеча и заструилась вниз, обнажая моё тело. 

Правда, скромность все равно взяла верх. Когда ткань сорочки только заскользила, я положила одну руку на грудь, прикрывая её, а второй прикрыла низ. 

Белая ткань сорочки, подобно пене, улеглась у моих ног, а я стояла внутри неё как «Венера» Боттичелли и по-прежнему смотрела в глаза принца.  

— Достаточно, — резкий, хриплый голос выдернул меня из транса, и на мои плечи легло одеяло. — Простите, мисс, что вам пришлось пройти эту процедуру. Даю вам слово чести, Кирьяна, за пределами комнаты об этом никто не узнает. 

Слова Селестина доносились до меня, как сквозь вату. Это именно он не выдержал, сдернул с кровати одеяло и укрыл меня, закутав словно в кокон, а потом поднял и усадил прямо в кровать. Сам же присел рядом.

— Кирьяна, — взволнованно позвал меня лорд Селестин. — Кира, посмотри на меня.

Посмотрела. На дне его сапфировых глаз я рассмотрела тревогу, боль и злость. Увиденному даже удивилась. Правда, отрешенно. На меня словно напало какое-то отупение, я ничего не чувствовала, и смысл слов до меня доходил с опозданием. 

— На сегодня допрос прекращаем, — раздраженно процедил лорд Селестин. — Вацлав, срочно позови лекаря.

— Не… не нужно прекращать допрос, — попыталась возразить я, представив, что в следующий раз мне вновь придётся проходить через унизительные проверки.

— Нужно! — резко припечатал меня лорд Селестин. — Кира, ты в полуобморочном состоянии. Какой может быть допрос? 

А мне от этой заботы захотелось расплакаться. Ранее Селестин ничего не сделал, не остановил принца, а теперь он решил позаботиться? Вовремя, ничего не скажешь. 

Вспомнив про королевскую сволочь, я посмотрела на выход, туда, где так и стоял столбом принц. Его черты лица как-то заострились, а темно-синие глаза словно мерцали. Уловив мой взгляд, гадское Высочество, сглотнул, и хрипло произнес:

— Я, пожалуй, пойду. Без меня тут заканчивайте. — На этом он развернулся и пулей вылетел из палаты. 

Зато ко мне прибежал вызванный секретарём целитель, мистер Трэвис. Он вмиг запричитал, что мне нельзя так перенапрягаться, что я еще не восстановилась до конца. Всё это я слушала краем уха, потому что моё сознание медленно уплывало в такую уже знакомую темноту.

➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤☆➤

Дорогие читатели,  подписывайтесь на мою страницу, так вы не пропустите важную информацию и следующие главы.

Дамирэш Кьен аль Драгон, кронпринц Артании

Кьен стрелой выскочил из больничной палаты. И, не обращая внимания на окружающих, зашагал по коридору прочь на выход. Он увидел краем глаза, как к нему было бросилась какая-то смутно знакомая девица, но он отмахнулся от неё как от назойливой мухи. Кьен был не в том состоянии, чтобы с кем-либо разговаривать, улыбаться или быть милым. 

Чеканя шаг, Кьен шёл и думал. Перед его мысленным взором стояла обнаженная с гордо вскинутой головой побродяжка. Её светло-карие, словно мёд, глаза смотревшие в его, в тот миг метали молнии. Но как же она была красива в своей беззащитности. И независима. Это его бесило. Злило до жути, до белых звёздочек в глазах. Побродяжка раздражала. Еще с того момента, как он увидел её лежащую возле их мобиля, понял, что она его зацепила. Кьен сам не понимал, почему хамит и грубит ей, но что-то внутри него постоянно требовало задирать и цеплять девушку. А потом наблюдать, как она не ломается и не раболепствует перед ним, несмотря на грубость.

Вот и сегодня он не сдержался. Ну вот что ему стоило потребовать проведение процедуры проверки женщиной магом? Ведь по правилам так и должно было быть. Но Кьен отмёл правила, и ему никто не посмел перечить. Даже Селестин не возразил, хотя так скрипел зубами, что, казалось, в порошок их сотрёт. Но промолчал. И правильно. Кьен кронпринц, будущий правитель Артании, и его решения или слова не должны прилюдно подвергаться сомнению. Селестин это понимал, а Кьен сегодня воспользовался этим своим правом. Но то, что произошло дальше, предугадать не смогла бы даже опальная богиня пророчества Гвинэт.

— Шарх! — выругался Кьен, не сумев выгнать из памяти прекрасные женские формы.

Он был уверен, что после озвученного провокационного предложения, побродяжка впадет в истерику, начнёт реветь и просить его, Кьена, о милости. А он, так уж и быть, будет снисходителен и позволит себя уговорить. Не просто так, конечно. Нет. Он предложит малышке провести с ним ночь. Это небольшая цена за жизнь и благодарность за помилование. 

Мысль о постеле вкупе со сценами обнаженной девушки запустила огонь по венам Кьена. Он мотнул головой, прогоняя наваждения и что есть силы пихнул створки парадных дверей Королевского госпиталя, выходя наружу. Вдохнув полной грудью свежий воздух и подставив лицо под ласковые солнечные лучи, Кьен зашагал по аллее прочь от госпиталя.

И все-таки ситуация с побродяжкой беспокоила его. Он принц, наследник престола, и третировать девчонку ниже его достоинства. Сколько ей? Вроде восемнадцать только исполнилось. Он старше неё на пять лет. Тогда почему он так себя ведет? Почему в нем уживаются такие странные желания? Кьена тянуло к девчонке, он желал видеть побродяжку, а как только видел, то начинал ей грубить, чтобы сделать больно. Но по-другому он не мог. Что-то в девушке провоцировало его на агрессию.

— Странная она какая-то, — задумчиво пробубнил Кьен, шагая по больничной аллее. — Может, действительно, связана с ренегатами? Хотя пентаграммы на теле не было… Но мало ли какие ещё ритуалы придумали отступники. Нужно будет всё еще раз проверить… 

На этой мысли образ обнаженной девушки вновь встал перед глазами, и Кьен зашипел с досадой. Только успокоился, и вновь по крови гуляет огонь желания. 

— Эй, твое Высочество, куда ты идешь с таким лицом? — окликнул принца весёлый голос. 

Кьен обернулся и увидел, как по боковой дорожке, в обнимку с милыми зельеварками судя по форме, к нему приближается его неизменная свита: Жан-Эмиль Кертекский, друг детства и его правая рука, телохранитель по совместительству. Вторым идущим был Натан Лиан арʼВиранский, тоже друг и телохранитель, но уже со времен военной академии. И хотя в их с герцогом Кертекским компанию, маркиз влился всего десять лет назад, стал достойным соратником по всем шалостям и проказам. 

Вот и сейчас, судя по тому, что на каждого мужчину было по две женщины, которых они, не стесняясь, обнимали за талию, эти двое что-то затевали. Хотя и так понятно, что. 

— Ваше Высочество, позвольте вам представить этих прекрасных мисс, — выступил вперед довольный герцог Кертекский и, кивая то на одну красотку, то на вторую, представил их. — Мисс Анжела и мисс Катрин.

Обе очаровательные мисс сделали шажок вперед и присели в реверансе, очень умело зардевшись. 

— Ну тогда и я представлю вам, мой принц, своих дам, — подтолкнул вперед более робких девиц маркиз арʼВиранский и, попеременно целуя руки, представил. — Прелестная мисс Хелли и очаровательная мисс Флора.

— Рад знакомству, дамы, — сдержанно произнес Кьен, внимательно рассматривая скромницу Хелли. 

— Мы тут нашей прекрасной компанией решили отдохнуть. Перекусить, кофе попить, — начал герцог Кертекский, улыбаясь так, что стало очевидно, чем закончится перекус. — Ваше Высочество, может, присоединитесь к нам?

Кьен задумался. Осмотрел еще раз девиц, отмечая, что Хелли чем-то неуловимо напоминает ему побродяжку. Сравнение вновь воскресило в памяти обнаженное тело, и он чуть вновь не застонал в голос. Вот только же успокоился и опять… Нет, ему определенно нужна разрядка, нужно утолить мужской голод, вытравить из памяти притягательный образ. И эта малышка вполне подойдет на замену.

— А куда вы планировали пойти? — спросил прохладным тоном Кьен и, не дожидаясь ответа, пошел в сторону выхода из госпиталя. Он знал, что его свита двинется следом.

— Ну мы думали пойти в «Цветущую магнолию», — сообщил герцог Кертекский, а его дамы разом выдохнули. 

Ну да, «Цветущая магнолия» прекрасное место отдыха, где любит отдыхать аристократия. Вот только у «Магнолии» был существенный, на данный момент, недостаток. У этого заведения не было отдельных номеров или уединенных кабинетов.

— У меня предложение получше, — минуту спустя, изображая задумчивость, произнес Кьен. 

Он чувствовал, как девицы, затаив дыхание, ловят каждое его слово. Но игра должна быть разыграна как по нотам. И его друзья знали свои роли.

— А можно поинтересоваться, какое именно предложение у нашего принца? — мгновенно поинтересовался маркиз арʼВиранский.

— Я всех приглашаю в «Небесные грёзы». На моё имя там всегда зарезервирован отдельный кабинет с видом на Алаурт. Мы сможем полюбоваться на водную гладь на закате, — тоном искусителя произнес Кьен, и по огню в глазах девиц понял, что добился своего. Отказаться от посещения самого дорогого и изысканного места для избранных девицы не смогли.

Скрыв торжество за милой улыбкой, Кьен предложил локоть зардевшейся Хелли и повёл её вперёд. Прекрасное тело побродяжки вновь встало перед глазами Кьена, но теперь он знал, как избавиться от наваждения. Его лекарство шло рядом, пока Кьен представлял, что, и в каких позах с ней сделает.

Сегодня предлагаю выбрать и проголосовать за наиболее подходящий образ нашего принца Дамирэш Кьена аль Драгон. И, следуя традиции, тоже написать в комментарии. Мне очень интересен ваш выбор. 

Немного о принце: Полное имя Дамирэш Кьен аль Драгон. Кронпринц Артании. Дамирэш — первое, родовое имя в переводе означает «крепкий». По правилам артанийского языка первое имя не склоняется. Кьен — второе, личное имя. В переводе означает «воин». Склонять можно. Называть по личному имени дозволяется только самым близким людям из ближнего круга.  Приставка к фамилии аль означает королевский род, наследная ветвь.

Родители Кьена: единственный сын короля Артании: Аларэш Искандера аль Драгона. Мать: Виоланта Тар-Нэш аль Драгон. Мать умерла во время вторых родов, когда Дамиру было 7 лет. Король так и не женился во второй раз.

Близкие друзья, соратники и телохранители принца: Жан-Эмиль герцог Кертерский и Натан Лиан маркиз арʼВиранский.

Внешние данные: Кьен брюнет с синими глазами. Возраст — 23 года, рост — 1 м. 85 см. 

Кандидат № 1

Кандидат № 2

Кандидат № 3

Кира

Дознаватель, как и лорд, пришли ко мне на следующий день. Селестин зачем-то еще и букет роз принес. Местная медсестра поставила цветы в вазу на моём подоконнике. Я заметила, как она зыркает на розы и дарителя, вздыхает, догадалась, что она хотела бы забрать их себе. Но, скорее всего, поостереглась грабить пациентку при дарителе.

За цветы я сдержанно поблагодарила, но подумала, что это явно попытка извиниться за вчерашнее происшествие. Что ж, пусть стоят, украшают палату.

Благодаря укрепляющим отварам, я чувствовала себя гораздо лучше. Поэтому продолжение допроса прошло вполне спокойно. Мне задавали вопросы, кристалл подтверждал, что я не вру, как и то, что я ничего не знаю. Наверное, именно поэтому Селестин не взял с собой курчавого парнишку-секретаря. Записывать-то особо было нечего. 

Но больше всего меня порадовало то, что не пришёл гнусное Высочество. Мне до сих пор было стыдно, и я боялась поднять глаза на мужчин, хотя что лорд, что дознаватель старались вести себя так, словно ничего не произошло. Но мне все равно было не по себе. 

— Мисс Кирьяна, — обратился ко мне Селестин, когда дознаватель ушел, а сам лорд остался для важного разговора. — Какие у вас планы на будущее? 

Я только плечами пожала. Ну какие могут быть планы, когда я ничего не знаю? Не знаю, как устроен этот мир, ничего не знаю про законодательство, про общество, порядки, религию, образование. И если вдуматься, то это страшно, быть такой не приспособленной. Я не знала куда идти, когда меня выпишут из госпиталя. Одинокая молодая девушка на улицах незнакомого города. Я не питала иллюзий, где в итоге могу оказаться: в борделе или в тюрьме за кражу хлеба. Потому что, где брать средства на существование в чужом мире, я тоже пока не знала.

Наверное мой тяжелый вздох был очень печальным, потому что Селестин предложил следующее:

— Мисс Кирьяна, в вас проснулась магия. Да, артефакт не определил дар и его силу, но магия есть. Это уже очень хорошо.

— Но я не чувствую в себе магию. Да если бы и чувствовала, я не умею управлять ею.

— Вот поэтому я рекомендую вам, Кира, поступить в Дальбругскую Академию Магии, — предложил лорд Селестин, а увидев моё сомнение, пояснил. — В этом году там принимают всех, у кого артефакт выявил наличие магии. Распоряжение короля. 

— У меня нет денег, чтобы оплатить обучение, — сказала я, предположив, что учёба в их мире не может быть бесплатной.

— Подпишите договор на обязательную отработку на благо королевства на семь лет, — отмахнулся Селестин и продолжил. — Поймите, Кира, в вашем состоянии не следует бродить одной по городу. Тем более, после того, как у вас нашли магию. Это может плохо для вас кончиться.

— Хорошо, я подумаю лорд… — и тут я запнулась, не зная, как мне его назвать. Гадский принц называл лорда — Селестин, а местный доктор и другие люди обращались — лорд Индарэш.

— Позвольте представиться, лорд Индарэш Селестин аш Драгон, — поклонился мужчина. — Но вы, если мы наедине, можете звать меня Селестин.

— Хорошо, лорд Селестин, я воспользуюсь вашим предложением, — улыбнулась я в благодарность и впервые за весь разговор подняла глаза на мужчину. 

Под внимательным, сосредоточенным взглядом лорда я смутилась и потупилась. 

— Выздоравливайте, мисс, — пожелал Селестин и наконец-то ушёл, а я облегченно выдохнула.

Первым делом я распотрошила сумку. Хорошо, что мне ее вернули. Нужно же знать, чем я «богата». Залезла под кровать, достала поношенный кожаный мешок и вытряхнула его содержимое на кровать. Вещей оказалось немного. В холщовом мешочке лежало сложенное нижнее бельё: две нательные комбинации и трое трусов в виде шортиков. Увидев последнее, я с облегчением вздохнула, а то я уже начала опасаться, что придется носить средневековую жуть в виде панталонов. Правда, моя радость омрачилась тем, что моё белье явно лапали дознаватели. Бррр. Решила, что попозже схожу в комнату с санузлом и постираю одежду. Как раз за ночь высохнет. 

Кроме нижнего белья в сумке оказалась пара длинных гольф, лёгкое, явно домашнее платье из ткани, похожем на наш трикотаж. А еще в сумке лежали документы и небольшой кожаный кошель. Вот за последний я и ухватилась. Развязала тесёмки и вытряхнула монеты на одеяло. Среди пригоршни медяков было две серебрушки. Я, конечно, не знаю местный номинал монет, но мне кажется, что серебро должно цениться. Вывернула сумку наизнанку, но потайных кармашков не нашла, как потом не нашла и на одежде никаких вшитых богатств. А жаль, думаю, золотой мне бы не помешал. Хотя кому когда деньги мешали?

Взяла в руки документы, прочла своё новое имя: Кирьяна Астон, уроженка северного округа княжества Филандара. И, как я помнила, мне восемнадцать лет. Вот угораздило меня попасть в такую юную особу… 

Я, собирая вещи, так задумалась, что не заметила, как в мою палату вошла уборщица, миссис Сария. 

— Кирьянушка, ты как себя чувствуешь, дочка? 

Пожилая миссис подрабатывала при госпитале, и я с ней познакомилась вчера, когда она пришла убирать мою палату. В моём лице женщина нашла благодарную слушательницу, вот, правда, в основном, она говорила про свою жизнь и внучку, что осталась на ее попечении, после того, как пять лет назад дочь заболела и умерла. Из рассказа я поняла, что миры-то хоть и разные, а проблемы у всех одинаковые. 

— Вроде, хорошо, — ответила я и помогла миссис Сарии внести ведро с водой.

— Я слышала, мистер Трэвис собрался тебя завтра выписывать. Хотя память к тебе так и не вернулась. Ох, горе-то какое, — запричитала женщина.

На это я лишь пожала плечами. Не могу я всю жизнь прятаться в госпитале. Мне нужно вживаться в этот мир, находить себя. Ведь я не просто так сюда попала, думаю, мою душу для чего-то закинуло в этот мир.

Тем временем миссис Сария, шустро орудуя шваброй, продолжала расспрашивать меня, параллельно сообщая новости.

— Ну и куда ты пойдешь? Не помнишь же ничего… Или тебя решил забрать к себе этот твой лорд?

— Как-кой лорд? Куда забрать?

— Ну высокий, синеглазый такой, краси-и-ивый, что глаз не отвести, — мечтательно пояснила мне миссис, опершись на швабру. — Он же, Кирьяна, твоё лечение оплатил. Только я вот что скажу тебе, девонька. Слышала я, что у тебя магию нашли, а раз так, то иди ты в академию учиться. Магам в нашем королевстве почёт и уважение. Маги ценятся так, что им титул и земли король даёт. Маги не бедствуют. А вот если станешь содержанкой у этого лорда, то он поиграется с тобой и выкинет на улицу. И хорошо если не брюхатую, — тяжело вздохнула миссис Сария, вспоминая собственные ошибки молодости. 

— Так я и думала пойти учиться, — призналась я, вспомнив, что Селестин говорил про прием в этом году. А потом, пользуясь случаем, решила уточнить: —  Миссис Сария, а можете меня сориентировать по ценам в столице? А то я ничего не помню… 

Мне в подробностях рассказали, что, где и сколько стоит. Поведали и названия магазинов, и лавок с адресами, и именами их держателей с описанием семей. Я старалась все запомнить, но уже скоро поняла, что запуталась. А миссис Сария, закончив с уборкой, все рассказывала и рассказывала.

— Ты вот что Кирьяна, если не получится с академией, приходи к моей внучке. У неё кофейня по улице Кузнецкая, дом пять. У нас, правда, всего одна комната над магазином, но мы что-нибудь да придумаем, — улыбнулась миссис Сария, а я чуть не расплакалась от её доброты. 

Женщина ушла, а я тщательно зазубрила адрес и, подхватив белье, отправилась его стирать, как и собиралась. Персонала в госпитале было мало, поэтому я  развесила чистую одежду на спинках кровати и стула, не дожидаясь вечера. Сама уселась на подоконник и стала рассматривать утопающий в зелени сад, который со второго этажа моей комнаты неплохо просматривался. Теплый ветерок трепал мой больничный халат, до уха долетала птичья трель, а нос улавливал аромат цветов, стоявших на подоконнике. Подарок Селестина.

Я погладила бутоны роз, и мысли сами собой свернули на подарившего их лорда. Да, Селестин был невероятно красивым мужчиной, я смотрела на него, и у меня замирало сердце. Но при этом лорд был странным. Или для него нормально так себя вести? Я не понимала поведения Селестина. То он заботится, то начинает подозревать во всех нарушениях, то защищает, то не вмешивается, когда на меня нападают. Да и намерения лорда были мне не понятны. Но вот что мне теперь точно нужно, так это попасть в их магическую академию. Там-то точно я смогу получить необходимые мне знания.

С такими мыслями я просидела на подоконнике до глубокой ночи. Вдоволь налюбовалась звездами и незнакомыми мне созвездиями, подумала, что все миры созданы одинаково, раз в небе есть звезды. Потом я вспомнила про собственный мир и, утирая слёзы сожаления по не прожитой моей земной жизни, ушла спать. 

А утром в мой сонный мозг заползли воркующие голоса и смех, а вот последовавшие следом стоны разбудили меня окончательно.

Кира

Легла я поздно ночью. Долго не могла уснуть, все думала и думала, как же мне дальше жить в этом мире? Заснула под утро, когда ночную мглу начал разбавлять серый предрассветный сумрак. Именно поэтому я, наконец-то забывшись сном, сладко спала и пропустила завтрак. И наверное, и дальше бы спала, но мне стали настойчиво мешать. 

Вначале послышались воркующие голоса. Приторно-сладкие, я мысленно скривилась. Потом добавился заливистый смех, он звонко ввинчивался в мое сознание, и хотелось пожелать хохотушке съесть пару килограммчиков лимонов. Спать хотелось до одури, голова раскалывалась из-за недосыпа, но доносившийся в мою палату через распахнутое окно шум мешал отдыхать. Хотя все же я попробовала, накрылась с головой и попыталась задремать. Получилось. Я уснула крепким сном.

Я спала и видела приятный сон. Мы с мужем гуляем по городскому парку и любуемся природой. Вдруг Сергей стал исчезать и пропал, словно и не было его, а в следующий миг я увидела бывшего мужа занимающимся сексом со Светкой прямо на парковой скамейке. При этом моя лучшая подруга так противно и громко стонала, что я попыталась закрыть уши, чтобы не слышать эти вопли. Я дернулась и окончательно проснулась.

Выбравшись из-под подушки, я поняла, что стоны мне не снились. Они доносились из распахнутого окна и наполняли мою палату, странным образом резонируя и усиливаясь в разы. Представила, как на этот шум ко мне сбежится весь госпиталь и решила закрыть окно. Но прежде чем его закрыть, я всё же выглянула и посмотрела вниз. 

Увиденная сцена лишила меня дара речи.

«Да что же это такое? Почему я в последнее время постоянно натыкаюсь на парочки занимающиеся любовью?» — моему возмущению не было предела.

Прямо под моими окнами черноволосый красавец имел местную медсестру. Он вжал её в стену и, удерживая под бедра, ритмично двигался, а девица, с расстегнутым корсетом, задранным до пояса подолом, стонала так, что у меня заалели уши. Не знаю, сколько бы я ещё зависала от шока, но за спиной послышался скрип дверей моей палаты, а следом строгий вопрос:

— И что тут у вас происходит, мисс?

Я дернулась. Отскочила от окна, а потом с грохотом закрыла распахнутые створки. Послышался вскрик и ругательства. Когда я развернулась к вошедшей, то за окном на всю округу уже не стонали. Там матерились. 

— У меня всё хорошо. Этот шум был с улицы, — пожала я плечами и посмотрела на вошедшую медсестру честными глазами. 

Медсестра глянула на меня подозрительно, потом наклонилась и посмотрела под кровать. Кого она там хотела найти? Не найдя, недовольно поджала губы и строго произнесла: 

— Сейчас к вам придет мистер Трэвис.

Медсестра ушла, а я глянула на закрытое окно. Что-то меня в нем смутило. Нахмурилась. И тут меня осенило: 

«Цветы!» 

С колотящимся сердцем метнулась к окну, распахнула створки и посмотрела вниз. Слава богу, я никого не убила, но картина мне открылась зрелищная. Мокрая девица шипела и ругалась, пытаясь натянуть платье обратно. Мне сверху хорошо было видно, что розы сильно поцарапали ее обнаженное тело. Брюнет же сдавленно матерился и держался за лоб, а из-под его пальцев на лицо струйкой стекала кровь. 

Увиденное заставило меня испуганно охнуть и тут же зажать рот рукой. 

Брюнет мгновенно вскинул голову, косая челка мотнулась, и на меня уставились светлые глаза, полные такой ярости, что я испуганно пискнула и быстро спряталась обратно в комнату.

— Эй, ты! А ну вернись, дрянь! — раздался злой окрик раненого красавчика.

«Да, конечно, только шнурки отутюжу», — мысленно ответила брюнету и плотно прикрыла ставни. Ещё и на шпингалет закрыла для надёжности. На всякий случай. 

Внизу мне что-то кричал брюнет, но я не вслушивалась. Судя по интонации ничего хорошего меня не ожидало. Потом, судя по визгам, к обещаниям присоединилась поцарапанная девица. Её я тоже предпочла не слушать. 

М-да… Нехорошо получилось как-то. Я не собиралась им вредить: наносить травмы девице и обламывать парню кайф. С вазой случайно получилось. И вообще, эта парочка сама виновата, нечего было устраивать любовные игрища под моими окнами.

Дверь в мою палату вновь отворилась и вошёл врач. Он окинул меня внимательным взглядом и поинтересовался.

— Миссис, как вы себя чувствуете?

— Вроде хорошо.

— Ну и отлично. Лорд Индарэш не оставлял по поводу вас никаких указаний, поэтому я вас выписываю. Хотя у вас, мисс, так и не восстановилась память, но в лечении вы больше не нуждаетесь. Магические каналы восстанавливаются, их напитка магией идет хорошо. Со временем все вернется и станет как прежде.

«Как прежде уже не станет», — с тоской подумала я, но вслух спросила другое.

— Спасибо, за помощь. А что с моей одеждой?

— Вам её сейчас принесут, мисс. Не болейте больше.

Доктор ушел, а я быстро собирать вещи, особо не складская, запихивала их в мешок. Я понимала, что раненый красавчик сейчас быстро вычислит мою палату и прискачет ко мне на разборки. Уж больно у него был многообещающий взгляд. А это значит, что мне нужно быстро убираться отсюда. 

Вновь скрипнула дверь. Испуганно обернулась, но пришла миссис Сария и принесла мою одежду.

— Кирьянушка, я постирала и погладила твою одежду. Вот, держи.

Женщина передала мне коричневую юбку и бежевую блузку. Поверх всего лежал кожаный корсет, а на нём черно-белые полосатые гольфы. 

— Спасибо, — растрогалась я от заботы женщины.

— Кирьяна, ты мой адрес запомнила? — строго спросила женщина, ставя передо мной туфельки с пряжкой в виде шестерёнки.

— Да, — быстро одеваясь, ответила я. — Кузнецкая, пять. 

— Хорошо. Кирьяна, ты береги себя, дочка. Не верь лордам этим. Они горазды соблазнять и обманывать, а нам потом расти одной дитё, — обняла меня женщина, утерев слезу.

— Я помню, миссис Сария. Сначала учеба и диплом, а потом всё остальное, — заверила я женщину, а сама прислушивалась, не раздадутся ли по коридору шаги.

— Всё так. Ступай девонька. И пусть божественный круг тебя защитит.

С этими словами женщина, собрав вместе все пальцы на правой руке, начертила возле моего лица круг. Полагаю, это что-то вроде местного благословения и защиты. Как у нас перекрестить человека на дорожку. Я поблагодарила милую женщину, обняла её и не без опаски выглянула в коридор. Пусто. Я вздохнула и с облегчением вышла из бывшей палаты. На прощание ещё раз помахав миссис Сарии, что осталась убирать помещение после меня.

Я успела дойти до конца коридора, когда услышала злое ругательство и быстрые, уверенные шаги из соседнего коридора. 

— Ну Ваше Сиятельство, вы ранены, — истерично тараторила девица. Её торопливые шаги вторили другому, твердому шагу.

— Отстань! Со мной всё хорошо, — раздалось в опасной близости злое рычание очень разгневанного человека.

— Но у вас кровь и глубокий порез! — с отчаянием воскликнула девица. 

 — Сейчас прибью одну дрянь, и ты мной займёшся, — процедил сквозь зубы мужчина, и я поняла, что по мою душу явился раненый красавчик.

Сердце испуганно заколотилось, я на секунду от ужаса замерла, а потом рванула к ближайшей двери. Закрыто. Я дернула вторую. Закрыто. Третья дверь. То же самое. Четвертая, пятая, шестая… Все они тоже оказались заперты. Шаги приближались, они стучали в моей голове набатом. Отчаяние затопило меня, я чуть не плакала от страха, ещё минута и злой парень завернет за угол и увидит меня. Я понимала, что он мне не простит ни своего позора перед девицей, ни поврежденную холеное лицо. Всё это я прочитала в его глазах еще когда только увидела последствия своих случайных действий. Раненый красавчик выместит на мне всю свою злость. И мне никто не поможет. Не спасёт.

Маленькую, неприметную дверь я увидела случайно и рванула к ней на предельной скорости, не переставая молиться, чтобы она оказалась не запертой.

Кира

Мне повезло. Дверь оказалась не запертой. Я успела заскочить внутрь и закрыть дверь за секунду до столкновения с брюнетистым красавчиком. Вжавшись в стену тесного подсобного помещения, я стояла в полной темноте и, замирая от страха, слушала, как, матерясь, мужчина прошел мимо подсобки, в которой я пряталась. Шаги удалились, а потом они затихли, парень явно остановился. Я поняла, что красавчик без труда вычислил палату, в которой я лежала. 

«Вот черт! Там же сейчас миссис Сария! А что если этот злющий брюнет навредит ей вместо меня?» — мысленно взвыла я и чуть не рванула на помощь к пожилой женщине. 

Остановило меня то, что, во-первых, миссис из персонала, и с неё спрос маленький. Ну и во-вторых, не настолько же парень отморозок.

«Или настолько?» — с ужасом подумала я, когда услышала разговор на повышенных тонах. 

Но одно я решила, если этот гад решит навредить миссис Сарии, я в стороне не останусь. Чуть приоткрыла дверь и прислушалась.

— Я видел эту дрянь в этом окне ещё недавно! Где она? — ярость и металл в голосе взбешенного парня пробирал до костей.

 — Но лорд, откуда я могу знать? Я простая полотёрка, — сдавленно лепетала миссис Сария.

— Как давно вы пришли сюда? — не унимался парень. 

До меня донеслись его чеканные шаги. Парень расхаживал по палате и явно разыскивал меня, словно я могла куда-то спрятаться в пустой комнате три на три метра.

— Так только что и пришла, лорд. 

— Да? И так быстро уже успели помыть? — угрожающе прошипел парень, а я вся замерла, превратившись в слух. — Или вы мне врёте миссис? Учтите, это чревато большими неприятностями для вас. Или вы исполняете свои обязанности плохо.

Голос брюнетистого красавчика сочился таким ядом, что у меня волосы встали дыбом. А от его следующего окрика я подпрыгнула, чуть не вывалившись в коридор из своего укрытия. 

— Пол абсолютно сухой! Его или не мыли, или он давно высох.

От шока я сглотнула не в силах пошевелиться. Красавчик оказался на удивление очень наблюдательным. Это плохо. Когда мужчина не только красив как бог, но ещё и умен, наблюдателен и сообразителен, это очень опасно для женщины.

— Лорд, пожалуйста, никому не говорите, что я плохо убираю. Я исправлюсь! Я все сейчас уберу… — в умоляющем голосе миссис Сарии послышались слёзы.

— Конечно, уберешь! — рявкнул парень, а следом я услышала удар, всплеск и металлический грохот покатившегося по полу пустого ведра. 

«Сволочь! Подонок! — в моей крови забурлила ярость на тварь, что позволила себе обидеть беззащитную, пожилую миссис. — Что же мне делать? Как быть?..»

На эмоциях я оглянулась. Среди сложенных в углу ведёр, мётел и совков, увидела внушительный черенок швабры. Ухватилась за него и резко потянула на себя. От моего импульсивного движения стопка вёдер качнулась и стала заваливаться. Я мгновенно выпустила из рук черенок и схватилась за ведра, не давая им упасть. Зато черенок швабры, потерявший в моем лице опору, с грохотом рухнул на пол, потянув за собой и остальной инвентарь.

В моих ушах ещё стоял шум от падения, как я услышала вопрос сволочного брюнета.

— Что это? — и шаги в сторону моего укрытия.

— Лорд, там каморка с инвентарем, — испуганно зачастила миссис Сария.

— Думаю, там кто-то есть, — уверенно сообщил парень.

Я оглянулась и увидела в самом углу висящий на крючке плащ, раньше его скрывал уборочный инвентарь. Не долго думая, нырнула в угол и закуталась в плащ, прижав к себе черенок швабры. Я надеялась, что этот сволочной красавчик не сразу меня заметит, если вообще увидит. Но если что, то я воспользуюсь неожиданностью и врежу ему шваброй. А потом удеру.

Шаги приблизились и остановились возле дверцы моего убежища. Затаив дыхание, я старалась ничем себя не выдать, но бешеный стук моего колотящегося сердца, кажется, был слышен и в коридоре. Дверь потянули на себя, и полоска света начала увеличиваться, освещая все помещение подсобки. 

— Лорд Жан-Эмиль?.. — услышала я изумленное восклицание. В говорившем я опознала мистера Трэвиса. — Ваша Светлость, что с вами случилось? — мгновенное восклицание. — Вы ранены?! У вас кровь на лице!

— Пустяки! Просто царапина, — отмахнулся парень.

— Это не пустяки, Ваша Светлость. Вам срочно нужно в перевязочную, — не унимался взволнованный мистер Трэвис. — Зачем вам подсобное помещение? Оставьте его. 

— Мистер Трэвис, у вас тут была девушка, — тут же поинтересовался упорный брюнет. — Где она?

— Я её выписал ещё полчаса назад. Думаю, она уже ушла. Лорд Жан-Эмиль, мне не нравится ваш порез. Его нужно срочно зашить. Идёмте, Ваша Светлость. 

Внутрь каморки ещё раз глянули, но меня не увидели. Дверь с грохотом закрылась, и я услышала удаляющиеся шаги. Облегченно выдохнув, я сползла по стеночке на пол. Ноги меня не держали. 

Спустя бесконечное время дверь отворилась, и раздался шепот миссис Сарии.

— Кирьяна, вылазь, лорд ушёл. 

Я забарахталась, выползая из угла и, щурясь от яркого света, вышла из подсобки.

— Спасибо, — поблагодарила я женщину.

— Кира, не попадайся этому лорду на пути. Это очень опасный человек, — покачала головой миссис Сария.

— Я это уже поняла, — натянуто улыбнулась и принялась отряхивать юбку. — Постараюсь с ним больше не встречаться. Ну я пойду?

— Иди милая. Да хранит тебя божественный круг.

По госпиталю я шла, прислушиваясь к разговорам и с опаской оглядываясь по сторонам. Персонал на меня хоть и косился, но вопросов не задавал. Мне повезло, я смогла выбраться из здания так и не встретив раненого сволочного брюнета и его расцарапанную подружку. А выйдя на улицу, ошарашенно замерла и восхищенно уставилась на окружающее пространство.  

Я стояла на мраморных ступеньках и с интересом рассматривала подъездную аллею госпиталя, на которую прибывали и уезжали каретные экипажи местной скорой помощи. Редко, но к госпиталю подъезжали и автомобили. Они были похожи на наши земные ретро машины начала двадцатого века. Но, судя по их малому количеству, авто было в разы меньше в отличие от гужевого транспорта.

Делаем вывод — мир стоит на начальном пути прогресса.

Вдоволь полюбовавшись на картину жизни нового мира, я спустилась со ступенек и побрела к боковой аллее, вдоль которой росли огромные дубы. Дорожка пролегала под их раскидистыми ветвями и дарила прохладу от начинающего припекать солнца. 

Я неспешно шла, шуршала мелким гравием, поправляла лямки сползающей с плеча сумки и думала. Что же мне делать дальше? Куда пойти? Стеснять миссис Сарию я не хотела. Значит, нужно придумать, куда мне приткнуться. Может попробовать пойти в академию магии? Конечно, до начала приема студентов вроде ещё месяц, но может у меня получится попасть на территорию академии раньше? Думаю, попробовать всё же стоит. 

Приняв такое решение, я закрутила головой, выискивая выход из парка госпиталя. Вдалеке показался просвет, вот к нему я и направилась бодрым шагом. Но чем ближе я подходила, тем медленнее становились мои шаги. Впереди четко слышался нарастающий скандал. Но не это было самое плохое. Я узнала резкий, мужской голос, что сейчас ругался с истеричной девицей.

— Ну что ж мне так не везет сегодня? — простонала я и прислонилась к шершавому стволу дуба.

Кира

Прикусив губу, я стояла в тени, надежно скрытая стволом дерева, и не решалась идти мимо ругающейся парочки в сторону выхода. Не знаю почему, но была уверена, попадись я сейчас брюнету на глаза и мне будет крышка. Да и становиться явным невольным свидетелем конфликта мне не хотелось. Почему-то сразу вспомнилось выражение из моего мира: «Свидетели долго не живут». Проверять на себе правдивость слов мне не хотелось. 

А ссора, тем временем, набирала обороты. На ругающуюся парочку уже начинали оглядываться, но спорщиков это никак не волновало. С моего места слышно было плохо, долетали лишь обрывки речи, а подходить ближе я не собиралась. С инстинктом самосохранения у меня было всё хорошо. Да и тут,  в прохладном тенёчке стоять одно удовольствие. Воздух чистый, птички чирикают, и можно переключиться на их пение и не слушать вопли.

В какой-то момент я увлеклась и перестала следить за разборкой сволочного брюнета со своей дамой. А зря. От громкого окрика я подпрыгнула на месте.

— Эмиль, стой! Я не закончила с тобой! — звонкий, истеричный голос разнесся по округе.

— Зато я закончил, Корделия, — ответил брюнет с холодной яростью. — Я ненавижу женские истерики и тебе об этом прекрасно известно. 

— Это я то истеричка?! Я!? — перешла на визг девица.

— Ну не я же, — снисходительная усмешка прозвучала слишком близко от моего дерева, сильно меня испугав.

«Когда подкрался-то?» — подумала я, вжимаясь в ствол дерева.  

Я аккуратно высунулась из своего укрытия и обнаружила, что парочка, не прекращая ругаться, начала перемещаться в сторону госпиталя. Вернее, это брюнет пытался уйти, но девица его нагоняла и дергала за рукав кителя, заставляя поворачиваться к ней. В итоге парочка замирала на месте и продолжала громко выяснять отношения.

— Корделия, оправдываться перед тобой я не буду.

— Ты считаешь своё поведение правильным?

 — Я мужчина. Мне можно.

«Ой, какие знакомые слова и установки», — удивилась я.

Хотя чего-то подобного я и ожидала от брюнета. Подобные ему красавцы, как правило, весьма спесивы и самолюбивы. Такие как он купаются в лучах всеобщего восхищения, поэтому у них быстро вырабатывается паскудный характер. Брюнет даже с повязкой над глазом был прекрасен, ранение придавало мужчине неотразимый шарм.

— Ты своими изменами выставляешь меня на посмешище! Да весь высший свет судачит за моей спиной о твоих «подвигах», — продолжала распыляться девица. — Мне стыдно людям смотреть в глаза… 

— Так не смотри, — пожал плечами надменный брюнет.

— Это не прилично! Я твоя невеста, а ты… 

— Корделия, мы не женаты. Мы всего лишь помолвлены. Я не клялся тебе в верности. У нас с тобой родовой-династический брак, и про любовь тут речь не идёт.

— Но приличия!.. Тебе настолько на них наплевать? Наплевать на то, что будут говорить про тебя? Что подумают про меня? Жан-Эмиль, ты бессердечная скотина! — истерично завизжала девица и от переизбытка эмоций топнула. 

«Кобелирующая скотина», — подумала я, соглашаясь с девицей в оценке брюнета.

— Корделия, женщина должна быть леди во всем. Не превращайся в базарную бабу, — скривился брюнет. Он презрительно косился на покрывшуюся красными пятнами девицу. — Будущей герцогине Кертерской не пристало так себя вести. Или ты передумала становиться герцогиней?

— Знаешь, что Эмиль, — зашипела девица, её рот безобразно скривился. — Я не желаю больше быть твоей невестой! Я разрываю нашу помолвку! 

С этими словами девица с пальца сдернула явно помолвочное кольцо и швырнула в брюнета. Предмет ударился о торс мужчины, блеснул в солнечных лучах и отлетел в густую траву.

Я наблюдала за скандалом из засады. По мере того, как парочка продвигалась в сторону госпиталя, я зеркально двигалась вдоль ствола к выходу. Спорщики остановились, и я замерла. Вот сейчас они ещё сдвинутся и я смогу, прикрываясь деревьями, пробраться к выходу. План мне показался просто идеальным. Поэтому, выждав момент, я перебежками рванула к выходу. 

Когда до выхода с территории госпиталя оставался последний длинный рывок, мимо меня пронеслась рыдающая собеседница брюнета. Не знаю почему, но я оглянулась. Брюнет нагнулся, что-то поднял из травы, а когда выпрямился, то встретился со мной глазами. Секунда, и в светлых глазах мужчины вспыхнуло узнавание, а следом понимание, что я слышала разговор. А дальше случилось невероятное.

Наверное, именно в тот момент я окончательно поверила, что нахожусь в магическом мире.

Брюнет прищурился, что-то произнес, странно махнул руками, и в меня полетел огненный шар размером с теннисный мяч. Время словно замедлилось. Маленький шарик трещал, гудел, раздувался в размерах и очень скоро достиг размера волейбольного мяча. Как пораженная я стояла и смотрела, как в меня летит сгусток огня.

— Ложись, дура! 

Чей-то окрик словно схлопнул время. Реальность ускорилась. Я резко упала на землю. Быстро перекатилась в сторону. Подскочила и, больше не оглядываясь, рванула к выходу. Сзади послышался нарастающий гул, а следом треск. Даже не оборачиваясь, я знала, в меня полетел очередной огненный сгусток. Не сбавляя темпа, я резко ушла в сторону, а на том месте, где ещё недавно было моя нога в землю врезался шар, взорвавшись цветком огненного смерча. Меня это впечатлило, и я ускорилась, мчась к воротам и не забывая петлять как заяц. А сзади по моим следам били огненные шары. 

Прыгая по дорожке, как бешеный сайгак, я выбежала из ворот госпиталя и чуть не сбила с ног стражника. Служитель правопорядка спешил в госпиталь и не переставал свистеть. Нашего столкновения в воротах удалось избежать чудом, а ещё благодаря быстрой реакции стражника. Но секундное промедление чуть не стоило мне жизни, над моей головой в колонну ворот врезался очередной огненный шар. От взрыва в разные стороны брызнули каменные осколки. 

Испуганно ойкнув, я рванула через улицу прямо наперерез каретам, оставляя за собой шлейф испуганных женских вскриков, истошное лошадиное ржание и отборную ругань возничих. Очень быстро к этой какофонии звуков добавилось громкое бибиканье клаксонов единичных автомобилей. На фоне этого шума свисток стражника терялся и слабел, удаляясь. 

«Ну хоть меня этот чокнутый не будет догонять», — подумала я, добежав до конца улицы, и всё же обернулась.

Я стояла на противоположной стороне широкой улицы, достаточно далеко, но со своего места хорошо все видела. Возле ворот госпиталя росла толпа зевак. Люди все прибывали и прибывали. Очень скоро я услышала грохот и из-за поворота выехала прямоугольная карета с зарешетчатыми окнами. Возничий, облаченный в темно-синюю форму, уверенно управлял огромным черным конем, кажется, таких называют тяжеловозами. Животное направилось  в самую гущу людей, заставляя толпу расступиться. Карета подъехала к самым воротам и остановилась. С козел транспорта спрыгнуло двое стражников и побежали внутрь. Спустя пять минут я наблюдала, как из ворот под конвоем вывели отвратительно спокойного брюнета. 

Прежде чем сесть в местную каталажку, мужчина обернулся и посмотрел сквозь толпу в мою сторону. Словно видел меня или чувствовал. Я знала, что увидеть меня брюнет не сможет, но от испуга всё равно присела.

«Хорошо, что этого ненормального арестовали», — я порадовалась и эмоционально пожелала получить ему на орехи от местных стражей порядка. 

Каталажка уехала. Люди стали разбредаться. Я же, переведя дыхание, стала осматриваться. Вокруг меня был невероятной красоты город. Величественный, помпезный. Поражающий до глубины от одного взгляда. Он завораживал, покорял с первого взгляда.

— Ва-а-ау! — только и смогла произнести я пораженная видами.

Ну и самый неоднозначный персонаж. Голосуем за образ герцога Кертерского. Мне по прежнему очень интересно и я жду ваши комментарии с выбором.

Немного о герцоге: Жан-Эмиль герцог Кертерский. Троюродный брат принца Кьена. С принцем постоянно с самого детства как друг и телохранитель. Этому герцога учили с младенчества.

Жан-Эмиль вспыльчивый маг огня. Герцог красив, харизматичен и обаятелен, когда ему это нужно. При этом он задира и бабник с отвратительным характером и церичныв взглядом на жизнь. Жан-Эмиль абсолютно и всецело предан принцу Кьену.

Внешние данные: Жан-Эмиль Возраст — 25 лет, рост — 1 м. 87 см. 

Кандидат № 1

Кандидат № 2

Кандидат № 3