Огненный трофей. По воле дракона

— Проходите, Тар Шедлоу! — Илэйн махнула в сторону гостиной.

Правда, когда мы все вошли туда, вирм вальяжно расположился на диване и как бы между делом бросил:

— Нам бы поговорить с леди Хэлкроу с глазу на глаз, — он расстегнул сюртук и раскинул его полы в стороны.

Тётушка слегка опешила, ведь её отношение к моим разговорам с Шедлоу “наедине” уже было мне хорошо известно. Но и авторитет Тариана она принимала, поэтому тихо покривила губами за его спиной, но согласилась:

— Конечно! Я пока распоряжусь насчёт ужина. Сегодня в такое ненастье я не приму ваших отказов! — строго добавила она, хоть я была бы вполне рада тому, если бы отказ от него она всё-таки приняла.

Гордо выпрямив спину, Илэйн пошла прочь из гостиной, но Тариан догнал её колким замечанием:

— И прошу вас не подслушивать за дверью, — даже не глядя.

Тётушка нахмурилась ещё больше и обменялась со мной негодующим взглядом.

— Как вы вообще могли подумать об этом!

— Просто я хорошо знаю привычки фрейлин, — парировал тот.

Илэйн передёрнула плечами и всё-таки ушла. Я же села в кресло напротив Тариана, стараясь подобрать нужные слова, чтобы как-то объяснить своё внезапное решение пригласить его, ведь ещё утром не была к этому готова.

— Ну так что же заставило гордую птичку призвать меня именно сегодня? — сдержанно улыбнулся Шедлоу. — Полагаю, какое-то внезапное осознание.

— Что-то вроде того, — кивнула я.

— Иногда от Сайласа всё-таки бывает польза. Что он хорошо умеет делать, так это приводить женщин к отчаянию, — на этот раз по его губам скользнула холодная усмешка. — Даже спрашивать не буду, чего он такого наговорил вам. Важен результат.

— Я согласна на предложенный вам способ пробуждения моей магии, — выпалила я, не желая вступать в пространные рассуждения вокруг нашей сегодняшней “прогулки” с Сайласом. — Но я хотела бы знать хоть какие-то подробности. На что это будет похоже?

— Уж явно не на то, что предлагает Совет, — Тариан закинул один локоть на спинку дивана, продолжая изучать меня своим холодным серебряным взглядом. И чем дольше он это делал, тем сильнее мне хотелось ёрзать на месте. — Но это предполагает определённый уровень интимности между нами.

— И… Иинтимности?! — ахнула я, мгновенно вспыхнув.

— А что вас так смущает в этом слове? — вирм вскинул брови. — Не волнуйтесь, это не та интимность, о которой вы зачем-то подумали. Скорее она подразумевает полное доверие и открытость. Иначе у нас ничего не получится.

— До какой степени? — мой голос слегка охрип.

— Я не претендую на ваше тело, если вы об этом. Только на ваш контур, — Тариан подался вперёд и протянул мне руку. — Давайте устроим небольшую проверку прямо сейчас. 

Я опустила взгляд на его широкую ладонь, всё ещё сомневаясь. Но затем всё-таки вложила в неё свою. Острый проблеск холодной стали знакомым ощущением проскользнул где-то по краю сознания и моей ауры — острого клинка, покрытого ещё не остывшим пеплом.

— Расслабьтесь, — Тариан слегка потряс мою руку, будто хотел, чтобы она превратилась в некую мягкую массу. — И просто не думайте о том, что я буду делать. Чтобы добраться до ядра вашей ауры и пробудить его, мне нужно как можно меньше препятствий, а каждая ваша мысль против выстраивает новые. Вам ясно?

— Ясно, конечно! — фыркнула я и закрыла глаза.

— Откройте! — велел Тариан. — Зачем вы это делаете? Я не целовать вас собираюсь!

— Я подумала… 

— Я же сказал меньше думать!

Веки распахнулись сами собой. Как вообще расслабиться, если мне приходится видеть его лицо так близко от своего? Это совершенно невозможно! В этот момент во мне возникало непреодолимое желание разглядывать каждую черту, чтобы найти что-то кроме обычной холодности, возможно. Зачем? Да кто бы мне самой рассказал…

— Итак… — вздохнул вирм и уставился на меня ещё пристальнее.

Его пальцы сжались на моей руке чуть сильнее. А затем его зрачки вытянулись в две вертикальные линии. Сначала я ощутила холод — такой сильный, что захотелось отнять руку, но затем он сменился лёгким покалыванием, которое становилось всё глубже и горячее…

Зори выскочила наружу, словно её ошпарили! С гневным верещанием она пронеслась над головой вирма, почти клюнула его в глаз, но он отмахнулся. Вторая атака тоже не удалась, поэтому птичка просто уселась на спинку дивана и обидчиво нахохлилась.

— Какой нахал! — раздалось внутри моей головы. — Что творит!

Я на миг потеряла сосредоточенность, но попыталась просто не думать о том, что же так напугало Зори. И вдруг во всей гостиной резко погасли все свечи, а затем и камин. Над нашими с Тарианом соединёнными руками вспыхнуло яркое пламя.

Горячие отсветы бросились по моему лицу. Я отшатнулась, испугавшись, что сейчас вспышка просто выйдет из-под контроля. Правда, именно своим действием я это и спровоцировала. Яркие искры рассыпались в стороны и обязательно упали бы на мебель и ковёр, если бы Тариан не поймал их одним коротким взмахом руки. Мелкие язычки огня вновь слились в один однородный — он завис над ладонью вирма, мягко перекатываясь и трепеща.

— Опять вы защищаетесь… — устало вздохнул он. — А я ведь ещё не сделал ничего серьёзного. Просто прикоснулся. И фамильяр у вас… Нервный.

Он покосился на Зори, а та сразу на него отвязалась:

— Прикоснулся он! Да меня там едва не поджарило! Думает, дракон, да? Всё можно, да? — она взмахвала крыльями и топорщила перья, разоряясь всё громче.

Тариан лишь смотрел на неё, не понимая причину такого скандального оживления. Для него её гневное верещание было всего лишь бессмысленным чириканьем. Затем вирм просто протянул ей руку с пламенем и спросил:

— Хочешь прикоснуться?

Зори ошарашенно замерла, вертя головой и слегка потряхивая хвостом.

— Она боится огня, — вдруг рассказала я, хоть, наверное, и не стоило.

Потому что мои слова вызвалиу вирма немалое изумление. Он наморщил лоб и недоверчиво на меня покосился.

— Фамильяр феникса и боится огня? Вы шутите?

Он сжал кулак, и огонь мгновенно погас, а фитильки свечей и дрова в камине в тот же миг вспыхнули снова. Я выдохнула, отпустив наконец подлокотники кресла, в которые вцепилась изо всех сил. Что-то явно пошло не так, и как бы после такой “проверки” Шедлоу не отказался от своей же идеи. Он явно рассчитывал на нечто другое, и теперь выглядел разочарованным.

— Я не шучу. Сами же знаете ситуацию с моей магией. Так что вас удивляет? Слишком сложная задачка попалась? — я не смогла сдержать весьма ехидную улыбку.

— О-о, а вы решили меня спровоцировать? — Тариан подался вперёд, отвечая мне тем же. — Скажу честно: раньше я не пробуждал магию Зерна клана. Но некоторые подобные процессы мне запускать приходилось. Так что вероятность успеха в вашем случае я оцениваю, как очень высокую. Если вы, повторюсь, перестанете меня бояться. И птичке вашей расскажите, что пламя не может нанести ей вред.

— Она вас понимает, — уточнила я.

— Это хорошо, — кивнул вирм. — Полагаю, ваш страх и неуверенность произрастают из скверного эпизода с гибелью вашей семьи. Я даже могу предположить, что во сне вы видели пожар. Вы можете притянуть огонь извне, но боитесь порождать его внутри себя.  Это… Любопытно.

— Я для вас эксперимент, да? — почему-то вспомнились мне слова Сайласа. 

— Какая разница? — Тариан глянул на меня исподлобья. — Мы оба хотим прийти к некоему общему итогу. А что мной движет, неважно. Даже если так, что с того?

Его ледяной взгляд буквально ввинчивался мне в голову. Я всё-таки поёрзала на месте, чувствуя, как вопреки всему, во мне зарождается какой-то иррациональный азарт. 

— Ничего. Так даже лучше.

— Что ж, в следующий раз мы попробуем снова, и постарайтесь не зажиматься. Так дело пойдёт быстрее.

Да как тут не зажиматься, когда на тебя надвигается огромная драконья туша, а под кожей словно разливают металл? Это чистый инстинкт самосохранения и ничего больше!

Дверь в гостиную вновь распахнулась, и бодрым шагом внутрь вошла Илэйн.

— Всё готово! прошу проходить за стол.

— Может, я всё-таки поеду, леди Фаэринн? — осторожно уточнил вирм.

Она смерила его слегка возмущённым взглядом и исчерпывающе ответила:

— Нет.

После чего развернулась и пошла в столовую. Тариан вздохнул, а затем вдруг добавил, понизив голос:

— Кстати. Надеюсь, мне не нужно напоминать вам о том, что наши с вами встречи должны проходить в тайне от остальных. Иначе нас обвинят в мошенничестве и намеренном вредительстве интересами клана Ашгард. Тогда последствия могут быть непредсказуемыми. 

— Я поняла…

— И ваша тётушка, — он покосился на дверь, за которой та исчезла. — Она, конечно, очаровательная женщина и искренне о вас заботится. Но она не сможет присутствовать на наших “занятиях”. Эту мысль ей лучше уяснить прямо сейчас. 

— Вот вы и донесите до неё эту мысль, — мило улыбнулась я, проходя мимо. — Раз уж собрались взять на себя ответственность за мой моральный облик в её глазах и в глазах общественности. 

Казалось бы, мои слова прозвучали совершенно невинно. Ну, может лишь с лёгким подтекстом, в котором не было совсем ничего предосудительного! Но Тариан вдруг поймал меня за локоть и слегка поддёрнул к себе.

— Не дразните меня, — прозвучало из его уст странное. — Если вам вдруг придёт в голову мысль флиртовать или кокетничать, это будет самая плохая идея, которая вообще могла бы прийти в вашу голову. Я дракон, и у меня есть определённые инстинкты. В моменты образования связи они могут обостряться.

Меня мгновенно бросило в жар — всего лишь о тона, которым это было сказано и от того, с каким выверенным усилием его пальцы сжимали мою руку. Я верила — безоговорочно — каждому его слову.

— Похоже, вы уже решили причислить меня к списку своих поклонниц, тар Шедлоу, — я осторожно высвободилась. — Так вот совершенно зря. Ваши неоспоримые достоинства меня ничуть не волнуют.

Сказав это, я просто пошла дальше, и лишь через несколько мгновений услышала шаги Тариана, который молча последовал за мной.

Ужин прошёл почти в полном молчании. Илэйн, обычно всегда общительная и расслабленная даже в присутствии самых влиятельных мужчин, в этот раз явно испытывала неловкость. Создалось впечатление, что у неё было настолько много вопросов к Тариану настолько деликатного характера, что она не знала, с какого из них начать.

Шедлоу же сохранял невозмутимость, как будто наш с ним договор носил совершенно невинный характер и тётушке вообще не о чем было беспокоиться.

— Когда вы приедете вновь? — всё-таки спросила она напоследок, уже провожая вирма в прихожей. 

Я тоже навострила уши, хоть и стояла в стороне, стараясь лишний раз к нему не приближаться. На сегодня с меня хватит тесного с ним общения…

— Точно сказать не могу, — загадочно проговорил Шедлоу. — Будьте готовы к тому, что я могу нагрянуть в любой день. Вечером. Так проще добраться до вашего дома незаметно. Сами понимаете, никому из Совета и его окружения лучше не знать о том, что мы с леди Хэлкроу решили провернуть небольшую хитрость.

— Да-да, — закивала Илэйн. — А это точно безопасно?

— Полную безопасность я не смог бы обеспечить вашей племяннице даже во время простой прогулки по городу, — Тариан встряхнул воротник плаща, который ещё не до конца просох. — Что уж говорить о сложных магических манипуляциях. Но я постараюсь сделать всё, что от меня зависит.

— О, это было бы замечательно, — слегка растерялась тётушка, коротко на меня глянув.

Я же сохранила неподвижное выражение лица, хот меня слова вирма немало обеспокоили. А вдруг он меня случайно поджарит во время одно из “сеансов”? Вот это будет, конечно, неловкость…

Поблагодарив Илэйн и меня тоже за приятный ужин, Тариан наконец удалился. Я же словно осталась в пустоте наедине со своими мыслями и неутихающими сомнениями. Видимо, они сразу отразились на моём лице, потому что тётушка, приобняв меня за плечо, успокаивающе проговорила:

— Уверена, Тариан Шедлоу знает, что делает. Он не стал бы браться за то, что может навредить его репутации или карьере.

— Но я-то не его репутация или карьера, — вздохнула я в ответ.

— Это как посмотреть, — усмехнулась Илэйн.

Мы ещё немного посидели в гостиной, обсудив то, что Шедлоу пожелал рассказать мне о своей задумке. Некоторые самые щекотливые моменты я, конечно, опустила, внутренне сжимаясь от смущения и наверняка краснея. Но тётушка как будто не обратила на это внимания.

Затем я отправилась к себе в сопровождении Зори, которая летела за мной по коридору. тихо поругиваясь на вирма.

— И что, прикажешь мне каждый раз терпеть его вторжение? — ворчала она. — Это, знаешь ли, очень неприятно! Он как будто пытается занять всё пространство твоей ауры!

— Лучше вытерпеть это, чем “слияние”, — ответила я резко.

Сейчас мне казалось именно так. Но время покажет, какая альтернатива будет выглядеть более приемлемой: вечный контроль Шедлоу и его попытки меня “приручить”, или воля Совета кланов.

Я распахнула дверь своей спальни, шагнула внутрь и обомлела… Прямо посреди комнаты, качаясь и переливаясь, висел сияющий золотом человеческий силуэт. Его очертания на этот раз стали гораздо отчётливее, но лицо по-прежнему нельзя было разобрать. Видение не шевелилось и молчало, лишь слегка колыхалось. Я отступила обратно из комнаты и неожиданно для самой себя зычно крикнула:

— Тётушка! Сюда!

Она, судя по шагам на лестнице, тоже поднималась на второй этаж.

— Что случилось? — в её голосе послышалось беспокойство.

— Скорей!

Зори отважно кинулась к силуэту, то ли чтобы защитить меня, то ли чтобы наконец выяснить, что это такое, но едва коснулась его, как он начал рассыпаться.

— Чего тебе надо? — рявкнула я в пространство, будто и правда могла получить ответ.

Но магический “призрак” не ответил, и к тому моменту, пока Илэйн добралась до моей комнаты, он уже полностью погас.

— Что стряслось? — слегка запыхавшись, спросила она, озираясь. 

Но теперь моя комната выглядела вполне обычно, и ничто в её обстановке не выдавало присутствия странного визитёра буквально мгновение назад. Зори озадаченно кружила по периметру, будто хотела отыскать хоть какой-то след, но и он пропал. Закончив разведку, птичка просто села на изножье кровати.

— Странный какой-то, — сделала вывод, который полностью совпал с моими мыслями.

— Скажите, у вас в дома раньше водились какие-нибудь бесхозные магические сущности? — спросила я у Илэйн, которая, озадаченно нахмурившись, ждала от меня разъяснений внезапной суматохи.

— Ни у кого в этом доме нет магии, — развела она руками. — Кроме тебя, конечно. Откуда бы тут взяться сущностям. А ты что-то видела?

Я обхватила себя руками за плечи и обошла комнату, особенно пристально заглядывая в тёмные углы.

— Видела и не раз. Сначала это было свечение… А сейчас как будто человек! Только прозрачный, состоящий из магических искр… — проговорила озадаченно.

— Странно, — Илэйн развела руками. — Может, он как-то связан с тобой? С твоей магией?

— Но что это вообще может быть?

— Я не знаю, дорогая. Главное, чтобы это нечто не причинило тебе вред! Может, тебе стоит рассказать об этом Тариану Шедлоу? Он разберётся, раз уж всё равно собрался регулярно сюда наведываться.

— А вы, смотрю, уже назначили его моей нянькой, — внезапно ощетинилась я.

— Не нянькой, а покровителем! — деловито возразила Илэйн. — Не идеальный вариант, конечно. Слишком сложный… Но в твоём случае и это очень неплохо! Не волнуйся, если бы эта сущность представляла опасность, сработал бы охранный артефакт, верно?

— Может быть, — пожала я плечами, не зная уже, что и думать.

В любом случае сущность явно развивалась от неразборчивого сгустка энергии во что-то более оформленное. Может, стоит подождать, и это нечто примет ещё более чёткую форму, а потом сможет говорить? Даже в мыслях это звучало жутковато, но я решила не пороть горячку. По крайней мере никакой агрессии от странного силуэта не исходило — тем более Зори, если что, предупредит меня. Похоже, она эту энергию ощущала очень неплохо.

— Простите за беспокойство, — я обняла тётушку. — Я просто испугалась.

— Поговори с Шедлоу, — посоветовала она ещё раз. — А сейчас ложись спать. Сегодня был трудный день.

И я не стала возражать — всё равно уже валилась с ног. 

К счастью, на этот раз ночь прошла спокойно, мне ничего не снилось, поэтому утром я встала довольно рано и в отличном настроении. Казалось, что вот-вот всё пойдёт на лад. Даже Зори сегодня благостно и совсем по-птичьи щебетала, сидя на подоконнике и греясь на солнышке, которое сменило вчерашний ливень. Её тоже ничего не беспокоило.

Главное — моя постель сегодня осталась целой.

Приведя себя в порядок, я почти вприпрыжку спустилась на первый этаж. С кухни уже пахло завтраком: жареными яйцами, хлебом и ароматным чаем с какой-то сладкой выпечкой. 

— Доброе утро! — поздоровалась я с тётушкой, которая по своему обыкновению уже сидела во главе стола и читала свежую газету.

— Вот же мерзавцы! — ответила она мне гневно. — Ты только посмотри! Какой кошмар!

— Что произошло? — настроение сразу же настороженно упало.

— “Едва получив высокий статус Зерна клана Ашгард, наследница великой семьи Хэлкроу, похоже, решила полностью отгородиться от своего прошлого. Организованное ей жестокое нападение на Фариаса Рахана — это пример невероятной заносчивости новоявленной аристократки, которая не терпит напоминания о неприглядных моментах прошлой жизни. Что, конечно, наводит нас на определённые мысли. Фариас Рахан уже подал заявление о нападении и нанесении вреда своему здоровью в местное отделение полиции. Поговаривают, что найдены некие свидетели, подтверждающие их ссору. Судя по всему, леди Хэлкроу, которая ожидаемо оказалась совсем не леди, ждёт вызов к следователю для дачи показаний. И ей не удастся отвертеться от объяснений в своих злодеяниях, направленных против простых людей. Будем следить за событиями”, — зачитала мне тётушка отрывок таблоида.

Я же ещё на середине его ошарашенно села на стул, пытаясь вникнуть в смысл слов, которые ко мне никак не могли относиться.

— Что это? — тихо спросила я. — Это шутка какая-то?

— Нет, моя дорогая, — Илэйн гневно швырнула газету на стол. — Это форменная клевета!

Я схватила газету со стола и сама перечитала статью с самого начала. Какая отвратительная ложь. Если верить в неё, так я уголовница, которая притащила с собой в столицу столько бандитских связей, что всем просто необходимо обходить меня десятой стороной.

— Я не собираюсь оставлять это без ответа! — вскочила с места и потрясла газетой в воздухе. — Мы должны что-то сделать. Я немедленно поеду в редакцию и потребую напечатать опровержение! Откуда они вообще взяли эту чушь?

Илэйн взяла меня за руку и заставила сесть обратно. Кажется, она сама уже немного успокоилась и вновь обрела способность мыслить трезво.

— Не нужно действовать сгоряча, — её голос вновь стал ровным. — Давай мы сначала позавтракаем. И только после этого обязательно съездим в редакцию. К счастью, главный редактор этой чахлой газетёнки — мой довольно старый знакомый. Я не горжусь таким знакомством, но сейчас оно придётся как нельзя кстати. Думаю, он не откажется нас принять и выслушает. Сходу устраивать скандал нам никак нельзя.

— А что тогда? — слегка растерялась я, но голова уже начала остывать, и предложение тётушки казалось всё более рациональным. — Он может сказать нам, кто вообще заказал эту статью? Вряд ли она появилась там сама.

— Верно! — воскликнула Илэйн. — Я по-дружески попрошу его шепнуть нам имя. Так мы, может, хоть что-то поймём.

— А если нет? — мой энтузиазм быстро угас. Всё это так ненадёжно. Если кто-то заплатил газете за статью, то наверняка он потребовал сохранить своё имя в тайне.

— Тогда мы будем думать, что делать дальше. В конце концов, у тебя уже появились поклонники и покровители, возлагающие на Зерно большие надежды. Они не позволят порочить твоё имя.

Согласившись, что такой план на первое время сгодится, я перестала ёрзать от впивающихся в меня иголок нетерпения и заставила себя поесть. Настроение сразу улучшилось, а уверенность в том, что всё обязательно разрешится благополучно, окрепла.

Мы собрались и отправились в редакцию газеты “Шёпот Нествинда”. Ехать пришлось долго — газета явно не была избалована большими бюджетами, поэтому и помещением владела в довольно скромном районе, далёком от центра и Гнезда в частности. Это было старое деревянное здание с не очень чистыми окнами и скрипучим крыльцом, истоптанным и вытертым неугомонными ногами журналистов, которые сновали тут изо дня в день в поисках сенсаций и сплетен.

Внутри пахло бумагой и типографской краской. Большой суеты не наблюдалось, все работали как будто чинно и спокойно, но стоило только нам с Илэйн появиться на пороге, взгляды работников азартно загорелись.

Мы прошли через зал с рядами заваленных бумагами столов до кабинета, отгороженного от остального пространства стеклянной стенкой с дверью. Неподалёку у окна, очевидно, располагалось рабочее место секретаря — его занимала сухопарая строгая женщина лет пятидесяти в скучном сером платье с пышным жабо, которое, видно, должно было немного компенсировать её скромную грудь.

— Ровена, — улыбнулась ей Илэйн. — Как вы чудесно выглядите. Новая причёска? Это платье невероятно освежает цвет лица. Честное слово, я так давно вас не видела, а вы словно помолодели!

Взгляд женщины на мгновение потеплел, будто она всё-таки купилась на комплименты тётушки, но затем снова стал слегка отстранённым.

— Леди Фаэринн, — она сухо улыбнулась. — Какими судьбами?

Но по выражению её лица ясно было видно, что она прекрасно осведомлена о причине нашего визита.

— Вот, знакомлю племянницу с городом. И нам очень нужно поговорить с даном Пейджем. Он у себя?

— У себя, — кивнула секретарь. — Но может быть занят. Я узнаю, примет ли он вас.

Но Ровена не успела встать с места, как дверь кабинета редактора открылась, и он сам возник на пороге, заняв почти весь проём своей тучной, обтянутой плотным костюмом фигурой.

— Илэйн! — проговорил он почти заговорщицки, стараясь, видно, чтобы его не услышали сидящие неподалёку работники. — Счастлив видеть. Проходите!

Он отступил внутрь, и мы прошли за ним. Редактор грузно уселся в своё скрипучее кожаное кресло, а нам указал на два потёртых стула напротив. Мы изящно присели, тётушка представила меня своему знакомому, после чего сразу перешла к делу.

— Артур… — её тяжкий, почти страдальческий вздох пронёсся по кабинету. — Это никуда не годится!

— Что именно? — сыграл тот в дурачка и уставился на меня с ожиданием, будто именно я должна была ему ответить. Он прекрасно всё понимал, но позволял нам удерживать инициативу.

И я ответила.

— Сегодня утром в вашей газете была напечатана откровенная утка! — мой голос невольно зазвенел от негодования. — Якобы я стала заказчицей нападения на Фариаса Рахана. Но уверяю вас, что это абсолютно невозможно!

— Посмотри на эту юную девушку, Артур. Ты всерьёз считаешь, что она способна на подобное зверство? — Илэйн тихо рассмеялась. — Это полный абсурд. С каких пор ты стал выпускать в печать настолько откровенную чушь?

— Я прошу вас напечатать опровержение в следующем же номере! — добавила я.

— Почему же это чушь? — вскинул брови газетчик. — Это официальное сообщение.

— Я тебя умоляю! От кого? — тётушка фыркнула. — От этого жулика Фариаса? Ты сам-то его видел?

— Нет, это сообщение пришло не от него, конечно. Письмо было анонимным.

— Тем более! — теперь Илэйн всплеснула руками. — И ты просто так ему поверил? Уверяю тебя, у бедняжки за короткий срок появилось столько недоброжелателей, что даже тебе не снилось. При всём уважении, Артур.

— Ты за кого меня принимаешь, Илэйн? — нахмурился мужчина. — У меня серьёзное издание! И я конечно же проверил поступившую в редакцию информацию. Я связался с участком — и там подтвердили, что заявление от Фариаса Рахана им действительно поступило. И что они, между прочим, уже поймали нескольких нападавших. У них свои связи, и наверняка они давно имеют список тех, кто способен пойти на такой заказ. Побои пострадавшего официально зафиксированы. Так что даже если вся эта ситуация — чистая подстава, тот, кто это устроил, хорошо подготовился.

Он сочувствующе на меня взглянул, а у меня всё внутри оборвалось и рухнуло куда-то под стул. Что же теперь делать?

— А ты просто не мог не печатать эту грязь. Хотя бы из доброй памяти о нашем знакомстве! Сколько раз я тебя выручала?

Мне даже стало интересно, чем же фрейлина императрицы могла когда-то помочь человеку подобного сорта. Надо бы её расспросить.

— Илэйн, не кипятись! Я даже не знал, что леди Хэлкроу твоя племянница! Мы не печатаем светские сплетни!

— И за что не поверю, что ты этого не знал, — Илэйн гневно поднялась со своего места. — Вы всё знаете, работа у вас такая. Но это тебя не остановило. Так и скажи, что в конверте, кроме письма, была и солидная пачка купюр!

Дан Пейдж мгновенно побагровел. Его взгляд панически метнулся по кабинету и вернулся к лицу тётушки.

— Я просто напечатал новость!

— Так вот просто напечатай опровержение! — она хлопнула ладонью по его столу.

— Не могу! — редактор развёл руками. — Это не ложь! Заявление действительно есть.

— Но лжёт тот, кто его подал! — тоже возмутилась я и встала рядом с Илэйн.

Под нашим напором Артур осел, словно огромный пышный кусок теста.

— Я лишь могу пообещать, что впредь мой работник будет аккуратнее в формулировках и будет избегать прямых обвинений леди Хэлкроу. Однако, если будет расследование и суд — мы вынуждены будем следить за этим.

— Кто твой работник? — усмехнулась Илэйн, схватила с его стола тот самый свежий номер “Шёпота” и прочитала имя журналиста. — Какой-нибудь сопливый мальчишка, мечтающий подняться на дурно пахнущих сенсациях? А то и завистливая женщина, прикрывающаяся мужским именем?

— Я не могу сказать…

— А мне и не надо! — тётушка швырнула газету обратно. — Только будь уверен, тебе отольются все слёзы Марселины. И мои тоже!

С этими словами она гордо развернулась и пошла к двери. Я же ещё задержала взгляд на бледном лице главного редактора, а затем проговорила:

— Правда вскроется, и тогда репутация вашей газеты рухнет настолько, что даже плата за новость не покроет ваших убытков. Уверяю вас!

Вместе с Илэйн мы покинули редакцию, поймали экипаж в мрачном молчании поехали в сторону дома.

— Уверена, ноги всего этого растут оттуда, откуда и отравление тебя шпилькой, — наконец подытожила свои мысли Илэйн. — Посмотрим, что ответит мне дан Барруа. Кто мог приложить руку к моему заказу…

Ещё вчера утром она отправила записку в салон, откуда перед балом нам привезли те самые заколки. Но пока ответа от владельца не приходило.

— Теперь мне начинает казаться, — добавила я, — что Фариас и на балу оказался не случайно.

— Очень может быть, — покивала Илэйн. — Но его могли перехватить и после. Когда узнали о вашей ссоре. — В любом случае теперь нам надо решить, где искать помощи. К сожалению, я не настолько влиятельна, чтобы задавить этот скандал в одиночку.

А обо мне тут и вовсе говорить было нечего. Меня пока никто всерьёз не воспринимал, я не обладала достаточно крепкими знакомствами, чтобы к ним обращаться. Но мне хотелось разрешить эту скользкую ситуацию побыстрей. Так не может долго продолжаться!

Вскоре мы вернулись домой и почти до самого вечера обсуждали, что же теперь нам делать. Странно, но тот, кто устроил всё это, будто бы затаился и не предпринимал никаких шагов. Я ждала хотя бы приезда Фариаса с шантажом и грозами. Но и он не появился. В какой-то миг мне стало казаться, что этой статейкой всё и закончится, а потом постепенно затихнет.

Но мои надежды разрушились, когда у крыльца остановился тёмный строгий фургон, не раз за время службы покрашенный в чёрный поверх предыдущих слоёв.

Слегка напуганный дворецкий сообщил, что прибыли “чёрные плащи” — так часто называли регуларов, представителей городской полиции. И чаще всего их появление в таком вот чёрном фургоне не сулило ничего хорошего. Сколько раз я видела, как моих знакомых по приюту увозили в этих глухих чёрных коробках — и часто они не возвращались.

Мы с Илэйн вместе вышли в прихожую — там стояли двое мужчин в строгой, застёгнутой под горло форме с блестящими серебристыми пуговицами. Их взгляды сразу вонзились в меня. Они одновременно продемонстрировали нам магически подтверждённые значки, чтобы не осталось никаких сомнений в лигитимности их действий.

— Леди Хэлкроу, — проговорил один из регуларов басом, — вас просят проехать в участок для беседы по вопросу происшествия с Фариасом Раханом.

“Беседы” — как деликатно он назвал допрос. Я вскинула подбородок и спокойно возразила:

— Мне нечего сказать о том, чего я не делала.

— И всё-таки, — настоял мужчина. — Протокол. Вам придётся проехать с нами.

— Мы поедем вместе! — шагнула вперёд Илэйн.

— Леди Хэлкроу придётся поехать одной. Не волнуйтесь, мы доставим её обратно в целости! Никто не собирается задерживать её под стражей, пока идёт выяснение всех обстоятельств. И я не рекомендовал бы вам оказывать сопротивление. Даже со всем уважением… Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Всё будет хорошо, — я ободряюще сжала локоть тётушки, когда она уже вновь набрала в грудь воздух, чтобы возмутиться. — Я скоро вернусь, — и вновь повернулась к регуларам: — Позвольте только переодеться. Не ехать же мне в халате.

— Разумеется.

Я поднялась к себе, чтобы сменить платье, а затем вновь спустилась, позволила лакею накинуть себе на плечи плащ: за окном уже темнело, и воздух стал прохладнее. Затем просто вышла за офицерами. Тётушка проводила меня наполненным тревогой взглядом.

В нутре фургона оказалось неожиданно светло. Опершись на руку одного из регуларов, я села на неудобную, но вполне сносную скамью. Неужели нельзя было просто прислать извещение с требованием явиться на допрос? Зачем это сопровождение? Словно моя вина уже доказана.

Ехали мы недолго. И всю дорогу офицеры молчали, лишь иногда посматривали в мою сторону, будто я могла выкинуть что-то этакое. Но никаких магических оков мне на руки не нацепили — уже хорошо. Значит, считают, что для атаки с моей стороны нет повода.

Наконец фургон остановился. Регулары вышли первыми, и один из них подал мне руку. А когда я ступила на тротуар и подняла взгляд, замерла в недоумении. Передо мной не было ничего похожего на полицейский участок — уж их-то я навидалась немало и ни с чем бы не перепутала!

Это был подъезд к заднему двору какого-то роскошного особняка! Что происходит?

— Что? — я отшатнулась обратно к фургону. — Куда вы меня привезли?

И оглядела лица офицеров, которые стояли по обе стороны от меня, словно собирались предотвратить любую попытку побега. 

— Вам нечего бояться, — бесстрастно проговорил один. — Вас ожидают для разговора. Необходимость допроса приостановлена. И случится ли он, будет зависеть лишь от вас.

Особняк выглядел вполне умиротворённо, находился в респектабельном районе, и его окружали дома ничуть не хуже. Но я прекрасно понимала, что самые страшные дела могут твориться за стенами именно таких вот благополучных с виду коттеджей. Но сбежать прямо сейчас я не могла. Мне обещали разговор. Ну что ж, поговорим.

— Скажите хоть, кто… — вздохнула я без особой надежды.

— Сейчас всё узнаете.

Регулары проводили меня через калитку до крыльца заднего двора. Раз привезли не к парадному, значит, моё появление здесь — тайна для окружающих. Это плохо  — если меня захотят устранить, то никто и не узнает, где именно это случилось. Теперь я начала жалеть о том, что не приступила к обучению с Шедлоу раньше. Может, сейчас могла бы дать хоть какой-то отпор.

Я поднялась по ступенькам к двери, и она тут же передо мной распахнулась, а офицеры, которые только что следовали за мной, мгновенно растворились в темноте.

В глаза ударил жёлтый вечерний свет, и тёмный мужской силуэт передо мной не сразу обрёл детальные черты. Пожалуй, сначала я почувствовала знакомый флёр магии, которая плавно накрыла меня тёплым коконом — плавленое золото. Ну, конечно…

— Тар Ароскейл, — вздохнула я ещё до того, как сумела рассмотреть его лицо.

— Леди Хэлкроу. Счастлив видеть вас в своём доме.

Он протянул мне руку, и я вложила в неё свою. Он плавно увлёк меня за собой в пахнущее деревом и магией хозяина нутро дома. Дверь за моей спиной захлопнулась будто сама по себе.

— Простите за эти сложности, — сразу заговорил Валтаир. — Пришлось привлечь кое-какие знакомства из ближайшего отделения Чёрных Плащей, чтобы доставить вас сюда наиболее незаметно. Чтобы у газетчиков, которые наверняка наблюдают за вашим домом, не возникло лишних подозрений.

Я скинула плащ на руки подошедшего лакея.

— Боитесь опорочить себя нахождением рядом с обвинённой в нападении на бедного работягу девицей? — усмехнулась.

— Берегу ваши душевное равновесие, — мягко возразил вирм. — Разве сейчас вам нужны лишние сплетни?

— Нет. Как и вам, полагаю, — я прошла вперёд мимо Валтаира по его пристальным взглядом, который неотрывно был прикован к моему лицу. — Репутация вожака должна быть кристальна.

— Не настолько строго, но смысл вы уловили правильно, — он улыбнулся и вдруг, поймав меня за руку, прижался к ней губами. — Я скучал. Мы не виделись всего пару дней, но кажется, что уже целую вечность. Я узнал, как ваше здоровье, у дана Зайрида. Но мне было катастрофически мало этого.

Я высвободилась. Его внезапный и уверенный напор слегка сбил меня с толку. Не слишком ли он торопит события? 

— Полагаю, из утренней статьи вы получили обо мне гораздо больше информации. Боитесь, что я на допросе упомяну вас, как свидетеля? — я с подозрением окинула его взглядом. А он  взмахом руки лишь пригласил меня следовать дальше.

— Пожалуй, я бы хотел этого. Более того, вам следует упомянуть меня на допросе. Но вы должны понимать, что это может сыграть с вами злую шутку, — он придержал меня за локоть, когда я попыталась повернуть не в ту комнату, и направил в нужную сторону — дальше. — Признаюсь, я просто хотел пригласить вас на ужин. И мне очень жаль, что повод для этого случился очень неприятный. Но я надеюсь, что мы с вами всё обсудим и поймём друг друга правильно.

Валтаир проводил меня в малую столовую — предназначенную, видно, для приватных трапез и бесед. Уверена, в этом огромном доме была и та, в которой можно было собрать многочисленную семью. Но не сегодня.

Стол был накрыт на две персоны. Над расставленными на столе блюдами возвышались длинноногие канделябры, свечи в которых горели ровным, словно бы ненастоящим пламенем.

Но стоило мне пройти мимо, как оно заколыхалось, и наши с вирмом тени заплясали по стенам в каком-то безумном танце. Валтаир сам отодвинул для меня стул, а затем сел напротив. И в тот же миг в столовую вошли два лакея с подносами.

— Не уверена, что у меня есть аппетит, — заметила я.

— Хотя бы попробуйте. Возможно, войдёте во  вкус, — двусмысленно улыбнулся хозяин.

Вскоре слуги удалились, наполнив наши тарелки и бокалы. Я даже не посмотрела на еду, лишь отметила про себя, что пахнет она действительно аппетитно. Но больше меня интересовала причина, по которой тар Аронскейл привёз меня сюда с такой скрытностью и выдумкой.

— Так что вы хотели обсудить? — напомнила я.

— Очень простой и одновременно сложный вопрос, — охотно перешёл он к делу. — Я ни в коем случае не хочу попрекать вас той неприятной ситуацией, в которой вы оказались из-за подлости других людей. Сейчас вы находитесь в центре внимания, и нападки от недоброжелателей или каких-то мошенников на вас вполне ожидаемы. Так вот… Я хочу предложить вам помощь.

Я только взялась за вилку, но тут же опустила её обратно. Казалось бы, нужно обрадоваться — Валтаир это тот мужчина, который точно сможет решить все мои проблемы одним ударом кулака по столу. Однако если бы всё было так просто, он уже сделал бы это, а не устраивал скрытную личную беседу.

— И в чём подвох? — я вскинула брови. Сейчас мне не хотелось прикидываться наивной дурочкой, которая любую благодетель принимает за чистую монету. 

— Подвох? — удивился Валтаир. — Нет никаких подвохов. Есть только условия, которые я и хотел с вами обсудить.

— Ну конечно… — понимающе хмыкнула я.

— Думаете, вы прекрасно осознаёте, что я не могу открыто вмешиваться в это дело. Не только потому что я вожак, как вы справедливо заметили…

— Но ещё и потому что вы помолвлены, — покивала я, подняв на него короткий взгляд исподлобья.

— Верно. Это тоже. Но я готов пойти на некоторый репутационный риск. При вашей поддержке.

— Какой же поддержки вы от меня ждёте? Я не занимаю никаких значимых мест в Совете или ещё где-то. Даже мой статус Зерна не подтверждён до тех пор, пока магия не пробудится.

Валтаир встал, после чего остановился сбоку от меня и опёрся одной ладонью о стол. Жар от его тела наполз на моё плечо, поднялся по шее и коснулся щеки. Я  замерла, сосредоточенно глядя в тарелку. Его приближение явственно затронуло что-то внутри, кажется, вся моя аура мгновенно нагрелась и слегка затрепетала по его воздействием. Вирмы опасны — сами по себе — и моя птичья, пусть и огненная, сущность, кажется, прекрасно это ощущала.

Но его сила и власть были притягательны — этого не отнять. Мой непробужденный огонь тянулся к его неосознанно, по одной только своей природе. И с каждым мгновением, что он находился рядом, почти касаясь моей руки своим бедром, бороться с этим становилось всё сложнее.

— Понимаете, Марселина… Ваше место в моей жизни неожиданно оказалось гораздо важнее каких-то официальных должностей. И я, как это ни печально для меня, ничего не могу с этим поделать. На нашем пути стоит Совет со своими условностями и ритуалами, в которых — мы с вами чётко это осознаём — нет никакого практического смысла. Это лишь  трата времени, — он помолчал и вдруг медленно коснулся локонов у моего виска. — Но вместе мы можем сделать один шаг против Совета — и им нечего будет этому противопоставить. Потому как цель будет достигнута. В этом я уверен. Никакого лишнего шума, никакого публичного обсуждения всей этой ритуальной шелухи…

Я перестала дышать, когда кончики его пальцев опустились на моё плечо, а сам он склонился ещё ниже. 

— Вы предлагаете мне…

— Я предлагаю договориться. О “слиянии”. Только вы и я вдали от чужих жадных глаз. Мой дракон сходит  с ума — и я открыто говорю вам об этом, как той единственной, кто этого достойна. Я не боюсь признаться в своей слабости перед вами. И не могу представить себе даже возможность того, что до вас дотронется кто-то кроме меня.

Его прикосновение скользнуло ниже, спуская с моего плеча ткань платья. Это могло показаться случайностью. Но моё лицо мгновенно вспыхнуло, а тело охватило влажным жаром осознания того, что он мне предлагает. Открыто и вопиюще откровенно.

Я вскочила с места, чтобы просто уйти, но Валтаир вдруг приблизился ко мне почти вплотную. Надвинулся на меня огромной обволакивающей сущностью. В горле мгновенно пересохло, а всё лицо запылало. Я посмотрела на него — и золото его взгляда облепило меня, словно смола — муху.

— Я понимаю, что прямо сейчас вы можете быть не готовы. Над решением нужно подумать, — продолжил он говорить, и его голос зазвенел в ушах, словно навязчивая убаюкивающая мелодия.

— Конечно, я не готова! — всплеск праведного негодования подстегнул меня, и ответ прозвучал слишком резко. — Более того — я не согласна! Вы сами себя слышите вообще?

Валтаир плавно обвёл моё лицо взглядом, а затем мягко и как-то задумчиво улыбнулся, будто мои слова казались ему пустым капризом, который просто нужно пережить.

— Думаю, вы обманываете сами себя, — сгибом пальца он поддел мой подбородок, заставив вытянуться и схватиться за его запястье. — Уверен, вы чувствуете то же, что и я. Но готовы пойти на поводу у Совета. Зачем?

— Я ни у кого не собираюсь идти на поводу! И у вас в том числе. Считаете себя неоспоримым лидером? — я отклонилась, когда вирм приблизился ко мне ещё, опасно сокращая расстояние между нашими губами. Он ждал и каким-то непостижимым образом завораживал меня. Моей воли едва хватало сопротивляться. Это было нечто не поддающееся пониманию.

— Я просто не хочу вновь устраивать для вас испытание скандалом, — беспечно пояснил дракон, будто предлагаю мне величайшую милость на свете. — Кто бы из нас ни победил, это будет у всех на устах. Считайте, за ритуалом в вашей постели будет наблюдать весь город.

— Я задёрну шторы, — прошипела я и качнулась назад.

Но Валтаиру удалось удержать меня ещё на полмига, он подался за мной, и наши губы почти соприкоснулись. Сердце замерло, а перед глазами на какое-то мгновение потемнело, будто меня столкнули в пропасть.Я ощутила лёгкое касание тепла его кожи, обжигающий поток его магии прошёлся по моей спине, отчего она сразу покрылась испариной. Нижняя сорочка прилипла к ней и к бёдрам. Как ему это удаётся?

Это какие-то  особые умения?

Надо бы разузнать о Валтаире Аронскейле побольше, чтобы быть готовой к сюрпризам, которые может преподнести его магия. Похоже, он гораздо сложнее и опаснее, чем я думала.

Может быть, это и правда лишь притяжение нашего внутреннего огня. Мой слабый легко поддавался напору его — не имеющего границ — тянулся к нему, подсознательно пытаясь напитаться силой. Мне же лишь оставалось цепляться за остатки самообладания, чтобы не допустить необратимых последствий.

— Ну нужно рубить сгоряча, — посоветовал Валтаир, когда я всё-таки сделала шаг назад, окончательно разрывая наш странный, почти непреодолимый контакт. — Я подожду. Но чтобы рискнуть окунуться в центр опутавших вас событий, мне нужна значимая награда. И пока что для меня это — ваше безоговорочное расположение.

Я хотела ответить ему ещё хоть что-то колкое. То, что сможет выразить всю глубину моего возмущения его поведением. Но лишь открыла рот, как двери столовой распахнулись так резко, что на столе от пронёсшегося сквозняка погасло несколько  свечей.

Внутрь быстрым шагом вошла Эцина Гарралат, и мгновенно оценив обстановку, остановилась. Зелёные глаза девушки хищно сверкнули.

— Как прекрасно! — яд её тона плеснул мне в лицо, словно едкое зелье. Захотелось смахнуть с себя эту гадость сразу, пока не растеклась и не впиталась. — Вижу, вы замечательно проводите вечер! 

— Эцина, не начинай, — устало вздохнул Валтаир. — Мы всего лишь беседовали. На леди Хэлкроу валится столько всего…

— И ты просто хотел её поддержать, — она фыркнула. — Понимаю.

— Я уже ухожу, — бросила я и, собрав последние обрывки учтивости, присела в реверансе. — Тар Аронскейл, благодарю за ваше участие. Вы очень хорошо прояснили для меня ситуацию. Леди Гарралат…

Улыбнувшись кошке, я направилась было прочь из столовой, но когда проходила мимо, она выбросила руку в сторону и вцепилась в моё предплечье. Острые когти впились в кожу с такой силой, что я еле сумела подавить вскрик. 

— Казалось, ситуация, которую обрисовала вам я не так уж давно, тоже была достаточно ясна. Но, видимо, нет.

— Разбирайтесь со своим женихом сами. Я приехала сюда не по своей воле, — ответила я ей так же тихо, хоть и знала, что Валтаир всё равно слышит.

— И больше не приезжайте. Считайте это добрым советом, — острая, как клинок, улыбка, рассекла её красивое лицо. — Экипаж ждёт вас у крыльца.

Теперь она меня отпустила, и я почувствовала, как горячая капля крови стекла по коже, прежде чем впиталась в рукав. На почти негнущихся ногах я вышла из столовой и пошла по коридору в прихожую, где меня уже ждал лакей, держащий наготове мой плащ.

Теперь можно было позволить себе некоторую слабость, поэтому я обхватила пальцами оцарапанную Эциной руку и опустила плечи. Похоже, здесь у неё есть доносчики! Как ни пытался Валтаир устроить всё скрытно, ему это не удалось. Что ж, надеюсь, кошка оставит пару царапин и на его драконьем теле.

И вдруг по краю моего зрения проскользнуло нечто, что заставило меня остановиться и взглянуть на висящий у лестницы портрет. На нём был изображён очень похожий на Валтаира темноволосый породистый мужчина, только гораздо его старше. Пожалуй, даже не отец — возможно, дед. 

И это был бы обычный вирм с характерным для всех Аронскейлов золотым взглядом, если бы не гербовый гобелен, который висел за его спиной. Часть изображённого на нём знака была скрыта, а вот та, что виднелась, показалась мне странно знакомой…

Расстроенная встречей с Валтаиром, которая всё внутри меня поставила с ног на голову, я лишь отметила этот факт про себя, решив вернуться к нему позже. На большее мой мозг, который встряхнули, словно снежный шар, сегодня уже был не способен.

— Благодарю, — рассеянно кивнула я лакею, когда он помог мне одеться.

В прихожей стало тихо, и до моего слуха донеслись отголоски развернувшейся в столовой ссоры.

Поделом ему, — устало подумала я и вышла на задний двор. Экипаж и правда уже ждал меня у калитки чёрного хода. На этот раз он был вполне обычным — таких по  улицам Нествинда ездят десятки. Решив, что его для меня велела подать Эцина, я подошла, и дверца будто бы сама собой открылась мне навстречу.

— Не так я представлял себе наше с вами обучение, леди Хэлкроу, — донеслось изнутри. — Но это тоже своего рода урок для вас, верно?

Всё моё тело мгновенно покрылось горячими мурашками. В коленях образовалась слабость. А он здесь как оказался?! Впрочем, деваться мне уже было некуда, поэтому я  просто вошла в экипаж, опершись на поданную мне из полумрака руку.

Небольшая карета оказалась двухместной, поэтому за неимением альтернативы, я опустилась на обитое бархатом сиденье рядом с Тарианом Шедлоу. 

— Расскажете что-то, или догадываться самому? — усмехнулся он и слегка наклонился в мою сторону. — Учтите, у меня очень скверная фантазия.

Его приближение, пусть и не такое нахальное, как Валтаира, всё равно заставило всё внутри меня подпрыгнуть. Сиденье подо мной словно раскалилось, ноздри сами собой хищно дёрнулись, уловив пряный запах его магии, которая щедро разливалась по карете, наполняя всю её до краёв. Не выдержав, я приложила ладонь к носу и сочно, от души, чихнула.

— Аллергия на кошек вскрылась? — беспечно уточнил Тариан. 

Я повернулась к нему, пытаясь убить взглядом на месте, но добилась лишь того, что его изучение моего лица стало ещё более пристальным. Осязаемым, хоть он и пальцем ко мне не притронулся. Лишь опустил вытянутую руку на спинку сиденья позади меня.

— Скорее это у неё на меня непроходящая аллергия, — ответила я, потерев нос. Стало чуть легче. Правда, теперь у меня защекотало горло. Любопытные эффекты! Как будто сейчас аура Шедлоу была взбудоражена больше обычного, поэтому сильнее на меня воздействовала.

— Эцина вспыльчива, как и все пардусы. Сразу выпускает когти, — невозмутимо заметил Тариан.

— Вам-то виднее, конечно! — я невольно дотронулась до своего раненого предплечья. Оно всё ещё саднило, но меня радовало лишь то, что в комплекте с царапинами не шло какое-нибудь вредоносное заклинание, от которого я покрылась бы струпьями.

— Что там у вас? — глаза Тариана мгновенно потемнели. Он откинул с моей руки полу накидки и, осторожно взяв меня под локоть, подтянул к себе ближе.

— Ничего! — я дёрнулась назад и попыталась вновь закрыться, однако вирм настоял на осмотре.

— Эцина… — покачал головой, гневно сведя брови. — Я уже начинаю жалеть, что позвал её.

— Так всё-таки вы её позвали… — хмыкнула я и тихо зашипела, когда Шедлоу чуть сильнее, чем нужно, надавил на кожу рядом с царапинами Эцины. — А я-то уже подумала, что у неё есть шпионы в доме тара Аронскейла.

— Нет, что вы, — Тариан коротко посмотрел на меня исподлобья. — Он быстро вычисляет всех шпионов и устраняет их.

— Но тогда как вы узнали? — слегка растерялась я. — Раз там нет шпионов.

Не знаю, что в этот момент сделал вирм, но после каких-то скрытых его манипуляций, жжение на месте моего “боевого” ранения прошло. Интересно, это всего лишь “обезболивание” или он действительно умеет лечить?

— Ваша деятельная тётушка посчитала нужным сообщить мне, что вас увезли в участок Чёрных Плащей, — начал он рассказывать. — Видимо, она решила, что вас немедленно посадят за решётку — как будто есть за что. А я выглядел достаточно надёжным для того,  чтобы  вас оттуда вытащить.

— Из работного дома вы меня вытащили… — вспомнила я своевременно.

— Это немного другое. Но суть не в этом, — вирм наконец отпустил мою руку и даже сам обратно нарыл её плащом. — Я уточнил на месте, но оказалось, что вас ни в какой участок не увозили. Ну и путём некоторых расспросов мне удалось выяснить, где вы.

— А зачем Эцина? — прищурилась я. — Хотели меня унизить или просто оставить руки чистыми?

Реакция Тариана на мои слова оказалась неожиданной: он запрокинул голову и коротко рассмеялся.

— Вы порой очень проницательны, — проговорил он и небрежно вновь вернул свою руку на спинку сиденья за мной, отчего что-то у меня в груди тревожно замерло. Я буквально ощущала эту его руку и ждала каждого её движения. — Ну, во-первых, я считаю, что по отношению к ней он поступил нечестно и ей стоило об этом узнать. А во-вторых… Она умеет взывать к его совести гораздо эффективнее, чем я. Я могу лишь дать ему кулаком в лицо. Но это не изящно и к тому же не за что. Он ведь не успел сделать ничего предосудительного. Верно?

Тариан покосился на меня, ожидая немедленного ответа. Казалось, он всё знал, лишь хотел услышать подтверждение своих предположений. Или их опровержение.

— Не за что, — буркнула я и добавила, не успев оценить, стоило ли вообще поднимать эту тему. — А вы?

— Что я? — вздёрнул брови Шедлоу.

— Вы поступаете честно по отношению к… Адже?

Уголок его рта дёрнулся вверх, но быстро упал. Взгляд в очередной раз подёрнулся льдом — так случалось каждый раз, как разговор заходил о тех вещах, которые он считал неприемлемыми для обсуждения. Вот и сейчас.

— Это не ваше дело. К тому же между нами нет ничего, что могло бы обеспокоить мою невесту… — он выдержал короткую паузу, во время которой моё сердце успело упасть в желудок. — Если бы она у меня была.

— Я просто спросила! — щёки опасно загорелись.

— А я просто ответил. Надеюсь, теперь ваше любопытство успокоится? — он испытующе приблизился, и я вдруг ощутила, как мои лежащие на спине волосы что-то пошевелило. Словно он перебрал их пальцами. Или показалось?

— Да, простите… — я отвернулась к окну.

За ним уже пробегали знакомые улицы, а значит до дома Илэйн осталось всего ничего. Наконец этот неприятный и очень длинный день закончится, а завтра я смогу ещё раз обдумать, что же мне делать.

—  Спасибо, что вмешались, — проговорила я, напоследок, когда экипаж наконец остановился у крыльца. — Это была странная и двусмысленная ситуация.

— Валтаир любит двусмысленности,  — кивнул Тариан. — И любит провокации. Но он не сделает ничего, чего вы сами не хотели бы. Что же до той мерзкой статьи в газете… Отправляйтесь в участок, когда вас туда действительно вызовут, дайте показания и расскажите всё, что вы знаете о Фариасе. Будьте честны. А я попытаюсь выяснить что-нибудь, что закончит этот скандал как можно быстрее.