Я вхожу в ворота Академии уже как в двери дома. Я слишком часто бывала тут ещё до поступления - слишком часто для первокурсника. Академия возвышается над тобой, словно древний готический замок с мостами между башен, барельефами и горгульями, которых, кстати, убрали только два года назад: аспиранты факультета металлов посчитали смешным оживить их и натравить на первокурсников, которые ещё и просто землёй-то управлять не умеют, а тут - целые каменные горгульи.
Я иду по главной аллее к расписным дверям вместе с остальными поступившими. Только в их глазах можно увидеть восхищение - так близко Академию они ещё не видели. В моих - усталость от постоянных тренировок и уроков всё лето. Иногда становится завидно их горящим глазам. Если меня спросят, помню ли я первое впечатление от Академии, я отвечу, что была слишком мала, чтобы запомнить всё. Помню только, как меня ругала мать в своём кабинете за четвёрку у репетитора по алхимии. Конечно, встаёт вопрос: почему семилетний ребёнок должен изучать алхимию? Но родителей мы не выбираем.
Зайдя в холл Академии, можно увидеть две лестницы по бокам, ведущие на открытый балкон на втором этаже, и дверь, за которой начинается главный коридор. Все первокурсники остановились в холле, увидев на балконе дирекцию.
— Дорогие первокурсники! - прогремел голос директора Алиаса Мэригона. — Сегодня знаменательный день. Мы рады приветствовать вас в лучшей Академии стихий всего материка.
Толпа студентов захлопала. Не будем упоминать, что это почти единственная открытая Академия на материке, да и материк у нас не такой уж большой. Тут грех не быть лучшей.
— Сегодня у вас будет ознакомительный день. Вам покажут Академию ваши кураторы. Прошу.
Мужчина, похожий по возрасту на аспиранта (а учитывая, что он стоял позади дирекции, его статус был ниже деканов факультетов), разослал множество листов прямо в руки каждому студенту. Такая точность магии воздуха требовала высокого мастерства - и я усомнилась, точно ли он просто аспирант на побегушках у дирекции.
— Каждый из вас сейчас получил своё расписание на день. Оно составлено так, чтобы каждый смог пообщаться со своим куратором наедине и задать все интересующие его вопросы. Не стесняйтесь: ваши кураторы - люди, которые хотят помочь вам адаптироваться к новым условиям жизни в Академии.
Каждый раз, когда я слышу этот приторный голос, меня тянет блевать. Да, он умеет строить из себя хорошего человека, но я - дочь декана факультета воды, дочь женщины, которая спала с этим директором ещё до того, как окончательно развелась с мужем. Мне двадцать один год, и этот мужчина пытался воспитывать меня как отец, хотя им не являлся. Какое уважение может быть к человеку, который почти в открытую ворует деньги Академии и при котором она начала приходить в упадок? Для меня до сих пор загадка, почему его не сместили.
— На этом всё. Прошу следовать за нами, мы проводим вас в столовую на завтрак.
Дирекция развернулась к дверям, за ней вся толпа первокурсников двинулась по лестнице и направилась в главный коридор Академии.
Пока мы шли в столовую, я взглянула на лист в руке. В отличие от других студентов, которым сегодня предстояло знакомиться с Академией, в моём расписании был только один пункт: «Встреча с деканом факультета воды».
— Лира! Лира!
Я обернулась на голос позади и увидела бегущего ко мне парня в растрёпанной школьной форме: жилетка была расстёгнута, один рукав пиджака закатан, галстук болтался, как удавка, а рубашка - мятая и незаправленная.
— Опять пропал, Маркус? - усмехнулась я своему запыхавшемуся другу.
— Ой, не начинай, - он поравнялся со мной. — Да проспал, но всё равно успел. Ой, а что за листок?
— Маркус, тебя прикончат.
Я протянула ему расписание, хотя очевидно, что содержательным оно для него не будет.
— А у всех такой тет-а-тет с деканом? Вашей маме случайно муж не нужен? - он толкнул меня плечом.
— Ха-ха. Очень смешно. Тебе за этим как раз нужно подойти к её парню, я полагаю.
— О, чёрт, я не хочу даже представлять, как такая красотка спит с этим слизняком. Конечно, у них, наверное, нет проблем со смазкой из-за этого.
— Маркус! - возмущённо отвесила я ему подзатыльник.
— Да ладно, пошутить уже нельзя, - сказал он, потирая побитую часть тела.
— Напоминаю: ты всё ещё про мою мать говоришь.
Мы уже дошли до столовой и рассаживались по местам за длинными столами, поставленными почти вплотную друг к другу. За одним могло уместиться около двадцати студентов - как раз одна группа факультета. Мы с Маркусом сели подальше от выступа, где сидела дирекция: не хватало ещё привлекать внимание в первый день. За нами оставался всего один стол, разделявший нас от входной двери.
— Как лето провела? - спросил Маркус, усевшись рядом со мной с подносом еды.
— Не задавай глупых вопросов - не получишь глупых ответов, - сказала я, не глядя на него, и продолжила есть.
— Ага, мать загоняла?
Мне оставалось лишь зло посмотреть в его зелёные глаза и молча продолжить есть. Не то чтобы я за двадцать лет не смирилась со своим положением, но тащить эту фигню ещё и в дружбу не очень хотелось. Тем для разговора и так было много.
Напротив нас села парочка девушек, очевидно, первокурсниц. Они очень активно и громко обсуждали своё расписание. Я посмотрела на Маркуса, он поймал мой взгляд, и мы поняли друг друга: «слишком громкие». Продолжая есть, я не заметила, как их разговор затих, пока не почувствовала на себе взгляды. Подняв глаза от блюда, увидела двух зеленоглазых девчонок, смотрящих на меня широко раскрытыми глазами.
— И-извини… - не сразу произнесла первая. — А это ты дочь декана факультета воды?
Я тяжело вздохнула и ответила:
— Так точно. Что-то хотели?
— Н-нет… - опешили они. — Мы просто впервые видим такие глаза…
Они смотрели на меня, не отрывая взгляда.
— Супер. Приятного аппетита.
Я вернулась к еде, привыкшая уже к этим комментариям.
— А правда, что у тебя есть капли специальные, чтобы глаза были ярче? - задал вопрос сидевший рядом с девушками парень. От такого вопроса я аж опешила.
— А правда, что ты увеличил член, Генри? - ответил за меня Маркус.
Девочки прыснули от смеха, а названный Генри вернулся к еде, бормоча себе что-то под нос.
Я пнула Маркуса коленкой под столом и наклонилась к его уху:
— Очень искромётно и умно.
Мы встретились взглядами: мой - возмущённый, его - сверкающий смешинками.
— Да ладно тебе, я же не мог молчать.
— «Да ладно тебе, я же не мог молчать», - передразнила я его.
Маркус усмехнулся и поднялся из-за стола.
— Благочестивая Лириндра, позвольте откланяться, - озорно проговорил он. — Мне ещё на ковёр к директору за расписанием топать. Дамы! - театрально поклонился он девочкам напротив и пошёл прямо к выступу с дирекцией.
Две подружки немного покраснели, как школьницы, а после его ухода зашептались.
Когда я почти доела, меня снова остановили вопросом:
— Прости, а как зовут этого парня, который сидел рядом с тобой?
Я закатила глаза. К этому я тоже уже привыкла с лицея, как и к вопросам про мать и про глаза.
— Маркус. Нет, мы не встречаемся. Не знаю, есть ли у него девушка. Можете сами подойти к нему и спросить.
Пока говорила заученную годами фразу, я встала из-за стола и пошла к выходу, не дожидаясь их ответа.
Пока шла к дверям, ещё раз осмотрела зал. Да, он был красив: высокий потолок, витражные окна с изображением стихий - такие, что, когда свет преломлялся через них, пол в некоторых местах окрашивался то в красный, то в зелёный, то в голубой. Эта столовая больше походила на бальную залу из фэнтезийных романов. Насколько помню, здесь действительно в конце года будет проходить бал.
Ученики за столами переговаривались, смеялись, кто-то уже сидел с книжками, готовясь к началу учёбы. Моё внимание привлёк угол у стола прямо рядом с дверью. Там сидел один парень - именно один: перед ним и сбоку от него были свободные места, хотя весь зал был забит студентами битком. Странная ситуация. Раньше я такого здесь не видела, когда приходила к матери, хотя в столовой бывала не так часто - может, это и норма.
У парня был красивый профиль, щетина и волосы, закрывающие глаза от моего взгляда. Интересно, куда он попадёт? Ну, узнаем через месяц, если не встречу его раньше на учёбе. Я уверена, что он первокурсник - иначе бы точно не сидел один. Академия чертовски сближает.
Мой же путь был определён изначально — ярко-синими глазами. В мире, где всё зависит от глаз, вариантов мне не оставила генетика. В детстве я слышала насмешки сверстников и возгласы восхищения взрослых, которые уже пророчили мне великие свершения. Спросили ли маленькую Лиру, хочет ли она их? Возможно, когда папа рассказывал легенды про великих магов воды, мне и хотелось стать такой же, но ровно до того момента, пока я не выходила из дома. На улице мне хотелось играть и бегать с друзьями. Вскоре мать заполнила моё расписание так, что времени на грусть от отсутствия друзей не осталось.
Дойдя до двери с табличкой «Декан факультета воды - Элеонор Риквуд», я постучала, подождала пять секунд и вошла, не дождавшись ответа. Кабинет матери был светлым и просторным. Вдоль стен тянулись стеллажи высотой до потолка с книгами, но первое, что бросалось в глаза при входе - огромный стол, явно сделанный из какого-то тяжёлого дерева, и окно во всю стену за ним. Сейчас свет из окна оттенял фигуру Элеонор, стоявшую спиной к двери.
— Лириндра, присаживайся.
Мать не обернулась, продолжая смотреть в окно, сложив руки в замок за спиной. Я села на кресло у стола и стала ждать начала разговора. Выждав паузу, Элеонор развернулась и посмотрела на меня своими синими глазами, уже не такими яркими, как в молодости, но пронзительными и острыми, такими, что приобретаются с возрастом и опытом руководителя.
— Через месяц, как ты знаешь, тебя ждёт обряд инициации перед старейшинами. Надеюсь, ты готова выложиться по максимуму и показать все свои способности.
Мать не садилась. Её силуэт, подсвеченный из окна, добавлял хрупкой фигуре внушительности и авторитета.
— Да, мама, я готова.
Я смотрела прямо ей в глаза, не опуская взгляда, не проявляя слабости, доказывая свою готовность. Элеонор тяжело вздохнула и элегантно опустилась в кресло. С возрастом мне стало казаться, что моя мать оттачивает каждое своё движение. Они были такими плавными и отточенными, что создавалось ощущение: настоящий человек так двигаться не может. В каждом жесте Элеонор чувствовалось, что её стихия — вода, и она является её воплощением. Исходя из её пластики, можно было подумать, что внутри у неё нет костей — только жидкость. Но, возможно, это было просто мастерство и профессиональная деформация под влиянием стихии.
— Лириндра, я, вроде бы, не рожала глупую девушку. В Академии я — декан Риквуд. Всё понятно?
На её комментарий про мои умственные способности я вздрогнула. Вроде бы, нужно было привыкнуть, но, честно говоря, каждый раз это ощущалось как иголка, втыкаемая в мозг — излюбленная манипуляция.
— Да, декан Риквуд.
— Отлично. Теперь твоё расписание, - декан Риквуд протянула мне листы с таблицами. — Оно немного расширено. Ты не можешь пропускать занятия с репетиторами, как минимум этот месяц до инициации. Дальше посмотрим по результатам.
С языка моей матери это значило: «Посмотрю, буду ли довольна твоими результатами. А довольна я не буду никогда, так что страдать тебе без отдыха до выпуска».
— Далее обсудим экскурсию по Академии. Думаю, многие коридоры и кабинеты тебе знакомы. Жить ты будешь этажом ниже. В расписании рядом с твоим именем указан номер комнаты. Думаю, разберёшься сама. На этом всё. Свободна.
Я встала с кресла, собираясь уходить, но всё же набралась смелости и задала интересующий меня вопрос:
— Декан Риквуд, разве этажом ниже есть жилые комнаты?
Мать посмотрела на меня, как на неразумного ребёнка.
— Появились. Ещё вопросы?
— Нет, спасибо.
Выйдя из кабинета, я спустилась по винтовой лестнице башни и нашла свою комнату.
Зайдя внутрь, увидела скромное помещение с голыми стенами, одним шкафом, столом, стулом и кроватью, больше похожее на келью. Скинув с себя все вещи, достала из сумки бутылку с водой, которую всегда носила с собой на всякий случай, села на кровать и создала купол из воды вокруг себя и кровати. Я так делала с детства, когда отец рассказал мне, что вода глушит все звуки вокруг. Уткнувшись лицом в подушку, я закричала что есть мочи.
«Когда эта женщина наконец отпустит меня?»
Дорогие читатели!
Спасибо, что открыли мою книгу, это первая книга на этом сайте.
Буду рада вашему лайку! Совсем скоро продолжение;)