Ох уж эти иномиряне!

— Верни всё, как было! — закричала Ольга, преодолев первый шок. Но Искин уже сам понял свою ошибку и вернул непрозрачность стен. 

Действуя по протоколу сопровождения высокоранговых лиц, он установил контроль за жизненными показателями Головина, и когда у того скакнул пульс, то мгновенно проанализировав ситуацию, отреагировал соответственно.

— Что… что это было? — вцепившись в ручки кресла, спросил мёртвенно-бледный Всеволод Аристархович.

— Не знаю, — буркнула Оля. — Я впервые оказалась в такой штуке, и сама едва не окочурилась с перепуга!

Советник глубоко вдохнул и медленно выдохнул, а унтеры высказались от души:

— Перун свидетель, я чуть портки не обмочил! — показывая дрожащие руки, проворчал Полозов. — Чувствую седалищем, что сижу, а глазами вижу, что болтаюсь в воздухе!

— А я меня очко с пупком встретились, так сжались от страха, — поделился своими переживаниями Ежов.

— Эй, смотритель! — процедил Демьян, с беспокойством глядя на бледного отца. — Верни окошки, а то блевану тебе тут от всей солдатской души!

Ольга злорадно ухмыльнулась: Искин лишился уважения у унтеров после этой выходки. Она догадалась, что он ввёл в программу встречи развлекательный момент, который был принят в местном обществе, но не учёл фактор иномирности своих гостей. Видимо, впервые к нему попал министр из другого мира.

Искин вернул транспорту изначальный вид, и все прилипли к окошкам, постепенно забывая пережитое. Ольга снисходительно улыбнулась, видя, как с лиц её спутников уходит испуг, а глаза загораются восторгом.

Они летели! Сидели в удобных креслах и летели! Для них это было невероятно и потрясающе.

Полозов от избытка эмоций постоянно дёргал Ежова, чтобы тот обратил внимание на панорамные окна, просторные террасы на верхних этажах или бассейны. Искин сумел удивить, накладывая иллюзорные картинки на брошенные дома. Оказывается, у него сохранилась запись с момента продажи зданий всего города, где использовался виртуальный рекламный ролик с озелененными террасами и с бассейнами, наполненными чистейшей водой. Перед всеми разворачивалась сказочная картина, где мёртвый город представал во всём своём величии. И конечно, рекламная картинка производила сногсшибательное впечатление. Разве что Головин беспомощно щурился, видя только цветные пятна.

Ежов послушно вертел головой, удивляясь вместе с Полозовым тому, что видит. Но Ольге показалось, что он больше потрясен тем, что видит всю эту красоту сверху или на уровне верхних этажей. Похоже, что полёт перевернул все его представления о мире.

Васильчиковы таращились в окошки, открыв рты. Они впитывали впечатления, как губки, но ещё не знали, нравится ли им увиденное или нет. Рекламная иллюзорная картинка оказалась излишне сказочной и непонятной для простых людей. Ольга же с интересом изучала открывшуюся панораму. Она смотрела вдаль — и видела заброшенный город, а когда смотрела на ту часть, где они пролетают, то картинка менялась на парадную. Это было невероятно и очень грустно.

Она украдкой следила за своими спутниками и радовалась, что их взгляды оставались осмысленными, а не остекленевшими, как случалось с ними ранее. Особенно она переживала за старика, но тот держался молодцом.

В следующее мгновение Ольгу прошиб страх. Она увидела поднявшихся с крыш домов летающих тварей. Они были невелики, но могли создать неприятности. Унтеры напряглись, крепче взялись за оружие и их взгляды заметались по летающему вагончику, чтобы понять, как организовать оборону.

Головин ничего не заметил. Он вглядывался в дома, стараясь рассмотреть яркие пятна, а когда почувствовал, что что-то не так, то все уже закончилось. Твари отстали, сочтя пролетающий мимо транспорт слишком крупным и опасным существом.

— У вас есть что-то для защиты от них? — спросила Ольга Искина.

— Я прокладываю маршрут так, чтобы избежать встреч с опасными существами, — ответил он ей. — В случае необходимости включу режим маскировки.

Ольга вопросительно посмотрела на его изображение, ожидая пояснений, но тот вдруг признался:

— Вынужден поставить в известность, что маскировка срабатывает не всегда.

Внимательно слушавший Головин сразу же попросил уточнить:

— Какова вероятность нашего обнаружения тварями при включенной маскировке?

— К сожалению, около семидесяти процентов существ так или иначе видят или чувствуют замаскированный объект, но нападают не все.

Ольга задумчиво слушала Искина и думала, сколько всего она ещё не знает о его возможностях. Невольно ей вспомнилось, как она шагала по заполненным иномирными тварями улицам города, тащила на себе продукты и просила Искина дать ей транспорт, а он занудствовал, что это невозможно, хотя мог сам управлять любой техникой.

— Мы подлетаем к правительственному филиалу медицинских усовершенствований, где вам проведут все необходимые процедуры, — торжественно сообщил он, и летающий вагончик начал плавно снижаться на крышу одной из высоток.

Ольга даже не подозревала, что в этом городке существует такой филиал. Конечно, пешком далеко не уйдешь и она держалась своего района, но Искин даже не обмолвился, что здесь есть такое учреждение.

Двери вагончика бесшумно разъехались, и группа Головина увидела новую голограмму. Это был Искин местного медицинского филиала, представший в виде высокой, стройной, ухоженной женщины в обтягивающем брючном костюме.  

—  Господин министр, добро пожаловать в наш центр! — голос у незнакомого Искина оказался низким, грудным и вызывающим мурашки.  — Госпожа мэр, рада вашему визиту, — тепло улыбнулась дама, и Ольга нервно сглотнула, настолько интимно прозвучали эти ничего не значащие слова. — Господа, — Медискин коротко обозначила приветствие к остальным членам группы, и сразу вернула своё внимание Головину. — Прошу следовать за мной.

Все были смущены и оробели, а местная дама-Искин следовала вдоль узкой ленты, впаянной в крышу и слегка покачивала бедрами. Ольга вместе со всеми поддалась очарованию встречающей, и только следование голограммы вдоль линии, в которую были вмонтированы подзаряжающие элементы, заставило вспомнить, что перед ней не живой человек, а Искусственный интеллект.

— Э, у меня есть пожелание к медицинскому Искину филиала, — негромко обратилась она.

Голограмма продолжила идти, как будто не слышала Ольгу, но одновременно её изображение появилось на ближайшей двери:

— Слушаю вас, госпожа мэр.

У Ольги волоски на руках встали дыбом от тембра ее голоса.

— Вы не могли бы подкорректировать свою внешность?

— Хотите, чтобы я изменила одеяние или пол?

— Уменьшите сексуальность в голосе и поведении. Стиль общения и одежды сделайте более деловым.

Искин неуловимо преобразилась, оставаясь в том же костюме, но теперь он не облегал ее тело:

— Вот так вас устроит? — тоном секретаря-помощника спросила она.

— Да, благодарю.

— Спасибо за подсказку, — неожиданно ответила ей дама Искин. — Я отметила повышение давления и расфокусированный взгляд гостей нашего центра, но не думала, что причиной этого является мой образ.

— Нам всё здесь в новинку. Слишком много впечатлений для первого раза, — деликатно пояснила Оля и бросилась догонять спутников.

Медискин проводила их до лифта, потом её изображение перешло в плоский формат, отображаясь на экране. Головин за всем наблюдал с любопытством, как и Порфирий. Унтеры не сводили глаз с женщины-смотрителя, но уже не так потрясённо, как на крыше.

Спустились всего на пару этажей и вышли в роскошный зал. Искин продолжала подсказывать дорогу, попутно объясняя Головину, чем занимается филиал… точнее, занимался.

— Какие процедуры приготовлены для нас? — уточнил он, промокая запотевшие виски платком. В здании было тепло, а одежда у всех была зимняя.

— Вам доступны все мои резервы, господин министр.

— Я хочу знать стоимость предоставляемых мне услуг и варианты оплаты, — он отвел глаза, чувствуя себя неловко перед немигающей голографической дамой.

— Для членов правления у нас все бесплатно, — Медискин широко улыбнулась, но из-за того, что остальная мимика осталась без изменений выглядело это жутковато. Но советник не успел оценить улыбку местного ИИ из-за возмущенного восклицания Ольги Дмитриевны:

— А я разве не была членом правления? Почему с меня списывали деньги?

— Госпожа Образцова, вы являетесь мэром нашего города, но не членом правительства. Наш филиал не состоит на городском учете и существует на правительственные дотации.

— Ясно, — буркнула она.

— А что вы предложите моим людям? — продолжил задавать вопросы Всеволод Аристархович, ориентируясь на рассказы Ольги об этом мире.

Медицинский Искин методично перечислила весь спектр услуг на сегодняшний день, которые советник терпеливо выслушал. Оля смотрела на Головина и поражалась, как легко он вписался в министерскую должность. Она гордилась им — и немножко собою. Ей было приятно осознавать, что не ошиблась в нём, распознав недюжинный ум.

Всеволод Аристархович какое-то время задавал вопросы, а потом дал разрешение на обследование всей группы. Оно немного отличалось от того, что ранее видела Ольга. Никому не пришлось ложиться в капсулу. Они поочередно прошли в соседнюю комнату, встали в центре, выполнили ряд упражнений и вышли.

Советник продолжал общаться с обоими Искинами, углубляясь в медицину, в должностные обязанности, структуру общества и даже затребовал отчёт о состоянии города, причем в сравнительной степени с другими городами.

Унтеры с благоговением смотрели на делающего пометки в крошечном блокнотике Головина. Он уже составил план работы на ближайшую неделю, разобрался со здешней медициной и одобрил им ряд процедур.

Ольга отошла к окну и, прижимая к груди свой топор, вновь почувствовала себя одинокой. Она впервые видела, как Головин работает и поражалась ему. Она не поспевала за его мыслями и остро ощутила, что не пара ему.

— Ольга Дмитриевна, вы не против, если вам создадут благоприятные условия для усиления развития ваших способностей?

— Что? — повернулась к нему, но прежде чем он повторил свой вопрос, иронично спросила, скрывая охватившую её грусть: — Здесь и такое делают?

— Здесь много чего делают, — улыбнулся он.

Оля согласно кивнула и спохватившись, спросила:

— А деду Порфирию что рекомендовано?

— О, тут список на несколько страниц! Почти все я одобрил, так что посмотрим, что получится в итоге.

— Ваше превосходительство, а нам что делать? — спросил Ежов.

Полозов и Демьян переминались с ноги на ногу, всем своим видом одобряя вопрос товарища.

— Мы же здоровы, — смущённо пояснил Ежов, задумавшемуся советнику.

— Да, вы здоровы и здешний… э-э-э… доктор это подтверждает, но целебный сон вам не повредит.

Унтеры переглянулись, пожали плечами и принялись раздеваться, но Искин их остановил, предлагая пройти в отдельные помещения и там следовать указаниям. Ольгу тоже проводили в отдельную палату, где она легла в прозрачную кабинку. В этот раз она не засыпала и ощущала скользящее по телу лёгкое тепловое воздействие. Её процедура заняла около часа, освободившись первой, она вернулась в общий зал.

Сначала Оля решила перекусить и надолго застряла в меню, натыкаясь на отписку, что у продукта закончился срок годности. Потом она взялась за работу мэра и с удивлением отметила, что у Искина дела сдвинулись с места. Налаженные в прошлый раз технологические цепочки помогли создать какие-то важные детали и Искин отправил их по назначению. Это запустило работу в других городках и круг замкнулся, когда сюда доставили какие-то плашки, позволившие восстановить работу ещё одного местного завода.

— Хм, все это хорошо, — подытожила она и задала давно волнующий ее вопрос об очищающей волне.

— Я наблюдал ее четырнадцать дней тому назад, — ответил Искин.

— Какова активность тварей? Порталов много открылось?

— Пятнадцати процентная активность от максимального уровня занятости города иномирными существами.  Открытие порталов стабильно высокое.

— Ясно. А посчитайте мне пожалуйста разницу течения времени в мире Земля и здесь.

— Необходимы данные.

— Скажу, — обрадовалась Ольга. — Весь расклад дам.

Она вспомнила дату, когда перешла в альтернативную Землю и назвала сегодняшний день. Оказалось, что время течет неравномерно. Здесь прошло чуть больше времени, чем на Земле, но Искин сумел составить график прохождения волны по земному времени и теперь риск попасть прямо на нее снизился до минимума.

— Предоставьте эту информацию  господину министру, — складывая листок с распечатанным графиком, велела она.

Побродив по роскошному залу ожидания, решила вздремнуть. Проснулась от шелеста открывающихся дверей, впускающих в общий зал унтеров. Они замечательно выглядели и единственное, что их волновало, это еда. Накормив их, Ольга посмотрела на часы. Прошло уже десять часов с того момента, как Головин и дед Порфирий ушли делать медпроцедуры. Она уже хотела спросить, как долго их ещё ждать, но двери вновь разъехались по сторонам. Появление деда оказалось сравнимо с эффектом разорвавшейся бомбы.

Старший Васильчиков вошёл в зал босиком и выглядел крепким мужчиной под сорок. Его взгляд был растерянным, а руки не находили места. 

— Вот, барыня, — неловко произнёс он. — Это я теперича. Кажись, и в молодости не был таким пригожим! Все зубы на месте, аки у породистого жеребца. Глаз зоркий и в теле лёгкость.

— Вы замечательно выглядите, — подбодрила его Ольга.

— Батя, ты… — растерялся Демьян, жадно разглядывая отца. — Я помню тебя таким, — тихо произнёс он и вытер слезу.

Ольга услышала шаги и повернула голову.

— Всеволод Аристархович! — воскликнула она, зажимая рот руками. Он выглядел таким же растерянным, как Порфирий. — Кажется, вы стали выше ростом, — не терпя образовавшейся тишины, произнесла она. — И вообще, вы… вы очень… — не сводя с него восхищенных глаз, пролепетала — и ничуть не соврала!

Советник больше не был полноватым и близоруким. Его глаза перестали щуриться, а широкие плечи развернулись, полностью меняя фигуру. И то ли Искин вложила в него больше сил, то ли изначально Головин имел скрытые ресурсы, но выглядел он фактурно. Весьма фактурно и притягательно!

— Ольга Дмитриевна, вы вновь испытываете мою стойкость, — чуть склонив голову, улыбнулся он.

Ольга отметила, какой безупречной стала у советника улыбка и вообще он улыбался не только губами, а всем лицом… и только потом до неё дошёл смысл слов про стойкость. Распахнув глаза, она вопросительно посмотрела на него, не веря тому, что услышала. А он подошёл и, подавая ей руку, флиртуя, добавил:

— Когда самая желанная женщина в мире смотрит на меня так, как вы, я реагирую соответственно.

Оля, завороженно глядя на него, вложила свою ладошку в его, поднялась с кресла. Головин точно так же не отрывал от неё взгляда и только для неё произнес:

— Теперь, когда я без досады и раздражения могу видеть своё отражение в зеркале, я прошу у вас разрешения ухаживать за вами!

Ольге хотелось, чтобы советник повторил свои слова и, может быть, не один раз, но нашла в себе силы одобрительно кивнуть. Он поцеловал ей руку и не просто изобразил поцелуй или быстро клюнул, а задержал свои губы на тонкой коже. Более того, он чуть крепче обхватил её ладошку, не желая отпускать, как того велели приличия.

Оля прикрыла глаза, чтобы не упустить ни капли той приятной волны, что пробежалась по её телу при прикосновении Головина. Давно она такого не чувствовала и уж тем более от простого поцелуя. Хотя не такой уж простой… Теперь, когда она больше знала об энергии, все представало в ином свете. Головин вольно или невольно подарил ей кусочек своих сил. Его энергия была принята, сочтена лакомством и вызвала всплеск собственных сил. Это открытие потрясло Ольгу.

— Всеволод Аристархович, моя симпатия к вам уже давно не тайна, — тихо ответила она.

— Я не смел верить, что такая красавица может благосклонно смотреть на такого старого увальня, как я.

— А я думала, что всё дело в наших с вами разных сословиях.

Лицо Головина омрачилось. Всеволод знал, что князь не позволит жениться ему на Образцовой, а ежели он ослушается, то не простит его. Но не потому ли Всеволод начал самостоятельный путь возвышения? Регистрация патентов, самовольное переформирование отдела по изучению порталов, собственная экспедиция… Ему казалось, что он всё это делает для общего блага, а теперь точно знает, что укреплял свои позиции для того, чтобы без оглядки на других заполучить Ольгу Дмитриевну.

По возвращении он поднимет вопрос о записи её мещанского происхождения. Орлов не имел права присуждать ей сословие. А ежели этого будет мало, то он будет рекомендовать наградить её личным дворянством за заслуги перед Императором.

Одна эта экспедиция уже подразумевает награду! А Ошкину придется смириться и помочь. Или Всеволод справится без него.

Головин вновь поцеловал руку Ольги и твердо ответил на её предположение о сословиях:

— Ольга Дмитриевна, сословность — основа нашей жизни, но я решу этот вопрос.

— А ваш покровитель? Вы как-то объясняли мне, что чиновники вашего уровня не вольны в этих вопросах.  Я уже наслышана, как поступают с пошедшими наперекор традициям дворянами.

 — Мой выбор сделан, и я боюсь только одного: что вы перемените своё мнение.

— Мне кажется, что эта экспедиция поможет нам определиться в отношении друг друга, — боясь верить услышанному, осторожно ответила Ольга. Но её глаза сияли, как у всякой женщины, получившей уверение в том, что она любима и дорога понравившемуся мужчине.
Дорогие мои, спасибо за теплые слова о первой книге! Мы продолжаем наше путешествие с Ольгой. Проды будут выходить по пт, сб, вс. Подписка.