Окно напротив. Эскортница

Под ладонью — шелк кожи.

Подушечками пальцев ощущаю учащенный пульс, неуловимо замедляющийся. Ловлю собственные эмоции, взрывом разделяющие сознание надвое. Здесь — страх причинить вред по неопытности, а за чертой — жгучее вожделение, основанное на превосходстве в данный конкретный момент.

Под твердым телом — другое, податливое и живое, жаждущее, вибрирующее от желания. Кто из нас слаб сейчас? Она — потому что полностью в моих руках. Или я — потому что намеренно пользуюсь ее согласием для получения наслаждения на грани, смеси физического удовольствия и катарсиса на грани.

Перед глазами — взгляд, полный противоречивых эмоций. В нем страх и похоть. Два инстинкта схлестнулись — выживание и продолжение рода — создавая основу для возбуждения.

Ее возбуждения.

Грань так тонка.

Но надо признать, что ощущение податливого тела, слабости, страха и полной зависимости бьет током по темным уголкам моей собственной души, а оттуда — прямиком в пах. Я и сам вибрирую от желания завладеть этим телом, войти в доверчивую крошку, которая — я знаю! - становится алчущей самкой только со мной.

Усилием воли удерживаю внимание на происходящем. Считаю.

Один-миссисипи-два-миссисипи-три. Глаза напротив начинают закатываться. Стоп!

Убираю руку с шеи и подхватываю за округлые бедра, врываясь во влажное, истекающее соком, нежное и упругое.

Давлюсь собственными хрипами, ловлю кайф от ее стонов, вбиваюсь так глубоко, что яйца сводит от ударов о промежность. Напрягаю лобково-копчиковую мышцу, чтобы не кончить раньше времени, потому что сначала должна кончить она.

Да, блядь, упражнения Кегеля не только для баб! Я усердно практиковал их, чтобы добиться ее отклика, а не превращаться в ополоумевшего примата, жаждущего оргазма.

Но какого хрена мне досталась именно она? Какие такие струны во мне задела, что я готов страдать и изгаляться ради ее удовольствия? Я мазохист?

Я. Сейчас. Придушивал. Партнершу. Чтобы. Она. Кончила.

Точка!

Или я все-таки садист?

Все переплелось, закрутилось и сложилось в какой-то немыслимый симбиоз двух существ, желающих одного — удовлетворить жажду, напитать внутреннюю пустоту, разверзшуюся в естестве, заставляющую совершать странные с точки зрения безопасности и общественной морали вещи.

Что нас толкает на этот шаг? На немыслимые ранее девиации? Прошлое? О да, там у каждого по сонму призраков, мешающих нормально жить. Или просто потребность в живом понимающем существе и полном соединении с ним?

Сладкая киска раскрылась передо мной, благодарно принимая, буквально засасывая в себя, расшевеливая нечто в глубинах разума, на подкорке, в рептильном мозге. Снова стоп! Замедляюсь — от дыхания до фрикций, беру под контроль физические инстинкты. Мы не для того столько времени потратили, чтобы слить все к херам.

Да! Да, детка, извивайся!

- Нравится? - спрашиваю, потому что вербальное взаимодействие никто не отменял даже тогда, когда тела живут своей жизнью.

- Да!

- Продолжить так же?

- Сильнее!

Вбиваю член еще сильнее, и это доставляет так, как никогда ранее. Она способна выдержать мое либидо, а я — ее единственный шанс на оргазм.

Нам повезло или нет?

Не знаю.

Но точно улетаю в нирвану, когда чувствую сокращения ее влагалища на моем стволе. Можно больше не сдерживаться.

И я кончаю следом, выплескивая киловатты сексуальной энергии в нее. В мою женщину. Зная, что она воздаст сторицей…

Как мы оказались вместе? Здесь и сейчас… Два человека подходящие друг другу, как замок и ключик…

Интересно?

Тогда это наша история...

Иногда нужно обойти весь мир, чтобы понять, что клад зарыт у твоего собственного дома.

Пауло Коэльо

Красивый. Вот первое, что приходит в голову при виде нового клиента, распахнувшего двери. Квартира в обычном не самом дорогом комплексе, это я точно знаю. Удаленность от центра, некая уединенность этого места мне импонирует.

Как и новое задание.

Мужчина совершенно не собран. Стоит в распахнутой белоснежной рубашке, позволяя оценить тренированный поджарый торс, по которому студентов вполне можно учить анатомии, - четко очерченные грудные мышцы переходящие в два ряда приятных глазу кубиков. Ну просто статуя Давида в миниатюре.

Смотрит, прищурившись, хмурится почему-то, от чего становится не по себе. Не нравлюсь? Обычно клиенты реагируют иначе, с ходу облизывают взглядом, оценивают формы, которые почти по классике — 90-60-90, только верхние девяносто на пару сантиметров больше.

Он ловит мой собственный оценивающий взгляд и теперь уже усмехается, являя ямочку на чисто выбритой щеке. Кажется, решил, что я готова им увлечься.

Нет, парень, ты не понял, я тебя не хочу, я вообще никого не хочу, просто ты реально хорош— от подтянутого тела до русой макушки. Стою и оцениваю, как античную скульптуру. Только вот у скульптуры не бывает таких пронзительных и глубоких карих глаз.

Я, конечно, видела его не раз, но издалека. Да, такое совпадение — я живу в том же доме, ровно напротив его квартиры. Поэтому иногда имею счастье наблюдать за привлекательным парнем, когда он возникает в окне, облокачивается о подоконник, курит, небрежно выдыхая дым, размышляя о чем-то. Это бывает редко, ведь он, похоже, трудоголик, является домой всегда поздно и всегда трезвый. В те ночи, когда я на вызове, очень приятно, вернувшись домой, расслабиться и насладиться столь интересным видом за неимением морских пейзажей. Каждый раз наблюдаю за ним и ловлю некую невыразимую словами грусть, окутывающую этого человека. Словно нечто потихоньку разъедает его изнутри. Именно этот горький оттенок делает его еще привлекательнее для противоположного пола, падкого на мужчин «с прошлым». Прошлое в воображении экзальтированных девиц, разумеется, должно быть темным, а еще лучше — полукриминальным. Но ничего подобного я в соседе не чувствую. Здесь что-то еще.

Вблизи он еще лучше. Да только от его внешнего вида половина моих знакомых девчонок уже кончила бы пару раз. И еще на бис, когда услышала голос — бархатный, с чуть скребущими хриплыми нотками:

- Заходи. Придется подождать.

Да я уже поняла, кэп.

Он отстраняется, пропуская внутрь квартиры, а сам идет к зеркалу в глубине комнаты, нервно поправляя манжеты. Пока он пытается завершить образ, я с интересом осматриваю жилье.

Хороший ремонт, вполне стильно, но совсем не то, к чему я привыкла. То есть, не то, к чему привыкли мои клиенты. Нет показной роскоши и попытки сбить с ног стоимостью этажерки для обуви прямо на пороге.

Да и сам заказчик не выглядит, как парень, у которого могут быть проблемы с женщинами. Неужели не нашел среди поклонниц подходящую девушку для сопровождения? Кстати, а куда мы направимся? Насколько я знаю, на сегодня меня заказали без интима. Как и несколько предыдущих раз.

Вообще, Иван перестал давать мне задания, предполагающие секс, хотя я была и не против, потому что денег больше. В моей ситуации даже лишняя десятка значит многое. После пары раз, когда клиенты оставались недовольными моей холодностью, владелец агентства решил не избавляться от меня полностью, а перевести на простое сопровождение. Все-таки модельная внешность вкупе со знанием двух языков, общей эрудицией делали из меня прекрасный вариант для бизнесменов, желающих пустить пыль в глаза.

Но этот не бизнесмен, не похож.

- Да ебался бы конем этот галстук... - Едва слышно ругается парень, стоя перед зеркалом и пытаясь затянуть узел.

Качаю головой и подхожу ближе:

- Давай помогу, - что-то мешает обратиться к парню на «Вы». Да и он сам сразу перешел на неформальное обращение.

В ответ он морщится, но покорно разворачивает внушительный корпус, опускает руки. Он выше меня на полголовы, и это несмотря на мои двенадцатисантиметровые шпильки, дополняющие и без того немалый рост. Приятно находиться рядом с ним. Нос улавливает аромат парфюма с древесными и кофейными нотами, и немного табака.

Я привычно справляюсь с галстуком под прицельным мужским взглядом. Завязав узел, не отказываю себе в удовольствии пощупать мышцы, провожу ладонями сверху вниз, будто разглаживая складки на рубашке. Мужская грудь напрягается, кадык дергается. Он отступает на шаг и вновь оглядывает с ног до головы уже другим взглядом — не сухим, а с долей мужского интереса.

- Паспорт покажи, - неожиданно просит он.

Это еще что за новости?

- Я не ношу с собой документы. И вообще зачем тебе мой паспорт? Собираешься взять в рабство?

Мужчина на флирт не поддается, хотя ему явно не мешало бы расслабиться. Так и хочется усадить на диван, размять шею, плечи. Да, массаж я тоже умею. Просто звезда эскорта! Которую даже вот такой образцовый самец не возбуждает. Ха-ха!

- Собираюсь посмотреть, сколько тебе лет, - он чуть склоняет голову набок, приподнимая бровь.

- Мне есть восемнадцать, если беспокоишься о законности происходящего, - сохраняю невозмутимость, потому что только так можно завоевать доверие клиента. Нельзя остро реагировать на бестактные вопросы. Я же не знаю, какие мотивы движут собеседником.

- Я не сплю с малолетками, - явно обозначает клиент свои мотивы.

Делаю вдох-выдох, но только мысленно, потому что ни грамма раздражения не должно проскочить в моем поведении. Да и какое раздражение на этого красавчика? Очевидно, это комплимент, хоть и сомнительный.

- Во-первых, я не малолетка, мне даже уже не двадцать один. А во-вторых, заказ был без интима, - решаю напомнить, а то вдруг забыл.

Он поджимает губы, будто сожалея.

- Да, точно, сам же просил, - бормочет парень, вновь отворачиваясь к зеркалу и оценивая внешность в последний раз перед выходом.

Он надевает пиджак и передергивает плечами, явно чувствуя дискомфорт. Не привык носить деловые костюмы, однозначно. Кто же ты такой? Кстати…

- Как к тебе обращаться? - решаю выяснить, наконец, имя.

- Александр.

- Так и говорить? Александр? То есть не надо изображать большую степень близости, называть Сашей? Или, может, Алексом?

Нахмурился:

- Можешь и Сашей, но изображать ничего не надо. Просто спутница. Мы на деловую встречу.

Сухо, отрывисто, строго по делу.

Он идет на выход, а я окончательно решаю, что ему точно необходимо расслабиться. После встречи разведу на массаж шейно-воротниковой зоны. Просто потому что хорош, а я испытываю эстетическое наслаждение рядом с ним.

Жаль, что ничего более.

Бесполезно тратить всю свою жизнь на один единственный путь, особенно, если этот путь не имеет сердца.
Карлос Кастанеда

Черт бы побрал этот гребаный костюм! Я снова передергиваю плечами, ощущая скованность, будто не в дорогущую ткань затянут, а в латы закован. Не привык к такой одежде. Потертые джинсы и футболка с косухой — моя зона комфорта. Как эти умники носят эти стягивающие, словно удавка, воротнички на шее вообще?

В моей молодой строительной компании я вообще не должен заниматься подобными встречами, где такие, как мы, хитро выбивают деньги из толстосумов, готовых немного потратиться на молодые дарования ради чувства собственной важности. По сути, они хрен кладут на результаты работы и прибыльность фирмы. У них давно такие прибыли, что несколько десятков лишних миллионов можно и спустить в трубу. Зато – как бы меценат… И ради инвесторов приходится выгибаться в такие позы — условно, конечно, — которые недоступны таким, как я.

Я же прямой как палка и не гнусь ни в какую. Мое дело — поставки, набор работников, руководство бригадами. Мне эти вещи знакомы от и до, не зря столько лет прорабом оттарабанил. А не это вот все — постные рожи, приклеенные американские улыбки, деньги-деньги-деньги, которыми они разве что жопу не подтирают. Хотя, не следил — не знаю.

Потираю шею в попытке скинуть напряжение, но какое там! К нам подбирается очередной маньяк, не знающий, куда деньги девать, потому что они у него уже вложены во всевозможные фонды, добывающие компании и перспективные IT-технологии. Остались такие, как мы, — юные развивающиеся фирмы, молодые дарования и прочее и прочее, в которые можно тоже что-то вложить, чтобы не путалось под руками.

Инвестору лет шестьдесят. Одежда сшита на заказ и явно не мешает ему свободно двигаться, седые волосы модно подстрижены, а сальный взгляд приклеен к моей спутнице, что не удивительно.

Она его чувствует, но невозмутимо и отстраненно улыбается, ставя между ним и собой преграду, в которую, как в щит, врезаются пошлые фантазии седовласого и стекают грязными ошметками. Я напрягаюсь, сам не знаю почему, но на локоть ложится аккуратная ладошка с французским маникюром, мягко проводит пальчиками и чуть сжимает, то ли предупреждая держать себя в руках, то ли поддерживая. Сама Ольга при этом смотрит на седовласого и ведет непринужденную беседу.

Она вообще молодец. Без нее мне пришлось бы туго. Так легко поддерживает разговоры на любые темы — от инвестиций до политики. Действительно хорошо эрудирована и воспитана, в силу своей деятельности явно привыкла вращаться в таких кругах, в отличие от меня. Поэтому Ваня и предложил дать мне в сопровождающие эскортницу.

Да-да, именно ей предстояло солировать на этом празднике жизни. Партнер пообещал настоящую бомбу и не обманул. Она ловко уводила внимание от меня, мне же оставалось вступать только тогда, когда речь шла о нашем проекте. Да и тут умело поддакивала в самых нужных местах, а иногда чуть склоняла голову набок, откидывая с плеч пряди волос и открывая обзор на приятное декольте. От этого вида вело даже меня, но ближе к концу мероприятия выработался некий иммунитет.

Что ж, кажется, все удалось. Несколько договоренностей, которые, я надеюсь, выльются в контракты. Потому что я, мать его, заколебался жить без денег. Абсолютно все вложил в детище, оставив только на повседневные расходы. Этого хватало на еду, обслуживание моей рабочей Тойоты и… собственно, все. Даже эту эскортницу я не смог бы оплатить.

Хорошо, что партнер — владелец эскорт-агентства. В его интересах было представить нас с лучшего ракурса, ведь именно эта фирма призвана легализовать его доходы, по крайней мере часть. Сам по понятным причинам он появиться здесь не смог, многие из собравшихся были его постоянными клиентами и даже знали в лицо.

Не подвел Ваня, не подвел. Сначала, правда, предложил другой вариант, предполагающий секс, но оговорился, что его бы воля — поставил другую девушку, которая точно вытянет. Только она работает без интима. Мне насрать на секс, хотя трахаться хочу неимоверно. Вкалываю как вол, совершенно не до баб. На первом месте — бизнес, об удовольствии подумаю потом. Поэтому без сомнения согласился на второй вариант.

И она вытянула!

Правда, я начал жалеть, что согласился обойтись без секса. Девушка оказалась что надо!

Когда впервые увидел смутно знакомое лицо на пороге, решил, что она ошиблась. Не может она быть эскортницей. Нет, внешне как раз зашибись — высокая, стройная, с аккуратной грудью, стройными бедрами. Каштановые волосы приятно оттеняют молочно белую кожу и серые глаза, обрамленные пушистыми ресницами. Макияж умеренный и умелый, подчеркивает пухлые губки. Но слишком юна. Ей вообще восемнадцать есть?

Позже, когда она подошла ближе и без стеснения начала меня лапать, понял, что ошибся. Вблизи это стройное тело оказалось почему-то соблазнительнее. С моего ракурса прекрасно видна была ложбинка между грудками, нос ощущал ванильный аромат, исходящий от девушки. Может, передумать насчет секса?

Но она обломала, напомнив, что без интима. Печально, но потерплю.

И сейчас стою рядом с ней, а мысли о том, чтобы мероприятие скорее закончилось, а еще — чтобы пристроить член в этот милый ротик, который сейчас с упоением рассуждает о каких-то паевых фондах. Интересно, этот седовласый тоже думает об инвестициях или, как я, - о более приземленных вещах.

Поскорее бы все закончилось, твою мать! Как шея болит!

Я снова дергаю воротничок, веду шеей, пытаясь размять ее. Но напряжение не покидает. Зато спутница, кинув на меня короткий взгляд, вежливо прерывает собеседника и под благовидным предлогом тянет в какой-то закуток.

- Пойдем, помогу, - говорит.

Чем ты мне поможешь? Отсосешь? Думаю о своем так некстати подкатившем возбуждении, которое скоро уже станет заметным, но у девушки точно другие планы.

Она тянет ручки не к ширинке, а к вороту рубашки. Ослабляет галстук, расстегивает несколько пуговиц. Нежные пальчики касаются кожи, слегка растирая, будто нащупывая что-то. И вдруг с неожиданной силой нажимают на две точки в основании черепа, с усилием проходятся по позвонкам до выступающего бугорка. От неожиданности я охаю, но тут же понимаю, что скованность мышц исчезла. От этого возбуждение в штанах тоже как-то спало, его заслонил другой кайф.

Смотрю на Ольгу удивленно, а та лишь улыбается. Искренне так, не искусственно, как это было весь вечер.

- Это лишь ненадолго поможет. По-хорошему тебе бы нужен полноценный массаж, - говорит таким бархатным голосом, что меня снова пробирает возбуждение до самого копчика.

Решаю поддаться порыву, наклоняюсь и целую приоткрытые губы. А она… отвечает.

Зарываюсь пальцами в шелковые распущенные волосы, притягиваю за шею ближе, усиливаю напор. Ольга не сопротивляется, послушно раскрывает ротик, играет языком с моим, но… Что-то, блядь, не так! Нет, она безумно вкусная, ванильная и сладкая, но… холодная. Целует механически. Это больше похоже на поцелуй с помидором. Тут некстати вспоминается подростковый опыт, когда я лет в одиннадцать реально тренировал французский поцелуй на овоще. Вот и сейчас ровно те же ощущения. От сравнения возбуждение спадает, а поднявший было голову друг в штанах успокаивается.

Отстраняюсь, всматриваюсь в лицо напротив. Зрачки не расширены, румянца на щеках нет. Дыхание ровное, в отличие от моего.

Может, она лесбиянка?

Желание - это не то, что ты видишь, а то, что ты себе воображаешь.
Пауло Коэльо

- Куда тебя отвезти?

Мы сидим в не новой уже Тойоте Хайлюкс, и Саша внимательно смотрит на меня. Испытующе так, но без подтекста. У него усталый вид — вид человека, которого вымотали эмоционально. В силу рода деятельности сама прекрасно понимаю, насколько тяжело психологически держать лицо и изображать из себя того, кем не являешься. Это словно очень долго сдирать с себя слишком узко сидящее платье, цепляющееся за каждый естественный выступ тела, идеально подходящее словно вторая кожа, а затем так же мучительно натягивать нечто на размер меньше.

Узко, неудобно, жмет и мешает нормально двигаться. У меня эта процедура занимает несколько минут, да и натирает не сильно. А вот у Саши, очевидно, впервые.

Мысли мелькнули на уровне глубинного понимания за какое-то мгновение. Миг, когда взгляды наши встретились.

- Так куда подбросить? - повторяет он, склоняя голову чуть вбок, с легким прищуром окатывает взглядом будто фотовспышками, фиксируя детали.

Легко вздыхает. Разочарован? Я вижу, что он тщательно прячет нечто внутри себя, и не могу понять. Странно, я была уверена, что заинтересовала его как девушка, но сейчас в глазах вежливый интерес, не более.

Ловлю себя на мысли, что это единственный парень за много лет, от голоса которого по телу бегут мурашки. Но это ничего не значит. От массажа у меня тоже бывают мурашки, когда специалист касается некоторых особо зажатых точек. А может, все же это и есть сексуальное возбуждение? Да нет, не может быть, его описывают не так. Мое тело уже не помнит первого раза, а последующие события не закрепили опыт на телесном уровне. Скорее, я всеми силами старалась забыть. И мой психолог пыталась буквально на пальцах объяснить, что значит либидо, и как оно должно ощущаться в теле. Но это все равно что рассказывать глухому, как слышится горн, а как флейта.

- Туда же, куда и тебя, - отвечаю, наблюдая за реакцией на неоднозначный ответ. Ну не могу отказать себе в удовольствии подколоть парня!

Тот аж вздрагивает от неожиданности и будто расслабляется. Заводит двигатель, трогается, одновременно нервно подкручивая рукава рубашки. Последние пару часов он вообще был каким-то напряженным, смотрел на меня с непонятным разочарованием. От этих взглядов даже стало не по себе — неужели я что-то сделала не так? Я знаю, все собеседники остались довольны общением, да и сам Саша успевал очень органично и вовремя покапать им на мозги, устраивая грамотные мини-презентации своих проектов. Не без моей скромной помощи. Кажется, договорился на несколько встреч. Удачно все прошло! Что ему не понравилось?

- Ко мне?

Напряжение с мужчины резко спадает, тон голоса понижается до околоинтимного, будто бархаткой по коже водит. Приятно… Пожимаю плечами:

- Можно и к тебе.

Мне так хочется послушать его еще, что пытаюсь вызвать на разговор, отвечая коротко. Но он, гад, молчит!

Лишь улыбается довольно, и от этой улыбки — кривоватой, но искренней, безумно привлекательной — сердце ёкает, приятное тепло расползается по груди. Что же такого спросить, чтобы разговорить его? Ладно, раскрою карты, так и быть.

- Просто я живу в том же доме.

Быстрый взгляд на меня, улыбка исчезает, разочарование возвращается во взгляд. Да он рассчитывал на продолжение, доходит до меня. Ой, парень, я не та, с кем ты захочешь… Но я ведь и сама собиралась расслабить его, сделать массаж. И вообще не против продлить удовольствие от общения. Но боюсь, как бы он не разочаровался, когда продолжения в горизонтальной плоскости не дождется.

Да, дилемма…

Решаю — будь что будет. В конце концов, взрослый мальчик, сможет справиться со своим разочарованием.

- Но я не против зайти к тебе, - добавляю и снова наслаждаюсь улыбкой.

Да ты ж мой хороший! Готова хоть каждый день заходить, если ты будешь так улыбаться. А еще так держать руль, будто это не руль вовсе, а женщина, - уверенно и в то же время аккуратно, непринужденно и… блин, сексуально. Закатанные рукава рубашки позволяли разглядеть мускулистые руки с чуть выступающими венами, тянущимися от локтей к тыльной стороне ладоней, по длинным пальцам. Небрежные движения на поворотах, расслабленная поза, чуть склоненная голова с уже растрепанными короткими волосами. Просто картинка.

- Почему у тебя такая машина? - я решаю взять разговор в свои руки, а то все молчит и молчит.

- А что с ней не так?

Что не так? Ну, хотя бы то, что ей минимум десяток лет, в салоне обшарпанный бардачок, чуть потертые кресла, да и состояние руля говорит о его длительной верной службе. А так все в порядке.

- Ну, на таких не ездят… знаешь… бизнесмены.

- Я похож на бизнесмена? - искренне удивляется Саша, а я столь же искренне отзеркаливаю его улыбку.

- Точно нет. Я так поняла, что тебя отправили на это мероприятие против воли. - Кивает. - Так почему такой автомобиль?

- Рабочая лошадка. Я работал прорабом несколько лет.

- Теперь нет?

- Да по сути и сейчас, - хмыкает. - Только теперь на себя.

- Понятно. Значит, у вас с партнерами стартап.

- Типа того. А ты? - он так неожиданно переходит на меня, что я теряюсь.

- Что я?

Пытаюсь сделать вид, что не поняла. Но все я поняла, просто не хочу распространяться.

- Ты давно в этой сфере? - спрашивает без капли осуждения. Видно, что и правда интересует вопрос, а не ради праздного любопытства. Неужели так запал, что даже моя работа не смущает?

- Недавно.

Не дождавшись продолжения, парень кивает и на подробностях не настаивает. Правильно, не зачем ему знать подробности.

До конца пути в машине повисает тишина, которую мужчина прерывает только в своей квартире.

Я снова с интересом осматриваю жилье, теперь с поправкой на владельца. Но в интерьере особенности его характера не проявляются. Обычно даже у мужчин в доме есть что-то, что прольет свет на личность владельца. Не плюшевые подушки, конечно, и не шторы. Тут мужики ничего не понимают, если они не Аксель Вервордт. Но хотя бы намек должен быть. Любит он рыбалку — где-то должен заваляться спиннинг или фото улова, рыбацкие бахилы, в конце концов. Или, может, музыку? Где пластинки, диски… кассеты, которые я застала в своей жизни лишь мельком? Или bluetoth-колонка на худой конец. Где собрания книг? Где… трусы, развешанные на сушку?

Последнее мелькнуло, когда я зашла в санузел, чтобы вымыть руки. Нда, и тут почти стерильно.

Он вообще здесь живет? Или только ночует?

О, смотрите-ка! Книга на бортике ванны, раскрытая примерно на середине.

Она принимает ванну? И читает при этом? Я тоже так люблю.

Приподнимю обложку. «Одиннадцать минут» Пауло Коэльо.

Неожиданно — это мало сказать. Ну ладно. Попробую приподнять завесу тайны над этим греческим богом, каким-то чудом оказавшимся в серой повседневности.

- Выпьешь что-нибудь? - спрашивает, пока я с удовольствием скидываю туфли и с наслаждением стону в голос.

Какой кайф! Ненавижу каблуки.

- Нет. Может, воды. А то на этом банкете были, кажется, все напитки мира, кроме одного действительно важного. Как мы все не умерли от обезвоживания, не представляю.

Он смеется:

- И правда, у меня тоже сушняк. Проходи.

Он наливает два стакана воды из питьевого крана. Один опрокидывает залпом, а я завороженно наблюдаю за движением кадыка на мощной шее. Нет, блин, как хорош! Эй, либидо, ты где? Неужели даже на такого парня не среагируешь? Обидно и грустно. Но я могу доставить себе удовольствие и другим способом. Нам обоим могу.

Саша садится на высокий стул у кухонного островка, а я подхожу сзади и кладу ладони на плечи, тянусь к воротничку.

- Ты такой напряженный. Я это сразу заметила, - тяну, добавляя в голос эротического оттенка. Тренировалась с мастером по вокалу, да. Я же профессионал. - А я имею сертификат массажиста. М?

- Серьезно? - он вскидывает голову.

Так как я стою очень близко, щека с уже проступившей щетиной оказывается прямо перед моими губами. Не могу отказать себе в удовольствии и легко касаюсь уголка мужского рта. Он тут же притягивает за шею и пытается завладеть губами полностью, но я мягко выворачиваюсь и качаю головой:

- Не-не-не, - машу перед носом пальчиком. - Сначала масса-а-аж.

По блеску в темных глазах понимаю, что ему нравится эта игра. И мне тоже. Эмоции такие вкусные, острые и будоражащие. В какой-то миг волна тепла устремляется в самый низ живота и… бесследно исчезает. Будто не было ничего. Но было же! Этот самец явно будит во мне то, что давно утеряно.

Ладонями поворачиваю его голову прямо, проходясь по чувствительным местам за ушами, пальчиками пробираюсь по шее к воротничку.

Одну за другой медленно расстегиваю пуговицы, не забывая поглаживать кожу. Дыхание мужчины учащается, он закрывает глаза, а я стягиваю рубашку.

Веду ладонями по стальным мышцам груди, по плечам, любуюсь широкой спиной. На лопатке татуировка — надпись «your time is limited». Как верно сказано, черт возьми… Надо брать от жизни, что могу.

Массажем шеи я владею в совершенстве, мужское мычание в такт движениям пальцев — тому подтверждение. От шеи перехожу к груди, касаюсь сосков и ощущаю вибрацию, когда грудные мышцы дергаются под ладонями. Продолжаю игру, веду по прессу, прижимаясь к спине грудью. Ему приятно, я точно знаю. Доказательство тому сейчас недвусмысленно натянуло брюки. Хм, кстати прекрасная мысль...

Не долго думая, разворачиваю Сашу к себе лицом и тянусь к ширинке, глядя прямо в глаза, уже затопленные чернотой зрачка. Из приоткрытых губ вырывается рваное дыхание, пока я стягиваю брюки вместе с бельем, освобождая напряженный член.

Он оказывается под стать владельцу — такой же красивый. Мне было с чем сравнить, и это, блядь, совершенство, если такое определение уместно использовать по отношению к мужскому органу.

Мужчина уже абсолютно голый, а я все еще одета, и этот контраст будоражит эмоции. Я просто безумно хочу сделать ему хорошо. Опускаюсь на колени, касаюсь губами гладкой головки и слизываю терпкую капельку, выступающую на кончике. Ммм, вкусно. Обхватываю ствол и пытаюсь заглотить его глубже, но полностью все равно не удается. Парень протяжно стонет и вцепляется мне в волосы. Сам начинает двигать бедрами, фиксируя мою голову, не давая отстраниться, загоняя член с каждым разом все глубже.

- Да, твой рот меня с ума сводит, - стонет он. - Хорошая девочка, еще! Твою ж мать!

Он буквально таранит горло, кажется, забывая, что мне надо еще и дышать. Да, тебе явно охренительно сейчас! Я давлюсь, слюна начинает течь по подбородку, но фрикции не замедляются, и мне стоит неимоверных усилий не задевать нежную кожу зубами. Кажется, член увеличился еще, хотя куда больше… Он почти лишает меня воздуха.

Еще несколько ударов, и струя терпкой густой жидкости хлещет в горло. Глотать не хочу, позволяю сперме стечь по подбородку прямо на грудь и вечернее платье. Хватаю ртом воздух и чувствую удовлетворение. С трудом восстанавливаю дыхание.

Саша поднимает с колен, сам вытирает мне рот и грудь салфетками, а затем неожиданно приникает к губам, жестко раскрывая их, сталкиваясь языком с моим. Мужская рука сминает тонкую ткань на бедре и без прелюдий проникает в трусики. Запускает во влагалище сразу два пальца и…

- Что за хуйня?

«Да, красавчик, вот такая хуйня...», - мелькает мысль, когда он отстраняется и смотрит на меня почти с ужасом, будто только что изнасиловал. Это было бы недалеко от истины, в других обстоятельствах. Но не в моем случае.

Потому что умом я возбудилась неимоверно, а вот телом… осталась абсолютно сухая.

- Что за хуйня?!

Осознание пришибло так, что все мысли вылетели из головы. Нет, могу понять, что не особо хорош, поторопился, может, или… да хрен знает! Но чтобы так...

Да она сухая, как Сирийская пустыня! Как такое может быть? Сначала я предположил, что она лесби, но опровержение не заставило себя ждать. Умелые действия, явный флирт, охренительный минет, а теперь вот это?!

Хотел ответить ей тем же, заебать до звездочек в глазах и фейерверков в матке, а она даже не возбудилась. Нахуя мне такой секс?
Накатывает мерзкое чувство, будто изнасиловал девственницу.
На меня уставились серые и — мать его! — грустные глаза. Две тоскливые, блядь, бездны!

От моего возгласа девушка дергается и, кажется, пытается сбежать. Мышцы под моими руками затвердели, губы чуть подрагивают, она прячет глаза, глядя куда угодно, только не на меня.
Эээ нет, дорогуша, так дело не пойдет!

Я вжимаю хрупкое напряженное тело в стол, захватывая в кольцо рук. Вглядываюсь в лицо напротив, пытаясь понять, какого беса сейчас произошло.
Неужели она подумала, что обязана это сделать? Да не может быть, не похожа она на забитую жертву. Все было не просто с ее согласия, а именно по ее желанию. Я готов был отпустить, если передумает, потому что чувствовал ее сомнения. Но ведь первая полезла ко мне в штаны. Она хотела сама!
- Это что такое? - спрашиваю прямо, устав гадать. - Ты совсем не возбуждена?
- Очень даже...
- Да не заметно! - рявкаю, и она снова дергается.
Меня распирает злость на самого себя. Осознаю это, поэтому пытаюсь успокоиться. Не хватало еще пугать своим темпераментом, который обычно удается держать под контролем. Но не сегодня.

Эта девушка неожиданно ювелирно подрезала тормозной шланг — еще чуть больше напряжения с моей стороны, и он лопнет, сорвав тормоза самообладания.

Делаю неглубокий медленный вдох и долгий выдох, на пару секунд задерживаю дыхание, насыщая кровь углекислым газом. Успокаивает.
- Прости, я не буду повышать голос. Просто объясни, зачем ты это сделала, если не хотела? - я терпелив, насколько это возможно.
- Хотела.
Оно и видно. Вот упрямая! Закатываю глаза:
- Я не вчера родился, Оля. Хотела бы - была бы смазка, да хоть капля! Ты что, девственница? - делаю нелепое предположение.
Чуть расслабившееся тело подо мной вновь напрягается.
- Нет.
Да из нее клещами придется все вытаскивать, что ли? Неожиданно девушка утыкается лицом в мою грудь и шепчет растерянно:
- Это моя проблема, ты не виноват.
- Какая к херам проблема? - от ее слов снова начинаю заводиться и нарушаю обещание не повышать голос. Она еще меня оправдать пытается, хотя сейчас должна бы рожу расцарапать за то, что оставил без оргазма. - С гормонами что-то?
- Нет, Саш, гормоны в норме, я обследовалась от и до. Просто я фригидная.
Притягиваю девушку к себе, обнимаю за талию и склоняю дурную головушку на свою грудь, а сам мысленно стону.
Еба-а-ать-колоти-и-ить, еще одна фригидная на мою голову. Карма у меня, что ли, такая?
Вспоминаю приключение годичной давности. Та сладкая птичка тоже пела, что фригидна. Но в итоге улетела в счастливый мир крепкого брака и наслаждения от секса. Не без моей помощи, надо сказать. Долго бы она еще мучилась, если бы я не начал изображать из себя маньяка, вызывая ее на откровенность?
Хмыкнул.
Вот и эта такая же.
Не бывает фригидных женщин. Если гормональный фон в норме, то проблема в голове. Ну не может фригидная отсасывать так самозабвенно.
И я разгадаю эту загадку. Похоже, действовать придется тоже нестандартно.

Когда учишь кого-нибудь чему-нибудь кое-что новое открываешь и для себя.
Пауло Коэльо

Позорно реву на мужском плече — ярко, надрывно, взахлеб, как это делают дети в те моменты, когда не пытаются манипулировать взрослыми. Я была уверена, ну почти, что все получится. Увы, мое тело будто отключили от чувственных ощущений.

Есть касания рук, приятные ласки эрогенных зон. Но нет этого долбаного сексуального возбуждения!

Чуть успокаиваюсь в кольце мужских рук, которые прижимают к себе крепко и в то же время деликатно. Вспоминаю события прошедшего вечера.

После моего признания о фригидности Саша обнял, издал какой-то безысходный стон и на мгновение замер. Он все еще стоял абсолютно голый и, кажется, сей факт совсем парня не смущал. Ну да, к чему смущаться такого тела, особенно после всего произошедшего? Да и я была не против и дальше прижиматься к этой надежной силе в образе античной статуи. Казалось бы, статуя должна быть твердой и холодной. Саша тоже был твердый внутри, его литые мускулы я оценила еще в первый день знакомства, но на жесткий каркас была натянута удивительно мягкая кожа.

Не в силах сопротивляться искушению, провела ладонями по широким плечам, останавливаясь на шершавых локтях, обводя их круговыми движениями, ловя подушечками пальцев контрастные ощущения.

Грудные мышцы, к которым я прижималась лбом, напряглись, а мужские руки подхватили под попу. Он куда-то меня понес, словно статую в полный рост. Сильные руки сжимали бедра, животом я прижимаюсь к его груди, руками упиралась в плечи, чтобы сохранять равновесие. К счастью, долго идти не пришлось.

Саша скинул меня на широкую кровать:

- Раздевайся!

Я вся подобралась. Нет, совсем не боялась того, что может произойти. Даже надеялась на это, но старательно ростки надежды закапывала поглубже. Дикой птицей в мозгу билась мысль — а вдруг он сможет?!

- Саш, ты не понял. Я не испытываю влечения! - попыталась внести ясность, а то вдруг не понял.

Но с кровати не поднялась.

- Что, не сжимается ничего внизу животика? - серьезно спросил, опускаясь рядом, и начал деловито раздевать меня сам.

Спустил лямки платья с плеч, освободив грудь, не скованную бюстгальтером, огладил полукружия, очертил пальцами соски, цепко наблюдая за моей реакцией. А она действительно была! И это было недоумение.

- Ты что делаешь? - поинтересовалась, пока мужские ладони скользили по телу ниже, стягивая шелк до бедер и ниже.

- Изучаю исходные данные, исследую фактуру… тебе что, неприятно?

- Очень приятно, как на сеансе массажа, - буркнула, наблюдая, как платье неаккуратным комочком летит на пол.

На мне оставались чулки и трусики. Вот к ним-то и поползли неугомонные руки, ухватили резинку и провокационно потянули вниз.

- Неужели и сейчас ничего?

Отрицательно мотнула головой и откинулась на подушки, удивляясь происходящему. Стеснения я не испытывала, и хотела, чтобы мужчина тоже насладился видом моего обнаженного тела, как и я любовалась им. Особенно сейчас, когда вновь эрегированный член так призывно покачивался. Захотела, чтобы он заполнил меня, даря если не физическое, то хотя бы эмоциональное наслаждение.

Трусики присоединились к платью, а парень оседлал мои ноги так, что его готовый к бою ствол завлекательно касался внутренней поверхности моих бедер. Сам мужчина задумчиво оглядывал распластанное под ним тело. Темный взгляд остановился на развилке ног, которую украшала аккуратная полосочка волос. Ничего лишнего, только намек… а все остальное число эпилировано.

И таким этот взгляд был жаждущим, голодным и всепоглощающим, будто черная дыра… Инстинктивно раздвинула бедра шире, подставляя под ласку глаз самое сокровенное. Он облизнул губы.

- Нужны тесты, чтобы понять, с чем имею дело, - пробормотал Саша и уткнулся лицом мне в промежность. Именно так — уткнулся, глубоко вдыхая запах, ведя носом от сомкнутых половых губ до лобка. Застонал. Язык плашмя прошелся по губкам, раскрывая их, проникая внутрь, очерчивая кончиком вход в лоно. Затем жадный рот обхватил всю промежность и всосал в попытке проглотить. От интенсивных движений кровь прилила к половым органам, добавляя тепла. Но не то!

- Мой клитор мертв, - попыталась остановить бессмысленные попытки парня.

- Я понял тебя. Но я же исследую фактуру…

Кончик языка отодвинул капюшончик плоти и тронул клитор сначала осторожно, затем сильнее, обвел по кругу, втянул в рот, при этом обильно смачивая слюной, даже прикусил.

Оторвался от трудов и испытующе посмотрел на меня. А я что? Ноль, полный чувственный ноль!

Кровь прилила — да.

Касания приятны — да.

Есть сладкая тянущая боль, предвестник наслаждения, — нет.

Кровать скрипнула, когда Саша поднялся и отошел.

Ну вот, сейчас он попросит меня одеться и валить… Я даже собралась подняться, но была остановлена сильной рукой, опрокинувшей обратно.

- Куда это ты? Мы не закончили исследования.

- Тебе зачем это, Саш?

Я действительно не понимала мотивов парня. Ну да, я хороша. Ну да, он хочет трахнуть меня. Я ведь и не против, это можно. Я тоже получу удовольствие по-своему. Но к чему это остервенелое желание добиться моего оргазма? Он-то что с этого получит?

- Не люблю быть в долгу, - пока говорил, выдавил из тюбика на руку смазку и без предупреждения ввел три пальца в меня.

Склонился ближе, опаляя горячим дыханием губы. Начал двигать пальцами, исследуя изнутри. Проходясь, кажется, по каждому сантиметру влагалища, не забывая смотреть прямо в глаза, сканируя на предмет эмоций. Нажал на переднюю стенку.

- И тут не чувствуешь?

- Чувствую, конечно, твои пальцы трахают меня изнутри. Но… нет, не то.

- Ты вообще испытывала раньше возбуждение?

- Было, но давно.

- При каких обстоятельствах? - Разговор стал напоминать мои беседы с сексологом.

Только тот специалист не массировал при этом лоно и не тер ритмично большим пальцем клитор.

Я не готова была рассказать. Не хотела. Но надежда затаилась глубоко под ложечкой. Я же чувствую сейчас тепло в половых органах, кровь приливает, значит, должно быть и возбуждение. Неужели он мне поможет?

Непроизвольно начала двигать бедрами, насаживаясь на мужские пальцы сильнее. Отвечать не стала. Он это понял и перешел к другому вопросу:

- Оргазм испытывала? Сожми мои пальцы мышцами.

- Да! - сжала внутренними мышцами инородное тело, ощутила, как плотно стенки обхватывают мужские пальцы.

- Бля, ты такая тугая!.. При каких обстоятельствах? - вернулся к теме.

- Тебе зачем это знать?

- Хочу понять, какие триггеры нам помогут.

- Ты что, психолог?

- Ага, любитель! - усмехнулся своей фирменной усмешкой парень, а меня повело.

Хочу, чтобы его член оказался во мне! Он такой красивый, такой совершенный, такой!..

- Трахни меня!

Мужчина замер и чуть напрягся, даже пальцы вытащил.

- Это будет изнасилование, - с сомнением произнес, но неуверенно потянулся к ящику прикроватной тумбочки.

- Не будет! Я даю явное согласие. Ты же хочешь меня.

- А ты меня?

- Умом хочу. И даже телом в какой-то степени. Саш, мне приятно то, что ты делаешь. Вдруг, у тебя получится? Вдруг, я, ну… возбужусь в процессе?

Это был самый странный диалог в моей жизни. Двое взрослых людей голые на кровати — один с эрегированным членом, другая — с разбухшей от прилива крови вульвой. И она уговаривает его заняться сексом. Кому сказать — не поверят.

Саша тем временем уже надел презерватив и придвинулся ближе, нависая между моих широко разведенных коленей.

- Да, блин, просто сделай это! - прокричала, и парень сорвался.

Обильно смазал промежность лубрикантом, сначала потерся головкой члена о клитор, но, не дождавшись отклика, с тихим рыком проник в меня сразу на всю длину. Ощущение наполненности было великолепно! Я даже застонала в голос, дав, видимо, парню ложную надежду.

Он начал ритмично и быстро двигаться, подхватив под бедра, не давая отстраниться от интенсивных движений. Туда-сюда, быстрее, сильнее, глубже! Я поддавалась этому инстинкту обладания, позволяла брать себя, будто резиновую куклу, и ловила от этого извращенный кайф. Эндорфины выплескивались в мозг, дарили чувство эйфории и полета. Саша уже перестал заботиться о моем удовольствии, просто таранил членом, стремясь к разрядке. Снова и снова вбивался под собственное рваное дыхание и первобытные рыки. Как он хорош в своем удовольствии! Каждая мышца напряглась, усиливая и без того шикарный рельеф. Брови сошлись на переносице, губы изогнулись в хищном оскале, являя белые клыки. Кажется, моя голова свой оргазм сегодня уже получила!

Последние сильные фрикции — и парень замер, опрокидываясь тяжелым телом на меня. Тяжело дышал, будто марафон пробежал. Но в каком-то смысле так и есть. Если он всегда отдается сексу с такой самоотдачей, то счастливой будет та, которую выберет себе в спутницы жизни.

Мысль взорвалась в окрыленном эйфорией мозгу подобно бомбе. Обида на суку-жизнь накатила с неимоверной силой, неожиданно сотряся тело рыданием. Из глаз брызнули слезы, а парень надо мной не на шутку перепугался.

И вот я лежу на его плече, слушаю бессвязные извинения и пытаюсь объяснить, что он не при чем. Просто обида, мать ее, заполонила сердце. Почему не я? Почему я не могу быть той, которую он выберет? С таким темпераментом ему точно не нужна фригидная женщина.

- Ты не фригидная, - шепчет Саша, покрывая поцелуями лицо. - И мы решим твою проблему. Прости-прости, ты так стонала, я подумал, что тебе хорошо. А потом сорвался и уже не смог остановиться.

- Все хорошо, перестань оправдываться. Ты не при чем. Я тебя вынудила, почти изнасиловала, - грустно смеюсь. - Такого больше не повторится.

Саша приподнимается на локте и вглядывается в мое лицо:

- Да, не повторится. Потому что я больше ни разу не кончу, пока не кончишь ты.

Влюбленный занимается любовью постоянно, даже когда не занимается любовью.
Пауло Коэльо

- Ничего себе заявление! - у девушки голос… непередаваемый. В нем смешался смех, удивление, неверие и доля страха.

Оля лежит, откинувшись на подушки, совершенно не стесняясь своей наготы, позволяя рассмотреть каждый сантиметр красивого скульптурного тела. Изящные руки с чуть рельефными бицепсами, тонкие ключицы, два аккуратных холмика груди, чуть выступающие в таком положении ребра, мягкий живот без пресловутых кубиков — девушкам они ни к чему — стройные бедра с отметинами от моих пальцев. Смотреть на нее — одно удовольствие. Сейчас она не будит во мне похоть., я и правда на сегодня наебался. И, похоже, на ближайшее время тоже.

Слово — не воробей. Раз дал очередной птичке обещание — надо держать. Представляю, что меня ждет и ужасаюсь. Правда, за несколько месяцев вынужденного воздержания, когда напряжение снимал только вручную, ничего страшного не произошло. Накрученный страшилками о вреде целибата, даже сдал анализы. Оказалось, что тестостерон, кортизол, ПСА, да и просто биохимия в абсолютной норме. Сегодня секс показал, что и с технической стороной все ок. Так чего бояться? Тем более, на практике ощутил, сколько энергии высвобождается для бизнеса, если голова не занята поиском партнерши.

Вот эта конкретная партнерша, правда, слишком заинтересовала. Что это — спортивный интерес? Или нечто большее?

Когда девушка не распространяет вокруг себя сексуальные флюиды, она становится в разы интереснее. Я уже оценил ее ум, эрудицию, чувство юмора. Неплохо было бы сделать своей подругой, возможно, с привилегиями. Только секс в одни ворота мало интересует. В лепешку разобьюсь, но решу этот вопрос.

- Почему это? - спрашиваю, уже зная, что она имеет в виду.

- Во-первых, воздержание вредно для мужского организма…

- Поверь, я изучил этот вопрос. Вред от воздержания сильно преувеличен. Не исключаю, что теми сосунками, которые пытаются добиться секса через жалость. Я не трахался почти год, и, как видишь, все в полном порядке, - широко улыбаюсь, как актер на баннере, рекламирующем зубную пасту.

- Не поспоришь, - задумчиво тянет Оля, стреляя глазами в пах. Но там все вполне спокойно уже.

- А во-вторых?

- В смысле?

- Ты сказала «во-первых», значит должно быть и «во-вторых».

- Да, это самое важное. Чтобы кончить, нужно испытывать возбуждение, а у меня с этим проблема.

- Разберемся. Даже если придется брать у тебя анализы до, во время и после секса, чтобы выяснить, как организм реагирует на все.

- Так секс все-таки будет? - удивленно приподнимает изящную бровь.

- А как по-другому мы решим твою проблему?

- И как же ты собираешься не кончать в таком случае?

Задумываюсь. Ндаа… Не заниматься сексом — это одно, а заниматься, но не кончать, - для здоровья совершенно другое. И крайне неприятное физически.

- Хорошо, давай без экстрима, - соглашаюсь с ней. - Если все будет совсем плохо, то я включу ручник.

- Чего?

- Удовлетворю себя сам, Оля! Что непонятного? И этот вариант мы тоже попробуем. Вдруг, тебя возбудит сам факт таких действий? Была одна особа, которой понравилось.

От упоминания другой женщины на Олином лице мелькает досада, но быстро стирается, будто и не было ничего. Вот идиот!

Вообще весь этот диалог — сплошной сюр, начиная с того, что малознакомые люди не разговаривают на подобные темы в столь деловом ключе, если они не врач и пациент, и заканчивая обсуждением моей мастурбации.

Но меня иррационально заводит эта ситуация. Дает импульс шестеренкам в мозгу, которые начинают раскручиваться и дарить непривычные эмоции. Новизна! Да! Я слишком завис в серых буднях, а тут врывается девчонка с нестандартной проблемой, и меня распирает желание проблему решить, чтобы почувствовать хоть что-то помимо радости от роста моего стартапа.

- Ладно, валяй, - небрежно кидает девушка, поднимаясь на локтях и протягивая руку.

- Что «валяй»? - я даже теряюсь от неожиданности.

- Господи! Давай свой эксперимент! Но! - Она отдергивает руку, которую я уже готов был пожать. - Ограничим время. Скажем, месяц?

За месяц убедить женщину, уверенную, что она фригидна, в том, что она горячая штучка? Хм.

- Забьемся, птичка! - я протягиваю ладонь.

Выражение лица оппонентки, когда она пожимает мою руку, такое серьезное, что с меня мигом слетает вся дурашливость.

Для нее все серьезно.

Я с трудом отгоняю страх ее разочаровать.