Пролог
Аннотация: Я, журналист издания, в поисках хорошего материала стала случайным свидетелем автомобильной аварии и вытянула из искореженного автомобиля раненного мужчину. С этой минуты моя жизнь перевернулась полностью. При каждой встрече Макаров окутывает своеобразной аурой взрослого мужчины. Красив, обеспечен. И несвободен...
Дорогие мои, жду вас на страницах моего романа. Трогательная история любви молодого журналиста и успешного бизнесмена, которого свел Его Величество Счастливый случай. Любовь вопреки, упрямая и характерная героиня, настоящий мужчина, немного мистики и, конечно же, счастливый конец для тех, кто его заслужил...
Спасибо за поддержку!
Сердце забилось в тревожном предчувствии, когда вдалеке показался большой белый внедорожник. Что на безлюдной дороге делать дорогой машине? Тем более, что дорога вела к небольшому поселку, где даже дороги толком нет. Тем более белый внедорожник. Я старательно всматриваюсь в лобовое стекло, стараясь разобрать марку автомобиля. Прибавила скорость, чтобы проехать первой показавшийся на горизонте мост.
Сразу же вспомнила слова Никитина о предостережении и необходимости запереться в квартире на восемь замков. Я отмахнулась от его предостережений.
И, возможно, зря…
Я потрогала на шее кулон, который подарила мне бабушка Марии Шишкевич. От холодного камня шло несвойственное тепло. И я даже достала его и в изумлении взглянула на фиолетовый свет, которым засиял подаренный талисман.
Руки стали ледяными от предчувствия.
– Только бы проехать злополучный мост побыстрее! – мелькнула мысль в воспаленном мозгу.
Как только я въехала на мост, белый внедорожник разогнался и вывернул мне навстречу. От удара мой автомобиль накренился и, разломав хлипкую преграду, шумно ударился о воду. Считанные секунды растянулись в бесконечность. Сквозь густую, как патока, и кошмарную реальность, я услышала протяжный женский крик. Смутно понимая, что кричу я…
Застрявший ремень безопасности я отщёлкнула не сразу. В намокшей зимней куртке это было сделать очень трудно, и когда сквозь разбитое окно заливает ледяная вода и паника окутывает, как холодная ядовитая змея, мысли – это конец, лишают способности рационально мыслить.
Что там… Лишают вообще способности мыслить. Действовала больше инстинктами самосохранения. Отчаянно хотелось выжить. Я сделала большой вдох прежде, чем машина полностью погрузилась в воду. Накатила дикая паника, и я в отчаянии тяну ремень безопасности просто за лямку. Перед глазами быстрыми картинами проносилась жизнь.
Отец, внимательно смотрящий на меня своими синими глазами. Тускнеющий горизонт Ясногорска. Бабуля, подталкивающая мне поближе тарелку с кашей. Сестрёнка, прыгающая во дворе на скакалке. Универ и шумный бег Москвы. И, как наваждение, лицо Маши.
Посмотрела на меня своими большими умными глазами и растворилась.
Один, два, три… Успокоилась.
Я отщелкнула ремень, расстегнула куртку и кое–как вылезла из тяжелой грузной одежды. От дикого, скручивающего всё тело холода, не чувствую конечностей. Оттолкнувшись, погребла наверх.
Так, как когда–то учил отец на маленькой речушке Ясногорска…
Я ехала на взводе, обгоняя впереди несущиеся авто. Дважды чуть не став виновником дорожно–транспортного происшествия.
Так, Уля, остановись и отдышись. Так мы встрянем в прочное дерьмо по колено. Мы туда и так хорошо попали.
На телефоне десять пропущенных от Данилы Федоровича. Чёрт бы его побрал! Надо было думать, что этот слащавый педант отмоется от любых претензий и сможет соврать, не моргнув ни одним глазом.
На мою разгромную статью о налоговых махинациях одной из строительных фирм Данил Федорович дал добро. Скорее всего, особо не проверяя материал, и на разборе полета у нашего редактора стоял молча, закрыв рот, и даже имел совесть сказать, что статью в глаза не видел и разрешение издавать её не давал.
Я глубоко выдохнула и припарковала машину у обочины и, пройдя несколько шагов, добралась до заветной лавочки, которую уже давно ищу глазами, чтобы перевести дыхание и успокоить расшатавшиеся нервы.
Мой день, который, я думала, пройдёт восхитительно, начался с моего увольнения.
Ещё бы!
Сегодня вышла моя статья, на которую я потратила столько времени и сил… А она оказалась роковой для меня. Мой редактор незамедлительно выкинул меня из журнала. И да! Случилось всё чересчур быстро. Никаких тебе объяснительных и прочей возни с подтверждением или опровержением фактов.
– Что это? Откуда вы все это взяли? Данил Федорович, куда смотрели вы? – Владимир Андреевич, мой редактор, распалялся так, что мне иногда казалось, что его красное лицо вот–вот взорвется. Я переводила взгляд с Владимира Андреевича на Данила Федоровича, стоящего навытяжку, и думала: «Во что же я попала, что меня так серьезно пресанули?»
Жесть. Но факт сегодняшнего дня – я безработная. За квартиру я смогу заплатить в следующем месяце, а дальше? А дальше пустота... Я даже с мыслями собраться не могу.
Меня зовут Ульяна, и уже третий год я работаю журналистом. Звезд не хватаю, но очень люблю свое дело, и работа в новомодном журнале "Эксперт" была моей находкой. Неплохая зарплата вкупе со странноватым коллективом. Но мне то что… Мне с ними только работать, поэтому я мало обращала внимание на их бзики. У кого их нет? Болтливая Мария Петровна и строгая Вероника Васильевна, вечно опаздывающий наш фотограф Святослав. Все они остались теперь там, в прошлом. Как и их бзики.
Что будем делать дальше, Улечка?
Купим бутылочку шампанского, а лучше коньячка, и решение всех вопросов оставим на завтра.
Телефон опять завыл мою любимую мелодию. Я выругалась и поставила абонента Данил Федорович в черный список. Что теперь со мной обсуждать? Я стараниями специалиста отдела цензуры осталась без работы.
Я медленно поплелась к машине. Нужно добраться до маркета, потом до дома, и слегка подправить карму парой бокалов. Может быть, сделаю это в гордом одиночестве, а может быть, позвоню своей подруге, коренной москвичке Софье.
Заветный супермаркет засиял своей большой вывеской. Я прошлась вдоль полок, накидав стандартный набор: бутылочку игристого, фрукты и два вида сыров будут кстати. Телефон опять мелодично запел.
Неужели Данил Федорович решил достать меня с другого телефона?
Я уже приготовилась резко осадить наглеца, но на проводе оказалась хозяйка квартиры, которую я снимаю уже третий год.
– Ульяна, – начала строгим тоном Валентина Ивановна, – поясни мне, что происходит?
От громкого нахрапистого тона первые секунды замерла в замешательстве.
– Что происходит, Валентина Ивановна? – удивленно спросила в ответ.
– Мне позвонила соседка снизу и сказала, что с моей квартиры её затапливает. Мы с ней зашли в квартиру, и что я вижу? Дверь нараспашку. Всё вверх дном. Мойка в кухне вывернута, и по всей квартире вода.
Я молчала. Такого поворота событий я точно не ожидала.
– Я сейчас приеду, – ответила, прощёлкивая в голове варианты: что это могло быть?
Ограбление? Но что взять со вчерашней студентки журфака с кредитом за автомобиль?
Теперь я летела, обгоняя машины, гадая о причинах моего погрома в съемной квартире. Удивилась тому, как лестничные пролеты, преодолеваемые ранее с трудом, пробежала за минуту и, выдохнув, прошла внутрь.
От увиденного внутренне застонала. Всё вверх дном! Разбитые тарелки. Тарелки чем помешали! Хорошо, что новый дорогой ноутбук в футляре в машине. Его бы ждала такая же судьба, как у разбитой плазмы, и вещи, разбросанные на полу и плавающие в воде. Заглянула на кухню и выругалась на увиденную вывернутую мойку на кухне, с которой и начался потоп. Воды немного, но достаточно, чтобы затопить соседку снизу.
– Что это? – хозяйка, стоящая у дверей, обвела руками комнату.
Я пожала плечами. Я не так и не смогла собрать себя в кучу и просто растеклась, как эта вода по полу.
– Я вам даю два дня, Ульяна. Вы наводите порядок, оплачиваете ремонт соседям, которых затопили, и съезжаете отсюда немедленно.
Валентина Ивановна удалилась, громко хлопнув дверью. Я медленно прошла к дивану и опустилась без сил. Какой ведьме из этого дома, усердно сидящей и днем и ночью у порога подъезда, я перешла дорогу? Я достала телефон и набрала Софью.
– Софьюшка, мне очень плохо, – я не сдержалась и разрыдалась в трубку.
– Что случилось?
– Даже не знаю, с чего начать. Ты помнишь блузку мы с тобой на распродаже купили в бутике на прошлой неделе. Так вот, она плавает в воде. И, наверное, восстановлению не подлежит. А ещё меня с работы уволили.
– Я скоро буду, – решительно заявила Софья и положила трубку.
Я, собирая сопли и волю в кулак, молча собираю свои разбросанные вещи и осколки посуды. Вот так и моя жизнь разлетелась на осколки.
Что дальше?
Мой маленький Ясногорск и статьи о работе местной администрации в местном обозревателе.
Ох, не москвичка я. И, похоже, ей не стану. Я всеми силами старалась зацепиться здесь. А меня, как болтающийся лист, оторвали и отправили лететь по ветру.
А я так хочу, всеми силами хочу стать частью этого могучего и сильного дерева...
Входная дверь хлопнула, и с тягучим матом зашла Софья.
– Какой кошмар. Что случилось? Воры? – воскликнула Софья.
– Ничего не забрали.
– Да, ну. Тогда что это?
– Деньги на месте. Я кому–то перешла дорогу, и этот кто–то основательно подпортил мне жизнь.
Также, как и я ему... Я уже знаю, в чём соль сегодняшнего дня… Моя статья… Она мне, похоже, много чего стоила. Точно, что–то искали…
Я хлопнула себя по лбу.
– Флешка. Софья. Они искали флэшку, а она осталась у Данилы Федоровича.
– Какая флешка? Какая статья? Уля, собираем воду. Ты сейчас соседей затопишь.
– Уже затопила, и на деньги попала.
– Уля, вечно ты приключения на задницу находишь. Что делать будешь?
Я пожала плечами.
– Мне дали два дня. Убрать всё и съехать отсюда. И с соседями снизу расплатиться.
– А потом что?
Я опять пожала плечами. Я старалась не смотреть и методично собирала воду старыми полотенцами, скручивая их над тазиками.
– Я тебя не горевать со мной позвала, а помочь мне.
– Ок.
Софья скинула лёгкую кофту и светлые брюки и, облачившись в мой халат, принялась собирать осколки посуды. К десяти вечера мы привели квартиру вполне приличный вид, вынесли весь мусор и вещи, которые лучше и дешевле выкинуть.
Половина гардероба коту под хвост.
Я перевела на банковскую карту Валентине Ивановне деньги за разбитую плазму. И договорилась на завтра встретиться с мастером, который подремонтирует кухонный гарнитур. Послушав заплаканную Веру Андреевну, положила на комод три красные купюры.
– Хватит?
Вера Андреевна суетливо махнула головой и спрятала купюры в кошелек. Я усмехнулась и вышла в подъезд. Стоило поднимать такой шум? Могла бы сама подняться ко мне в квартиру и решить этот вопрос лично со мной.
– У меня шампанское и фрукты в машине. Давай по бокалу, – предложила я Софье, вспомнив о своей покупке, мирно ждущей в багажнике моего авто своей очереди, поднимаясь к себе в квартиру после очередного рейда до мусорки.
– Настроения нет.
– Чуть поднимем. Я все равно хотела глоток на вечер сделать. Один на один со спиртным – путь к алкоголизму. А женский не лечится.
– Бери свой шампунь. Умеешь убеждать.
Я ловко откупорила бутылку, которую мы положили в морозильник, пока нарезали фрукты и сыр, и разлила по уцелевшим бокалам.
– За тебя, Улечка. Пусть такие дни, как этот, проходят мимо нас. А будут только удачные и счастливые дни, – Софья подняла бокал.
Я ничего не сказала в ответ. Говорят, даже таким событиям надо радоваться. Они нас разворачивают в правильную сторону. Просто мы не знаем еще об этом.
– Я все средства, что были у меня в запасе, раздала. Мне и квартиру снять не за что.
– Я с мамой поговорю. Поживешь у нас месяц. Найдешь работу. В нашем издательстве есть вакансия. Не желаешь?
– Упаси бог, я же со скуки умру. Дети, мода, истории о жизни звёзд. Хуже не придумаешь.
– Ну, как знаешь! Моё дело предложить, а ваше – или ехать в Ясногорск, или поскучать за очередной статьей о правильном прикорме. У меня детей нет. Как их прикармливать, я даже не представляю. Поэтому, когда пишу статьи о детях, прикормах и прочей ерунде, прохожусь по просторам интернета, чтобы дети случаем не потравились после прочтения моих статей их мамашами.
Я засмеялась. Первый раз за весь день.
– О, видишь, и настроение тебе подняла. А ты думаешь, будешь скучать или нет. У нас отличный бабский серпентарий.
– С женщинами тяжело сработаться.
– Ага, что–то ты и с мужчинами не особенно поладила.
– Да уж. В точку. Данил Федорович полдня звонил. Зачем мне теперь звонить? Даже не заикнулся в мою сторону. Так шефа боялся, что ответил такую чушь и с такой злостью… Будто всё действительно так и было: я, подлая стерва, в обход его пропихнула статью на верстку в следующий выпуск.
Я разлила шампанское по бокалам и убрала пустую бутылку.
– Одно радует, – я подпёрла рукой подбородок, – завтра не нужно рано вставать и мчаться сломя голову на работу. Пройдусь по объявлениям, может быть, кто возьмёт талантливого и бесшабашного журналиста.
– Давай, мой бесшабашный. – Софья опустошила бокал. – Закидывая большую клубнику в рот, чмокнула меня в щёку. – Мне пора. Я тебя люблю. Завтра наберу.
Софья параллельно искала такси в приложении.
– О…! – воскликнула Софья. – Отлично, я поехала. И ждать не пришлось.
– Проводить?
– Ложитесь спать, бесшабашный журналист. У вас завтра тяжелый и ответственный день, – Софья улыбнулась и откинула прядь черных волос.
Я замкнула входную дверь за подругой и написала ей сообщение: «Как будешь дома, напиши, чтобы я не беспокоилась» и улыбнулась, когда получила смайлик в ответ.
Ванная комната и струя горячей воды, смывающая суету сегодняшнего дня. Я, нырнув в трикотажную кофту и спортивные штаны, упала на свой диванчик. Мой любимый... Я обняла подушку и мгновенно уснула.
Жду вас на страницах моего романа. Будет интересно!
Проснулась я рано. Томительный и тревожный сон. Я просыпалась каждый час, мотала головой, стараясь выбросить из головы свой старый кошмар. Но только стоит мне дать слабину, он снова вылезает из дальних уголков подсознания и своими липкими щупальцами заполняет всё вокруг. Я тону, и мой крик тонет в бурлящей воде, утягивающей меня на холодное илистое дно реки.
Предыдущий тревожный день и тревожная ночь принесли чудовищную головную боль.
Вдобавок к моему чудному настроению за окном моросил дождь, и небо заволокло серыми тучами. Отличное начало дня. Серое небо и непрекращающийся дождь. Утренний крепкий кофе слегка поднял настроение, но, правда, ненадолго.
Я включила ноут и пробежалась по сайтам, предлагающим работу. Понимаю, что бесполезно, но с чего–то надо начинать! После пары звонков, понимаю, что те удачные на первый взгляд варианты – полная лажа.
Не совсем хочется, но...
Я, пролистнув список контактов, набрала своего однокурсника. Миша, восходящее солнце журналистики, плотно засевший в криминальном направлении, был сам на вид мрачным и пугающим. Скрупулёзный на детали и нашел себя там, где и хотел. Мастер мрачного жанра. Я, немного подумав, со словами: «Была не была», набрала номер Михаила. Длинные гудки в трубке телефона.
Может быть, это знак? И положи–ка Уля трубку.
Но длинные гудки разрывает громкое: «Привет Уль. Что хотела?»
Читает на ходу, что звоню исключительно потому, что мне что–то понадобилось. Не стала томить, витиевато подводить к своему вопросу и начала сразу в лоб: «Миша качусь камнем вниз. Нужна твоя помощь».
И, выдохнув, добавила: «Найди мне работу».
– А что с предыдущей случилось, Корсун? – спросил Михаил после затянувшегося молчания.
– Уволена. Одним днем.
– Встретимся в обед в двенадцать часов. У моей редакции есть недалеко кафешка "Миранда".
– Ок. Миша, спасибо.
– Пока не за что, Уль. До встречи.
Я сделала глоток своего остывшего кофе.
Кто знает, чем закончится моё обращение к Михаилу… Иллюзия. Но...
Я надела в светло–серые брюки и белую футболку с цветочным принтом и, схватив сумочку, выскочила в сырое ускользающее лето. Погода не баловала и в последние дни августа плачущие небеса были постоянством. Свои синие глаза подчеркнула только тушью и набросала немного блеска на губы.
Мне хватит часа добраться до кафе. Но я пролетела серую линию бесконечной дороги ещё быстрее, чем запланировала. На горизонте показалась «Миранда», стоявшая недалеко от трассы, оформленная декоративными растениями и деревьями. В некоторых местах живого декора чересчур много. Я даже отодвинула ветки декоративных деревьев, проходя к входу «Миранды».
Я не стала удаляться вглубь кафе и заняла столик у двери. Отличный вид из окна и хороший обзор на всех входящих посетителей. Я увидела внушительную фигуру Михаила, который заехал на старом сером мерсе и, щёлкнув сигналкой, направился в сторону кафе. Я сразу же помахала рукой Мишке, как только он появился в дверях «Миранды».
– Привет. Хорошо выглядишь, – начал Михаил.
– Привет. Ты тоже молодец. Автомобиль приобрел? – Я не знала, как начать важный для меня разговор.
– Да. Без своего личного тяжеловато. На метро долго, на такси дорого. Вот и присмотрел, что по карману из любимого бренда. Рассказывай, что случилось. Кому ты так насолила, что с тобой тут же расправились?
– Наверное, больше наперчила. Подкопалась к одной строительной фирме, скупающей хорошие участки по заниженной цене. С владельцами участков расправляются лихо. Либо продаешь по цене, которую предложила строительная фирма, либо пропадешь бесследно. Пропавшие без вести имеются. Как положено, в розыске. Налоговые махинации. Как обычно, дробление выручки по дочерним фирмам. Все причинно–следственные связи указала. Кем приходится начальник налоговой директору строительной фирмы. Кем приходится муж финансового менеджера строительной фирмы. и сколько родственников у него водиться в администрации района. Всё это красиво оформила и преподнесла на всеобщее обозрение. И тут началось. Вместо оваций – пинком под зад.
– Легко отделалась. Могла бы также пропасть без вести. В такие авантюры нужно лезть, имея хорошую крышу.
– Могла. Они всю квартиру перевернули, ищя флешку, на которой вся инфа, вплоть до фото документов.
– А флешка где?
– У начальства. Думаю, уже уничтожена без следа.
– Значит, без работы и отчаянно в ней нуждаешься, – с заминкой произнес Миша.
– Ты правильно понял, – я ещё раз подметила свою крайнюю необходимость в его помощи.
– Если хочешь, велком в моё издательство. Платят хорошо. Но нервы нужны стальные. Сможешь?
– Я? Ты же знаешь меня. Я могу всё, – я с вызовом посмотрела на Михаила.
Михаил с минуту смотрел на меня пронзительным взглядом тёмно–карих глаз.
– Я переговорю с шефом. Думаю, он согласится. У нас как раз обозреватель ушла в декрет. Я позвоню тебе.
– Что желаете? – официант, молодой парнишка, подскочил к нашему столику, вертя в руках буклет с меню заведения, и с вопросительной мимикой уставился на Михаила.
– Стейк, картофель отварной и салат цезарь. Мне и даме, – отчеканил Михаил.
Я такой плотный обед вряд ли осилю, но в ответ промолчала.
– Здесь очень вкусно готовят, – на мои вздернутые вверх брови, ответил Миша.
Заказ на удивление принесли быстро. Я отправила кусочек стейка в рот. Мясо и впрямь было вкусным и сочным.
– Миша, чем вы обычно занимаетесь? – я уже начала зондировать фронд предстоящей работы.
– Рассказываем о преступлениях в красках и подробностях. Берем интервью у силовиков, и даже маньяков.
– Что всё так просто?
– Всё от тебя зависит. Я иногда себя больше чувствую следователем, чем журналистом. У нас есть подвязки в органах. И что можно нам сливают. Иногда очень хороший материал. Просто подай его в мрачных подробностях. Люди это хавают.
– Почему?
– Может быть, эмоций не хватает. Всем интересна жуткая история с жуткими подробностями. Своего рода сенсация.
– Ладно, с тобой хорошо, но у меня встреча по времени. Поэтому надеюсь, скоро увидимся, – Миша улыбнулся и, махнув официанту, попросил счет.
Я полезла в кошелёк за деньгами.
– Я сам заплачу, – доставая деньги из кошелька, возразил Михаил.
– Спасибо.
– Потом сочтемся, – бросил Михаил, отодвигая стул. – Я наберу тебя.
Я благодарно закивала.
Совсем в другой стороне от того, чем я занималась, но выбора у меня нет… Работа через знакомства – беспроигрышный вариант. Я, воодушевленная, вышла из «Миранды». Присев за руль своего автомобиля, радостно помчалась домой. Теперь в планах дня – жильё. После неприятного разговора с хозяйкой, мне самой не хотелось дальше проживать в её квартире. Я, конечно, виновата в произошедшем, но…
Софья. На телефоне высветился мой любимый абонент, как всегда желающий осведомиться о моих делах.
– Привет, – радостно здороваюсь с подружкой.
– О! Привет. Чувствую, сегодня настроение лучше, чем вчера.
– Да. Жду предложения от одного журнала. Правда, не совсем в моей стези, но лучше, чем ничего.
– И что за не твоя стезя? – осторожно спросила Софья.
– Ты будешь против. Поэтому, как возьмут, поставлю перед фактом.
– У меня тоже хорошие новости. Пакуй чемоданы, ты переезжаешь к нам. Мама согласна, чтобы ты пожила у нас. Если не против, в папиной комнате.
– Это отличные новости! – Восклицаю я.
– Не всё же всегда плохо. Ингода и солнце светит после дождика. Пока. Я вечером заеду к тебе.
– Пока, – задумчиво потянула.
Кажется, жизнь налаживается, и я уже мысленно пакую чемоданы.
Трубку телефона ответить на звонок Михаила взяла, тревожно выдыхая.
– Корсун, завтра к девяти часам с документами, – тут же начал Миша. – Что там? Диплом, трудовая. Трудовую тебе же отдали? Адрес я тебе скину на ватсапп. Подъедешь, набери меня. Я провожу к начальству.
– Миша, ты настоящий друг, – благодарно ответила своему однокурснику.
– Я знаю. До встречи, Корсун.
Можно сказать, что за каких–то двадцать четыре часа моя жизнь изменилась полностью. Модное издательство «Эксперт» осталось позади. Там же осталась Валентина Ивановна со своей злополучной квартирой. Я спешно паковала чемоданы. Хотелось как можно быстрее перевернуть эту страницу жизни. Новый поворот только на горизонте, и что там за ним, я пока только гадаю.
Через час должна приехать хозяйка, и забрать ключи. Квартиру я привела в порядок. Мойку, повозившись, отремонтировал пожилой мастер, которого я нашла по объявлению. Купила посуду, которую зачем–то разбили мне названные гости.
Я взглянула на сумки и чемоданы, стройным рядом стоящие у порога, и, вручив ключи от квартиры своей хозяйке, переносила поочередно свой багаж в машину. Мне даже показалась, что Валентина Ивановна пожалела о своем опрометчивом и быстром решении. Я на протяжении трех лет исправно платила за съем её однушки. Но что сделано, то сделано. С минуты на минуты должна подъехать Софья, и я немного волновалась.
Переезд в другую съемную квартиру был бы менее волнительным, чем моё приземление в квартире моей лучшей подруги. Точнее, её матери. Марина Александровна, приличного по моим меркам возрасте, педантичный преподаватель истории в университете. Я часто бывала в гостях у Сухаревых, но гости и проживание – это разные вещи. Постараюсь надолго не задержаться у Сухаревых.
Я стояла у машины, нервно крутя связкой ключей от автомобиля. За спиной шушукались соседи во главе с Валентиной Ивановной и Верой Андреевной. Точно перемывали мне косточки. Ну, что ж, пусть порадуются местные ведьмы.
Софья, отпустив таксиста, подскочила ко мне.
– Что нужно нести? Говори.
– Все мои вещи в багажнике. Поехали? – я взглянула на взъерошенную Софку.
– Могла меня подождать. Тебя отпустили без скандала? – Софья покосилась на сборище у лавочки.
– Еще бы она поскандалила. Я вернула квартиру в том же виде, что и приняла. За плазму отдала деньги. С соседкой расплатилась. Девочки довольны.
– Тогда до дома, – Софья открыла дверь автомобиля и плюхнулась на переднее сидение.
Я взглянула на прощание на пятиэтажку, где прожила последние три года, и рванула в новую жизнь.
Проснулась я рано. Томительный и тревожный сон. Я просыпалась каждый час, мотала головой, стараясь выбросить из головы свой старый кошмар. Но только стоит мне дать слабину, он снова вылезает из дальних уголков подсознания и своими липкими щупальцами заполняет всё вокруг. Я тону, и мой крик тонет в бурлящей воде, утягивающей меня на холодное илистое дно реки.
Предыдущий тревожный день и тревожная ночь принесли чудовищную головную боль.
Вдобавок к моему чудному настроению за окном моросил дождь, и небо заволокло серыми тучами. Отличное начало дня. Серое небо и непрекращающийся дождь. Утренний крепкий кофе слегка поднял настроение, но, правда, ненадолго.
Я включила ноут и пробежалась по сайтам, предлагающим работу. Понимаю, что бесполезно, но с чего–то надо начинать! После пары звонков, понимаю, что те удачные на первый взгляд варианты – полная лажа.
Не совсем хочется, но...
Я, пролистнув список контактов, набрала своего однокурсника. Миша, восходящее солнце журналистики, плотно засевший в криминальном направлении, был сам на вид мрачным и пугающим. Скрупулёзный на детали и нашел себя там, где и хотел. Мастер мрачного жанра. Я, немного подумав, со словами: «Была не была», набрала номер Михаила. Длинные гудки в трубке телефона.
Может быть, это знак? И положи–ка Уля трубку.
Но длинные гудки разрывает громкое: «Привет Уль. Что хотела?»
Читает на ходу, что звоню исключительно потому, что мне что–то понадобилось. Не стала томить, витиевато подводить к своему вопросу и начала сразу в лоб: «Миша качусь камнем вниз. Нужна твоя помощь».
И, выдохнув, добавила: «Найди мне работу».
– А что с предыдущей случилось, Корсун? – спросил Михаил после затянувшегося молчания.
– Уволена. Одним днем.
– Встретимся в обед в двенадцать часов. У моей редакции есть недалеко кафешка "Миранда".
– Ок. Миша, спасибо.
– Пока не за что, Уль. До встречи.
Я сделала глоток своего остывшего кофе.
Кто знает, чем закончится моё обращение к Михаилу… Иллюзия. Но...
Я надела в светло–серые брюки и белую футболку с цветочным принтом и, схватив сумочку, выскочила в сырое ускользающее лето. Погода не баловала и в последние дни августа плачущие небеса были постоянством. Свои синие глаза подчеркнула только тушью и набросала немного блеска на губы.
Мне хватит часа добраться до кафе. Но я пролетела серую линию бесконечной дороги ещё быстрее, чем запланировала. На горизонте показалась «Миранда», стоявшая недалеко от трассы, оформленная декоративными растениями и деревьями. В некоторых местах живого декора чересчур много. Я даже отодвинула ветки декоративных деревьев, проходя к входу «Миранды».
Я не стала удаляться вглубь кафе и заняла столик у двери. Отличный вид из окна и хороший обзор на всех входящих посетителей. Я увидела внушительную фигуру Михаила, который заехал на старом сером мерсе и, щёлкнув сигналкой, направился в сторону кафе. Я сразу же помахала рукой Мишке, как только он появился в дверях «Миранды».
– Привет. Хорошо выглядишь, – начал Михаил.
– Привет. Ты тоже молодец. Автомобиль приобрел? – Я не знала, как начать важный для меня разговор.
– Да. Без своего личного тяжеловато. На метро долго, на такси дорого. Вот и присмотрел, что по карману из любимого бренда. Рассказывай, что случилось. Кому ты так насолила, что с тобой тут же расправились?
– Наверное, больше наперчила. Подкопалась к одной строительной фирме, скупающей хорошие участки по заниженной цене. С владельцами участков расправляются лихо. Либо продаешь по цене, которую предложила строительная фирма, либо пропадешь бесследно. Пропавшие без вести имеются. Как положено, в розыске. Налоговые махинации. Как обычно, дробление выручки по дочерним фирмам. Все причинно–следственные связи указала. Кем приходится начальник налоговой директору строительной фирмы. Кем приходится муж финансового менеджера строительной фирмы. и сколько родственников у него водиться в администрации района. Всё это красиво оформила и преподнесла на всеобщее обозрение. И тут началось. Вместо оваций – пинком под зад.
– Легко отделалась. Могла бы также пропасть без вести. В такие авантюры нужно лезть, имея хорошую крышу.
– Могла. Они всю квартиру перевернули, ищя флешку, на которой вся инфа, вплоть до фото документов.
– А флешка где?
– У начальства. Думаю, уже уничтожена без следа.
– Значит, без работы и отчаянно в ней нуждаешься, – с заминкой произнес Миша.
– Ты правильно понял, – я ещё раз подметила свою крайнюю необходимость в его помощи.
– Если хочешь, велком в моё издательство. Платят хорошо. Но нервы нужны стальные. Сможешь?
– Я? Ты же знаешь меня. Я могу всё, – я с вызовом посмотрела на Михаила.
Михаил с минуту смотрел на меня пронзительным взглядом тёмно–карих глаз.
– Я переговорю с шефом. Думаю, он согласится. У нас как раз обозреватель ушла в декрет. Я позвоню тебе.
– Что желаете? – официант, молодой парнишка, подскочил к нашему столику, вертя в руках буклет с меню заведения, и с вопросительной мимикой уставился на Михаила.
– Стейк, картофель отварной и салат цезарь. Мне и даме, – отчеканил Михаил.
Я такой плотный обед вряд ли осилю, но в ответ промолчала.
– Здесь очень вкусно готовят, – на мои вздернутые вверх брови, ответил Миша.
Заказ на удивление принесли быстро. Я отправила кусочек стейка в рот. Мясо и впрямь было вкусным и сочным.
– Миша, чем вы обычно занимаетесь? – я уже начала зондировать фронд предстоящей работы.
– Рассказываем о преступлениях в красках и подробностях. Берем интервью у силовиков, и даже маньяков.
– Что всё так просто?
– Всё от тебя зависит. Я иногда себя больше чувствую следователем, чем журналистом. У нас есть подвязки в органах. И что можно нам сливают. Иногда очень хороший материал. Просто подай его в мрачных подробностях. Люди это хавают.
– Почему?
– Может быть, эмоций не хватает. Всем интересна жуткая история с жуткими подробностями. Своего рода сенсация.
– Ладно, с тобой хорошо, но у меня встреча по времени. Поэтому надеюсь, скоро увидимся, – Миша улыбнулся и, махнув официанту, попросил счет.
Я полезла в кошелёк за деньгами.
– Я сам заплачу, – доставая деньги из кошелька, возразил Михаил.
– Спасибо.
– Потом сочтемся, – бросил Михаил, отодвигая стул. – Я наберу тебя.
Я благодарно закивала.
Совсем в другой стороне от того, чем я занималась, но выбора у меня нет… Работа через знакомства – беспроигрышный вариант. Я, воодушевленная, вышла из «Миранды». Присев за руль своего автомобиля, радостно помчалась домой. Теперь в планах дня – жильё. После неприятного разговора с хозяйкой, мне самой не хотелось дальше проживать в её квартире. Я, конечно, виновата в произошедшем, но…
Софья. На телефоне высветился мой любимый абонент, как всегда желающий осведомиться о моих делах.
– Привет, – радостно здороваюсь с подружкой.
– О! Привет. Чувствую, сегодня настроение лучше, чем вчера.
– Да. Жду предложения от одного журнала. Правда, не совсем в моей стези, но лучше, чем ничего.
– И что за не твоя стезя? – осторожно спросила Софья.
– Ты будешь против. Поэтому, как возьмут, поставлю перед фактом.
– У меня тоже хорошие новости. Пакуй чемоданы, ты переезжаешь к нам. Мама согласна, чтобы ты пожила у нас. Если не против, в папиной комнате.
– Это отличные новости! – Восклицаю я.
– Не всё же всегда плохо. Ингода и солнце светит после дождика. Пока. Я вечером заеду к тебе.
– Пока, – задумчиво потянула.
Кажется, жизнь налаживается, и я уже мысленно пакую чемоданы.
Трубку телефона ответить на звонок Михаила взяла, тревожно выдыхая.
– Корсун, завтра к девяти часам с документами, – тут же начал Миша. – Что там? Диплом, трудовая. Трудовую тебе же отдали? Адрес я тебе скину на ватсапп. Подъедешь, набери меня. Я провожу к начальству.
– Миша, ты настоящий друг, – благодарно ответила своему однокурснику.
– Я знаю. До встречи, Корсун.
Можно сказать, что за каких–то двадцать четыре часа моя жизнь изменилась полностью. Модное издательство «Эксперт» осталось позади. Там же осталась Валентина Ивановна со своей злополучной квартирой. Я спешно паковала чемоданы. Хотелось как можно быстрее перевернуть эту страницу жизни. Новый поворот только на горизонте, и что там за ним, я пока только гадаю.
Через час должна приехать хозяйка, и забрать ключи. Квартиру я привела в порядок. Мойку, повозившись, отремонтировал пожилой мастер, которого я нашла по объявлению. Купила посуду, которую зачем–то разбили мне названные гости.
Я взглянула на сумки и чемоданы, стройным рядом стоящие у порога, и, вручив ключи от квартиры своей хозяйке, переносила поочередно свой багаж в машину. Мне даже показалась, что Валентина Ивановна пожалела о своем опрометчивом и быстром решении. Я на протяжении трех лет исправно платила за съем её однушки. Но что сделано, то сделано. С минуты на минуты должна подъехать Софья, и я немного волновалась.
Переезд в другую съемную квартиру был бы менее волнительным, чем моё приземление в квартире моей лучшей подруги. Точнее, её матери. Марина Александровна, приличного по моим меркам возрасте, педантичный преподаватель истории в университете. Я часто бывала в гостях у Сухаревых, но гости и проживание – это разные вещи. Постараюсь надолго не задержаться у Сухаревых.
Я стояла у машины, нервно крутя связкой ключей от автомобиля. За спиной шушукались соседи во главе с Валентиной Ивановной и Верой Андреевной. Точно перемывали мне косточки. Ну, что ж, пусть порадуются местные ведьмы.
Софья, отпустив таксиста, подскочила ко мне.
– Что нужно нести? Говори.
– Все мои вещи в багажнике. Поехали? – я взглянула на взъерошенную Софку.
– Могла меня подождать. Тебя отпустили без скандала? – Софья покосилась на сборище у лавочки.
– Еще бы она поскандалила. Я вернула квартиру в том же виде, что и приняла. За плазму отдала деньги. С соседкой расплатилась. Девочки довольны.
– Тогда до дома, – Софья открыла дверь автомобиля и плюхнулась на переднее сидение.
Я взглянула на прощание на пятиэтажку, где прожила последние три года, и рванула в новую жизнь.
Через полчаса я подписала согласие в приказе о принятии на работу и уже осматриваю своё новое рабочее место в большом кабинете с такими же письменными столами, как и у меня, и ловлю осторожные взгляды коллег.
Присматриваются, что за фрукт. Пусть. Я, конечно, без особых выкрутасов, но и наступать мне на ноги не дам. Я в ответ тоже осторожно посматривала за новым коллективом. Михаил, похоже, работает в другом кабинете, и это даже к лучшему.
Напротив меня – рыжая молодая девчонка, вся в конопушках и с весёлым взглядом зелёных глаз. Справа на приличном расстоянии мужчина средних лет, с серьезным видом уставившийся в свой компьютер и отчаянно что–то печатающий на компьютере, иногда отвлекаясь на глоток кофе. В дальнем углу – молодой человек, иногда стреляющий в мою сторону скучающим взглядом. В кабинете ещё один стол, но он пуст и, в отличие от рабочих мест других коллег, аккуратно прибран.
Первая не выдержала рыжая.
– Давай знакомиться? Милана, – проговорила рыжая и протянула мне руку.
– Ульяна, – я пожала её руку в ответ и усмехнулась, посмотрев в её лицо, слишком смелое для такого ванильного имени.
– Ты на место Машки?
– По–моему, да. Она ведь ушла в декретный отпуск?
– Ага. Решила размножиться на этом свете. У неё четко пошла любовная линия, поэтому она вся туда углубилась.
– Понятно. Значит, мне повезло, что углубилась, – я внимательно прошлась по Милане. Тонкие брюки серого цвета в смешную клетку и закрытые босоножки без каблука. Поверх бежевой приталенной блузы – широкий лёгкий пиджак.
– Это ещё как посмотреть. Тебя инструктировал наш начальник?
– Иван Андреевич? Уже беседовал со мной.
– Нет. Это наш главный редактор журнала. А есть еще начальник отдела. Очень сварливый и придирчивый, – на последних словах рыжая сбавила тон, – Владимир Михайлович.
– Для кофе у нас есть отдельный уголок, – продолжила Милана и махнула в сторону импровизированной кухни, – на вписку с тебя тортик. А первая зарплата и другие особые даты обмываются в кафе, напротив. Справа от тебя Максим Александрович, можно со временем, я думаю, Максим. Как и для нас всех. В самом дальнем углу – Павлик.
Я опять утвердительно кивнула в ответ на длительную тираду. Я люблю таких сговорчивых девушек. Кажется, мы подружимся.
– Ты где раньше работала? – продолжила Милана.
– В «Эксперте».
Милана подняла брови. Наверное, совсем далека от экономики и прочей сопряженной к ней сфере.
– Экономико–аналитический журнал. Скучный и узконаправленный.
– У нас не скучно и часто бывает очень даже жарко.
– Миша предупредил меня.
В дверях появился высокий симпатичный мужчина лет тридцати и, оглядев всех, остановившись взглядом на моей персоне, громко скомандовал: «Коллеги, через десять минут жду вас у себя на планерке. Нового сотрудника это тоже касается».
Новый сотрудник утвердительно закивал в ответ.
– И где проводится планёрка? – я спросила у Миланы по громкому командному голосу, понимая, что мужчина в дверях Владимир Михайлович.
– Кабинет нашего начальника справа по коридору.
– Спасибо.
Через десять минут я вслед за всеми поднялась из–за своего рабочего места и проследовала на планёрку по приглашению серьезного начальника.
Владимир Михайлович сидел в своем красивом кожаном кресле и выглядел более серьезным и сдержанным, чем сам редактор журнала. Ох, уж эти начальники среднего звена… Я заняла крайнее свободное место за круглым столом и уперлась взглядом в свой блокнот.
– Коллеги, первое, о чём я хотел поставить вас в известность, – начал звучным голосом с командными нотками Владимир Михайлович. – У нас новый сотрудник отдела. Знакомьтесь, Ульяна Сергеевна.
Владимир Михайлович сделал долгую паузу и посмотрел в мою сторону, а я постаралась слиться со стулом, на который упала моя пятая точка.
– Я и сам сегодня был приятно удивлен, что мы долго не ждали замену Марии. Ульяна будет заниматься заметками, как, впрочем, и предыдущий сотрудник. Весь последний материал в общей базе. Милана, покажите, где последние Машины работы. Пусть новый сотрудник перепрофилируется и настроится на новую для неё тематику.
Я внутренне напряглась от бодрой планерки и её начала с моей персоны. Коллеги уставились на меня, и в глазах некоторых мелькнула жалость.
Ничего… Я ещё покажу, что я не из робкого десятка.
– Максим, что у тебя с материалом по детскому приюту? – быстро сменил тему Владимир Михайлович.
– Сегодня заканчиваю и на печать. Вчера было окончательное судебное заседание, где директору приюта и его заместителю вынесен приговор. Виновны. Это было ясно с самого начала, но точка поставлена судом.
– Перед тем, как печататься, материал мне на проверку. Тема деликатная. Нужно обойти все острые углы, – дал указания босс и тут же перескочил на другую тему, – где наша Вера? У меня нет информации, что она задержится.
– Владимир Михайлович, – нараспев начала рыжая, – ребенок заболел. Она по больницам бегает.
– Ясно. Опять материал застрял. Я назначил человеку такой ответственный участок и несколько раз пожалел об этом. Мы сорвали не единожды работу, о которой я отрапортовал как о готовой.
– Милана, что у вас? – снова перевел тему на рыжую Владимир Михайлович.
– Как всегда, всё отлично. Вчера вышла моя статья. Новое ищу. Пока глаз ни за что не зацепился.
– Цепляйтесь. Времени на раскачку нет. Что–нибудь сбросила интересного наша птичка на проводе?
– Пока тихо, – ответил за всех Максим.
– Значит, нужно о себе напомнить.
– С ним обычно Вера созванивалась, – стала оправдываться Милана, – но ей сейчас не до этого. Там что–то всё очень нехорошо с ребенком.
– Тогда данную миссию возлагаю на Павла.
Павел удивленно поднял брови. Ясно, что не в его стиле разговоры с неведомой птичкой, да ещё и на проводе, и, вздохнув, ответил короткое: «Хорошо».
– Все свободны, – Владимир окинул всех присутствующих взглядом, – Максим остается.
Небольшой коллектив дружно задвинул стулья и быстро ретировался из кабинета. Я поспешила сделать то же самое.
– Он всегда такой бодрый? – шепнула я Милане по дороге в наш кабинет.
– Да. Сегодня ещё в хорошем расположении духа. А если просматривает твою статью, окатит кучей язвительных замечаний. Давай чаю глотнем. У меня всегда аппетит разыгрывается после его деловых совещаний, – сказала рыжая, включая электрический чайник.
– Давай. Я кто, птичка на проводе? – я задала вопрос, вертевшийся у меня в голове.
– Да, следак из следственного отдела. Такой же трудный и нудный, как наш Вальдемар. Ему его начальство навязало нас информировать о намечающихся интересных делах. Он, конечно, не в восторге от этого и свой «восторг» всегда старается показать или обозначить. Верка девка симпатичная, поэтому хоть какой–то подход нашла к нему. Я представляю Павлушин разговор с ним, – усмехнулась Милана.
Мы налили две кружки чая. Милана одолжила мне дежурную кружку и, угостившись мармеладом, мы отправились от кухонного столика по своим рабочим местам. Я поставила кружку на стол и чуть выдохнула. Что там мне сказали? Посмотреть предыдущие работы?
Вальдемар… Я сразу поняла, что это подпольное имя грозного начальника. Брови вразлет и метающие искры, темно карие глаза. Подкаченный торс, пробивавшийся через одежду. Хорошая картинка. Рядом с картинкой Вальдемара вдруг возник образ эффектной блондинки. Скорее всего, у симпатичного мужчины имеется красивое оформление, и на досуге нужно будет осторожно поинтересоваться у Миланы семейным положением Вальдемара.
Что у нас тут с работами? Я отхлебнула чай с нотками бергамота и углубилась в изучение рабочего компьютера.
– На экране есть ссылка на системный диск G. Там Машкина папка. Большими буквами "ЗАМЕТКИ", – вдруг вспомнил о моём появлении и теперь неотъемлемом существовании, Максим.
Решил подсказать новоиспеченной коллеге.
Что ж, спасибо.
– Спасибо, – я вежливо поблагодарила своего соседа, продолжающего усердно стучать по клавиатуре. Похоже, муза плотно держала Максима в своем творческом кольце.
"Заметки" большими буковками найти было несложно. В папке "Заметки" куча других папок. Все подписаны по названиям статьей и датам публикации. Заглянула в парочку и поёжилась от текста и сопутствующих фото, осторожно оглядев всех окружающих. Все спокойные, вроде уравновешенные, как будто и не сталкиваются ежедневно с тем, что я прочитала в заметках Марии. Нужно будет перестраивать себя. Новое место работы быстро найти будет очень сложно. Хорошо оплачиваемое место работы!
Обеденное время подскочило незаметно. Милана, накинув свой бежевый пиджак и схватив сумку, подошла ко мне.
Через полчаса я подписала согласие в приказе о принятии на работу и уже осматриваю своё новое рабочее место в большом кабинете с такими же письменными столами, как и у меня, и ловлю осторожные взгляды коллег.
Присматриваются, что за фрукт. Пусть. Я, конечно, без особых выкрутасов, но и наступать мне на ноги не дам. Я в ответ тоже осторожно посматривала за новым коллективом. Михаил, похоже, работает в другом кабинете, и это даже к лучшему.
Напротив меня – рыжая молодая девчонка, вся в конопушках и с весёлым взглядом зелёных глаз. Справа на приличном расстоянии мужчина средних лет, с серьезным видом уставившийся в свой компьютер и отчаянно что–то печатающий на компьютере, иногда отвлекаясь на глоток кофе. В дальнем углу – молодой человек, иногда стреляющий в мою сторону скучающим взглядом. В кабинете ещё один стол, но он пуст и, в отличие от рабочих мест других коллег, аккуратно прибран.
Первая не выдержала рыжая.
– Давай знакомиться? Милана, – проговорила рыжая и протянула мне руку.
– Ульяна, – я пожала её руку в ответ и усмехнулась, посмотрев в её лицо, слишком смелое для такого ванильного имени.
– Ты на место Машки?
– По–моему, да. Она ведь ушла в декретный отпуск?
– Ага. Решила размножиться на этом свете. У неё четко пошла любовная линия, поэтому она вся туда углубилась.
– Понятно. Значит, мне повезло, что углубилась, – я внимательно прошлась по Милане. Тонкие брюки серого цвета в смешную клетку и закрытые босоножки без каблука. Поверх бежевой приталенной блузы – широкий лёгкий пиджак.
– Это ещё как посмотреть. Тебя инструктировал наш начальник?
– Иван Андреевич? Уже беседовал со мной.
– Нет. Это наш главный редактор журнала. А есть еще начальник отдела. Очень сварливый и придирчивый, – на последних словах рыжая сбавила тон, – Владимир Михайлович.
– Для кофе у нас есть отдельный уголок, – продолжила Милана и махнула в сторону импровизированной кухни, – на вписку с тебя тортик. А первая зарплата и другие особые даты обмываются в кафе, напротив. Справа от тебя Максим Александрович, можно со временем, я думаю, Максим. Как и для нас всех. В самом дальнем углу – Павлик.
Я опять утвердительно кивнула в ответ на длительную тираду. Я люблю таких сговорчивых девушек. Кажется, мы подружимся.
– Ты где раньше работала? – продолжила Милана.
– В «Эксперте».
Милана подняла брови. Наверное, совсем далека от экономики и прочей сопряженной к ней сфере.
– Экономико–аналитический журнал. Скучный и узконаправленный.
– У нас не скучно и часто бывает очень даже жарко.
– Миша предупредил меня.
В дверях появился высокий симпатичный мужчина лет тридцати и, оглядев всех, остановившись взглядом на моей персоне, громко скомандовал: «Коллеги, через десять минут жду вас у себя на планерке. Нового сотрудника это тоже касается».
Новый сотрудник утвердительно закивал в ответ.
– И где проводится планёрка? – я спросила у Миланы по громкому командному голосу, понимая, что мужчина в дверях Владимир Михайлович.
– Кабинет нашего начальника справа по коридору.
– Спасибо.
Через десять минут я вслед за всеми поднялась из–за своего рабочего места и проследовала на планёрку по приглашению серьезного начальника.
Владимир Михайлович сидел в своем красивом кожаном кресле и выглядел более серьезным и сдержанным, чем сам редактор журнала. Ох, уж эти начальники среднего звена… Я заняла крайнее свободное место за круглым столом и уперлась взглядом в свой блокнот.
– Коллеги, первое, о чём я хотел поставить вас в известность, – начал звучным голосом с командными нотками Владимир Михайлович. – У нас новый сотрудник отдела. Знакомьтесь, Ульяна Сергеевна.
Владимир Михайлович сделал долгую паузу и посмотрел в мою сторону, а я постаралась слиться со стулом, на который упала моя пятая точка.
– Я и сам сегодня был приятно удивлен, что мы долго не ждали замену Марии. Ульяна будет заниматься заметками, как, впрочем, и предыдущий сотрудник. Весь последний материал в общей базе. Милана, покажите, где последние Машины работы. Пусть новый сотрудник перепрофилируется и настроится на новую для неё тематику.
Я внутренне напряглась от бодрой планерки и её начала с моей персоны. Коллеги уставились на меня, и в глазах некоторых мелькнула жалость.
Ничего… Я ещё покажу, что я не из робкого десятка.
– Максим, что у тебя с материалом по детскому приюту? – быстро сменил тему Владимир Михайлович.
– Сегодня заканчиваю и на печать. Вчера было окончательное судебное заседание, где директору приюта и его заместителю вынесен приговор. Виновны. Это было ясно с самого начала, но точка поставлена судом.
– Перед тем, как печататься, материал мне на проверку. Тема деликатная. Нужно обойти все острые углы, – дал указания босс и тут же перескочил на другую тему, – где наша Вера? У меня нет информации, что она задержится.
– Владимир Михайлович, – нараспев начала рыжая, – ребенок заболел. Она по больницам бегает.
– Ясно. Опять материал застрял. Я назначил человеку такой ответственный участок и несколько раз пожалел об этом. Мы сорвали не единожды работу, о которой я отрапортовал как о готовой.
– Милана, что у вас? – снова перевел тему на рыжую Владимир Михайлович.
– Как всегда, всё отлично. Вчера вышла моя статья. Новое ищу. Пока глаз ни за что не зацепился.
– Цепляйтесь. Времени на раскачку нет. Что–нибудь сбросила интересного наша птичка на проводе?
– Пока тихо, – ответил за всех Максим.
– Значит, нужно о себе напомнить.
– С ним обычно Вера созванивалась, – стала оправдываться Милана, – но ей сейчас не до этого. Там что–то всё очень нехорошо с ребенком.
– Тогда данную миссию возлагаю на Павла.
Павел удивленно поднял брови. Ясно, что не в его стиле разговоры с неведомой птичкой, да ещё и на проводе, и, вздохнув, ответил короткое: «Хорошо».
– Все свободны, – Владимир окинул всех присутствующих взглядом, – Максим остается.
Небольшой коллектив дружно задвинул стулья и быстро ретировался из кабинета. Я поспешила сделать то же самое.
– Он всегда такой бодрый? – шепнула я Милане по дороге в наш кабинет.
– Да. Сегодня ещё в хорошем расположении духа. А если просматривает твою статью, окатит кучей язвительных замечаний. Давай чаю глотнем. У меня всегда аппетит разыгрывается после его деловых совещаний, – сказала рыжая, включая электрический чайник.
– Давай. Я кто, птичка на проводе? – я задала вопрос, вертевшийся у меня в голове.
– Да, следак из следственного отдела. Такой же трудный и нудный, как наш Вальдемар. Ему его начальство навязало нас информировать о намечающихся интересных делах. Он, конечно, не в восторге от этого и свой «восторг» всегда старается показать или обозначить. Верка девка симпатичная, поэтому хоть какой–то подход нашла к нему. Я представляю Павлушин разговор с ним, – усмехнулась Милана.
Мы налили две кружки чая. Милана одолжила мне дежурную кружку и, угостившись мармеладом, мы отправились от кухонного столика по своим рабочим местам. Я поставила кружку на стол и чуть выдохнула. Что там мне сказали? Посмотреть предыдущие работы?
Вальдемар… Я сразу поняла, что это подпольное имя грозного начальника. Брови вразлет и метающие искры, темно карие глаза. Подкаченный торс, пробивавшийся через одежду. Хорошая картинка. Рядом с картинкой Вальдемара вдруг возник образ эффектной блондинки. Скорее всего, у симпатичного мужчины имеется красивое оформление, и на досуге нужно будет осторожно поинтересоваться у Миланы семейным положением Вальдемара.
Что у нас тут с работами? Я отхлебнула чай с нотками бергамота и углубилась в изучение рабочего компьютера.
– На экране есть ссылка на системный диск G. Там Машкина папка. Большими буквами "ЗАМЕТКИ", – вдруг вспомнил о моём появлении и теперь неотъемлемом существовании, Максим.
Решил подсказать новоиспеченной коллеге.
Что ж, спасибо.
– Спасибо, – я вежливо поблагодарила своего соседа, продолжающего усердно стучать по клавиатуре. Похоже, муза плотно держала Максима в своем творческом кольце.
"Заметки" большими буковками найти было несложно. В папке "Заметки" куча других папок. Все подписаны по названиям статьей и датам публикации. Заглянула в парочку и поёжилась от текста и сопутствующих фото, осторожно оглядев всех окружающих. Все спокойные, вроде уравновешенные, как будто и не сталкиваются ежедневно с тем, что я прочитала в заметках Марии. Нужно будет перестраивать себя. Новое место работы быстро найти будет очень сложно. Хорошо оплачиваемое место работы!
Обеденное время подскочило незаметно. Милана, накинув свой бежевый пиджак и схватив сумку, подошла ко мне.
Я не спешила возвращаться домой, монотонно прокручивая прожитый день в голове. Запоминала первое впечатление от коллектива. Милана понравилась больше всего. Задорная, общительная. Настоящий журналист. Я представила её весело смакующей подробности уголовного дела. Вся эта картина у меня не вязалась.
Вот Миша со своей угрюмостью в своей стезе. Смогу ли я так же, как они?
Кто знает, где я буду завтра? В прошлом месяце я строила далеко идущие планы и даже не думала, что в один день судьба развернет меня совсем в другую сторону. Сегодня на моей банковской карте не особо шуршит деньгами. Мне даже снять жилье не за что. Спасибо, выручили хорошие люди.
Я, конечно, в гостях, но не на гособеспечении, поэтому по пути домой я заехала в маркет и набрала стандартный набор продуктов: молоко, сыр, колбаса, свежая вечерняя выпечка. Я покрутила в руках каждый продукт, который положила в свою корзину, внимательно прочитав состав. Со студенчества знаю, что у Сухаревых на столе только качественные продукты. Я подтолкнула тележку по направлению к кассе. Остатки денег на моей карте тают с бешеной скоростью, а первую зарплату я получу нескоро. Я вздохнула. А ещё обещала Олеське принарядить её к первому сентября.
Хорошо, что платеж по кредиту я оплатила до того, как у меня распустились крылья и я почувствовала себя великим разоблачителем. Сентябрь неумолимо приближался. Хоть бабуле звони, проси в долг. У неё всегда есть небольшая сумма на черный день. И она иногда, на первых порах моей самостоятельной жизни, помогала. На горизонте показалась красивая сталинка с лепниной на стенах.
Я поднялась по лестнице и осторожно позвонила в дверь. Сухаревы, наверное, уже обе дома. Дверь открыла Марина Александровна, и меня тут же обдало запахом готовящейся еды.
– Здравствуйте, – я робко прошла в прихожую.
– Привет. Софья тебе не дала ключ от двери? – спросила хозяйка дома.
Я отрицательно помахала головой. Преодолев непривычное чувство, то ли я дома, то ли в гостях, я сняла обувь в прихожей и, подхватив полный пакет с продуктами, осторожно прошла на кухню.
– Софьи ещё нет? Я прогулялась по продуктовому маркету, – складывая в холодильник дорогие сыр и колбасу, прокомментировала я свои действия.
– Ты не стесняйся. Всё, что хочешь, ешь. У нас как дома, – Марина Александровна, не оборачиваясь на меня, что–то отчаянно мешала кипящее и бурлящее на плите.
– Хорошо. Чем я могу помочь? – я удивляюсь, как Марина Александровна в своем возрасте носится по кухне, как девчонка, и, конечно же, не могу спокойно уйти в свою комнату.
– У нас с Софьей разделение: я занимаюсь готовкой и снабжением. Она ответственная за чистоту в квартире, поэтому кухня сегодня за вами, девочки. Ужин в восемь часов.
Я, наконец, в своей комнате, в прошлом кабинете пожилого профессора, сняла свой строгий костюм и, облачившись в домашний халатик, упала на зеленую кушетку. Странный цвет для мебели и комнаты. Но отец Софьи ... никогда и не был стандартным человеком. Эта комната была обставлена по его вкусу и его желаниям.
Мыслями я опять вернулась к сегодняшнему дню… Милана мне понравилась. Дружелюбна, настроена, легка в общении. Просто кладезь полезной информации в новом кругу людей. С такими людьми я люблю находить контакты. Не знаю, насколько она честна в своих стремлениях по отношению ко мне. Посмотрим. Я обычно скептична во всех своих суждениях.
В дверь громко постучались, и в комнату залетела Софья.
– Ну как? – карие глаза моей подруги застыли в вопросительной мимике.
– Хорошо. Прям хорошо. Помуштровали часик у главного в кабинете и сразу отправили оформляться. Так что я пока на декретном месте, но принята на работу. Коллектив понравился. В первый же день обзавелась спутницей в кафе в обеденный перерыв, – я перебрала весь свой первый рабочий день, – начальник у них, точнее у меня, очень строгий, симпатичный мужчина.
– Почему решила, что строгий?
– С утра собрал на планерку и завел всех на продуктивную работу, – я хмыкнула, вспомнив знакомство с Владимиром Михайловичем на совещании.
– С другой стороны, не будете расслабляться. Мы только и делаем, что кости друг другу перемываем. Я выхожу, мне тоже, наверное, моют. Ну что сделаешь. Бабский коллектив. Ну, а работа? Что делать будешь?
– Как Мишаня и сказал, писать сочинения про уголовников и их деяния.
– Брр... Ну, тебе с твоим характером и амбициями всё нипочем.
– Я пересмотрела предыдущий материал. В голове примерно уже имею представление, что это будет. Короткая справочная информация типа: кто, кого и когда. Нужно только интересную тему подобрать. Там у них контакт наложен с одним следаком из следственного отдела. Иногда сливает любопытную информацию, которую можно озвучить.
– Как тебе на новом месте жених приснился? – вдруг сменила пластинку Софья, поглаживая зелёную софу.
– Нет. Я не помню, что мне снилось, – я уже отодвинула свой ночной кошмар, с регулярностью повторяющийся в моих сновидениях и ночное протяжное: «Просыпайся…» Я сглотнула свой страх, который тихонько выполз из дальнего шкафчика с большим замком.
Смесь детского страха и забытых воспоминаний опять кружили в голове. Считаем. Пять, четыре, три, два, один, – я повторяла про себя свой излюбленный приём растворить в серых буднях свой кошмар.
– Уль, ты чего?
Я вздрогнула. Софья дергала меня за плечо, стараясь встряхнуть, и только сейчас замечаю перед моим лицом беспокойные карие глаза Софьи. Мои руки просто ледяные настолько, что пальцам становится больно.
– Все ок. Ты чего испугалась? – тут же успокоила Софью.
– Ты вдруг замолкла и уставилась в окно. Как будто там кто – то есть. Я даже повернулась к нему спиной. Так страшно стало, как будто в окне действительно кто–то есть.
– Не бери в голову. Задумалась, – я хлопнула её по руке.
– Ой, какие у тебя ледяные руки, Уля. Август, а ты как будто из холодильника вылезла, – я усмехнулась, Софья попала в точку.
Я растирала руки, стараясь вернуть привычную температуру моим ледяным конечностям.
– Как твой редактор? Хорош? – Софья уже перепрыгнула на другую тему.
– Нет. Этот толстый седой дедушка. А вот начальник отдела – высокий короткостриженый брюнет с небольшой бородкой и пронизывающим взглядом, которым просто припечатывает в стул, – я вспомнила, как ерзала на стуле утром на планёрке под пристальным взглядом Владимира Михайловича.
– Везёт же тебе, – мечтательно потянула Софья.
– Правда, я не знаю, насколько сильно повезло. Есть ли у него семья, сказать не могу, – ответила я, смеясь.
– Всё равно в коллективе, разбавленном мужчинами, интереснее.
– Девочки, сколько вас можно ждать, – в дверях после негромкого стука появилась Марина Александровна, – пойдемте в кухню. Ужин уже остывает.
– Ой, а я даже не переоделась, – Софья вскочила и ринулась в свою комнату. Марина Александровна проводила свою дочь укоризненным взглядом.
Я присела за стол. За окном летний ветер колыхал ветки деревьев. Ещё зелёные и полные сил. Скоро сентябрь, который быстро съедал эту красоту, и уже к его концу на землю будут падать жёлтые листья. Ветер перемен. Я чувствовала на себе его тревожные дуновения.
– Уля, ну как новая работа? – поставив передо мной тарелку с отбивной и тушеными овощами, спросила Марина Александровна.
– Пока всё хорошо. Как и обещал Миша, на меня сегодня посмотрели и взяли на работу.
– Отличные новости. Родители в курсе?
– Нет. Я не стала их расстраивать. Как всё наладится, тогда обрадую, – я ответила, понимая, что в курс дела введу только бабушку.
Мама, как всегда, всё, что я скажу, пропустит мимо ушей. Да и зачем ей мои печали? Своих хватает. И бабушке информацию нужно доводить дозированно. Ей тоже нельзя нервничать.
– Правильно. Если есть такая возможность, не торопись делиться изменениями своей жизни с близкими. Как уляжется буря, тогда и расскажешь.
Сервировка по полному уровню. Надо будет на досуге познакомиться с правилами этикета и сервировки стола. Похоже, Марина Александровна досконально знакома с этой темой. Я положила в рот отрезанный кусочек свиной отбивной.
Как же вкусно…
– Марина Александровна, очень вкусно. Вы бесподобно готовите.
– Главное любить то, что ты делаешь. Когда приправляются разные специи – любовь, радость, у блюда другой тонкий вкус.
– Я запомню рецепт. И где у тебя мам среди специй пакетики с радостью и любовью.
– Я образно.
– Да я поняла, – угрюмо ответила Софья, – я пошутила.
Небольшая перепалка и между дамами, и за столом возникла пауза. Ох, уж эти Сухаревы. Всё есть: деньги, жилье в огромном мегаполисе, работа.
И я… Провинциалка, мотающаяся по съемным хатам, никому толком не нужная, старающаяся зацепиться всеми силами за мегаполис, чтобы ни в коем случае не вернуться в свой родной город. Вроде и семья есть: мать, сестра, отчим. Но я здесь роднее, чем в своей семье.
Я поставила тарелку в раковину и, развернувшись к молчаливым Сухаревым, предложила: "Кому налить чай?"
– Уля, небольшую чашечку, пожалуйста, – пропела старшая.
Младшая молча ковыряла содержимое тарелки. Я открыла кухонный шкаф, в котором Марина Александровна выставляла чашки ровным рядом, и в одну из них плеснула горячий напиток из белоснежного чайника.
– Вы что, так не ладите между собой? – я перетирала тарелки и также выставляла их ровным рядами на полке, как и кружки.
– С каждым годом становится всё вреднее и вреднее, – Софья печально покачала головой, – не знаю, какая муха её периодически кусает. Точнее, знаю. У неё кто–то появился… Я даже обрадовалась на первых порах. Пока меня не начали съедать: не так ем, не так хожу, поздно пришла, рано разбудила. Как будто я здесь стала лишней.
– И ты думаешь, что тот, кто появился на неё так влияет? – я удивилась полученной от Софьи информации.
– Тогда я тут к чему? – подумалось мне. – Зачем была приглашена я, если с дочкой напряженные отношения?
– Это мои домыслы. Мы как–нибудь проверим с тобой, – добавила Софья.
– Ерунда, Софья. У тебя отличная мама. Не придумывай того, чего нет, – мне идея с проверкой совсем не понравилась.
– Давай на выходных сгоняем в бар? Развеемся? – предложила Софья.
Я, конечно, люблю веселые мероприятия. Только веселиться мне не за что. И в ответ я лишь пожала плечами.
– Я оплачу. Потом ты как–нибудь нас прогуляешь. Задрала эта скучная жизнь. У меня мужчины не было уже год. Как Максим растворился, так и стало пусто. Пусто здесь, – Софья тыкнула пальцем в сердце. – И здесь, – наманикюренный пальчик коснулся лба. А про там… – Софья усмехнулась. – Вообще молчу.
По её усмешке я поняла, про какое «там вообще молчу» имеет в виду Софья.
Женщины... Всем хочется любви и внимания.
– Я в душ и к тебе заскочу. Потрещим.
– Угу, – ответила я и внутренне застонала, я–то планировала прилечь пораньше.
От Софкиной трескотни уже порядком болит голова. Но понимаю, что Софья ещё не обсудила с чувством и расстановкой весь мой рабочий день. Поэтому, думаю, мои возражения вряд ли примутся.
Софья начала зевать ближе к двенадцати часам. Наконец. Я внутренне обрадовалась, потому как хотелось начать рабочий день с ясной головы с утра и не клевать носом целый день.
– Ого! Уже почти двенадцать, – удивилась Софья и, к моему счастью, побрела к себе.
Я легла на свою зеленую кушетку и, повертевшись, развернулась подальше от окна. Сон пришел моментально.
Будильник орал уже минуту, но я спала крепко и услышала его не сразу. Я, практически не открывая глаз, выключила мелодию будильника, которая раньше мне казалась нежной и мелодичной, но не сегодня.
Нужно заканчивать посиделки с Софьей!
В ванную комнату я поплелась на автопилоте. После чашки крепкого кофе стало немного полегче. Я, выглянув в окно, тут же расстроилась, увидев на небе заходившие большие серые тучи. Я вымыла чашки – свою и Софкину, брошенную в раковине. Наверное, тоже наспех собирается, как и я.
Я надела серые брюки и бежевую майку. Порывшись в своем новом шкафчике, достала туфли лодочками. Вчерашний дорогой костюмчик болтался на вешалке. Хватит лоска....
– Софья, ты собралась? – громко позвала Софью.
Марины Александровны, ранней пташки, уже, похоже, давно выпорхнула на свою работу.
– Собираюсь ещё, – Софья выглянула из своей спальни и снова пропала.
Я взглянула на часы. Если копуша и дальше будет собираться, я поеду без неё! Копуша вылетела через пять минут, на ходу в прихожей поработала тушью над ресницами и всучила мне ключи от квартиры со словами: «Ещё вчера велено передать».
– Поехали. Мы опаздываем, – бросила в дверях Софье.
По лестнице мы пронеслись бегом. Бросив сумку на заднее сидение, я завожу машину и, разгоняясь в новый день, лечу к новому рабочему месту.
Дождь, мелко моросивший всю дорогу, разразился ливнем. И отчаянно работающие дворники всё равно не давали полной четкой картины. Я высадила Софью возле её работы и настроилась отмотать ещё пару десятков километров.
Софья, моя любимая забывчивая подружка, ко всему прочему забрала мой зонтик и от машины мне придётся бежать, чтобы не промокнуть. Я, подъехав к стоянке, внимательно ищу парковочное место поближе к входу в здание, но, как назло, все места заняты, а дождь зарядил ещё больше. Я выдохнула и выскочила на улицу. Проливной дождь моментально сделал меня похожей на мокрую курицу. До входа далеко, так я точно промокну до трусов.
– Ульяна Сергеевна, – я повернулась на громкий голос.
Под большим черным зонтиком, в красивом прикинутом пиджаке и выглаженной рубашечке стоял Владимир Михайлович. Выглядел на все сто, и погодные условия ему нипочем.
– Прошу, – Владимир Михайлович жестом пригласил нырнуть к нему под зонт.
Выбора у меня нет…
– Доброе утро, Владимир Михайлович. Спасибо. Вы сегодня как добрый волшебник, не меньше, – я даже нырнула ладонью под локоть статного мужчины.
– Утро не совсем доброе, но не хочется, чтобы, только начав работать, вы ушли на больничный, Ульяна Сергеевна.
Я вышагивала, стараясь не попасть своими летними лодочками в большие лужи. Как назло, перед самыми ступеньками большая, нет… огромная лужа.
– Позволите, – не получив моего ответа, Владимир Михайлович моментально закрыл свой автоматический новомодный зонт, подхватил меня на руки и перенес до ступенек. Вместе мы добежали до козырька.
Волнительный момент…
Я старательно глушила поднявшуюся внутри меня бурю чувств: смятение, замешательство, чтобы не быть похожей на волнительную школьницу.
– Спасибо вам большое. Вы спасли меня сегодня, – я слегка улыбнулась.
– Хорошего дня, Корсун, – Вальдемар усмехнулся и, развернувшись, зашагал быстрым шагом в сторону своего кабинета.
Мне тоже в эту сторону. Я, правда, не зашагала, а поплелась. С чего это ноги вдруг стали ватными?
Дура. Только увидев симпатичную мордочку, ты уже на ногах не стоишь, Уля.
На планерку наш начальник пригласил через час. Как раз хватило времени подсохнуть и собраться с мыслями. Утренние непредвиденные объятия совершенно выбили меня из колеи.
– Доброе утро, коллеги, – Вальдемар, как и вчера, внимательно окинул всех взглядом. – Как наши успехи? Начнем с вас, Милана.
Мила поёжилась на стуле: «Ещё в творческом поиске…»
– Плохо. Закругляйтесь с поиском. Павел со следственным созванивались? – переключился Вальдемар с Миланы на Павлика.
– Созванивался. Трубку не взяли, – спокойно ответил Павел, – я набирал несколько раз.
– Пробуйте сегодня.
Павлик подправил очки и с серьезным видом пометил задание в ежедневнике. Смешной молодой человек. Как оказалось, вчерашний студент, которого взяли после практики.
– Максим?
– У меня всё готово. Я сейчас зайду к вам с готовым материалом.
– Хорошо, тогда все свободны. Выходим из творческого застоя, и завтра жду предложений.
Вернувшись с совещания, Милана тут же направилась к чайнику.
– Кофе будешь? – спросила меня рыжая и завозилась с кружками.
– Буду, – я достала из пакета свою тару и булочки, купленные мною накануне.
Электрический чайник громко отщёлкнул кнопку, и Милана, разлив кипяток по кружкам, пододвинула мою любимую черную чашечку поближе.
– Спасибо.
– Тут вся редакция с утра на ушах, – многозначительно посмотрев на меня, произнесла Мила.
– Да? А что случилось? – я удивленно подняла брови.
– Сказали, что тебя наш начальник на руках носил перед работой, – рыжая внимательно посмотрела мне в глаза.
Любопытная Варвара…
– Наверное, решил, что я очень ценный кадр, – пошутила я.
Хотите оправданий от меня, Милана Олеговна. Не дождетесь.
– Перед ступеньками была большая лужа. Вальдемар побоялся, что я промокну.
Мне понравилось задумчивое лицо Миланы. Люблю приводить людей в замешательство. Кофе разлилось горячим теплом и бодростью, которая так нужна в сегодняшнее утро. Мы с Миланой разошлись по рабочим местам, и я углубилась в прочтение текстов, набранных когда–то моей предшественницей и опубликованные в издании: взятничество, авария на дороге, серия взломов и краж квартир. Мне будет не скучно... Я украдкой взглянула на Павлика. Интересный фрукт. Все время молчал, иногда поглядывал за мной из–под очков. Со своими коллегами тоже перекидывался за весь день лишь парой слов. Я вернулась к заметкам. Скрипучая дверь нашего кабинета открылась, и в кабинет зашел Владимир Михайлович.
– Ульяна Сергеевна, зайдите ко мне, – быстро отчеканил Вальдемар и растворился за дверью.
Я не спешила возвращаться домой, монотонно прокручивая прожитый день в голове. Запоминала первое впечатление от коллектива. Милана понравилась больше всего. Задорная, общительная. Настоящий журналист. Я представила её весело смакующей подробности уголовного дела. Вся эта картина у меня не вязалась.
Вот Миша со своей угрюмостью в своей стезе. Смогу ли я так же, как они?
Кто знает, где я буду завтра? В прошлом месяце я строила далеко идущие планы и даже не думала, что в один день судьба развернет меня совсем в другую сторону. Сегодня на моей банковской карте не особо шуршит деньгами. Мне даже снять жилье не за что. Спасибо, выручили хорошие люди.
Я, конечно, в гостях, но не на гособеспечении, поэтому по пути домой я заехала в маркет и набрала стандартный набор продуктов: молоко, сыр, колбаса, свежая вечерняя выпечка. Я покрутила в руках каждый продукт, который положила в свою корзину, внимательно прочитав состав. Со студенчества знаю, что у Сухаревых на столе только качественные продукты. Я подтолкнула тележку по направлению к кассе. Остатки денег на моей карте тают с бешеной скоростью, а первую зарплату я получу нескоро. Я вздохнула. А ещё обещала Олеське принарядить её к первому сентября.
Хорошо, что платеж по кредиту я оплатила до того, как у меня распустились крылья и я почувствовала себя великим разоблачителем. Сентябрь неумолимо приближался. Хоть бабуле звони, проси в долг. У неё всегда есть небольшая сумма на черный день. И она иногда, на первых порах моей самостоятельной жизни, помогала. На горизонте показалась красивая сталинка с лепниной на стенах.
Я поднялась по лестнице и осторожно позвонила в дверь. Сухаревы, наверное, уже обе дома. Дверь открыла Марина Александровна, и меня тут же обдало запахом готовящейся еды.
– Здравствуйте, – я робко прошла в прихожую.
– Привет. Софья тебе не дала ключ от двери? – спросила хозяйка дома.
Я отрицательно помахала головой. Преодолев непривычное чувство, то ли я дома, то ли в гостях, я сняла обувь в прихожей и, подхватив полный пакет с продуктами, осторожно прошла на кухню.
– Софьи ещё нет? Я прогулялась по продуктовому маркету, – складывая в холодильник дорогие сыр и колбасу, прокомментировала я свои действия.
– Ты не стесняйся. Всё, что хочешь, ешь. У нас как дома, – Марина Александровна, не оборачиваясь на меня, что–то отчаянно мешала кипящее и бурлящее на плите.
– Хорошо. Чем я могу помочь? – я удивляюсь, как Марина Александровна в своем возрасте носится по кухне, как девчонка, и, конечно же, не могу спокойно уйти в свою комнату.
– У нас с Софьей разделение: я занимаюсь готовкой и снабжением. Она ответственная за чистоту в квартире, поэтому кухня сегодня за вами, девочки. Ужин в восемь часов.
Я, наконец, в своей комнате, в прошлом кабинете пожилого профессора, сняла свой строгий костюм и, облачившись в домашний халатик, упала на зеленую кушетку. Странный цвет для мебели и комнаты. Но отец Софьи ... никогда и не был стандартным человеком. Эта комната была обставлена по его вкусу и его желаниям.
Мыслями я опять вернулась к сегодняшнему дню… Милана мне понравилась. Дружелюбна, настроена, легка в общении. Просто кладезь полезной информации в новом кругу людей. С такими людьми я люблю находить контакты. Не знаю, насколько она честна в своих стремлениях по отношению ко мне. Посмотрим. Я обычно скептична во всех своих суждениях.
В дверь громко постучались, и в комнату залетела Софья.
– Ну как? – карие глаза моей подруги застыли в вопросительной мимике.
– Хорошо. Прям хорошо. Помуштровали часик у главного в кабинете и сразу отправили оформляться. Так что я пока на декретном месте, но принята на работу. Коллектив понравился. В первый же день обзавелась спутницей в кафе в обеденный перерыв, – я перебрала весь свой первый рабочий день, – начальник у них, точнее у меня, очень строгий, симпатичный мужчина.
– Почему решила, что строгий?
– С утра собрал на планерку и завел всех на продуктивную работу, – я хмыкнула, вспомнив знакомство с Владимиром Михайловичем на совещании.
– С другой стороны, не будете расслабляться. Мы только и делаем, что кости друг другу перемываем. Я выхожу, мне тоже, наверное, моют. Ну что сделаешь. Бабский коллектив. Ну, а работа? Что делать будешь?
– Как Мишаня и сказал, писать сочинения про уголовников и их деяния.
– Брр... Ну, тебе с твоим характером и амбициями всё нипочем.
– Я пересмотрела предыдущий материал. В голове примерно уже имею представление, что это будет. Короткая справочная информация типа: кто, кого и когда. Нужно только интересную тему подобрать. Там у них контакт наложен с одним следаком из следственного отдела. Иногда сливает любопытную информацию, которую можно озвучить.
– Как тебе на новом месте жених приснился? – вдруг сменила пластинку Софья, поглаживая зелёную софу.
– Нет. Я не помню, что мне снилось, – я уже отодвинула свой ночной кошмар, с регулярностью повторяющийся в моих сновидениях и ночное протяжное: «Просыпайся…» Я сглотнула свой страх, который тихонько выполз из дальнего шкафчика с большим замком.
Смесь детского страха и забытых воспоминаний опять кружили в голове. Считаем. Пять, четыре, три, два, один, – я повторяла про себя свой излюбленный приём растворить в серых буднях свой кошмар.
– Уль, ты чего?
Я вздрогнула. Софья дергала меня за плечо, стараясь встряхнуть, и только сейчас замечаю перед моим лицом беспокойные карие глаза Софьи. Мои руки просто ледяные настолько, что пальцам становится больно.
– Все ок. Ты чего испугалась? – тут же успокоила Софью.
– Ты вдруг замолкла и уставилась в окно. Как будто там кто – то есть. Я даже повернулась к нему спиной. Так страшно стало, как будто в окне действительно кто–то есть.
– Не бери в голову. Задумалась, – я хлопнула её по руке.
– Ой, какие у тебя ледяные руки, Уля. Август, а ты как будто из холодильника вылезла, – я усмехнулась, Софья попала в точку.
Я растирала руки, стараясь вернуть привычную температуру моим ледяным конечностям.
– Как твой редактор? Хорош? – Софья уже перепрыгнула на другую тему.
– Нет. Этот толстый седой дедушка. А вот начальник отдела – высокий короткостриженый брюнет с небольшой бородкой и пронизывающим взглядом, которым просто припечатывает в стул, – я вспомнила, как ерзала на стуле утром на планёрке под пристальным взглядом Владимира Михайловича.
– Везёт же тебе, – мечтательно потянула Софья.
– Правда, я не знаю, насколько сильно повезло. Есть ли у него семья, сказать не могу, – ответила я, смеясь.
– Всё равно в коллективе, разбавленном мужчинами, интереснее.
– Девочки, сколько вас можно ждать, – в дверях после негромкого стука появилась Марина Александровна, – пойдемте в кухню. Ужин уже остывает.
– Ой, а я даже не переоделась, – Софья вскочила и ринулась в свою комнату. Марина Александровна проводила свою дочь укоризненным взглядом.
Я присела за стол. За окном летний ветер колыхал ветки деревьев. Ещё зелёные и полные сил. Скоро сентябрь, который быстро съедал эту красоту, и уже к его концу на землю будут падать жёлтые листья. Ветер перемен. Я чувствовала на себе его тревожные дуновения.
– Уля, ну как новая работа? – поставив передо мной тарелку с отбивной и тушеными овощами, спросила Марина Александровна.
– Пока всё хорошо. Как и обещал Миша, на меня сегодня посмотрели и взяли на работу.
– Отличные новости. Родители в курсе?
– Нет. Я не стала их расстраивать. Как всё наладится, тогда обрадую, – я ответила, понимая, что в курс дела введу только бабушку.
Мама, как всегда, всё, что я скажу, пропустит мимо ушей. Да и зачем ей мои печали? Своих хватает. И бабушке информацию нужно доводить дозированно. Ей тоже нельзя нервничать.
– Правильно. Если есть такая возможность, не торопись делиться изменениями своей жизни с близкими. Как уляжется буря, тогда и расскажешь.
Сервировка по полному уровню. Надо будет на досуге познакомиться с правилами этикета и сервировки стола. Похоже, Марина Александровна досконально знакома с этой темой. Я положила в рот отрезанный кусочек свиной отбивной.
Как же вкусно…
– Марина Александровна, очень вкусно. Вы бесподобно готовите.
– Главное любить то, что ты делаешь. Когда приправляются разные специи – любовь, радость, у блюда другой тонкий вкус.
– Я запомню рецепт. И где у тебя мам среди специй пакетики с радостью и любовью.
– Я образно.
– Да я поняла, – угрюмо ответила Софья, – я пошутила.
Небольшая перепалка и между дамами, и за столом возникла пауза. Ох, уж эти Сухаревы. Всё есть: деньги, жилье в огромном мегаполисе, работа.
И я… Провинциалка, мотающаяся по съемным хатам, никому толком не нужная, старающаяся зацепиться всеми силами за мегаполис, чтобы ни в коем случае не вернуться в свой родной город. Вроде и семья есть: мать, сестра, отчим. Но я здесь роднее, чем в своей семье.
Я поставила тарелку в раковину и, развернувшись к молчаливым Сухаревым, предложила: "Кому налить чай?"
– Уля, небольшую чашечку, пожалуйста, – пропела старшая.
Младшая молча ковыряла содержимое тарелки. Я открыла кухонный шкаф, в котором Марина Александровна выставляла чашки ровным рядом, и в одну из них плеснула горячий напиток из белоснежного чайника.
– Вы что, так не ладите между собой? – я перетирала тарелки и также выставляла их ровным рядами на полке, как и кружки.
– С каждым годом становится всё вреднее и вреднее, – Софья печально покачала головой, – не знаю, какая муха её периодически кусает. Точнее, знаю. У неё кто–то появился… Я даже обрадовалась на первых порах. Пока меня не начали съедать: не так ем, не так хожу, поздно пришла, рано разбудила. Как будто я здесь стала лишней.
– И ты думаешь, что тот, кто появился на неё так влияет? – я удивилась полученной от Софьи информации.
– Тогда я тут к чему? – подумалось мне. – Зачем была приглашена я, если с дочкой напряженные отношения?
– Это мои домыслы. Мы как–нибудь проверим с тобой, – добавила Софья.
– Ерунда, Софья. У тебя отличная мама. Не придумывай того, чего нет, – мне идея с проверкой совсем не понравилась.
– Давай на выходных сгоняем в бар? Развеемся? – предложила Софья.
Я, конечно, люблю веселые мероприятия. Только веселиться мне не за что. И в ответ я лишь пожала плечами.
– Я оплачу. Потом ты как–нибудь нас прогуляешь. Задрала эта скучная жизнь. У меня мужчины не было уже год. Как Максим растворился, так и стало пусто. Пусто здесь, – Софья тыкнула пальцем в сердце. – И здесь, – наманикюренный пальчик коснулся лба. А про там… – Софья усмехнулась. – Вообще молчу.
По её усмешке я поняла, про какое «там вообще молчу» имеет в виду Софья.
Женщины... Всем хочется любви и внимания.
– Я в душ и к тебе заскочу. Потрещим.
– Угу, – ответила я и внутренне застонала, я–то планировала прилечь пораньше.
От Софкиной трескотни уже порядком болит голова. Но понимаю, что Софья ещё не обсудила с чувством и расстановкой весь мой рабочий день. Поэтому, думаю, мои возражения вряд ли примутся.
Софья начала зевать ближе к двенадцати часам. Наконец. Я внутренне обрадовалась, потому как хотелось начать рабочий день с ясной головы с утра и не клевать носом целый день.
– Ого! Уже почти двенадцать, – удивилась Софья и, к моему счастью, побрела к себе.
Я легла на свою зеленую кушетку и, повертевшись, развернулась подальше от окна. Сон пришел моментально.
В бар мы собирались, как всегда долго. Точнее не я, а Софья. Комбез она решительно удалила из варианта на отдых в баре и заменила на красивые обтягивающие брючки и свободную короткую кофту с большим вырезом, открывающую при каждом движении упругую девичью грудь. Я перебрала свой гардероб и остановилась на коротеньком платьице в обтяжку. Туфельки на высокой шпильке и длинные волосы по плечам.
В предвкушении весёлого вечера мы сели в такси и модное огромное увеселительное заведение появилось на горизонте через час минут.
- Я здесь не была! - прокричала я на ухо Софье.
- Здесь круто. Я же тебе обещала! Пошли выпьем.
Я утвердительно замахала головой.
- Нам двоим джин с тоником, - громко, с важным видом заказала бармену Софья.
Бармен тут же, приплясывая под модный хит, плеснул два бокала, и мы присели за один из круглых столиков с красивыми кожаными диванчиками. Я потянула тягучую жидкость в себя, и она медленно растеклась по телу горячим теплом. Так лучше. А танцпол - отличное место скинуть напряжение последнего времени.
- Пошли, - я поставила недопитый бокал и потянула Софью в круг танцующих молодых людей.
Софью не пришлось долго упрашивать. И модный трек, забившийся в больших динамиках, разметался ритмом по моему телу.
- Ещё два джина с тоником, - Софья отдала команды молодому бармену, - и, подхватив стакан, хорошо отпила из него, ещё не дойдя до нашего столика. Я, потягивая джин, украдкой смотрела на Софку. Надеюсь, к концу вечера она не будет в полулежачем состоянии. Тянуть её до дома на себе - не самая лучшая перспектива этого вечера.
- Пошли потанцуем, - я настойчиво тянула Софью за руку, - хватит налегать на выпивку. Потом плохо будет.
- Сейчас допью и пойду. Зато сейчас хорошо, - с шаловливой улыбкой потянула Софья.
Джин закинут полностью, и моя подружка, вскочив на ноги, обгоняя меня, полетела на танцпол. К ней тут же пристроился молодой человек, иногда стараясь затронуть Софью руками, но ей, похоже, это даже нравилось. Я улыбнулась. Главное - вытащить её потом отсюда. Если моя подруга решила зажечь, мне приходится присматривать за ней, чтобы Софья не сгорела полностью.
Двенадцатый час.
Софья, изрядно уставшая от активного отдыха, и я выкинувшая весь негатив на этом танцполе, топчемся на пороге бара в ожидании такси. Горячий парень, зажигающий весь вечер с Софьей, испарился. По недовольному лицу Софьи понимаю, что кто-то очень ждал продолжения, а я внутренне выдохнула на такой маневр от парня.
- Весь вечер меня лапал и под конец испарился, - недовольно буркнула Софья.
- Я надеюсь, ты не мечтаешь о продолжении? - я обняла Софку, стараясь отогнать хмель, круживший мою голову.
- Всё может быть.
- Мы его видим в первый раз.
- Ага. И последний. Мордочка смазливая. Фигура норм. Для ночных упражнений подошел бы, - подправляя чёрные волосы ответила Софья.
Такси приехало быстро, и мы тут же присели на сидения в салоне автомобиля. Дождь мелко барабанил в окно машины, и я уже мечтаю о мягкой постели. По моим подсчетам, через час я буду обнимать подушку на зелёной кушетке, и этой мысли несказанно обрадовалась. Я бесцельно блуждала взглядом по мелькающему городскому пейзажу: бесконечный ряд сияющих витрин магазинов… Пролетающие жёлтые машины такси и пассажиры в них, торопящиеся домой…
На мелькнувшую картину перед моим взором из двух припечатанных друг к другу машин, я нахмурилась.
- Остановитесь! - Я резко одернула таксиста.
Водитель удивленно посмотрел на меня в стекло заднего вида и притормозил. Я вышла из машины, вглядываясь в очертания темной улицы. Чуть поежившись, застучала шпильками по асфальтной дороге, перебегая на другую сторону шоссе.
- Уля, поехали! - Софья выскочила из машины и закричала мне вслед, - Что случилось?
- Поезжай без меня, - громко бросила я в ответ.
Я осторожно подошла к месту аварии. Картина не самая лицеприятная. Раскорёженные автомобили, стоны из одного и зеваки из подростков вокруг.
- Хороший материал, - подумала я и, достав телефон из сумочки, сделала серию снимков разбитых машин. Включила видео. Белый седан в хлам. Переднюю часть автомобиля снесло страшной силой. Я пересилила себя и, подойдя ещё чуть ближе, запечатлела машину с более близкого расстояния. Стало немного мутить от увиденного, и мне захотелось уйти подальше от этого места, но, услышав тихий стон из соседней машины, я подошла ближе к большому внедорожнику.
Стараюсь открыть покорёженную дверь со стороны водителя и вглядываюсь в лицо пассажира на водительском сидении. Темноволосый симпатичный мужчина, на вид около сорока лет, прикрыв глаза, тихо стонал. Я заглянула внутрь салона сквозь разбитое окно. Подушки безопасности хорошо смягчили удар, но нога… Выше колена расплывалось кровавое пятно, от вида которого меня опять начало мутить.
- Вы меня слышите, - я пересилила себя и тихонько тронула за плечо водителя внедорожника. - Вы слышите меня? Отстегните ремень безопасности.
Вся правая брючина дорогого костюма уже основательно промокла от крови. Но мужчина, движения которому давались с трудом, щёлкнул замок ремня.
- Вызови скорую. - Я отдала телефон Софье, которая тоже пересилила свою природную брезгливость и подошла ближе. - Потом сними видео.
Я уставилась на удивленные круглые глаза Софьи. У неё на все нестандартные ситуации всегда круглые удивлённые глаза и полная растерянность. Я попробовала осторожно вытащить водителя внедорожника, но огромное тело слишком тяжелое, и мои попытки не увенчались успехом.
- Давай вместе, дюймовочка, - потянул с кавказским акцентом водитель такси.
Мы с водителем нашего такси вытянули мужчину из машины и аккуратно положили на асфальт. Я взглянула на водительское сидение, выпачканное в кровь и лужу крови, которая уже собралась под лежащим на асфальте мужчиной.
- Всё очень плохо, - пробормотал водитель такси.
- Так ты до скорой не дотянешь, дружок, - я присела на корточки рядом с мужчиной.
- Дайте ремень ваших брюк, - скомандовала я и уставилась на таксиста.
Водитель округлил глаза, но послушно вытащил ремень из своих брюк и протянул мне.
Отлично… Я обернула ремень вокруг ноги и затянула его, насколько смогла. Мой пациент тихонько застонал.
- Как ваше имя? - я громко спросила водителя внедорожника, крепко держа ремень рукой.
- Дима, - с трудом выдавил мужчина и с трудом приоткрыл глаза. Я тяжело выдохнула, встретившись с затуманенным взглядом серых глаз.
- Дмитрий, мы вызвали скорую. Всё будет хорошо. Угораздила же вас поцеловаться с белым "Шевроле".
- Они вылетели на встречку, - полушепотом произнёс мужчина.
Я обернулась проконтролировать, ведет ли Софья съемку. И тут же попала в объективы камер телефонов зевак, окруживших место аварии. Помочь человеку в беде практически не нашлось, зато на камеру снимали абсолютно все. Софья, как и все, молча снимала всё происходящее на камеру телефона и испуганно смотрела на меня.
Хорошо… Может быть, наберу материала на статью.
Дождь припустил ещё больше. Вот это ночка! Никогда не думала, что так обрадуюсь приближающемуся вою сирены скорой помощи.
- Осталось немного. Слышите? Это к вам, - я старалась подбодрить Дмитрия.
Подлетевшая бригада скорой помощи, не снимая мою импровизацию, тут же наложила жгуты и, погрузив тело мужчины на носилки, стремительно закатила внутрь кареты скорой помощи. Я с облегчением вздохнула.
- Вы кто ему? – громко спросил меня фельдшер.
- Жена. - Не раздумывая ответила я и удивилась своей прыти. – Мне можно поехать с вами?
Молодой фельдшер оглядел меня с ног до головы.
- Мне тоже нужна помощь, - не унималась я, театрально обхватив голову руками.
- Садитесь, жена.
Я забрала у Софьи свою сумочку и телефон и бросив на ходу Софье: «Хватит тут торчать, рви до дома», быстро забралась в скорую в своем коротеньком обтягивающем платьице и туфлях на шпильке. Я бросила взгляд на Софью, которая поплелась вместе с пожилым водителем к такси и оглядела себя.
Ужас… Вся в крови, грязи и мокрая от дождя. Вид, конечно, оставляет желать лучшего.
Я взяла руку Дмитрия и в ответ получила тихое пожатие. Фельдшер, деловито набирающий шприцы, поглядел на меня.
- Хорошее решение с ремнем. Вы придумали?
Я махнула головой.
- Рана глубокая и зацепила крупные артерии. Поэтому столько крови. Вы вовремя остановили кровопотерю своему мужу. Обычно женщины на вызовах охают и ахают. А вы молодец, не испугались и сделали грамотную перевязку. Вы учились где-то этому?
- Интуитивно..., - с сипотцой ответила фельдшеру.
- До больницы, считай, что довезли, - молодой фельдшер, не прекращая беседы со мной, вводил препараты Дмитрию, - в операционной подлатают вашего супруга, и всё будет хорошо.
Огни больницы мелькнули на горизонте. И носилки с моим подопечным исчезли сразу же в длинном коридоре больницы. Я прислонилась спиной к стене и прикрыла усталые глаза.
- Девушка, скажите фамилию? - ко мне подошла пожилая медсестра в белом халате.
- Корсун Ульяна.
- Мне нужны данные вашего мужа. Как его имя и год рождения? - раздраженно спросила женщина.
Я хлопнула себя по лбу и со вздохом ответила: «Дмитрий».
- А документы есть с собой? Паспорт вашего мужа?
- Всё осталось в машине, - я сразу отрезала. - Он поправится?
Медсестра пожала плечами.
- Это может сказать вам только доктор. Вы свяжитесь с родственниками. Пусть подвезут документы. Вам самой помощь нужна? - кивнула на меня медсестра.
- Это не моя кровь. Это кровь Дмитрия. Я могу присесть?
- Там кушетка, дальше по коридору. Присаживайтесь.
Я дошла до заветной кушетки и, сняв свои туфли, поставила босые ноги на холодный кафель и прислонилась спиной к стене.
Телефон зазвонил и на экране телефона аватар с лицом любимой подружки.
- Ты где? - последовал первый испуганный вопрос от Софьи.
- Все хорошо, Соф. Я в больнице.
- Ты что, нянькой ему нанялась. Думаешь, отблагодарит?
- Не думаю. Пару фоток сделаю и сворачиваю свой репортаж, в котором оказалось я одним из главных лиц. Ты всё сняла, что я просила?
- Всё, мой командир.
- Умница. Сейчас дух переведу и вызову такси. Ты сама как доехала?
- Норм. Таксист сказал, что мы боевые девчонки. Особенно ты, и денег не взял.
- Хорошо. Марина Александровна не спит?
- Да какой тут сон. Мы ждем тебя вдвоем.
В приемную зашел мужчина внушительных размеров и, пройдясь по мне внимательным взглядом, громыхнул басом: «Макаров у вас?»
Дверь хлопнула ещё раз, и в приемном отделении нарисовался еще один похожий персонаж.
Так… Жене пора отчаливать. Чует моё сердце, в приёмное отделение пожаловали друзья моего «мужа».
- Софья, давай. Скоро буду, - я быстро попрощалась с подругой и записала фамилию водителя внедорожника.
- У нас таких пациентов не поступало, - монотонным голосом ответила медсестра громиле.
- Он попал в аварию на шоссе. В ГИБДД дали информацию, что его отвезли в вашу больницу! - раздраженно рявкнул один из мужчин.
- Ничего не понимаю. У нас Корсун Дмитрий. Мужчина поступил с места аварии на скорой, но документов я не видела. Тут жена его была?
- Какая жена? - удивился второй мужчина, оглядываясь вокруг.
«Жена» давно в дверях и уже быстрым шагом топает к воротам приемного покоя. Я вызвала такси и, опёршись о кованый забор больницы, пролистываю снимки и видео с места аварии.
Отлично. Хорошего качества. И имя главного героя есть, с которым, я надеюсь, мы пообщаемся. В планах диалог от первого лица, и я улыбнулась в предвкушении. Увидев шашечки такси, я собрала последние силы - ещё один рывок и меня ждет мягкая зеленая кушетка.
В бар мы собирались, как всегда долго. Точнее не я, а Софья. Комбез она решительно удалила из варианта на отдых в баре и заменила на красивые обтягивающие брючки и свободную короткую кофту с большим вырезом, открывающую при каждом движении упругую девичью грудь. Я перебрала свой гардероб и остановилась на коротеньком платьице в обтяжку. Туфельки на высокой шпильке и длинные волосы по плечам.
В предвкушении весёлого вечера мы сели в такси и модное огромное увеселительное заведение появилось на горизонте через час минут.
– Я здесь не была! – прокричала я на ухо Софье.
– Здесь круто. Я же тебе обещала! Пошли выпьем.
Я утвердительно замахала головой.
– Нам двоим джин с тоником, – громко, с важным видом заказала бармену Софья.
Бармен тут же, приплясывая под модный хит, плеснул два бокала, и мы присели за один из круглых столиков с красивыми кожаными диванчиками. Я потянула тягучую жидкость в себя, и она медленно растеклась по телу горячим теплом. Так лучше. А танцпол – отличное место скинуть напряжение последнего времени.
– Пошли, – я поставила недопитый бокал и потянула Софью в круг танцующих молодых людей.
Софью не пришлось долго упрашивать. И модный трек, забившийся в больших динамиках, разметался ритмом по моему телу.
– Ещё два джина с тоником, – Софья отдала команды молодому бармену, – и, подхватив стакан, хорошо отпила из него, ещё не дойдя до нашего столика. Я, потягивая джин, украдкой смотрела на Софку. Надеюсь, к концу вечера она не будет в полулежачем состоянии. Тянуть её до дома на себе – не самая лучшая перспектива этого вечера.
– Пошли потанцуем, – я настойчиво тянула Софью за руку, – хватит налегать на выпивку. Потом плохо будет.
– Сейчас допью и пойду. Зато сейчас хорошо, – с шаловливой улыбкой потянула Софья.
Джин закинут полностью, и моя подружка, вскочив на ноги, обгоняя меня, полетела на танцпол. К ней тут же пристроился молодой человек, иногда стараясь затронуть Софью руками, но ей, похоже, это даже нравилось. Я улыбнулась. Главное – вытащить её потом отсюда. Если моя подруга решила зажечь, мне приходится присматривать за ней, чтобы Софья не сгорела полностью.
Двенадцатый час.
Софья, изрядно уставшая от активного отдыха, и я выкинувшая весь негатив на этом танцполе, топчемся на пороге бара в ожидании такси. Горячий парень, зажигающий весь вечер с Софьей, испарился. По недовольному лицу Софьи понимаю, что кто–то очень ждал продолжения, а я внутренне выдохнула на такой маневр от парня.
– Весь вечер меня лапал и под конец испарился, – недовольно буркнула Софья.
– Я надеюсь, ты не мечтаешь о продолжении? – я обняла Софку, стараясь отогнать хмель, круживший мою голову.
– Всё может быть.
– Мы его видим в первый раз.
– Ага. И последний. Мордочка смазливая. Фигура норм. Для ночных упражнений подошел бы, – подправляя чёрные волосы ответила Софья.
Такси приехало быстро, и мы тут же присели на сидения в салоне автомобиля. Дождь мелко барабанил в окно машины, и я уже мечтаю о мягкой постели. По моим подсчетам, через час я буду обнимать подушку на зелёной кушетке, и этой мысли несказанно обрадовалась. Я бесцельно блуждала взглядом по мелькающему городскому пейзажу: бесконечный ряд сияющих витрин магазинов… Пролетающие жёлтые машины такси и пассажиры в них, торопящиеся домой…
На мелькнувшую картину перед моим взором из двух припечатанных друг к другу машин, я нахмурилась.
– Остановитесь! – Я резко одернула таксиста.
Водитель удивленно посмотрел на меня в стекло заднего вида и притормозил. Я вышла из машины, вглядываясь в очертания темной улицы. Чуть поежившись, застучала шпильками по асфальтной дороге, перебегая на другую сторону шоссе.
– Уля, поехали! – Софья выскочила из машины и закричала мне вслед, – Что случилось?
– Поезжай без меня, – громко бросила я в ответ.
Я осторожно подошла к месту аварии. Картина не самая лицеприятная. Раскорёженные автомобили, стоны из одного и зеваки из подростков вокруг.
– Хороший материал, – подумала я и, достав телефон из сумочки, сделала серию снимков разбитых машин. Включила видео. Белый седан в хлам. Переднюю часть автомобиля снесло страшной силой. Я пересилила себя и, подойдя ещё чуть ближе, запечатлела машину с более близкого расстояния. Стало немного мутить от увиденного, и мне захотелось уйти подальше от этого места, но, услышав тихий стон из соседней машины, я подошла ближе к большому внедорожнику.
Стараюсь открыть покорёженную дверь со стороны водителя и вглядываюсь в лицо пассажира на водительском сидении. Темноволосый симпатичный мужчина, на вид около сорока лет, прикрыв глаза, тихо стонал. Я заглянула внутрь салона сквозь разбитое окно. Подушки безопасности хорошо смягчили удар, но нога… Выше колена расплывалось кровавое пятно, от вида которого меня опять начало мутить.
– Вы меня слышите, – я пересилила себя и тихонько тронула за плечо водителя внедорожника. – Вы слышите меня? Отстегните ремень безопасности.
Вся правая брючина дорогого костюма уже основательно промокла от крови. Но мужчина, движения которому давались с трудом, щёлкнул замок ремня.
– Вызови скорую. – Я отдала телефон Софье, которая тоже пересилила свою природную брезгливость и подошла ближе. – Потом сними видео.
Я уставилась на удивленные круглые глаза Софьи. У неё на все нестандартные ситуации всегда круглые удивлённые глаза и полная растерянность. Я попробовала осторожно вытащить водителя внедорожника, но огромное тело слишком тяжелое, и мои попытки не увенчались успехом.
– Давай вместе, дюймовочка, – потянул с кавказским акцентом водитель такси.
Мы с водителем нашего такси вытянули мужчину из машины и аккуратно положили на асфальт. Я взглянула на водительское сидение, выпачканное в кровь и лужу крови, которая уже собралась под лежащим на асфальте мужчиной.
– Всё очень плохо, – пробормотал водитель такси.
– Так ты до скорой не дотянешь, дружок, – я присела на корточки рядом с мужчиной.
– Дайте ремень ваших брюк, – скомандовала я и уставилась на таксиста.
Водитель округлил глаза, но послушно вытащил ремень из своих брюк и протянул мне.
Отлично… Я обернула ремень вокруг ноги и затянула его, насколько смогла. Мой пациент тихонько застонал.
– Как ваше имя? – я громко спросила водителя внедорожника, крепко держа ремень рукой.
– Дима, – с трудом выдавил мужчина и с трудом приоткрыл глаза. Я тяжело выдохнула, встретившись с затуманенным взглядом серых глаз.
– Дмитрий, мы вызвали скорую. Всё будет хорошо. Угораздила же вас поцеловаться с белым "Шевроле".
– Они вылетели на встречку, – полушепотом произнёс мужчина.
Я обернулась проконтролировать, ведет ли Софья съемку. И тут же попала в объективы камер телефонов зевак, окруживших место аварии. Помочь человеку в беде практически не нашлось, зато на камеру снимали абсолютно все. Софья, как и все, молча снимала всё происходящее на камеру телефона и испуганно смотрела на меня.
Хорошо… Может быть, наберу материала на статью.
Дождь припустил ещё больше. Вот это ночка! Никогда не думала, что так обрадуюсь приближающемуся вою сирены скорой помощи.
– Осталось немного. Слышите? Это к вам, – я старалась подбодрить Дмитрия.
Подлетевшая бригада скорой помощи, не снимая мою импровизацию, тут же наложила жгуты и, погрузив тело мужчины на носилки, стремительно закатила внутрь кареты скорой помощи. Я с облегчением вздохнула.
– Вы кто ему? – громко спросил меня фельдшер.
– Жена. – Не раздумывая ответила я и удивилась своей прыти. – Мне можно поехать с вами?
Молодой фельдшер оглядел меня с ног до головы.
– Мне тоже нужна помощь, – не унималась я, театрально обхватив голову руками.
– Садитесь, жена.
Я забрала у Софьи свою сумочку и телефон и бросив на ходу Софье: «Хватит тут торчать, рви до дома», быстро забралась в скорую в своем коротеньком обтягивающем платьице и туфлях на шпильке. Я бросила взгляд на Софью, которая поплелась вместе с пожилым водителем к такси и оглядела себя.
Ужас… Вся в крови, грязи и мокрая от дождя. Вид, конечно, оставляет желать лучшего.
Я взяла руку Дмитрия и в ответ получила тихое пожатие. Фельдшер, деловито набирающий шприцы, поглядел на меня.
– Хорошее решение с ремнем. Вы придумали?
Я махнула головой.
– Рана глубокая и зацепила крупные артерии. Поэтому столько крови. Вы вовремя остановили кровопотерю своему мужу. Обычно женщины на вызовах охают и ахают. А вы молодец, не испугались и сделали грамотную перевязку. Вы учились где–то этому?
– Интуитивно..., – с сипотцой ответила фельдшеру.
– До больницы, считай, что довезли, – молодой фельдшер, не прекращая беседы со мной, вводил препараты Дмитрию, – в операционной подлатают вашего супруга, и всё будет хорошо.
Огни больницы мелькнули на горизонте. И носилки с моим подопечным исчезли сразу же в длинном коридоре больницы. Я прислонилась спиной к стене и прикрыла усталые глаза.
– Девушка, скажите фамилию? – ко мне подошла пожилая медсестра в белом халате.
– Корсун Ульяна.
– Мне нужны данные вашего мужа. Как его имя и год рождения? – раздраженно спросила женщина.
Я хлопнула себя по лбу и со вздохом ответила: «Дмитрий».
– А документы есть с собой? Паспорт вашего мужа?
– Всё осталось в машине, – я сразу отрезала. – Он поправится?
Медсестра пожала плечами.
– Это может сказать вам только доктор. Вы свяжитесь с родственниками. Пусть подвезут документы. Вам самой помощь нужна? – кивнула на меня медсестра.
– Это не моя кровь. Это кровь Дмитрия. Я могу присесть?
– Там кушетка, дальше по коридору. Присаживайтесь.
Я дошла до заветной кушетки и, сняв свои туфли, поставила босые ноги на холодный кафель и прислонилась спиной к стене.
Телефон зазвонил и на экране телефона аватар с лицом любимой подружки.
– Ты где? – последовал первый испуганный вопрос от Софьи.
– Все хорошо, Соф. Я в больнице.
– Ты что, нянькой ему нанялась. Думаешь, отблагодарит?
– Не думаю. Пару фоток сделаю и сворачиваю свой репортаж, в котором оказалось я одним из главных лиц. Ты всё сняла, что я просила?
– Всё, мой командир.
– Умница. Сейчас дух переведу и вызову такси. Ты сама как доехала?
– Норм. Таксист сказал, что мы боевые девчонки. Особенно ты, и денег не взял.
– Хорошо. Марина Александровна не спит?
– Да какой тут сон. Мы ждем тебя вдвоем.
В приемную зашел мужчина внушительных размеров и, пройдясь по мне внимательным взглядом, громыхнул басом: «Макаров у вас?»
Дверь хлопнула ещё раз, и в приемном отделении нарисовался еще один похожий персонаж.
Так… Жене пора отчаливать. Чует моё сердце, в приёмное отделение пожаловали друзья моего «мужа».
– Софья, давай. Скоро буду, – я быстро попрощалась с подругой и записала фамилию водителя внедорожника.
– У нас таких пациентов не поступало, – монотонным голосом ответила медсестра громиле.
– Он попал в аварию на шоссе. В ГИБДД дали информацию, что его отвезли в вашу больницу! – раздраженно рявкнул один из мужчин.
– Ничего не понимаю. У нас Корсун Дмитрий. Мужчина поступил с места аварии на скорой, но документов я не видела. Тут жена его была?
– Какая жена? – удивился второй мужчина, оглядываясь вокруг.
«Жена» давно в дверях и уже быстрым шагом топает к воротам приемного покоя. Я вызвала такси и, опёршись о кованый забор больницы, пролистываю снимки и видео с места аварии.
Отлично. Хорошего качества. И имя главного героя есть, с которым, я надеюсь, мы пообщаемся. В планах диалог от первого лица, и я улыбнулась в предвкушении. Увидев шашечки такси, я собрала последние силы – ещё один рывок и меня ждет мягкая зеленая кушетка…
Воскресное утро тихонько постучалось в моё окно лучами солнца. Я повернулась на бок и прошлась взглядом по своему запачканному платью. Воспоминания о событиях вчерашней ночи тут же накрыли меня. Новомодный бар. Авария на шоссе. Макаров Дмитрий.
Я поискала в интернете информацию на главного героя моей будущей статьи. Надеюсь, он жив и там, где я его оставила. Попробую сегодня проведать и узнать о состоянии Макарова.
Макаров Дмитрий – владелец кирпичного завода и ряда площадок продажи строительных материалов. На картинке я увидела высокого симпатичного мужчину со взглядом холодных серых глаз. Картинка более чем респектабельная.
Уфф! Как теперь у такой птички вытащить побольше информации. И почему прошлым вечером такой солидный мужчина самостоятельно передвигался, пусть и на таком респектабельном авто. Охрана подтянулась уже позже. Намного позже… Когда хозяин уже пополнил ряды близлежащей к месту аварии больницы.
Я выползла на кухню. Конечно же, Софья ещё спит после беспокойной ночи, а Марина Александровна молча завтракает за кухонным столом.
– Доброе утро. – Поздоровалась я с Мариной Александровной. – Простите за вчерашний поздний визит.
Женщина махнула рукой.
– Доброе утро, Уль. Вы помогли человеку, попавшему в беду. Не извиняйся. Ты поступила очень отважно. Я бы так не смогла. Садись, позавтракаем.
Я налила чай, поставила кружку на стол остывать и ушла в ванную привести в себя порядок. Круги под глазами и взъерошенные волосы. Чудная картинка. Я покачала головой.
Неделю назад у меня была такая размеренная жизнь…
Я присела за стол и глотнула горячий чай. Хлеб, масло, сыр тонкими ломтиками на красивых белых тарелочках. Сервис. Я обычно завтракала залпом, закидывая еду на ходу, иногда прямо с разделочной доски. Что ж, нужно приучать себя к лучшему.
– Как твой пациент? Не звонил?
– Я не оставляла телефон. В принципе, оставлять некому. Мужчина в полубессознательном состоянии. Охрана такого внушительного размера, что я испугалась и быстро ретировалась. Поэтому сейчас соберусь с духом и поеду, пообщаюсь с Макаровым. Владелец кирпичного завода, – я вздохнула, – Меня, наверное, к нему не пустят.
– Попробуй. Ты помогла ему в трудный момент, когда не было охраны внушительных размеров, а только худая молоденькая девчонка. Поэтому, если Макаров здравомыслящий человек, а так скорее и есть, ты получишь слова благодарности в глаза, а не по телефону.
– У меня ещё рабочий интерес. Я, конечно, накидаю текст на заметку в моём издании, но хочу попробовать стартануть со статьи.
– Хорошая идея.
Марина Александровна встала из–за стола и собралась мыть посуду.
– Марина Александровна, нарушаете порядок. Уборка на кухне за мной.
– Хорошо, – женщина улыбнулась и, подхватив телефон, удалилась в свою комнату.
В раскрытое окно влетел летний ветерок, с каждым утром всё прохладнее, и я, включив наушники и вооружившись губками, принялась мыть посуду.
Софья с лицом зелёного цвета заглянула на кухню.
– Завтракать будешь? – спросила я подругу.
– Издеваешься, я на еду смотреть не могу, – прошипела Софья с кислым выражением лица.
– Я тебя вчера предупреждала не налегать на джин.
– Где мои мозги были вчера? Все пропила, – Софья причитала, сама на себя похожая на медвежонка в пушистом белом халате, поплелась в ванную.
Что ж, кому–то в ванной откисать, а мне опять в бой. Я накинула на лицо макияж чуть ярче, чем обычно и, перебрав свой гардероб, достала бежевую водолазку с коротким рукавом и такого же цвета брюки. Подхватив очки и сумочку, не спеша спустилась к машине. В голове крутились мысли, как же начать разговор. Вчера было всё проще. Полные боли глаза и совершенно беззащитный вид мужчины достаточно внушительных размеров.
Добрый день, я та девушка, которая не дала вам умереть...
Нет…
Добрый день, не окажите мне услугу…
Тоже не то...
Не замарачивайся, Уля. Беседа ляжет сама собой, как обычно это и бывает.
Я успокоила сама себя, выдохнула и, включив зажигание, отчалила по направлению к больнице.
Сердце бешено колотится, и я, пытаясь его унять, надвинула очки на глаза и деловито подхожу к молоденькой медсестре в приемном отделении. Улыбаясь во весь рот, нараспев спрашиваю: «Подскажите, вчера привезли Макарова Дмитрия. В каком отделении я могу его найти?»
Медсестра, внимательно посмотрев на меня, потянула: «Кто интересуется?»
– Корсун Ульяна. Я вчера приехала с ним в карете скорой помощи.
– В хирургии на втором этаже, – девушка уже не скрывала очевидного интереса.
Я поблагодарила медсестру и вышла из приемного отделения. Люблю молоденьких девчонок, с ними всегда легче сговориться, и на всех порах помчалась в хирургию.
Открыв тихонько входную дверь, встречаюсь взглядом с постовой медсестрой. Моя потенциальная информация. Сделав серьезное лицо и опять надвинув очки, чеканным шагом подхожу к грузной медсестре в больших очках.
– Что вы хотели? – опередила меня очкастая и, выглянув из своего стола, добавила: «Где бахилы девушка?»
Разговор не заладился сразу.
– Я ищу Макарова. Мне сказали, он в вашем отделении.
– Вы родственница?
Я утвердительно машу головой.
– К нему нельзя.
– Вы можете ему передать, что его хочет увидеть девушка, которая его вчера вытащила из машины. Я думаю, он захочет меня увидеть.
Очкастая ещё раз посмотрела на меня. Оценивающий презрительный взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Я достала маленькую коробочку конфет и положила её перед лицом женщины.
– Сейчас, – выплюнула женщина и удалилась по коридору.
Я нервно топталась на месте. Хотя, что нервничать? Не захочет, развернусь и уйду. Грузная медсестра вернулась и, сев за стол, не глядя на меня вытолкнула: «Седьмая палата. По коридору и налево. Вас ждут».
– Спасибо большое, – я рванула по указанному маршруту и шумно выдохнула перед палатой. Сидящий на кушетке молодой спортивный мужчина внимательно оглядел меня с головы до ног, и я даже поёжилась от чересчур внимательного взгляда. Тут же развернулась к заветной палате и, тихонько постучавшись, прошла внутрь.
– Доброе утро, Дмитрий Борисович, – начала несмело с приветствия и уставилась на мужчину, буровившего меня взглядом тягучих серых глаз.
– Внешность у вас интересная. Тёмные волосы и тёмно–голубые глаза, – наконец выдал Макаров.
Я от неожиданности закашляла, ожидая первым благодарность.
– Ваш необычный образ перед глазами принял за галлюцинацию.
– У отца были такие же глаза. А мама жгучая брюнетка. Я на неё похожа. Сейчас, правда, серой стала. Знаете ли, серые будни делают людей серыми.
– Так просто легче. Не выделяться из толпы. Серым людям, как вы говорите, проще жить. Спасибо, я вам обязан жизнью. Мне сказали, что если бы не моя жена, – на слове "жена" Дмитрий улыбнулся, – то я истёк бы кровью в машине.
– Услуга за услугу. Ваша жена, – я рассмеялась и, набравшись чуть смелости, продолжила, – журналист, который только что потерял работу и набирает очки на другой. С вас развернутое интервью.
– Всё, что хотите.
– Тогда я займу у вас немного времени, – я включила диктофон и удобно устроилась на стуле у кровати Макарова.
Два часа пролетели быстро. Я и не рассчитывала на такую долгую работу. Мне даже рассказали некоторые подробности личной жизни. Посмотрим, как я могу обыграть эту информацию и включить в мою заметку. Но, как я и предполагала, материала столько, что получится на небольшую статью. Попробую попросить своего интересного начальника переквалифицировать материал на более серьезную работу.
– Спасибо. Вы интересный собеседник, – я продолжала с интересом рассматривать Макарова, внутренне себя одергивала, но природную любопытность никуда не денешь. Я ожидала пафосность, диалог в слегка пренебрежительном ключе и бог весть знает что, только не двухчасовую продуктивную работу с человеком с внушительным весом в обществе.
– Я могу о вас сказать то же самое. Я привык к другому общению с женщиной, – на этом месте Дмитрий чуть замялся, – к более простому и, так сказать, приземленному. Данил отвезёт вас до дома.
– Ульяна, как называется издание, в котором вы работаете? – уже на пороге остановил меня Дмитрий Борисович.
– Криминальные новости.
– Не слишком серьёзно для такой молодой дамы?
– Мы судьбу не выбираем. Она сама выбирает нас, – ответила после непродолжительной паузы.
– Да уж... В точку.
Я махнула рукой на прощание и вышла из палаты.
– Корсун Ульяна? – спросил меня огромных размеров мужчина у дверей палаты, кладя трубку телефона в карман брюк. – Мне велено отвезти вас до дома.
– Передайте своему шефу, Данил, я сама за рулем, и большое спасибо за беспокойство о моей персоне, – бросила молодому мужчине, перегородившему мне проход в больничном коридоре, и, обогнув внушительную фигуру, радостно зашагала к выходу.
В моей голове уже первые строки статьи, и я, прежде чем тронуться с большой парковки у больницы, набросала начало в блокноте телефона, боясь потерять основную мысль.
Я заехала после обеда в курьерскую службу и отправила свой подарок сестренке к первому сентябрю. Пришлось из–за своей нерасторопности оплатить срочность. Ну что поделаешь. События последних недель полностью поменяли не только планы, но практически мою жизнь. Нужно будет собраться с духом и вечером позвонить в Ясногорск и предупредить мать, чтобы та выглядывала сообщение о доставке. Набрав номер матери шесть раз и не получив ответа, я набирала номер телефона бабули.
– Улечка, как дела? – радостно начинает бабушка.
– Как всегда хорошо. Ты как?
– Как всегда, веду бой с ревматизмом и диабетом.
– Получается?
– Местами.
– Я матери не смогла дозвониться. Передай ей, что я отправила посылку с вещами для Олеськи. Пусть не прозевает.
– Когда приедешь? – вопрос который с завидным постоянством задает моя Лизавета.
– Не знаю… Туго с финансами, поэтому на проезд нет денег. И вообще… Ты же знаешь, если я дома, то ОН вообще старается ничего покупать, а содержать неделю семью из четырех человек я не сейчас не смогу, – я гулко вздохнула.
Определение "ОН" понятно нам обоим с бабулей. "ОН" – мой отчим, медленно отравляющий жизнь собственной семьи. Хорошо, что я этого не вижу последние восемь лет. Но, если я этого не вижу, это не значит, что несносная жизнь моих близких не касается. Ещё как касается! Только сделать я ничего не могу…
– У тебя что–то случилось? Не молчи, рассказывай, – тревожно спросила бабуля.
– Ба, всё хорошо, – я старалась говорить весёлым, непринужденным тоном. – Кредит закрывала досрочно, поэтому на мели сейчас.
– Тебе денег выслать?
– Ничего не надо. У меня всё есть. Правда, не волнуйся.
– Можешь хотя бы мне говорить, что у тебя случилось. Но я же чувствую, что у тебя не всё в порядке. С мамой поговорю, чтобы посылку не пропустила и не надо было ничего покупать, раз сама на мели.
– Ба. Об этом было оговорено давно. А я держу своё слово. Пока.
Я положила трубку и ещё долго смотрела в открытое окно. Так тревожно и неспокойно на душе. Ветер перемен раздувался в моей жизни всё сильнее.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги
Загрузка...