Осколки или как разлюбить дракона?

Ярко светило весеннее солнце. На лазурном небе не было ни облачка. Улицы Кар’Ола были ещё влажными после ночного дождя, черепичные крыши, украшенные причудливыми флюгерами, поблёскивали в утреннем свете. Кое-где сверкали небольшие лужи; на траве и цветах городских клумб лежала обильная роса, сверкая на солнце крохотными бриллиантами. 

       Воздух был напоен ароматами влажной травы, свежести, переплетающимися с запахами свежей выпечки, пряного кофе и запечённого на углях мяса. Улицы пока были пустынны — мастеровые и лавочники только готовились открывать свои заведения. 

       По улице, негромко стуча каблучками, шла стройная брюнетка лет девятнадцати на вид. Её чёрные, чуть отливающие синевой, волосы были собраны на затылке, ниспадая тёмным шёлковым водопадом по спине и плечам. На миловидном личике с правильными чертами застыло выражение усталости, а в синих, как сапфиры глазах была видна печаль. 

       Кларисс — так звали девушку, — направлялась к фонтану Люфер, которому приписывали чудеса. В частности, считалось, что этот фонтан исполняет желания, и девушка искренне верила, что Люфер исполнит её заветное желание. Прозаичное, немудрёное, но именно его исполнения Кларисс желала всей душой. 

       Она прошла вниз по улице, спустилась по каменной лестнице, полого изгибавшейся между домами, и вышла на просторную площадь, в центре которой радужным многоцветьем сверкал в лучах утреннего солнца фонтан Люфер. Девушка подошла к мраморной чаше, куда каскадом низвергалась вода из кувшина стройной девы, задрапированной в мраморные одежды и чуть склонившейся к воде, словно пытающейся рассмотреть своё отражение в неверной зыби волн. 

       Кларисс нащупала застёжку серебряного браслета — единственная ценная вещь, которой она по-настоящему дорожила, — расстегнула и загадала желание. А потом сняла браслет с руки и без колебаний бросила его в чашу фонтана. Серебряная полоска тут же скрылась под водой, словно добрый дух, по слухам, обитавший в фонтане, принял её плату. Девушка ещё немного постояла, любуясь сверканием радужного многоцветья, затем развернулась и направилась прочь от Люфер. Домой идти не хотелось, и потому Кларисс приняла решение просто побродить по Кар’Олу. 

       Она медленно шла вверх по улице, на которой было достаточно оживлённо. Кафе, кондитерские, магазинчики уже открылись, зазывая покупателей вкусными ароматами или выставленными в витрине украшениями, платьями и прочими мелочами. Немного подумав, Кларисс направилась к уютному кафе «У Арно». На летней террасе, под нарядными зонтиками, практически никого не было. Девушка выбрала столик в углу террасы, откуда открывался потрясающий вид на город, и заказала чашку ароматного кофе и нежное пирожное. И, пока её заказ готовили, снова погрузилась в раздумья. 

      Кларисс давно и безответно любила Верховного судью, Каоррисса Д’Аро. Старалась ненавязчиво привлечь его внимание, надеясь заметить хотя бы искорку интереса в лавандовых глазах. Но Каоррисс был вежлив и не более того. У неё же сердечко замирало от счастья, стоило Кларисс увидеть его высокую широкоплечую фигуру в судейской мантии, вышагивающей по брусчатке. А от глубокого, чуть бархатного голоса по коже бежали мурашки. Девушка не сомневалась, что он уже давным-давно всё прекрасно понял по её взглядам. Но всё же, её это не останавливало, и Кларисс искала с ним встречи при каждом удобном случае. Вот и сейчас она втайне надеялась, что увидит предмет своего обожания хотя бы издалека. А если ей повезёт, то они перекинутся парой слов. 

       * * *

       Каоррисс откинулся на спинку весьма удобного стула, но не почувствовал привычного комфорта. Тело ломило после бессонной ночи, в глаза словно насыпали песка. Нестерпимо хотелось закрыть их, но судья знал, что, сделав это, скорее всего уснёт. А спать сейчас ни в коем случае нельзя. Ночь было сложной, но он почти распутал дело об убийстве главы Гильдии Торговцев. Осталось собрать воедино оставшиеся фрагменты и арестовать виновного. 

       Судья сжал изящными пальцами переносицу и вздохнул. Недели напряжённой работы, плавно перешедшие в месяцы, дали свои плоды. Неужели он наконец сможет выспаться? 

       — Ты похож на упыря, — смешливо фыркнул сидящий напротив судьи Керран, начальник тюрьмы. — Одни глаза чего стоят… 

       — Напомни, которые сутки мы с тобой практически не спим, — отозвался Каоррисс, опуская руку и закрывая глаза. — Третьи? 

       — Пятые, — ответил он. — Но это была твоя инициатива. Мы вполне могли справиться без Верховного судьи Кар’Ола. Однако, тебе казалось, что без тебя всё пойдёт наперекосяк. Хотя я не единожды напоминал тебе, что ловить преступников — задача моя и моих парней. 

      — Керран, тебе не говорили, что ты бываешь просто невыносимым занудой? — с усмешкой поинтересовался судья, открывая глаза. 

       — Рисс, если не я, то кто ещё скажет тебе правду? — поднял бровь начальник тюрьмы. 

       — Слушай, я согласен терпеть твои шуточки и дружеские подначки, но не в рабочее время, — против воли Каоррисс улыбнулся. 

       — У меня есть привилегия, — со смехом сказал он. — Если ты помнишь, много лет назад ты сам упрятал меня в Гранитный дом в качестве заключённого. 

       — У меня странное чувство, что ты очень долго будешь мне это припоминать. 

      — Не настолько долго, как хотелось бы, — ответил Керран. — Я, в отличие от тебя, не бессмертный, хотя оборотни и живут значительно дольше людей. 

      — Могу сказать, что вечная жизнь — это не награда, — усмехнулся он. — Скажи, какова вероятность, что я когда-нибудь смогу создать семью? 

       — Мне с трудом верится, что в этом огромном мире нет больше драконов, — сказал Керран. — Тут беда в другом — ты слишком сильно привязался к людям. Очеловечился. 

       — Странно слышать подобное от тебя, — Каоррисс сложил пальцы в «замок» и положил на них подбородок. — Разве твоё окружение — не люди сплошь и рядом? 

       — Но это не значит, что я к ним привязан, — обезоруживающе улыбнулся оборотень. 

      — Я не говорил, что ты иногда меня очень сильно раздражаешь? — спросил дракон. 

       — Я это помню с тех времён, когда ты вёл дело о моих прегрешениях, — засмеялся Керран. — Вряд ли такое забудешь. 

       Каоррисс только вздохнул — несмотря на прожитые годы, Керран ни на йоту не изменился. Всё тот же беззаботный сорвиголова, каким был всегда, сколько его помнил судья. 

       — Ты никогда не станешь взрослым, — сказал он, выпрямляясь. — Ты уже далеко не мальчик, Керран. Но порой мне кажется, что ты застрял где-то в прошлом, где тебе лет восемнадцать. 

       — Вовсе нет, — возразил он. — Просто мы с тобой разные, Рисс, и этого не изменить. Я отношусь к жизни проще. Ты же смотришь в будущее. 

       — Возможно, — после небольшой паузы сказал Каоррисс. — Но это не мешает нам дружить столько лет. Знаешь, у меня есть предложение — закончить с этим делом, передать материалы обвинителю и отдохнуть до следующего заседания. Я очень устал. 

       — Я всё ждал, когда ты мне это предложишь, — ухмыльнулся он. — Смотри, парни нашли ещё двоих, с кем тайком взаимодействовал наш обвиняемый. Правда, те не совсем понимают, что их использовали в тёмную, поэтому я бы рекомендовал назначить им штраф, чтобы неповадно было. 

       — Напоминаю тебе, что незнание закона не освобождает от ответственности, — сказал судья. Едва только Керран заговорил о делах, как от его усталости не осталось и следа. Во всяком случае, никто бы и не понял, что он толком не спит уже пятеро суток. — А как мы можем предъявить их показания подозреваемому? Ты же понимаешь, что у нас должно быть что-то более реальное, чем голословное обвинение без доказательств? 

       — Рисс, ты помнишь, что сказала нам экономка в доме Главы Гильдии? — поднял бровь оборотень. 

       — Да, она успела заметить шрам через все лицо и узор плюща на шее, — кивнул судья. — Мы с тобой идиоты, Кер… мы давно могли… 

       — Нет, не могли, — покачал головой тот. — Если ты помнишь, убийство господина Ксавье было лишь одной из многих ниточек, ведущих к этому человеку. Знаешь, отправляйся-ка ты домой. Помощник из тебя сейчас просто никакой. 

       — Сам-то давно спал? — беззлобно усмехнулся дракон, вставая. — Но ты прав — мне нужно выспаться.

       Он встал из-за стола, поправил мантию и, попрощавшись с Керраном, вышел из кабинета, а затем и из Дворца Правосудия. Солнце ударило по глазам, отчего он сощурился, чувствуя, как затуманился мир. Пару раз моргнул, чтобы прояснить зрение, медленно спустился по мраморным ступеням и неспешно направился по бульвару, чувствуя странную лёгкость. Возможно, он настолько устал, что организм отказывается воспринимать это. 

       Как бы то ни было, сейчас Каоррисс совершенно не хотел думать о работе, о грядущем заседании и даже о том, что они почти раскрыли дело. Он просто наслаждался тёплым деньком, ароматами свежесваренного кофе и выпечки. И, чувствуя, что проголодался, — последний раз он ел вчера вечером, потом с головой ушёл в работу, а сегодня ещё маковой росинки не было во рту, поднялся на террасу кафе «У Арно», где, по иронии судьбы, расположилась и Кларисс, заказал лёгкий завтрак, а потом подставил лицо утреннему ветерку. 

      * * *

       Кларисс не поверила своим глазам, увидев, как на террасу кафе поднимается объект её обожания. Она замерла испуганным сусликом, боясь спугнуть его, и могла только пожирать взглядом его статную фигуру. Его длинные светлые, скорее даже серебристые волосы были заплетены в сложную и причудливую косу, лавандовые глаза смотрели устало, а в их глубине мерцал огонёк. 

       Дракон сел за дальним столиком, даже не заметив её присутствия, чем немало огорчил девушку. Но, с другой стороны, совсем нечасто в это время можно встретить господина Д’Аро в кафе или просто на улице. Ей и так несказанно повезло увидеть его в неурочное время. Поэтому она полюбуется своим возлюбленным издалека, не боясь быть застигнутой на месте преступления. 

       Кларисс, спрятавшись за томиком стихов, который всегда носила с собой, делала вид, что читает, но на деле следила за Каорриссом, жадно ловя каждое его движение. Как он наклоняет голову. Как потирает виски, словно у него болит голова. Как берёт чашку с ароматным кофе и подносит к красиво очерченным губам, делая глоток. Ее волновало буквально всё: как утреннее солнце играет на его серебристых волосах; как лавандовые глаза кажутся светлыми, похожими на цветы сирени; как изгибаются в улыбке губы. Она чувствовала себя художником, чьё величайшее творение обрело жизнь.

       И всё же Верховный судья поймал её взгляд. Кларисс почувствовала, что краснеет и поспешно спряталась за книгой, даже не заметив, что держит её вверх ногами. 

       — Не знал, леди, что вы умеете читать книги, держа их вверх тормашками, — когда его глубокий, чуть бархатный голос прозвучал совсем рядом, Кларисс едва не подпрыгнула. 

       — Лорд Д’Аро… — пролепетала она, не в состоянии справиться со своим смущением. — Неожиданная встреча…

       — Которых в последнее время стало очень много, — он снова улыбнулся, но улыбка не затронула его глаз, полных усталости. — Леди… простите меня за грубость, но я не тот, кто вам нужен. Обратите внимание на достойных молодых людей рядом с вами. Позвольте одному из них сделать вас счастливой.

       — Вы… Вы… — краска снова залила нежные щёки Кларисс, только на этот она чувствовала не смущение, а гнев. — Вы действительно грубиян, лорд Д’Аро! Какое вы имеете право указывать мне, как распоряжаться своей жизнью? Вы просто… просто… 

       Она резко выпрямилась, убрала в сумочку томик стихов и гордо удалилась, оставляя дракона с непонятной грустью смотреть ей вслед. Она ещё так юна… настолько, что ему стоит держаться от нее подальше и свести даже случайные встречи к минимуму. Пусть встретит того, с кем она проживёт достойную жизнь и кто сделает её счастливой, эту девочку с наивными синими глазами. 

       Каоррисс занял своё место и принялся заканчивать завтрак, думая только том, как может повернуться следующий виток расследования. А все мысли о леди Кларисс он старательно гнал прочь.