Отберите меня для дракона!

Лиза Дрозд

— Екатерина Арнольдовна, к вам Елизавета Павловна Дрозд, — секретарь ещё чопорно проговаривала фразу в селектор, а я уже стремительно входила в кабинет.

— Офигеть! — неинтеллигентно заорала подруга Катя, хозяйка кабинета, а заодно и частной стоматологической клиники «Акулья улыбка», увидев меня на пороге. — Ты что здесь делаешь, пернатая? У тебя же вроде прямо сейчас проходит судьбоносная встреча?

— Угу, проходит мимо, — прогундела я, кривясь от боли и убрала от лица руку с платком: — Я жуб шломала.

— Да ладно! — нервно хихикнула она. — Об помолвочное кольцо? Ну, колись, сколько карат было в оружии зубного поражения? Гарик достаточно щедр?

Я снова поморщилась, теперь уже от досады:

— Если и щедр, то ишклющительно на подлошти! Этот кожёл мне жизнь поломал, а ш жубом я шама шправилашь!

— Ты понимаешь, что сейчас во мне ведут смертельную битву любопытство и чувство врачебного долга? — всплеснула руками подруга, открывая шкаф и оперативно переодеваясь из офисного костюма в хирургический.

— Надеюшь, победит второе, а то больно ощень, — пожаловалась я.

— Уже победило, — она подхватила меня под руку, и через несколько минут и пару поворотов коридора мы оказались в рабочем кабинете, оборудованном по последнему слову стоматологической техники.

Катя кивнула своей бессменной ассистентке, и указала мне на кресло:

— Располагайся, страдалица, сейчас мы сделаем тебе красиво и не больно.

Через минуту я лежала в кресле с силиконовым загубником во рту, а Катя бренчала инструментами и шуршала баночками с ингредиентами будущей пломбы.

— Представляешь, одна пациентка мне как-то выдала, что эта штука хороша для ролевых игр, — заговорщицки хихикнула Катя.

Я смогла только согласно хрюкнуть, поскольку заржать мешал этот самый роторасширитель. Боже, ну вот как теперь это развидеть, с моим-то богатым воображением?

— Та-а-ак, сейчас немного уколю, и начнём, — пообещала подруга, надевая защитные очки со щитком.

Дальнейшее я помнила смутно, поскольку посреди лечебных мероприятий решила отключиться.

Как потом объяснила бледная Катя, у меня случилась парадоксальная реакция на обезболивающее средство. Причём, раньше у меня не было аллергии ни на него, ни в принципе на лекарственные препараты. 

Обсудив случившееся за чашкой чая, мы пришли к выводу, что всему виной роковое стечение обстоятельств.

— Сегодня явно не мой день, — уныло констатировала я.

— Я по-прежнему жажду узнать подробности не твоего дня, — Катя состроила умоляющие глазки, затмив знаменитого рыжего кота.

Ну, я и рассказала.

— Началось с того, что мне отказали в аспирантуре, заявив, что место отдано более достойному кандидату. Когда же я потребовала назвать имя счастливчика, то узнала, что это не кто иной, как мой несостоявшийся жених Игорь Горьков. Также мне брезгливо намекнули, что я, оказывается, пользуясь безграничным доверием жениха, умыкнула у Игорька идею будущей научной работы и пыталась выдать её за свою, — я говорила и снова чувствовала себя извалявшейся в грязи. 

— Твою ж ма-а-ать! — смачно прокомментировала Катюха.

— Представляешь? Этот нахал украл мои рабочие записи и присвоил себе, — я скрипнула зубами.

— А что сказал заведующий кафедрой? — спросила ошеломлённая Катя.

— Он меня и слушать не захотел, заявил, что не верит мне и настоятельно просил не тратить его ценное время, — раздражённо буркнула я.

— А твой научный руководитель?

— У него серьёзно заболела мать, он взял длительный отпуск и уехал к ней в другой город, — развела я руками, — сама понимаешь, я не решилась тревожить его в такое время.

— Угу, — филином ухнула Катя, — теперь понятно, ты бросила этого подлеца из-за грандиозной подставы?

— Я, безусловно, была очень зла на него, но сначала решила поговорить и выяснить его мотивы и выслушать аргументы, — скривилась я, вспоминая то, что было дальше.

— И? Честно говоря, я в принципе не могу представить, какие могут быть оправдания у его подлого поступка, — хлопнула по столу Катя.

— Их и не было, — горько сказала я, — он не отвечал на звонки, а потом я, проходя мимо пустой аудитории, услышала любопытную беседу. Игорёк хвалился Светке Стерховой, как ловко надурил наивную Лизку: замутил отношения, даже намекал на брак. Всё для того, чтобы занять моё место в аспирантуре, а любовь и планы у него как раз со Стерховой. В общем, я свою функцию выполнила, и могла валить на все четыре стороны.

— И ты так просто отдашь этому мерзавцу своё место и результаты исследований? — возмутилась Катя. 

— Пусть подавится, — я махнула рукой, — он всё равно не сможет ими воспользоваться, там только рабочие записи, без основных расчётов.

— А ты…

— А я поработаю годик в практической медицине, параллельно продолжу набирать материал, а там посмотрим, — подытожила я.

— А с зубом-то что? — спохватилась подруга.

— Он пал жертвой доморощенной психотерапии, — нервно хихикнула я.

— В смысле? — округлила глаза Катя.

— Я зашла в кафе, чтобы заесть горечь предательства, и зуб не выдержал столкновения с суровой правдой жизни, а точнее, со злополучным орешком из десерта.

Мы помолчали, думая каждая о своём.

— Твоё сердце разбито? — участливо спросила подруга.

— Нет, только гордость растоптана, — честно призналась я, с удивлением понимая, что это действительно так.

— То есть, чисто теоретически, ты готова к новым отношениям? — прищурилась Катя, явно что-то прикидывая.

— Если только чисто теоретически, — пожала я плечами.

— Тогда — вот! — она шлёпнула на стол передо мной картонный прямоугольник, переливающийся всеми цветами радуги.

— Это что? — с подозрением спросила я.

— Приглашение на реалити-шоу, что-то типа «холостяк», — подмигнула Катя, — моя клиентка оставила визитку, она занимается подбором участников.

— Да ну, нафиг все эти шоу «за стеклом»! — поморщилась я.

— Погоди, по её рассказам я поняла, что там другой формат, — затараторила Катя, — к тому же, им, наверное, и врачи на проекте понадобятся, так что сходи, не обязательно ведь проходить кастинг как участнице. Как раз совместишь отпуск с поездкой на море.

Я махнула рукой и забрала визитку, совершенно не собираясь никуда идти. Пожалуй, кроме парикмахерской, ведь одно из непреложных правил гласит: перемены в личной жизни должны сопровождаться и другими изменениями: работы, места жительства, внешности, наконец.

Что проще всего реализовать из предложенного списка? Правильно: поменять причёску, а точнее, её цвет. Ну, в самом деле: врач с пирсингом или тату смотрится так себе, а волосы всегда можно спрятать под колпак.

Таким образом, в конце этого нелепого дня я стала обладательницей разноцветных волос. До конца лета два месяца, а там можно и обратно перекраситься, резонно решила я.

Ну что, дорогие мои, со стартом нас? Кто со мной? Отсалютуйте сердечками и дайте знать в комментариях! Не забывайте добавлять книгу в библиотеку. Этим вы не только сделаете невероятно приятно вашему любимому автору, но и поможете книге стать более заметной для других читателей. Люблю вас всех! Волнуюсь, как в первый раз, и наверное, ещё больше! 
Ах, да, если вдруг кто-то ещё не подписался, можно сделать это вот там:

Лиза Дрозд

Я говорила, что никуда не собиралась идти? Говорила. И не собиралась. Однако, что-то пошло не так. И вот я здесь, прибыла по адресу, указанному на таинственной радужной визитке.

— Девушка, вы на кастинг? Заполните анкету, а потом пройдите в кабинет триста двадцать, — протараторила щуплая глазастая девчушка, одетая в лёгкий многослойный сарафан в пол.

Она бесцеремонно сунула мне в руки бланки, а я машинально взяла, и пришла в себя только после того, как она разорвала зрительный контакт.

— Я не… — начала было я, но она уже потеряла ко мне всякий интерес, повернувшись к следующей кандидатке.

— Девушка! — в дальнем углу зала из-за мультифункционального печатного устройства показался взъерошенный парень, чем-то неуловимо напоминающий девчулю с анкетами, и принялся активно махать мне рукой.

Родственники они, что ли?

— Вы мне? — ткнула себя пальцем в грудь.

— Конечно, вам, — снисходительно фыркнул он, — подходите живее, назовите имя, сделаем вам бейдж.

— Елизавета Павловна Дрозд, — послушно представилась я.

Он задумался, помял подбородок, тряхнул гривой густых волос, в которых на миг мелькнули острые уши. Точно! Уши! Вот чем они были похожи: у той девицы тоже были подобные аномальные ушные раковины!

От рассуждений и построения гипотез отвлёк мой визави. Он протянул бейдж, где красовалась надпись: Элизабет Блэкбёд.

— Я не…

— Что не так? — нахмурился он, забирая бейдж и пристально рассматривая его.

— Вы могли бы не переводить имя, а просто записать как есть? Елизавета Дрозд, или, хотя бы, Лиза Дрозд, — терпеливо пояснила я.

— Ах, это, — он недоумённо пожал плечами и вернул пластиковый прямоугольник.

— Но вы даже не испра… — я бросила взгляд на бейдж и осеклась, потому что неведомо как, но длинноухий парень исправил надпись. Правда, не совсем. Теперь там было написано: Элизабет Дрозд.

Решила, что больше спорить не буду. И уточнять, когда и как он успел поменять слова — тоже.

Отошла от стола, и меня тут же перехватила очередная местная служащая. Коренастая обладательница толстой косы была одета в льняную рубаху, кожаные штаны и жилет.

— Элизабет Дрозд? — мельком глянув на мой бейдж и сверившись со списком, уточнила она.

— Да, это я, — признала очевидное.

Она удовлетворённо кивнула и протянула руку:

— Давайте анкету.

— Но я не…

— Что? Не хотите? Не будете участвовать? — она выгнула бровь и выжидательно уставилась на меня.

— Я не заполнила, — ответила я, помахав пустым бланком.

— Почему? — выгнутая бровь не спешила возвращаться на место, сигнализируя о высокой степени удивления местной сотрудницы.

— Может быть, потому, что мне не предоставили ни ручку, ни время? — саркастично предположила я.

— О! — мимолётно смутилась (или нет?) девушка. — Располагайтесь, держите.

Не успела я и глазом моргнуть, как сидела за столом с ручкой в руках. Как я тут очутилась? У меня что, провалы в памяти? Может быть, здесь что-то распыляют в воздухе? Но зачем? Чтобы заманить на шоу? Да ну, вряд ли! В подобные проекты всегда ломятся целые толпы алчущих девиц.

Мысль мелькнула и исчезла, а я принялась старательно заполнять анкету.

Как только я завершила и поставила подпись, появилась давешняя крепышка с косой и целенаправленно повлекла меня в кабинет под номером триста двадцать. Жилет распахнулся, и на миг показалось, что за поясом у моей провожатой заткнут небольшой топорик.

Я икнула, но благоразумно не стала расспрашивать о странном аксессуаре. Когда же мы подошли к искомому кабинету, и вовсе забыла о нём, а изумлённо вытаращилась на табличку.

Упс! Или краска для волос оказалась ядовитой, или тут действительно распылили что-то запрещённо-токсичное! Надпись на двери гласила: «нира [1] Мартиша Ковальская, потомственная ведьма в тринадцатом поколении».

Крепко зажмурила глаза, а потом резко распахнула и опасливо покосилась на табличку. «Марта Ковальская, свадебное бюро «Предпоследний шанс», руководитель», вот что там было написано! 

Облегчённо выдохнула, и неведомая сила внесла меня в кабинет. Дверь захлопнулась, отрезая все шансы на побег. Я подняла голову и встретилась глазами с красивой ухоженной женщиной средних лет, которая с неподдельным интересом разглядывала мою персону.

— Здравствуйте, фрау Марта! — ляпнула я, не к месту припомнив барона Мюнхгаузена.

Дама улыбнулась краешками губ:

— Здравствуйте, Лиза, у нас принято обращение «нира». Проходите, присаживайтесь.

— Спасибо, — я аккуратно опустилась на предложенный стул и первым делом решила поговорить о наболевшем: — тут, вероятно, какая-то путаница? Мне не нужно свадебное бюро, я планировала поработать врачом на шоу, но уж никак не принимать участие в качестве потенциальной невесты.

— Вы — противница браков? — мягко уточнила фрау, тьфу ты, нира Марта.

— Разумеется, нет, — вежливо возразила я, — просто в данный момент я не заинтересована…

— Позвольте небольшое наблюдение: мы зачастую очень плохо представляем, в чём именно заинтересованы в настоящий момент, — перебила владелица свадебного бюро.

Умно́! Сейчас начнётся психологическая обработка, в результате которой мне внушат, что я просто страсть как желаю немедленно доказать свою приверженность институту брака путём вступления в оный!

Ну, Катюха, держись! Как только вырвусь из цепких лап служительницы Гименея, сразу помчусь вправлять тебе мозги.

— Вас не пугают путешествия на дальние расстояния? — внезапно спросила нира Марта.

— В другую страну, что ли? — озадаченно уточнила я.

— Можно и так сказать, — медленно проговорила она, опираясь подбородком на сплетённые пальцы.

— Пожалуй, нет, не пугают, да и подруга упоминала, что шоу будут снимать на морском побережье, — кивнула я.

— О, мо́ря и шоу там будет предостаточно, — загадочно усмехнулась главная сваха, — как и мужчин самых разнообразных…

— …национальностей? — перебила я. — Таких, как в этой странной конторе: то с длинными ушами, то с топором?

— У вас есть расовые предрассудки? — моментально отреагировала «сваха».

— Вовсе нет, — поспешила откреститься я от обвинения в ксенофобии.

— Вот и прекрасно, — обрадовалась Марта, — тогда можем рассматривать и эльфов, и…

— Да хоть драконов! — в сердцах съязвила я, собираясь добавить, что по-прежнему не планирую замужество, но…

— Так тому и быть! — торжественно провозгласила нира Марта, победно сверкнув глазами. — Желание клиента — закон!

— Я не желаю… — возмущённо начала я, но Марта как-то странно махнула рукой, и наступила кромешная темнота.

 
[1] нира — госпожа, нир — соответственно господин

Лиза Дрозд

Темнота исчезла столь же внезапно, как и появилась. Я особо и испугаться-то не успела, а уже обнаружила себя стоя́щей в очередном кабинете. Вот только помещение совершенно не походило на то, в котором мы беседовали с нирой Мартой.

В первую очередь в глаза бросалась вопиющая эклектичность [1] антуража. Представьте себе любой выставочный зал музея, да хотя бы того же Эрмитажа, с его антикварной мебелью, и вы поймёте, что я имела в виду.

В центре кабинета, прямо напротив двери, стоял помпезный стол красного дерева, попирающий пол из наборного паркета массивными ногами со сложным резным узором, под окном скромно притулился геридон [2], а в простенке между двумя высокими витражными окнами втиснулся высокий узкий армуар [3].

Вокруг стола, как оленята подле матери, сгрудились стулья из гарнитура, а у свободной стены стояли два бержера [4], обтянутые гобеленом цвета тёмной морской волны с бежево-золотистыми вензелями.

Вся обстановка, включая тяжёлые однотонные портьеры в цвет гобелена, выглядела дорого-богато, причём без чрезмерной вульгарной роскоши. И эту антикварность и богемность напрочь убивали предметы, подходящие затрапезному рядовому отделу кадров где-нибудь в мелкой конторе условного Бобруйска.

Шикарный стол, достойный украшать аристократические покои, был завален горами обычных замусоленных подписанных чёрным маркером картонных папок с верёвочными тесёмочками. На геридоне вместо изящной статуэтки красовалась эмалированная кружка с засохшим пакетиком заварки, рядом с которой притулилось блюдце с яблочным огрызком и надкусанным, успевшим заветриться, бутербродом, кажется, с бужениной.   

Во вторую очередь меня до глубины души поразил внешний вид местного клерка. За столом, подпирая руками квадратный подбородок, сидел импозантный широкоплечий мужчина в качественно пошитом деловом костюме и мрачно взирал на бескрайнее бумажное море.

В его чёрных глазах застыла вселенская печаль, а из густой шевелюры задорно торчали мощные витые рога.

— Ну, в общем и целом, я примерно так и представляла приёмную ада, — растерянно пробормотала я.

Демон (ну, а кто ещё мог быть обладателем столь экзотичного аксессуара?) одарил меня снисходительным взглядом и раздражённо процедил:

— Каждый раз одно и то же! Где вы все нахватались этих стереотипов? Поверьте, ад выглядит совсем по-другому.

— Простите, если невольно оскорбила вас — я изобразила вежливую улыбку — господин…?

— …нир Федот, — сухо представился он.

— …стрелец? — ляпнула машинально, вспомнив знаменитую сказку [5].

— Нет, козерог, — растерянно поправил он.

— Оно и видно, — невольно покосилась на внушительные рога.

— По гороскопу козерог, — укоризненно уточнил демон.

— Да-да, я так и поняла, — поспешила согласиться я, — подскажите, нир Федот, куда это я попала?

Демон закатил глаза и цокнул языком:

— Девушка, вы что, невнимательно читали документы? Я тут нахожусь не для того, чтобы подробно объяснять каждой прибывшей, что да почему. Мои функциональные обязанности, как начальника отдела кадров, заключаются в распределении вакансий и оформлении трудового договора. Суть работы и технические моменты вам должны были разъяснить до отправки сюда.

— Ничего мне не объяснили, — раздражённо парировала я, — только анкету дали заполнить.

— Почему я не удивлён? Вечно эти рекрутеры исполняют свои обязанности спустя рукава, — буркнул демон-делопроизводитель и протянул руку: — ладно, давайте сюда анкету.

Я принялась лихорадочно вспоминать, куда могла засунуть злополучные бумаги. Вроде держала их в руках, когда заходила в кабинет к нире Марте, а потом… засунула в сумочку? Оставила на столе у начальницы свадебного бюро?

Демон насмешливо хмыкнул и пробормотал что-то про пустоголовых девиц, у которых вечно всё теряется. Язык чесался достойно ответить, но для начала нужно было разобраться, где я и зачем. И найти анкету, да.

Я усиленно рылась в сумке, а нир Федот производил раскопки на столе, бесцеремонно сдвинув папки на край, а самые крайние — и вовсе на пол.

— Нашёл!

— Нашла! — одновременно воскликнули мы.

Я всучила демону слегка помятую анкету, а взамен стала обладательницей невзрачной тощей папки. Внутри оказалось несколько листов бумаги.

— Это что? — спросила я, пробежав глазами по тексту.

— Вакансии на работу, — рассеянно ответил начальник отдела кадров, на миг оторвавшись от вдумчивого изучения моей анкеты.

— Няня для юного… дракона? — я выгнула бровь. — Вероятно, ребёнок из семьи ролевиков?

— Да нет, из семьи драконов, — в глазах демона зажёгся огонёк неподдельного интереса: — а что, в вашем мире есть раса ролевиков? К какому виду разумных существ они относятся?

— Кхм… это не раса, а образ жизни, — я замялась, пытаясь подыскать понятное объяснение данному феномену, — ну, знаете, люди разных профессий, достатка и возраста периодически собираются вместе, наряжаются в костюмы эльфов, гномов и других сказочных персона…

Тут я осеклась, потому что до меня дошло: сейчас передо мной стоял один из этих самых персонажей, и он был нифига не сказочным, а самым настоящим! Что называется, упс, товарищи!

    [1] эклектичность — смешение, соединение разнородных стилей, основанное на их искусственном соединении.

[2] геридон — аккуратный круглый столик с фигурной ножкой, служил подставкой для канделябров, но на него ставили цветы, фруктовые вазы, декоративные статуэтки, самовар

[3] армуар — в древности был оружейным шкафом, но позже стал шкафом для одежды

[4] бержер — мягкое кресло с изящными гнутыми ножками, закрытыми подлокотниками и спинкой, обитыми текстилем, мягкая и большая съемная подушка сиденья

[5] знаменитое произведение Леонида Филатова «про Федота-стрельца, удалого молодца»

Лиза Дрозд

Несказочный персонаж хищно оскалился и поощрительно предложил:

— Да-да, продолжайте, кхм — взгляд в мою анкету — нира Дрозд. То есть, вы утверждаете, что в вашем мире считается модным изображать из себя других разумных существ?

— И неразумных тоже, — промямлила я, некстати вспомнив детсадовский костюм снежинок и зайчиков, а заодно и новаторскую постановку пьесы про сказочный лес с поющими дубами и берёзами.

— Можно подробнее про неразумных? — оживился нир Федот.

А я что? Мне не жалко, поделилась воспоминаниями.

— Поющие деревья, значит, — икнул демон, — ради всего святого, не вздумайте сказать такое при дриадах, они весьма злопамятны, ни за что не простят, что их причислили к неразумным существам.

— Надеюсь, мне удастся избежать знакомства с ними, — нервно хохотнула я.

— Напрасно надеетесь, в нашем мире проживает довольно большая популяция лесных нимф, — обломал меня нир Федот.

— Давайте вернёмся к вопросу о вакансиях, — я снова открыла папку: — не уверена, что смогу работать няней у драконов. Во-первых, высока вероятность травматизации, ведь эти существа наверняка пыхают огнём и налево и направо размахивают шипастыми хвостами и когтистыми лапами.

— Какие поразительные познания о расе, которую вы и в глаза-то не видели! — желчно прокомментировал демон. — Боюсь спросить: что там во-вторых?

— А во-вторых, у меня совершенно нет ни педагогических навыков, ни приверженности к данной профессии, — решительно ответила я.

Местный менеджер по персоналу насмешливо хмыкнул:

— Давайте, удивите меня, поделитесь, к чему у вас есть предрасположенность.

— Я уже говорила, что могла бы работать врачом, — начала я.

— Не могли бы, — отрезал демон, — я не чую в вас ни капли лекарской магии.

— Причём здесь магия? Я — дипломированный специалист, — возмутилась я.

— Здесь ваш диплом можете засунуть… кхм, — закашлялся Федот.

— Куда? — злобно прищурилась я.

— Дракону в сокровищницу, — вывернулся этот прохвост, — это самое надёжное место для хранения ценных вещей.

— Вам совсем не нужны врачи? — приуныла я.

— Нужны, и они есть, и все поголовно, прикиньте — маги-целители, — снисходительно пояснил демон.

— В таком случае…

— В таком случае, возможно, вас устроит эта вакансия?

Он щёлкнул пальцами, и один из листов, лежащих на дне папки, поспешно вылез наверх.

— Что? Перемывательница косточек? — подавилась я. — Здесь что, есть официальная профессия сплетников?

— Что? — ошарашенно переспросил демон, выхватывая листок и впиваясь в него глазами.

— А вы забавная, — хмыкнул он, ознакомившись с содержимым, — здесь идёт речь о помощнице некроманта. Кости нужно мыть в прямом смысле: тут и сезонное купание скелетов, и очистка от земли свежевыкопанных костей, и…

Как любой выпускник медицинского ВУЗа, я не страдала брезгливостью, однако, перспектива копаться в костях различной свежести и вонючести совершенно не входила в мои жизненные планы и не являлась приоритетным направлением профессиональной деятельности.

О чём я и поспешила уведомить демонического кадровика.

— И вообще, — внезапно вспомнила я слова ниры Марты, — мне тут обещали море и шоу, а не вот это всё, — я демонстративно потрясла папкой перед лицом демона. — Так что, либо предоставляйте то, что обещали, либо отправляйте меня обратно!

— Лично я вам ничего не обещал, — нахально ухмыльнулся нир Федот-да-не-тот.

— И поэтому считаете, что отсидитесь в стороне? Напрасно! Не можете решить проблему самостоятельно, тогда свяжитесь с теми, кто обладает такими полномочиями, или с теми, кто обещал, — гневно выпалила я.

— Я… да я… у меня самые широкие полномочия! — до глубины души оскорбился демон.

— Вот как? Тогда применяйте их на деле! — припечатала я.

— Аррр! — натурально зарычал кадровик, яростно сверкнув глазами. — Кто??? Кто подослал ко мне эту взрывательницу мозгов?

— Кто-кто? Нира Марта, вот кто, — огрызнулась я.

— Какая, к чертям, нира Мар… — демон придушенно всхрюкнул и со странным выражением лица принялся изучать мою анкету и договор.

Дойдя до конца и увидев подпись Марты Ковальской, он вцепился в шевелюру и протяжно застонал. Демон был настолько ошеломлён, что даже рога потускнели. Интересно, что его так шокировало?

— Ну, конечно, снова Мартиша! — взвыл он. — «Предпоследний шанс»! Как же это всё меня достало!

— Да-да, это сотрудники из «шанса» отправили меня сюда на шоу с женихами, — обрадовалась я, надеясь, что сейчас наконец-то разрешится это странное недопонимание.

— Шоу с женихами, говорите? О, да, это то ещё представление! — демон сочувственно скривился, но, как тут же выяснилось, этот гад сочувствовал отнюдь не мне.

— Не завидую вашему жениху, — озабоченно покачал головой нир Федот, — ой, не завидую!

— Почему это? — обиделась я, придирчиво оглядывая свою ладную фигурку.

Демон проследил за моим взглядом и понимающе хмыкнул:

— Я сейчас не о внешности, Элизабет, а о вашем остром языке и ядовитом характере, или наоборот, но не суть. Вы — жгучий перец, спрятанный в сердцевине шоколадной конфеты.

— Расценю как комплимент, — буркнула я.

— Папочку верните, как выяснилось, вам эти вакансии ни к чему, — протянул руку кадровик.

Я безропотно отдала ненужные бумажки и поинтересовалась:

— Для чего было устраивать это представление?

— Это не представление, а недоразумение, — весьма неохотно признался демон, — проще говоря, бюрократическая путаница.

— М? — я сложила руки на груди и выразительно уставилась на него, желая услышать более развёрнутый ответ.

Вместо этого, нир Федот пассом руки распахнул дверь в приёмную и зычно гаркнул:

— Галя, пробей возврат!

Услышав небезызвестную фразу, нервно икнула, ожидая, что вот сейчас меня шарахнут дефибриллятором, и я выйду из затяжной комы, навеявшей нелепые видения.

Вместо этого в кабинет впорхнула тощая эльфийка с планшетом, пощёлкала длинным наманикюренным ногтем по экрану, сверила полученную информацию и понятливо пропела:

— Снова смежники напутали, шеф? Одну минуту, сейчас всё исправим. 

  Расовую принадлежность секретарши я определила по острым ушам. Не зря почитывала фэнтези, вот и знания пригодились, а то я грешным делом думала, что с этой информацией будет та же фигня, что с логарифмами и косинусами, ан нет!

Эльфийка Галя ещё немного поколдовала в планшете, и вскоре передо мной замерцала дыра… телепорта?

— Галя, — неуверенно обратилась к девушке: — А что за возврат? Это обо мне? Вы меня домой вернёте, или снова не пойми куда? — заволновалась я.

— Для тебя — Галиэль, человечка, — с явным возмущением фыркнула пафосная дочь Вечного леса, или как там у них обзывается их сказочная тайга?

— В таком случае, ты, жертва хлорофилловой диеты, можешь обращаться ко мне: Елизавета Павловна, — не осталась я в долгу.

Федот махом смекнул, что женская драка — вещь не только неэстетичная, но и беспощадно-опасная, и ринулся её предотвращать, смело встав между нами. Уважаю!

Нужно быть невероятно бесстрашным, ну, или, как вариант, безмозглым, чтобы вот так становиться между девушками. Пожалуй, это опаснее, чем зайти в клетку к тиграм. Отправив Галю-Галиэль за гербовой печатью, демон криво улыбнулся мне:

— Мы вас вернём в «Предпоследний шанс», вы к нам попали по ошибке.

— К вам — это куда? Узнать-то можно? — ахнула я.

— Можно, — демон тяжело вздохнул, — вас случайно забросили в межмировое гастарбайтерское бюро «Последний шанс».

— А может не случайно? — подозрительно прищурилась я. — Знаем мы такие схемы: приглашают поработать за границей супермоделями, а на деле… В лучшем случае будешь горбатиться официанткой в занюханной забегаловке посреди прерии, а в худшем станешь жрицей любви в борделе низшего пошиба, этаком сексуальном «Фикс-прайсе», где «все по сто», и это о девушках и не в долларах.

— Мы такого не практикуем, — натурально оскорбился демон и досадливо цыкнул: — но подобные путаницы между ведомствами случаются регулярно. Уж сколько раз предлагал Мартише сменить её дурацкое название свадебного бюро.

— А она? — не могла не спросить я.

— А она говорит: «сам меняй, морда рогатая», — в сердцах сплюнул демон, и, кажется, выругался, сообразив, что сболтнул лишнее.

Королевство драконов Драгобай, столица Черла

Джейсон Брайс V, герцог Язулинский, дракон на службе его Величества

— Не хочу! — недовольно рыкнул я, ловко зашвыривая скомканный королевский указ в корзину для бумаг.

— Надо же, все хотят, а он не хочет! — осуждающе цыкнул его величество король драконьего государства Жермен Силлаг, заново наколдовывая дубликат похеренного мной документа.

— Вот пусть эти все и участвуют, а меня не трогай, — буркнул я, отправляя в мусор очередной комок бумаги.

Кто-то несведущий мог бы подумать, что я окончательно охамел или тронулся умишком, коли так нагло разговариваю с монархом, но мне можно. По крайней мере, наедине. И вообще, кому монарх, а кому — кузен.

Если вы не поняли, это я о себе. Не так много времени прошло с тех пор, как мы с Жермиком сидели на соседних горшках, пока наши родители веселились на очередном балу. Кузену повезло меньше — он родился наследным принцем, и теперь, надрывая свою нервную систему, нёс все тяготы управления государством.

Я же, хоть и находился на государственной службе, однако был вольным, как ветер. Разумеется, в свободное от работы время. К счастью, оно у меня было, а вот Жермик трудился на посту 24/7. Ну, а что вы хотели? Монарх даже во сне принадлежит не себе, а своему народу.

И вот теперь этот вероломный ящер, этот венец самодержавного всевластия, этот тиран и самодур с какого-то перепугу решил меня женить! Покусился, так сказать, на самое ценное в жизни любого мужчины: на его свободу и независимость! Свободу делать что хочет и независимость от женских желаний и капризов!

И ведь ни одна чешуйка на лице не дрогнула предлагать мне подобное!

— Эти все — как ты выразился — уже выстроились в очередь, — Жермен стукнул кулаком по столу, не обращая внимания на трещины, разбежавшиеся от эпицентра удара, — потому что они, в отличие от тебя, понимают, как сложно нынче найти достойную жену!

— Вот и помогай тем, кому это сложно, — я презрительно скривился: — если вдруг захочу жениться, обойдусь без помощников. Только вот ведь какое дело, братец: в данный момент я не горю желанием обзавестись капризной болтливой пилой, которая будет жрать мой мозг и транжирить мою эксклюзивную сокровищницу. Мне больше по душе необременительные, ни к чему не обязывающие отношения с девушками, которые претендуют лишь на мой… кхм… большой потенциал, и не тянут шаловливые ручонки ни к брачному браслету, ни к материальным ценностям. И, плюсом ко всему, неисчерпаемое разнообразие выбора: сегодня рыженькая, завтра брюнетка…

— …а послезавтра седая, — ввернул кузен и пояснил: — пока будешь скакать из постели в постель, не заметишь, как подкрадётся старость.

— Брось драматизировать, магическое окрашивание ещё никто не отменял, — я неуклюже попытался перевести всё в шутку, — к тому же, солидный возраст — не преграда для шалостей, импозантные мужчины котируются не меньше, так что на мой век хватит желающих поразвлечься.

— Боги покарают тебя за потребительское отношение к женщинам, — осуждающе качнул головой Жермен.

— Пфф, им нет дела до подобных мелочей, — фыркнул я.

— Когда-нибудь тебе захочется домашнего тепла и уюта, любящую жену и шебутных отпрысков, ведь для всего есть своё время, — брат многозначительно посмотрел на меня: — смотри, не опоздай!

— Да что ты заладил: не опоздай-не опоздай? Женитьба, чай, не парная телятина, сроков годности не имеет, — хохотнул я.

— Ты сейчас кого стараешься убедить: меня или себя? — иронично спросил Жермен.

— Просто излагаю факты, — я пожал плечами.

— Ах, факты? — он выгнул бровь. — Тогда послушай меня: реальность такова, что в наших мирах катастрофически уменьшилось количество молодых женщин. И мы, правители содружественных государств, на внеочередном совещании вынесли вердикт: привлечь межмировую сваху высшей категории для решения нашей проблемы.

— Ты шутишь? — ухмыльнулся я, глянул на помрачневшего короля, и уже серьёзно констатировал: — Ты не шутишь. Неужели всё настолько плохо?

— Всё ещё хуже, — угрюмо подтвердил Жермен, — причём не только у нас, но и у эльфов, и у гномов, и даже у оборотней.

— У них-то что случилось? Мохнатые всегда размножались, как кролики, — непочтительно присвистнул я.

Кузен осуждающе закатил глаза:

— Ты можешь не ёрничать, когда мы обсуждаем серьёзные проблемы?

Я поднял руки в извиняющемся жесте и изобразил, что закрыл рот на замо́к.

Жермен тяжело вздохнул:

— Мартиша Ковальская согласилась помочь с вербовкой и проведением отбора невест. Я же со своей стороны прошу тебя принять в нём участие.  

— В качестве распорядителя и начальника охраны? — невинно предположил я.

— В качестве жениха, — одним махом развеял мои иллюзии брат.

— Заставишь меня жениться по приказу? — раздражённо фыркнул я.

— Только если этого потребуют интересы королевства, — сухо ответил он. 

Лиза Дрозд

— Не держите зла, нира Элизабет, — демон изобразил учтивую улыбку и кивнул на нетерпеливо мерцающий телепорт, — вам пора. Было приятно познакомиться.

— Мне тоже, нир Федот, хотя вы тот ещё козерог, — слащаво улыбнулась я и напомнила: — анкету мою верните.

— Галя?! — многозначительно помрачнел лицом демон.

Эльфийка презрительно фыркнула, остервенело шлёпнула на документ гербовую печать и небрежно сунула требуемое мне в руки.

— Спасибо, Галюся, — елейным голоском пропела я, с удовольствием наблюдая, как перекосилось эльфячье личико.

Федот удостоил нас обеих осуждающим взглядом, тяжело вздохнул и отправил нас… нет, не по известному всем маршруту. Галю-кралю — в приёмную, а меня — в телепорт.

Испытав уже знакомое чувство полёта в темноте, я очутилась в круглом зале с высокими витражными окнами. По периметру помещения располагались изящные диванчики, оккупированные девушками всех мастей и национальностей, или — по-иномирному — рас.

На моё появление отреагировали неоднозначно: кто-то безучастно мазнул взглядом, кто-то высокомерно осмотрел с ног до головы, а кто и вообще не повернулся в мою сторону. Пожала плечами, уселась на ближайший диван, слегка потеснив субтильную бледнючую девицу (анемией она страдает, что ли?) и принялась с интересом разглядывать «подружек по кастингу».

Гордых эльфиек признала сразу по чрезмерно выдающимся чувству собственного величия и ушам, а остальных представительниц кое-как опознала, мобилизовав скудные фэнтезийные знания.

Коренастые девчушки с церемониальными топориками, до боли напоминавшие оставшуюся безымянной работницу отдела кастинга, были идентифицированы мной как гномы (гномки? гномихи?).

Не сразу поняла, что рыжие хохотушки с торчащими из волос птичьими перьями, вовсе не дочери индейского народа, а… лисы-оборотницы. И помог в этом не мой богатый интеллект, а мелькнувшие из-под их платьев пушистые хвосты.

Как ни силилась, не смогла опознать трёх девушек, которые следили за моей анемичной соседкой с хищным блеском в янтарных глазах. Своими гладкими чёрными волосами, собранными в тугой хвост, они почему-то напомнили мне пантер. По моему мнению именно так могла выглядеть Багира, вздумай она вырядиться в платье и прийти на светский раут.

Добежав глазами до конца девичьей вереницы, споткнулась о встречный немигающий взгляд платиновой блондинки, в котором плескался вселенский холод и слабо тлел брезгливый интерес. Ой, кто это тут у нас такой неприветливый?

«Замри, смертная! — вот что читалось в глазах аналога снежной королевы. — А лучше умри!»

Подобное в мои планы не входило, поэтому я тряхнула головой, отгоняя ненужные ассоциации, и подмигнула глыбе льда, по ошибке принявшей форму девушки.

Ледышка от неожиданности широко распахнула глаза, да и рот тоже. Ну, хоть какие-то эмоции появились, а то я уж думала, что это какой-нибудь новомодный киборг с планеты Шелезяка [1].

Кстати, обычные человеческие девушки тоже имелись и, по моим беглым прикидкам, составляли подавляющее большинство от присутствовавших. Я мысленно потёрла руки, представляя, что, в случае чего, именно они станут моими основными помощницами в осуществлении коварного плана.

Двустворчатые двери резко распахнулись, впуская из коридора шум и звуки приятной мелодии.

— Вижу, все уже в сборе! — раздался жизнерадостный возглас.

«Да ну? Не может быть!» — мысленно воскликнула я, поворачиваясь на знакомый голос.

В зал стремительно вошла Мартиша Ковальская собственной потомственно-ведьмической персоной, пробежалась взглядом по встрепенувшимся девушкам и довольно хлопнула в ладони.

— Ну-с, дорогие кандидатки, мы с вами уже знакомы, но, если вы вдруг подзабыли, меня зовут Мартиша Ковальская. Я — владелица межмирового свадебного бюро «Предпоследний шанс» и главный координатор отбора.

— Позвольте вопрос, — под недовольное шипение остальных претенденток в невесты, я как в школе, подняла руку, — почему шанс предпоследний? Не потому ли, что проигравшие в битве за жениха и потерявшие возможность удачно выйти замуж прямым ходом отправятся отсюда за последним шансом под заботливое крылышко нира Федота?

Девушки встревоженно загалдели, а моя бледнолицая соседка блеснула неожиданно заалевшими глазищами:

— Последний шанс? Это что — отбор второго сорта для простолюдинов?

— Виорика Кожару, если не ошибаюсь? — уточнила Мартиша и, получив утвердительный кивок, сказала: — Исключительно для вашего успокоения сообщаю, что нир Федот Дюплесси вообще не занимается отборами и никак не связан с брачным бизнесом.

— А почему она… — Виорика обвинительно ткнула в меня своим тощим белым пальчиком с кроваво-красным маникюром.

— Наша иномирная гостья Элизабет просто задала вопрос, только и всего, — недовольно перебила её координатор отбора.

— Откуда иномирянка знает главу кадровой корпорации? — обличительно-капризным тоном поинтересовалась одна из эльфиек.

— Во-первых, вас это совершенно не касается, Зебринэль, а во-вторых, мы собрались здесь не для того, чтобы обсуждать ниру Элизабет и её знакомства, поэтому давайте вернёмся к теме отбора, — ледяным тоном произнесла Мартиша.

Мдаа, не думаю, что после этой «дружеской» встречи останется хоть кто-то сочувствующий бедной иномирянке. Они и так готовы меня съесть, а уж после резкой отповеди координатора точно постараются воплотить в жизнь свои мечты.

Мартиша закрепила повисшую тишину грозным взглядом и принялась чеканить слова:

— Драгобай, Эльфяндия, Гномогория и Меховаленсия объявили отбор невест. Вам выпала великая честь участвовать в этом выдающемся мероприятии.

— Судя по названию, жители вышеназванных стран — не совсем люди, или совсем не люди, — задумчиво пробурчала я себе под нос, но у кого-то был отменный слух.

— Вы правы, там живут драконы, эльфы, гномы и оборотни соответственно, — вежливо, но сквозь зубы ответила нира Ковальская.    

— Для чего понадобилось собирать нас из разных миров? У них что, своих девушек не нашлось? Или на экзотику потянуло? — не сдержалась я.

Потомственная распорядительница, то есть, главная ведьма (блин, что-то я запуталась в определениях) подавилась на полуслове и тяжёлым взглядом принялась старательно высверливать во мне дырку.

Ну-ну, не на такую напала! Российский врач, закалённый в боях с бюрократической машиной здравоохранения, неуправляемой молодёжью и вездесущими бабками, не дрогнет перед лицом иномирной свахи.

Судя по всему, Мартиша прочитала нечто подобное в моих глазах и сделала правильные выводы, после чего тяжело вздохнула и неожиданно призналась:

— В нашем мире существует определённая проблема с девушками.    

[1] планета Шелезяка населена роботами и существует в мультфильме «Тайна Третьей планеты»  

Джейсон Брайс V

«В нашем мире существует определённая проблема с девушками», — на репите звучало в мыслях.

Я сидел в гостиной своего замка и прокручивал разговор с кузеном. 

— Реальность такова, что в наших мирах катастрофически уменьшилось количество молодых женщин, — так он сказал.

Всё это выглядело очень странно, не правда ли? Я немного полетал над королевским садом, спалил парочку кривых ёлок (местные садовники ещё спасибо скажут, лично слышал, как братец сетовал, что они портят всю икебану), остыл, вернулся и задал Жермену очень правильные вопросы:

— Ты не задумывался, почему и куда исчезли девушки, к тому же, сразу в нескольких странах, там, где преобладает магическое население? Кому выгодно оставить без потенциальных невест представителей именно тех рас, семейное благополучие которых напрямую зависит от встречи с истинной парой? Ты ведь понимаешь, что чем меньше выбор, тем меньше шансов встретить ту самую, единственную и неповторимую?

— Не держи меня за дурака, разумеется, я понимаю, как и правители эльфов, двуликих и гномов, — раздражённо фыркнул Жермен, — мы уделили много внимания данному вопросу.

— И что? — я картинно выгнул бровь.

— И ничего, — развёл руками кузен, — девицы как в воздухе растворились. Ни следов, ни зацепок. Лучшие маги-ищейки заняты их розыском, а для экстренного исправления ситуации и устранения образовавшегося дефицита девушек мы приняли решение собрать их по другим мирам.

— То есть, другие миры не жалко, пусть пропадают? — язвительно поддел я.

Ох, не до конца я остыл, не до конца!

— Мы старались брать отовсюду понемногу и из тех вселенных, где количество особей женского пола несколько превышало мужское население, — парировал Жермен.

— Посмотрите-ка, какие гуманисты и благодетели, — ехидно похвалил я.

— Да, благодетели, — вскинулся король, — между прочим, мы отбирали их по особым параметрам. Практически все кандидатки в перспективе могут стать истинными, поскольку имеют много общих характеристик и высокую совместимость с представителями наших рас.

Я задумчиво побарабанил пальцами по столу и, неожиданно для себя, предложил:

— Знаешь, пожалуй, я приму твоё предложение поучаствовать в отборе невест.

— Надо же! Проняло даже записного ловеласа! Признайся: и тебя захватила идея найти истинную пару? — оживился Жермен.

— Вовсе нет, — слегка покривил душой я, — меня заинтриговала тайна исчезновения девушек, я намерен отыскать виновного и вывести на чистую воду. Так и быть, поработаю тайным агентом под прикрытием.  

— Как бы то ни было, ты согласен. Неважно, что именно подвигло тебя на столь правильное решение, главное, что ты его принял, — пафосно произнёс кузен.

— Надеюсь, что не пожалею об этом, — кисло пробурчал я.

— Уверен, что ты проведёшь время весело и с пользой, — напутственно похлопал меня по плечу король.

— Повеселишься тут, пожалуй, — я скептично хмыкнул и нарочито развязно, чтобы поддразнить брата, поинтересовался: — самочки-то хоть симпатичные?

— Эй-эй, держи себя в руках, альфа-самец! И себя, и своё… оружие массового поражения! — всполошился Жермен.

— Мои достижения несколько преувеличены: характеристика лестная, но неверная, — досадливо поморщился я.

Почему-то именно сейчас слова брата задели за живое. Да, я не был монахом, но моих постельных подружек можно легко пересчитать по пальцам.

Честно говоря, большинство слухов, ходивших о моих любовных победах, были только сплетнями, которые я сам и распускал. Для чего? Вовсе не для создания славы непобедимого сердцееда, как можно было подумать.

Отчасти я развлекался, но была и другая причина: имидж легкомысленного повесы и раздолбая служил отличным прикрытием в моей работе. Работе тайного сыщика на секретной службе его величества.

Сдаётся мне, что участие в отборе, что бы там ни думал его величество, станет для меня самой настоящей работой. Не профанацией и не поводом поволочиться за участницами или подобрать подходящую кандидатку в жёны.

Хмм, кажется, у меня уже есть как минимум один подозреваемый. Но, тсс! Главное — не спугнуть зверя в шаге от расставленных силков! А ещё важнее — не ошибиться в выборе зверя для охоты, ведь на кону — жизни невинных и беззащитных девушек.

***

Где-то в непроходимых горах Драгобая

— Мы всё сделали, как вы велели, ваше…

— Никаких титулов и имён, идиот! — злобно прошипел высокий седовласый мужчина с лицом, украшенным шрамами и стильной бородкой.

— Но здесь все свои, а девушки…

— И у стен могут быть уши, даже если это стены зачарованного убежища! — карие глаза грозно сверкнули, и младший маг-приспешник болезненно съёжился под гнётом направленной на него силы.

— Я в-вс-сё п-понял, — заикаясь, просипел он, утирая пошедшую носом кровь.

— Понял он, шасс [1] тебя побери! — сплюнул седовласый. — Что девушки?

— Сидят по комнатам, боятся, как им и положено, — собрав волю в кулак, доложил приспешник, — правда…

— Что? — рыкнул маг на замявшегося было мужчину.

— От еды отказываются, — упавшим голосом пояснил тот.

— Ничего, стройнее будут, — цинично скривил рот главный, — высокородные любят таких, особенно эльфята.

— Осмелюсь доложить, они уже не первый день так, совсем есть отказываются, — приспешник вжал голову в плечи в ожидании неминуемого наказания, но оно так и не случилось.

— Ладно, не хотел, но видно придётся, — главный нервно потеребил бородку, — усилю заклятие подчинения.

— Благодарствую! — подобострастно закивал помощник и, осмелев, добавил: — А ещё… нам бы запасы съестного пополнить…

— Если — по твоим словам — девушки не едят, куда вы извели целую гору провизии? — поднял бровь главный.

Приспешник скромно потупился, уперев глаза — нет, не в пол — этому мешал внушительный животик, на котором туго натянулась чёрная ряса мага.

Седовласый оценивающим взглядом посмотрел на упитанную тушку и присвистнул:

— Да вы тут совсем охамели и расслабились: жрёте в три горла и ни хрена не делаете!

— Мы… да мы… как вы могли подумать, ваше…

— Молчать!

— Это всё от гиподинамии! Тут, в пещерах, особо не побегаешь, — попытался вяло оправдаться помощник.

— Значит, движухи вам мало? —  опасно прищурился главарь. — Так я быстро организую весёлые старты, будут вам внеочередные учения.

— Как прикажете, господин, — покорно произнёс приспешник.

— И прикажу! — пообещал начальник, но тут же болезненно поморщился, хватаясь за виски: — Но не сегодня, меня срочно вызвали во дворец!        

[1] шасс — демон междумирья (сама придумала, гуглила, вроде нет такого)

Лиза Дрозд

— В нашем мире существует определённая проблема с девушками, — неожиданно призналась Мартиша.

— Демографическая? — резонно предположила я.

— Да-да, демографическая, — тотчас согласилась она и столь же быстро добавила, обращаясь ко всем: — Чего уши развесили? Подробностей не будет, подобные сведения относятся к разряду государственных тайн.

На мой взгляд, уши здесь развесили разве что эльфы, и то исключительно по сугубо физиологическим обстоятельствам, то бишь, благодаря строению и величине ушных раковин. Однако, по вполне понятным причинам, я скромно промолчала, не желая вызывать огонь на себя.

Вероятно, Мартиша подспудно ожидала возражений, потому как продолжила пространно вещать в эфир о необходимости держать язык за зубами. И в этом месте — клянусь! — у нашей платиновой блонды в пасти, тьфу ты, во рту, мелькнул длинный раздвоенный язык.

Да ну нет! Нет же! Пусть это будет галлюцинацией, бредом воспалённого воображения, в конце-то концов! Напрасно! Напрасно, говорю, я надеялась на подобный счастливый исход дела. «Снежная королева», заметив мой болезненный интерес вперемешку со страхом, нарочито медленно облизнулась, позволив в деталях рассмотреть и оценить длину составной части её речевого аппарата.

Я оценила, да. И сделала выводы. Правда, не совсем те, на которые рассчитывала блонда. Представляю, как офигеет эта красотка с нордическим характером, если узнает, какие способы использования её языка подсунула моя богатая, но временами извращённая фантазия.

Нет, это не то, о чём вы сейчас подумали! Фу такими быть! Лично я прикинула, как удобно было бы таким языком прочищать самые узкие и труднодоступные места, например, в мясорубке или за шкафом.

После подобных рационализаторских идей на душе полегчало, и я весело заулыбалась, потому что у меня богатая не только фантазия, но и воображение. Девица злобно передёрнулась и отчётливо скрипнула зубами, ей явно не понравились те эмоции, которые я транслировала вместо испуга.

— Ела́н Серпента, поберегите ваши зубки, в случае успеха на отборе они вам еще пригодятся для ритуального укуса, — язвительно заметила Мартиша, прервав свою пламенную речь.

— Укуса? — ахнула я.

— Что вас так удивило, Элизабет? Ах, да, всё время забываю, что в вашем мире нет оборотней, — посетовала Мартиша и снизошла до пояснений: — двуликие всегда закрепляют единение с истинной парой специальным укусом.

— Жестоко и неэстетично, — тихо пробормотала я.

— Невежда и провинциалка! — уязвлённо прошипела Елан.

— Постойте, вы сказали «оборотни»? — тихо взвизгнула я. — Они? Вот эти милые девушки (нифига не милые, я им просто польстила) могут превращаться… кстати, в кого они могут превращаться?

Я безошибочно ткнула пальцем в группку предполагаемых оборотней: в тех самых рыжих лисиц, брюнетистых красоток с кошачьими повадками, ну, и конечно, в самую любимую (нет) мисс «морозная гадость».

«Милые» девушки, все до единой, дружно оскалили клыки разных размеров и конфигурации и многообещающе рассмеялись. От этого смеха на моём загривке дыбом встала несуществующая шерсть, но я тут же встряхнулась, и напомнила себе, что человек — венец творения и царь зверей, поэтому нужно успокоиться и заняться их дрессировкой.

Успокоиться получилось так себе, и я поняла, что бизнес-план укрощения оборотней придётся отложить на потом. Мартиша с неподдельным интересом следила и за перепалкой, и за выражениями лиц, и, не скрываясь, наслаждалась коктейлем наших эмоций. Развлекшись вдоволь, она снизошла-таки до объяснений.

— Агна, Бинна, Мэйда и Этна, — она кивнула в сторону рыженьких оперённых хохотушек, — из клана горных красных лисиц. Аша, Мисола и Кахина — пантеры из клана чёрных ассасинов. А Елан у нас особенная девочка, настоящая змея.

Я сочувственно поморщилась: наверное, не очень приятно, когда тебя обзывают змеюкой. Ладно, лисы и пантеры, ещё куда ни шло! Но змея… Брр, не хотела бы я…

Однако Елан не оценила ни моего сочувствия, ни кислого выражения лица. Она как-то хитро извернулась и моментально оказалась рядом со мной, угрожающе растопырив кожаный капюшон и балансируя на хвосте. На хвосте, блин!!!

— А-а-а-а!!!! — мысленно проорала я, поскольку дар речи временно покинул мой организм.

— … даа, вот она, королевская кобра во всей красе! —  произнесла Мартиша с такой гордостью, словно лично сотворила это чудо…вище.

— Ко-ко-кобра? — икнула я.

— Она самая, но если точнее, то нагиня из гнезда королевских кобр, — важно кивнула Мартиша.

— А люди? Люди здесь есть? — с надеждой спросила я, поглядывая на вроде бы обычных девушек.

— Люди? — одна из пантер, кажется, Мисола, презрительно наморщила носик. — Они такие примитивные и никчемные… Всего одна ипостась, и та хрупкая и неинтересная, особенно, если у них нет магии, — самодовольно протянула она с намёком глядя на меня.

Я с силой сжала кулаки, с удивлением ощущая, как внутри меня заворочался кто-то сильный и ужасно недовольный. Наверное, уязвлённое самолюбие.

— Не ожидала подобного хамства от представительницы славного рода, — осуждающе цыкнула Мартиша.

Мисола недовольно сверкнула глазами, но вынужденно изобразила раскаяние. Кажется, ей не поверили. Я — точно нет.

Между тем, Мартиша всё-таки ответила на мой вопрос:

— Люди есть, более того, вас довольно много, ведь для совместимости не обязательно быть магом.

— Совместимости? — не поняла я.

— Откуда взялась такая неосведомлённая претендентка? — тихо фыркнула лисичка Мэйда.

— Из немагического мира, — назидательно подняла палец Мартиша и деловито продолжила: — Теперь, когда мы закончили краткий экскурс в представленные расы, перейдём к главному вопросу.

— Угу, про нас, как всегда, забыли, — угрюмо пробубнила коренастая девушка.

— Ах, да, у нас на отборе присутствуют гномы — маги земли и повелители самоцветов, — с извиняющейся улыбкой произнесла Мартиша, — и, конечно же, эльфы — владыки природы…

— …и венцы творения, — беззастенчиво перебила её одна из высокомерных ушастых выскочек.

Ведьма насмешливо хмыкнула в кулачок, всем видом давая понять, что венец природы в этом зале только один, вернее, одна, и это она — потомственная ведьма собственной персоной.

— Все высказались? Теперь послушайте правила отбора, — Мартиша пристально посмотрела на каждую, словно в душу заглянула, — и первое правило: всегда и во всём беспрекословно слушаться меня.

Черла, столица драконьего королевства Драгобай, зал советов

Жермен Силлаг

— Вызывали, ваше величество? — в зал упругой походкой вошёл высокий кареглазый мужчина, нестарый, но с седыми волосами и седой же стильной бородкой.

Суровую красоту его лица с резкими чертами не портили, а скорее, подчёркивали, аккуратные шрамы справа: два на лбу и один — под глазом. Сведущие люди знали, что эти отметины остались на память о схватке с пустынным рукокрылом — гигантской бронированной тварью, напоминающей летучую мышь.

Одежда мужчины также была нетривиальной и заслуживала отдельного внимания. Верхнюю часть чёрной рубахи украшали гигантские вороньи перья, на груди на массивной серебряной цепи висел артефакт с крупной красной яшмой [1]. Чёрные кожаные штаны плотно облегали мускулистые ноги, обутые в высокие ботинки на шнуровке и с толстой подошвой.

— Вызывал, Арвид, спасибо, что оперативно откликнулся, — приглашающе махнул рукой король, — наслышан о грандиозном эксперименте, но был вынужден выдернуть тебя из лаборатории. Дело деликатное и не терпит отлагательств.

Арвид Эльстад, главный архимаг королевства, в ответ пренебрежительно махнул рукой:

— Признаться, я слегка переборщил с трудовыми буднями, несколько дней не вылезал с испытательного полигона, так что вы оказали мне услугу, вызвав во дворец.

— Тем не менее, постараюсь быть кратким и не задерживать тебя надолго, — кивнул король, — сейчас подойдёт герцог Брайс, и приступим к обсуждению.

— Кажется, тут упоминали меня? Кстати, я уже здесь! — беззаботно ухмыльнулся Джейсон.

«Паяц! Но отменный глава тайного сыска!» — подумал Жермен, отмечая, что кузен, как обычно, проник в помещение совершенно бесшумно, вон, даже Арвид не заметил его появления.

— Кхм, — несколько растерянно кашлянул архимаг, подтверждая мысли короля.

— Привет, Арвид, — ничуть не смущаясь произведенного впечатления, Джейсон непринуждённо хлопнул архимага по плечу.

При этом внимательный наблюдатель мог заметить, что сыщик с пристальным вниманием следил за малейшими эмоциями собеседника, а его глаза оставались холодными, несмотря на широкую улыбку.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — церемонно ответил архимаг, поправляя взъерошенные перья.

— Приступим, — хлопнул руками по столу король, — на повестке дня чрезвычайное происшествие, а именно: массовое исчезновение девушек.

Глава тайного сыска досадливо поморщился, и Жермен невольно задумался: то ли тот недоволен, что у него под носом провернули подобную афёру, то ли осуждает короля за расширение круга посвящённых.

Правитель драконов замолчал, пользуясь паузой для подспудного изучения собеседников. Нет, ему не показалось, Джейсон действительно напряжён более обычного и явно не до конца уверен в уместности присутствия Арвида Эльстада.

Как нарочно, память подкинула Жермену воспоминание о некоем конфликте между ними. Кажется, тогда речь шла о девушке.

Несколько лет назад кузен ухаживал за эльфийкой, и вроде как она отвечала ему взаимностью, но на одном из званых вечеров возлюбленная брата столкнулась с архимагом, и оказалось, что они — истинная пара. Джейсон вынужден был отступить, шли приготовления к свадьбе, но эльфийка внезапно умерла от магической лихорадки. Сгорела буквально за сутки.

Обезумевший от горя Арвид явился к Джейсону с разборками, подозревая того в мести. Джейсон не остался в долгу и выдвинул встречные обвинения: мол, не уберёг истинную, растяпа, не хватило мозгов и мастерства, чтобы вылечить любимую.

Слово за слово, завязалась знатная драка, после которой оба долго лечились в лазарете от магического истощения и множественных переломов. Заживление шло естественным путём из-за высокой вероятности полного магического выгорания и по приказу короля, который изрядно рассердился на обоих фигурантов дела.

И вот теперь Жермен всерьёз озадачился вопросом: не помешает ли делу взаимная неприязнь архимага и главы тайного сыска?

— Массовое исчезновение девушек? — эхом повторил Арвид, и его глаза зловеще блеснули, он осуждающе посмотрел на главу тайного сыска: — Как вы могли это допустить? Впрочем, чего можно ожидать от легкомысленного повесы?

— Следите за словами, нир Эльстад, — Джейсон угрожающе подался вперёд, — а если вы вдруг запамятовали, я могу и повторить показательную трёпку.

— Ха! Нужно ещё разобраться, кто кого потрепал тогда, и кому не поздоровится сейчас! — ответно оскалился архимаг.

— Живо прекратите! — рассерженно рявкнул король. — Превратили совещание в балаган! Взрослые люди, а ведёте себя как сопливые подростки! Выгнал бы обоих взашей, но, к сожалению, без вас не обойтись!

— Я справлюсь и без этого напыщенного индюка! — Джейсон презрительно кивнул на экзотичный наряд своего визави.

— Уже справился, самоуверенный мальчишка, — не остался в долгу архимаг.

Мужчины вскочили с мест и угрожающе сжали кулаки, но тут же получили по магическому заряду чуть пониже поясницы. Неопасно, но обидно и болезненно. Одарив короля одинаковыми укоризненными взглядами, смутьяны с красными от смущения физиономиями плюхнулись обратно на сиденья.

— Успокоились? — раздражённо поинтересовался Жермен и, получив сдвоенное «угу», насмешливо хмыкнул: — С такими советниками и враги не нужны, вы сами всё испортите.

— Приношу глубокие извинения, — неохотно пробурчал Джейсон.

— Простите мою несдержанность, ваше величество, подобного больше не повторится, — повинно склонил голову Арвид.

— Очень надеюсь, — глубоко вздохнул король, — итак, девушки…

Далее совещание протекало без эксцессов. Был выработан план действий, намечены разыскные мероприятия, освещена роль главы тайного сыска на отборе невест. Перед архимагом стояла задача магического прикрытия и создание совершенно нового типа поискового заклинания.

На Джейсона, кроме участия в отборе, легла задача подбора кадров и их тщательная проверка на благонадёжность.

— Сколько у нас времени в запасе и когда нужно представить результаты по артефакту поиска? — деловито уточнил Арвид Эльстад.

— Не более суток, — огорошил Жермен, — Мартиша Ковальская уже завершила отбор кандидаток.

— Однако! — присвистнул архимаг, и в кои-то веки Джейсон был согласен с давним оппонентом.

За оставшееся время ему нужно было не только провернуть массу дел, но и смириться с ролью потенциального жениха.
Арвид Эльстад

[1] красная яшма — известна как камень выносливости, помогает сохранять концентрацию и даёт силы для выполнения любой задачи; на протяжении веков этот камень служил талисманом для магов, ученых, также был излюбленным камнем воинов, тех, кто нуждался в сильных целебных свойствах на поле сражения; древние египтяне верили, что яшма может отгонять злых духов

Лиза Дрозд

— Первое правило: всегда и во всём беспрекословно слушаться меня, — веско сказала Мартиша, — второе: никаких склок и разборок среди участниц. Карать буду строго. За небольшую провинность —предупреждение, за серьёзный проступок — исключение из отбора. Это касается всех, но в первую очередь — магически одарённых. Большие возможности накладывают и большую ответственность.

— У меня встречное предложение, — бесцеремонно встряла в монолог Мартиши одна из эльфиек: — давайте сразу исключим всех деревенщин, чтобы они не позорили нас своим невежественным поведением.

— Пока подобное поведение демонстрируете вы, Зебринэль, — резко оборвала её потомственная ведьма, — мне сейчас показалось, или вы и впрямь подвергли сомнению мою компетентность? Кандидаток выбрала я, и я же вынесла вердикт, что все достойны здесь находиться. Кстати, спасибо, что напомнили: для всех иномирянок будут проводиться дополнительные уроки по этикету и местным обычаям.

— Убогого перерождение исправит, — откуда-то сзади тихо прошипела Елан, живо напомнив земную пословицу про горбатого.

Внутри меня снова зашевелилось что-то тёмное и злое. Наверное, гнев.

Медленно повернулась и в упор посмотрела на кобру. Самоуверенная девица насмешливо хмыкнула, но, встретившись со мной взглядом, внезапно вздрогнула и поспешно отвернулась. Видно, не зря Катюха неустанно повторяла, что злая я легко могу убить взглядом. Сейчас определённо был именно тот случай.

Мартиша предпочла не заметить нашу дуэль взглядов, или и правда пропустила её мимо своего внимания.

— Скоро начнётся отбор? — хитро стрельнула глазами Агна, одна из лисичек.

— Через два дня, когда соберутся все представители, — ответила Мартиша, — по одному кандидату от Драгобая, Эльфяндии, Гномогории и Меховаленсии.

— О, будет выбор! — азартно воскликнула Агна, от избытка чувств подпрыгивая на месте.

— Не у вас, — осадила её распорядительница, — а у женихов.

«Как-то нелогично, — подумала я, — если у них проблема с девушками, потенциальных женишков должно быть гораздо больше, а значит…».

Я широко улыбнулась и предвкушающе потёрла руки. В голове созрел безумный план, осталось только найти единомышленников для его воплощения в жизнь.

Мартиша хлопнула в ладони, и зал заполнили… живые летающие меховые шарики. Больше всего они напоминали хомяков или луговых собачек, раздутых до шарообразного состояния, с малюсенькими лапками и куцыми хвостиками. Я некультурно раскрыла рот и еле удержалась от того, чтобы не ткнуть пальцем ближайшего летуна.

— Тарваги! Это же тарваги! Нам невероятно повезло! — разом загалдели все девушки.

Ну, почти все. Некоторые из них, по виду обычные люди, смотрели на диковинных зверьков с таким же как у меня выражением лица. Сразу ясно — вот мои «коллеги», возможно, даже землячки.

— Вы совершенно правы по обоим пунктам: это тарваги, и вам действительно повезло, — снисходительно хмыкнула Мартиша.

— Какие прикольные животные, — громко сказала одна из условных «землячек» и попыталась поймать одного из «хомяков».

Ответом ей стали презрительные взгляды местных девиц и возмущённые вопли самих тарвагов.

— Сама ты животное! — воинственно пропищал объект охоты.

— Ой! Оно… он говорящий! — испуганно взвизгнула девушка.

— Ц-ц-ц! — закатив глаза, неодобрительно цыкнула Мартиша. — Как некрасиво, Нинон, возьмите себя в руки! Для тех, кто не в теме, поясняю: тарваги — разумные магические существа, если хотите, местные аналоги домовых. Они помогут вам обустроиться и будут оказывать всяческое содействие в бытовых вопросах. Мой вам совет: относитесь к ним с должным уважением, иначе… кхм… вам не избежать мелких недоразумений.

— М-мелких н-недоразумений? — заикаясь, испуганно повторила незадачливая Нинон.

— Ага, они довольно мстительны и злопамятны, — густым басом шепнула гномка.

— Пффф, у нас не злая память, а надёжная, как гномий схрон, мы всё и всегда помним, — то ли похвастался, то ли пригрозил самый упитанный тарваг.

— Довольно пустых разговоров! Пора заселяться в комнаты и готовиться к ужину, — скомандовала Мартиша, — кстати, всё крыло замка отдано под отбор. В этом зале будут проходить конкурсы и балы. Дальше по коридору находятся комнаты участниц и мои покои, а рядом с залом — трапезная.

Повинуясь её указующему жесту, к каждой из нас подлетел один тарваг. Мартиша вышла первой, а мы нестройной колонной потянулись за ней.

Убранство коридора отличалось изысканной простотой: кованые светильники на затянутых в гобелен стенах, дающие неяркий рассеянный свет, бежевый ковёр с густым ворсом и напольные вазы с цветочными композициями.

По обеим сторонам коридора располагалось десять дверей. Неужели нас будут селить по несколько человек? Я бегло осмотрела нашу компанию, и с удивлением поняла, что нас всего двадцать. Почему же там, в зале, мне казалось, что участниц значительно больше?

«Зеркала́!»— озарило меня. Эта деталь ускользнула от внимания, но сейчас я отчётливо вспомнила, что одна из стен была выполнена из зеркал, стилизованных под окна. Именно она создавала эффект большого скопления людей.

«И нелюдей», — услужливо подсказал внутренний голос.

Тем временем Мартиша развернула свиток и принялась зачитывать имена и раздавать ключи от комнат. Я навострила уши.

Итак, в нашей недружной компании имелись: две эльфийки, Зебринэль и Сиарэль; три гномки, Фрида, Рула и Дита; три пантеры, Аша, Мисола и Кахина; четыре лисы, Агна, Бинна, Мэйда и Этна; змеища Елан, вампирша Виорика (да-да, та бледня́, сидевшая рядом со мной, оказалась кровопийцей), пять человеческих девушек, Верина, Нинон, Ида, Карина и Эльвира. Причём, из моего мира оказались три из них: Карина, Ида и Эльвира.

Всего вместе со мной двадцать участниц. По замыслу устроителей отбора, по пять кандидаток на каждого представителя из четырёх стран.

— Елизавета Блэкбёд! — кажется, не в первый раз, повторила Мартиша.

Одна из землянок толкнула меня локтем, привлекая внимание.

— М? — я вопросительно посмотрела на драчунью.

— К тебе обращаются, — шёпотом пояснила она, поведя глазами в сторону распорядительницы.

— Ко мне? — искренне удивилась я.

— Всех уже распределили, осталась только ты, — пожала плечами она.

— Я — Дрозд, — обратилась я к нервно притопывавшей ведьме.

— Я так и сказала, — хитро прищурилась она, — вы ведь знаете… — Мартиша сделала многозначительную паузу.

— …что так переводится моя фамилия? — нахмурилась я.

— …и это тоже, — хмыкнула она.

— А кроме того? — не поняла я.

— Если вы не знаете, то и я пока не скажу. Всему своё время, — загадочно улыбнулась ведьма и указала на дверь, на которой проявилась витиеватая надпись: Лиза Блэкбёд.

лисичка Агна и тарваг

Джейсон Брайс V

 — Прости, но это тоже придётся контролировать твоей службе, — развёл руками Жермен.

— Мало мне самого́ отбора, так ещё и гостей встречать? — недовольно поморщился я.

— Что поделать? Межгосударственный отбор будет проводиться в нашей стране, это большая честь, но и большая ответственность, — занудствовал венценосный братец, — ничего особенного: встретишь, расселишь, приставишь к ним своих бравых парней, и все дела.

Жермен был прав, и это бесило ещё больше. Поворчав для порядка, я отправился в управление тайного сыска.

Миновав сквер Забытых призраков, я вывернул на бульвар Храпящих ежей, славившийся модным баром «Роковая чешуйка». Оставалось пройти до Мерцающего перекрёстка и свернуть на улицу Молчания драконят, где и располагалась моя контора, когда я нос к носу столкнулся с Арвидом Эльстадом, выходившим из «Чешуйки».

Где-то глубоко в душе́ привычно кольнуло застарелое чувство неприязни, но... кто прошлое помянет, тому и заклятие икоты в глотку. Да и вообще, пора зарыть артефакт войны, ведь со времени трагического события столько воды утекло.

Поэтому, натянув на лицо дежурную улыбку, я дружелюбно поздоровался с архимагом:

— Добрый день, Арвид!

— А? Что? — казалось, своим обращением я выдернул его из другого слоя реальности, и теперь он с трудом соображал, где он и кто я.

— Добрый день, говорю, — повторил я.

— Ах, это ты, Джейсон, — он удивлённо встряхнул головой.

— Ничего не замечаешь вокруг, совсем заработался, не бережёшь себя, — с долей сарказма попенял я.

— А, да-да, — рассеянно промямлил он.

— Я тут подумал… — слова давались с трудом, но я взял себя в руки и выдавил через силу: — нам вместе работать, да и вообще… пора бы забыть старую вражду.

— Так я уже давно забыл, — Арвид небрежно махнул рукой и скупо улыбнулся.

— Вот как? Рад слышать, — криво усмехнулся я, — а что же…

— Прости, я очень спешу, поболтаем как-нибудь в другой раз, — нервно прервал меня он.

— Не терпится поскорее заняться артефактом? — понимающе кивнул я.

— Артефактом? — казалось, его знатно удивил мой вопрос. — Ах, да, конечно, артефактом.

— Ну, бывай, до встречи, — задумчиво протянул я.

— До встречи, — эхом ответил Арвид и поспешно зашагал в сторону сквера.

«Странный он какой-то» — подумал я, и смутные подозрения зашевелились с новой силой.

Я, как охотничья горгулья, встал в стойку. Интуиция орала в голосину, что нужно плюнуть на все планы и проследить, куда именно направился скорбный на всю голову архимаг.

Не знаю, кто как, а я привык ей доверять, ведь интуиция — это богатый опыт оперативной работы, помноженный на внушительную теоретическую базу. Включив режим «агент на задании», я бесшумной тенью скользнул вслед за Эльстадом.

Архимаг, несколько минут назад демонстрировавший редкостную рассеянность, сейчас полностью преобразился. Он бодро и деловито двигался по одному ему известному маршруту, я же неотступно крался параллельным курсом. Внезапно Эльстад насторожился и заозирался по сторонам.

Учуял слежку? Похоже на то. Однако, ему меня не обнаружить, и вовсе не потому, что он магически слабее. Просто сыскная магия отличалась особыми качествами, иначе мои рядовые сотрудники при необходимости не смогли бы следить за магами, более сильными, чем они.

Покрутив головой и даже принюхавшись, архимаг зябко передёрнул плечами, тихо выругался и продолжил движение. Усмехнулся и притормозил, дав Эльстаду возможность отойти чуть дальше, в мои планы не входило спугнуть его. Азарт и неясное предчувствие — вот что влекло меня. Теперь мне стало жизненно необходимо узнать куда он идёт, и что, шасс подери, происходит! 

Наш внезапный тандем успел миновать два квартала, когда я с нарастающим изумлением понял, что Арвид Эльстад направлялся в храм любви. Интересно, что он забыл в месте, где совершают обряды бракосочетания? Неужели нашёл невесту?

Тогда понятно, почему он так легко пошёл на мировую со мной. Новая любовь вытеснила боль от потери предыдущей, и наша вражда, за годы превратившаяся в привычку, потеряла смысл. Что ж, брак — его личное дело, но у меня возникли новые вопросы: что не так с обрядом отсечения? Каким образом он сумел влюбиться? Или решил жениться по расчёту?

Дело в том, что после смерти своей невесты Эльстад прошёл обряд отсечения. Подобный ритуал проводят после гибели истинного возлюбленного для того, чтобы сохранить жизнь и рассудок партнёра. Кстати, этот обряд неэффективен, если пара прошла все этапы единения и закрепила связь церемонией бракосочетания у алтаря в храме любви.

Насколько мне было известно, после обряда отсечения прошедший его уже не мог испытывать чувство любви и даже влюблённости. Такова цена за возможность жить. Как по мне, после потери истинной пары и без такого обряда полюбить уже невозможно. Для тех, кто познал истинную любовь, обычная — как тусклая стекляшка по сравнению с бриллиантом истинных чувств.

Может ли быть такое, что наш доблестный архимаг придумал заклинание, отменяющее обряд отсечения?

Пока я так и этак крутил в голове возможные версии происходящего, на мой артефакт связи пришло с десяток сообщений от потерявших меня агентов и пара гневных — от его величества. Скосил глаза на циферблат измерителя времени и досадливо мотнул головой: нужно поспешить, если не хочу провалить задание по встрече иностранных гостей.

Разочарованно посмотрел на плотно закрытые двери храма и с сожалением покинул пункт наблюдения. Надо бы наведаться сюда позже и аккуратно расспросить здешнего настоятеля, его преосвященство Дивара Дастела.

***

— Вызывали, ваше жречество? — в кабинет настоятеля нерешительно заглянул его заместитель, жрец первой категории, с порога пытаясь понять, в каком настроении пребывало вернувшееся из дворца начальство.

Начальство представляло из себя худощавого, даже костлявого, мужчину среднего роста с невзрачной наружностью. Природа наградила его небогатой шевелюрой пепельного цвета, блёкло-голубыми глазами и тонкогубым ртом. Зато она не поскупилась на крупный орлиный нос и незаурядный ум.

— Проходи, Юстин, — бесстрастно разрешил настоятель, не отрываясь от чтения бумаг.

Несведущий человек (а Юстин таковым не являлся) решил бы, что верховный жрец храма любви всецело погружён в дела и пребывает в отрешённом состоянии.  

За многие годы жрец изучил своего начальника, Дивара Дастела, как свои четыре пальца (пятый был коварно откушен сторожевой горгульей, когда юный Юстинчик тырил яблогруши на закрытом экспериментальном полигоне ботанического сада), и поэтому моментально смекнул, что тот ну очень сильно не в духе.

Юстин скромной мышкой скользнул в кабинет и осторожно примостил свою тощую задницу на неудобном стуле для посетителей. Настоятель продолжал шуршать бумагами, словно и вовсе забыл о подчинённом.

— Кхы-кхы, — невольно вырвалось у жреца, нет, не потому, что он пытался привлечь внимание, просто от волнения в горле запершило.

Настоятель храма любви поморщился, поднял голову и недовольно изрёк:

— Сегодня меня вызывали во дворец, чтобы сообщить об отборе невест. Одно из испытаний будет проходить здесь, ведь именно на территории нашего храма находится озеро прозрачных помыслов.

— Ой, беда! Оно же почти пересохло! Осталась жалкая лужа, в которой и ног толком не намочить! — икнул Юстин.

Дастел яростно сверкнул бледной голубизной глаз, вмиг ставших почти прозрачными:

— Растопишь высокогорный снег и добавишь в озеро! Концентрация, конечно, уменьшится, но…

— Она не просто уменьшится, она станет ничтожно малой! Мы не сможем получить нужный эффект! — Юстин от изумления даже не заметил, что совершенно неучтиво перебил начальника.

— Получим! — отрезал настоятель и тихо добавил: — А если не получим, то сами изобразим!

— Но… это же будет обман! — придушенно пискнул жрец и втянул голову в плечи.

— Обман во благо, — Дастел назидательно поднял вверх указательный палец.

— А… как мы поймём, которая из девушек правдива? — осмелился поинтересоваться Юстин.

— Мы… сами решим, кому из девушек позволить пройти дальше, — довольно прижмурился настоятель.

Увидев, как вытянулось лицо подчинённого, он поспешно добавил:

— Не тупи, Юстин, я ведь способен чуять ложь, а значит, легко пойму, кто из них врёт.

Лиза Блэкбёд

Покои, в которых мне предстояло жить во время отбора, оказались довольно просторными и состояли из нескольких помещений: уютной гостиной с мягкой мебелью и журнальным столиком, небольшой спальни с кроватью под полупрозрачным балдахином, гардеробной и ванной.

Всё это с гордостью продемонстрировал приставленный ко мне тарваг. Шустро передвигаясь по комнатам, он смешно мельтешил в воздухе малюсенькими крылышками, похожими на два клочка меха. При этом мордочка транслировала такое огромное чувство собственной важности, что его хватило бы на добрый десяток королей.

— Уважаемый тарваг, как вас зовут? — вежливо поинтересовалась я, справедливо полагая, что, во-первых, у любого разумного существа должно быть имя, а во-вторых, с домовыми нужно дружить.

При этом совершенно не важно, как именно они выглядят: как привычный с детства домовёнок Кузя, или как летающий шарообразный хомяк.

Тарваг на миг задумался, а потом снисходительно сообщил:

— Лансикот. Между прочим, вы первая, кто удосужился узнать имя своего… кхм… куратора.

— Ого! Почти как рыцаря круглого стола! — брякнула я и мысленно усмехнулась: смотрите-ка, считает себя ни много ни мало, а целым куратором!

— У нас столы в основном прямоугольные, — педантично уточнил тарваг и заинтригованно округлил глаза: — а кто такие рыцари?

Пришлось поведать «куратору» и о короле Артуре, и, конечно же, о его славном рыцаре Ланселоте. Тарваг присел на спинку кресла и с жадным вниманием впитывал информацию.

Я закончила рассказ, а он ещё некоторое время задумчиво переминался на маленьких лапках и многозначительно хмыкал. Затем покровительственно посмотрел на меня и резюмировал:

— Рыцарь — это, конечно, хорошо, но мои возможности гораздо шире.

Лишь сила воли и нежелание обижать потешный комок меха удержали меня от готового сорваться с языка комментария, что рыцари по положению всё-таки выше, чем домашние помощники. Вместо этого я скромно кашлянула, маскируя смешок, и быстренько согласилась, что да, разумеется, куда уж рыцарю до тарвага!

— Ужин будет через несколько часов в трапезной, пока можете освежиться, а я организую обед, — деловито сообщил Лансикот.

— А... — хотела спросить, как с ним связаться в случае необходимости, но Лансикот с лёгким хлопко́м растворился в воздухе.

Ну и ладно! Зашла в ванную и после недолгих попыток разобралась, как работает система набора воды. Спохватилась, что нет сменной одежды. Заглянула в пустую гардеробную и уныло покачала головой.

— Чпок! — не успела как следует расстроиться, как передо мной в воздухе завис Ланс со стопкой одежды, на верху которой лежало пушистое махровое полотенце.

Ума не приложу, как он всё это держал в маленьких лапках, не иначе, без магии не обошлось.

— Вот, кое-какие вещички на первое время, небось прибыли из своего мира налегке, — по-доброму проворчал он, шустро отправляя принесённое на полки гардеробной.

— Спасибо, очень кстати, — искренне поблагодарила я.

— И это… — он замялся и потупил глаза: — я там ещё бельишко положил…

Представила тарвага, придирчиво выбирающего в бутике женское исподнее. Поржала. Про себя, разумеется, а вслух осторожно полюбопытствовала:

— А девочки-тарваги? Чем они занимаются? Не проще ли было их сделать помощ… кураторами участниц?

— Наши девочки работают на кухне, у них лучшая в королевстве кулинарная магия, — горделиво заявил он и сварливо осведомился: — вы хотите поменять меня? Я не устраиваю тебя в качестве куратора?

От волнения Лансикот не заметил, как перешёл на «ты», а я и не думала его поправлять. Стояла и прикидывала, как выйти из щекотливой ситуации. Тарваг был явно расстроен моим возможным отказом.

— Вполне устраиваешь, — со всем возможным убеждением заверила я, — просто я подумала…

— …что я чего-то не умею или не знаю? — встопорщился Ланс. — Напрасно! Кураторами назначили самых сильных и искусных тарвагов с высоким уровнем бытовой магии. У меня и диплом есть! Белый, с отличием!

— Белый? — растерялась я, надеясь, что не девственно чистый по причине отсутствия оценок и знаний.

— Именно! — приосанился Лансикот. — Такой цвет дипломов — символ великолепного знания всех бытовых заклинаний и идеальной чистоты и порядка во вверенном доме. Его получают те, кто отлично окончил магическую школу домоправителей для тарвагов.

— Ну, если белый… — придав голосу уважения, я развела руками.

— Белее парадной скатерти! — самодовольно заверил он. — Ну, что, передумала меня менять?

— Да не хотела я менять, просто мне показалось, что тебе неудобно…

— …удобно! — тут же перебил Ланс. — А что именно?

— Все эти девчачьи аксессуары и прочее, — я неопределённо покрутила рукой.

— А, это… — он пренебрежительно махнул лапкой, — меня подобным не смутить.

— А чего тогда застеснялся? — хмыкнула я.

Лансикот пожевал губами и глубокомысленно выдал:

— Ваши корсеты да панталоны меня не смущают, а вот обсуждать это с девицами…

— Погоди-ка, ты, наверное, молодой тарваг? — догадалась я.

— И что? — вызывающе спросил он. — Зато муха не сидела!

— Э-э-э… — не нашлась я с ответом.

Ланс, видя моё замешательство, охотно пояснил:

— Старые тарваги не так проворны, и уже не в силах использовать пространственную магию, а только медленно летают. Настолько медленно, что их обгоняют даже мухи, а зачастую нагло садятся на них, и даже… кхм… — осёкся мой куратор.

— Угу, понятно, — избавила его от необходимости озвучивать неприглядные подробности мушиной жизнедеятельности.

— То есть, менять меня не будешь? — после небольшой паузы дотошно уточнил Ланс.

— Не буду, — подтвердила я, — к тому же, мы вроде как уже и подружились, а, Ланс?

Мой «хомяк», простите, куратор, потешно смутился и ойкнул:

— Я не должен был вам тыкать…

— Да брось, я не против, — заверила я, и как бы случайно погладила его по пушистому боку.

Честно говоря, давно хотелось! Шерсть оказалась гладкой и шелковистой, точь-в-точь, как в рекламе известного шампуня.

— Кла-а-ассно, — проурчал тарваг, блаженно зажмурившись, но тут же спохватился, неохотно вылез из-под моей руки и принял независимый вид: — но при посторонних я буду соблюдать субординацию, и ты зови меня полным именем.

— Замётано! — кивнула я.

— Обязательно заметём и выметем весь мусор! — заозирался Ланс в поисках беспорядка.

— Для уборки рановато, а вот поесть я бы не отказалась, — улыбнулась я.

— Сей момент! — всполошился он. — Не успеешь принять ванну, а я уже вернусь.

Тарваг моментально исчез, а я огорчённо всплеснула руками, ведь снова не успела спросить, как его вызвать.