Отбор по ошибке

, и .

______________________

— Ева Николаевна, мне бы это… школу закрыть, — ворвался в мое сознание знакомый голос.

Мне снилось что-то совершенно невероятное — черноволосый мужчина, кожа которого превращалась в крепкую броню из крошечных чешуек, наподобие драконьих. На мысли о драконах наводили и глаза мужчины: цвета темной зелени, с вертикальным зрачком.

Незнакомец хищно улыбался, приближаясь ко мне. Высокий, широкоскулый, с угольно-черными волосами до плеч, ширина которых приятно будоражила воображение, он вдруг остановился в метре от меня и протянул руку.

Просыпаться и прерывать сон совершенно не хотелось, но знакомый голос настойчиво повторял: «Ева Николаевна! Ева Николаевна!», будто кто-то забивал гвозди прямо в мозг.

Я сонно поморгала и, подняв голову, посмотрела в лицо сторожа, на котором застыло извиняющееся выражение. Сторож на широкоплечего красавца из моего сна никак не походил, поэтому я моментально проснулась.

— Макар Петрович, простите, я сейчас!

Я поспешно встала, недоумевая, как умудрилась заснуть над тетрадями с сочинениями, которые проверяла. Стул с громким хлопком завалился на пол.

— Не торопитесь, Ева Николаевна, не торопитесь, — кинулся сторож помогать мне.

— А сколько времени, Макар Петрович? — Я бросила взгляд на окно, за которым было темным-темно. Неловко собрав тетради в стопку, я пожалела о том, что нельзя остаться в школе на ночь. Особенно таким вот горе-учителям, которых дома никто и ничего не ждет, кроме тарелки прокисшего супа.

— Да уж одиннадцать, — откликнулся сторож.

— Ого! Извините еще раз. Я проверяла сочинения, а потом… — Я со вздохом махнула рукой, сбивая на пол ручки.

Сторож понимающе улыбался, пока я водворяла их на место. После он проводил меня до дверей школы.

— Может, такси вам вызвать? — предложил сторож. — Темень-то какая!

— Пустяки, мне тут недалеко, — оптимистично заявила я, не без сомнения вглядываясь в октябрьский вечерний мрак и чувствуя, как сырость после недавно прошедшего дождя заползает под тонкое пальто.

— Ева Николаевна, вам бы это, — сторож почесал в затылке, — отдохнуть от работы. Сегодня ж суббота. Сходили бы куда с подругами, отвлеклись. Школа из вас всю молодость выпьет, сами не заметите, как быстро это случится.

Я криво улыбнулась. Надо же, какой философ! Хотя отчасти я признавала правдивость его слов. После университета я сразу же пошла работать в школу, и с тех пор проводила там почти все время, отлучаясь домой, чтобы сменить одежду и выспаться.

Уже семь лет я работала в школе, и это напоминало день сурка: кофе с утра, уроки, проверка тетрадей, составление плана уроков на следующий день, планерки, совещания, родительские собрания и прочая учительская рутина.

И хотя директриса была такому рвению только рада, иногда я думала, что моя молодость проходит между страниц школьных тетрадей, тогда как мои сверстницы заняты куда более интересными вещами. Пройдет много лет, и я наверняка буду жалеть о том, что потратила юность на пыльные классы и шумных учеников. Воображение нарисовало поджавшую тонкие губы мадам в очках с толстой оправой, которая ненавидит детей и себя.

— Обязательно воспользуюсь вашим советом, — бодро ответила я, тряхнув головой, чтобы прогнать навязчивое видение. — До понедельника.

Сторож осуждающе покачал головой и закрыл двери, гремя ключами.

Я зевнула и, решив, что надо будет забежать в круглосуточный магазин рядом с домом, двинулась вперед, в переплетение темных улиц. Конец октября я не любила именно по этой причине — снега еще нет, как и фонарей в особо темных переулках, которыми я обычно шла домой, чтобы сократить путь. Вот и сейчас, успокаивая себя тем, что все маньяки сидят по домам, а не ждут меня за поворотом, я почти бежала по темному проулку, ругая собственную жадность, которая помешала мне вызвать такси.

Я уже видела угол дома, в котором жила, как вдруг стена ближайшей недостроенной пятиэтажки подернулась сияющим мерцанием, и прямо из открывшегося портала — так я про себя назвала появившийся проем — выскочила девушка в плаще и старинном костюме, который мелькал при каждом ее движении, когда полы плаща расходились. Капюшон вдруг упал, открыв светлые волосы.

От неожиданности я замерла на месте, а незнакомка уже бежала ко мне, протягивая тонкие руки. На ее милом личике был написан настоящий ужас, и мне тоже стало не по себе. Не успела я и шагу ступить, как девушка схватила мои ладони, повторяя:

— Прости! Прости меня!

Ее руки оказались ледяными, будто она долго держала их в снегу.

— Вам нужна помо… — попыталась спросить я, не понимая, почему незнакомка просит прощения, но замолчала на полуслове, потому что мои кисти вдруг пронзила обжигающая боль.

Я громко вскрикнула от неожиданности, а незнакомка уже разжала руки и, еще раз шепнув: «Прости меня!», метнулась в открывшийся на другой стене портал. Я могла лишь изумленно посмотреть ей вслед.

Взглянув на свои ладони, на которых уже затихала обжигающая пульсация, я с ужасом увидела горящие ярким огненным светом знаки: круги, которые при ближайшем рассмотрении оказались свернувшимися в кольцо драконами.

— Эй! — крикнула я вдогонку девице, но той уже и след простыл.

Я продолжала непонимающе смотреть на свои ладони, сомневаясь, не снится ли мне все это, когда из первого портала, который и не думал исчезать, выскочили двое мужчин. Темные плащи с капюшонами надежно скрывали их лица, но вид высоких крепких фигур, от которых веяло опасностью за километр, заставил меня сделать шаг назад, а потом развернуться и побежать. Вряд ли эти двое хотят побеседовать о литературе, выходя поздним вечером из стены недостроенного дома.

Топот позади меня без слов говорил о том, что мужчины бегут следом. Я прибавила ходу, проклиная себя за то, что всегда пренебрегала физкультурой. Волосы растрепались, в беспорядке рассыпавшись по плечам, сердце подскочило, казалось, к горлу, кровь стучала в висках, сумка соскользнула с плеча и упала, но мне было плевать. Инстинкт самосохранения велел одно — бежать. И я бежала, но ровно до того момента, пока мои лодыжки не оказались спутанными, и я не повалилась носом в асфальт, чудом приземлившись на огнем горевшие ладони.

Меня подхватили под руки и поставили на ноги. Самым обидным было то, что мужчины даже не запыхались, тогда как я шумно, будто загнанная лошадь, дышала.

Словно по команде мужчины развернули мои ладони и молча уставились на символы.

— Она? — недоверчиво спросил первый.

— Она, — подтвердил второй.

— Но одежда… — с сомнением проговорил первый.

— Знаки есть, остальное неважно, — отрезал второй.

После этого содержательного диалога меня потащили обратно к порталу. Именно потащили, потому что ноги были спутаны, и я могла лишь беспомощно двигать ими в воздухе, раскачиваясь на руках незнакомцев.

— Да кто вы такие? Что происходит? — возмутилась я, но ответа не получила. — Помогите! Пожар! Горим! — заорала я что есть силы, отчаянно сопротивляясь. Мой голос в ночной тишине звучал оглушающе звонко.

— Забери у нее голос, — проворчал второй.

Это заставило меня закричать еще громче. Я вырывалась изо всех сил, пока мужчины тащили меня к порталу, но моего рвения хватило ровно до того момента, пока первый незнакомец не достал что-то из складок своего необъятного плаща и, раскрыв ладонь, не сдул мне в лицо порошок ярко-розового цвета.

Я беззвучно чихнула и хотела было возмутиться, но поняла, что голос пропал. Теперь я лишь открывала рот, как рыба без воды, но из него не вылетало ни звука. Это показалось мне таким жутким, что я с громким хлопком закрыла рот.

— Так-то лучше, — одобрительно кивнул второй.

Мужчины подтащили меня к сияющему проходу и внесли внутрь. Я ожидала обжигающей боли, но меня наоборот сковал холод. Сковал и отпустил. А потом перед глазами появилась незнакомая горная местность. Надкушенная луна высвечивала острые пики гор, у подножия которых темнел лес. Извилистая тропинка петляла между деревьев и уводила куда-то во тьму.

Меня поднесли к крытой повозке, запряженной парой крепких лошадей, помогли подняться и довольно невежливо усадили на лавку. Качающийся на опоре тусклый фонарь давал достаточно света, но вот лиц мужчин я так и не увидела. Объемные плащи открывали только кисти рук, покрытые странными символами.

— Нужен плащ, — недовольно проговорил первый незнакомец.

Второй кивнул и извлек из ящика в углу повозки потрепанного вида накидку, которую мне набросили на плечи.

Первый незнакомец легко взмахнул рукой, и мои запястья оказались скованы сияющим обручем. Я во все глаза смотрела на сверкающий ободок и думала, что вижу престранный сон. Второй мужчина натянул мне на лицо капюшон, после чего оба перебрались на ко́злы. Повозка, качнувшись, покатилась по каменистой дороге.

Я сидела слишком потрясенная, чтобы что-то делать. Ноги и руки связаны, голоса меня лишили… Что тут можно предпринять? Кто эти люди? Что им от меня нужно?

Я попробовала прикусить язык, чтобы понять, сплю или нет. Сомкнув зубы, закричала. Точнее, это мне казалось, что я кричу. На самом же деле я беззвучно открывала рот, наполнившийся кровью от прокушенного языка. Одновременно с этим пришло осознание — все происходящее не сон. Двое незнакомцев перепутали меня с той девицей, которая каким-то образом передала мне свои метки, из-за чего меня и приняли за нее.

Я привалилась к стене поскрипывавшей повозки, стараясь успокоиться. Главное, не терять присутствия духа и действовать по обстоятельствам. Я ведь всегда старалась смотреть на жизнь с оптимизмом.

«Вот и досмотрелась», — шепнул ехидный внутренний голос.

«Заткнись! — велела я ему. — Я сильная, и я справлюсь».

Внутренний голос скромно промолчал.

Чуть успокоив себя таким образом, я вдруг поняла, что повозка остановилась, а через какое-то время внутрь забралась девушка. Тоже в плаще, надежно скрывающем лицо.

Она забилась почти в угол, натянув края капюшона еще сильнее, так что рассмотреть ее я не смогла. В отличие от меня девушка не была скована, а на ее ладонях я заметила знакомые знаки — свернувшихся в кольца драконов.

Повозка покатилась дальше. Еще несколько остановок — и еще несколько девушек заняли места рядом со мной, однако разговаривать они не спешили.

— Теперь все, — сказал первый незнакомец, помогая очередной девушке забраться в повозку. Она устроилась напротив.

Мы ехали в полнейшем молчании. Всего нас было восемь. Наконец та, что присоединилась последней, откинула капюшон. Черные, будто крыло ворона, волосы были заплетены в толстую косу, яркие голубые глаза с любопытством обвели остальных.

— Душно, будто в драконьем брюхе! — обмахиваясь рукой, весело сказала она. — Остальные словно по команде развернулись к говорившей, но продолжали молчать. Я закинула голову, чтобы капюшон упал с лица, и девушка с интересом посмотрела на меня. — На тебе заклятие немоты и обездвиживающие браслеты, — понимающе сказала она, потом обвела взглядом других и хмыкнула: — А вот остальные, я уверена, вполне себе могут разговаривать. Меня зовут Элиза Грейлис, и я дочь аптекаря из Зеленых Холмов. Познакомимся? Ой, да ладно вам, — качнула она головой, когда ни от кого не получила ответа, — все равно же мы все прекрасно знаем, что нас ждет, и увидим лица друг друга самое позднее к рассвету.

Лишь одна из девушек, помедлив, все-таки скинула капюшон. Сочетание каштановых волос и миндалевидных карих глаз выглядело очень красиво.

— Уф, и правда жара! И зачем только придумали эту глупость со скрыванием лиц? Я Лилиан Амидас, дочь наместника из Речной Долины, — гордо сказала она. — Намерена победить.

— Как и любая из нас, — весело откликнулась Элиза.

«Победить? В чем? Куда нас везут?» — хотела спросить я, но губы лишь беспомощно зашевелились. Надеюсь, что это будут не бои без правил! Драться я не умею и не люблю.

— А тебя за что лишили голоса? Чем разозлила драконьих ловчих? — поинтересовалась Лилиан, приглаживая встрепанные волосы. — Да и одета ты странно, — протянула она, рассматривая мой строгий брючный костюм, который стал виден, когда полы плаща распахнулись. — Ты не из Кривого Лога будешь? Я слышала, что девушки там одеваются на манер мужчин.

Я сделала неопределенное движение плечами, размышляя над словами «драконьи ловчие».

— Не бойся, заклятие немоты действует несколько часов. Скоро заговоришь, — успокоила меня Элиза. — А вообще со своими невестами владыка Дэйваррион мог бы обращаться и чуть лучше.

Теперь уже все капюшоны замерли в такой показательной неподвижности, словно Элиза только что слопала живого таракана и попросила добавки.

«Невестами? Владыка? Куда же, черт возьми, я попала?» — мелькнула паническая мысль.

— Наш огненноликий владыка Дэйваррион поступает только так, как считает нужным, — с благоговением в голосе произнесла Лилиан, укрывая волосы и лицо капюшоном и демонстративно отворачиваясь от Элизы, будто от прокаженной.

Элиза лишь фыркнула и, дернув плечом, тоже закуталась в плащ. Остаток пути проделали молча. Я не могла точно сказать, сколько времени прошло, но моя пятая точка основательно задеревенела.

«Проклятый владыка Дэйв и правда мог бы проявить больше уважения!» — Я поерзала на неудобной лавке, мысленно соглашаясь со словами Элизы.

Неожиданно повозка, качнувшись в последний раз, замерла. Полог фургона раздвинул один из незнакомцев и помог девушкам выйти. Я оказалась последней, потому что не могла подняться без посторонней помощи. Незнакомец щелкнул пальцами, и оковы с моих рук и ног исчезли. Я осторожно пошевелила затекшими конечностями.

— Выходи, — велел недовольный голос.

Я приняла протянутую руку, вылезла из фургона и замерла с открытым ртом, рассматривая старинный замок с остроконечными шпилями башен. Занимавшийся рассвет лениво лизнул серебристую каменную кладку стен и цветные витражи узких окон. Я не успела полюбоваться замком, потому что в дверях одной из башен появилась женщина. Гордо держа голову с седыми, собранными в пучок волосами, она подошла к нам и, окинув недовольным взглядом, изрекла:

— Великий завоеватель земель Трэйанорра, повелитель объединенных под его покровительством территорий с севера до юга и с запада до востока, непобедимый, неопалимый и огненноликий владыка Дэйваррион дор Эррадар приветствует всех вас в своем родовом замке Грейнрокк. Я экономка замка. Можете обращаться ко мне госпожа Рут. Владыка Дэйваррион поручил мне встретить своих невест и разместить их со всевозможными удобствами. Но сначала владыка лично поприветствует вас, — улыбнулась мегера тонкими губами, а у меня по коже вдруг побежали мурашки.

Я смотрела на дверь, ожидая, что из нее сейчас и появится упомянутый владыка, но тут над головами у нас раздался грозный рык. Все вскинули головы.

Сначала я думала, что происходящее мне мерещится, и протерла глаза. Но огромный дракон, появившийся из-за одной из башен, и не думал исчезать. Взмахивая широкими кожистыми крыльями, он кружил над замком, словно предлагая им полюбоваться.

Я, не веря глазам, с ужасом смотрела на гигантского изумрудного ящера, чешуя которого в рассветных лучах казалась состоящей из драгоценных камней. Мощное тело, крупная голова, украшенная шипами-наростами, огромные лапы с когтями-кинжалами, мерно поднимающиеся и опадающие крылья, — дракон словно сошел со страниц сказки.

В груди стало тесно, перед глазами все поплыло, сердце сделало несколько тревожных скачков.

«Мама», — подумала я, перед тем как сползти в глубокий обморок.

— Такое случается. Вид огненноликого в его истинном обличье действует ошеломляюще на простых смертных, — веско сказала госпожа Рут, когда я очнулась и придала телу вертикальное положение.

Оказалось, что, пока я была без сознания, меня доставили в довольно милую маленькую комнату и даже устроили на кровати.

Я  хотела спросить, не сон ли все это, но из моего рта не вырвалось ни звука. Тогда я лишь вопросительно посмотрела на поджавшую губы экономку, надеясь, что она поймет меня.

— Великодушнейший из владык дает вам время отдохнуть, — недовольно пояснила госпожа Рут. Видимо, падать в обмороки при первой встрече с владыкой приравнивалось в ее глазах к несмываемому пятну на репутации. — Через час состоится встреча в зале приемов. Будьте готовы. Подходящее платье принесут и проводят вас до места, — отчеканила экономка, брезгливо рассматривая мою одежду.

Договорив, она развернулась и вышла из комнаты, оставив меня одну. Экономка напоминала мне робота, которому задали одну программу, и он ее послушно выполнял.

Я вскочила с кровати, в отчаянии заламывая руки, потом, вспомнив, что руки заламывают только герои дешевых сериалов и персонажи классических книг, приказала себе успокоиться. Напомнив себе, что всегда была здравомыслящим человеком, способным трезво оценить ситуацию, я постепенно успокоилась. Незачем впадать в панику, толку от этого все равно не будет.

Я окинула беглым взглядом комнатку: туалетный столик, шкаф, зеркало в полный рост, пушистый ковер на полу — все новое, но старомодное. Этакий старинный шик в бледно-голубых тонах, будто я по ошибке оказалась в одной из книг про средние века. В небольшом камине, украшенном позолотой, уютно потрескивал огонь, разгонявший утреннюю сырость. Рядом со шкафом нашлась еще одна дверь, за которой обнаружилась золотистая ванна на декоративных драконьих лапах, камин, несколько ведер с водой и стопка полотенец.

Захлопнув дверь, я подошла к окну и выглянула, чтобы увидеть, как до самого горизонта простирается лес. Под ложечкой засосало от страха. Замок стоял высоко в горах, и я видела только верхушки многочисленных деревьев да кружившего над ними все того же зеленого ящера. Приказав себе не падать в очередной обморок, я резким движением задернула тяжелые голубые портьеры и постаралась унять бешеное сердцебиение.

Совершенно очевидно, что мне все это не снится. Я посмотрела на себя в зеркало туалетного столика — светлые волосы растрепаны, на щеке грязное пятно, в серых глазах страх. А кто бы не испугался? Но ведь такого не бывает! Просто не бывает!

Я сошла с ума? Умерла? Или действительно оказалась в параллельном мире? Я снова посмотрела на свои ладони. Казалось, символы на них горят еще ярче, чем прежде. Поскорее бы голос вернулся ко мне! Тогда я смогу рассказать обо всем: и о девице, передавшей мне знаки, и об ужасной ошибке, из-за которой оказалась здесь.

Мои размышления прервало появление девушки в одежде служанки. Через руку у нее было перекинуто платье лилового цвета с длинными широкими рукавами.

— Доброе утро, тэйя, меня зовут Айза. Госпожа Рут прислала меня помочь вам с подготовкой. — Увидев мой непонимающий взгляд, девушка поспешила объяснить: — Перед тем как вы предстанете перед владыкой, вам нужно вымыться, переодеться и причесаться.

Я кивнула, слишком обескураженная происходящим, чтобы выказывать неповиновение. Разложив платье на кровати, девушка скрылась в ванной комнате. Через какое-то время она позвала меня.

От наполненной водой ванны поднимался ароматный пар с запахом трав и цветов.

— Я добавила в воду розовое масло, — пояснила служанка. Увидев, что я не собираюсь при ней раздеваться, добавила: — Снимайте вашу одежду, тэйя.

Я отрицательно помотала головой. Видя, что девушка не собирается уходить, я знаками показала, чтобы она вышла. Та недоверчиво посмотрела на меня, будто сомневаясь, справлюсь ли я с такой сложной задачей как мытье, но все-таки вышла.

Быстро скинув одежду, я залезла в  горячую воду, с блаженством растянувшись в большой ванне. Однако затягивать купание не следовало. Я слышала, как с той стороны двери топчется неугомонная Айза.

Приняв ванну и обмотавшись одним из больших пушистых полотенец, я вернулась в комнату. Айза с платьем на вытянутых руках тут же бросилась ко мне.

— Это всего лишь одно из множества платьев, которые у вас будут. Владыка щедр и заботлив, тэйя, — приговаривала она, ловко завязывая шнуровку. — А теперь садитесь к зеркалу и позвольте мне причесать вас.

Через полчаса из зеркала на меня смотрела незнакомка — светлые волосы, собранные в высокую прическу, соблазнительно открывали беззащитную шею, а лиловое платье подчеркивало цвет глаз.

— И завершающий штрих, тэйя, — с улыбкой произнесла Айза, закрепляя в прическе маленький розовый бутон. — А сейчас пойдемте, я провожу вас до зала приемов.

Я хотела поблагодарить девушку, но голос еще не вернулся. Оставалось лишь беспомощно кивнуть и последовать за ней. Выяснилось, что комната, в которой меня разместили, была одной из восьми, двери которых выходили в уютную общую гостиную.

Спотыкаясь в непривычно длинном платье, я шла следом за служанкой, с трудом сдерживая так и норовившую упасть от удивления челюсть. Это же настоящий средневековый замок! С потрескивающими факелами на стенах, гулкими мраморными ступеньками, просторными галереями, витражными окнами и вышитыми гобеленами на стенах. Такое я видела только в исторической передаче, которую включала фоном, когда по вечерам писала планы уроков. Того и гляди откуда-нибудь выскочит паж или хихикающая фрейлина.

Я вытерла о платье моментально взмокшие ладони. И вот я иду по такому замку, совершенно не представляя, что будет дальше. В какой-то момент я уверилась в том, что мне действительно все снится. Даже стало интересно, какой еще выверт устроит мне моя фантазия.

— Прошу, тэйя. — Служанка внезапно замерла около двойных, слегка приоткрытых дверей. Лакеи распахнули их передо мной, и я со странным замиранием сердца, сглотнув, вошла.

В большом, наполненном светом зале, неподалеку от пустого трона на возвышении уже собрались остальные девушки. Услышав мои шаги, они обернулись и замолчали. Я узнала Элизу и Лилиан.

Под взглядами семи девушек — почему-то оценивающими — я чувствовала себя странно. На них были платья точно такого же кроя, что и мое. Отличался лишь цвет.

Взяв себя в руки, я решительно подошла к стайке девушек.

— А вот и наша чувствительная дева, — ехидно улыбнулась дочь наместника, ощупывая меня взглядом карих глаз. Лишенная возможности говорить, я могла лишь пожать плечами. Однако на девицу это не произвело никакого впечатления. — Что же ты, каждый раз будешь падать при виде владыки? — не унималась она.

— Ты и сама тряслась от страха, Лилиан, — с улыбкой произнесла Элиза, та самая девушка, которая разговаривала со мной в повозке.

— Я? — не очень искренне изумилась Лилиан, возмущенно тряхнув головой. — Какая глупость. Это было от восторга. Мне вовсе ни к чему бояться моего будущего супруга.

— А щипала ты себя тоже от восторга? Я-то думала, чтобы не лишиться чувств, — невозмутимо заметила Элиза.

Лилиан быстрым движением спрятала руки в длинных рукавах платья, а некоторые из девушек захихикали.

— Тебе известно, кто я такая? — прошипела она, прищурившись.

— Здесь ты одна из восьми. Кем ты была за стенами замка, не имеет значения.

— Это мы еще посмотрим, — пообещала Лилиан и демонстративно отвернулась от нас.

— Надо же, какая злюка, — весело заметила Элиза, подмигнув мне. Я была благодарна ей за поддержку и признательно улыбнулась в ответ.

Внезапно слуга, стоявший около трона и не замеченный мною ранее, громко стукнул об пол узорчатой палкой, напоминающей посох Деда Мороза, и громко, на одном дыхании, выпалил:

— Великий завоеватель земель Трэйанорра, повелитель объединенных под его покровительством территорий с севера до юга и с запада до востока, непобедимый, неопалимый и огненноликий владыка Дэйваррион дор Эррадар. — Подумав, слуга добавил: — И милорд Шаддар, советник его величества.

Двери, ведущие в зал, снова отворились, впуская двух мужчин. Первому из них на вид можно было дать лет тридцать. Высокий, статный, широкоплечий, с кофейного цвета густыми волосами, прикрывающими уши. Одетый в старинную одежду, вышитую золотой нитью, он имел вид серьезный и даже грозный.

Но не его одежда и даже не корона с изумрудами — а это вряд ли были стекляшки — привлекла мое внимание. По коже незнакомца изредка пробегали мерцающие волны, отчего становились видны зеленые сверкающие чешуйки. Я даже поморгала, думая, что мне это мерещится, но когда чешуя вновь проступила, я в замешательстве посмотрела на Элизу, призывая ее оценить увиденное, но она склонилась в глубоком реверансе, как и остальные девушки. Видимо, так беззастенчиво пялиться на королевскую особу, как это делала я, не полагалось.

Следом за темноволосым красавцем шел еще один, не менее красивый мужчина. Если владыка был темноволос, то советник, словно в противовес ему, был худощав, имел светлые волосы до плеч и черные глаза, которые он остановил на мне, и не подумавшей склониться в реверансе.

Безукоризненный черный камзол и штаны советника были идеально подогнаны по фигуре. Образ завершала трость с набалдашником в виде раскинувшего крылья дракона с мерцающими глазами-рубинами. Черный плащ на плечах советника почему-то напомнил мне крылья летучей мыши.

Советник встал рядом с устроившимся на троне владыкой, после чего тот заговорил.

— Я рад приветствовать избранных Извечным Пламенем невест в своем родовом замке Грейнрокк. Надеюсь, ваша дорога была легкой. Можете обращаться ко мне владыка Дэйварр.

Девушки склонили головы, я же во все глаза рассматривала владыку, чья кожа то и дело принимала вид драконьей чешуи.

— Вы все знаете, почему оказались здесь. Знаки истинной тэйи появляются лишь у избранных. Но супруга и истинная у владыки Трэйанорра может быть лишь одна. И чтобы выявить ее, я и мой советник Шаддар в соответствии с летописями Трэйанорра отобрали для вас ряд испытаний. Отбор и выявит мою настоящую супругу, которая разделит со мной бремя власти и подарит наследника.

Голова у меня пошла кругом. О чем он? Какая еще тэйя? Что за невесты? Какие испытания? Какой, к чертям, отбор?!

Я попробовала откашляться, но голос все еще не вернулся.

— А сейчас я бы хотел познакомиться с каждой из вас.

Владыка кивнул первой девушке в платье цвета спелого персика. Она медленно подошла ближе к трону.

— Меня зовут Мэйли Льюн, владыка, — прозвучал ее звонкий голос.

— Откуда ты прибыла, Мэйли, и чем занималась раньше?

— Я живу на окраине Серебряного Леса. Я дочь травницы Мариссы.

— Я приветствую тебя, Мэйли Льюн.

— Благодарю, владыка.

Девушка поклонилась и вернулась на свое место.

«В строю», — мысленно хмыкнула я, потому что все происходящее напоминало мне парад, где все движения были точно выверены, и каждый знал отведенное ему место. Кроме меня.

Из чувства противоречия я выше вскинула голову и тут же поймала на себе взгляд черных глаз советника. Он не мигая смотрел на меня, будто удивленный тем, что я не испытываю почтительного страха перед ним и его владыкой. У меня же на все эти переглядывания выработался крепкий иммунитет. Два года работы в школе, да еще с детьми в самом отвратительном переходном возрасте, научили меня делать каменное выражение лица и не пасовать даже перед страшными взглядами начальства. Посмотрела бы я на этого советника на открытом городском уроке!

— Бланш Силлэй, владыка, — в реверансе присела вторая девушка в зеленом платье. — Дочь ювелира из Сапфировой Долины. Мой отец прислал вам дары, которыми славится наш край — чистейшие сапфиры. Он надеется, что вы по достоинству оцените их.

— Я благодарен вашему отцу, тэйя, но не могу принять их. Советник, распорядитесь отослать подарки обратно, — велел Дэйварр. — Отбор должен быть честным.

Советник нехотя отвел от меня взгляд, повернул голову к своему владыке и чуть склонил ее.

— Конечно. Распоряжусь, — голос советника был тихим и вкрадчивым.

— Владыка, ни я, ни мой отец вовсе не хотели обидеть вас, — быстро и испуганно заговорила девушка. — Это всего лишь ни к чему не обязывающий дар.

— Я знаю, тэйя. Но таковы правила.

Расстроенная девушка отошла, ее место заняла следующая.

— Элиза Грейлис, владыка, я дочь аптекаря Альера и прибыла из Зеленых Холмов.

Глаза владыки с удовольствием остановились на девушке. Она  и правда была чудо как хороша в своем платье цвета полночного неба, отчего ее темные волосы казались иссиня-черными.

— Рад приветствовать вас, Элиза, — с улыбкой, озарившей его суровое лицо, сказал Дэйварр. — Надеюсь, ваш путь был легок?

— Вполне, владыка, хотя… — Элиза на миг замолчала, а я подумала, что она брякнет про драконье брюхо, вспомнив, как было душно в повозке.

— Да? — поторопил ее владыка.

— Мы очень надеемся, что испытания начнутся чуть позже, и у нас будет время на отдых, — мягко закончила она.

Я слышала, как возмущенно фыркнула Лилиан. Судя по всему, она-то была готова начать соревнования еще в повозке.

— У вас будет возможность отдохнуть, Элиза, не сомневайтесь, — улыбнулся владыка. — Испытания начнутся лишь завтра.

— Благодарю, владыка. Вы очень любезны.

Дэйварр кивнул, и Элиза отошла, а на ее место заспешила девушка в голубом платье свободного покроя. Из-за этого она казалась чуть полнее остальных девушек. Пшеничного цвета волосы были собраны в толстую длинную косу, змеившуюся по спине.

— Меня зовут Матильда Коррейн, владыка, — прошелестела она. — Я сирота, живу около Сумеречного Тракта. Меня взяла на воспитание трактирщица Мария, с ней я и жила до сих пор.

— Мне очень приятно, Матильда.

Девушка кивнула и, устремив глаза в пол, встала рядом со мной.

— Лилиан Амидас, владыка, — не то сказала, не то выдохнула следующая претендентка. — Дочь наместника Кортейна фон Амидас из Речной Долины. Я счастлива быть здесь. И жду не дождусь начала отбора.

— Очень рад. Как дела у вашего батюшки? — поинтересовался Дэйварр.

— Он здоров, полон сил и надежд, владыка, — недвусмысленно заявила Лилиан.

Владыка кивнул ей, сделав знак следующей девушке. Недовольно поджав губы, Лилиан отошла. Ее место заняла худенькая, будто ивовый прут, девушка.

— Агнес Флэй, дочь торговца тканями из Озерного Края, — выпалила она на одном дыхании, нервно теребя в руках кружевной платочек.

— Не бойтесь, Агнес, я превращаюсь в дракона лишь в редких случаях, — попытался пошутить владыка, но тощие плечи девушки сгорбились еще сильнее.

Дэйварр вздохнул и кивнул девушке, показывая, что она может отойти.

— Грета Даурил, дочь судьи Лирдэя тин Даурил из Приграничных Земель. Папенька шлет вам свой нижайший поклон и просит передать, что ждет вас в гости в любое время дня и ночи. — Поняв, что ее слова прозвучали несколько странно и вряд ли владыка снизойдет до простого судьи, девушка поспешила добавить: — Конечно, если вам захочется.

Советник улыбнулся краешком губ и покачал головой, а владыка приложил ладонь к груди и кивнул Грете.

— Благодарю за приглашение. Если я буду в Приграничных Землях, учту это, тэйя.

— Правда? Папенька будет так рад! Я обязательно напишу ему об этом! — в восторге выпалила Грета, а до меня дошло, что она не самый умный человек на этих землях.

В зале повисла тишина, подсказавшая, что непредставленной осталась только я.

— Драконьи ловчие сообщили, что с одной из претенденток были проблемы, — услышала я вкрадчивый голос советника. — Им пришлось использовать заклятие немоты.

Взгляды владыки и советника остановились на мне.

— Вот как, — задумчиво проговорил Дэйварр, вставая.

Он медленно спустился с возвышения, на котором стоял трон, и подошел ближе. Я с удивлением обнаружила, что глаза у него цветом напоминают весеннюю зелень и имеют вертикальный зрачок. Я не мигая рассматривала мужественное лицо, которое казалось мне печальным, с затаенной грустью, будто Дэйварр что-то искал и никак не мог вспомнить, что именно.

— Тогда с вами мы познакомимся чуть позже, когда способность разговаривать вернется к вам, тэйя, — сказал он наконец. — Мне жаль, что драконьим ловчим пришлось так поступить, хотя уверен, что этому найдется объяснение, — добавил Дэйварр тихо, потом, скользнув взглядом по остальным девушкам, громче продолжил: — Если у вас остались какие-то вопросы, задавайте их сейчас. Первое испытание отбора начнется уже завтра.

— Отбор? Это как в шоу «Холостяк»? Только вместо миллионера победительница получит в мужья огромную ящерицу?

Едва замерло последнее слово, как я поняла две простые истины: во-первых, слова вылетели из моего рта, и я озвучила собственные мысли, а во-вторых, способность говорить вернулась в ну очень неподходящий момент.

Сверкнувшие недовольством глаза владыки подсказали, что мне стоило помолчать еще немного.

— Значит, голос все-таки к вам вернулся, — нахмурившись, заметил Дэйварр.

— Вы мне снитесь? — спросила я, вглядываясь в правильные черты его красивого лица. И тут же сама себе ответила: — Нет, ведь…

«Тот мужчина из моего сна выглядел иначе», — чуть было не добавила я, но вовремя прикусила язык.

— Если вы хотите считать все происходящее сном, дело ваше. Расскажите же мне, откуда вы прибыли и как вас зовут. Судя по всему, вы родом из восьмой провинции Трэйанорра, из Кривого Лога. Я прав?

— Меня зовут Ева, и я оказалась здесь по нелепой ошибке. Я из другого мира, а ваши драконьи гончие, или как их там называют, перепутали меня с другой девицей, которая перед этим передала мне вот эти знаки. Видите?

Я протянула владыке прямо под нос свои ладони с горевшими на них знаками, предлагая полюбоваться на вопиющую несправедливость. Он, однако, не проникся, в светло-зеленых глазах сквозило недоверие.

— Позвольте мне, владыка, — вкрадчивый голос советника обволакивал, будто густой мед. Он подошел ко мне и велел: — Смотрите мне в глаза.

Однако я проигнорировала его приказ, продолжая наседать на владыку и рассказывая свою историю только ему:

— Я возвращалась домой после работы, и тут из стены дома прямо на меня выскочила девушка. Она схватила меня за руки, передала вот эти самые знаки, а потом исчезла в другой стене! Так что я не та, кто вам нужен. Отправьте меня обратно. Или разбудите хотя бы. Этот дурацкий сон уж очень затянулся.

— Ложь, — процедил советник. — Знаки появляются у каждой избранной тэйи. Их невозможно подделать, передать или заставить исчезнуть по своей воле.

— Я не вру! — вспылила я, в бешенстве глядя на советника. Оказалось, что его глаза тоже имеют удлиненный зрачок. — Если знаки оказались у меня, значит, такой способ есть, просто вам он неизвестен.

— Мне известно все, что происходит на землях Трэйанорра, — процедил советник.

Дэйварр задумчиво смотрел на меня, потом неожиданно взял мои запястья, утонувшие в его широких ладонях. Руки владыки оказались приятно теплыми.

— Шаддар, а если девушка права? Вдруг такой способ был найден? Ведь последний отбор устраивался еще при… — Владыка в замешательстве посмотрел на советника. — Кто же был последним, ты помнишь?

— Ваш предок, владыка. Эльсинорранх Третий.

— И как давно это было?

— Достаточно давно, владыка.

— Вот видишь. Вполне возможно, что девушка права. Из-за этого драконьи ловчие наложили на вас заклятие немоты?

Я кивнула.

— Да. Они силой привели меня сюда.

— Есть только один способ проверить, говорит ли девушка правду, — сказал советник, с подозрением глядя на меня. Резким движением он выставил почти что мне под нос свою трость. Я скосила глаза, потому что навершие в виде дракона оказалось прямо перед ними.

— Гипнотизировать будете? — осведомилась язвительно.

— Мы должны понять, говорите ли вы правду или же ваши мотивы несколько иные.

— И какие же у меня могут быть мотивы?

— Дотронься до моего дракона, девушка, — вместо ответа велел советник. — Он скажет правду.

Я посмотрела на владыку, он ободряюще мне кивнул. Пожав плечами, я протянула руку к мерцавшему глазами-рубинами набалдашнику трости. Дракончик оказался ледяным. По моим пальцам пробежал холод, заморозивший, казалось, даже кровь в жилах, потом глаза дракона вспыхнули багровым цветом, и я почувствовала, как по телу проносится огненный вихрь, охватывая каждую клеточку кожи нестерпимым жаром. Я вскрикнула и отдернула руку. Он набалдашника трости советника шел дымок, мерцающие кроваво-красные глаза постепенно затухали, приобретая обычный рубиновый цвет.

— Девушка говорит правду, — нехотя признал советник. — Если бы сказанное ею было ложью, дракон остался бы холодным.

Я в этот момент дула на обожженные пальцы, с неприязнью поглядывая на советника.

— Ну так что, когда вы сможете вернуть меня обратно?

— Но неужели, тэйя, вы не хотите принять участие в отборе? — сменил вдруг тактику советник. Казалось, он что-то обдумывает. Я почти видела, как крутятся в хороводе его мысли.

— Совершенно не хочу. Я хочу вернуться в свой мир. Прямо сейчас. Вы можете меня туда отправить?

— Девушка права, Шаддар, — заговорил Дэйварр. — Ей не место в Трэйанорре. Мы должны исправить это и немедленно. Также распорядись, чтобы за беглянкой послали драконьих ловчих. И узнай, почему они скрыли от нас ее побег.

Советник еще какое-то время скользил по мне своим пронизывающим взглядом, потом кивнул и, казалось, утратив ко мне всякий интерес, повернулся к своему владыке.

— Я немедленно займусь этим, владыка. Что же касается возвращения девушки в ее привычный мир, над этим нужно поразмыслить. Необходимо поискать способ в летописях Трэйанорра. Дайте мне время до рассвета, и я найду решение.

— Хорошо, Шаддар. — Владыка обвел взглядом притихших девушек. — Тэйи, вы можете отдыхать и набираться сил перед первым испытанием. Оно состоится на рассвете.

Девушки снова присели в реверансе, затем цепочкой потянулись из зала. Я замыкала шествие. Едва мы вошли в общую гостиную, любопытство девушек прорвалось в лавину вопросов, которую на меня обрушили.

— А откуда ты? У вас есть драконы?

— Ты из знатной семьи?

— А как выглядела та, сбежавшая?

— Да оставьте вы ее в покое! Накинулись, будто вороны! — шуганула любопытствующих Элиза.

— Ничего страшного, Элиза, — улыбнулась я девушке. — Я понимаю, что для вас все это точно так же необычно, как и для меня. — Я и сама не заметила, как оказалась в кольце окруживших меня девушек. — Драконов в моем мире нет, магии тоже. И даже королей осталось маловато.

— Теперь понятно, почему ты грохнулась в обморок, будто куль с мукой, — съехидничала Лилиан.

— Но отборы-то хоть у вас устраивают? — разочарованно спросила рыжеволосая Грета.

— Нет, — ответила я, подумав, что телевизионное шоу вряд ли можно сравнить с тем, что происходит здесь.

— Как же тогда тэйи находят себе супруга? — захлопала ресницами Грета.

— Ты что, не слышала? Там, откуда прибыла Ева, нет магии, — мягко заметила Бланш, дочь ювелира.

— Совсем? — снова удивилась Грета.

— Зато твой папенька несомненно думал, что сапфиры магическим образом принесут тебе победу, — едко заметила Лилиан, обращаясь к Бланш.

— Ничего подобного! — возмутилась дочь ювелира, при этом покраснев от возмущения так сильно, что ее белоснежная кожа пошла пятнами. — Немедленно возьми свои слова обратно!

— Почему это я должна их забирать, если это правда? Мой папенька ничего такого не делал.

Лилиан и Бланш сверлили друг друга взглядами, а мне показалось, что даже в гостиной стало жарче.

— Девушки, а как вам владыка? Правда, он очень красив? — с милой улыбкой спросила Элиза, стараясь задавить в зародыше назревающий скандал.

— Очень привлекательный, — подхватила я, потом обратилась к Матильде, что стояла, скромно опустив глаза в пол: — А тебе так не кажется?

Девушка встрепенулась, будто ее вырвали из каких-то своих мыслей.

— Да… наверное… не знаю…

— Конечно, не знаешь, ты же все время стояла, опустив глаза в пол. Он тебе понравился больше владыки? — беззлобно захихикала Мэйли. Ее смех несколько разрядил напряженную атмосферу. Матильда вдруг засмеялась глубоким грудным голосом. И это было так заразительно, что вскоре улыбались почти все.

— Любуйтесь владыкой Дэйварром, пока можете, — милостиво разрешила Лилиан. Она единственная стояла с пренебрежительной усмешкой на полных губах. — Или попытайтесь очаровать советника. Насколько я знаю, он холост. Но владыка Дэйварр — мой.

— Сначала выиграй отбор, потом хвались, — наставительно заметила Бланш.

— Выиграю, не сомневайся. И первым же приказом велю проверить гильдию ювелиров в Сапфировой Долине.

— Как бы не пришлось менять наместника в Речной Долине, — в тон ей ответила Бланш, снова начиная закипать.

— Тэйи! — раздался возмущенный голос. В дверях гостиной стояла госпожа Рут собственной гневной персоной. Мы притихли, будто застуканные директором за чем-то неприличным школьники. — Да как вам не стыдно! Вам выпала такая честь, а вы ведете себя столь неподобающе! Запомните, одна из вас станет супругой владыки. Так будьте достойны этого звания! — Госпожа Рут еще какое-то время сверлила нас взглядами, потом велела: — В столовой для вас накрыт обед, следуйте за мной.

— Мы увидим сегодня владыку? — спросила Лилиан, на которую тирада экономки не произвела, казалось, никакого впечатления.

Мы гуськом шли за экономкой по замковым коридорам.

— Вы увидите его, когда он сочтет это необходимым, — отрезала госпожа Рут.

Лилиан фыркнула, но больше ничего не спрашивала. Я шла рядом с Элизой.

— Спасибо, что заступилась за меня, — поблагодарила я девушку.

— Пустяки, — отмахнулась она, не сводя глаз с шагавшей впереди дочери наместника. — Чует мое сердце, что Лилиан еще добавит нам хлопот.

— В этом я даже не сомневаюсь, — кивнула я, а потом поймала себя на мысли, что сказала это так, будто собираюсь участвовать в этом отборе! Но ведь это не так! Советник найдет способ, и уже сегодня ночью, а самое позднее завтра с утра, я вернусь к себе домой. Успокоив себя таким образом, я что-то отвечала на болтовню Элизы, но в сердце закралось нехорошее предчувствие, которое я никак не могла побороть. Именно из-за этого предчувствия я почти не почувствовала вкуса пищи.

После обеда мы вернулись в гостиную. Часть девушек разбрелась по разным углам, занявшись принесенным им рукоделием или чтением, часть ушла в свои комнаты.

Я же с Элизой вышла в дворцовый сад, чтобы успеть поднабраться впечатлений до своего отбытия. Мы бродили по утоптанным дорожкам, любуясь диковинными цветами всех существующих оттенков, и весело болтали.

Мне казалось, что я знаю Элизу сто лет. У меня никогда не было близкой подруги, с которой можно было бы чем-то поделиться.

Оказалось, что ее мать умерла при родах, как и моя. Вот только отец Элизы после смерти супруги не раскис, а занялся воспитанием дочери, дав ей все необходимые знания, чтобы она смогла продолжить его дело.

Мой же отец после смерти мамы начал пить, переложив мое воспитание на плечи бабушки. Только благодаря ей я выучилась и смогла найти работу.

Моих близких не стало два года назад, они погибли в пожаре, который начался из-за неосторожности напившегося отца. Я в это время была на даче, откуда бабуля попросила привезти рассаду.

Все это я рассказала внимательно слушавшей Элизе. Мы сидели в беседке в саду. Вечер был приятным и тихим, а пение птиц навевало легкую грусть.

— Ты не должна винить себя за случившееся, — тихо сказала Элиза, легко пожимая мою руку в качестве поддержки. — От грусти мало проку. Нужно жить дальше, радоваться мелочам, встречать каждый новый рассвет с улыбкой. Я знаю, что это звучит не очень утешительно, но мы должны словно бы проживать две жизни: за себя и за тех, кто пожертвовал ради нас своей.

— Да, наверное, ты права, — так же тихо ответила я. От слов Элизы мне и правда стало немного легче.

— От моей мамы мне осталась вот эта вещица, — Элиза вытянула из лифа платья цепочку, на которой висел золотой медальон с цветочным узором. — Когда мне грустно, я сжимаю его в руке, зная, что и мама когда-то прикасалась к нему. Так мне кажется, что я становлюсь к ней чуточку ближе, ведь однажды где-то там, за гранью мира, мы все равно встретимся с теми, кого потеряли. Я представляю, как скажу своей маме: «Ты знаешь, что со мной приключилось?», а она ответит, что знает, потому что всегда была рядом.

— Спасибо, — ответила я, украдкой смахивая слезу. — Ты первая, с кем я вообще говорю об этом.

Элиза снова сжала мою руку, и дальше мы болтали о разной чепухе. В какой-то момент меня охватила легкая грусть оттого, что, покинув это место, я лишусь такой подруги как Элиза. А я действительно уже считала ее подругой.

Вернувшись в замок, мы поужинали, а остаток дня прошел за рассказами девушек о своей жизни до того, как за ними пришли драконьи ловчие. Выяснилось, что при появлении метки тэйи обладающие особым «нюхом» на магию ловчие выискивали девушек в каждой из частей Трэйанорра. А старшим ловчим потом оставалось лишь забрать претенденток отбора.

Вскоре пришли швеи с отрезами ярких тканей и принялись снимать со всех девушек мерки. По традиции владыка предоставлял все необходимое своим тэйям.

Я попыталась отказаться, когда ко мне подошла одна из швей. В руках она держала узкие полоски кожи, которыми и делала замеры.

— Завтра меня уже здесь не будет, так что не нужно, — отказалась я, делая шаг назад.

— У меня приказ владыки, тэйя. Если я не выполню его, меня накажут.

Становиться причиной наказания кого бы то ни было, я не планировала, поэтому позволила швее быстро произвести необходимые замеры.

Когда за окном стемнело, а небо украсили первые звезды, все разошлись по своим спальням. Я же, сделав вид, что собираюсь дождаться решения советника относительно своей персоны, осталась в гостиной. Однако когда все ушли в комнаты, я вышла и решила немного побродить по замку. Вряд ли у меня еще когда-нибудь в жизни будет такая возможность.

Наугад выбрав направление, я  брела и брела вперед, углубляясь в недра замка. Неожиданно впереди я увидела хрупкую фигуру девушки. Как же ее зовут, эту тихую, застенчивую мышку? На обеде и ужине она не проронила ни слова. Последний раз я слышала ее голос, когда она представлялась владыке Дэйварру.

— Агнес! — вспомнив, выпалила я. Эхо пошло гулять по коридору, отскакивая от толстой каменной кладки стен.

Девушка услышала, обернулась, но, увидев меня, подхватила юбки и стремительно юркнула куда-то влево. Я пожала плечами и побрела дальше. Что ж, ей, видимо, тоже не спалось, и она решила побродить по замку в одиночестве. А я ведь вовсе не хотела ее пугать.

Я шла и шла, рассматривая в неверном свете факелов старинный замок, пока не оказалась в широком, едва освещенном коридоре, в котором с двух сторон стояли покрытые пылью рыцарские доспехи. Вынув из крепления в стене один из потрескивающих факелов, я подошла к доспехам и из любопытства потерла нагрудник пальцем. Когда поверхность очистилась, увидела в отражении собственное лицо.

Подняв факел над головой, чтобы осветить пространство вокруг, я увидела в дальнем конце коридора двойные двери и поспешила туда. Двери со скрипом, но подались под моим напором.

Я вошла в темное помещение и поняла, что оказалась в большом, покрытом паутиной зале, стены которого украшали портреты. Рассматривая аристократичные лица драконов, — а на портретах были изображены исключительно драконы, о чем свидетельствовали вертикальные зрачки, — я медленно переходила от одного портрета к другому, завороженная их неземной красотой.

Остановившись перед огромным, в полный рост портретом, изображавшим мужчину и женщину в богатых одеждах, я залюбовалась мастерством художника. Казалось, что пара вот-вот шагнет с портрета.

Подняв факел повыше, я обнаружила несомненное сходство между этой парой и владыкой Дэйварром. Те же кофейные волосы и наклон головы у мужчины, тот же разлет бровей и форма губ у женщины. Но если это его родители, то почему их портрет висит здесь, в пыли и безвестности? Но еще одна мысль не давала мне покоя: если советник сказал, что посредством отбора драконы Трэйанорра уже много столетий выбирают себе супругу из обычных женщин, то почему на картинах изображены сплошь женщины с вертикальными зрачками? 

Задумавшись, я вздрогнула от неожиданности, когда позади меня раздался недовольный голос:

— Что вы здесь делаете?

Резко обернувшись, я встретилась взглядом с советником, чья хмурая физиономия не обещала ничего хорошего.

— Прощаюсь с замком, только и всего, ведь в моем мире таких нет, — быстро проговорила я, пожав плечами.

— А где вы взяли ключ? — Советник посмотрел на мои руки, видимо, надеясь обнаружить заветный ключ в них.

— Здесь было открыто. — Увидев, что советник делает едва уловимое движение своей тростью в мою сторону, я ехидно поинтересовалась: — Что, снова попросите подержаться за вашу волшебную палку?

Советник поморщился и отвел руку.

— Конечно же нет, тэйя. Я применяю свою трость в исключительных случаях.

— Кстати, а вы что здесь делаете? — спросила я, решив перейти в наступление.

Советник пристально всматривался в меня своими непроницаемыми и черными, словно сама пустота, глазами. Он будто размышлял, стоит ли вообще объяснять мне что-либо.

— Я послал за вами слугу, но он сообщил, что вас не оказалось на месте, — наконец ответил он. — Тогда я решил заняться поисками лично.

— Вы нашли способ вернуть меня обратно? — спросила я радостно.

— Составьте мне компанию, тэйя, — вместо ответа сказал советник. — Если уж вы так любите бродить по ночам в незнакомых замках, выберем для этого более подходящие места.

— Конечно. — Я растянула одеревеневшие губы в улыбке, надеясь, что советник не заведет меня в какой-нибудь темный уголок, чтобы придушить. А что? Нет тэйи — нет проблемы, ничего такой план.

Мы вышли из зала, прошли по коридору с доспехами и, пару раз свернув направо, оказались на просторном балконе-террасе. Отсюда открывался вид на горы и черневший внизу лес, залитый лунным светом.

— Здесь гораздо легче дышится, не находите? — наконец заговорил советник.

— Нахожу. Может быть, перейдем к сути дела? — спросила я, подозрительно осматриваясь. На балконе вроде бы никто не прятался, и я успокоилась.

— Обязательно перейдем, — кивнул советник, вставая напротив меня. Его светлые волосы в лунном свете казались белоснежными. — Откуда вы прибыли, тэйя? — спросил он вдруг.

— Планета Земля. Это вам о чем-то говорит? — вскинула я брови, глядя в черные глаза советника.

— Нет, — подумав, ответил он. — Все это довольно странно.

— Вы не верите мне, — поняла я наконец. — Но почему? Ведь ваш дракон, — я кивнула на трость, — показал, что я говорю правду.

— Если настоящей тэйе удалось передать вам свои знаки, то возможно все. К тому же в Трэйанорре есть недовольные властью владыки, принадлежащего к роду драконов.

— И вы подозреваете, что кто-то подослал меня? Это же глупость! — возмутилась я.

— Вы знаете что-нибудь об истории Трэйанорра? — вместо ответа спросил вдруг советник.

— Да откуда я могу знать хоть что-то? Я же появилась здесь несколько часов назад! — поморщилась я.

Советник покивал, соглашаясь.

— Конечно-конечно. Что ж, я расскажу вам. В незапамятные времена, как говорят летописи, миром Трэйанорра правили сильные и мудрые люди. Но они хотели получить еще больше могущества и стали пробовать свои силы в магии. Оказалось, что Трэйанорр пронизан скрытыми природными силами, и именно эти силы пробудили первых драконов. Никто не помнит, откуда они взялись. Кто-то говорит, что они и есть порождения магии, кто-то утверждает, что они всегда были на этих землях, а древние чары лишь пробудили их ото сна. Так или иначе, первые пробудившиеся драконы оказались сильнее смертных королей. Они забрали власть в Трэйанорре себе, объединив под своим началом разрозненные дотоле восемь территорий.

— Все это очень интересно, но...

— Но когда власть оказалась в руках драконов, перед ними встал другой вопрос, — повысил голос советник. — Догадываетесь, какой именно?

— Размножение, — буркнула я, надеясь, что этот наглый тип все-таки перейдет к моей проблеме.

— Именно, — улыбнулся советник краешком губ. — На землях Трэйанорра оказалось несколько десятков драконов и ни одной драконицы.

— И тогда придумали эти ваши отборы, — скучающим тоном проговорила я.

— Верно. Предок нашего владыки изобрел одно заклинание, благодаря которому огненные метки тэйи — избранной невесты владыки — появлялись на самых сильных и перспективных юных девушках Трэйанорра. Их всегда было восемь, по числу объединенных земель.

— Разве недостаточно было бы одной девушки? — спросила я, самой себе боясь признаться, что разговор увлекает меня все больше и больше.

— Но ведь там, где одна сильна, другая может оказаться слабой. Отбор же нужен для того, чтобы выбрать самую сильную и достойную претендентку для владыки. Ту, что сможет подарить наследника. Понимаете?

— Не понимаю только одного — вы сможете вернуть меня обратно? Мне через неделю открытый урок давать, а это не шутки.

— Я пересмотрел много старых книг и летописей. Выход есть, — кивнул наконец советник, а мое сердце радостно забилось.

— И какой же?

— Вы примете участие в отборе.

Надежда разлетелась на мелкие осколки, больно резанувшие сердце.

— Что? Но зачем? Почему вы просто не можете отправить меня домой? Насколько я помню, сбежавшая девушка довольно лихо смогла открыть портал, как и драконьи ловчие.

Советник кивнул и поудобнее перехватил трость.

— Портал можно открыть, но мы, как создания мира, пронизанного магией, не сможем долго находиться вне Трэйанорра.

Я припомнила, как быстро скрутили меня по рукам и ногам драконьи ловчие и потащили в портал.

— Кстати, а сбежавшую девушку удалось найти?

Советник какое-то время молчал, видимо, раздумывая, стоит ли рассказывать мне все.

— Она наверняка уже вернулась в Трэйаннор. Драконьи ловчие найдут ее, не сомневайтесь. И тогда она ответит за то, что совершила.

— С этим ясно, но я все равно не понимаю… Ведь я не создание вашего мира, в чем же состоит трудность?

— Вот именно, тэйя. Вы не понимаете, — веско сказал Шаддар, сверкнув глазами. — Знаки не пропадут от одного вашего желания, а с ними вы не можете вернуться домой. Они будут причинять вам мучительную боль, пока не выжгут саму душу. — Мурашки побежали у меня по рукам, а советник, увидев мое вытянутое от удивления лицо, уже мягче продолжил: — Не пугайтесь. Знаки можно обмануть, но лишь честным способом.

— Честный обман? Это оксюморон, знаете ли.

Шаддар нахмурился, сведя брови.

— Вы примете участие в отборе, но проиграете. Участвуйте, но вполовину силы. Понимаете меня?

— То есть мне нужно всего-навсего вылететь с отбора? — деловито поинтересовалась я. — И тогда я смогу вернуться домой?

— Надеюсь, что да. Раз, как вы говорите, настоящая тэйя смогла передать свои метки вам, они погаснут, как только выполнят отведенную им роль. А после я смогу открыть портал между мирами и уже без малейших препятствий вернуть вас обратно.

— Как долго продлится отбор?

Советник развел руками. Рубиновые глаза дракона в его трости сверкнули опасным светом.

— Не могу сказать. Это будет зависеть от того, как пойдет отбор, ведь всегда может произойти что-то непредвиденное, — сказал он, изучающе глядя на меня. — Да и вам ни к чему это знать, тэйя, ведь ваше присутствие будет недолгим.

Я криво улыбнулась, понимая, что делать нечего, и мне действительно придется здесь остаться на какое-то время.

— Хорошо. Я постараюсь как можно скорее избавиться от своих знаков.

— Вот и прекрасно, — резюмировал советник. — Но ведите себя осмотрительно, тэйя. Я глаз с вас не спущу. — Советник кивнул и тут же передо мной материализовался слуга, стоявший в коридоре в тени и, судя по всему, ожидавший знака. — Проводи тэйю до ее покоев. Доброй ночи, тэйя Ева, — чуть склонил советник голову.

— И вам, советник Шаддар, — в тон ему ответила я.

Исполнительный слуга довел меня до самой комнаты. Войдя внутрь, я прислонилась спиной к двери и еще долго стояла, стараясь справиться с подкатывающей паникой. Выбора нет, мне действительно придется остаться здесь и принять участие в этом нелепом соревновании. Нужно приложить все силы, чтобы проиграть уже завтра.

С трудом справившись со шнуровкой платья, я надела приготовленную для меня длинную ночную сорочку, с легкой грустью вспомнив свою любимую, удобную фланелевую пижаму с единорогами.

Скользнув под одеяло на оказавшуюся неожиданно мягкой кровать, я закрыла глаза, призывая сон, но до самого утра проворочалась в постели на грани сна и яви. Стоило мне сомкнуть веки, как я видела зеленоглазого черноволосого красавца, который обходил меня по кругу, раздувая ноздри аристократического носа и сверкая зелеными, будто мох в лесу, глазами.

Когда на рассвете в комнату тихо вошла Айза, я стояла у окна и смотрела, как первые лучи восходящего солнца подсвечивают верхушки деревьев.

— Тэйя! — подпрыгнула девушка от неожиданности, увидев меня. — Я думала, вы еще спите.

— Плохо спалось.

— Советник сказал, что вы остаетесь. Я принесла платье. — Я только сейчас заметила в руках служанки новенькое платье золотистого цвета. — Часть вашей одежды будет готова уже сегодня, швеи всю ночь трудились.

— Надолго я здесь не задержусь, так что пусть не торопятся, — ответила я с улыбкой.

Айза разожгла в камине огонь, потом помогла мне одеться — платье село как влитое — и закрепила волосы в высокую прическу, в которую снова вплела розовые бутоны.

— Они так идут к вашим светлым волосам, — сказала она с легкой завистью. — Госпожа Рут сказала, чтобы все тэйи собрались в общей гостиной.

Поблагодарив девушку, я прошла в гостиную. И сделала это очень вовремя, потому что оказалась последней. Все претендентки уже собрались там, госпожа Рут стояла с привычным недовольным выражением на худощавом лице.

— Ты еще здесь? — удивленно вскинула темные брови Лилиан, увидев меня.

— Тэйя Ева останется и примет участие в отборе, — пояснила смотрительница. — Так решил владыка. И не советую оспаривать его решение.

— А никто и не собирался, — пошла на попятный Лилиан, невинно захлопав ресницами. — Слово владыки — закон.

При этом она одарила меня таким взглядом, что я удивилась, как это у меня не задымились волосы.

— Раз все готовы, пойдемте. Магистр Флавир уже ждет.

— Значит, ты остаешься, — радостно прошептала подошедшая ко мне Элиза.

— Да, но ненадолго. Так решил советник.

Я быстро пересказала Элизе подробности нашей встречи с Шаддаром, упустив момент про таинственную портретную галерею и встреченную Агнес. Элиза задумчиво кивнула, но не успела ничего ответить, потому что мы уже вошли в просторную комнату, напомнившую мне аудиторию в университете.

У дальней стены громоздились высокие шкафы. Восемь столов были расставлены полукругом, а вместо учебников на них лежали пучки трав, засушенные цветы и разноцветные камни. Завершали это безумие восемь котлов одинакового размера.

В комнате уже сидел владыка Дэйварр собственной царственной персоной, советник и еще один невысокого роста мужчина с копной кудрявых темных волос.

— Будто на открытом уроке, — пробормотала я, приседая в реверансе вместе с остальными девушками.

Владыка склонил голову в ответ и, указав рукой на незнакомого мужчину, сказал:

— Это магистр Флавир. Он знаток фамильяров и поможет вам обрести своего духа-хранителя, который будет помогать вам во время следующих испытаний.

— Тэйи, для меня большая честь быть здесь, — магистр отвесил нам изящный поклон. — Первое испытание самое важное, поэтому необходимо все сделать правильно. Та тэйя, на чей призыв не откликнется ни один из духов, потеряет свои знаки и возможность обрести крылья и драконью сущность. А сейчас…

— Что-что, простите? — перебила я магистра. Мне показалось, что я ослышалась. — Какую еще драконью сущность?

Магистр растерянно оглянулся на владыку и советника, словно прося у них помощи.

— Победительница отбора станет не только моей супругой, тэйя, — пояснил Дэйварр, постукивая изящными пальцами по подлокотнику богатого кресла. — Каждое испытание — это ступень, которая приведет победительницу к главному — возможности получить драконью сущность.

— Победительница станет драконихой? В смысле, драконицей? — пораженно проговорила я, посмотрев на остальных девушек. Они, видимо, были в курсе, потому что смотрели на меня чуть насмешливо. И только в глазах Элизы читалось сочувствие. Тотчас я вспомнила портреты, увиденные вчера. Так вот что показалось мне странным, вот почему изображенные на них женщины были драконицами! А советник хорош, даже не удосужился мне все толком рассказать! С другой стороны, это мало бы что изменило. Участвовать-то все равно придется.

— Итак, начнем! — хлопнул в ладоши магистр, прерывая молчание. — Подходите же к столам, тэйи, выбирайте любой котел и начнем творить волшебство!

Мы с Элизой заняли места рядом.

— Я думала, ты знаешь, — шепнула она.

— Это уже неважно, — отмахнулась я, посмотрев в свой котел. Оказалось, что он наполнен водой.

— Мы будем варить суп? — обрадовалась Грета. — Мой папенька говорил, что у меня лучше всего получается гороховый суп. Владыка, обещаю, вы пальчики оближете!

— Нет-нет, тэйя, — поспешил успокоить восторги Греты магистр, — мы призовем вам духа-помощника.

— Дух живет там внутри? — спросила Матильда, заглядывая в котел. На ней единственной снова было платье свободного покроя.

— Нет, тэйя. Фамильяр лишь использует котел и его содержимое в качестве проводника между мирами. Призовете дух вы и только вы! — Магистр упоенно взмахивал руками, будто дирижировал невидимым оркестром. Кружевные манжеты его старинной сорочки картинно взлетали и опадали. — На столе вы видите ингредиенты, которые необходимо добавить в котел в определенной последовательности, чтобы призванный вами дух откликнулся и обладал всеми необходимыми качествами. Итак, приступим! Возьмите и добавьте в котел цветок жасмина, это придаст вашему фамильяру смелость.

Я осторожно подцепила белый цветок и опустила его в котел.

— И где дух? — спросила Бланш, наклоняясь над котлом так низко, словно дух был микроскопической песчинкой.

— Осторожно, тэйя! — вскрикнул Флавир. — Нельзя, чтобы и волосок с вашей головы попал в котел! Тогда за последствия нельзя будет ручаться!

Бланш резко отпрянула от котла, а я только теперь поняла, почему платья у всех в этот раз с узкими рукавами, а волосы собраны в пучки.

— А этот дух не опасен? — подозрительно спросила Лилиан, отходя от своего котла на шаг.

— Нет, тэйя, это добрый дух-помощник, — пояснил магистр Флавир. — А сейчас возьмите четыре лепестка маргаритки и добавьте в воду. Это нужно, чтобы фамильяр был предан и верен только вам.

Я отсчитала четыре лепестка и бросила воду.

— Ай! — взвизгнула Агнес. Когда все обернулись к ней, девушка сильно покраснела и опустила глаза. — Мне просто показалось, что я что-то увидела… в воде…

— Ей показалось, — фыркнула Лилиан, — подумать только!

— Мы только начали, тэйи, — снисходительно улыбнулся магистр. — А еще нужно будет произнести специальные слова, так что не торопитесь. Пока они не произнесены, ничего не получится.

— Что за слова? — заинтересовалась дочь травницы, вертя в пальцах облысевшую с одного бока маргаритку.

— Всему свое время, тэйя, всему свое время, — загадочно ответил магистр. — А сейчас добавьте пять гвоздик, чтобы ваш дух был нацелен на победу, два желудя, чтобы придать ему смелость, десяток плодов чертополоха, чтобы вашим духом владели лишь чистые помыслы, и один четырехлистный клевер, чтобы приманить удачу, затем перемешайте полученную смесь три раза по часовой стрелке. Рядом с котлом вы видите камни: сапфир для мудрости, агат для сострадания и янтарь для жизненных сил. Возьмите по одному камню и осторожно добавьте в котел.

Магистр выкрикивал последовательность добавляемых цветов, трав и камней, бегая от котла к котлу и наблюдая за правильностью приготовления этого поистине ведьминского зелья. Я посмотрела на остальных девушек.

Мэйли, дочь травницы, чувствовала себя в своей стихии, со знанием дела добавляя травы в котел. Лилиан все делала с презрительной миной, и только когда взгляд владыки Дэйварра останавливался на ней, начинала широко улыбаться. Элиза тихонько бормотала себе под нос, отсчитывая нужное количество чертополоха, а Бланш помешивала содержимое на расстоянии вытянутой руки. Видимо, слова магистра изрядно ее напугали.

— И последнее, — продолжал магистр, снова взмахивая руками, будто курица крыльями, — добавьте пучок травы зверобоя, чтобы оградить вашего фамильяра от злых чар!

Едва пучок травы коснулся воды, раздался хлопок, и над всеми котлами взвился яркий малиновый туман с запахом трав и цветов. Элиза от удивления вскрикнула, а магистр Флавир хлопнул в ладоши, довольный произведенным эффектом.

Я же поймала на себе пристальный, немигающий взгляд советника и вспомнила, что вообще-то должна проиграть. И что делать? Я ведь старательно отсчитала все компоненты зелья, совершенно позабыв, что обязана вылететь с отбора! А все этот магистр, будь он неладен! Сумел заинтересовать настолько, что я и думать позабыла обо всем! Правду говорят, что у любящих свой предмет учителей двоечников не бывает.

— Итак, тэйи, первую часть испытания вы все прошли успешно. А сейчас осталась вторая и самая важная. Каждая из вас по очереди произнесет слова призыва фамильяра, и мы увидим, какой дух-помощник вам достанется. — Магистр подошел к Лилиан и велел: — Повторяйте за мной, глядя при этом в котел: «Дух-помощник, именем Великого Пламени, заклинаю тебя, явись!»

Лилиан ангельским голосом повторила слова вызова духа, — она знала, что все взгляды прикованы к ней, — и лишь последнее слово замерло в воздухе, котел исчез с негромким хлопком, оставив после себя болотного цвета туман. Когда он рассеялся, все увидели, что на столе с меланхоличным видом, вытаращив круглые глаза, сидит обычная пупырчатая жаба.

— Ква!

— Фу! — скривилась Лилиан.

— Поздравляю, тэйя! Жаба теперь ваш дух-хранитель! Надеюсь, она поможет вам победить! — в восторге выпалил магистр и перешел к Грете.

Когда она опасливо повторила слова призыва, и заклубившийся черный туман растаял, выяснилось, что ее дух-хранитель — хорек. После этого Мэйли в помощники досталась кошка, Бланш — белка, Агнес — сорока, Элизе — кролик, а Матильде — морская свинка. Последняя вызвала дружный смех, потому что испугалась громких звуков и рванула со стола прямо к владыке и советнику, спрятавшись под полами его плаща. Пришлось в срочном порядке  ее отлавливать и возвращать громко хохотавшей Матильде.

Пока все увлеченно искали грызуна, я наклонилась над своим котлом, размышляя, какой фамильяр достанется мне и достанется ли вообще. В задумчивости почесав голову, я увидела, как из моей прически выскочил розовый бутон и, булькнув, исчез на дне котла. Я хотела выловить его и уже схватилась за ложку, но тут магистр подошел ко мне.

— Говорите, тэйя, — велел он.

— Хм-м, дух-помощник, именем Великого Пламени, заклинаю тебя, явись! — равнодушным голосом произнесла я, глядя в темную жижу.

Содержимое котла осталось таким же меланхоличным, и я уже обрадовалась, что ничего не произойдет. Скорее всего, упавший бутон нарушил тонкую магию. Я даже с надеждой посмотрела на свои знаки на ладонях, думая, что они уже погасли. Но метки тэйи горели по-прежнему ярко.

Я снова взглянула на котел, внутри которого вдруг заклубился ядовито-зеленый туман. Его прошивали яркие искры и маленькие молнии. Когда раздался оглушительно громкий хлопок, я подпрыгнула от неожиданности, а дым повалил еще сильнее, заполняя всю комнату. Я закашлялась, остальные тэйи тоже.

— Окно! Откройте же окно! — крикнул магистр. Раздался скрип открываемого окна, сквозняк вытянул часть дыма, и я наклонилась поближе, чтобы рассмотреть, что за дух мне достался.

Вместо котла, сонно моргая изумрудными глазами, на меня смотрел...