Открой мою тайну. В стане врага

— С чего ты решил, что мы не в ВМА? — вопросили сразу несколько голосов.

— Диверсия явно не была спонтанной – к ней долго готовились, — начал приводить аргументы Эйвор. — А значит, и пораскинуть мозгами у них было время. Но в академии нас станут искать в первую очередь. И, поверьте, уже нашли бы и освободили. Соответственно, если серое вещество у них хоть как-то работает, из ВМА нас должны были куда-то срочно переправить.

— Но зачем мы им? — в растерянности спросила Марииль.

— Лично мне на ум приходит лишь один вариант – шантаж. Потому как никакой ценности сами по себе мы не представляем.

— Хочешь сказать, нас захватили в качестве заложников? — уточнил Райсон.

— Вероятно.

— А что с другими командами и нашими магистрами? — озвучил Йорт вопрос, вертевшийся у всех на языке.

— Вот судьба магистров, да и запасных тоже беспокоит меня больше всего. Что же касается ещё двух блонвурских команд – подозреваю, что они где-то по соседству.

— В смысле, тоже попали в западню в одной из комнат и теперь находятся в плену, как и мы? — перефразировала Марииль.

— Да. Просто уверен, комнат-ловушек было три. Как минимум.

— Кошмар какой-то!.. — простонала эльфийка.

— Мари, держись, — шепнул ей Гилворд. — Мы обязательно выберемся.

— Как?! — взвыла она. — Мы прикованы, не в состоянии смагичить даже дохлый светляк!

Да уж, если мы ещё и находимся неизвестно где, наше положение действительно хуже некуда. На помощь никто не придёт. И что же, сидеть и надеяться, что шантажисты сами нас освободят, когда выполнят их требования?! От такой перспективы, признаться, и мне хотелось завыть.

— От отсутствия освещения ещё никто не умирал, — решил подбодрить подругу Райсон.

Друзья честно старались держаться и остальным не давать падать духом.

— А утром и что-то видеть сможешь, — добавил Эйв. — Оконце, конечно, небольшое, но какой-то свет от него будет. А сейчас предлагаю поспать. Нам нужно набираться сил. Магией нас приложили очень здорово!

— Как думаешь, что это было? — поинтересовался Мэрлин.

— Полагаю, какой-то убойный артефакт, заложенный в ловушку. И сработал он фактически одновременно с проваливанием пола. Ребят, я серьёзно – нужно поспать. Думать будем утром. То, что мы тут несколько часов без сознания валялись, за отдых никак не считается. Шандарахнуло нас так, что, спасибо, вообще не сдохли.

— Если бы ты не сказал поднять защиты – наверное, и сдохли бы, — пробурчал блондин.

— Вот это, кстати, странно, — заговорил Йорт. — Если мы нужны им в качестве заложников, то зачем же нас убивать? А если не нужны, то почему не убили? Чего ради перетащили в какое-то другое место?

— Ну, возможно, убить нас артефакт всё-таки не должен был, — предположил Эйвор. — Однако без защит, боюсь, чувствовали бы мы себя ещё хуже.

— Да куда уж хуже-то! — рыкнул Мэр. — Башка и так чуть не трескается!

— Ну, например, ты бы ещё пару суток лежал тут пластом, — предложил мой возлюбленный более пессимистичный вариант положение вещей, чем в данный момент.

— Я и сейчас с трудом сижу, — признался Блист.

— Так нечего сидеть – ложись, — велел ему капитан. — Всё, спим!

Он улёгся на сеннике, притянул меня в объятия и устроил мою голову у себя на плече.

Остальные тоже завозились, укладываясь.

Как ни странно, несмотря на наше ужасающее положение, спустя какое-то время я всё-таки погрузилась в сон.

***

Проснулась я от каких-то металлических звуков.

— Эй, забирайте жратву! — прикрикнул грубый голос.

Нас собираются хотя бы кормить? Уже неплохо.

Подняв голову, увидела, что в двери распахнуто маленькое окошечко. С той стороны в нём виднелась кастрюля.

Прикованные ближними к входу Вилемир и Йорт поднялись на ноги и подошли к двери. Орк забрал кастрюлю, с трудом протиснув её через окошко.

Тем временем на полку за ним выставили стопку металлических мисок и кружки с ложками. Ещё половник. Последним появился чайник.

— Это вам на весь день — предупредил тюремщик и захлопнул окошко.

Вот эта жалкая кастрюлька неизвестно с чем на десятерых на целый день? Как щедро с их стороны!

Йорт принялся раскладывать половником по мискам совершенно неаппетитного вида кашу.

А я пока оглядела камеру. Она была небольшой – сенники для десяти узников занимали почти всю площадь пола – и, откровенно говоря, сразу вызвала у меня ассоциации с колодцем. Потому что потолок находился как раз неоправданно высоко. А под ним действительно располагалось небольшое окошко, свет от которого и позволял худо-бедно видеть всё вокруг.

Небольшой закуток в правом углу камеры зачем-то был отгорожен кирпичной кладкой – не до потолка, лишь где-то в рост человека. А у са́мой стены имелся узкий проход в этот закуток.

— Очевидно, там нужник, — пояснил Эйвор, проследив за моим озадаченным взглядом.

Ну спасибо, что хоть ходить под себя нам не предлагали! Длины цепей должно хватать, чтобы мы могли его посещать.

Порадовавшись данному обстоятельству, я приступила к трапезе. На вкус каша оказалась не лучше, чем с виду, – сваренная, естественно, на воде без капли сахара и даже соли.

А в чайнике и вовсе обнаружился пустой кипяток. Причём его с трудом хватило на десять кружек. Просто супер! Кашу-то мы на день ещё как-то растянем. А запивать эту гадость чем? По паре глотков в каждую трапезу?!

Но тут Вилемир, поднявшись с сенника, подошёл к раковине у двери, повернул кран, и из него – о счастье! – потекла тонкая струйка.

— Хотя бы вода есть, — заметил Йорт.

— Жаль, без магии вскипятить мы её не сможем, — вздохнул Мэрлин. — Придётся пить сырой.

— Им что, даже пустого кипятка жалко три раза в день?! — возмутилась я.

— По всей видимости, — хмуро отозвался Эйвор. — Наверное, это чтобы, не приведи Тень, мы себя здесь комфортно не ощущали.

— Боятся, что понравится – не захотим потом домой возвращаться?! — ядовито хохотнул Мэрлин.

— С таким меню, — возлюбленный кивнул на свою миску, — могли бы и не переживать понапрасну.

В общем, кое-как порцию я в себя впихнула. Именно что впихнула, хотя была порядком голодна. Но силы нам действительно понадобятся – придётся есть, что дают. Только, честно скажу, каши хуже я ещё в жизни не видывала. И даже предположить не возьмусь, из какой дряни её сварили. Впрочем, это определённо была смесь разных круп, но все они, похоже, провалялись где-то забытыми лет двадцать. А может, и полвека.

— А теперь попытаемся избавиться от кандалов, — неожиданно заявил Эйвор, покончив с завтраком. — Мэр, поможешь их стащить?

— Не получится, — с досадой помотал тот головой. — Думаешь, я не пробовал?!

— Ну ты уж постарайся, — улыбнулся возлюбленный. — Без помощи мне никак не обойтись.

И вдруг... обратился гигантским волчищей!

В шоке застыли все. Кто-то даже выронил то, что держал в руках – миску, ложку... Мэрлин тоже замер изваянием.

Волк тихонько зарычал, вероятно, намекая другу, чтобы начинал действовать, – кандалы, похоже, сдавливали ему лапы. Ибо лапищи там были, я вам скажу!..

Тряхнув головой, словно отгоняя наваждение, блондин наконец принялся проталкивать правую лапу через «браслет» кандалов. Ему на помощь пришли Гил с Райсом, взяв на себя левую.

Возились парни довольно долго. Эйву, похоже, было больно, очень больно, но он терпел.

А у меня просто сердце кровью обливалось наблюдать эту пытку. Зато шок от того, что мой возлюбленный оказался вовсе не человеком, отступил куда-то очень далеко.

— Аккуратнее – вы же ему лапы... руки переломаете! — скульнула я в конце концов.

— Ничего страшного, — безжалостно заявил Райсон. — Заживёт. Ну денёчек сама покормишь его с ложки.

Наконец парни всё-таки справились. И Эйвор тут же перекинулся обратно.

— Ты бы отлежался сперва, — посоветовал ему Гилворд.

И указал взглядом на его кисти, которые представляли собой просто сплошной жуткий синяк.

— Отлежаться ещё успею, — отмахнулся Эйв. — Сначала хочу сообщить препоганейшую новость – магичить здесь невозможно и без кандалов.

— Ты уверен? — убитым голосом переспросил-таки Мэрлин.

— К сожалению, — мрачно подтвердил возлюбленный.

— Значит, ты вирг, — протянул блондин. — Поэтому так быстро восстановился после того как тебя насадило на колья?

Но Эйвор уже вновь обратился волком.

— Тебе очень повезло, что в западню провалился он, а не ты, — ответил за друга Райсон. — Ты бы не выжил. Да, собственно, никто бы другой не выжил. А у них и живучесть, и регенерация поистине сумасшедшие.

— У них? То есть вы с Гилом не вирги? — уточнил Мэр.

Оба помотали головами.

— Иначе, думаешь, не постарались бы тоже избавиться от кандалов? — добавил Гилворд, иронично выгнув бровь.

— В зверином облике регенерация идёт быстрее? — догадалась я. Зачем бы ещё Эйву снова перекидываться.

— Да, — подтвердил Райс.

— Поэтому нас больше суток не пускали даже просто взглянуть на него? Он там лежал волком? — спросила утвердительным тоном.

— Естественно, — улыбнулся друг.

— А я-то всё думал, что это вы за него совсем не переживаете, — опять заговорил Мэрлин. — Вообще-то могли бы и нам с Рэйной и Мари как-то намекнуть – чтобы тоже зря нервы не тратили, — бросил упрёк.

— Я старался вас убедить, что всё будет хорошо. Даже готов был поспорить с тобой, что уже скоро Эйвор вернётся в строй, — напомнил Райс. — Но раскрываться он не имел права. Ни тогда, ни сейчас, только теперь уже не до тайн – живыми бы выбраться отсюда. Правда, если магия здесь всё равно не работает – и обращение Эйва нам ничем не помогло. Мы-то надеялись, что, освободившись сам, он потом раскуёт и всех остальных. А так от запертого в камере волка немного толку.

— Дверь никак не выбить? — спросил блондин. — Насколько я понимаю, в звериной ипостаси вирги в разы сильнее любого из нас.

Однако брюнеты покачали головами.

— Практически уверен, что эту дверь смог бы выбить разве что дракон, — дополнил ответ Гил.

— К тому же, открывается она внутрь, — добавил Райсон.

— Всё равно жаль, что Эйв не оказался драконом, — сказал Мэрлин.

— Ну, для начала, перекинувшись, он бы передавил всех здесь, — хохотнул Райс. — А потом, разворотив стены, может и вырвался бы на свободу в гордом одиночестве.

Да, для оборота в дракона камера была явно маловата, хоть и с высоченным потолком. Но гигантский ящер здесь бы попросту не поместился – даже если забыть о мешающихся под лапами людишках. Так что от дракона нам было бы ещё меньше толку, нежели от вирга.

Я пересела поближе к моему волчище и крепко обняла его за мощную шею. Ну вот как человек может превратиться в такую махину?! Впрочем, в драконов тоже как-то обращаются...

— Очень больно? — сочувственно спросила, осторожно погладив его по лапе.

Волк слегка потряс головой и лизнул меня в щёку.

Я встречаюсь с виргом. Офонареть! Но почему-то меня этот факт совершенно не пугал. Какая разница, человек или оборотень – главное, что представляет собой как мужчина и как человек. Хм, какая-то тавтология получилась... но смысл ясен.
Дорогие мои, если история вас заинтересовала, обязательно добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не потерять её и сразу узнавать о выходе новых глав.  и ставьте лайки – это повысит видимость книги и поможет ей обрести новых читателей. 
И, пожалуйста, не забывайте делиться в комментариях своими мыслями и эмоциями. Музу автора требуется регулярная подпитка. А лучший деликатес для него – ВАШИ КОММЕНТАРИИ. =)

Обняла волка за шею ещё крепче и шепнула в ухо:

— Люблю тебя.

А то вдруг он сейчас думает, будто для меня что-то изменилось.

Меня снова лизнули в щёку.

До обеда Эйвор оставался волком. А вот когда Йорт раздал нам вымытые Вилемиром миски с новой порцией теперь ещё и полностью остывшей каши, возлюбленный вернулся в человеческую ипостась. И, что самое удивительное, синяков на руках у него практически не осталось. Действительно просто фантастическая регенерация!

Ел он, естественно, сам – хотя я была и не против покормить его с ложки. Только мой вирг со смехом отказался – сказал, что уже достаточно большой мальчик.

После обеда мы вернулись к попыткам придумать какой-нибудь план спасения. Правда, всё так же безрезультатно. Ну а когда уже почти стемнело, доели остатки отвратительной каши – пока ещё различали хоть что-то. Конечно, ужин вышел непривычно ранним, но не в полной же темноте есть.

Однако отсутствие даже самого примитивного осветительного прибора являлось не единственной проблемой нашего заточения. Ещё в камере было холодно. Похоже, отопление в каземат вовсе не проводили. Хорошо, конечно, что квестовое здание тоже не отапливалось и нам не пришло в головы, зайдя в него, оставить где-то при входе верхнюю одежду. Только и в ней комфортно мы себя здесь не ощущали.

За исключением Эйвора, наверное, – потому как мог в любой момент перекинуться и погреться в тёплой шубке. Впрочем, и мне предложил, что спать будет волком, а я стану греться возле него.

И ещё пригласил к себе под бок Марииль, уже почти стучавшую от холода зубами. Эльфийка не стала отказываться.

В общем, так мы и легли – с одной стороны я, а за спиной у волка Мари с Гилом.

***

Утром меня разбудил внезапный оборот возлюбленного. Услышав шаги тюремщиков, он поспешил вернуться в людскую ипостась.

На завтрак, а также обед и ужин, нас ждала точно такая же, как и вчера, каша. Хоть бы по куску хлеба к ней приложили, гады! Правда, учитывая качество круп, даже боюсь представить, из какого давно заплесневевшего зерна была бы мука для него.

Кипяток мы, естественно, выпили, пока тот не остыл, не став экономить, – холодную воду можно пить и из-под крана.

— Почему нас никто не ищет? — тоскливо вопросил Блист.

— Уверен, что ищут, — ответил ему Эйвор. — Только, очевидно, никак не могут найти – где-то хорошо нас запрятали! — И вдруг приложил палец к губам: — Ш-ш!

Некоторое время прислушивался, затем даже перекинулся в волка. А вернувшись снова в человеческую ипостась, произнёс:

— По-моему, под стеной кто-то копает. Ну, или за стеной.

Эйвор указал на левую стену камеры, возле которой мы и сидели.

— Но ведь улица там, — в недоумении заметил Йорт, показывая рукой на окошко под потолком.

— Как знать, может у нас угловая камера, — пожал плечами Райсон.

— Хорошо бы помочь этому копателю... — сказал возлюбленный, и принялся изучать кладку пола – насколько прочно сидел в ней каждый камень.

Конечно, парни стали ему помогать. В конце концов Эйв пришёл к выводу, что пытаться расшатать какой-нибудь камень волчьими когтями будет резоннее, и, перекинувшись, принялся яростно ковырять кладку когтищами. Прочности оных, похоже, тоже можно лишь позавидовать.

А мы с Марииль решили пока вымыть посуду – не всё же время Вилю мыть её за всех. Длина наших цепей вполне позволяла подойти к раковине. Тут главное было не переплести их с цепями парней. Особенно, когда здесь ещё топчется гигантский волчище. Но благо хоть на нём кандалов больше не было.

Как ни удивительно, в конце концов Эйву удалось-таки расшатать, а потом и вытащить один из камней при помощи друзей. Дальше дело пошло легче – дыра в кладке стремительно расширялась.

И вот волк уже принялся рыть мощными лапами землю. Остальные отгребали её в сторону. А затем и дружно помогали расчищать яму, которая становилась всё глубже.

В итоге наш серый землекоп уже почти полностью скрылся в проходе – одна пятая точка торчала и хвост.

Главное, чтобы сейчас сюда не заявились тюремщики. Потому что наши «раскопки» им однозначно не понравятся – наверняка тут же кинутся звать каких-нибудь магов, чтобы угомонили нас понадёжнее. В первую очередь – нашего вирга.

Впрочем, за весь вчерашний день раздатчики каши не появлялись больше ни разу. Наверное, если выдают нам с утра еду на весь день – и не горят желанием приходить сюда лишний раз?

Вдруг из глубины подкопа послышалось поскуливание.

— Эйвор, что случилось?! — перепугалась я.

Понятное дело, волк мне не ответил. Хуже того, полностью скрылся в подкопе.

Я заглянула в него – никого.

— Похоже, он встретился с другим копальщиком, — предположил Райсон.

А вскоре из-под земли раздался родной голос:

— Со мной всё в порядке. Скоро вернусь.

Что ж, нам оставалось только ждать. Сбежать через подкоп всё равно не позволят кандалы. А он свободен – пускай разведает обстановку.

Возвратился Эйв уже минут через десять.

— Что там? — дружно задали мы вопрос, едва показалась волчья морда.

Естественно, пришлось ждать, пока он выберется и перекинется.

— Ничего особо утешительного – другая камера.

— То есть будто кто-то копал, тебе послышалось? — разочарованно уточнил Мэрлин.

— Да нет, не послышалось, — улыбнулся мой вирг.

И тут из подкопа появилась вторая волчья голова. А это ещё кто?!

Волк вылез наружу и перекинулся. Вэ́лерин! Так она тоже вирг! В смысле, виргиня.

— Привет, — поздоровалась девушка.

И мы с ней.

— Значит, за стенкой у нас сидит пятый курс? — утвердительным тоном спросил Райсон.

— Нет, — помотал она головой. — Из нашей команды в той камере только мы с Марти́ррой. Где остальные, к сожалению, понятия не имеем.

— То есть вы там всего вдвоём? — удивился Кальвир.

— Не совсем. С нами Вирайн, Моррил, Капульвахер и Ксурмит. И ещё магистр Фоккорт – она с ними на трибуне сидела.

— Ну хотя бы они живы, — выдохнул Гилворд. — Правда, Фоккорт – это, конечно, внезапно. Даже если сидела вместе с нашими.

— Вы с Вирайна-то кандалы стащили? — поинтересовался Мэрлин.

— К несчастью, на нём ошейник, не позволяющий обернуться, — поведала Вэлерин. — С шипами внутрь. Про нас-то гады, очевидно, не знали. А Рэймонд явил им свою вторую ипостась, устроив небольшое побоище, пока его не вырубили.

— А что там вообще случилось? — спросила Марииль. — Почему магистры тоже оказались здесь?

— Трибуна провалилась. Рэй даже не знает, вся или только та её часть, где сидели они. Нэвиру, Капульвахера и Ксурмита вырубило ещё в падении. А он, почуяв неладное, сразу же перекинулся – наверняка только поэтому остался в сознании. Ну и проредил там ряды мерзавцев. Только в итоге кто-то офигачил и его так, что он тоже отключился.

— Ещё одним артефактом? — уточнил Блист.

— Да нет, — помотала головой виргиня. — Рэймонд уверен, что это был какой-то очень сильный маг.

— Ой, я же вам так и не рассказала, — воскликнула я, вспомнив. — Когда мы шли на площадку для магического боя, кажется, встретила того мага, который вызволил нас из плена у разбойников. Лицо у него, правда, было совершенно другое, но я узнала его руки – хорошо запомнила их. А ещё улыбку. Да и перстень у него на пальце был точно таким же.

— Ну, теперь можно не сомневаться, что всё это звенья одного и того же заговора, — хмуро заключил Эйвор. — Жаль, что ты не рассказала об этой милой встрече сразу.

— Некогда было, — виновато оправдалась я. — У нас тут же начался бой с командой Иштара. Дальше тоже было не до постороннего трёпа, да и из головы, честно говоря, уже вылетело.

Многие вовсе не поняли, о ком я. Пришлось поведать и историю с нападением на караван. Однако о своих снохождениях после этого я всё же умолчала.

— Если выглядел военный совершенно иначе, то, может, и не тот маг это был? — засомневался Кальвир.

— Да как пить дать он! — возразил ему Эйвор. — Просто пользуется мороками. А потому не факт, что и в ВМА ты, Рэй, видела его настоящую внешность. Даже, скорее всего, очередной морок. Тем более, говоришь, там он показался тебе слишком молодым. — И чуть помолчав, добавил: — Мне вот интересно, по беспечности он не скрывает под иллюзией ни перстень, ни руки или же намеренно позволил тебе себя узнать?

— А какая разница-то? — растерянно спросил Кальвир.

— Если первое – это характеризует его как излишне самонадеянного товарища, — пояснил возлюбленный. — А если второе – тут, признаться, теряюсь в догадках, — развёл он руками.

Версий не нашлось и ни у кого другого, хотя все попытались поломать головы.

— Кстати, Вэлерин, зачем ты подкоп-то делала не на улицу, даже не в коридор, а в соседнюю камеру? — вернулся Мэр к теме довольно странного решения. — Ведь наверняка в вашей камере тоже есть и дверь, и окно.

— Рэй сказал, что под наружной стеной, по всей вероятности, фундамент, — принялась девушка объяснять. Под стеной в коридор тоже не пройдёшь – в этом я успела убедиться, только кучу сил зря потратили. Но мы надеялись, вдруг эта камера пустует и не заперта? А зародилась идея с того, что один камень в полу у нас шатался. Мы его выковыряли. Под ним оказалась земля, ну и стали разбирать кладку дальше. Ладно, пойду я к себе – надо выкопанную почву припрятать, пока её тюремщики не заметили. Вы, кстати, тоже не забудьте.

Вот до самой ночи мы и перетаскивали землю в отгороженный в углу нужник. Тот, кстати, был выгребного типа – спасибо, хоть с крышкой, иначе бы не знаю, как тут дышали. Носили землю мисками и кружками – потом их просто вымыли. А после ужина ещё и кастрюлю пустили в ход.

А дыру в полу мы закрыли парой сенников – якобы они тут просто так валяются. Снизу их ещё поддерживали бесхозные теперь цепи Эйвора, с двух сторон придавленные камнями.

***

Утро привычно началось с неизменной каши. Точнее, с того, что заглянувший в окошко тюремщик обратился к Йорту:

— Эй, тупая образина, забирай кастрюлю!

Орк хама просто проигнорировал.

— Сам тупая образина, — высказался Мэрлин.

То ли придурок подумал, что произнёс это Йорт, то ли просто взбесился... Но дальше произошло то, чего мы никак не ожидали. В окошко сунули какую-то штуковину, и нас шандарахнуло почти так же, как когда падали в провалившийся пол.

Короче говоря, мы все полегли пластом – сил не осталось даже пальцем шевельнуть. Однако уродам и этого показалось мало. Они втроём ворвались в камеру и, пользуясь тем, что ответить им тут никто не в состоянии, принялись зверски избивать Йорта!

***

Кашу твари нам, правда, оставили, но мы ещё чуть ли не полдня приходили в себя после энергетического удара.

А первым делом, едва сумели начать двигаться, естественно, поползли к Йорту. По счастью, он был жив. Но отметелили его, конечно, зверски.

И мы даже подлечить несчастного не можем! Магия здесь не работает, хоть убейся. У меня слёзы на глаза наворачивались видеть, что сотворили с бедолагой. И ведь главное – вообще ни за что. Этот скот первым оскорблять начал!

Хорошо ещё, придя в сознание, Йорт прохрипел, что у него в кармане куртки была баночка с оркским снадобьем, и если её не разбили...

К счастью, баночка уцелела. Парни помогли ему раздеться и смазали синяки и кровоподтёки мазью. Но залечить трещины на рёбрах нам было опять же нечем. Правда, мы и не знали, есть ли эти самые трещины, но Кальвир очень сильно подозревал их наличие.

— Йорт, прости, — повинился Мэрлин. — Я никак не предполагал, что уроды накинутся на тебя. А перед этим ещё и приложат всех каким-то артефактом. Иначе бы сдержался и промолчал.

— Ничего, — орк вымученно улыбнулся. — Ты ведь действительно не ожидал такого.

После того, как хоть немного помогли Йорту, Эйвор сходил «в гости» в соседнюю камеру.

А когда вернулся, неожиданно выдал:

— Мне тут Рэймонд идею подкинул, что если хорошенько напиться крови, то, может быть, я всё-таки смогу вас расковать.

— Зачем напиться? — вытаращил глаза Мэрлин.

— Он практически уверен, что достаточно качественно блокировать магию крови этот каземат всё-таки не способен, а потому его блокировку всё-таки возможно перебороть. Не просто так нам ещё и антимагические кандалы надели.

— А ты что, владеешь магией крови? — продолжил недоумевать блондин.

— Мэр, не тупи, — улыбнулся возлюбленный. — Неужели ещё не догадался?

Я, признаться, тоже не очень понимала, как это человек может использовать магию крови. Ах да, не человек – вирг. Но всё равно. Или... Неужели он тоже, как магистр Вирайн, не только оборотень, но ещё и вампир?! Вот это новость!

— О чём я должен догадаться? — честно продолжал тупить друг. — Но если это поможет – конечно, пей кровь. Только вот чем бы вену взрезать? — он в растерянности огляделся. — Впрочем, в волчьей ипостаси ты наверняка вполне способен просто прокусить её. Только, пожалуйста, совсем руку не откуси.

— Не откушу, — Эйвор плотоядно улыбнулся, демонстрируя... острейшие клыки.

— Вампир?! — в шоке вскричал Мэр. — То есть я два с лишним года прожил в одной комнате с вампиром и ничего даже не заподозрил?!

— С тремя вампирами, — язвительно улыбнулся Райсон, неожиданно решив также раскрыться.

Значит, и они с Гилом принадлежат к крылато-клыкастой братии? Ну, в общем-то, теперь уже ожидаемо.

У Мэрлина же едва глаза из орбит не вылезли.

А Марииль, глядя на своего возлюбленного, простонала чуть ли не в ужасе:

— И ты тоже вампир?

— Да, — понуро кивнул брюнет – выходка Райса явно не привела его в восторг. — Тебе неприятен этот факт?

С ответом эльфийка замешкалась.

— Не знаю, — промямлила сначала. Однако потом опомнилась: — Нет. Но данную новость определённо нужно переварить.

— Переваривай, — не стал Гилворд торопить её.

Хотя несложно было догадаться, что реакция возлюбленной его задела. И Райсон не преминул вмешаться:

— Только хочу тебе напомнить, что Гил всё тот же.

— Итак, кто готов поделиться кровью? — спросил Эйвор, обводя взглядом команду. Заодно и внимание от парочки отвлёк.

— Я, — не раздумывая, вызвался Мэрлин.

— И я, — послышался тихий голос Йорта – говорить громко у него попросту не было сил.

— Ты – нет! — отрезал капитан. — И без того чуть жив.

После небольшой паузы начали вызываться и другие парни. Так, а я-то чего молчу?! Поспешила тоже озвучить своё согласие. Страшно, конечно, но ведь на общее благо необходимо. Да и вообще, раз уж мой возлюбленный оказался вампиром – как-то некрасиво трусить.

Короче говоря, промолчала только Мари. Но, возможно, просто ещё не пришла в себя после шокирующей новости.

Начал Эйв, кстати, со своих друзей.

— Неужто сородичей вампиры тоже пьют? — удивился, глядя на это, Мэрлин.

— А чем мы, собственно, хуже? — иронично выгнул бровь Райсон. — Э́рда у нас, между прочим, повыше, чем у людей. Так что при необходимости – очень даже, — подмигнул он.

— Что ещё за эрда? — полюбопытствовал блондин.

Брюнет ненадолго задумался:

— Скажем так, эрда – это показатель полезности крови для нашей магии.

После них с Гилом капитан перешёл как раз к Мэру.

— Мы ведь точно не станем вампирами? — всё же уточнил тот, прежде чем подставить другу шею.

— Пожалуй, скажу Вику, чтобы влепил тебе «неуд» по вампирологии, — ехидно заявил мой вампир-вирг.

— Ябеда, — притворно обиделся Мэрлин. — Вот скажи честно, неужели сам бы на моём месте не спросил?

— На твоём? — Эйвор пожал плечами: — Может быть. Ладно, хорош трепаться – запрокидывай голову. И не вздумай говорить что-нибудь, когда буду тебя пить. Если, конечно, не хочешь, чтобы я повредил тебе горло.

Следующим стал Вилемир. За ним – Кальвир. Дальше – Блист. Парни мужественно держались, стараясь не показывать нервозности. А вот до меня он почему-то так и не дошёл.

— Полагаю, пока хватит, — сказал, отпустив шею доровца. И, посмотрев наверх, добавил: — Может, для начала всё-таки посмотреть, что там, за окошком?

— Посмотри, конечно, — поддержал идею Райсон. — Вдруг станет хоть немного яснее, где мы оказались.

— А что, без крови летать вы не можете? — с плохо скрываемым любопытством поинтересовался Мэрлин. — Или даже выпустить крылья не в состоянии?

— В состоянии, естественно, — язвительно улыбнулся Эйвор. — Ты же прекрасно видел, что перекинуться в волка мне отсутствие магии не помешало. А крылья – это тоже особый вид трансформации. Однако летать на одних крыльях, без магии значительно тяжелее. Тем не менее, в отличие от драконов, мы это всё-таки можем. Но ты погляди, где расположено окно – оно же под самым потолком, там попросту нет места для размаха крыльями.

— Однако, используя вампирскую магию, ты всё же способен в него посмотреть? — уточнил блондин.

— Да, — кивнул возлюбленный.

— Тогда вперёд! — нет, не скомандовал – попросил Мэр.

Эйвор выпустил крылья и взлетел. Да так стремительно, что я испугалась, как бы головой в потолок не впечатался. Но нет, в нужный момент он лихо затормозил и завис перед окошком, вцепившись руками в прутья решётки.

— Что там? — раздалось несколько нетерпеливых голосов, в том числе, Мэрлина.

Однако Эйв ответил, лишь спустившись обратно:

— Ничего примечательного. Похоже, руины какого-то старого замка. И нет ни души. Во всяком случае, я не видел никого.

Он подошёл к Райсону. Взялся руками за «браслеты» его кандалов.

— Где же это замечательно местечко? — задумчиво протянул Мэр.

Идей не возникло ни у кого. Сам блондин озвучил пару вариантов, однако Эйвор их решительно отмёл – видимо, те руины должны были выглядеть иначе.

Минут десять он что-то сосредоточено магичил.

— Бестии Тени, идёт просто невероятно тяжело! — прокомментировал с досадой.

Но всё-таки кандалы на руках Райса раскрылись.

И вдруг Эйв сказал:

— Слушайте, поте́рпите ещё немного? Хочу в первую очередь освободить Рэймонда. Надеюсь, справиться с ошейником мне тоже удастся?

— Иди, конечно, — кивнул Гилворд.

Эйвор перекинулся и скрылся в лазе.

— Боюсь, на всех сил у него не хватит, — заметил тут Мэрлин. И посмотрел на брюнетов: — Может, поможете ему? Раз уж тоже вампиры.

— Помочь мы, конечно, можем, — ответил Райсон. — Только тогда нам также нужна кровь.

— Так пейте, бестии Тени вас задери!

— Меня ещё вообще не пили, — напомнила я.

— Девушек пока прибережём, — отказался вампир. — По две порции – это тоже вовсе не страшная кровопотеря.

И снова принялся за мужчин.

Эйвор вернулся, наверное, через полчаса. Заметно бледный. Райс уже расковал Гила, и как раз в этот момент раскрылись кандалы Мэра.

— Получилось? — спросили друзья в один голос.

— Да, — устало кивнул Эйв. — Но с ошейником пришлось повозиться ещё дольше. А ведь если бы не проклятый каземат, это было бы минутное дело. Даже быстрее.

Ничего себе! Всё-таки каземат очень сильно осложняет задачу. Правда, до сих пор я вообще не предполагала, что возможно избавить от кандалов вот так – одним прикосновением рук.

Дальше друзья работали уже вдвоём. А когда оба выдохлись окончательно, на смену им пришёл Гилворд, также напившись крови.

Пока он освобождал от кандалов последнего – Йорта, из лаза неожиданно появился волк. За ним ещё один. А следом вылез... тигр!

— Ты ещё кто?! — обалдело вопросил Мэрлин.

Вместо ответа тигр, точнее, тигрица просто перекинулась.

— Марти́рра?! — изумлённо выдохнули несколько голосов.

Итак, у нас тут целых четыре вирга. Или ещё от кого-то ждать сюрпризов?

Но нет, дальше из лаза один за другим выбрались: Нэвира, Ксурмит, Капульвахер и Фоккорт. Все – людьми.

— Почему же тебя не освободили раньше, как Вэл? — поинтересовался у новой виргини Мэрлин. — Или на тебе тоже был ошейник?

— Нет, — вперёд подруги взялась объяснять Вэлерин. — Просто у тигров слишком толстые лапы – в кандалах Марта не могла обратиться – ей бы кости переломало.

— Выходит, у волков есть некоторые преимущества, — с усмешкой заключил блондин.

— Бестии Тени, как тебя отделали-то! — ужаснулась тут Мартирра, увидев Йорта. — Но ничего, у меня есть с собой одна мазь...

— Парни уже обработали мне всё снадобьем, которое готовил наш шаман, — попытался орк отказаться.

— Моя мазь лишней не будет, — стояла на своём виргиня. — В неё заложено немного оборотнической регенерации.

— У Йорта, кстати, могут быть трещины в рёбрах – пинали его тут зверски, — вклинился Кальвир. — Так что регенерация ему очень даже нужна.

Марта подошла к нашему мученику и заявила безапелляционно:

— Не спорь и раздевайся.

Впрочем, сама же и помогла стянуть одежду.

— Теряюсь в догадках, зачем такая мазь понадобилась тебе, — иронично полюбопытствовал Эйвор.

— Мама её готовила, естественно, не для виргов, — пояснила девушка. — А излишки дала мне с собой просто на всякий случай – мало ли кому-то из друзей, однокашников понадобится. Ну и, понятное дело, я не забыла прихватить баночку на турнир.

— Как жаль, что в проклятом каземате я не могу даже изучить эту твою мазь, — печально заметила магистр Фоккорт.

— Если выберемся отсюда – обязательно изучите, — пообещала Марта. — Но вынуждена сразу предупредить – изготовить такое способен только оборотень.

— Об этом я уже догадалась, — вздохнула лекарь. — Всё равно очень интересно хотя бы просто посмотреть на снадобье, в которое заложена магия регенерации.

— К сожалению, её там не так много, как хотелось бы, — призналась виргиня, старательно обмазывая орку все повреждённые участки.

— А на вас, виргах, значит, всё-всё само заживает? — проявила любознательность Фоккорт.

Девушка кивнула:

— Да.

— Не приведи боги, конечно, но сколько такие побои заживали бы на тебе? — продолжила она любопытствовать.

— Несколько часов. Если бы были переломы, то, конечно, подольше.

— Да что там побои! — вклинился Мэрлин. — Эйв, вон, на металлические колья рухнул, которые нам любезно понатыкали как пить дать ваши, — добавил злоехидно, посмотрев на военную. — Даже не знаю, в скольких местах его проткнуло насквозь. Так он не только выжил, но через два с половиной дня уже снова заявился на тренировку.

— Как – колья?! Куда понатыкали?! — пришла в ужас целительница.

Мы поведали о западне, устроенной на препятствии с маятниками.

— Это наверняка Фонтейл! — резюмировала она. — Чтобы генерал Хофтан дошёл до такого, всё-таки не могу поверить!

— Что ж ваш белый и пушистый генерал вас-то сюда вместе с нами засунул?! — язвительно напомнил Райсон.

— Наверное, в наказание за то, что села с блонвурцами, — горько усмехнулась лекарь. — Вообще меня пытались не пустить на трибуну, но не очень долго.

— Ладно, плевать на Хофтана, — встрял Мэрлин. — Кто-нибудь знает, что с Наэлем? Никто из вас совсем ничего не видел?

— Ничего, — хмурясь, помотал головой Рэймонд. — Но даже если проваливающий механизм сработал не под всей трибуной, перспективы мне рисуются самые мрачные. Конечно, с королевской семьёй было порядка полусотни гвардейцев, и сами они, все шестеро, сильные маги, только... Сколько среди «студентов» находилось магов-заговорщиков одним бестиям Тени известно. А если их ещё и тоже вырубили каким-то артефактом... Ведь наверняка так и было! Не думаю, будто для всех нас они эти долбаные артефакты заготовили, а для короля – постеснялись.

— Хочешь сказать, в стране переворот?! — ужаснулся Блист.

— То есть Наэль тоже в плену? — уточнил Вилемир.

— В лучшем случае. Но, боюсь, более вероятно, что вообще мёртв.

— Почему же тогда до сих пор не убили и нас? — спросила Марииль.

— А Бордгир они кем шантажировать будут?! — мрачно ухмыльнулся Рэймонд.

— По-моему, шантажировать логичнее как раз самим Наэлем и его семьёй, — возразил Эйвор. Кучка людских студентов, на взгляд заговорщиков, наверняка слишком слабый для Элестайла аргумент не вмешиваться. И для Лорго тоже. А ведь даже одни Мейнсилоры способны такую кроваво-огненную расправу уродам устроить!.. Поэтому, полагаю, шанс, что Наэль ещё жив, есть.

— Будем надеяться, что ты прав, — вздохнул Вирайн. — Но мы, в любом случае, связываем руки и Элесту, и Лорго. Неважно, что думают заговорщики, ни один из королей не выступит против этих тварей до тех пор, пока остаётся шанс вызволить нас живыми.

— Что же уроды натворили! — сокрушилась Фоккорт. — Это же, как ситуация ни повернись, война с Бордгиром! И, вероятно, ещё с Кордаком.

Капульвахер при этом ободряюще сжал её руку.

Рэймонд же произнёс:

— Не отчаивайтесь, Геллия. Да, щадить заговорщиков никто не станет. Но в планомерное наступление, убивая на своём пути всех подряд, Бордгир не пойдёт. И вампиры, и драконы достаточно мобильны, чтобы наносить точечные удары непосредственно по врагам лимеранской короны.

— Это вы так говорите, — вздохнула она, не слишком-то доверяя мнению какого-то вирга. — А как поступит его величество Элестайл, одним бестиям Тени ведомо.

— Геллия, поверьте, я очень хорошо знаю и короля, и всех трёх легенд Бордгира, — улыбнулся Рэй. — А их мнение у вампиров тоже не последнее. Так что будьте уверены.

— Вы о том, что Адельвурт приносил в ВМА еду для ваших команд?

Он посмотрел на Капульвахера и кивнул. Тот что-то прошептал Фоккорт на ухо. Судя по тому, как округлились её глаза, – поведал о родстве Рэймонда с Адельвуртом.

— Может быть, Наэля с семьёй тоже заперли где-то здесь? — предположила лекарь. — Тогда, если нас всё-таки найдут...

— Да, шантажировать уродам сразу стало бы некем, — закивала Марта, как раз закончив обрабатывать Йорту повреждения.

— Только крайне сомнительно, что заговорщики держат все яйца в одной корзине, — мрачно усмехнулся Эйвор.

— А где вообще мы находимся – у кого-нибудь есть версии? — спросила Фоккорт. — Ты сказал, что снаружи руины какого-то замка. Однако в герцогстве Фонтейл, насколько мне известно, нет брошенных замков. Если только герцог не повелел разрушить какой-то ради конспирации.

— Нет, — помотал головой Мэрлин. — Это была бы не конспирация, а откровенная глупость.

— Вот именно, — подтвердил Рэймонд. — По-любому, в первую очередь наши будут искать пленников именно на территории Фонтейла. И уж внезапно превратившийся в руины замок однозначно привлёк бы их внимание.

— Я предложил Эйву пару известных мне вариантов, — продолжал Мэр. — Но он говорит, что те выглядят иначе.

— В любом случае, я просто уверен, что этот замок очень древний, — снова заговорил мой вампир. — Это прямо чувствуется.

— Кстати, зачем, интересно, здесь настолько высоченные потолки? — озвучила я вопрос, почему-то не дававший покоя. — Не только же ради того, чтобы узники не могли посмотреть в окно.

— Судя по кладке, — начал возлюбленный, посмотрев наверх, — раньше в каземате был не один этаж. Но со временем, очевидно, перекрытия утратили свою прочность, и их попросту снесли, чтобы избежать опасности обрушения.

— В окно, как я понимаю, никаких шансов выбраться? — уточнила Фоккорт, посмотрев на него.

Он покачал головой:

— Нет, решётки там мощные. А каземат сжирает львиную долю силы.

— И вентиляционные отверстия нам тоже не помогут, — вздохнула военная. — Исходя из размера закрывающих их решёток, туда разве что кошка пролезет.

— Тем не менее нам надо выбираться отсюда, — вдруг решительно заявил Эйвор.

— У тебя есть идеи как?! — язвительно осведомился Мэрлин.

Тот ответил ему ещё более язвительной улыбкой:

— Представь себе, есть.

***

Сутки решено было выждать, пока Йорт немного оклемается – иначе он просто не смог бы бежать с нами. Сейчас он даже подняться с сенника не был в состоянии. Однако мы возлагали большие надежды на виргскую мазь.

И уже к вечеру следующего дня друг действительно пошёл на поправку. Правда, вставать ему по-прежнему не разрешали – за чем строго следила наша тигрица. Но хотя бы сидеть и самостоятельно поворачиваться орк вполне мог.

Кстати, Мартирра и на ночь у нас оставалась – греть своей горячей меховой ипостасью пострадавшего. Впрочем, и другим желающим предложила пристраиваться к ней под спинку.

Глядя на подругу, Вэлерин тоже решила поработать грелкой для всех, кому не хватило места возле тигрицы. Ими стали Мэрлин, Райсон и Кальвир.

В общем, теперь по ночам не мёрз никто – у магистров ведь был Рэймонд.

Однако перед рассветом виргини, естественно, уходили к себе.

А вот через день...

***

Утром нам, как всегда, принесли кипяток и кастрюлю отвратительной каши.

Впрочем, сегодня Мэрлин не стал дожидаться, пока тюремщики обратятся к кому-нибудь в своей неподражаемой манере, а сразу начал хамить сам:

— Эй, тупые обезьяны! Долго ещё будете кормить нас дерьмом?! Понимаю, что в своей жизни никчёмных слизняков вы ничего лучше не видели, но я...

Договорить он не успел. В окошко уже сунули проклятый артефакт, и последовал энергетический удар.

Эйвор, затаившийся у стены возле двери, к этому моменту перекинулся и замер, опираясь передними лапами на стену, чтобы не попасть в зону видимости из окошка. Как он и полагал, основываясь на опыте магистра Вирайна, в волчьей ипостаси удар на него не особо-то подействовал. На нас же вампиры, опять напившись крови, поставили какие-никакие защиты, так что нам тоже не должно быть настолько плохо, как позавчера.

Тупые уроды – если бы были поумнее, наверняка задумались бы, чего ради их так откровенно провоцируют – ворвались в камеру, уверенные, что все тут почти без сознания. Правда, Мэрлин рассчитывал, что бить они кинутся на сей раз его, но твари опять взялись за Йорта. Впрочем, ударить успели лишь пару раз – Эйвор дожидался, пока в камеру зайдут все трое.

А дальше на мерзавцев прыгнула смертоносная серая махина. Из нужника выскочил второй волк. Волчица и тигрица, друг за другом вылетевшие из лаза, вообще поспели, что называется, к шапочному разбору. В смысле, с тюремщиками покончили ещё Эйвор с Рэймондом. А может, и один Эйв.

Ну а потом они вчетвером рванули искать остальных.

Естественно, первым делом не забыли открыть дверь соседней камеры – забрав ключи у тюремщиков. Проклятый артефакт в виде некоего жезла, естественно, тоже прихватили с собой. В общем, магистрам даже не пришлось пробираться лазом – пришли к нам через дверь, по пути обнаружив, что в коридоре магия уже работает. Почему-то тоже не слишком хорошо, но хоть как-то.

Так что нас сразу вытащили в коридор и там принялись подпитывать, восстанавливая наши силы, отнятые энергетическим ударом. Несмотря на защиты, досталось нам всё равно прилично.

Первыми привели в порядок Райса с Гилом, и те вместе с Нэвирой ушли освобождать от кандалов других пленников. Да-да, здесь же, по соседству, нашлись и две другие команды, и запасные.

Хвала богам, живы были все! Но работы нашим вампирам предстоял непочатый край – раскрыть двадцать шесть комплектов кандалов. Хорошо, хоть новых доноров тоже хватало.

Оставалось только гадать, почему запасных запихнули в камеру отдельно от магистров, хотя на трибуне те и другие сидели вместе, зато к ним присовокупили Мартирру с Вэлерин, которые в момент пленения находились в квестовом здании со своей командой. Ну да не всё ли равно? Возможно, гады просто что-то напутали.

Мы хотели пойти искать выход из проклятого каземата, однако Рэймонд велел всем ждать их здесь и никуда больше не соваться. Ладно, не стали спорить. Ну, почти.

Мэрлин, правда, всё же пытался проявить самостоятельность, но Эйвор пригрозил, что вырубит его и прикуёт обратно. Как ни странно, блондин смирился, решив не доставлять другу лишнего беспокойства.

Пока же мы заглянули в прочие камеры – они все оказались пусты. Эх, если королевское семейство с охраной и держали в плену, то явно где-то в другом месте. Впрочем, именно так мы ведь и предполагали. Но надежда, как известно, умирает последней.

Наконец всех пленников расковали. И вот теперь дружной толпой мы двинулись искать выход.

Лестница нашлась моментом, но за ней нас ждала... запертая дверь. Правда, заперта она была всего лишь на ключ, потому магистры даже не стали отыскивать на связке нужный, а просто вскрыли замок магией – благо здесь она уже работала прекрасно.

Когда вышли наружу, версия Эйвора, что заточили нас в руинах какого-то замка – по сути, одно подземелье от него и осталось, нашла своё подтверждение. Точнее, полуподземелье – зарешёченные окошки-то, выходившие на улицу, в нём всё же имелись. Они, кстати, находились почти на уровне земли.

Ну и кое-где наблюдались останки стен.

— Надо обыскать все руины, — сказал Эйвор. — Вдруг Наэля всё же держат где-то здесь. Ну, мало ли.

Но сначала вампиры, оставив нас под куполом невидимости, тоже под невидимостью, полетели искать других охранников данной «тюрьмы».

Всё, что нашли – неподалёку помещение, где жили те три мерзавца. Похоже, иной охраны здесь не имелось вовсе. Что ж, отличная новость. Хотя бы боя с тюремщиками не предвидится.

Но, видимо, хорошо же нас запрятали, если даже не считают нужным сторожить!

Однако вампиры, прежде чем покинуть нас, предупредили, чтобы мы никуда не сходили с места, потому как сам замок накрыт какой-то хитрой защитой. А вот это очень плохая новость! Выберемся ли мы вообще отсюда? Тем более что заодно данная защита до сих пор не позволяет вампирам мысленно связаться с кем-либо извне.

Дальнейшая воздушная разведка показала, что здесь действительно существует ещё один каземат, в котором полно людей. Правда, обнаружили его почти случайно – энергетика пленников улавливалась еле-еле. Видимо, сам каземат заглушает её почти полностью.

Если и наш действовал по тому же принципу – немудрено, что нас не могут найти никакими силами.

Естественно, мы поспешили в тот второй каземат. Спускались очень осторожно. А прежде чем открывать камеры, удостоверились, что в них действительно пленники, а не очередные заговорщики. Но это оказались королевские гвардейцы. Магистры узнали их капитана, да и кое-кого ещё.

Что ж, началась очередная долгая операция по освобождению от кандалов.

Состояние у бедолаг было явно хуже нашего – их, как выяснилось, вовсе не кормили и даже не давали воды. То есть что – просто оставили тут умирать?! Нет, эти проклятые заговорщики всё-таки отпетые уроды!

Правда, не очень понятно, зачем тогда было тратить силы и время, переправляя полсотни человек сюда. Почему, скажем, не прирезали всех ещё в западне бессознательными? Конечно, трупы тоже нужно куда-то девать. Но ведь перевезти такую ораву на наверняка немаленькое расстояние и потом каждого заковать – это, по-любому, уйма времени.

Одним словом, очень странное решение.

Или же гады по какой-то причине уже потом изменили свои планы? В смысле, поначалу убивать королевских стражей не собирались, затем вдруг передумали.

Что могло послужить тому причиной, версий у нас, к сожалению не было. Единственное, Мэрлин высказал предположение, что Наэль откинул какой-то фортель, и это его уроды наказали таким образом.

Что с Наэлем, никому из гвардейцев, к несчастью, ничего не было известно. Как и мы, очнулись они уже здесь, прикованными. Ясно одно – королевская ложа также провалилась, и в этот момент сработал убойный артефакт – гораздо более мощный, чем тот, что оказался теперь в наших руках. Однако принцип действия у них, скорее всего, один и тот же. Ну или, по крайней мере, они весьма схожие.

Пока гвардейцы пили, спустившись в наш каземат – там хотя бы имелись рабочие краны, вампиры занялись изучением защиты над замком.

В итоге пришли к выводу, что она не позволяет обнаружить с воздуха, что руины не совсем пустуют. Ну и кое-какие сигнальные функции в неё тоже заложены.

То есть пройти через неё мы сможем беспрепятственно, но сработает сигналка. Как скоро заговорщики кинутся за нами в погоню – одним бестиям Тени ведомо. Быть может, они засели неподалёку. Ведь где находимся, мы не имели ни малейшего представления.

И долго оставаться здесь тоже опасно – мало ли, им вздумается зачем-то наведаться сюда.

А ещё возник вопрос – что нам делать с внезапным пополнением в виде полусотни королевских гвардейцев? Их, судя по всему, заговорщики вовсе не планировали оставлять в живых. А значит, возвращаться сейчас в Эльту для них сродни самоубийству.

— Знаете что, отправляйтесь-ка вы в Бордгир, — сказал Рэймонд капитану гвардейцев. — Пускай Элестайл решает, что вам делать дальше. Как минимум, ему лучше нашего известна нынешняя обстановка – точнее, нам она неизвестна вовсе.

— Как мы дотуда доберёмся? — растерялся капитан. — У нас ведь даже лошадей нет. И находимся непонятно где.

— Я открою вам переход к границе Бордгира, — пообещал магистр. — А там дождётесь, пока прилетят вампиры, и объясните им всё. Скажете, что это было моё решение. Кстати, о лошадях. Три штуки здесь есть – забирайте их с собой. И трупы тюремщиков тоже. Пускай заговорщики, когда явятся, гадают, куда это отсюда подевались все до единого. Быть может, даже придут к выводу, что нам удалось подкупить мерзавцев, оставленных нас сторожить.

На том и порешили.

— Ну а мы – в Блонвур, — объявил Вирайн нам.

— Тоже откроешь к нему какой-то загадочный переход? — уточнил Мэрлин.

— Да.

— А нельзя сначала в Эльту? — попросил он. — Мне бы хоть на глаза родителям показаться – что жив-здоров.

— А они у тебя там живут? — поинтересовался Эйвор.

— Сейчас – скорее всего, да. Ну а если их нет – значит, велю слугам доставить записку им в замок.

Рэймонд тем временем ненадолго задумался.

— В принципе, можно – метки там есть, — изрёк в итоге. — Только не думаю, что нам следует переться к тебе всей толпой.

В общем, решили, что четвёртый и пятый курсы, а также часть третьего отправляются прямиком в Блонвур – в сопровождении остальных магистров. А наша компания – с Мэром.

Из-под стоящей над руинами защиты мы всё-таки вышли – Рэй побоялся, что она может сбить настройки порталов. Первыми в переход двинулись гвардейцы. Впрочем, практически сразу Вирайн открыл и второй портал.

А с нами в результате отправились ещё Йорт, Вэлерин, Мартирра и... почему-то зазевавшиеся Капульвахер с Фоккорт. Похоже, слишком увлеклись, о чём-то воркуя друг с другом – опомнились, лишь когда блонвурский портал уже свернулся.

Мне, понятное дело, впервые довелось путешествовать таким образом. Признаться, было немного страшно. Каково это – мгновенно перенестись на огромное расстояние? Эйв постарался меня успокоить – мол, я даже опомниться не успею, как всё уже произойдёт. Ему-то переходы явно не были в новинку. Очевидно, вампиры пользовались своим изобретением регулярно.

В итоге оказалось, что повода опасаться действительно не было ни малейшего. Дезориентация всего на мгновение, и вот я уже выхожу в каком-то тёмном закоулке.

Нет, стемнело ещё до того, как мы выдвинулись в путь, только данное местечко вряд ли назовёшь светлым и днём. Хотя портал как раз сиял очень ярко, а вот вокруг...

— Что ж ты даже адрес не спросил! — укорил Мэрлин присоединившегося к нам последним Рэймонда. — Боюсь представить, в какой дыре мы оказались!

— А ты хотел, чтобы я открыл тебе портал прямо посреди центральной площади?! — усмехнулся тот. — Нет, милый мой, о них никто не должен знать. Так что придётся прогуляться. Эта метка, кстати, ближайшая к вашему особняку.

Кажется, блондин был немало удивлён, что адрес магистр всё-таки знает.

— Конечно, есть ещё на территории королевского дворца, — добавил Вирайн. — Однако соваться туда сейчас я не вижу причин. А теперь собираемся в кучку и дружно шагаем под отводом глаз – не разбредаясь, чтобы не выходить за его пределы, — скомандовал он.

Кстати, во вполне приличный квартал Эльты мы выбрались уже довольно скоро. И дальше дома на нашем пути становились всё богаче и богаче.

Но вообще столица, конечно, изменилась. Нет, все строения стояли на своих местах, никаких разрушений – поменялась атмосфера. В воздухе словно бы висела тревожность. Людей на улицах почти не было видно – все предпочитали сидеть по своим домам, хотя время ещё совсем не позднее – лишь начало шестого. А ведь ещё недавно здесь прогуливались или шли по своим делам толпы.

Те же прохожие, что всё-таки встречались нам, выглядели настороженными или даже какими-то растерянными. Но у всех на лицах было написано желание поскорее оказаться под защитой родных стен. Хотя в нынешней обстановке это весьма сомнительная защита.

В фешенебельном же районе улицы и вовсе были абсолютно пустынны.

До места назначения мы добрались часа за полтора и вот остановились у высоких кованых ворот.

Вопреки моим ожиданиям, навстречу нам вышел не привратник, а молодой крепкий охранник. Точнее, даже два. Но Мэрлина они сразу узнали и пропустили нас внутрь даже без вопросов, что это за толпа с ним.

А вообще, как я заметила потом, охраны было полно и в саду, и в доме – ну да, времена нынче неспокойные. Обычно-то, полагаю, в Эльте такого не увидишь.

От ворот мы направились прямиком в красивый дом с остроконечными башенками. Ну, что Мэр у нас не из бедных и даже не из среднего класса, я уже давно не сомневалась. Больше того, ожидала увидеть и вовсе какой-нибудь дворец. Впрочем, это же всего лишь городской особняк – друг ведь там какой-то замок упоминал. А здесь они, наверное, бывают только наездами.

Едва зашли в дом, по мраморной лестнице практически сбежала молодая красивая блондинка и почти повисла у него на шее.

Поначалу я подумала, что это сестра Мэрлина, хоть и ни разу не слышала упоминаний о таковой. Но нет, судя по тому, что прошептал он «мама», я явно ошиблась. Хотя чему удивляться – они ж маги.

— А отца дома нет? — спросил Мэрлин, после первых тихих заверений, что с ним всё в порядке.

— Нет, — покачала головой женщина. И добавила со вздохом: — Он вас ищет.

— Ну, как видишь, мы уже нашлись, — улыбнулся друг.

— Хвала Мирозданию!.. — выдохнула она, смахивая слезу счастья. — Если бы ты только знал, как мы беспокоились!

Похоже, к религиозной части населения семейство Мэра не относилось – те обычно за всё благодарили богов. Вампиры же, напротив, говорили «хвала Тени», хотя близко ей не поклонялись. Как объяснил мне Эйвор, это было больше в пику церковникам, записавшим их в создания Хозяина Тени.

— Я понимаю, — помрачнев, кивнул блондин. — Но, извини, возможности послать весточку нас лишили.

— Кто бы сомневался, — мать опять вздохнула. — Конечно, я постараюсь сообщить Анрэ́ о вашем возвращении. Только где конкретно он сейчас, и сама не знаю, — ещё один вздох. — Мэр, расскажи наконец, где вы были, что вообще произошло.

— Естественно, расскажу. Но может быть, для начала всё-таки вспомнишь о приличиях? — тихонько укорил её сын.

— Да, конечно, — опомнилась блондинка, прикоснувшись пальцами к виску. Видимо, на радостях действительно забыла обо всём на свете. — Сейчас распоряжусь приготовить вам комнаты, — сказала, посмотрев на нас.

— Да мы, собственно, нена... — начал Рэймонд и осёкся. Вернее, передумал говорить, что наше явление лишь на пару минут. Вместо этого добавил тихо: — Впрочем, разведать обстановку, по-любому, не помешает.

— Знакомьтесь, это моя мать Риле́на, — произнёс Мэрлин.

Затем представил по именам и всех нас.

Удивилась хозяйка разве что присутствию орка, да и то несильно. Но наши вампиры/вирги наверняка уже успели замаскировать свою энергетику под людскую. А может, она и не умела читать её как открытую книгу. Только они как пить дать всё равно замаскировали.

— Располагайтесь пока в гостиной, — пригласила леди Рилена. Поскольку никакого титула так и не прозвучало (но я почему-то не сомневалась, что он был), решила про себя называть её так. И обращаться, если понадобится, тоже. — А я распоряжусь насчёт ужина.

Эйвор первым делом вцепился в лежавшую на низком столике газету.

— Пишут, что Наэль, бросив Лимерану на произвол судьбы, бежал в Бордгир, — поделился он новостями, бегло проглядев статью на передовице. — И его семейство подалось туда вместе с ним. Вы когда-нибудь слышали бо́льшую чушь?! — добавил зло-презрительно.

— Чуши, чувствую, будет ещё немерено, — пробурчал Мэрлин. — А кто у нас теперь у власти-то?

— Для управления обезглавленным государством создан временный совет. И возглавляет его... Угадаете кто? — голос возлюбленного засочился ядом.

— Да тут и гадать нечего – Фонтейл?! — буквально сплюнул блондин.

— Возьми с полки пирожок, — усмехнулся Эйв.

— Вот тварь! — рыкнул Мэр.

— А я, признаться, удивлён, что он не поспешил себя короновать, — заметил Йорт.

— Ну, это так быстро не делается, — стал пояснять Мэрлин. — Сначала повозглавляет совет, прижмёт всех противников, освоится во дворце, а там уж и на трон пересядет.

— И много у него противников? — поинтересовалась я.

— Не так мало, как он думает, — зло усмехнулся блондин. И добавил мрачно: — Но, к сожалению, и не так много, как хотелось бы. Сила за ним приличная.

— Подозреваю, что лимеранская аристократия сейчас расколется на два лагеря... — произнёс Эйвор.

— Она уже расколота, — буркнул Мэр.

Но в этот момент вернулась леди Рилена, и разговор оборвался. При матери друг не захотел его продолжать – по-видимому, уже сказал лишнее.

***

За ужином мы рассказывали о турнире, о бесчинствах ВМАшников и наконец о нашем пленении. Правда, что касается побега, Мэр ловко обошёл участие в нём виргов и вампиров. Типа тюремщики просто сунулись в камеру избить Йорта, а парни накинулись на них самих – так и освободились. Потом выпустили всех остальных.

Но поскольку пришли мы сюда пешком, к тому же, по-прежнему не знали, где расположены те руины, поведать об особом тайном способе перемещения, которым владеют наши магистры, всё же пришлось. Однако без деталей – сами порталы он так и не упомянул ни словом, сославшись на строжайшую секретность. А леди Рилена, проникшись тем, что сыну доверили важную тайну, не стала настаивать на конкретике.

После ужина прислуга приготовила всем ванны. Нырнула я в неё, конечно, с огромной охотой – ведь ни водных процедур, ни магической гигиены не видела уже шесть дней. Да и в плен мы попали после тяжёлого боя с командой Иштара.

А вот по выходу из ванной меня ждал «сюрприз» в виде исчезнувшей одежды – оказывается, всю её забрали стирать и чистить. Впрочем, служанка принесла мне и бельё, и платье – видимо, из гардероба хозяйки.

В принципе, я могла бы обойтись и халатом. Но, поскольку ужин был весьма ранним – ведь прибыли мы сюда оголодавшими, а конкретно сегодня вовсе ничего не ели – когда отдохнули после мытья, леди Рилена пригласила всех на вечерний чай со сладостями.

Так что пришлось облачаться в более подходящую случаю одежду.

Эйвор также пришёл в столовую в чужих вещах – наверное, Мэрлина. И остальные парни тоже.

После неизменной мерзкой каши три раза в день восхитительные воздушные пироженки вообще казались пищей богов (как, впрочем, и уже съеденный и переваренный ужин). Не знаю, готовил их здешний повар или они были из какой-то, безусловно, дорогой кондитерской, но просто обалденно вкусно!

В общем, мы внаглую смели всё, что было на столе. Спасибо, хоть чашки не погрызли – почему-то казалось, что и они вкуснее той каши. Но, конечно, поступить столь варварски с изящным тончайшим фарфором мы не могли. Тем более, боюсь, стоил сервиз баснословных денег. Лично мне никогда не доводилось ни пить, ни есть из такого. И даже из относительно подобного.

Впрочем, богатством дышало всё убранство дома – включая гостевые покои, в которых нас разместили. Мда, Мэрлин-то у нас, похоже, реально из высшей аристократии.

И он, естественно, чувствовал себя среди всей этой роскоши как рыба в воде. Это я передвигалась чуть ли не бочком, боясь что-нибудь задеть.

Но куда больше меня удивили друзья, тоже явно не ощущавшие здесь ни малейшей скованности. За исключением Йорта, а ещё Капульвахера с Фоккорт. Ну и, пожалуй, Марииль. Хотя эльфийка всё же заметно меньше меня нервничала, как бы чего не разбить и не испортить.

— Пойдём прогуляемся, — предложил Эйвор, когда мы, поблагодарив хозяйку, поднялись из-за стола.

Я бы с радостью, тем более что в саду невозможно ничего разбить – разве только какую-нибудь статую, но это ещё постараться нужно. Да вот беда – на мне лёгкое платье даже без рукавов, а на дворе глубокая осень.

Выразительно показала мужчине на свои оголённые плечи.

— Сейчас, — понимающе кивнул он.

И куда-то испарился.

Ну кто бы сомневался, что, если Эйву что-то стукнуло в голову, он изыщет и способ, и возможность.

Короче говоря, вернулся с коротеньким меховым то ли манто, то ли полушубком в руках.

— Ты где его стащил? — улыбнулась невольно.

— У Мэрлина попросил что-нибудь для тебя – выйти в сад.

Ну, в мехах-то я уж точно не замёрзну. Только...

— Но это же, наверное, его матери...

— Наверняка, — кивнул нахал. — На Мэра оно вообще не налезет.

— Разве разрешения не следовало попросить у хозяйки? — тонко намекнула ему.

— Рэй, поверь, леди Рилена не настолько жадна, чтобы не пережить, если ты поносишь её шмотку часик-другой, — отмахнулся мой вампирюга.

Вот одно слово – вампир! И как я раньше не догадывалась?! Ведь что представители данной расы обладают исключительной наглостью, уже давно поняла.

В итоге, фактически именно данный вывод и озвучила:

— Вампир! — И добавила наигранно нравоучительно: — Скромнее надо быть.

И что выдумаете? Мой наглец театрально закатил глаза. А потом и вовсе выдал:

— Рэйна, солнце моё, скромность, безусловно, красит человека... но исключительно в серый цвет.

Я невольно рассмеялась. Однако решила тоже поиграть словами:

— А вампиров, значит, красит в какой-то иной цвет?

— Нет, нас она вовсе не красит, ибо мы с ней на разных полюсах и никогда не пересекаемся, — заявили мне с самодовольной улыбкой.

«А глаза-то она тебе всё-таки покрасила!» — хотела я съязвить. Но тут... мой рот накрыли жаркие губы, и всякое желание словоблудить моментом испарилось. Остались только головокружительные поцелуи. Горячие объятия сильных рук. И невероятное притяжение лучшего в мире мужчины...

***

— Не замёрз? — обеспокоилась я, когда мы уже шли по дорожке.

Вообще осень в этом году выдалась на редкость тёплая – уже миновала треть месяца Росомахи, а до сих пор даже далеко не все деревья облетели. Однако как раз в последние дни окончательно похолодало.

Но мне-то в меховушке замёрзнуть точно не грозило. Признаться, теряюсь в догадках, для какого вообще сезона была предназначена данная одёжка. Вроде бы раз из меха – значит, зимняя, только зимой в ней в два счёта околеешь. Разве что во время какого-нибудь бала выйти на балкон на пару минут.

А вот на возлюбленном была надета лишь одна, пусть и плотная, но рубашка.

Тем не менее он покачал головой:

— Нет.

Посмотрела на него с сомнением:

— Врёшь?

— Солнце моё, я северянин, — с чуть язвительной улыбкой заявил мужчина. — Кроме того, вирги вовсе не склонны мёрзнуть.

— В звериной ипостаси – нисколько не сомневаюсь. Только сейчас рядом со мной идёт никак не волк, — возразила я.

— В любой ипостаси, — подчеркнул мужчина.

Ладно, Бордгир и верно северная страна. К тому же исключительно горная – а в горах вроде бы всегда холоднее.

Уже хотела расспросить о его родине, но тут Эйв остановился, снова притянул меня в объятия и проникновенно заглянул в глаза.

— Как ты вообще – переварила новости обо мне? — спросил неравнодушно – возможно, даже с замиранием сердца.

Да, наедине мы с ним остались впервые с того момента (точнее, тех моментов), как раскрылись его «особенности».

— Как видишь, переварила, — тепло улыбнулась я, глядя в родные серые глаза. И вдруг, сама не знаю с чего, добавила: — Родители бы, конечно, ни за что не переварили. Ну да они всё равно от меня отказались.

Наверное, Марииль была права – подспудно я тоже думаю о будущем с ним.

— Главное, что ты переварила, — заключил мужчина. И вновь нежно коснулся моих губ.

Ну а мнение тех, кто от меня отрёкся, здесь уже никого не волновало.

— Но ты всё-таки зараза, — укорила его. — Мог бы и раньше правду о себе рассказать.

— Не думаю, что ты была к ней готова, — возразил мой брюнетистый паразит.

— Я и в каземате не была готова, — хохотнула чуть нервно.

— Там вариантов, раскрываться или нет, попросту не осталось.

— Да, что ты оказался виргом и вампиром, нам очень повезло, — кивнула я. — Иначе бы до сих пор сидели в кандалах. Кстати, раз ты вампир – с Вороном-то связался? — вспомнила тут. — Или ещё не умеешь?

— Умею, конечно. Мысленным контактам нас учат ещё в детстве, — заверил Эйвор, резко помрачнев. — Только сейчас связаться не получается – ни с Вороном, ни с Бордгиром. У Рэймонда и остальных тоже.

— Как это? — опешила я. — Бордгир, конечно, далеко. Но Блонвур-то здесь совсем рядом.

— Расстояние не имеет значения, — пояснил мужчина. — Однако в связи с последними событиями замок могли накрыть защитой – она и мешает мысленным контактам. Ладно, не грузись – завтра утром, по-любому, всё выясним.

— Подожди, — замотала я головой. — Пусть на Блонвуре защита. Ни с кем на родине-то вы почему не можете связаться?

— В принципе, Бордгир Элестайл тоже мог закрыть, — выдал он более чем неожиданную новость.

— Всю страну? — вытаращила глаза.

— Мы не знаем, что творится на границе. Вдруг Фонтейл решил ещё и на Бордгир напасть?

— Он совсем идиот?! — вскричала в ужасе.

— А ты в этом сомневаешься? — вскинул возлюбленный бровь.

В этот момент неподалёку послышались голоса. О чём-то оживлённо беседуя, по параллельной дорожке прошли Мартирра и... Йорт. Хм, у нас образовалась ещё одна пара? Ну что, намазав орка оборотническим снадобьем, дальше Марта отходила от него лишь по мере необходимости – сделать вид, будто спала в своей камере по-прежнему в кандалах, да мерзкую кашу пожевать – я заметила. Но, может, у них началось и раньше – я ж не следила.

Мы тоже вновь двинулись по дорожке – только в противоположном направлении. Зачем идти параллельным курсом и мешать их уединению?

Хотели завернуть в укромную беседку. Однако та оказалась уже занята – Капульвахером и Фоккорт. Мешать им, естественно, не стали.

— Как думаешь, у них наклёвывается что-то серьёзное? — шепнула на ухо возлюбленному. — Или просто проводят время вместе?

— Во всяком случае, симпатизируют они друг другу однозначно, — поделился наблюдениями Эйвор. — А почему бы, собственно, и нет? Винслир один как перст. Геллия, как я понимаю, тоже не замужем.

— У него совсем никого – ни детей, ни внуков? — уточнила я.

Мужчина помотал головой:

— По-моему, вовсе никакой родни. Вроде бы в семье он был единственным магом. Так что все, кто имелся, давно умерли от старости.

— Значит, его семья – это Блонвур?

— По сути, да.

Мне стало жаль нашего алхимика. Он ведь ужасно одинок! Даже самой сделалось грустно. Но, может, ему повезёт с военной лекаршей? По-моему, она неплохая.

В этот момент мы чуть не натолкнулись на целовавшуюся за вечнозелёным кустом парочку – Гил и Мари.

Я поспешно потащила Эйва прочь. Вот уж кому точно не хотела помешать, так это им.

Вроде бы подруга наконец оттаяла. А то в последние дни, после того как раскрылась расовая принадлежность Гилворда, мне показалось, что она начала его сторониться.

Очень рада, что лишь показалось. Ну или просто Мари всё же пришла к выводу, что вампир – это совсем не страшно.

Хи-хи, а сад Мэрлинова особняка-то явно пользуется популярностью!.. Тут, похоже, собрались (вернее, разбрелись по нему) все парочки, которые только есть у нас. А сам он, наверное, с матерью общается? Давно ведь не виделись.

Ан нет, что это отнюдь не так, я убедилась уже через минуту-другую – увидела, как Мэр показывает фонтан... Вэлерин. Причём в такое время года, на грани заморозков, фонтан уже не работал.

Выходит, и сие мне не показалось – что ещё в каземате друг начал бросать на виргиню заинтересованные взгляды?

— Это не сад, а проходной двор какой-то! — хохотнул мне на ухо Эйвор. — Уединиться в нём совершенно невозможно.

— Ага, сейчас ещё Рэймонда с Райсоном где-нибудь повстречаем, — тоже засмеялась я.

Но про себя подумала совсем о другом. Мэрлин вообще соображает, что творит?! Отец же (кто он там – барон, граф, маркиз?) его за роман с оборотницей попросту прибьёт! Ну или наследства лишит. Виргов лимеранская аристократия не переваривала разве что чуть меньше, чем вампиров.

— О чём задумалась? — спросил возлюбленный, заметив, что я ушла в себя.

— О Мэрлине, — призналась без утайки. — Он ведь явно не просто так решил устроить Вэл экскурсию по своему саду?

— Да, полагаю, дело вовсе не в проснувшемся в нём призвании экскурсовода, — иронично улыбнулся мужчина. — И даже не в желании похвастаться красотами почти облетевшего сада.

— Вот именно, — подчеркнула я. — И что хорошего из этого может выйти?!

— А что, собственно, плохого ты видишь в том, чтобы Мэр решил наконец перестать страдать по тебе? — ответили мне вопросом на вопрос.

Он издевается?! Или придуривается?! Либо, может, в нём вдруг всё-таки заговорила ревность? Решил, например, будто это я заревновала, увидев Мэрлина с другой.

Ладно, видимо, придётся раскладывать по полочкам.

— В этом – абсолютно ничего плохого. Но кто его отец?— Посмотрела на мужчину испытующе: — Ты ведь знаешь?

— Знаю, — неохотно признался любитель таинственности.

— И кто? — попыталась-таки надавить.

Он отвёл глаза:

— Рэй, спроси об этом Мэра сама. Я тебе уже говорил, что не вправе раскрывать чужие тайны. Но раз Мэрлин преспокойно повёл нас всех к себе домой – может, это не такой уж секрет, и он ответит на твой вопрос.

В общем-то, да – я могла бы расспросить о хозяевах особняка и какую-нибудь служанку. Если им не запрещено говорить – узнала бы и настоящее имя, и титул. Но всё равно подобные действия казались мне не слишком-то красивыми. Правда, то, что я хотела выпытать информацию у Эйва, – вообще-то ничем не лучше.

— Ладно, бестии Тени с конкретикой, — махнула рукой. — Скажи мне главное. Он дворянин?

— Да, — кивнул Эйвор.

— Из титулованных?

Ещё один кивок.

— Вот, — вздохнула я. — Ну и как, думаешь, представитель аристократии отреагирует на роман сына с виргиней?!

Возлюбленный нервно усмехнулся:

— Честно? Боюсь себе представить. Я, признаться, размышлял несколько в ином ключе. В смысле, что отвлечься от тебя ему точно не помешает.

— В этом вы, мужчины, все! — обиделась я за Вэл. — Отвлечься, развлечься, походя разбить девушке сердце... А о ней кто-нибудь подумал?! Сейчас Мэр её откровенно охмуряет. А потом скажет – извини, дорогая, но папа против, так что иди лесом, да?!

— Рэй, подожди, — Эйвор взял меня за запястья. — Давай всё-таки не будем гнать лошадей. Во-первых, пока они всего лишь поболтали у фонтана. Во-вторых, что и когда скажет или не скажет Мэрлин, нам с тобой неизвестно. В-третьих, почему вообще ты заранее такого плохого мнения о Мэре?! Может, он отцовские запреты пошлёт лесом, а не Вэл?

— Вот сразу видно, что ты вампир, а не лимеранец, — тяжело вздохнула. — Не знаю, возможно ли послать отцовские запреты у вас, а у нас дети целиком и полностью зависят от родителей – не только дочери, но и сыновья. И вся эта аристократия, кстати, женится исключительно на тех, кого им выберут отцы. Если с собственными пожеланиями совпадёт – повезло. Но если отец не одобрит избранницу – всё, пиши пропало! Пригрозит лишить содержания и наследства – Мэр враз забудет как брыкаться.

— Если тебе интересно насчёт вампиров, — вернулся мужчина к началу моей тирады, — то у нас родители вовсе не вмешиваются в личную жизнь детей. Возможно, тебе сложно в это поверить, тем не менее всё именно так. А возвращаясь к Мэру... Рэй, не надо ничего утверждать за него, — подчеркнул жирно. — И, кстати, у Вэлерин своя голова на плечах. В каком доме оказалась, она прекрасно видит. Так что рядовым горожанином Мэрлина уж точно не считает. И, между прочим, нам с тобой опять же неизвестно, планирует ли что-либо серьёзное с ним она. Короче говоря, тут, может быть, ещё Мэра нужно пожалеть, — добавил он иронично.

— Да ну тебя! — легонько стукнула его кулаком в плечо.

— Рэй, я серьёзно. Давай не будем лезть в едва зарождающиеся отношения – сами разберутся. Чай, оба взрослые.

— Лезть я, в общем-то, и не собиралась, — заверила совершенно искренне. — Разве что немного вправить Мэру мозги. Но, с другой стороны, ты прав – Вэлерин действительно не слепая. И не наивная юная девочка.

— Далеко не наивная, — улыбнулся он. — А вот чего тебе точно не стоит делать, так это вправлять мозги Мэрлину. Ты же не хочешь, чтобы он решил, будто неравнодушна к нему.

— Конечно, я к нему неравнодушна – как к другу, — сама не знаю, зачем это сказала.

— Рэй, ты прекрасно поняла, о чём я, — заявили мне со всей уверенностью.

На этом спорить мы прекратили. Тем более что наконец набрели на вполне укромный уголок, и вернулись к куда более приятному времяпрепровождению – то есть к поцелуям.

Оказывается, за время турнира и плена я по ним просто жутко соскучилась.

***

Встали мы рано – чтобы поспеть к началу занятий. Хотели даже отправиться в Блонвур без завтрака. Но, как ни удивительно, оказалось, что леди Рилена уже была на ногах и позвала нас в столовую к накрытому столу.

Кормили здесь, по правде говоря, очень вкусно, поэтому отказываться не стали. Да и Мэрлин явно не собирался обижать мать, специально поднявшуюся с постели раньше обычного.

А вот после трапезы мы дружно вышли в сад, и прямо оттуда Рэймонд открыл переход в Блонвур. Точнее, не совсем – выходной портал находился немного в стороне от замка, в лесу. Наверное, чтобы никакие любопытные студенты случайно не увидели его со стен.

В общем, выйдя на дорогу, зашагали к воротам. Ура, всего через пару минут наконец будем дома!

В общем, шли себе, никого не трогали. И вдруг сверху на нас спикировал... чёрный дракон!

Мамочки! Розовские-то, между прочим, шоколадного окраса. Вайлд – сиреневый. Мейнсилоры, как я слышала, красные. А это ещё кто такой?!

Одно счастье – на месте он нас не спалил и сожрать тоже не попытался. Приземлившись прямо перед нами, обратился весьма привлекательным брюнетом.

— Диртлеву́р? Ты здесь какими судьбами?! — удивлённо поинтересовался Эйвор.

Ну хотя бы знакомый. Фух!

— Да так... У меня тут одно дело, — туманно ответил ящер. — Гляжу – вы почему-то за территорией разгуливаете.

— Что там, в Бордгире? — спросил Рэймонд, не став комментировать тему нашей «прогулки».

— А что в Бордгире? — кажется, несколько напрягся тот, кого звали Диртлевуром. — Я вообще-то не оттуда.

— А откуда? — полюбопытствовал Райсон.

— Ну, летал кое-куда...

— Куда именно? — насел на него Эйвор.

— В соседний мир. Точнее, на Сэйнорру, — как-то не слишком охотно ответил-таки дракон.

— А, то есть ты вообще ничего не знаешь? — заключил возлюбленный.

Диртлевур напрягся уже всерьёз:

— Да что случилось-то?!

— О-о, тут много чего случилось... — саркастически протянул мой вампир. — Ладно, идём с нами. В Блонвуре всё расскажем.

Как ни странно, но приставать с расспросами чешуйчатый брюнет не стал, и мы двинулись дальше.

Наконец постучали в ворота. Спустя лишь, наверное, минуту в створке отворилось окошечко.

— Вам чего?! — недовольно вопросил... абсолютно незнакомый субъект.

— Это ещё кто? — округлила глаза Марииль.

— Понятия не имею, — буркнул Гилворд.

— Но он явно человек, — тихо добавил Диртлевур. — И откуда же мог взяться в охране Блонвура?!

— Спроси чего полегче, — хмуро пробормотал Рэймонд.

Тем временем Эйвор ответил незнакомцу:

— Вообще-то мы здесь учимся. Вернулись с турнира между Блонвуром и Военной магической академией.

— А-а... — протянул охранник.

И соизволил-таки начать отпирать ворота.

В общем, внутрь нас впустили. Магистр Фоккорт здесь, правда, не училась и даже не преподавала. Равно как и черный дракон. Но новый стражник, очевидно, понятия не имел, каким составом мы должны были возвратиться.

— Что-то мне это всё совершенно не нравится, — сказал нам Эйвор ещё по пути к Главному корпусу. — Пойдёмте-ка сразу к Ворону.

Возражений не последовало, и, зайдя в двери, мы направились к угловой лестнице. Между четвёртым и пятым этажами нам повстречался Дальгондер.

— Вернулись? — произнёс он каким-то странным тоном. Да и вообще вид у него был... слегка потерянный, что ли? — Куда направляетесь?

— К Ворону, — в один голос ответили Эйвор и Рэймонд.

— Идёмте со мной, — непререкаемо произнёс эльф, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.

— Дальг, что у вас здесь творится? — с подозрением поинтересовался магистр Вирайн.

— Сейчас расскажу, — хмуро пообещал тот.

Привёл он нас в деканат Арда. Причём сразу провёл в дальнюю комнату.

— Посидите здесь тихо, — велел нам. — Я скоро вернусь.

— Кто-нибудь что-нибудь понимает? — растерянно осведомился Капульвахер, когда за эльфом уже затворилась дверь.

— Нет, — буркнул Рэй. — Но, чувствую, ничего хорошего мы не услышим.

Вернулся Дальгондер вместе с Фортейл, и та, войдя в деканат, сразу заперла за собой дверь. И полог тишины тоже поставила.

— Рассказывайте уже! — потребовал Вирайн.

— Даже не знаю, с чего начать... — заговорил эльф, и ненадолго задумался. — Пожалуй, начну с худшей новости – Ворон уволен.

— Как это?! — обалдели мы.

— Нет, наверное, всё-таки следовало сперва сообщить о другом, — передумал лорвейнец. — Началось всё с трёх убийств в ночь с четвёртого на пятое, совершённых другими студентами. Вообще смертей намечалось явно больше, но одного из убийц занесло в комнату, где жили тролли – те проснулись и скрутили нападавшего. Их соседи при этом тоже проснулись. А главное – проснулся и сам «убийца» и, осознав, что чуть не сотворил, в ужасе поднял такой крик, что перебудил всю общагу.

— Простите, магистр, но что значит – проснулся и сам убийца? — в оторопи спросил Йорт.

Ну лично я-то уже поняла, что, очевидно, несчастные «убийцы» были такими же замагиченными бедолагами, как и я в своё время. Только их «приберегли» до нужного момента.

А эльф принялся объяснять всем, кто не в курсе, о хождениях во сне под влиянием магии неких мерзавцев. Впрочем, теперь-то уже ясно как белый день, что и за этим стоял герцог Фонтейл со своими подельниками.

— Кто именно был убит? — спросил Диртлевур, едва он закончил рассказ.

— Это первокурсники, вы их вряд ли знали, — ответил Дальгондер, кажется, вовсе не заметив, кем был задан вопрос.

— Назови имена! — потребовал брюнет.

— Я бы, кстати, тоже хотел знать, что здесь делаешь ты, — упёрся лорвейнец.

— Имена назови! — буквально прорычал дракон. И вид у него при этом был такой, словно того и гляди обернётся и спалит здесь всех к бестиям Тени. Ну, как минимум, эльфа.

Тот в изумлении расширил глаза... и всё-таки перечислил фамилии. Лично мне они не сказали ни о чём. Диртлевуру, похоже, тоже. И сестры Кальвира среди них, хвала Тени, не было.

— А теперь жду твоих объяснений, — жёстко произнёс магистр.

— Я просто пролетал мимо и случайно заметил студентов за пределами замка, — заговорил ящер уже совершенно спокойно. — Они пообещали рассказать мне, что здесь произошло. Вот я и слушаю новости, — добавил с язвительной улыбкой.

— И как же ты умудрился быть не в курсе? — поинтересовался Дальг, отзеркалив ему улыбочку.

— Гулял. Вне дома.

— Надеюсь, с некоторых пор ты стал более разборчив в связях, — ехидно заметил эльф непонятно к чему. — А то, знаешь ли, твоё прошлое замечательное приключение по имени Кондагра с её подружкой Алхалией дорого обошлись Альтерану.

Неужели это он о бывшей королеве Лимераны, к тому же казнённой несколько лет назад? Она-то здесь каким боком?!

— Жаль, я не настолько осведомлён о твоей личной жизни, — усмехнулся наш новый знакомый.

— Уличить меня в романах с маньячками тебе бы, по-любому, не удалось, — тон Дальга был образчиком язвительности.

— Ну значит, в чём-нибудь другом...

Хм, неужели Диртлевур и есть тот дракон, который давал на суде показания против Алхалии? Не сказать чтобы я особо пристально следила тогда за процессом, но что какой-то ящер там был, помню совершенно чётко. Правда, куда он подевался потом, неизвестно.

Но, как видно, тайна это отнюдь не для всех. Мои друзья, вон, прекрасно знакомы с данным товарищем. В смысле, трое из них. Насчёт Мэрлина я вовсе не уверена, а по поводу Марииль – тем более.

— Перестаньте! — вмешалась Фортейл. — Хватит уже шпилить друг друга! Неужели иных забот нет?!

— Позволю себе заметить, что шпилит, в основном, только Дальгондер меня, — произнёс Диртлевур с видом «я тут ни при чём».

— Зато ты начал просто замечательно, — вставил ему шпильку теперь Рэймонд. — Нет, правда, позволь узнать – с чего вдруг взбесился? — он посмотрел на дракона испытующе.

— Извините, погорячился, — предпочёл тот попросить прощения, явно желая свернуть тему. И тут же вернулся к предыдущей: — А можно мне глянуть на тех зомбированных «убийц»? Возможно, я сумел бы определить, что за магию на них применяли.

— Поглядеть, конечно, можешь, — ответила Фортейл. — Но воздействие с них уже сняли.

— Вот как? Жаль. К слову, по связи можно было бы достать контролёра. И покончить с ним.

— Легенды пытались, — сказал Дальг. — Но в этот раз гад разорвал связи с подчинёнными сам.

— Вот зря меня не позвали и даже ни во что не посвятили ещё в первый раз, — заметил Диртлевур.

— Кто ж знал о таких твоих талантах, — усмехнулся Рэймонд.

— Ну, я всё-таки дракон, — язвительно улыбнулся брюнет.

— Андрей тоже. И очень сильный, — подчеркнул вампир. — Однако даже не знал, с какой стороны подступиться.

— Мы с ним из разных миров, и у нас разные школы, — напомнил ящер. — Возможно, в чём-то Андер и круче меня, но в менталистике я, честное слово, неплох.

— Будем иметь в виду, — пообещал Вирайн.

— Где бедолаг зомбировали, удалось выяснить? — спросила я.

Ведь в одном караване со мной вроде бы не ехал никто из Блонвура.

— Ничего конкретного, — помотал головой эльф. — Но мы пришли к выводу, что, по всей вероятности, ночью на каких-то постоялых дворах.

— А сколько всего было этих «убийц»? — поинтересовался Эйвор.

— Трое, — ответила Фортейл. — Причём на учёбу все ехали разными путями. Так что воздействие на них было наложено никак не на одном и том же постоялом дворе.

— А этот ваш любитель сомнамбулизма опредёленно силён... — протянул Диртлевур. — Одновременно держать под контролем сразу троих!..

— Вирджина, подожди, — вмешался магистр Капульвахер. — Гибель студентов – это, конечно, ужасно. Но Владислава-то на каком основании уволили? Он ведь никоим образом в смертях не виноват.

Декан криво усмехнулась:

— Луарэ посчитал иначе. И уволил Влада по причине несоответствия занимаемой должности, поскольку тот допустил массовые убийства в своей академии. Причём примчался глава Ковена сюда рано утром – когда, по идее, мы должны были только-только узнать об убийствах.

— Короче говоря, Луарэ тоже в числе заговорщиков, — сделал вполне резонный вывод Эйвор.

— По всей видимости, — кивнул Дальгондер. — Правда, утверждал, что якобы получил анонимное предупреждение. Приехал проверить сигнал – а тут такое! Дальше этот любитель анонимок первым делом разогнал вампирско-драконий вертеп, как он выразился, то есть вытурил отсюда Адельвурта, Кронсталла, Нистэмпа, Коруна и Розовских.

— Ну естественно, — зло-презрительно усмехнулся Райсон. — Когда в академии бесчинствуют менталисты, нужно срочно убрать из неё тех, кто мог бы защитить от них!

— Они что, вознамерились извести всех до единого студентов Блонвура?! — вскинулся Гилворд.

— Надеюсь, что нет, — ответил эльф. — Прежде чем улететь отсюда, легенды Бордгира всё-таки успели проверить всех студентов. Вроде бы больше зомбированных нет. Правда, проводили проверку, конечно, на скорую руку. Так что гарантировать тут ничего нельзя. Но всё, что могли в сложившейся ситуации, они сделали.

— Если хотите, я могу досконально проверить каждого присутствующего в Блонвуре, — предложил Диртлевур.

— Это было бы замечательно, — обрадовалась Фортейл. — Потому что опасность новых нападений подконтрольных, боюсь, сохраняется. Всё-таки вампиры спешили и проверяли весьма поверхностно. Только есть одна проблема... — она замялась.

— Да, — подхватил Дальг. — Кажется, я погорячился, сказав, будто увольнение Влада – худшая из новостей.

— Есть ещё хуже? — расширив глаза, в ужасном предчувствии скульнула Марииль.

— Да. Вся королевская семья: сам Наэль, Кэйла́ра, Торинвальд, Кайва́ри, Голдар и Мири́нда захвачены бунтовщиками. Где их держат, одним бестиям Тени ведомо, но Элестайла с Лорго шантажируют, что если они сами или какие-либо их силы только сунутся на территорию Лимераны – все шестеро будут немедленно убиты. Как вы наверняка уже догадались, ещё и поэтому Ворон оставил должность ректора почти безропотно. Впрочем, хоть он и не говорил, но, думаю, также его шантажировали вами.

Понятное дело, скрытно Наэля и его семью ищут со всем усердием. Однако пока результатов – ноль. Вас, кстати, тоже никак не могли отыскать. Счастье, что вы сумели освободиться и сбежать сами. Потому что вампиры уже с крыльев сбились.

— Руины, где нас держали, накрывает очень хитрая защита, — начал Эйвор.

— Да, всё это мы уже знаем, — закивал Дальг. — Вернувшиеся вчера рассказали во всех подробностях. Жаль, что место, где заточили вас, так и осталось неизвестным. Если бы на эту защиту хоть посмотреть, изучить её хорошенько – Наэля ведь наверняка держат под аналогичной. Но мы ума не приложим, где такие руины могут располагаться.

— Я тоже, — признался Рэймонд. — Но вообще-то меточку мы там бросили, — поведал с ехидной улыбочкой. — Так что потом можно будет перейти и всё как следует изучить. А ещё Корун допросит мёртвых тюремщиков, стороживших нас, — подмигнул он. — Вдруг мерзавцы знали хоть что-то?

Я выпучила глаза. Как это возможно – допросить мёртвых?! Однако влезать с вопросами не стала – сейчас это далеко не главное.

— Новости, конечно, потрясающие, — снова заговорил Диртлевур. — Только я совершенно не понимаю, чем всё это мешает мне проверить обитателей Блонвура на следы зомбирования. Если вы о том, что бордгирцам запрещено появляться на территории Лимераны, так никто не узнает, что я оттуда. И дракона во мне никогда не распознают – уж поверьте.

— В том, что ты умеешь маскировать свою энергетику, мы как раз не сомневаемся, — заверил Дальгондер. — Дело немного в другом...

— А кто теперь возглавляет Блонвур? — поинтересовался тут Эйвор, наверное, подумав, что проблема может быть в руководстве. — Ты, Вирджина? Или Ливалла?

— Да нет, — Фортейл растянула губы в злой улыбке. — Нового ректора нам прислали со стороны. И это ещё одна убийственная новость.

— Только не говори, что им тоже стал герцог Фонтейл, — нервно хохотнул Райс.

— Хм, вот даже не уверен, что твой вариант хуже... — протянул Дальгондер со зловещей улыбочкой. — Новый ректор Блонвура – граф Гришар.

— Что?! — дружно вскричали мы в полнейшем шоке.

— Они ёб... чокнулись?! — вопросил Эйвор.

Честно говоря, не представляю, что он хотел произнести поначалу, но «чокнулись», по-моему, всё же слишком мягкое определение для действий Ковена.

— Да-да, вот именно это, первое, они и сделали! — подтвердил эльф.

— Гришар – ректор!.. Большего бреда и представить невозможно! — подвёл черту Мэрлин.

— Игорный дом в Блонвуре уже открылся? — ехидно осведомился мой возлюбленный.

— Нет пока, — утешил нас Дальгондер. — Но, поверьте, за несколько дней своего, с позволения сказать, руководства он успел натворить достаточно. Начал с того, что попросту упразднил несколько дисциплин – совершенно лишних, на его взгляд, для магического образования.

— Каких именно? — напрягшись, спросил Райсон.

— Во-первых, как вы, наверное, уже догадались, это вампирология, — язвительно начал перечислять эльф.

— Теперь снова будут втирать студентам, будто вампиры – нежить и чистое зло во плоти?! — буркнул Капульвахер.

— Во-вторых, виргология? — уточнила Мартирра.

Дальг кивнул:                    

— Драконологию, понятно дело, тоже в помойку. А с ней заодно и огненную магию, которую вёл Андрей. Основы менталистики – туда же. Ну и «самый бредовый предмет», как выразился наш дорогой новый ректор – магпрограммирование. Все преподаватели, ведшие данные дисциплины, конечно, также уволены. Кроме того, урод выгнал отсюда всех представителей «низших рас». — Он повернулся к нашему орку и повинился: — Йорт, прости, что дословно цитирую незабвенное новое руководство. Но ты не переживай – в разряд низших рас попали и эльфы Гиблого леса. Лорвейнцев, правда, как видишь, почему-то оставили. Однако Нариэл сам ушёл вместе с Грэс-Ти. Лориин – с Дэллоизом, а Элливиэль – с Лео. И Кэйден – с Тар-Си. Ах да, Дэлвира и Илинор заподозрили в примеси оркской крови, поэтому их тоже выставили вон.

— Твари какие! — прорычала Вэлерин.

— Пока что тварь здесь одна, — поправил её Дальгондер. — Но скоро их наверняка станет больше – должен же кто-то тут преподавать, а значит, Гришар наберёт себе подобных.

— А Крис-то здесь или его тоже уволили? — спросил Рэймонд. — И Лайна...

— Кристиан, Лайнис и Элан ушли в Бордгир, чтобы принять участие в ваших поисках. И да, ты прав – их уже уволили за прогулы. Нэвира вчера, узнав об этом, тоже рванула домой. Полагаю, со всеми вытекающими.

— Ты ничего не сказал о Лавириэль, — напомнил он.

— С ней отдельная история, — вздохнул эльф. — Дело в том, что Гришар повелел вышвырнуть отсюда «опасную живность» – то есть сенбернара с лисой. Ну Зара-то Логиновы, понятное дело, забирали с собой, поэтому до отъезда его не стали трогать. А вот Лори реально попытались выкинуть за ворота. Вы, кстати, новую охрану заметили?

— Естественно, — криво ухмыльнулся Эйвор.

— Гришаровская, — ядовито пояснил магистр. — Вот они за лисицей и гонялись. В общем, Лавириэль тоже уехала отсюда, пока её любимицу не прибили и не покалечили.

— Капец какой-то!.. — пробормотал Мэрлин. — У нас преподаватели-то ещё вообще остались или только вы двое?

— Нет, все остальные на месте, — заверил эльф. И на мгновение задумался: — Надеюсь, больше я ни о ком не забыл рассказать?

— Вроде бы ни о ком, — подтвердила Фортейл.

— Я правильно понимаю, проблема со мной заключается в том, что просто так в академии теперь не останешься? — уточнил Диртлевур. — Но я мог бы вести основы менталистики вместо Дайнрис. И преподаватель вам будет не из Гришаровского стана, и у меня появится возможность спокойно всех проверить. А если здесь реально есть ещё кто-то из зомбированных, то и с контролёром разберусь.

— Дирт, ты упускаешь один немаловажный момент, — не без сарказма сказала декан. — Дисциплина, которую преподавала Дайнрис, упразднена гениальным решением магистра Гришара.

— Ну, естественно, менталистика – самый лишний для магического образования предмет! — криво усмехнулся дракон. — Особенно, когда на стороне заговорщиков действует крутой менталист.

— А ты сомневаешься в том, что наш разлюбезный новый ректор тоже из числа заговорщиков? — саркастически выгнул бровь эльф.

— Если честно, я вообще понятия не имею, что это за козёл, — ответил дракон со всей откровенностью. — Ясно только, что лучшую академию Лимераны он развалит в два счёта!

— Уже начал, — зло бросил Дальгондер. — Но к его портрету могу добавить, что это отпетый игроман, проигравший в карты всё состояние. По миру урод не пошёл лишь потому, что кто-то оплатил его долги.

— Не кто-то, а как пить дать герцог Фонтейл, — хмуро вставил Мэрлин. — И данный факт – ещё один штрих к портрету Гришара. Причём жирный.

— А это что ещё за хрен с горы? — поинтересовался Дирт. — Фонтейл, я имею в виду.

— Ты откуда вообще свалился?! — вытаращил глаза друг. — С луны?!

— Не совсем, — жёстко улыбнулся брюнет. — Как ты уже понял, родом я из другого мира.

— Но ведь не только что тебя занесло на Альтеран – раз называешь Бордгир своим домом, — сделал вывод Мэр.

— Всё правильно, — кивнул дракон. — Однако лишь минувшей весной я вышел из заключения. И, оказавшись наконец на свободе, по правде сказать, не слишком интересовался политикой – тем более, людской. Предпочитал путешествия.

— То есть за пособничество Алхалии тебя всё-таки посадили? — ехидно уточнил блондин. — Я ведь верно понял, что ты тот самый дракон, выступавший на суде?

— Да, — снова кивнул Диртлевур. — А в Бозуир меня заточили, в основном, за участие в похищении. Но своё я уже отсидел.

— Ясно. Тогда могу просветить тебя, что герцог Фонтейл – это самая отпетая тварь Лимераны. Заодно наверняка именно он стоит во главе заговора, а теперь возглавляет Временный совет – новую лимеранскую власть.

— И, видимо, как раз у него в плену находится ваш король? — продолжил брюнет список «заслуг» его светлости.

— По всей вероятности, — со вздохом кивнул Мэрлин.

— Эх, надо бы и мне заняться поисками заложников... — задумчиво протянул дракон. — Но с другой стороны, поисковиков хватает и без меня, а проверить, не осталось ли здесь зомбированных, необходимо срочно.

— Подождите, — вмешалась Марта. — Дальг, ты сказал, что повыгоняли почти всех нелюдей. Это только преподавателей коснулось или...

— Нет, конечно же. Гад вытурил отсюда всех орков, троллей, гномов и гиблолесовских эльфов. Про виргов с вампирами он просто не знает – иначе избавился бы от вас в первую очередь.

— Но что теперь будет с Йортом? — подняла она проблему. — Его тоже отчислят?!

— Точно, забыл! — опомнился эльф. — Хотел же сразу сказать! — И перевёл взгляд на орка: — Йорт, тебе ни в коем случае нельзя показываться на глаза Гришару – моментом отчислит.

— И что же мне делать? — откровенно растерялся тот.

— Лично я вижу один вариант – носить морок людской внешности. Рэй, сделаешь? — обратился он к коллеге. — Или ты тоже уходишь?

Магистр Вирайн тяжело вздохнул:

— Знаешь, я бы, конечно, ушёл из этого расистского притона. Тем более что Лайну уволили. Но куда ж я вас одних-то сейчас брошу! Так что морок на Йорта, естественно, поставлю и буду регулярно его подновлять.

— Спасибо, — поблагодарил орк. — А имя? Оно ведь не людское.

— Минуточку, — вмешался Эйвор. — Имя – не главная проблема. Вы явно забываете об одной сучке, которая непременно донесёт папочке о появлении в нашей группе неучтённого студента.

— Проклятье! — выругался эльф. — Действительно забыл. Тогда, пожалуй, поступим так – пару дней посидишь в нашей квартире, а потом... сделаем вид, что тебя перевели сюда из другого филиала. Да, Джина?

Однако Фортейл его идеей не вдохновилась:

— Это с Вороном хорошо было проворачивать такие финты – поскольку он всё знал, — со вздохом протянула декан. — А Гришар документы потребует.

— Скажешь, что они были, но теперь куда-то делись, — посоветовал супруг. — Клео вывезла отсюда всё, что только смогла. Будем считать, и данную бумажку тоже. — И пояснил уже для нас: — Это за остальными следили, но она уж постаралась оставить захватчику должности Влада как можно больший бардак.

— А если Гришар отправит запрос в тот филиал?

— Так мы Йорта из Трист-Лерона переведём. Кондигур, вон, рвёт и мечет по поводу газетной «утки», что якобы его единственный внук и наследник сбежал вместе с отцом в Бордгир. Уже и дипломатические отношения с Лимераной разорвал. Никто туда с запросом не сунется. А если вдруг – через Элестайла попросим короля Трист-Лерона распорядиться подтвердить перевод студента к нам.

— Хорошо, — согласилась-таки декан. — Будем надеяться, что прокатит.

— Слушайте, а давайте тогда вы и меня вместе с Йортом якобы переведёте, — загорелся идеей Диртлевур. — Поиграю до конца семестра в студента – ничего страшного. Зато спокойно проверю всех здесь.

Фортейл задумалась ненадолго, но потом махнула рукой:

— Ладно, где наша не пропадала!.. «Переведём» двоих. Дирт, но тебе придётся заплатить за учёбу. — И тут она опомнилась: — Бестии Тени! И тебе, Йорт, тоже.

Орк сошёл с лица. Однако потом сообразил:

— Но после отчисления мне ведь вернут часть денег – за тот период, что не дали доучиться.

— Даже не мечтай, — огорошил его Дальгондер. — Гришар всех выставил вон, не вернув никому ни солея – с формулировкой, что они вообще не имели права здесь учиться.

— Как это не имели?! — вскипел Мэрлин. — Когда их официально приняли на учёбу!

— Приняли, потому что раньше в академии были неправильные правила, — гаденьким голоском произнёс эльф, очевидно, пародируя мерзавца Гришара. — Но отныне никакие низшие у нас учиться не будут!

— А разве кто-нибудь сомневался, что он ещё и вор?! — презрительно усмехнулся Эйвор.

— В общем, да здравствуют произвол и беззаконие! — добавил Райсон.

— Бестии Тени с этим уродом! — бросил Мэр. — За Йорта заплачу я.

— Нет, Мэрлин, это неудобно, — смутился орк.

— Йорт, это мне неудобно, а точнее, стыдно за свою родину, — возразил блондин. — Так что сейчас же прекращай. К тому же, ты прекрасно знаешь, что я не обеднею. — И обратился к декану: — Магистр Фортейл, оформляйте перевод. Вопрос с оплатой решён.

— Ну а я уж найду, чем заплатить, — подвёл Диртлевур черту под данной темой.

— Если своих денег пока мало – обратись к Лорэндалю, — посоветовал Эйвор. — Ты же с ним вроде неплохо знаком. — И хохотнул: — Чай, его невесту похищал!

Дракон тоже улыбнулся.

— Кстати, у вас есть связь с Бордгиром? — спросил Эйв, обращаясь уже к магистрам.

— Да, по Альтернету, — ответил Дальгондер. — Элест, правда, не сразу отвечает, но главное, что отвечает – когда может.

— Мы вот вчера вообще ни с кем не смогли связаться, — поделился возлюбленный.

— Так в Блонвуре попросту не осталось ваших. А Бордгир Элестайл закрыл – после того как возле границы появилась толпа всадников с непонятными намерениями. В итоге они, правда, удалились несолоно хлебавши – так что теперь, может, и откроет. А те, кто ищет Наэля и искал вас, делает это крайне скрытно, тоже под ворохом защит, мешающих ментальному общению.

— Ясно, — кивнул Рэймонд. — Ну, примерно так мы и предполагали. Тогда остался ещё вопрос с Геллией.

— Вижу, — улыбнулся эльф, посмотрев на Фоккорт.

— Возвращаться в ВМА, да и вообще в герцогство Фонтейл ей наверняка опасно, — продолжал Вирайн. — Мы думали, что она пока в Блонвуре побудет, но теперь даже и не знаю, как быть.

— А вот Геллию как раз можно выдать за помощницу Ливаллы, — предложила Фортейл. — Гришар всё равно толком не знает, кто у него работает, и большей части документов нет. Его дочурка, думаю, тоже не очень в курсе насчёт всех сотрудников лекарской кафедры. С Ливаллой я сейчас поговорю. Ну а вы, кроме, естественно, Йорта и Дирта, идите на занятия, — она посмотрела на нас. — Правда, половина из них отменена в связи с отсутствием предметов либо преподавателей. Но вторая пара у вас сегодня есть.

Уж и не знаю, относилось сие только к нам или к двум пятикурсницам тоже.

Откровенно говоря, от всех новостей мы до сих пор пребывали в оторопи, если не сказать больше. Поверить невозможно, что Ворон теперь не возглавляет Блонвур – его вообще здесь нет. Многих замечательных преподавателей тоже попросту выставили за порог. А командует тут отныне ублюдок Гришар!

Это же в страшном сне не приснится!

Но делать нечего, двинули в общежитие – переодеться, взять тетради, учебники.

По правде сказать, мне идти туда и наблюдать торжествующие рожи Гришар с Баскероль хотелось меньше всего. Но, может, их уже нет дома?

Однако то, что мы с Марииль узрели, зайдя в 606-ую, откровенно повергло нас в шок. В комнате стояли только две кровати. А наших с подругой вещей не наблюдалось вовсе.

— Где наши кровати?! — вопросила я у блондинистой гадюки, с самодовольным видом восседавшей на кроватке у окна.

— И наши вещи тоже?! — добавила Марииль.

— Ничего вашего здесь нет и быть не может, — высокомерно заявила Баскероль.

— А если пришли наняться к нам в служанки, — соизволила обратить на нас внимание и Гришар, — то знайте, с прислугой мы в одной комнате никогда не спали.

От такой наглости у меня аж дар речи пропал. А что самое паршивое – теперь даже ректору на этих тварюжек не пожалуешься! Вообще никому не пожалуешься. Фортейл тоже. Уверенные в своей безнаказанности, они и её наверняка пошлют. И ничего им за это не будет!

Хвала Тени, что Зара отсюда увезли – иначе бы гадина наверняка его уже убила.

В общем, где мы теперь живём, абсолютно непонятно. Ясно только, что не в 606-ой. Но свои вещи всё же хотелось бы найти. В особенности – тетради со всеми записями. Да и учебники – как минимум, мы обязаны сдать их в библиотеку по окончании года.

— Повторяю вопрос. Где. Наши. Вещи?! — жёстко произнесла я.

— Пошли вон! — бросила Гришар тоном королевы.

— Вы нам уже надоели! — подвякнула Баскероль.

Тут мимо нас в комнату просочилась какая-то девушка в чепце и переднике.

— Ваше сиятельство, я перегладила платье, — тихонько сказала она, делая книксен. — Будете добры посмотреть, всё ли устраивает вас теперь?

Ничего себе, да стервозы реально прислугой обзавелись – уже совсем оборзели! И это всего за несколько дней!

А я-то ещё удивилась, что это за шнурок тянется по потолку от нашей комнаты через весь холл в читальню. Очевидно, от колокольчика – прислугу вызывать. Вон, кстати, и верёвочка, за которую дёргать, – возле кровати гадюки (в смысле, моей бывшей кровати). И служанок они, значит, в читальне поселили. А заниматься всем теперь где?!

Главное ведь – Гришар велела себя «сиятельством» называть, хотя никакая она не графиня – всего лишь дочь графа.

Мда, за титулы тут явно больше не штрафуют.

Однако снова придраться к работе служанки змея не успела.

— Вас про вещи спросили! — вдруг прорычал у нас за спинами Мэрлин. — Где они?! Живо отвечайте!

Затюканная служанка аж подпрыгнула с перепугу. Гришар же чуть не позеленела от злости, но пасть всё же открыла. И даже не для того чтобы выставить его вон:

— Мы весь мусор выкинули.

— Значит, возместишь всё до последнего солея! — жёстко постановил друг. — Рэйна, Мари, выставляйте счёт. Я его потом её отцу отнесу.

Гришар нервно сглотнула и выдавила:

— Они в кладовке на первом этаже.

Ага, тратиться граф, по-видимому, очень не любит – ведь деньги куда лучше спустить в карты, чем на оплату выходок дочурки. Но почему-то гадюка заранее уверена, что в данном случае потратиться папочке придётся.

Очевидно, по статусу семейство Мэрлина выше Гришаров? Да как пить дать! Иначе бы змея и ему лишь нахамила.

Эйвор с Гилвордом, кстати, тоже были здесь. Но вопреки всему моему предыдущему опыту, не вмешивались. Ну да, вампиров, которые в Лимеране вообще никто, змея пошлёт туда же, куда и нас с Марииль. Приструнить вконец зарвавшуюся стервозу в состоянии только тот, кому и её папаша не посмеет ничего вякнуть.

— Идёмте за вашими вещами, — сказал Мэр, приобнимая нас за плечи.

Но едва вышли за порог, отпустил. Возможно, этот жест тоже был для Гришар – мол, мы под его покровительством.

Похоже, теперь он наш единственный защитник от беспредела гадюк.

— Спасибо, — поблагодарила я, когда удалились от двери.

— Спасибо, — вторила мне эльфийка.

— Не за что, — тепло улыбнулся друг.

Эйв с Гилом виновато хмурились. Но лично я прекрасно понимала, что от их вмешательства лучше не стало бы. Почесать об мерзавок языки они, конечно, могли, только наших вещей мы бы так и не увидели. В общем, оставалось радоваться, что хотя бы Мэру удалось вытрясти сведения об их местонахождении.

Ещё какое-то время нам пришлось побегать в поисках господина Фукнама, чтобы открыл кладовку. Мне даже думать было страшно, в каком виде там валяется наше имущество, если от него вообще что-то осталось. Однако все наши вещички, неожиданно оказалось, хранились аккуратно упакованными. По всей вероятности, «выкидывали» их сюда служанки – ну ещё бы графинька с её прихлебательницей собственные ручки марали!

— Только куда нам теперь нести наши вещи? — вздохнула Марииль.

— В 607-ую, естественно, — решительно заявил ей Эйвор. — Свободных комнат в нашей общаге, сами знаете, нет. Так что без вариантов... — с улыбкой развёл он руками.

Гилворд кивнул.

— Я бы, конечно, мог попытаться заставить гадюк вернуть ваши кровати на место, — сказал Мэрлин. — Только жизни они вам всё равно не дадут. Нет ничего хуже дорвавшихся до власти говнюков!

— Однозначно не дадут, — согласилась я. — Но ведь у вас тоже нет места поставить ещё две кровати.

— Ничего страшного, — заверил возлюбленный. — Вы с Мари будете спать на наших кроватях, а мы с Гилом на полу.

Тот кстати, уже просил у эконома дополнительные матрасы.

— А может, всё-таки попытаемся впихнуть ещё одну кровать? — предложил Мэр. — Тогда вы с Гилом сможете хотя бы по очереди ночевать на ней.

— Ладно, это, в любом случае, вечером – сейчас бы на занятия успеть, — сказал Эйвор.

***

Раньше в расписании второй парой стояла лекция по зельям и снадобьям. Однако сейчас нас ждала математика. Наверное, потому что Элливиэль, читавшая нам зелья, здесь больше не преподаёт?

Третьей парой... тоже оказалась математика. Прекрасно! Блонвур переквалифицируется в математическую академию?!

А во время обеда выяснилось ещё одно милое новшество. Меню, ранее висевшее перед раздачей, исчезло как класс. Госпожа Кутц, ничего не спросив, стала наливать нам... борщ без единого кусочка мяса. Но я даже не о том, что при Вороне мясо в нём всегда имелось. Когда очередь дошла до Мэрлина, кухарка сразу перешла к другой кастрюле, в разы меньшей. И из неё зачерпнула совершенно иной супчик – с мясом и много чем ещё.

— А мне почему не борщ? — удивился блондин.

Хотя, кажется, уже догадался, в чём дело.

— Милорд, у вас другое меню, — виновато улыбнулась кухарка.

— Госпожа Кутц, во-первых, для вас я никакой не «милорд», а по-прежнему Мэрлин. А во-вторых, питаться отдельно от друзей я не собираюсь! — решительно заявил он. — Так что мне то же самое, что и им.

Вид у женщины сделался совершенно несчастный:

— Его сиятельство ругаться будут.

— А вот всё своё недовольство граф пускай высказывает мне. Так ему и передайте – что я отказался наотрез, — проговорил жёстко. И добавил с улыбкой: — Не будете же вы насильно кормить меня с ложки?

Госпожа Кутц вернулась к кастрюле с борщом.

Борщик, кстати, оказался вообще вегетарианским. И даже сметаны к нему близко не предполагалось. Маленькие котлетки, кажется, тоже были, в основном, из хлеба. Спасибо, что хоть макарон к ним не пожалели. Иначе бы мы ушли из Трапезной вовсе голодными. Ах да, чуть про салатик не забыла – теперь оным назывались несколько кружков огурца, слегка посыпанные укропом, без какой-либо заправки.

Нет, Мэру-то, безусловно, полагался полноценный обед, и даже с деликатесами – если судить по подносам, которые служанки потащили в 606-ую. Очевидно, её сиятельство со своей подхалимкой спускаться в общую Трапезную не изволят.

Но нас, чернь, отныне явно ждала полуголодная жизнь. Правда, и друга тоже, ведь от рациона, соответствующего его статусу, он отказался.

***

Четвёртой парой у нас был эльфийский язык. И после него мы оказались свободны, ведь предмета «магическое программирование» здесь больше не существовало.

Итак, всего три пары за день. Не исключено, что в другие дни их будет ещё меньше. Что ж, перенапрягаться нам точно больше не придётся.

Нет, что в башке у Гришара, я не спрашиваю – там преимущественно карточные игры, а их, хвала Тени, преподавать в академиях ещё не начали. Хотя не исключено, что это только пока. Мне интересно, каким местом нынче думает Луарэ?!

После эльфийского нас с Марииль, подошедшей к аудитории, окружили одногруппницы и стали расспрашивать... нет, не про турнир, а про военных. Наши же парни предпочли удалиться в общагу.

Что ж, поведали мы с подругой вовсе не о том, какие бравые воины учатся в ВМА, а всё больше о подставах, подлостях. И фееричном пленении посредине квеста.

Девчонки, конечно, были в шоке. Оказывается, о том, что этот, с позволения сказать, «турнир» и заговор – звенья одной цепи, они даже не подозревали. Впрочем, ведь и о заговоре ничего не знают – в газетах-то пишут, будто Наэль сам сбежал.

Ну, мы просветили их немного и тоже направились в общежитие. А когда уже заходили в 607-ую, я услышала фразу Мэрлина, от которой ухнуло сердце.

— Так вы, что же, уходите из Блонвура? — спросил он друзей.

— Как – уходите? — с трудом выдавила я.

Потерять их – и в первую очередь, конечно же, Эйва – было просто выше моих сил. А если они улетят в Бордгир – больше мы вовсе не увидимся.

Но вместо ответа возлюбленный театрально закатил глаза. А затем выдал:

— Как водится, Мэрлину не хватило терпения дослушать до конца. — И начал, видимо, с начала: — Да, сейчас со мной связался Ворон и велел нам возвращаться в Бордгир. А также взять с собой всех, кого сочтём нужным. Потому что с таким руководством учиться в Блонвуре, по его мнению, уже будет нечему. И с данным печальным постулатом я, кстати, полностью согласен.

— Погодите, не горячитесь, — опять перебил его Мэр. — Я просто уверен, что Гришар здесь не навсегда. Рано или поздно Ковен осознает, что натворил своим дебильным решением. Ну не собрались же они вовсе покончить с магическим образованием в Лимеране! А Гришар, боюсь, в итоге как раз уничтожит Блонвур. И даже если Фонтейл хочет именно этого, а что кандидатура нового ректора – его идиотская инициатива, можно даже не сомневаться, то у Луарэ должна быть собственная голова на плечах. Повторяю, в конце концов он осознает свою ошибку. А я ещё напишу отцу, расскажу, что за бред здесь теперь происходит, и он тоже постарается вправить мозги главе Ковена. Хотя, по идее, будет достаточно назвать отцу имя нового ректора, чтобы он всё понял и без подробных рассказов, — усмехнулся блондин.

— Отцу, конечно, напиши, — кивнул Эйвор. — Но договорить-то ты мне когда-нибудь дашь или как?! — с саркастическим упрёком выгнул он бровь.

Мэр честно изобразил, что запирает свой рот на замок.

— Так вот, — продолжил возлюбленный. — Позицию Ворона я вам уже изложил. Но в итоге мне удалось убедить Элестайла, что нам вовсе не помешает остаться в Блонвуре, дабы быть в курсе того, что происходит здесь и вообще в Лимеране. Таким образом, никуда уходить мы не планируем.

— Ты говорил с самим королём? — обалдел блондин.

Я, признаться, тоже – только про себя.

Тем не менее Эйв кивнул.

— Он отнюдь не недосягаемая персона, — добавил язвительно. — В Бордгире, конечно, переживают за нашу безопасность, но с моими доводами всё-таки согласились. Только, естественно, о нашей расовой принадлежности не должна узнать ни одна живая душа. Поэтому, Мэр, не вздумай писать отцу ничего такого – как минимум, письма могут читать здесь или же перехватить по дороге.

— Понятное дело, — пообещал друг.

— Потому что своими откровениями подставишь ты, в первую очередь, Наэля, если тот ещё жив, — всё же добавил Райсон.

— Я и вас не собираюсь подставлять, — заверил Мэрлин. — Тем более для отца данная информация вообще неважна.

Тут в дверь постучали. На пороге стоял... Йорт!

Бестии Тени! Что он здесь делает?! Ведь сказали же ему сидеть в квартире Дальга с Фортейл и никуда не высовываться!

— Я проститься зашёл, — печально произнёс орк. — Меня отчислили.

Но когда затворил за собой дверь, рядом с ним «проявился» ещё и Диртлевур.

— Твари на воротах не забыли доложить Гришару, что среди вас в академию вернулся ещё один «низший», — предвосхитил дракон наши вопросы. — Со всеми вытекающими... — развёл руками. — В общем, сейчас Йорт уедет, а потом мы с ним вместе вернёмся. Что я не один из вас стражники, конечно же, не просекли. Так что погуляем денёк и приедем учиться, — подмигнул он.

— Йорт, кстати, тебе надо будет лошадь сменить, — резонно заметил Мэрлин. — Люди на оркских не ездят.

— Придётся купить? — явно расстроился тот. Видимо, с деньгами у него был напряг. — И где же я своего-то коня оставлю?

— В Бордгире оставим, — тут же нашёл решение Диртлевур. — Там же и нового для тебя позаимствуем.

— Лошади северной породы в Трист-Лероне? — Мэр пессимистично покачал головой. — Лучше поезжайте ко мне домой. Сейчас напишу своим записку, чтобы подобрали вам каких-нибудь неприметных лошадок желательно южных кровей.

— Да, так определённо будет лучше, — согласился дракон.

— Спасибо, — заранее поблагодарил Йорт.

Конечно, мы пошли проводить отчисленного друга до ворот. Дирт снова скрылся под невидимостью.

Когда мы обнимали орка на прощание, охранники смотрели на нас, как на не совсем здоровых. В особенности их, кажется, поразил Мэрлин. Однако никаких гадостей нам высказать всё же не посмели – возможно, опять же из-за присутствия Мэра. Но что ещё позубоскалят в наше отсутствие, можно было не сомневаться.

Вот Йорт вскочил в седло. Диртлевур, по-прежнему невидимый, устроился на крупе жеребца. Ну да, он же сюда на крыльях прилетел, так что собственного коня у него вовсе не было. Придётся пегому везти двоих. Но ничего – до Эльты точно не перенапряжётся. Оркские лошадки, может, и выглядели довольно неказисто, но в их превосходной выносливости мы уже убедились.

Вот и сейчас пегий лихо взял практически с места в карьер – несмотря на двух седоков.

Как раз подошло время ужина, и мы направились в Трапезную. Там в очередь за нами встали Вэлерин с Мартиррой и ещё какой-то их рыжеволосой подругой.

— Я не ошиблась, что видела, как уезжал Йорт? — спросила Марта.

— Не ошиблась, — кивнул Эйвор, накрывая нас всех пологом тишины. — Охранники заложили его Гришару, и, естественно, орка тут же отчислили.

— А ко мне он даже не зашёл... — явно расстроилась тигрица.

— Уверен, Йорт специально не стал сейчас демонстрировать своего интереса к тебе, — заговорил Мэрлин. — Когда вернётся под новой внешностью – тогда и станет проявлять его. Иначе мог бы вызвать подозрения.

— Да, ты прав, — улыбнулась она.

— Садитесь за наш стол, — пригласил блондин пятикурсниц.

— Вдевятером не поместимся, — намекнула Вэлерин, что рыжую они одну не бросят. — Вас и так шестеро.

— Зато у нас пустует соседний стол, — подмигнул он. — Графиньки, видите ли, среди черни не трапезничают, — добавил с ядовитой усмешкой. — Сдвинем два стола вместе и прекрасно разместимся.

— А если змеи всё-таки приползут? — засомневалась Марииль.

— Давайте решать проблемы по мере их поступления, — произнёс Мэр с видом «как приползут – так и уползут».

— Ты главное никогда не оставайся с Гришар наедине, — напомнил Эйвор. — А то ж опять обвинит в грязных домогательствах. И Ворона, чтобы оградить тебя от её бессовестной лжи, здесь больше нет. Наш новый ректор, сам понимаешь, будет целиком и полностью на стороне дочурки.

— Ну так она может и просто изорвать на себе платье и заявить будто бы это сделал я, — мрачно процедил Мэрлин.

— Может, — кивнул мой вампир, тоже помрачнев. Однако продолжил: — Но если не будет ни единого свидетеля, что ты находился где-то поблизости – это уже откровенный оговор.

— Одна свидетельница у гадюки найдётся всегда, — хмуро заметила я. — Ещё и платье рвать поможет.

— Ты про Баскероль? — утвердительным тоном уточнил возлюбленный.

Кивнула.

— Мы их самих порвём! — плотоядно заявила Вэлерин.

— Вам раскрываться нельзя, — напомнил Гилворд.

Тут мы наконец подошли к раздаче, и парням пришлось убрать полог тишины.

Наш привилегированный друг, естественно, снова потребовал у госпожи Кутц блюда из меню «для всех остальных», то есть рыбную, кажется, котлету с сухой гречкой.

Мало того что рыба, на мой взгляд, вообще не сочетается с гречкой – так хоть бы топлёным маслом её полили! О подливке я уже и не мечтаю.

— Милорд... — обратилась кухарка к блондину. Но столкнувшись с ним взглядом, тут же поправилась, правда, очень тихо: — Мэрлин, вы бы всё-таки забирали причитающуюся вам еду. Помимо вот этого, — она указала взглядом на тарелку, уже поставленную им на поднос. — Хоть с друзьями поде́литесь.

Чуть поразмыслив, Мэр кивнул:

— Хорошо, давайте.

А когда мы все расселись за составленными вместе столами, выставил привилегированные блюда на середину:

— Девушки, это вам.

Мол, делите между собой.

— Но почему только девушкам? — возразила я.

— Потому что на всех здесь вообще лишь облизнуться, — усмехнулся Эйвор. И добавил ядовито: — Гляжу, его сиятельство нашёл неплохой способ безнаказанно воровать. Ведь питание входит в стоимость обучения, и заплачено всеми было за качественный рацион, а не за это вот подаяние для нищих.

— Ну надо же сиятельству на что-то играть, — продолжил Мэр тему точно таким же тоном. — Фонтейл его новые проигрыши вряд ли охотно оплачивает. А тем, чьё возмущение могло бы как-то повредить ему, гад заткнул рты более чем пристойным меню. Благо таких априори немного. Ну а остальные пускай давятся хлебными котлетами и овощными отварами.

— Я, между прочим, тоже возмущена и могу написать родителям, как новый ректор бессовестно ворует их деньги, — завила Мари.

— И что?! — выгнул блондин бровь. — Кого волнует возмущение каких-то там эльфов?! Войну Анвельдер из-за того, что некая Марииль недоедает, точно не объявит. В общем, радуйся, что тебя не причислили к низшим расам и не выставили вон вместе с твоими сородичами из Гиблого леса. Не притесняет мерзавец лишь тех, кто имеет вес в Лимеране. Мари, пойми, у нас в стране сейчас фактически безвластие, и всё, что в ней может процветать, – это беззаконие. Поэтому – воруй не хочу!

— Да всё я понимаю, — нахмурилась эльфийка. — А о завтрашнем дне он вообще не думает?!

— Гришар – о завтрашнем дне?! — Эйв чуть не расхохотался в голос. — Ты спрашиваешь это о том, кто просадил в карты состояние и всё равно продолжает играть?!

— Действительно, о чём это я! — Мари тоже криво усмехнулась.

— А ты сам возмутиться не хочешь? — заговорила рыженькая, глядя на Мэрлина. — Судя по твоему рациону, ты как раз из тех, чьи родители имеют вес в лимеранском обществе.

— По поводу? — иронично вскинул тот бровь. — В моём меню, вон, нежнейшая форель, а не не пойми что с запахом рыбы. Но отцу я, естественно, напишу и об этом безобразии, — добавил уже серьёзным тоном. — Главное, чтобы моё письмо вообще вышло за пределы Блонвура. Подозреваю, что корреспонденцию теперь нагло вскрывают и читают перед отправкой.

— Кто-то из нас может слетать в Эльту и оставить письмо в почтовом отделении, — предложил Райсон. Полог тишины нас, естественно, накрывал с самого начала разговора. — Никакой защиты над замком нет – даже противодраконьей с огромными ячейками.

— Тогда давайте поднакопим побольше фактов, — решил Мэрлин. — Чтобы вам не летать десять раз.

— Давайте, — согласился Эйвор. — Но я хочу вернуться к теме змеи из 606-ой. Мэр, считаю, тебе не следует вообще никуда ходить одному – если, конечно, не рвёшься внезапно стать женихом Гришар. Необходимо, чтобы всегда имелись свидетели, что с ней ты не был.

— Эйв, это уже перебор! — воспротивился друг.

При этом почему-то бросил взгляд на Вэлерин. Наверное, мысли закрутить с ней роман у него всё-таки водились. А тут свидетели, безусловно, лишние.

Хотя, с другой стороны, в этом случае она сама будет свидетелем того, что к гадюке он даже не приближался. Правда, живёт виргиня, к сожалению, на другом этаже, а обычно мужчины провожают девушек и заходят за ними, а не наоборот. И вот по пути тварюжка вполне может его подловить.

— Мэр, Эйвор дело говорит, — заметила как раз Вэл. — Гришар в фаворе у Фонтейла. Твой же отец, судя по твоим отзывам о последнем, с ним не слишком дружен.

— Нисколько не дружен, — буркнул блондин.

— Ну вот видишь, — подчеркнула девушка. — А никуда не ходить в одиночестве не так уж сложно, — подмигнула она, кажется, с каким-то намёком.

— Прогуляешься со мной после ужина? — не растерялся Мэрлин под тему того, что одному ему гулять не следует.

— С удовольствием, — улыбнулась шатенка. — И добавила не без сарказма: — Домашних заданий у нас теперь явно не завал.

***

Ужином, понятное дело, особо не наелся никто, а парни и вовсе вышли из-за стола полуголодными – у нас теперь даже хлеб выдавался строго по одному кусочку. Наверно, Гришар экономил ещё оставшуюся в кладовке муку высшего качества. Как закупит какого-нибудь дерьма – возможно, с хлебушком станет полегче.

Правда, есть хлеб со вторым в нашей компании всё равно никто не привык. А с другой стороны, голод не тётка – ещё и не к такому наживёшь привычку.

В общем, мы решили зайти в «Магазин» и купить чего-нибудь на вечер – хоть на свои-то деньги имеем право поесть!

К счастью, лавка по-прежнему работала. Вот только цены в ней на всё почему-то поднялись раза в три.

— Простите, это новый ректор велел взвинтить цены, — виновато сообщила нам продавщица. — Сказал, что такая наценка полагается ему за то, что вообще позволяет держать здесь торговую точку.

Спасибо, дорогой ректор, за очередную заботу о студентах! Ну да, а чего стесняться-то: хочешь – покупай сладости втридорога, хочешь – пей пустой чай... который, кстати, тоже не забыл подорожать.