Отличница и босс

— Девушка, ау, — вдруг слышу я и отрываюсь от любовного романа, которым зачитываюсь второй день.

Сегодня в нашей районной библиотеке немноголюдно, и я расслабилась, попивая кофе и наслаждаясь приятным чтением. Поднимаю голову и чуть не вскрикиваю. Передо мной наклонилось сине-красное опухшее лицо, воняющее перегаром. Моментально отъезжаю подальше на стуле и вскакиваю.

— Что вы хотите? — спрашиваю, нащупывая тревожную кнопку.

Как же мне это надоело. Почему библиотеки притягивают под вечер всяких маргиналов? А у нас даже подобия охранника нет.

— А вы что читаете? — еле выговаривает человек напротив. — Можно я с вами? А то на улице дождь.

Быстро окидываю взглядом зал и с сожалением вижу, что он здесь единственный посетитель. Беру себя в руки и строго говорю:

— Это детская библиотека. Пожалуйста, покиньте помещение.

Но он не реагирует. Сильнее наклоняется через стойку и, прищурившись, произносит название книги, которую я только что читала:

— «Любовь между строк», — он ухмыляется. — Интересно?

Начинает рассматривать меня сальным взглядом.

— Уходите, — твёрдо говорю я, стараясь не подавать виду, что он меня пугает.

— Да я что, просто с вами посижу, — выговаривает он, шатаясь из стороны в сторону. — Вам что, жалко?

Хватаясь за стойку, пытается обойти её, чтоб добраться до меня, попутно кидая взгляд на то, чем можно поживиться, например, компьютер. Брезгливо отталкиваю его назад, и руки становятся влажными от его мокрой куртки. Ещё немного — и я расплачусь. Кричу:

— Зоя Васильевна!

Пьяный мужчина озадаченно озирается. Надеюсь, библиотекарь из читального зала услышала меня.

— Уходите, а то сейчас полицию вызовем, — говорю я, понимая, что моя коллега не придёт.

— Ой-ой-ой, какая строгая, — передразнивает пьяница. — Расскажи-ка, про что книга лучше. Или покажи.

Он начинает ржать, обнажая рот с прореженным рядом жёлтых зубов, а я нажимаю на тревожную кнопку. Через несколько секунд на столе звонит стационарный телефон.

— Да, — я хватаю трубку.

— Что у вас там? — слышу недовольный голос и понимаю, что звонят из частной охранной организации, к которой подключена наша тревожная кнопка.

— Здравствуйте, —тараторю я. — К нам пьяный человек вломился.

— И? Хотите, я вам полицию вызову?

— А вы на что? Я и сама могу полицию вызвать, — в смятении выдаю я, следя взглядом за нежеланным посетителем.

Видимо, он, услышав слово «полиция», испугался и начал медленно отступать к выходу.

— Подождите, он, кажется, уходит, — шепчу я.

— Ну вот, — раздаётся на другом конце линии. — А мы бы сейчас зря приехали.

Слышу, как хлопает входная дверь, и выдыхаю. Медленно присаживаюсь на свой стул и какое-то время смотрю на полки с книгами, детский уголок с игрушками и на потрескавшуюся краску на стене. Кое-где трещины заклеили наклейками, но они всё равно вырвались за пределы. Я не просто так осматриваю своё царство литературы для малышей. Передо мной встаёт серьёзный вопрос: оставаться дальше или уйти отсюда окончательно?

Быстро выхожу из своего зала и направляюсь в читальный. Зоя Васильевна, женщина лет шестидесяти пяти с бордовыми волосами и янтарными бусами, поднимает на меня вопросительный взгляд.

— Опять какой-то маргинал приходил, — говорю я. — Вы не слышали? Я вас звала!

Мне срочно нужно получить поддержку. Перепугалась я сильно, особенно когда он направился за стойку. Зоя Васильевна закатывает глаза:

— И зачем ты меня звала? Я тебя что, спасать должна? Вот ко мне никакие маргиналы не заходят.

— Да просто моя дверь самая первая от входа, — оправдываюсь я. — Вот они и...

— Учти, если что-то пропадёт, отвечать будешь ты, — Зоя Васильевна смотрит на меня скептически.

Хочу возмутиться, но коллега продолжает:

 — Кстати, ты ещё не сдала деньги на раздаточные материалы и оформление зала к «Неделе доброй сказки».

Понятно. Ни капли сочувствия. Обидно, что меня априори воспринимают, как врага, потому что я «молодое поколение, которое пришло, чтобы вытеснить с работы старшее». Но что поделать, если коллеги в возрасте не хотят пользоваться компьютером и новыми технологиями, которые стали плотно входить в жизнь библиотеки. Они боятся за свои насиженные места, но я-то просто хочу работать спокойно!

Вскипаю:

— У меня нет лишних денег. Сдавать ничего не буду, — говорю это на одном дыхании и не смотрю ей в глаза.

— Все сдают, а ты особенная? — Зоя Васильевна хмурится и смотрит на меня озлобленно. — Может, скажешь, чтоб я за тебя сдавала?

Делаю вдох и выдох, чтобы успокоиться, но не могу. Я сыта по горло этой библиотекой.

— Почему при такой зарплате от меня ещё требуют деньги на то, что должна оплачивать администрация? Нет денег — нет мероприятий!

Зоя Васильевна хлопает ладонью по столу, и я вздрагиваю:

— Нет мероприятий — нет сотрудников и нет библиотеки! — выдаёт она. — Ты что, самая умная? Вот молодёжь... Если мы не будем создавать активность, нас закроют! Вот из-за таких, как ты, и начинается смута. Хочешь, чтоб нас всех на улицу выперли?

С ней спорить бесполезно. Ей-то что? Сидит себе целый день, получает зарплату помимо пенсии. Если нужно внести данные в компьютер, зовёт меня. Хорошо устроились. Мне за лишнюю работу не доплачивают.

Езжу на работу по часу, а зарплаты хватает только на оплату коммуналки в нашей с мамой квартире и на еду. А на нормальную одежду надо откладывать с нескольких зарплат. И я должна им скидываться на печать цветных буклетов и украшение зала? Нет уж. Так ещё и рискую своей безопасностью, потому что им жалко денег на охранника.

Резко разворачиваюсь и направляюсь прямиком в кабинет заведующей. Заведующая — властная полная женщина, которая ненавидит напрягаться. Для неё трагедия, если что-то пошло не по плану и нужно приложить усилия для решения проблемы. А проблемы, по её мнению, чаще всего исходят от молодёжи.

— Я хочу уволиться одним днём. Без отработки, — говорю я без предисловий.

Заведующая пронзает меня взглядом из-под очков:

— Что значит уволиться? Ты должна отрабатывать две недели и вообще должна сама найти себе замену! Пока замену не найдёшь — никаких увольнений. У нас мероприятия на носу! Кто работать будет?

— Вы меня в нормальный отпуск два года не пускали, — отбиваю я её ультиматум. — Могу пожаловаться в трудовую инспекцию, и она будет на моей стороне. Так что в ваших интересах прямо сейчас дать мне уволиться по собственному желанию.

Я говорю быстро, потому что нервничаю. Этот текст я уже давно заготовила на случай, когда станет невозможно терпеть. В библиотеку я устраивалась временно, а осталась на три года. У меня библиотечное образование, но я всегда мечтала работать в издательстве. Книги — моя страсть с детства.

— Ты мне угрожаешь? — спрашивает заведующая, но уже не таким возмущённым тоном.

— Нет, — отвечаю и смотрю на неё в ожидании.

— Что случилось-то? — вдруг решает поинтересоваться она. — Может, проблема и выеденного яйца не стоит. Или тебе отпуск понадобился? Так давай, проведи мероприятие и уходи на две недели.

Я мотаю головой и стою на своём:

— Нет, дело не только в отпуске. Дайте написать заявление.

Заведующая поджимает губы, а потом выдаёт:

— Не дам.

Спустя час, под конец рабочего дня, наконец, выхожу из её кабинета с победой. Горжусь собой. Мне всего двадцать шесть лет, хватит прозябать здесь за копейки. Опыт я получила, пора попробовать себя в чём-то другом.

Добиться своего от заведующей было непросто. Во-первых, ей совершенно не хотелось заниматься подписанием приказов, ведь она уже была готова уходить домой. А кадровичка всё подготавливала очень медленно. Но меня не остановить. Бывают такие моменты, когда долго терпишь, а потом понимаешь, что лимит нервных клеток исчерпан.

Собирая вещи, не забываю положить в сумку любовный роман и без сожалений и прощаний выхожу из здания. Дождь уже закончился, погода стоит по-летнему тёплая.

Улыбаюсь предстоящей встрече со своим парнем, Денисом. Мы встречаемся уже три месяца, а познакомились в приложении для знакомств. Я всегда боялась знакомиться в интернете, но решилась по совету подруги. Работая в библиотеке с утра до вечера, познакомиться с кем-то трудно, точнее, практически невозможно.

Денис оказался привлекательным и интересным парнем. Вечно у него какие-то идеи, проекты. Я сразу поняла, что он человек амбициозный и идущий в ногу со временем. Денис постоянно рассказывает о вложениях, инвестициях и криптовалюте. Для меня всё это — неизведанная территория, но мне нравится его слушать.

Мы договорились встретиться в кафе в одном из торговых центров. Денис сказал, что ему надо обсудить со мной кое-что важное. Я спешу к нему, сгорая от любопытства. К тому же хочется поделиться последними новостями.

Вдруг начинает вибрировать телефон — звонит неизвестный номер. Отвечаю:

— Алло.

— Котова Милана Викторовна? — слышу мужской голос.

— Да.

— Звоню из банка. Уточняем по задолженности по кредитному договору №3456 на сумму восемьсот тысяч рублей. Срок просрочки — тридцать семь дней. Когда вы планируете внести оплату?

— Что? Какой кредит?.. Подождите… Это какая-то ошибка, — мямлю я.

— Ошибки нет. Кредит оформлен на ваше имя. Вы подписали договор, средства переведены. Платёж не поступает, начисляются проценты и пени. Когда будет оплата?

Денис и правда попросил меня взять кредит на своё имя. Ведь он работает неофициально, ему бы не одобрили. Но он же выплачивает его.

— Это… Это Денис Журавлёв, — я даже заикаюсь от волнения. — Я… я брала кредит по его просьбе. Он сам должен был платить, он обещал. Он всё оформлял, я только… только подписала. Он сказал, что скоро погасит.

На другой линии мужчина сухо спрашивает:

— На чьё имя оформлен кредит?

— На моё…

— Значит, платить должны вы. Ваш долг растёт, учтите. Если не выплатите, дело будет передано коллекторам.

— Подождите… Я даже не знала, что он не платит! Почему вы мне раньше не звонили?

— Вам направлялись уведомления. Возможно, вы их игнорировали. Мы действуем по закону.

Я стою посреди улицы и в ступоре смотрю на экран телефона. Не может быть. Разве Денис мог обмануть меня? Прокручиваю в голове все наши разговоры. Бред какой-то. Ведь у него такие планы, он обещал… Он же говорил, что ему нужно сделать выгодное вложение, и тогда у нас будут деньги на путешествия, на свадьбу…

Вдруг до меня доходит: он только и делал, что обещал. Обещал скоро завалить меня цветами, свозить на море, обещал сказочную жизнь, клялся в любви. А что он сделал за это время? Говорил, как ему со мной повезло, что я достойна самого лучшего и поэтому ему нужно заработать ещё больше денег для нашего счастливого будущего.

От осознания меня бросает в холодный пот. Неужели я так устала от одиночества, что поверила во все его россказни? А может быть, у него возникли проблемы, он не может платить и боится признаться?

Начинаю двигаться по направлению к кафе. Денис уже сидит за столом с двумя чашками. При виде меня встаёт и целует мою руку. Раньше мне так нравился этот жест. Ощущала себя принцессой. Но сейчас меня терзают противоречия, и я в ступоре опускаюсь на стул.

— Приве-е-е-т! — Денис полон позитива. — Ты чего такая хмурая? Опять коллеги достали?

— Я уволилась, — выдаю я и делаю несколько глотков кофе.

Выражение лица Дениса меняется. Его позитивный настрой куда-то испарился.

— Ты… что сделала? Зачем?

— Ну, — я решаю проверить его, — ты же говорил, что я скоро смогу не работать, ведь твой доход позволяет, хотел, чтобы твоя девушка наслаждалась жизнью… Так что я решила уволиться прямо сейчас. В отпуск меня всё равно не отпускают. А у нас с тобой были планы...

Невинно улыбаюсь. Денис не скрывает своего разочарования.

— Милый, что-то не так? — хлопаю глазами.

— Это ты зря… — говорит он. — Почему мне заранее не сказала?

— Хотела сделать сюрприз… Ты же такой заботливый, хотел, чтобы я больше отдыхала.

— Да, но… — его голос становится сердитым. — Милана, я как раз хотел попросить тебя мне помочь. Мне срочно нужно взять ещё один кредит буквально на два месяца. Это для нашего общего блага. Ты понимаешь? У меня сейчас всё очень удачно складывается. Есть возможность преумножить вложения. А ты поступила эгоистично!

Пелена окончательно спадает с глаз. Какая же я глупая. Так хотела поверить в сказку о том, что встретила хорошего парня.

— Денис, почему ты не платишь кредит? — спрашиваю в лоб. — Мне звонили из банка.

Его глаза округлились.

— А в смысле не плачу? Да это какая-то ошибка или ты неправильно поняла.

— Мне чётко сказали, что уже просрочка и пени начисляются! — смотрю ему в глаза.

— Милан, всё под контролем, — произносит он быстро и смахивает со лба светлую прядь волос. — Ты же мне доверяешь?

— Уже не знаю… Ты выплатишь его? Я без работы! Да и в жизни не держала такие деньги в руках, — мой голос дрожит.

— Да-да, конечно, — кивает он. — Слушай, я бы выплатил сразу оба кредита. Понимаешь? Может, тебе всё-таки дадут ещё один?

— Денис, я больше не собираюсь брать на себя кредиты!

Денис молча вздыхает.

— Когда ты сможешь закрыть его?

— Скоро, — отрезает он. — Ты испортила мне настроение. А я думал, ты надёжная девушка, которая поддержит в трудную минуту. А оказывается, меркантильная. Я ошибался в тебе.

— Что значит ошибался? Зачем ты так говоришь? — в горле стоит ком.

Я надеялась, что он извинится, даст разумное объяснение, и моя вера в людей будет восстановлена.

— Всё, не хочу сейчас с тобой разговаривать, — с этими словами он встаёт и уходит.

А я, посидев ошарашенно секунд десять, встаю, чтобы не дать ему так просто уйти. Но меня останавливает официант:

— Девушка! Вы счёт не оплатили!

Проплакала полночи. Денис добавил мой телефон в чёрный список везде, где только можно. А это значит, что кредит он и не собирался выплачивать. Просыпаюсь с опухшими от слёз глазами. Это ж надо было так попасть? Разбитое сердце, большой долг, к тому же сама уволилась. А ведь этот мерзавец наверняка ищет новую жертву.

Я долго не решалась завести с кем-то отношения. Сейчас думаю, что, может, не стоило и начинать. Всегда происходит одно и то же: я встречаю парня, думаю, что он «тот самый», а потом сказка заканчивается, и я долго собираю себя по частям. Возможно, я и не создана для отношений, как моя мама. Мой отец бросил её беременную и с тех пор не объявлялся, и она больше ни с кем не была. Сколько бы раз я ни спрашивала её, почему так, она отвечала: «Им верить нельзя, от них одни проблемы».

Хорошо, что я не стала ей рассказывать про Дениса. Иначе бы сейчас выслушивала: «Я же говорила». Мама всегда предвзято относилась ко всем моим немногочисленным парням. Меня злило, что она всегда видела в них только плохое — и что каждый раз оказывалась права. Но я всё ещё хочу доказать: не все мужчины предатели и лжецы.

За завтраком беру телефон и захожу в то же приложение для знакомств в надежде найти там анкету Дениса. Но безуспешно. Как он может спать спокойно после такого поступка? Знаю, сама виновата. Но неужели на таких, как он, нет управы?

Мне приходит мысль написать в техподдержку об этом случае, чтобы они предприняли меры. Он явно там сидел не для поиска спутницы жизни, а ради мошенничества. Может быть, есть ещё жертвы.

Но вместо техподдержки случайно нажимаю на кнопку «Вакансии». Им требуются веб-разработчики, программист, менеджер по рекламе. Но моё внимание привлекает вакансия «Помощник руководителя». Зарплата от 130 тысяч, нужно быть на связи 24 часа в сутки, ненормированный график. От кандидатов требуется презентабельный внешний вид, грамотная речь, ответственность, способность к многозадачности. Особой строкой выделено: стрессоустойчивость.

Примерив размер зарплаты на себя, погружаюсь в мечты, как бы замечательно я жила после зарплаты библиотекаря в 35 тысяч. Смогла бы выплачивать кредит. Нажимаю на эту вакансию, и сайт перекидывает меня на анкету. Заполню её, вдруг повезёт.

Сначала идут стандартные вопросы: имя, образование, опыт работы. Но дальше они становятся всё страннее и, кажется, никогда не закончатся. Напрягаюсь на вопросе: «Что вы сделаете, если начальник вас унизит при всех?», но продолжаю заполнять. Зависаю над вопросом: «Как вы относитесь к приказам, с которыми не согласны?», но на вопрос «Вас когда-нибудь предавали? Как вы отреагировали?» мне точно есть что ответить. Остальные вопросы нарушают личные границы: «Что вы не хотели бы, чтобы ваш начальник о вас знал?», «Умеете ли вы врать, когда это необходимо? Приведите пример», «Какое ваше самое постыдное качество?».

Я несколько раз порываюсь закрыть анкету и отбросить эту идею. Всё равно я им не подхожу. Но продолжаю отвечать на вопросы. Жалко бросать, раз дошла до середины.

Закончив, ещё раз проверяю, не разблокировал ли меня Денис. Во мне ещё теплится надежда, что это какое-то недоразумение. Но нет, я по-прежнему в чёрном списке.

Вспоминаю, что не дочитала любовный роман, и беру книгу. Хоть ненадолго смогу забыться и погрузиться в мир, где любовь всегда побеждает. Но моё чтение нарушает телефонный звонок. Неизвестный номер. Может быть, это Денис? А если коллектор?

— Алло, — отвечаю настороженно.

— Добрый день, Милана Викторовна?

Я подтверждаю.

— Это компания «Exact Match». Вы заполнили анкету на вакансию личного помощника руководителя.

Я что-то мямлю в ответ.

— Мы готовы пригласить вас на собеседование. Сегодня будет удобно?

Начинаю паниковать, ведь, заполняя анкету, я никак не ожидала никакого отклика. А тут уже нужно ехать на собеседование без подготовки. Я привыкла тщательно готовиться к подобным мероприятиям, но делать нечего.

— Да, мне будет удобно.

— Отлично. Сможете подойти к двум часам?

Женщина диктует адрес. Я со всем соглашаюсь, благодарю, и она отсоединяется. Смотрю на часы, а потом в зеркало. Вид сейчас у меня совсем не презентабельный. Бегу в ванную со скоростью света, принимаю душ, делаю маску для лица, укладываю волосы. Они у меня длинные и от природы волнистые. Откапываю в шкафу чёрные строгие брюки, которые я покупала ещё для собеседования в библиотеку, и белую обтягивающую блузку. Не успеваю ничего почитать о компании, о её ценностях.

Только в метро судорожно просматриваю приложение, стараясь придумать, почему же я хочу работать в этой компании. Интересно, собеседование будет таким же долгим, как и анкета, которую я заполнила?

Компания располагается в современном бизнес-центре. На входе подхожу к охраннику и говорю:

— Здравствуйте, я в компанию «Exact Match». Должны были выписать временный пропуск на Милану Котову.

Охранник хмурится и пробегает взглядом по листу А4.

— Не вижу такой фамилии, — говорит он и рассматривает меня с любопытством.

Просто замечательно. Роюсь в телефоне и звоню в отдел кадров.

— Ах да, Милана, — выдаёт женщина, даже не извинившись. — Я не успела отнести пропуск на проходную. Сейчас спущусь за вами.

Жду минут десять под пристальным взглядом охранника. Наконец, к проходной подходит высокая брюнетка лет сорока в тёмно-синей блузке и чёрной юбке. Осматривает меня с головы до ног и даёт охраннику мой пропуск. Я протягиваю ему паспорт и через минуту оказываюсь по другую сторону турникета.

— Кстати, я, кажется, не представилась, — говорит женщина. — Меня зовут Оксана Владимировна.  Можно просто Оксана. Я руководитель отдела кадров.

— Очень приятно, — я стараюсь звучать уверенно.

Поднимаемся на лифте на четвёртый этаж. Как только двери открываются, вижу стильную зону рецепции. В восхищении оглядываюсь по сторонам. Да, моя библиотека с потрескавшейся краской на стенах не сравнится с этим идеально продуманным дизайном. Что бы на это сказала заведующая библиотеки, которая зажимала деньги на элементарный косметический ремонт? Желание работать здесь возрастает.

Прохожу за Оксаной в кабинет с большим столом. Она указывает, куда мне сесть, я слушаюсь и тут же вздрагиваю от неожиданности. Оксана вскрикивает:

— Не сюда! Я же показала, куда садиться! — и указывает на другой стул.

Я взволнованно подскакиваю и быстро пересаживаюсь. Мне казалось, я всё правильно поняла, но не спорю.

— Вы всегда настолько невнимательны? — в лоб спрашивает Оксана и садится напротив меня.

Оксана Владимировна разглядывает меня, прищурив карие глаза. Замечаю, что макияж у неё довольно яркий для обычно офисного дня.

- Ну так что, Милана? – повторяет она, - Как у вас с концентрацией внимания?

- С вниманием у меня всё в порядке, - отвечаю я, стараясь не показывать, что её тон меня задевает.

- Так, - руководитель отдела кадров открыла какую-то папку, а потом стрельнула в меня взглядом. – Теперь. Встаньте.

Я непонимающие смотрю на неё.

- Мне повторить? Вы поручения своего руководителя будете также выполнять? – говорит она тоном злой учительницы.

Медленно встаю, опустив глаза в пол. Сердце колотится от стресса.

- Теперь пройдите от двери до окна и обратно.

Чувствую себя униженно, но делаю, что она говорит. Может это норма в таких компаниях?

Пока дефилирую по кабинету, непроизвольно замечаю экран для проектора на стене и кулер в углу. Панорамные окна, выходят на зеленый двор. Там, на улице наверно птички поют, а здесь выполняю странные просьбы.

- А почему каблуки такие низкие?

- Мне на высоких неудобно, - отвечаю честно.

Оксана поднимает одну бровь.

- Можете садиться.

Я жду, когда уже начнутся вопросы по существу.

Оксана смотрит в папку, и я вижу, что в ней лежит моя анкета.

- Милана Викторовна, - начинает она, с вызов смотря мне в глаза, - Сколько медведей поместится в вашем холодильнике?

Я усмехаюсь, потом думаю, что ослышалась и переспрашиваю:

- Что?

Оксана Владимировна закатывает глаза и повторяет вопрос более резко. Понимаю, что это какая-то проверка, поэтому улыбаюсь и отвечаю:

- По частям или целиком? Если по частям, то может один и поместится, а целиком вряд ли.

Замечаю, что у Оксаны дрогнул правый уголок губ, но её взгляд остаётся серьёзным и строгим. Интересно, что бы она сама ответила?

- Милана Викторовна, почему вы решили после должности библиотекаря устроиться личным помощником?

Я заранее продумала ответ на этот вопрос:

- Потому что я хочу сменить сферу. Работа в библиотеке дала мне опыт системности, общения с людьми, организационных задач. Но карьерного роста там нет, а финансово — это тупик. Я понимаю, что должность помощника — это высокая нагрузка и ответственность, но я готова. У меня есть базовые навыки, и я быстро обучаюсь.

- Вы проработали в библиотеке три года и так и не получили повышения?

- Почему? – говорю с негодованием, - Вообще-то, я уже библиотекарь второй категории.

Оксана ухмыляется:

- А другие достижения у вас есть? Чем ещё похвастаетесь?

Удивляюсь её манере проводить собеседования, у меня во рту пересыхает, пульс учащается, но держу себя в руках:

- За время работы в библиотеке я сама организовывала и проводила многочисленные мероприятия, вечера встреч, приглашала экспертов для проведения детских мастер-классов. Без креативности и коммуникабельности там не обойтись. Так что мой опыт довольно обширен.

Я довольна своим ответом, но Оксана вдруг хлопает своей папкой по столу:

- Вы чётче говорить не пробовали?! Что вы там мямлите? С начальником также будете разговаривать?

Лицо моментально начинает гореть. Я не глупая. Я говорила чётко и старалась. Но сейчас меня будто облили холодной водой и одновременно дали пощёчину. Только бы не расплакаться. Не доставлю ей такого удовольствия. Я просто глубоко вдыхаю, стараясь удержать лицо спокойным.

- Мне повторить? – произношу я.

- Не надо, - отвечает она, - А как у вас с личной жизнью? Есть муж или парень?

- Нет, - отвечаю коротко.

- Почему?

- Недавно расстались с парнем, - голос всё-таки дрогнул.

- И часто вас бросают? – Оксана слегка наклонилась вперед и прищурила глаза.

- Нет, да и какое это имеет отношение к работе? – смотрю на неё в упор.

- Вы правы, напрямую не связано, — говорит Оксана, не отводя взгляда. — Часто у соискателей одни и те же ошибки — и в отношениях, и в работе.

На этот раз не могу справиться с собой. А может быть и правда дело во мне? Парень развёл на деньги, на работе тоже позволяла себя обдирать вечными поборами. Почему всё это происходит со мной? Хотя бы сейчас не дам себя в обиду! Хватит терпеть это унижение. Резко встаю, так что стул чуть не упал, и говорю твёрдо:

- Достаточно. Вы мне не подходите.

Выхожу из кабинета спокойным шагом, хотя хочется бежать сломя голову. Нужно выглядеть достойно. Пусть сами отвечают на вопросы про медведей. Я вроде бы не в зоопарк устраиваюсь.

 Даю волю слезам уже на улице. Так обидно. Ведь я всегда на работе выкладывалась по полной. А с такой зарплатой старалась бы ещё больше. Это вообще законно так хамить на собеседовании? В какое ужасное положение я сама себя загнала. А теперь расхлёбывать.

 В упадническом настроении возвращаюсь домой и пока просматриваю другие вакансии, получаю сообщение: «Добрый вечер, Милана. Это Оксана Владимировна из «Exact Match». Вы прошли стресс-интервью и приняты на должность. Приношу извинения за бестактные вопросы. Если согласны присоединиться к нашей команде, прошу перезвонить мне в ближайшее время».

На следующий день я снова еду в эту компанию, находясь в смешанных чувствах. Я ещё там не работаю, а уже успела прокатиться на эмоциональных качелях. То анкета на миллион вопросов, то собеседование, на котором начинаешь сомневаться в своей адекватности, то «вы приняты». Что же дальше будет?

По телефону Оксана объяснила, что на эту должность специально проводится такой жёсткий отбор. Лучше сразу отсеять неподходящих претендентов. Хотя мне казалось, что я его не прошла, ведь в конце не выдержала и ушла. Но, по её мнению, я продержалась дольше остальных не хамила в ответ.

Я думала, что следующий этап — собеседование с самим начальником. Но оказалось, что он не тратит время на подобные занятия. Для этого есть отдел кадров. Меня это не огорчает — ещё одно собеседование, и моя нервная система может не выдержать.

Чем ближе я к бизнес-центру, тем сильнее меня охватывает мандраж. Думала, что работа в библиотеке дала мне хорошую закалку, но сейчас начинаю в этом сомневаться.

На этот раз про временный пропуск не забыли. Я быстро прохожу через проходную и направляюсь в офис, вспоминая, как ещё вчера проклинала про себя это место. Выйдя из лифта, подхожу к рецепции. Девушка с профессиональным макияжем и идеально гладкими волосами смотрит на меня вопросительно. Судя по бейджу, её зовут Ульяна. У неё идеальный макияж, как будто с ней только что поработал визажист.

— Здравствуйте, я — новый сотрудник. Меня ждут в отделе кадров. Котова Милана.

Девушка смотрит на меня с любопытством и кивает в сторону коридора:

— Вторая дверь справа.

— Спасибо.

Медлю несколько секунд перед тем, как постучать. Надеюсь, про медведей мне больше вопросы задавать не будут. В кабинете, помимо Оксаны, сидит ещё одна девушка лет двадцати пяти с рыжеватыми волосами, заплетёнными в косу.

— Хорошо, что вы пришли раньше, — поднимает на меня глаза Оксана и участливо спрашивает: — Вы пришли в себя после вчерашнего собеседования?

— Да, кажется, — тушуюсь я.

У второй девушки вырывается смешок, и она произносит:

— Я бы такого издевательства не выдержала.

— Поэтому ты и не подходишь на эту должность, — отвечает ей Оксана.

— Да мне и не надо. Потом ещё лечиться от нервного срыва, — фыркает девушка.

— Ты мне не пугай Милану, — строго отвечает руководитель отдела.

Сегодня Оксана общается со мной вежливо, и я выдыхаю. Ну и работёнка у неё — унижать незнакомых людей на собеседовании. Я бы так не смогла.

— Так, Милана, садитесь. Сейчас оформим документы, а потом я быстро проведу экскурсию по компании. Вы, как помощник руководителя, должны знать, где какие отделы находятся.

Я сажусь напротив Оксаны. Она протягивает мне трудовой договор. Пробегаю его глазами и вношу свои данные. Пока я пишу, Оксана говорит:

— Обратите внимание, что вы должны отработать минимум полгода. Никому не понравится менять помощников несколько раз в год.

У меня сразу возникает вопрос, часто ли меняются помощницы, но задать его не решаюсь. Только киваю и, бегло прочитав оставшиеся страницы, ставлю подпись.

— Что вам нужно сразу принять, так это то, что ваш руководитель — человек специфический. Он не терпит слова «нет».  Не пытайтесь спорить или вступать в полемику, даже если вам кажется, что его просьба странная или невыполнимая. Также он очень сильно охраняет личные границы. Ваша задача – никого из сотрудников к нему не допускать без предварительной записи. Антон Сергеевич не любит, когда его трогают по пустякам.

— А пустяками он считает примерно всё, — вставляет молодая девушка, подперев голову рукой.

— Ну он же айтишник, в первую очередь, — поворачивается к ней Оксана. — А они на своей волне.

Я обречённо смотрю на свою подпись в договоре и вздыхаю.

— Ничего, привыкнете, — продолжает Оксана Владимировна. — Ещё наш босс — человек взрывоопасный, но отходчивый. Если он запустит в вас документами из-за вашей ошибки — просто скройтесь с глаз долой и переждите бурю.

Округляю глаза и говорю с небольшим упрёком:

— Вы специально рассказали мне это после того, как я подписала договор?

Другая девушка хихикает. Оксана кидает на неё многозначительный взгляд.

— Да не волнуйтесь, вы довольно стрессоустойчивы, судя по собеседованию. К тому же он человек молодой. Возможно, вы быстро привыкнете к его манере работы. Только никакой фамильярности. Соблюдайте субординацию. С этим у нас очень строго. А теперь пойдёмте, я познакомлю вас с коллегами. Это, кстати, младший рекрутёр — Есения.

Я киваю Есении и спешу за Оксаной. Мы заходим в соседние кабинеты: бухгалтерию, маркетинг. Она представляет меня сидящим в кабинетах сотрудникам. В бухгалтерии со мной здороваются слишком любезно, а в маркетинге, наоборот, только безразлично кивают. Далее она показывает мне уютную и красивую кухонную зону, в которой стоит приятный запах кофе. Там располагаются несколько небольших столиков, две кофемашины, огромный холодильник, микроволновка. Остальное я разглядеть не успеваю, потому что Оксана Владимировна торопится дальше.

— А теперь сюда, — говорит она, и мы проходим в огромное открытое пространство, заставленное в ряд компьютерными столами, «опен-спейс», как его называют. Я раньше такое только в фильмах видела.

Когда мы заходим, на нас никто не обращает внимания. В зале стоит непрерывный звук клацанья по клавиатуре.

— Здесь у нас сидят программисты, дизайнеры и техподдержка в конце, за перегородкой. В общем, все в одном флаконе.

«Как интересно, — думаю я. — Все так увлечены работой».

— Это ведущий разработчик, — кивает Оксана в сторону блондина с лёгкой светлой щетиной. — Матвей.

Тот выглядывает из-за монитора, а потом поднимается и подходит к нам. Замечаю, что он плотного телосложения и только немного выше меня.

— Здравствуйте, — Матвей подходит к нам и, улыбаясь, смотрит на меня заинтересованно.

А мне в глаза бросается пятно на его футболке.

— Здравствуйте, — отвечаю я сдержанно.

— Это новая ассистентка Антона Сергеевича, Милана, — поясняет Оксана Владимировна.

— М-м-м, — протягивает Матвей и смеётся. — Удачи.

— Спасибо, — говорю я, чувствуя, что удача мне действительно пригодится.

Теперь уже и другие подняли головы и смотрят с любопытством. Замечаю, что все примерно моего возраста или немного старше. Как приятно видеть столько молодёжи после библиотеки, где моей хорошей подругой считалась семидесятилетняя женщина из зала с подростковой литературой. Мы подходим к стене из непрозрачного стекла с двумя дверьми.

— А это ваш кабинет. Рядом с кабинетом Антона Сергеевича, — кивает Оксана.

Открывает дверь. Кабинет небольшой, но с панорамными окнами с видом на город. В углу — компьютерный стол, стеллаж. С другой стороны — небольшой шкафчик. Уютно и ничего лишнего. Подмечаю про себя, что для меня одной выделен целый кабинет, а ведущий разработчик сидит со всеми в общем зале.

— А теперь познакомлю вас с вашим непосредственным начальником. И на этом экскурсия закончится. Дальше вы как-нибудь сами.

— А эта дверь куда ведёт? В его кабинет? — показываю я на дверь напротив моего стола.

— Да, но обычно он заходит через отдельный вход, а этим никогда не пользуется.

— Понятно… — киваю я. Ну и отлично — меньше будет ходить мимо меня.

Мы выходим из моего кабинета и подходим к соседней двери. Выпрямляю спину, мысленно успокаиваю себя. Оксана Владимировна стучит и, услышав ответ, открывает дверь.

— Антон Сергеевич, я привела вашу новую ассистентку, как и обещала. Милана Котова.

Спиной к нам, у окна, стоит высокий стройный мужчина со слегка волнистыми чёрными волосами.

— Спасибо, Оксана, — говорит он и поворачивается.

Походит ближе. Ещё секунду назад я собиралась поздороваться, но сейчас хочу только одного: убежать или провалиться сквозь землю. Потому что передо мной стоит Антон Абрамов, мой бывший одноклассник, превративший мою жизнь в школе в ад.

Оксана Владимировна что-то говорит и уходит. А у меня пропал дар речи. Вот чего-чего, а этого я никак не ожидала. Можно я просто сейчас развернусь и уйду? Работать на Антона Абрамова? Даже спустя годы после окончания школы от одного воспоминания о нём у меня всё сводило от ненависти. Я молча жду, что он как-то отреагирует на моё появление, удивится, усмехнётся. Но нет.

— Добрый день, — говорит мой новый начальник и, развернувшись, направляется к столу с двумя большими мониторами.

— Добрый, — выдавливаю из себя я.

Он что, не узнал меня? Я остаюсь стоять на месте, а он садится и, не глядя в мою сторону, произносит:

— Запоминай или записывай. Два раза повторять не буду.

Я лезу за телефоном, чтобы успеть записать в заметки, а он продолжает:

— Ты должна быть в офисе к девяти, — он смахивает со лба прядь волос. — Домой не уходишь, если я не отпустил. Твоя задача: знать моё расписание, вносить дела в календарь, выполнять все мои поручения, например, заказ продуктов, билетов, бронирование столов, созвон с партнёрами, если надо, поиск нужной мне информации. Ещё ты должна доносить до остальных сотрудников важные новости и объявления. В общем, разберёшься. Кстати, на твоём компьютере предыдущая помощница оставила тебе инструкцию. Поищи.

Он смотрит в монитор своими синими глазами, и когда говорит, на щеках появляются ямочки. Это точно тот самый Антон. Я не могу в это поверить. Мой одноклассник уже управляет компанией.

— Когда прихожу, сразу делаешь капучино без сахара. Затем согласовываем календарь. Всё понятно? — говорит он безразличным тоном.

— Да, — отвечаю я, хотя голова идёт кругом.

Чувствую себя не в своей тарелке. Жду, что он ещё скажет, невольно разглядывая, как его мускулы просвечивают из-под синей рубашки, рукава которой он закатал.

— Ты что, ещё здесь? — недовольно произносит Антон, подняв голову.

— Можно идти?

Он ничего не отвечает, а только смотрит в упор, и его взгляд не предвещает ничего хорошего.

Поворачиваюсь и скрываюсь за дверью, чувствуя, как горит лицо от унижения. У себя в кабинете сажусь за стол и пытаюсь осознать произошедшее. Казалось, самое плохое уже свершилось: кредит, парень-мошенник. Куда уж хуже? Но нет, теперь я ещё должна подчиняться человеку, которого ненавижу.

В отделе кадров, как назло, меня уже оформили официально. Никакого испытательного срока. А мне надо бы уйти отсюда незамедлительно. Пока он меня не вспомнил. Но… а как же кредит? Где я сейчас ещё найду работу с такой зарплатой? Это сущее везение, что меня взяли на такую должность. Погашу кредит — и сразу уволюсь. Придётся терпеть. Всё из-за Дениса. Интересно, он по мне не скучает? Знал бы он, на что он меня обрёк.

Антон Абрамов. Сколько слёз я пролила от его издевательств? Почему-то начиная с конца девятого класса он выбрал меня своей жертвой и не унимался, пока не ушёл из школы в середине одиннадцатого. Тогда у него был какой-то конфликт с учителем. Как же я радовалась, что теперь смогу вздохнуть спокойно. Поначалу было непривычно ходить в школу без страха и не ждать подвоха. Я ещё долго оборачивалась в коридоре, ловила себя на том, что сжимаю зубы от напряжения, хотя всё уже закончилось. Но он ушёл, и вместе с ним ушла эта постоянная тревога.

Антон издевался не каждый день, но достаточно часто, чтобы время в школе превратилось в испытание. Я никогда не знала, чего ждать. Из-за этого постоянно находилась в напряжении. Оскорбления, злые шутки перед всем классом были в порядке вещей. Подначивал других парней смеяться надо мной, хотя каких-то объективных причин для смеха не было. Защитить меня никто не мог. Маме я запрещала вмешиваться, а ни отца, ни брата у меня не было.

Я часто спрашивала в пустоту: «За что? Почему я?». Антон будто ждал, когда я оступлюсь. Если меня вызывали, а я не знала ответ и хотела подсмотреть в учебник, он обязательно этому препятствовал. «Закрой учебник», — злобно шептал он, чтоб все слышали. У меня не было права ни на подсказки, ни на ошибки. Любая моя оговорка или ошибка высмеивалась и преувеличивалась. Именно тогда я стала учиться лучше, заучивая материал наизусть, доводя всё до идеала, чтобы не дать ему шанс поиздеваться.

Это сыграло роль. Я стала одной из лучших учениц. Учителя ставили меня в пример, и это бесило его ещё больше. Дома я тренировалась пересказывать параграф под включённый телевизор, готовясь к тому, что Антон будет специально шёпотом отвлекать меня.

А теперь я должна подносить ему кофе? С тех времён прошло лет двенадцать–тринадцать, мы повзрослели. Только неприязнь никуда не делась. Он отравил мою жизнь в старших классах, и с этим не поспоришь. Даже подорвал уверенность в себе. Я стала бояться парней. Не потому, что они делали что-то плохое, а потому что ожидала от них нападок — как будто внутри меня срабатывал рефлекс. Если усмехается — значит, смеётся надо мной. Если делает комплимент — значит, это подвох. Я привыкла держаться настороже. Даже тогда, когда рядом не было никакой угрозы.

Подхожу к панорамному окну с видом на соседнее здание. Он меня не узнал. Ни имя, ни фамилия не вызвали у него ни тени реакции. В каком-то смысле это даже к лучшему — не будет предвзятости. Но от этого не становится легче. Раздражает до дрожи: он забыл. Просто вычеркнул из памяти всё то, что делал. Будто не было насмешек, будто он всегда был этим серьёзным начальником.

Включаю компьютер. Пробегаю взглядом по экрану. Вижу текстовой документ под названием «Босс. Инструкция по применению». Ухмыляюсь и открываю его. Читаю, что календарь нужно вести в Google Docs, еду заказывать через корпоративный аккаунт. Также вижу список его любимых блюд, список ресторанов для деловых встреч.

Затем взгляд скользит ниже и останавливается на таблице с женскими именами. Другие столбцы в таблице называются: «Адрес», «Любимые цветы», «Даты», «Комментарии». Это ещё что? В мои обязанности входит вести учёт его гарема?

Часа два я просто сижу в одиночестве, слушая приглушённые голоса айтишников за тонкой стеклянной стеной. Может, про меня забыли? Достаю из сумки книгу. Надеюсь, читать на рабочем месте не запрещено. Вдруг мой телефон издаёт сигнал, и я получаю голосовое сообщение с незнакомого номера. По аватарке понимаю, что оно от Антона. Значит, ему уже передали мой телефон. Включаю и слышу короткое:

— Закажи обед.

Жду какое-то время — может быть, он скажет, чего именно хочет? Но больше от него никаких сообщений. Нужно догадываться самой. Скролю документ, чтобы вернуться к информации о его любимых блюдах. Под заголовком «Обед» перечислены: стейк из лосося, блюда с морепродуктами. Открываю приложение и захожу в корпоративный аккаунт.

Через сорок минут иду встречать курьера на проходную. Он передаёт мне пакет, и я направляюсь обратно, обдумывая, должна ли я распаковать эти блюда и получить на тарелки или отнести как есть в контейнерах. Хотя зачем гадать? Я не могу читать его мысли. Стучу в дверь. Никто не отвечает. Стою и в растерянности озираюсь по сторонам. Вижу, что ряды айтишников поредели. Наверно, ушли на обед. Встречаюсь взглядом с Матвеем, который жуёт что-то на рабочем месте.

— Антон Сергеевич ушёл? — спрашиваю я.

Матвей морщит лоб и говорит, переходя на «ты»:

— Нет. Я не видел. Да ты не стучи. Это бесполезно.

Какая-то девушка, сидящая рядом, смеётся:

— Ага, если б всё было так просто! К нему так просто не попасть.

— Но… — я показываю пакет с доставкой. — Он же сам просил заказать еду.

— Напиши ему сначала. Тогда он разрешит войти, — объясняет Матвей. — Поверь, лучше не нарываться.

— Не любит, когда к нему стучат сотрудники без согласования, — говорит девушка с большими наушниками на голове.

— С ним надо договариваться о приёме заранее, будто он король, — шепчет её соседка с татуировкой во всю руку.

Закатываю глаза и вздыхаю. Антон Абрамов всегда отличался манией величия. Если он вдруг подготовился к уроку, то спросить нужно было именно его и никого другого — ведь он снизошёл до выполнения домашнего задания. Спорил с учителями, доказывая своё мнение как единственно верное. Но одноклассникам это было только на руку, потому что он часто занимал слишком много времени от урока.

Беру телефон и набираю сообщение:

«Антон Сергеевич, я могу сейчас принести доставку?»

Ответ: «+».

Кривлю лицо от такого ответа и стучу ещё раз. На этот раз слышу:

— Заходи.

Захожу и закрываю за собой дверь. Антон сидит, задрав ноги на стол. В этот момент я еле сдерживаю улыбку. Он, видимо, считает, что так выглядит особенно внушительно. Но этот жест скорее смешит, чем впечатляет. Ни авторитета, ни уважения он ему не прибавляет — только подчёркивает, как он старается казаться важным. Подхожу к нему в нерешительности и ставлю пакет на стол. Он продолжает смотреть в монитор. Замечаю, что рубашка у него расстёгнута больше, чем уместно в офисе.

— Достать из пакета? — спрашиваю я.

— Естественно, — кидает он со вздохом.

Достаю упаковки с едой и говорю, смотря на его ноги, занимающие почти всё свободное пространство на столе:

— Куда поставить? Здесь ваши ноги.

Антон переводит на меня взгляд и хмурится. Мне так и хочется надеть ему удон с морепродуктами на голову. Он недовольно убирает ноги, и я ставлю перед ним контейнеры.

— Ты что назаказывала? — отшвыривает он контейнер с лососем. — Я по запаху чувствую, что там рыба!

— Но… — выдавливаю я шокировано. — Разве это не ваша любимая еда?

— Ты издеваешься? — кричит он. — А там что?

— Удон с морепродуктами, — говорю я обречённо.

Он подскакивает со стула в бешенстве и цедит:

— Я ненавижу рыбу и морепродукты! Почему заранее не согласовала?

А я хочу послать его куда подальше. Но не могу, потому что кредит сам себя не выплатит.

— В том документе с информацией от предыдущей помощницы было написано, что это ваши любимые блюда, — объясняю я. — И я не хотела отвлекать вас от работы.

Антон выругался и сел на стул.

— Понятно. Значит, она решила мне насолить, — говорит он еле слышно. — Ну, ей же хуже.

Кажется, моя предшественница решила его позлить на прощанье — ну и заодно подставить меня. Нужно срочно исправлять ситуацию. Главное, чтобы он не взбесился окончательно и не выгнал меня прямо сегодня. Я быстро забираю контейнеры и говорю:

— Я сейчас принесу еду из кафе напротив.

Тот мотает головой:

— Я сам схожу. И ты идёшь со мной.

Антон встаёт и, схватив телефон, вылетает из кабинета. Мне ничего не остаётся, как бежать за ним под взглядами айтишников. Зачем он позвал меня?

Я еле поспеваю за Антоном на высоченных каблуках, которые мне необходимо носить согласно дресс-коду. А он к тому же пошёл к лестнице, игнорируя лифт. Антон не оборачивается. Идёт, как будто меня не существует. Может, мне послышалось, что я должна идти с ним?

Наконец, мы заходим в кофейню. Антон проходит к столу и садится. Я опускаюсь напротив и с опаской посматриваю на него.

— Добрый день, — подходит улыбающаяся официантка и обращается только к Антону. — Вам как обычно? Бизнес-ланч?

— Да, — отвечает сухо. — И большой капучино.

Официантка поворачивается ко мне, но Антон делает жест рукой:

— Ей ничего. Она на работе.

Я сжимаю кулаки под столом. Я что, его рабыня, чтоб он так себя вёл? Напоминаю себе о кредите и киваю, глядя на официантку. Всё равно у меня нет аппетита.

— Мне нужно, чтоб ты ответила на пару звонков вместо меня. Или на сообщения, — говорит Антон, смотря в телефон. — Ненавижу переписки и пустые выяснения отношений.

— Хорошо, — отвечаю я. — И что нужно сказать?

— Мне всё равно. Главное — чтоб она забыла мой номер.

Ничего не понимаю.

— А кто будет звонить? — пытаюсь прояснить ситуацию.

— Одна знакомая. Не могу от неё отделаться.

Усмехаюсь, и он это замечает.

— Что? — Антон наклоняется вперёд и прищуривается.

Обращаю внимание на белизну его кожи, которая контрастирует с чёрными прядями, спадающими на лоб.

— Ничего, — отвечаю я и поджимаю губы.

Ну да, конечно. «Не может отделаться». Прям герой-любовник. А мне, выходит, теперь надо не только кофе подавать, но и прикрывать его личную жизнь? Но сейчас лучше не спорить. Если начну качать права, ничего хорошего из этого не выйдет. Пока нужно просто делать вид, что всё в порядке. Хоть и злит это до невозможности.

Телефон у Антона в руках вибрирует.

— Вот, держи.

Антон протягивает мне телефон, на экране которого высвечивается «Лера». Я до сих пор не могу понять, чего он от меня хочет. Мысли его я по-прежнему не читаю. Придётся выкручиваться.

— Алло, — отвечаю я.

— Ой… — слышу я на другом конце линии растерянный женский голос. — А вы кто? Мне нужно поговорить с Антоном.

— Здравствуйте, я ассистентка Антона Сергеевича. Он просил вас больше никогда не звонить и не писать, — говорю я нейтральным тоном.

Кажется, она всхлипывает.

— Почему?

Я сразу проникаюсь к ней сочувствием. Что между ними произошло? Не могу спросить об этом,  ведь я должна просто выполнить его поручение.

— Это его решение, и оно не обсуждается, — отвечаю твёрдо.

— Почему он сам поговорить не может? Я же ничего такого не сделала! Это просто шутка была! Почему он не понимает?

Мне становится ещё любопытнее, что же эта Лера такого сделала, но я держусь. В это время официантка ставит Антону его ланч. Он пододвигает к себе тарелку и смотрит на меня. Во взгляде читается нетерпение.

— Вы можете передать, что я извиняюсь? Пусть он меня простит! — продолжает Лера. — Я только пришла к нему на работу. Хотела сделать сюрприз… А он разозлился, что я пошутила над ним с его подчинёнными. Откуда я знала, что он такой обидчивый? Я вообще-то стучала в дверь, а он не открывал. Вот я и поговорила с парой человек, пока ждала.

А это уже интересно. Значит, она сказала про него что-то, а ему это не понравилось. С его самомнением это неудивительно. Но надо взять на заметку, что его ни с кем обсуждать нельзя. А то можно вылететь с работы так же, как эта бедняжка из отношений.

— Лера, сожалею, но Антон Сергеевич чётко дал понять, что такое поведение с ним недопустимо. Если вы ещё раз будете нарушать его личные границы своими звонками, нам придётся принять меры.

Мне хочется добавить: «Лучше найди себе нормального парня. Ты ещё отделалась малой кровью».

Но вместо этого говорю лишь:

— Всего хорошего, — и сбрасываю вызов.

Протягиваю ему телефон.

— Если она ещё раз позвонит, ты уволена, — говорит Антон.

Я замираю и смотрю на него, пытаясь понять, серьёзно ли он. Антон слегка улыбается, и на щеках тут же появляются ямочки. Они ему, конечно, очень идут. Он и в школе был внешне симпатичный, чего уж там. Младшеклассницы вешались на него толпами, а он ходил, как павлин, всем видом показывая, что недосягаем. Только вот характер у него был тот ещё: высокомерный, резкий, вечно самоутверждался за счёт других. И главное — всегда считал себя самым умным.

Антон подзывает официантку:

— Ещё один бизнес-ланч и капучино, — говорит он. — И счёт. Как можно быстрее.

Официантка приносит счёт. Антон прикладывает карту и встаёт, не глядя в мою сторону.

— Через двадцать минут я буду у себя. И чтоб на моём столе не было этого мусора, что ты заказала.

Смотрю на часы. Время пошло, а заказ ещё не принесли.

— И вот ещё что. Составь сравнительную таблицу беспроводных наушников по главным характеристикам. Самые топовые модели, — говорит он, обернувшись. — Отправишь результат мне на почту сегодня.

Он так же быстро уходит, как и пришёл. Подпираю голову руками и выдыхаю. Начинаю скучать по библиотеке. Кажется, там было не так уж и плохо.

Надеюсь, мне не придётся постоянно быть посредницей между ним и его девушками? Эта Лера, кажется, сильно расстроилась, а ему наплевать. Мои мысли возвращаются к поступку Дениса, и настроение портится.

От раздумий меня отвлекает официантка с подносом. Даже удивительно, что он заказал мне ланч. Интересно, стоимость вычтут у меня из зарплаты? Времени на обед у меня осталось немного, минут пять. Быстро закидываю в себя салат, беру с собой кофе и быстрым шагом возвращаюсь в офис. Не хочу проверять его реакцию на моё опоздание.

В пространстве айтишников стоит равномерное клацанье по клавиатуре. Подхожу к кабинету и открываю без стука на свой страх и риск. К моему удивлению, там Матвей. Он стоит, наклонившись к монитору, и не сразу меня замечает.

Подхожу к столу, чтобы забрать контейнеры. От стука моих каблуков Матвей резко поднимает голову и чуть не переворачивает стоящий сзади стул.

— Фух, ты меня напугала, — говорит он, и я вижу, как капля пота стекает у него по виску. Хотя в помещении прохладно.

Он выходит из-за стола Антона, избегая моего взгляда, и быстро направляется к выходу.

Я прищуриваюсь. Что он делал за чужим компьютером?

Уже у дверей Матвей останавливается и спрашивает подозрительно:

— А ты что сюда пришла, пока начальника нет?

— Мне надо срочно убрать здесь, Антон Сергеевич сам попросил, — оправдываюсь я, как будто делаю что-то запрещённое.

Начинаю запихивать контейнеры обратно в бумажный пакет.

— Ясно, — Матвей добродушно улыбается. — А я кое-что уточнил. Теперь можно продолжать работу. Как первый рабочий день?

Я закатываю глаза.

— Понял. Я так и думал, — смеётся Матвей и выходит из кабинета.

Оставшись одна, осматриваю пространство вокруг: огромный стол, большое, можно сказать, королевское офисное кресло, стеллаж с папками. На одной из полок стоят книги: «Атлант расправил плечи», «Психология влияния», «Искусство войны», «Жёсткая правда о жёстком бизнесе». Интересно, он их читал или просто для красоты поставил?

Замечаю также рамку для фотографий, но внутри пусто. Странно. У стены небольшой кожаный диван и журнальный столик.

Слышу звук открывающейся двери и понимаю, что задержалась в кабинете дольше необходимого. Сжимаю в руке пакет, делаю вид, что только закончила убирать. Антон заходит с очень задумчивым видом и вздрагивает при виде меня. Кинув взгляд на пакет у меня в руках, проходит мимо и садится за компьютер. Занимается своими делами, как будто меня здесь нет. Так что я быстро удаляюсь к себе.

Мне нужно приступить к следующему поручению: сравнительная характеристика наушников. Бредовее занятия я и придумать не могла, но зарплату надо отрабатывать.

Сначала у меня голова идёт кругом от всех этих характеристик, которые я вношу в таблицу. Подхожу к работе со всей тщательностью. Я не должна оставить ему возможность для критики. Смотрю видеообзоры, читаю параметры на сайтах. Кажется, я скоро стану экспертом по шумоподавлению и буду консультировать в отделе электроники.

Перепроверив всё, наконец, отправляю таблицу ему на почту. Через пять минут получаю сообщение: «Зайди».

Антон сидит с недовольным выражением лица. Ну что сейчас-то не так?

— Мне что, теперь за тебя все данные перепроверять? — раздражённо говорит он.

— Нет, — мотаю головой. — А в чём проблема?

— У этих наушников, которые на первом месте у тебя в таблице, не может быть время автономной работы — до шестидесяти часов. Это нереально. Понимаешь? Или ты наугад цифры ставила?

Я хмурюсь. Неужели я правда ошиблась?

— Сейчас проверю, — говорю я и достаю телефон.

Антон вздыхает. Через полминуты показываю ему страницу сайта, где чётко указано, что время автономной работы наушников — шестьдесят часов.

— Здесь опечатка, — говорит Антон уверенным тоном. — Если смотреть только на одном сайте, то какой результат можно ожидать? Вот такой, какой мы сейчас имеем.

— Да я проверяла в разных источниках! — эмоционально доказываю я. — И видеообзоры смотрела.

Открываю официальный сайт производителя и показываю ему. Антон смотрит на страницу несколько секунд, потом поднимает взгляд на меня.

— Всё равно это неверно, — говорит он с ноткой высокомерия. — Максимум сорок, но никак не шестьдесят. Можешь идти.

— Ещё поручения будут? — спрашиваю я довольным тоном, понимая, что уделала его.

— Пока нет, — отвечает он.

Выхожу с лёгким триумфом: хотел подловить меня, но не получилось. А свою ошибку сам так и не признал.

В открытом пространстве стало оживлённо: многие начали собираться домой. Взглянула на часы — почти семь вечера. А меня никто не отпускал.

— Милана, ты ещё не уходишь? — спрашивает Матвей, убирая ноутбук в рюкзак.

— Нет, — грустно улыбаюсь.

— Сочувствую, — говорит Матвей. — Сегодня такой день приятный. Тёплый.

Кидаю взгляд за окно.

— Ничего не поделаешь. Придётся сидеть.

— Удачного вечера!

— Спасибо, и тебе, — говорю я и возвращаюсь к себе в кабинет.

Через минут пятнадцать слышу стук и вижу Матвея в дверях.

— Это опять я. Не отвлекаю? Вот решил скрасить твой первый день.

В руках у него бумажный пакет.

— Принёс тебе очень вкусные пирожные из моей любимой пекарни. И ещё кофе. Он у них тоже очень хороший выходит. Лучше, чем из нашей кофемашины.

Я приятно удивлена такими знаками внимания. Вижу, что у него в руках два кофе и понимаю, что он рассчитывает составить мне компанию.

— М-м-м, — говорю я. — Спасибо. Пойдём на кухню или здесь?

— Думаю, на кухне поудобнее, — отвечает Матвей.

Беру у него один кофе, и мы идём в офисную кухню. Там никого нет.

— Красиво здесь, конечно. Современно, — замечаю я. — Не то, что на моём прошлом месте работы.

— А где ты работала раньше? — интересуется Матвей, усаживаясь на стул.

— В библиотеке.

Матвей округляет глаза.

— Кем?

— Библиотекарем, конечно.

— И тебя после этого взяли на эту должность?

— Да... — говорю я и откусываю розовое пирожное в форме большой малины. — О, это очень вкусно.

— Тебе нравилось в библиотеке? — любопытствует Матвей. — Почему пошла туда работать?

— Да я по образованию библиотекарь, — смеюсь я. — Так себе профессия. Ну, я ещё могу работать с информацией, в архивах и даже в издательстве.

Последнее я произношу со вздохом. Матвей перестаёт есть и смотрит вопросительно:

— Я раньше мечтала устроиться в издательство, — объясняю я. — Например, редактором. Обожаю читать, поэтому для меня такая работа была бы идеальной.

— Так и в чём проблема?

— После окончания университета отправила резюме в пару издательств, но мне не ответили. А как устроилась в библиотеку, так и затянуло на три года.

Матвей покачал головой:

— Ты никогда не работала помощницей предпринимателя?

— Нет. А что?

— Странно, мне казалось, Антону нужен был человек с опытом.

— Ну, не вижу в этой работе ничего сложного, — пожимаю я плечами. — Проблема только в уровне стресса и ненормированном графике.

— Про стресс — это ты точно подметила, — усмехается Матвей. — Антон умеет доводить своих ассистенток. Он вообще человек своеобразный. Никогда не знаешь, чего ждать.

Вспоминаю, что лучше не обсуждать своего начальника с другими, а то могут быть последствия, и говорю:

— Ну, на то он и владелец бизнеса. Я думаю, он и сам находится в стрессе. Конкурентов сейчас много... Так что не вижу смысла это обсуждать.

Матвей кивает и переводит тему:

— У тебя красивые волосы. Ты их завиваешь или они такие сами по себе?

Смущённо отвечаю:

— Они сами вьются.

— Шикарно, — взгляд Матвея начинает вгонять меня в краску. — У тебя тут крем от пирожного около губ.

Матвей тянется рукой к моему лицу, но тут же одергивает её и выпрямляется, глядя мимо меня.

Оборачиваюсь и вижу стоящего в дверях Антона. Несколько секунд мы смотрим друг на друга молча. Почему он ничего не говорит? Я нарушаю молчание:

— Антон Сергеевич, вы меня искали?

— Тебя? — он скрещивает руки на груди и усмехается, а потом обращается к Матвею: — Матвей, я сегодня увижу обновление по новому интерфейсу?

— Э-э, завтра планировал вам выслать краткий отчёт, — отвечает тот.

— Тогда завтра обсудим на совещании. Только конкретика, без воды, — кидает Антон и скрывается в коридоре.

Мы с Матвеем переглядываемся.

— Вот чёрт, — шепчет Матвей недовольно. — Лишь бы показать, кто здесь главный.

Я сочувственно улыбаюсь и доедаю пирожное. Потом Матвей уходит домой, ворча себе под нос, что работу доделает завтра утром. Едва зайдя к себе в кабинет, получаю сообщение: «Зайди».

Вздыхаю и направляюсь в кабинет к Антону. Может, он разрешит идти домой? Захожу. Лицо Антона серьёзно, он смотрит прямо на меня, а не в монитор.

— Милана, запомни, — начинает он и делает паузу.

Я сосредоточено слушаю.

— Ты должна общаться с другими сотрудниками только если это необходимо для выполнения моих поручений. Никаких бесед, дружеских посиделок и тому подобного.

— Но почему? — вырывается у меня.

Такой поворот меня совсем не устраивает. В библиотеке я страдала от недостатка общения с ровесниками. А здесь, где полно продвинутой молодёжи, мне это делать просто запрещают. Чем я хуже остальных? Он хочет меня изолировать без каких-то причин.

— Потому что ты — моя ассистентка. Твоя зона ответственности — это я. Ассистентка руководителя — это его продолжение. Ты отражаешь мой уровень, мою дисциплину и отношение к делу. Если ты болтаешь с каждым встречным, это выглядит... дёшево.

— Да я просто вежлива… — говорю я.

— Это не значит, что я запрещаю тебе здороваться с людьми в коридоре. Но любые разговоры, не связанные с работой, мне не нужны. Ты должна быть дипломатична, но ни с кем не сближаться. Ты находишься ближе к моей личной жизни, чем остальные, и кто-то может захотеть этим воспользоваться. Это понятно?

— Понятно, — говорю я, хотя не могу сдержать негодования.

— Ты думаешь, это несправедливо?

Мотаю головой, не желая спорить.

Антон смотрит на меня так, что по спине пробегают мурашки. Он как будто прибивает меня к полу своим взглядом. Чёткие черты лица, синие глаза, в которых трудно что-то прочитать, и немного взъерошенные волосы. В нём есть что-то, что притягивает, даже если всей душой хочешь держаться подальше.

— Твоя задача — облегчать мне жизнь, а не усложнять её.

— Ясно, — говорю тихо.

— Всё, можешь идти домой.

— Спасибо, — буркаю я. — До свидания.

Он не отвечает и отворачивается к монитору.

У лифта сталкиваюсь с Есенией, которая что-то печатает в телефоне. Завидев меня, она тихо говорит:

— Что, свободна на сегодня? И как тебе первый день?

— Лучше не спрашивай. Непривычно, конечно, — отвечаю я, не желая вдаваться в подробности.

— Твоя предшественница продержалась месяцев восемь, — сообщает Есения, когда мы заходим в лифт. — Поругалась с Антоном Сергеевичем напоследок. Он не хотел давать ей отгул, когда ей понадобилось отпроситься на свадьбу подруги. Сказал, что это не его проблемы, что ему может понадобиться её помощь в любой момент.

Я вздыхаю, понимая, что теперь мне страдать от его властолюбия.

— Но ты не волнуйся, зато после Антона Сергеевича тебе уже никакой руководитель будет не страшен. Даже какой-нибудь владелец огромной корпорации, вокруг которого все на цыпочках ходят, покажется тебе детским садом после работы здесь.

Меня откровенность Есении совсем не успокоила. К тому же я знаю, каким жестоким может быть этот человек. А если с возрастом всё усугубилось, возможно, я буду тратить всю зарплату на психолога.

— Но он красавчик, правда? — хихикает Есения уже на улице.

Я теряюсь и ничего не отвечаю.

— Нет, правда, — продолжает она, бодро вышагивая в своих кедах, в то время как я еле передвигаюсь на шпильках. — И до сих пор не женат. Но девушек у него было много. Это мне как раз твоя предшественница рассказывала. А что — красив, богат, успешен. Только вот характер…

— Есения, мне направо, к метро, — говорю я.

— Да? А мне на автобусную остановку, — Есения показывает рукой в сторону. — Ну ладно, до завтра.

— До завтра.

Надо быть осторожнее. Видно, Есения довольно любопытна и любит поболтать. А я бы совсем не хотела, чтоб про меня потом ходили какие-нибудь слухи. И главное — чтоб никто не узнал о нашем с Антоном прошлом.

Один плюс уходить с работы позже — в метро уже не так много народу. Прикладываю банковскую карту к турникету, но зелёная стрелка не загорается. Ничего не понимаю, ведь утром ещё всё работало. И деньги на ней есть.

Отхожу подальше и проверяю баланс. В приложении банка высвечивается, что на балансе — ноль. Шум метро вдруг становится громче и бьёт по ушам, пока я гипнотизирую экран телефона. Куда пропали деньги? Их было немного, но я надеялась дотянуть до зарплаты. И как я теперь доеду до дома?

Выхожу на улицу и судорожно звоню в банк. Надо выяснить, кто снял мои деньги. Возможно, их можно как-то вернуть.

— Милана Викторовна, — говорит оператор, — так как у вас просрочен кредит в нашем банке, согласно договору, банк может удерживать деньги с вашей карты в счёт погашения долга.

— Но почему меня никто не предупредил? — спрашиваю я в отчаянии.

— Согласно договору, банк не обязан оповещать вас о списании средств.

— А можно ли это остановить? Я скоро смогу вносить деньги в срок!

— Деньги не будут списываться с вашей карты, если вы погасите задолженность, — безэмоционально объясняет оператор.

Я стою посреди улицы в панике. Мне нужны деньги, чтобы добраться до дома. Маме я точно звонить не буду. Совершенно не хочется ничего объяснять, а без вопросов точно не обойдётся. Звоню подруге Оле, но она не берёт трубку. После рождения ребёнка она стала ставить телефон на беззвучный режим, и с первого раза до неё никогда не дозвониться.

А что, если дойти пешком? К утру буду на месте. Сдерживаю накатившее желание расплакаться. Может быть, Есения всё ещё стоит на остановке? Маловероятно, но всё же. Хотя это такой позор — занимать на проезд у малознакомого человека. Как я до такого докатилась? Ковыляю на каблуках в сторону остановки, чувствуя себя очень несчастной. Просто неудачница.

На остановке никого нет. Видимо, автобус недавно уехал. И обратиться не к кому. Не буду же я попрошайничать у совсем незнакомых людей? Медленно иду по тротуару, вытирая слёзы.

Краем глаза вижу, что рядом останавливается машина, и я отшатываюсь в сторону. Хочу пройти дальше, но слышу звук открывающегося окна. Поворачиваюсь и вижу Антона, который хмуро меня разглядывает. Чёрт.

— Что с тобой? — выкрикивает он с водительского сиденья.

Ну раз уж он спрашивает… Подхожу ближе и мямлю:

— Нет денег доехать до дома.

— Что? — Антон смотрит на меня непонимающе.

— Так получилось, что деньги с карты пропали. Я…

Но я не успеваю договорить, потому что стекло поднимается, и его машина срывается с места, а я остаюсь на обочине, чувствуя себя вдвойне униженной. Что он за человек такой?

Сажусь на скамейку у остановки и собираюсь всё-таки позвонить маме, как вижу уведомление от банка на экране: «Антон Сергеевич А. перевёл вам 500 рублей».