Отомстить за измену

Все всегда начинается хорошо. Цветы, конфеты, прогулки под луной и страстные поцелуи в машине, потом в подъезде, потом в кровати. Любовь окрыляет и подбрасывает до небес. В голове радуга, в сердце бабочки, а логика отказывает напрочь, как и попытки замечать красные флаги.

Мы познакомились с Эдиком в больнице. Я приехала в Тулу к бабушке после второго курса медицинского и устроилась там же на стажировку. Эдик был молодым, перспективным врачом-хирургом, за которым бегала вся незамужняя половина больницы.

Не то, чтобы я считала себя красоткой, обычная медсестра, которая даже не мечтала, что Эдуард Игоревич посмотрит на меня, а потому я игнорировала и Эдика, и все эти вздохи моих коллег по больнице, отрицая существования Эдуарда Игоревича, как мужчины.

Как результат, Эдик бегал за мной. И почему мужчинам нравятся те, которым не нравятся они. Инстинкт собственника, желание быть лидером стаи, потребность завоевывать или же он просто посчитал меня самой достойной из девушек.

Бабушка, которая воспитывала нас сестрой одна, проплакала неделю, когда узнала, что я бросаю университет в Санкт-Петербурге, чтобы быть с Эдиком. Я была уверена, что образование в Туле не хуже и я с легкостью поступлю.

Спустя год мы с Эдиком уехали на два месяца в отпуск, вернее, на конференцию и практику в университете в Германии, поэтому сдать экзамены я не успела и решила подождать еще годик. Тем более, что благодаря Эдику за мной было место медсестры в больнице, а между сменами я успевала писать научные статьи на заказ, курсовые и обзоры на разные клиники и препараты.

Прошел еще год. Я хотела поступать, но это был ковидный год, когда персонала не хватало, а значит у меня не хватало времени, чтобы поступить на бесплатное. Эдик был против платного образования, искренне веря, что хорошие врачи получаются только из тех, у кого есть крепкие знания.

Потом мы пытались завести ребенка, потом я была в депрессии, а потом наступил этот вечер.

Прошло пять лет и вот я бегу заплаканная по коридору отеля к номеру 666, как символично. Я остановилась перед злополучной дверью. Эдик оставил включенным компьютер, и в его вотсапе выплыло сообщение от какой-то А.Ю.: «Милый, жду в номере 666».

Он звонил мне часом ранее, говорил, что конференция задерживается, а потом вечерняя программа и надо успеть заехать в больницу, а я, как дура, поверила в этот бред. Последний год он все время в разъездах, все время задерживается, но я была уверена, что он старается, чтобы накопить на дом.

Весь этот обман, все, о чем я сомневалась, но продолжала верить, пролетело у меня перед глазами одним бесконечным фильмом ужасов, который привел меня к комнате 666.

Внутри все закипело и я начала стучать в дверь как сумасшедшая. Дверь оказалась приоткрыта, и я вбежала в комнату, как шторм. На полу лежала одежда, рядом с дверью стоял поднос с шампанским, а в душе звучал мужской голос.

— Предатель, — закричала я и ворвалась в душ, — Я ненавижу тебя.

Мои глаза ослепила ярость, я схватила полотенце и начала бить мужчину, который стоял в душе вместе с женщиной.

— Я ненавижу тебя, — продолжала кричать я, — Я всю жизнь отдала тебе, трус, изменщик.

Внезапно крепкие мужские руки схватили меня и положили на плечо. Я билась словно в конвульсиях, я стучала по его спине и царапала ее, продолжая выкрикивать обвинения. Он бросил меня на кровать и лег сверху, придавив меня своим телом так, чтобы я не могла шевелиться.

В этот момент я увидела безумные черные глаза, совершенные мускульные черты лица с выделенными скулами и шрам на правой брови.

— Вы не Эдик, — сказала я, начиная осознавать, что мужчина, лежавший сверху, отличался от Эдика хотя бы тем, что был темноволосым, а не со светлой шевелюрой, плавно переходящей в лысину.

Мужчина неоднозначно улыбнулся:

— Нет, не Эдик, — он приблизился к моему лицу так близко, что я покраснела, его губы были в паре миллиметров от моих, — А вот вы кто?

— Я жена этого изменщика, — вспомнила я и со всей злостью скинула мужчину с себя, умудрившись встать с кровати.

Я посмотрела на него, он лежал как Аполлон, подставив одну руку под голову. С медицинской точки зрения он выглядел идеальным, с женской точки зрения он выглядел настолько самоуверенно, что я на секунду забыла об Эдике и о том, зачем пришла.

— Может быть вы оденетесь, — не отворачиваюсь от мужчины сказала я, стараясь смотреть в его глаза.

— Я в своем номере, — сказал мужчина сладким голосом и прыгнул с кровати ко мне, — А вот вы, милая моя, прервали меня в душе, испугав мою спутницу на сегодня.

После этих слов он схватил меня за предплечья и уже грубым властным тоном сказал:

— Вызовем полицию или вы так уйдете?

— Извините, — понимая, что я не права, ответила я, — Я была уверена, что мой муж в номере 666 изменяет мне, поэтому я влетела вот так с кулаками и криками. Я прошу прощения, очень.

Я выскользнула из его рук и направилась к двери, мужчина быстро набросил на себя полотенце и пошел за мной.

— Но это номер 665, — сказал он, догнав меня в двери.

— Что? — переспросила я, — Как?

— Навигация, — улыбнулся мужчина, — Я сначала тоже пытался попасть вот в ту дверь.

Мужчина вальяжно оперся на дверной косяк и указал пальцем на соседнюю дверь. Номер 666, действительно, был ровно по середине между двумя дверями.

— Какие идиоты, — сказал я, закатив глаза, и уже с меньшим напором постучала в соседнюю дверь.

Дверь открыла высокая худая блондинка с короткой стрижкой и очень острым носом. Она наспех завязывала шелковый халат, пытаясь понять, что происходит.

— Кто вы? — сказала она холодным тоном, — Это вы кричали?

После этих слов она огляделась и увидела мужчину в дверях.

— Олег, здравствуй, — с пренебрежением сказала блондинка, обращаясь к мужчине, на которого я только что напала, — Падаешь уровнем, перешел с моделей на эскорт подешевле?

— По крайней мере, — ответил Олег, — Не увожу чужих мужей.

— Алина, кто там? — из номера 666 раздался до боли знакомый мужской голос, который приближался к нам, — Алина!?

Все в моей душе упало. Эдик стоял в дверях вместе с этой Алиной, испуганными глазами глядя на меня. Если минутами раньше мне хотелось рушить все вокруг, наброситься на них и выплеснуть весь свой гнев, то сейчас я просто разрыдалась. Я не могла произнести ни слова, я смотрела на него глазами, полными разочарования и боли. Я была обижена, но не на него, я была обижена на себя, что так глупо и бездарно я слила пять лет своей жизни, свое образование и свою карьеру, потратив их на мужчину, который этого не стоил.

— Алина, я сейчас все объясню, — заискивая сказал Эдик, смотря на блондинку, — Это Мия, мы с ней уже разводимся, вернее расходимся, я говорил тебе о ней.

— Разводимся? — переспросила я, — Странно, что я узнаю об этом сейчас. Еще утром были в одной постели, а после ты нахваливал мой борщ, собираясь на конференцию, а сейчас мы разводимся?

— Алина, это не совсем так, — испуганно сказал Эдик.

Блондинка посмотрела на меня брезгливым взглядом и, не говоря ни слова, направилась внутрь комнаты. Эдик последовал за ней, захлопнув дверь номера перед моим носом.

Слезы потекли ручьем еще сильнее, дыхание перехватило так, что невозможно было дышать.

Мужчина, которого, по видимому звали Олег, полошил ко мне и тихо обнял. Мы стояли в коридоре несколько минут, он гладил меня по спине, а я прижалась к его голому торсу, как котенок, из глаз которого капали слезы на его мускулистые руки и плечи.

— Мия, — начал он тихо, подняв мою голову и посмотрев прямо в глаза, — Я не знаю тебя, но, если твой муж поступил так, то они с Алиной достойны друг друга.

Я посмотрела на него и слезы полились из моих глаз еще сильнее. Незнакомый мне мужчина, который должен был выгнать меня и вызвать полицию, сейчас утешал меня, стоя полуголым в коридоре отеля, пока мой муж был в комнате отеля с другой женщиной, которая была ему дороже, чем пять лет отношений.

— Он мне не муж, — с гордостью ответила я, снимая кольцо с пальца, — Мы сыграли фиктивную свадьбу для моей бабушки, но официально мы друг другу никто. Он не хотел обременять нашу любовь штампами в паспорте. Вы думаете, что я наивная дура?

— Я думаю, что вы его очень любили, — с грустью в голосе сказал Олег.

— Знаете, Олег, — я бросила кольцо на пол, — Я никому больше никогда не позволю оказаться в моем сердце и растоптать его. И вам советую быть осторожнее.

Я вырвалась из его объятий и быстрыми шагами направилась к лифту. Олег продолжал стоять в конце коридора.

— Простите, — крикнула я, ожидая лифта, — Что испортила вам вечер. Продолжайте, что вы там делали в душе. Все вы одинаковые.

Двери лифта открылись и я проскользнула в лифт, бросив последний взгляд на Олега, который качал головой и улыбался так, словно был уверен, что я не права. Но жизнь всегда показывает обратное — мужчины полигамны, а женщины — дуры.

❤️ Эту книгу я писала, когда только еще вникала в суть мира любовных романов и училась. Буду рада вашим отзывам.

Добавляйте книгу в библиотеку, оставляйте комментарии и подписывайтесь на мой профиль.

Прошло два года с того момента в отеле, но я до сих пор помню, как выбежала из отеля на улицу вся в слезах, как холодный дождь хлестал мне лицо, будто назло. Я не додумалась даже вызвать такси, полчаса бежала до дома, думая, что жизнь закончилась.

Я даже не помню, как собирала свои вещи, чтобы уехать из его квартиры до того, как он вернется. Собралось меньше чемодана, но это было логично: все это время я работала медсестрой, кроме рабочей формы и халатов у меня ничего и не было, я никуда не ходила с Эдиком, перестала краситься и ухаживать за собой, я растворилась в кастрюлях, уборке и Эдике, словно меня и не существовало, как отдельной единицы.

Я никогда не стремилась быть королевой красоты и блистать при каждом выходе из дома, но то, во что я превратилось, мне было отвратительно.

С этим чемоданом я и уехала на квартиру к бабушке, в которой она жила вместе с моей младшей сестрой Алисой. Несколько дней я проплакала. Эдик приехал следующим утром, просто привез вещи.

Я до сих пор благодарна бабушке, что она не стала меня обвинять, не стала повторять «я же тебе говорила», не ругала. Она просто приносила мне суп и чай, обнимая при случае.

Моя сестра Алиса совсем не знала, что делать. Я видела, что ее подростковое сердце разрывается от боли, но она выражала эту боль в агрессии, она ненавидела Эдика, она бы сожгла его дом, если бы бабушка не угомонила ее пыл.

Я уволилась из больницы на следующий день. Сначала я лежала на кровати дни, потом недели, а спустя месяц решила, что я сильнее и что я справлюсь.

Возвращаться в медицину я не могла, Эдик знали в каждой больнице Тулы, а значит, знали и меня, и все, что произошло в том отеле. Слухи в Туле, да как и во всех небольших городах, распространяются быстро. Я решила, что продолжу писать научные статьи и статьи для медицинских журналов. К моему счастью, спустя пару месяцев предложения о сотрудничестве посыпались, словно снег на голову. Я была завалена работой и получала хорошие гонорары.

За два года я заработала себе имя в медицинской журналистике, меня переманивали крупнейшие медиахолдинги на работу к себе, но до окончания учебы Алисы, я оставалась в Туле.

Да, я знаю, что это эгоистично, но я решила посвятить свою жизнь Алисе, потому что я все еще не была готова посвящать ее себе, а уж тем более не была готова посвящать ее мужчине.

Два года — это хороший срок, чтобы привести в порядок свое здоровье, внешность и самооценку. Я выходила из дома, как с обложки журнала. Каждый день со мной знакомились, да и продолжают знакомиться мужчины, но мое сердце никогда больше не откроется ни одному из них. Я знаю, что с такими взглядами мне бы в монастырь, но я слишком люблю короткие платья и вино, чтобы находиться там.

Мы с бабушкой сидели на кухне, наслаждаясь тишиной. Я смотрела на её спокойное лицо, покрытое мелкими морщинками, и понимала, что без неё я бы не смогла пройти через все эти годы. Она как будто чувствовала мои мысли, наклонилась вперёд и ласково положила руку мне на плечо.

– Алисин последний экзамен сегодня, – тихо сказала она, словно боялась нарушить этот момент. – Нервничает, конечно, но она у нас молодец.

Я кивнула, попробовав сделать глоток чая, но в горле неожиданно стало сухо. Весь сегодняшний день казался каким-то странно важным, будто нечто большее должно было вот-вот случиться. Может, это всё потому, что завтра мы с Алисой едем в Москву. Я на собеседование в крупный медицинский холдинг, а она – поступать в медицинский университет.

– Завтра важный день, – бабушка снова заговорила, и я отвлеклась от своих мыслей. – Ты готова?

– Готова, – ответила я, хотя сама не была до конца уверена. Конечно, я многое успела за эти два года. Моё имя что-то значило в медицинской журналистике, статьи приносили хороший доход. Но теперь это был совершенно новый вызов. Работа в редакции крупнейшего медицинского журнала, принадлежавшего большому холдингу. Я понимала, что конкуренция бешеная, но было чувство, что я наконец-то могу добиться чего-то важного для себя.

Бабушка посмотрела на меня так внимательно, словно видела насквозь.

– Ты ведь будешь счастлива? – спросила она неожиданно.

– О чём ты, бабуля? – я улыбнулась, стараясь скрыть лёгкую дрожь в голосе. – Конечно, буду. Это огромный шанс.

– Шанс, да, – она немного помолчала. – Только вот не нужно снова забывать о себе ради других, Мия.

Я замерла. Бабушка всегда видела больше, чем я говорила. Она не упрекала меня за те решения, что я принимала ради Эдика, ради Алисы, ради чего угодно, кроме себя самой. Но я знала, что она хочет, чтобы я наконец-то жила своей жизнью, а не пряталась за чужими успехами или проблемами.

– Я знаю, – тихо сказала я, опуская взгляд в чашку. – На этот раз я не забуду.

Мы снова погрузились в молчание, но оно не было тяжёлым. Напротив, оно казалось таким естественным, словно разговор был не столько словами, сколько взаимным пониманием.

– Алиса у нас умница, – продолжила бабушка, словно возвращаясь к предыдущей теме. – Она поступит. Уверена.

– Она очень старается, – я улыбнулась. – Её целеустремленности можно позавидовать. Я бы, наверное, на её месте сломалась ещё в середине пути. Но Алиса – другая. Она упрямая.

– Это семейное, – бабушка усмехнулась. – Не нужно недооценивать себя, Мия. Ты её пример для подражания. Она смотрит на тебя и видит, как ты справляешься, как не сдаёшься, даже когда трудно. Ты дала ей это стремление.

Эти слова неожиданно пронзили меня глубже, чем я ожидала. Иногда мне казалось, что всё, что я делала, – это просто плыла по течению, стараясь не утонуть. Но, может, бабушка была права. Может, я действительно помогала Алисе своим примером, даже не осознавая этого.

– Завтра всё изменится, – тихо сказала я, словно больше себе, чем бабушке. – Мы уедем в Москву, и всё будет по-другому.

– Возможно, – согласилась она. – Но главное, чтобы ты помнила – у тебя есть право быть счастливой.

Я кивнула, пытаясь понять, что же это на самом деле для меня значит. Порой кажется, что я так долго прятала своё счастье за другими, что уже не помню, как оно выглядит.

В этот момент дверь в коридоре хлопнула, и я услышала быстрые шаги. Алиса вернулась с экзамена, и по её радостному лицу сразу стало понятно – она сдала.

– Я сделала это! – воскликнула она, врываясь на кухню, глаза блестели от восторга, а голос был полон радости. Я думаю, что по биологии будет 100.

Я засмеялась, вставая, чтобы обнять её. Бабушка тоже встала и с любовью наблюдала за нами.

– Я ни на минуту в тебе не сомневалась, – сказала я, обнимая сестру крепче.

– А завтра, Мия, твоя очередь побеждать, – с энтузиазмом добавила Алиса, её глаза светились азартом. – Ты точно пройдёшь собеседование.

– Да, – тихо произнесла я, надеясь, что она права.

Собирая чемодан, я невольно погрузилась в мысли о том, чего на самом деле хочу от жизни. Казалось бы, сейчас всё наконец складывается — Алиса поступает в университет, у меня шанс на новую работу в крупнейшем медицинском холдинге, но внутри что-то не давало покоя.

Я сложила пару рубашек и, остановившись на полпути, задумалась. Всё это время я жила с ощущением, что меня сломили. Эдик — имя, которое я долгое время избегала произносить даже мысленно. Он давно женился на той женщине из отеля, Алине, и уехал в Москву. Поначалу я ненавидела его. Горькое разочарование разлилось по моей жизни, как яд, отравляя каждое воспоминание. А потом пришло осознание, что моя ненависть не изменит ничего. Эдик жил своей жизнью, а я была привязана к прошлому.

Оказалось, что Алина — дочь владельца крупной сети клиник пластической хирургии. Конечно, всё встало на свои места. Эдик всегда мечтал о карьерных вершинах, и этот брак оказался для него не просто новой жизнью, но и профессиональным трамплином. Москву он выбрал не только ради неё, а ради возможностей, которые она предоставляла. И это уже давно не причиняло мне острой боли. Но, как бы я ни старалась, внутри всё ещё жила какая-то горечь. Вопросы, на которые у меня не было ответов. Не было ненависти, но было что-то даже хуже — равнодушная боль, сверлящая изнутри.

Я подумала о том, что потеряла себя в этой истории, в отношениях, которые давно должны были закончиться. Пять лет своей жизни я посвятила человеку, который, возможно, никогда по-настоящему меня не любил. А что теперь? Что я действительно хочу?

Хочу ли я снова любить? Внутри поселилось что-то похожее на страх. После Эдика я дала себе обещание, что больше не позволю никому войти в своё сердце. Любовь приносила слишком много боли. Но разве можно жить, не открываясь никому? Сколько бы я ни пыталась доказать себе, что мне этого не нужно, всё равно где-то глубоко внутри я понимала: я боюсь быть слабой, боюсь снова стать уязвимой.

Я села на край кровати и посмотрела на чемодан. Часть меня хотела просто спрятаться, закрыться в своей зоне комфорта, продолжать работать на удалёнке, писать статьи, изолировав себя от всего мира. Но другая часть — та, что сегодня была сильнее, — требовала большего. Шанс работать в крупной редакции медицинского журнала — это не просто новый этап в карьере. Это возможность вернуться к жизни, выйти за пределы своих страхов и неудач.

Я вздохнула, пытаясь прогнать неприятные воспоминания. Эдик уже не имеет надо мной власти. Да, он меня сломил, но я смогла заново собрать себя по кусочкам. И даже если боль ещё иногда даёт о себе знать, это не повод оставаться в прошлом.

Завтра мы уезжаем в Москву, и я чувствую, что это начало моей настоящей, новой жизни. Может, там я смогу найти не только новую работу, но и ответ на вопрос, что же я действительно хочу от себя.

*** Оставьте свой комментарий перед тем как перейти к следующей главе

Москва встретила нас шумом большого города, который уже с утра бурлил. Люди то и дело толкались, куда-то бежали и сводили меня с ума.

Мы быстро добрались до отеля и заселились в не самый роскошный, но вполне приемлемый номер.

Перед собеседованием бустро успела проводить Алису в университет на её экзамен. Она, конечно, волновалась, но была настроенна решительно.

— Ни пуха, — сказала я, глядя, как Алиса заходит в универ.

Затем пришло мое время волноваться.

Когда я подъехала к зданию холдинга "Рублёв и партнёры", в котором планировалось собеседование, я в прямом смысле обомлела.

Высокое, современное здание из стекла и стали гордо возвышалось в центре Москвы, отражая в своих зеркальных фасадах свет и небо. В него, наверное, вбухали немало денег.

Я направилась к лифтам и поднялась на 21-й этаж — именно там находилась редакция медицинского журнала. Когда двери лифта открылись, передо мной предстала элегантная приёмная. Не хватало только расзложить золотых слитков по всей приемной: она и так уже походила на музей.

Девушка на ресепшене, улыбаясь, проводила в просторный кабинет для собеседований.

Через несколько минут в комнату вошла женщина лет на десять меня старше. Она выглядела настолько сногсшибательно, что мне стало не по себе от того, как я выгляжу. Господи, они все здесь идеальные какие-то.

— Здравствуйте, Мия, я —Анастасия, HR-менеджер холдинга.

Девушка протянула мне руку.

— Добрый день, — я неуклюже пожала её руку в ответ.

— Мия, рада вас видеть. Спасибо, что приехали, — начала Анастасия, усаживаясь напротив меня за круглый стол.

— Спасибо вам за приглашение, — я старалась выглядеть уверенно, но чувствовала лёгкое волнение.

— Давайте начнём с самого главного. Мы прочитали ваше резюме и ознакомились с вашими публикациями. Нам очень понравился ваш стиль и подход к медицинским темам.

— Спасибо, — улыбнулась я, подумав, что это хороший знак.

— Как вы начали заниматься журналистикой? Вы ведь учились на врача, верно? — Анастасия взглянула на меня с интересом.

— Да, верно. Когда я была на втором курсе мединститута, у меня появилась возможность участвовать в написании научных статей для наших преподавателей. Это захватило меня, и со временем я поняла, что мне нравится объяснять сложные медицинские темы понятным языком. К сожалению, я не закончила медицинский, но опыт работы в больнице и интерес к медицине помогли мне найти своё место в журналистике.

Я замолчала. Кажется, я слишком много говорю.

— Это, безусловно, ценное качество. Уметь не только понимать медицину изнутри, но и доносить её до людей — редкий навык.

— Мне кажется, что каждый может.

Анастасия посмотрела на меня с улыбкой.

Блин, это я тоже зря сказала.

— А как вам удаётся сочетать работу над разными проектами и так быстро осваивать новую информацию? — спросила Анастасия, продолжая мило улыбаться.

— Если честно, это приходит с опытом. Я научилась быстро погружаться в тему, много читаю, и всегда стараюсь разбираться в нюансах. Работа в больнице тоже помогла — там приходилось действовать быстро и чётко. Это дисциплинирует, — ответила я, чувствуя, что собеседование идет не в том русле.

— Это очень здорово. Нам важно, чтобы в нашей редакции работали профессионалы, которые могут не только быть компетентными в своих темах, но и привносить творческую искру.

— Мне тоже это важно.

— Мы стремимся к тому, чтобы наши статьи были не просто полезными, но и увлекательными для читателей. Как вы относитесь к работе в команде?

— Я всегда стараюсь находить общий язык с коллегами. Работа в редакции, я думаю, будет интересным новым опытом для меня. Я привыкла к удалённому формату, но понимаю, что коллективные обсуждения и мозговые штурмы могут дать ещё больше идей и энергии, — честно сказала я, вспоминая, как иногда мне не хватало живого общения.

— Отлично, — Анастасия еще раз посмотрела на мое резюме, — Давайте обсудим ещё несколько моментов, касающихся ваших обязанностей. Вы готовы к тому, что иногда придётся работать в напряжённые сроки и сверхурочно?

Я улыбнулась и кивнула:

— В медицине нет других сроков.

Мы обе посмеялись.

Мы с Анастасией ещё полчаса обсуждали разные темы — мой опыт, подход к работе, даже касались личных взглядов на журналистику и медицину. Она показалась мне не только профессионалом, но и человеком, с которым можно было бы легко работать в одном коллективе. В конце она встала, пожала мне руку и проводила до лифта.

— Спасибо вам, Мия. Мы свяжемся с вами на следующей неделе, — сказала она с тёплой улыбкой, открывая двери лифта.

— И вам спасибо, Анастасия. Буду ждать, — я пыталась сдержать восторг, но внутри всё клокотало от волнения.

Когда двери закрылись, я осталась наедине с собой.

Голова кипела от мыслей, я уже представляла, как работаю в этой компании. Хотя, меня сюа еще не взяли. Надеюсь, что возьмут.

Я даже не заметила, что не нажала нужную кнопку этажа, и лифт спокойно продолжал двигаться вверх.

Мои мысли прервались лишь тогда, когда двери лифта открылись на 30-м этаже.

— Чёрт, — я тяжело вздохнула, — Надеюсь, что охрана не видит, что я по их офису шатаюсь.

Я потянулась к кнопке, но режде чем я успела нажать её, в лифт вошёл мужчина, от которого пахло невероятно орогим парфюмом.

И очень знакомым.

Я бросила взгляд на этого красивого, широкоплечего мужчину. Отнего за версту тестостероном пахло.

Ой, нет.

Я резко отвернулась к стене.

Кажется, этот тот парень из отеля. Столько времени уже прошло, а мне до сих пор было стыдно.

— Все хорошо? — спросил мужчина.

Его голос звучал не так, как в отеле.

Ну, конечно, здесь он держит марку, наверное работает каким-нибудь менеджером, а там я его голым видела.

— Угу, — я кивнула в стену.

— Вы со стеной разговариваете? — а вот теперь пошли его шуточки.

— Здравствуйте, — мой голос слегка дрогнул, но я постаралась взять себя в руки, — Все отлично. Я просто думаю. Не мешайте.

Что я несу.

В голове вспыхнула целая волна воспоминаний: отель, Эдик, та женщина… Но сейчас всё это казалось странно далёким.

А этот, кажется, Олег, таким близким.

Господи, да почему я еще и имя его помню.

Я судорожно вспомнила, что так и не нажала нужный этаж.

Придется тянуться через весь лифт.

И через него.

Я мгновенно протянула руку, нажала первый этаж и вернулась в сой угол.

Олег молчал.

Я повернула голову, чтобы посмотреть, что он делает.

Да, блин.

Я резко отвернулась опять.

Этот Олег смотрел на меня в упор, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Глупо выгляжу, наверное.

Я глубоко вдохнула и встала нормально, уставившись в двери лифта.

Я надеялась, что он меня не вспомнит. За эти два года я изменилась, и не только внешне. Моя длинные волосы с идеальной укладкой, уверенная осанка и новый стиль должны были скрыть ту слабую и растерянную девушку, которая когда-то рыдала в его объятиях в коридоре отеля.

Да и не думаю, что он даже помнит каждую, с кем спал, не говоря уже обо мне.

Я посмотрела в отражение в металлических дверях лифта, незаметно разглядывая своё лицо — макияж, точный и сдержанный, подчёркивал мои глаза, строгий костюм сидел безупречно.

Я уже не была той Мией, которая могла разрываться на части из-за мужчины, и мне не хотелось возвращаться к тем воспоминаниям.

Он точно не узнает.

Олег всё ещё молчал, но я чувствовала, что он прожигает меня взглядом. Было невозможно сказать, вспомнил ли он что-то или просто наблюдал из вежливого любопытства.

Лифт спускался слишком медленно. Я проклинала себя за то, что не нажала кнопку вовремя, но теперь оставалось лишь стоять и пытаться сохранять невозмутимость.

— Вы в "Рублев и партнёры"? — неожиданно спросил он, словно случайный встречный коллега.

Я на секунду замялась, но быстро нашла нужный тон, надеясь, что голос не выдаст моих эмоций:

— Да, была на собеседовании, — ответила я спокойно, удерживая зрительный контакт лишь на долю секунды.

Хотелось сделать так, чтобы разговор не продлился дольше, чем нужно.

— Надеюсь, всё прошло хорошо, — сказал он с лёгкой улыбкой, и в его голосе не было ни намёка на что-то большее, чем дружелюбие.

— А-а-а, — ответила я, — Не знаю, насколько хорошо, но надеюсь.

Лифт мягко замедлился и остановился на 1 этаже. Двери открылись, и я быстро шагнула наружу, не дожидаясь его ответа, но чувствуя странную смесь облегчения и неловкости.

— Удачи, — услышала я напоследок, его голос звучал тихо, почти мягко.

Я оглянулась и увидела, как он пристально смотрит на меня, стоя рядом с лифтом.

Я не ответила, лишь кивнула на прощание и вышла из здания.

Надеюсь, что я больше никогда с ним не встречусь, даже если буду работать здесь.

Мы с Алисой сидели в небольшом уютном кафе в центре Москвы. Через окно можно было увидеть ночные огни города.

Алиса выглядела довольной, ее глаза сияли от восторга. А вот я так и не отошла, но не от собеседования, а от встречи с этим Олегом.

— Ну, как тебе первый день в Москве? — спросила я, откидываясь на спинку стула, чтобы хоть как-то перестать думать об этой встрече.

— О, ты не представляешь, — она улыбнулась с горящими глазами, — Университет просто пушка! Преподаватели, которые нас встретили, кажутся такими снобами, но это ничего. Я уже познакомилась с парой ребят, все такие дружелюбные. Хотя, конечно, было немного страшновато, но это, наверное, нормально.

— Страшновато? Ты же всегда была смелее меня, — я улыбнулась.

— Ну да, но тут как-то по-другому. Это же Москва, конкуренция огромная, а мне хочется поступить на бюджет, — Алиса сделала серьёзное лицо.

Да уж, мне бы тоже хотелось, чтобы она поступила на бюджет. Если не получится, то я не уверена, что потяну. Но, будем решать проблемы по мере поступления.

— А как у тебя прошло?

— Знаешь, собеседование прошло очень хорошо, — я подумала о разговоре с Анастасией и, конечно, про случайную встречу в лифте, что заставило меня передернуться, — Правда, пока не знаю, возьмут ли меня, но всё выглядело многообещающе. Холдинг впечатлил, там всё как в музее. Руководитель, наверное, старый мужчина.

Мы посмеялись.

— Я уверена, что у тебя всё получится, — Алиса посмотрела на меня с какой-то грустью.

Я знала, что это за грусть. Алиса всегда мне гвоорила, что я слишком талантлива, но не могу себя достойно перподнести.

— А когда они обещали сообщить?

— Не сказали точно, сказали, что свяжутся, если что.

В этот момент мой телефон зазвонил, прерывая наш разговор. Я удивлённо взглянула на экран — было уже довольно поздно, кто бы мог звонить в это время?

— Кто это?

— Не знаю.

Немного посомневавшись, я подняла трубку. А вдруг что-то с бабушкой.

— Добрый вечер, Мия, это Анастасия из "Рублёв и партнёры". Мы хотели бы пригласить вас на второе собеседование завтра в 9 утра. Это возможно?

— В 9 утра? — я удивилась, краем глаза заметив, как Алиса перестала жевать и смотрела на меня с интересом. — Конечно, да. Но... немного неожиданно, что вы звоните так поздно.

— Да, понимаю, — голос Анастасии был всё так же дружелюбен, — извините за неудобство, но наш график слегка изменился. Наш генеральный директор подключиться к собеседованию, а у него очень занятой график. Для него журнал является личным проектом. Надеюсь, это не проблема?

— Нет-нет, всё в порядке. Буду на месте в 9 утра.

— Доброй ночи.

— Доброй ночи.

Я еще раз посмотрела на телефон.

— Ну? — Алиса, как всегда, не могла ждать. — Что они сказали?

— Я даже не знаю. Сказали, что завтра в 9 утра у меня ещё одно собеседование с ними, — я покачала головой, всё ещё переваривая это. — Звонить так поздно... Странно, но интересно. И еще генеральный придет.

— Ты знаешь, кто там генеральный директор? — спросила Алиса.

— Нет, — ответила я, взявшись за салат, — Я загуглю дома.

— Они явно заинтересовались тобой, — Алиса хлопнула в ладоши. — Иначе не стали бы так быстро звонить. Так что завтра опять Москва по полной программе.

— Ага, — я усмехнулась. — Кажется, мы начинаем новый этап нашей жизни быстрее, чем ожидали.

Утро действительно началось с полного хаоса. Будильник каким-то чудом проспали обе, и мы с Алисой в панике вскакивали с постели, натягивая одежду, даже не успев толком умыться. Моя голова гудела от недосыпа и спешки. Внутренне я ругала себя за то, что не установила дополнительный будильник.

— Чёрт, мы проспали! — Алиса кричала из ванной.

— Если ты будешь то повторять, мы опоздаем еще больше, — отвечала я ей, обводя губы помадой на ходу.

Я бросилась к двери, поспешно застёгивая куртку. Мы обе вылетели из номера и понеслись к метро.

В вагоне было так тесно, что я едва могла дышать, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Это была моя первая «давка» в метро — непривычно, как все окружающие оказались так близко друг к другу. Это вам, не Тула, конечно.

Я оглянулась на Алису, которая выглядела также напряжённо, но старалась сохранять спокойствие.

— Наше первое опоздание, — сказала она, ухмыляясь.

— И надеюсь, последний, — я пыталась пошутить, но на самом деле была в ужасе от того, что могла опоздать.

Время бежало, а я осознавала, что вот-вот сорву важнейшее собеседование.

Когда я выбралась на поверхность, мне оставалось всего несколько минут до назначенного времени, и я задыхалась от бега. Впереди виднелось здание "Рублёв и партнёры".

Я схватила телефон и тут же набрала номер Анастасии, пока добегала до входа.

— Анастасия, здравствуйте, — тяжело дыша, сказала я в трубку. — Это Мия. Я почти на месте, но, к сожалению, опаздываю на пять минут. Извините, пожалуйста! В метро была ужасная пробка.

На том конце линии повисла пауза, затем раздался холодный, чуть раздражённый голос:

— Пять минут — это много в нашем расписании. Но хорошо, мы подождём. Однако у нас будет меньше времени — у вас было всего полчаса на собеседование, так что поспешите.

— Поняла, ещё раз извините, — пробормотала я и ускорила шаг, вбегая в здание.

Лифт полз вверх как будто в замедленной съёмке, а я нервно теребила в руках папку с документами, в голове пробегали сотни мыслей. Сможет ли это опоздание повлиять на мою карьеру в компании?

Если директор сноб, то я точно пролетела.

Я ругала себе за эти будильники, но всё-таки успела перевести дух и собраться в лифте, поправив волосы и пригладив платье.

Когда двери открылись на 21 этаже, я уже была другой: уверенной, спокойной и сияющей. Этот урок я давно усвоила — никогда нельзя показывать свои слабости. Даже если внутри всё кипит, внешне ты должна быть олицетворением спокойствия и собранности.

Анастасия встретила меня с серьёзным лицом, без намёка на улыбку, и мы молча прошли в переговорную.

Я старалась держать осанку прямо, а в голове повторяла: «Ты справишься. Ты сильная. Ты заслуживаешь этого места».

— Проходите, — сказала Анастасия и закрыла за мной дверь.

— Спасибо, — пробормотала я, — Доброе утро. Ивзините...

Сердце ушло в пятки.

В комнате сидели двое: очень привлекательный молодой мужчина, с расслабленным и дружелюбным выражением лица, и... Олег. Тот самый Олег из отеля.

— Здравствуйте, — я обратилась уже к Олегу, чуть не проглотив язык.

«Почему мы опять встретились. Только бы он не узнал меня, только бы не узнал...» — пронеслось в голове.