Отпуск без трусов

© Серия "ЗАПЛЫВЫ В МОРЕ ЛЮБВИ"

Книга 4

"ОТПУСК БЕЗ ТРУСОВ"

***

Они как те люди, которые думают, что будут счастливы,

если переедут в другое место, а потом оказывается:

куда бы ты ни поехал, ты берёшь с собой себя.

Нил Гейман

*******************************

✍️  ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ АВТОРА

В моем понимании настоящий отпуск - это море. Еще лучше - остров.

Супер, если ты в бухте на острове в море любви!

Тогда - отдых состоялся! В нем все безупречно в постоянстве и желаемой нескончаемости - под лениво накатывающие на берег волны: есть легкость, не отягощенная бикини или другой одеждой, из-за зноя; красавица или красавец, Его или Её секси фигура, возбуждающая и не дающая покоя, но окунающая в безудержный кайф романтической любви; пылкая страсть, подзаряжаемая всегда горячим и темпераментным югом, небом, солнцем и легким бризом свежести твоей бурлящей жизни!...
Короче, все это идеальный отпуск, потому что ты его проводишь... да-да - без трусов! Налегке. Счастливо! Вы скажете, что я пошлю?! Нет! Мы же взрослые люди?! Эй, кто не дорос, захлопываем страничку и идём смотреть мультики)))!.
 P.S. Роман был начат и закончен именно во время отдыха. Антуражем к пишущему что-то в своем лэптопе человеку являлись и помогали в творчестве: остров Паг в Северной Далмации Хорватии, Адриатическое море и берег, изрезанный скалами, сосновыми лесами, с видами на просоленные возвышенности многочисленных необитаемых островков, любимая и семья, наши три четвероногих ангела - немецкие боксеры, делающие совместные заплывы в прозрачной до дна бирюзово-синей воде и отвлекающие на многокилометровые погулки по острову... - всё то, что входит в составляемые слагаемые простого человеческого счастья на этой планете...

Томислав:

- После стольких проб быть счастливым, после трагичных потерь и расставаний я случайно нашел тебя! Иностранку, не говорящую на моем языке, замужнюю, с ворохом каких-то проблем и с негасимой никогда тоской в глазах.

Решишься ли ты на отчаянный шаг и приедешь ко мне?! Примешь ли приглашение на мою виллу с приватным пляжем на острове в Адриатическом море?

Получатся ли у нас счастливые партнерские и любовные отношения на долгие годы?! Или мне придется пережить новое разочарование?

Мишико:

- Мой брак начался с изнасилования, с незапланированной беременности, последующих измен мужа, нелюбви, а закончился его предательством и вечной трагедией из-за потери ребенка.

После такого трудно найти в себе силы и снова поверить в чью-то любовь, чтобы начать новые отношения.

Решившись действовать, убежать от прошлого, я вдруг поняла неизбежное. Для этого мне придется с головой окунуться в неизвестное море любви...

- У тебя здесь рай на острове посередине Адрии и вечный отпуск без трусов! - завидовали подруги и советовали не проморгать свое счастье.
И я согласилась! Подумала, теперь начнутся нескончаемые стабильность и благополучие в моей жизни! Только случилось неожиданное... По ту сторону моря любви...

ТОМИСЛАВ

В гостиничном номере, приблизившись к гардеробу, мой приятель воткнул физиономию в зеркало и, расстегнув зажим, вытащил из уха серьгу. Покрутил в пальцах - выкинуть или нет? Решил и засунул ее в карман джинсов.

- А пирсинг в брови и в носу оставишь? - поинтересовался я озадаченно, потому что, сколько я знаю Милана, он всегда носил эти побрякушки.

- Ты прав, все выкину к ёхарной матери! Как думаешь, может быть мне перекрасить патлы в черный цвет?

- Зачем так кардинально? У тебя же от рождения светлые волосы! Ты сам ими гордился, мол, никогда не бывает осечек...

- Потому что мне надоели постоянные подъёбывания! Даже Йелица призналась как-то, что сначала не воспринимала меня всерьез.

- Забудь! Смотри, что у меня для тебя припасено! - попробовал я переключить друга с раздражающей его темы. - Твое любимое вино прихватил! Правда, пока мы не прошли био-контроль в аэропорту Окленда, я было подумал, что заставят выложить из багажа...

- Врбничка Жлахтина?! Hvala prijatelju! (*хорват. - спасибо, друг!) А я нифига не подумал, не привез ничего... Прости!

- Забей! Нашел, о чем беспокоиться! Где тут стаканы? Выпьем!

- Я немного бухну и пойду в душ. Надо потом постараться заснуть, чтобы завтра выехать в сторону Южного острова.

- Иди! - согласился я, еще не зная, как отреагирует Мил на прилёт ночной бабочки.

Как только друг прикрыл дверь в ванную комнату и я услышал шум воды, в дверь нашего номера постучали.

На пороге стояли двое - мужчина и девушка в обтягивающем коротком платье с глубоким вырезом на небольшой груди. Ее темные волосы с ярко-розовым мелированием торчали во все стороны в какой-то бешеной укладке. Впрочем, смазливая мордаха сглаживала отстойный причесон.

- 600 долларов в час - ее тариф. Вот справка, там все оkay. Устроит?

Взяв в руки листок с печатью клиники в Окленде, я разобрал данные о возрасте (12.09.2000) и вчитался в заключение врача.

Взглянул на теряющую терпение проститутку.

- А чем докажешь, что это о ней в бумаге сказано?

- Чего так придираетесь, мистер? Оливия здорова!

- Ты дело делай, а не трать мое время, любопытный! - ответил я - стреляный или, лучше сказать, прошедший эту тему воробей.

Сутенер вытащил из верхнего кармана шерстяной куртки в клетку документ черного цвета с вытесненными светлой краской по бокам листьями папоротника.

- Какая красота! - оценил я сразу два факта. Шикарный дизайн новозеландского паспорта и фото улыбающейся девушки в нем.

Кстати, совпавшее с физиономией стоявшей напротив. Дата рождения тоже сошлась с той, что была указана в медицинской справке.

- Предоплата за полчаса. В конце вечера - полный расчет с девушкой.

Я вытащил деньги и отдал сутенеру. Тот развернулся и ушел в сторону лифта.

- Проходи. Как тебя...?

- Оливия.

- Олива - почти маслина, вино из Хорватии будешь?

- Из какой Рватии? - спросила Оливия, хлопая черными нарощенными ресницами и делая глоток Врбнички Жлахтины.

- Понятно! Заканчиваем урок географии! Открываем учебник анатомии... - озвучил вслух вывод и тоже пригубил вино.

- Что хочешь делать дальше? - поинтересовалась гостья по вызову, допивая свой бокал.

- Раздевайся, рыба. - улыбнулся я ей и, потянув вниз молнию на джинсах, сел в кресло. - Сначала покажи, что умеешь!

Она, молча, сняла с себя все, кроме чулок на кружевных резинках, оставив вещи в коридоре на банкетке.

- И каблуки скинь! - попросил я ее, когда она, застревая в пушистом ковре, попыталась изобразить походку модели, криво топая в мою сторону.

Оливия вернулась в прихожую и водрузила на обувную полку ярко-красные кожаные туфли на высокой шпильке. Став сразу похожей на взлохмаченную гномиху, она на цыпочках приблизилась ко мне и, улыбаясь, присела на корточки между моих расставленных коленей.

- Да, знаешь, как надо... Так... увеличь темп... - не сдерживая похоть, бормотал я, надавливая все сильнее и сильнее на затылок Оливии и ощущая под ладонью грубые космы, то ли от лака, от ли от пенки для волос.

Из ванной комнаты послышался мат, а потом дверь приоткрылась и Милан сообщил:

- Томи, я забыл трусы!

- Типа, я не в курсах, что у тебя между ног!... Да, пальчиками, мля, больно, гладь, а не сжимай яйца!... - вторую фразу я пробормотал путане, но потом отвлекся на крик друга из ванной и попросил: - Мило, выходи так, не могу прервать процесс... Ооо, хорошо, моя черная маслина...

- Ты не понял! - рассуждал друг дальше, чуть искажая произношение и делая паузы в своем монологе, наверное, бреясь перед зеркалом в ванной комнате, чтобы не тратить на это время утром, перед нашей поездкой на Южный остров. - Я набрал кучу шмоток, но ни одной смены белья! А Йелица, млять, жена называется, могла бы мне пару боксеров запихнуть... Кому сказать, что приперся на другой континент в Новую Зеландию без труселей, не поверят!... Томи, ты где, почему молчишь? Заснул уже? Я тебе тут рассказываю, что у меня отпуск без трусов наклеивается, а ты... Ээээээ! Ну, ни хера себе! Тихушник, блять! А я, типа, не при делах?! На мое либидо тебе, значит, насрать?

Голос Мила постепенно начал приближаться, пока я не услышал над ухом возмущенный рык:

- И ты, мля, молчишь? А друга позвать на помощь - оргазмы считать?!...

- Пристраивайся, братан! Я откуда знаю, верен ты своей жене... в Опатии... или нет?!

- Загнул тоже! Секс без обязательств - это святое! Кольцо - нам не помеха! А так, для ёхарного смеха! Иди сюда, я тоже тебя хочу, лапа... Какие у тебя красивые... и стррррашные патлы!

Мил наклонился к девушке, вплотную приблизившись сбоку, и двумя руками взял ее небольшие груди в ладони.

Забыв на мгновение обо мне, Оливия сначала убрала пальцы Мила со своих темных сосков, а затем резко обернулась и уткнулась лицом в быстро выросшее желание возникшего перед ней незнакомого жеребца, приличное по длине и толщине достоинство которого то хлопало ее по плечу, то подпрыгивало, в зависимости от движения сжатой ладони вверх и вниз, которые непроизвольно теперь делал Мил, поддаваясь своей похоти.

- Хорошо, но за дополнительную плату! - предупредила она. - Вы не заявляли в заказе, что будет еще один клиент!

- Вот, заявляем: МЖМ! Давай, Олива-маслина! Не обидим! - сказал я, перекрывая ей возможность возражать.

Она приняла глубоко, но скосила глаза вверх на Мила. Тот, пододвинувшись к ней поближе, улыбнулся ей так плутовски обаятельно, что она потянулась к его пенису рукой, сжала слегка мошонку, а потом, не отрываясь раскрытыми губами от моего ствола, начала стимулировать пальцами член друга.

Ее стоны и движения телом во время минета дали мне вскоре почувствовать, как пульсирует и подрагивает моя плоть в презервативе. Мил тут же, повернул ее к себе спиной и резко вошел в нее сзади.

Я не стал мешать другу. Встал, выпил вина, сходил в уборную. Вернулся и увидел опустевшую гостиную.

- Эй, вы где?

Стоны из спальни ответили за них. Я зашел в комнату Милана, чувствуя, как наливается кровью моя плоть и возвращается стояк от созерцания происходящего. Неторопливо раскрутил по члену латекс, надевая презерватив.

Девушка играла с моим другом, стоя над ним на четвереньках и оттопырив аппетитный зад. Ее пальцы касались вагины и она стонала от своих же прикосновений между раздвинутых бедер, надавливая на хорошо известные ей эрогенные выпуклости. В это же время, параллельно, опытная Оливия водила по головке Милана, потом спускалась вниз по его стволу, лизала яйца, промежность и ласкала пальцами, вводя их внутрь...

Мил заметил меня и мигнул. Потянул девушку на себя, развернул к себе спиной и насадил ее попу на свой болт. Она без возражений, закатив от удовольствия глаза, начала подниматься и опускаться. Встав сначала над ними на кровати, я показал ей, протянувшей руку к моей плоти, что не хочу сейчас минет и, склонившись над мокрым от пота телом девушки, вошел в ее влагалище, пытаясь не наваливаться всем своим весом сверху...

- За двойное беру полтарифа вдобавок! - словно радуясь еще одной причине накинуть цену, проговорила, трясущаяся между нами черная нимфа.

- Заткнись, лови кайф и не перебивай его другим... - пробормотал я, сбивчиво дыша, стараясь попадать в общий ритм... Ощущение тесноты и сдавливания вскоре дало ожидаемую разрядку...

- Как думаешь, отпустим или отдохнем и снова ее покувыркаем? - спросил я друга, получившего нечаянный секс.

- Если бы утром не ехать, то пусть бы осталась. Но хватит! Надо выспаться перед дорогой...

- Ты можешь одеваться! Сейчас расплачусь. - сказал я девушке по вызову.

- Два косаря и триста баксов. - уточнила Оливия незакрытую позицию в своем счёте.

Спустя пару минут, я вышел к ней, уже натянувшей на себя платье.

- Здесь четыре. По две штуки за каждого из нас.

- О! Супер! Если что, приглашайте еще! Спросите Оливию!

- Thank you. Хвала пуно, маслина!

Она ушла.

Из ванной комнаты выглянул Мил.

- Томи, у тебя есть чистые боксеры?

- Есть. Так они ж на тебя большие!

- Ну, хоть какие. Сверху джинсы с ремнем надену и сойдет! Не спадут.

- Ты, и правда, не шутил, когда говорил что приехал в отпуск без трусов?!

- Не подъёбывай! Тащи свои!

- Я анекдот вспомнил! Об отпуске без трусов! Подожди, расскажу, когда найду тебе труселя... На, возьми. Эти на меня узковатые, тебе в самый раз должны подойти. Дарю!

- Хвала, Томи! Что за анекдот?

- Муж с женой садятся в поезд, чтоб ехать в отпуск. Он первым делом достает литровую водку, открывает и выбрасывает в окно пробку. Жена ему:
— Зачем выбросил?
— Сжигаю мосты. Теперь буду пить, пить, пить...
Жена, без раздумий, сняла и выбросила в окно свои труселя...

ТОМИСЛАВ

Как ни трудно нам было утром встать по будильнику в телефоне, мы заставили себя это сделать.
Впереди нас ждали более полутора тысяч километров пути туда и обратно. До самой сложной цели - обледенелого участка Южных Альп, где на серпантине разбившаяся машина унесла в пропасть нашего друга Марека Хорвата и его любимую - Джасинду...

Грустные мысли не могли закрыть нам глаза на мелькающие по дороге небольшие чистенькие и очень уютные городки, виды на бухты или на озера, если мы ехали по побережью. Несколько раз я или, когда за рулем был Мил, тормозили на смотровых площадках, чтобы снять то встретившийся нам красивый вид на холмы и озера, то парующие разноцветными выплесками над землей гейзеры.

Их завораживающие выбросы смогли увидеть совершенно незапланированно. Уже минув Окленд, я и Милан, не раз прочитав на рекламных щитах зазывающее инфо о Роторуа, спонтанно решили сделать крюк чуть более 200 км. Когда еще выпадет нам возможность своими глазами, а не по телеку, посмотреть в действии природные фонтаны на геотермальных источниках в Новой Зеландии?

- Мы едем в сторону Залива изобилия! - прочитал Мил один из указателей направлений на автобане.

"Наконец-то, хоть что-то позитивное! А то я все на одном и том же месте: в заливе разлук..." - подумал я, но не сказал ни слова.

Побывав у озера Роторуа и сделав несколько видео и фото гейзеров со смотровой площадки, мы с другом продолжили путь к намеченной цели.

В столицу Новой Зеландии - Веллингтон мы прибыли уже к вечеру, чтобы на следующий день воспользоваться паромом до оконечности Южного острова. Поэтому ни о каких прогулках по местным достопримечательностям, тем более о посещениях музеев, речи не было. Всего одна ночь, проведенная в пригородном небольшом отеле, и мы, ежась от утреннего влажного холода, отправились заблаговременно к паромной переправе.

После въезда на судно и парковки в одном из длинных рядов, нас попросили покинуть машину. Оставив "Митсубиси" внизу, мы с билетами класса "Премиум" прошли наверх по железной лестнице в довольно просторный зал для пассажиров. У нас было впереди целых три часа времени для перехода до городка Пиктон.

Выйдя из бухты Веллингтона, мы успели увидеть морские утесы Пенкарроу со стороны восточного входа в гавань, где на вершине высокого холма с прошлого века горят огни самого первого маяка в Новой Зеландии.

Паром прошел мимо "Красных скал". О всех достопримечательностях, появлявшихся в зоне зрения и вскоре остававшихся справа или слева по борту, мы, хотели бы это или нет, узнавали от трындящих со всех сторон экскурсоводов. Немецкий и английский я и Мил понимаем, лишь китайский и японская руководители групп выдавали непонятный для нас комментарий.

Заметив, что Мил вслушивается в рассказ на английском, я сконцентрировал свое внимание на немецком гиде - симпатичной стройной женщине примерно сорока лет.

- Район Пари-Веро (*англ. Pari-whero) имеет национальную значимость из-за необычной геологической структуры после серии подводных вулканических извержений миллионы лет назад и верований маори в божественную природу цвета скал... - вещала экскурсовод не очень внимательным туристам, постоянно отвлекающимся на что-то увиденное через окна парома.

- Это тюлени? Там! - восторженно закричала девочка лет десяти из той же немецкой группы.

- Да! Вы видите обычных обитателей этих мест! Береговая линия Пари Веро в заливе Отеранги усеяна колониями тюленей. - подтвердила гид и продолжила:

- Из пролива Кука нам открываются виды на горный хребет Каикура. Здесь удобно наблюдать за морскими птицами и дельфинами. По прошествии 1 часа после начала круиза вы окажетесь в проливах региона Мальборо, испещренного мелкими островками с их уединенными пляжами и кристально чистой водой...

- С достопримечательностями все понятно. Пошли перекусим, а потом перекемарим перед серпантином в горах, пока ошалелые отпускники снимают что ни попадя! - предложил я Милу.

- Конечно, Томица, тебе, как никому, надо правильно питаться! - съязвил он, отвлекаясь от экскурса на английском языке.

Я пропустил это мимо ушей, не имея никакого желания перед долгой и незнакомой дорогой в Южных Альпах спорить и портить отношения с другом.

Сначала мы пристроились за столик к парню и девушке в быстро заполнившемся народом кафе, чтобы позавтракать, а затем перебрались на свободные и довольно мягкие диваны, чтобы прилечь и подремать.

В отличие от других, мы не кидались от одного панорамного окна к другому, чтобы запечатлеть вдруг возникших недалеко стаю дельфинов или парочку огромных китов, их мелькающие плавники и хвосты, фонтаны брызг ввысь. Нас не интересовали фьорды, водопады, а также морские пейзажи с попадающимися иногда парусными яхтами. Тем более, что спустя полчаса пути небо словно опустилось вниз, окунув утро в туманные и непроглядные сумерки.

Вскоре начался обложной ливень. Большинство путешественников, повозмущавшись на капризы новозеландской погоды, наконец-то перестали выделываться и изображать из себя режиссеров документального кино или супер мегаблогеров, неохотно сложив свои штативы и камеры в футляры, спрятав телефоны.

Даже детвора угомонилась, притихнув возле своих родителей. В зале стало намного спокойнее без восторженных восклицаний и шума шагов туда-сюда. Мы с Милом, растянувшись на кожаных диванах, заснули. Различие в часовых поясах между Хорватией и Новой Зеландией не прибавляло сил и энергии, хотя мы и пытались высыпаться во время местной ночи.

Пока мы отдыхали, 92 км пути подошли к концу. Услышав, что люди вокруг торопятся покинуть зал ожидания, я открыл глаза. Милана пришлось будить. Глянув в окно, мы успели только заметить, как готовят швартовку в порту Пиктона, и сразу поторопились спуститься к стоянке автомобилей, чтобы вовремя выехать на сушу и не задерживать продвижение колонны авто.

Через пятнадцать минут Милан и я покинули паром.

- Задай, пожалуйста, направление на айфоне, пока мы еще не выехали из порта! - попросил я друга, выруливая в потоке машин по направлению к центру.

- Томи, 322 км отсюда до места.

- Если все получится, то к концу дня доберемся до Крайстчерча, переночуем в забронированном номере в отеле, а завтра в обратный путь!

- У меня такое ощущение, что всем срочно надо по нашему маршруту!

- Будем надеяться, что пробка рассосется. Иначе придется плестись с шаговой скоростью через весь Пиктон в сторону Южных Альп!

Время в пути, преодоление горных перевалов по достаточно хорошим дорогам затягивалось. Нам приходилось часто тормозить, ограничивать скорость на серпантине и резких извилинах пути. Вскоре сигнал интернета пропал, но благодаря покрытию спутниковой связи я и Милан могли двигаться вперед.

Когда до намеченной промежуточной цели оставалось около десяти километров, мы поняли, что приложение GPS в смартфоне зависло и не работает из-за абсолютного отсутствия сигналов связи. Я сбавил скорость, пытаясь что-то разглядеть с правой стороны движения, где тянулся крутой обрыв.

- Здесь, карман, паркуйся! Лучше пройдем пешком, чтобы найти! - посоветовал мне Мил.

Мы остановились на безлюдном участке среди возвышающихся со всех сторон гор Южных Альп. Далеко внизу тянулась узкая полоска какого-то озера или реки. Пока мы шли по направлению в сторону Крайстчерча, куда перед случившейся катастрофой направлялись Мар и Джасинда, ничего похожего на спуск среди обледенелых камней, найти не удавалось.

- Марек, помоги, покажи нам! - неожиданно и громко срывающимся от отчаяния голосом закричал Милан, вскинув руки к небу.

Его надетый лишь на правое плечо небольшой рюкзак свалился на изгиб локтя. Сильный ветер трепал наши волосы и его порывы, казалось, еще немного и сдвинут сверху валуны, чтобы обрушить на дорогу и на нас груды камней.

- Не кричи, это опасно!

Я похлопал Мила по спине. Влажный морозный воздух пробирал насквозь.

- Да, знаю я! Надо было перчатки прихватить. Жуткий холод! - ответил друг на ходу. - Что там говорил Златан?

- Он просил позвонить, когда мы прибудем на место.

- Но связи-то нет! Ни хрена мы тут не найдем! Зря столько ехали!

- Подожди! Давай без паники! Он предупреждал, что авария случилась на участке, где есть сужение дороги и после одного из крутых поворотов на перевале. Его указатель мы проехали. Дорога та. До Крайстчерча по навигационке оставалось примерно столько, как он говорил.

- Но этих зигзагов тут масса. Где искать? Осторожно, сзади машина! - воскликнул Мил.

Я оглянулся на красный внедорожник и тут же, не заметив выступающий край скалы на обочине, потерял равновесие и начал падать. Мил вовремя подхватил меня за рукав, но я, все-таки приземлился на колени. Крупнозернистое асфальтовое покрытие дороги не смягчило удар. Я почувствовал боль, подозревая, что сбил кожу до крови. Но если бы не это падение, то я не увидел бы сбоку короткие и нечеткие темные следы шин, уходящие вниз - в скалистый обрыв!

- Смотри! Наверняка, здесь! - воскликнул я и показал другу на замеченные отпечатки колес до начала каменного отвеса.

- О, резко в пропасть... Попробуем спуститься! - тут же решил Мил, надевая рюкзак на второе плечо.

Мы услышали, как рядом затормозил автомобиль.

- Привет! У вас все в порядке? Помощь нужна? - спросил, опустив стекло окна мужчина в годах. Наклонившись к нему с пассажирского сидения на нас смотрела похожая на него смуглая черноволосая девушка. По-видимому дочь.

- Нет, все нормально. Я просто споткнулся. Мы хотим спуститься вниз. Там погиб наш друг.

- Осторожно, парни! Может быть не стоит?! Шею сломать здесь, как два пальца... - предупредил незнакомец и, покосившись на свою спутницу, закончил фразу по-другому. - Как раз плюнуть! Меня зовут Джорам Реху, я работаю здесь неподалеку в заповеднике.

- Папа, я слышала об этой аварии! Помнишь, два года назад в новостях показывали? Как же ее звали?... Она имела титул Мисс Красоты!

- Джасинда ее звали, а нашего друга Марек! - отозвался Милан.

Мимо, сбавив скорость, проехала машина.

- Да, вы правы! - махнула девушка и отодвинулась от мужчины на свое сидение, где отстегнула ремень.

- У вас есть с собой альпинистское снаряжение и спусковые тормозящие устройства? Или вы профи и я задаю ненужный вопрос?

Спросив, незнакомец поднял в удивлении широкие брови над блестящими черными глазами и расставил пальцы. Я заметил замысловатый узор тату на руке, высунутой сейчас из окна авто.

- Откуда в Новой Зеландии мексиканцы? Я таких смуглолицых и скуластых видел в свадебном путешествии... - еле слышно сообщил мне на хорватском Милан.

Я ничего не ответил, пожав плечами. Потом внимательно посмотрел на мужчину, принятого моим другом за мексиканца. На его смуглом лице выделялись широкий прямой нос и тяжелый выдвинутый подбородок. В когда-то темных и длинных, собранных в аккуратный хвост волосах, преобладал теперь белый седой цвет. Шофер "Мазды" высунулся из окна, тоже оглядывая нас, дрожащих от влажного ветра и имеющих только один легкий рюкзак на двоих.

Мы замялись. В заплечной сумке, кроме пластиковой бутылки с водой, пластыря, антисептика, бинтов и фонарика на батарейках, лежали лишь две скатки крепких веревок и несколько автоматических блокировочных крюков для спуска и обратного подъема. За них мы заплатили еще в Окленде в агентстве каршеринга, взяв напрокат вместе с цепями противоскольжения для "Митсубиси". Но уверенности, что мы сможем правильно всем этим воспользоваться при обрывающейся после навеса скалы и никакой видимости уступа внизу, не осталось!

О том, чтобы спуститься мы подумали, но видя крутизну склона, я мысленно задался вопросом, как потом подняться назад - вверх к дороге?

- Папа, да они новички! - воскликнула, выходя из внедорожника, девушка.

Стройная красавица с черными рассыпанными по плечам волосами, в перетянутой поясом курточке ярко-красного цвета и в темно-синих потертых джинсах обошла автомобиль и приблизилась к нам. Посмотрела вниз и обернулась на отца. Короткую фразу, которую она произнесла, мы не поняли. Это не был английский. Но незнакомец тут же заговорил с нами на понятном языке:

- Подождите, парни! У меня в багажнике кое-что имеется! Мне неохота потом жалеть и быть виноватым всю оставшуюся жизнь, что вовремя не помог, если вы тут покалечитесь или, не дай Бог, разобьетесь!

Он завел мотор и сдал назад на пару десятков метров, припарковав свой внедорожник на более широком участке пути, рядом с нашей машиной. Потом, когда вызвавшийся помочь подошел к нам, я разглядел крепкого мужчину, не такого старого, как мне показалось вначале. На темных джинсах, в которые была заправлена плотная серая рубашка, я разглядел необычный широкий кожаный ремень с каким-то плетением. Его теплая куртка, только накинутая и не застегнутая, распахивалась на ветру.

- Па, я осмотрю склон, где безопаснее спуститься!

- Поторопись, дочка, у нас не больше получаса времени. Скоро затянет все туманом и пойдет дождь.

Я посмотрел в небо. Сильная облачность не пропускала ни одного луча солнца. Впрочем, мне казалось, что в это время года в Новой Зеландии часто пасмурно и сыро.

Он успел лишь спросить: "Откуда вы?" В то же время я и Милан повернулись на крик снизу:

- Идите сюда, примерно двадцать пять шагов от парковки, здесь безопасный спуск!

На ходу мы отвечали незнакомцу.

- Мы из Хорватии. Я Томи, он - Милан! Наша цель - не туризм. Нам нужно посетить место гибели друга и отдать ему дань памяти. Мы тоскуем по нему.

- Мы не были на похоронах. Все случилось так неожиданно быстро...- добавил Мил.

- Да, парни, смерть никогда не договаривается о сроках и действует вероломно в самые неподходящие моменты, когда ей взбредет в голову! Доверьтесь моей дочери! Кайя опытная альпинистка, хоть и молодая еще.

Милан начал спуск первым, а я за ним.

- Я подожду здесь, а потом подстрахую вас, если понадобится, на подъеме. - услышали мы голос сверху.

Смуглая красавица Кайя нашла более пологий каменистый спуск, огибающий скалу, с которой автомобиль Марека и Джасинды упал в ущелье. Мы осторожно спустились вниз по скалистому склону.

- Это здесь. Видите отметку на камне?

Если бы девушка не показала, мы с Миланом могли бы и не заметить валун, на котором черной краской была написана дата катастрофы и имена погибших. Именно на этом месте тогда осталась лежать несколько суток помятая машина с не выжившими пассажирами. Теперь ни следа от искореженного металла не осталось. Все было убрано работниками специальных служб.

- Не хочу вас торопить, но подъем надо сделать максимум через четверть часа! Папа не зря предупреждал, вон та туча скоро опустится на перевал и мы можем не только промокнуть насквозь, но и застрять здесь на скользком участке, если польет ледяной дождь. - предупредила Кайя и тактично отошла в сторону.

Мы походили с Миланом вокруг, как вдруг заметили на высоте пяти метров от нас застрявший в узком проеме скалы кусок зеркала с черной пластиковой деталью от разбившегося авто.

- Видишь, не все убрали. Маленький след остался! - проговорил друг.

- Мил, ты поболтай с ней, пожалуйста. - попросил я, посмотрев на Кайю. - Без обид! Хочу один побыть здесь пару минут!

- Не вопрос!

Милан направился к смуглой красавице, надевшей капюшон с опушкой и застегивавшей теперь его на кнопки, потому что ветер срывал его с головы. Мил на ходу тоже накинул капюшон своей яркой куртки, подтянув молнию до подбородка.

- Вы смотритесь неплохо вдвоем на фоне серых скучных скал! Как два великанских ярких попугая ара! Зеленый и красный! - окликнул я друга на хорватском, чтобы девушка не поняла моих слов.

Вытащив из верхнего кармана парки маленький черный конверт с надписью: "Взять с собой в Новую Зеландию. Открыть на месте гибели друга Марека!", я встал у высокого валуна, немного защищающего от шквала, и начал читать вслух:

"Любимый Томислав, тогда на острове Углян мы сидели вместе у моря нашей любви под звездным небом, и ты поделился со мной болью. Так искренне и просто раскрыл мне свои душевные терзания, что я почувствовала сама, как тебе тяжело было потерять близкого друга!

"Цель боли в том, чтобы подтолкнуть нас к действиям, а не в том, чтобы заставить нас страдать". - сказал Энтони Джей Роббинс. Некоторые вещи у него поражают меня. Его книги есть в нашей семейной библиотеке. Но это сейчас не важно...

Я уже тогда, заранее задумала сделать так, что бы ты и дух твоего друга, витающий в Южных Альпах, встретились. Пообщались мысленно. Как я общаюсь с моими папой и мамой после их гибели...

Пожалуйста, прошу тебя, прочитай вслух, что я хочу сказать твоему любимому Хорвату:

"Марек, я уверена, что в земной жизни ты принес много радости и счастья своим близким и друзьям. Память о тебе не сотрется, пока они сами живы и преодолевают десятки тысяч километров, сменяя континенты, через океаны, моря и озера, острова и горы, чтобы навестить тебя! Я рада и прыгаю от удовольствия, зная, что приложила к вашей встрече руку! Потому что нет сильнее и непобедимее ничего, чем настоящие любовь и дружба!"

Прочитав, я заметил боковым зрением, что Мил смотрит на меня. Он кивнул мне и снова повернулся к смуглой местной девушке, терпеливо ожидающей нас.

Я продолжил читать письмо Геммы.

"Ты не поверишь, Томи! Мы теперь похожи с Мареком. Но ты не догадаешься - чем? Крыльями!

Я расскажу тебе о моем секрете с дедушкой. Когда я маленькой девочкой плакала, он вытирал украдкой свои слезы, а потом и мои, ведь он сам очень страдал по погибшей единственной дочери - моей маме Альде. Дедуля успокаивал меня и повторял одну и ту же истину. Я поделюсь с тобой ею!

Если лучший друг умирает, то на небе становится больше на одного доброго Ангела. Если умирает любивший тебя человек, ты обретаешь дополнительно Ангела - хранителя.

Томи, у тебя, когда меня не станет, будет на два Ангела больше!

Береги себя, а я постараюсь защитить тебя от беды. С небес! Обещая, беру Марека - твоего друга в свидетели!

Твоя Гемма.

Р.S. Сейчас ночь, а я боюсь потратить ускользающее быстро и бесследно время моих последних мгновений жизни. Пока я в сознании - могу мыслить и чувствовать. Томи, я так разволновалась, представляя в картинках твой перелет из Хорватии в Новую Зеландию, чтобы попрощаться с другом, что написала, словно под чью-то диктовку, стихи."

- Милан! Иди сюда. Зажжем свечку. У меня стихи Геммы. Ты должен их слышать! - позвал я и срывающимся голосом прочитал:

"НА КРАЙ ЗЕМЛИ - ПОБЛИЖЕ К ДРУГУ

Непрошенные слезы комом в горле.

На край земли, где небо протыкают горы,

Лечу сквозь часовые пояса

Туда, где не живет мой адресат.

***

Его душа в пути по островам

От Северного к Южному, до моря.

Мне сердце болью рвет напополам

Дорога смерти сквозь ущелья и предгорья.

***

На край планеты - на могилу к другу

По навигатору я еду в Альпы к Югу,

На перевал, где ангельские крылья обретя,

Он не успел сказать: "Прощай", уйдя.

***

Там тормозных колодок полоса

Уводит в бездну крики, голоса -

За радугу, где неба синева,

Куда живых не долетят слова.

***

Стремлюсь по серпантинам и нагорьям

Найти вираж, где оборвался друга путь.

Вниз со скалы, израненный, рисуя кровью,

Там он упал с небес, чтобы навеки отдохнуть."

***

- Томица! - воскликнул Мил, размазывая грязными руками по лицу слезы.

Шагнул ко мне, раскинул руки и обнял. Мы постояли так мгновение. Я повернулся к камню с надписью, а потом, подняв глаза к низкому хмурому небу проговорил:

- Нам тебя не хватает, Марек!

Мне вдруг так явно показалось, что кто-то опустил руку на мое плечо, как это делал Хорват, здороваясь! Если бы я верил во всякую фантастическую дребедень! Если бы. То подумал бы, что он в потустороннем мире может нас Миланом видеть и оставаться рядом. Быть здесь на камнях вместе с нами, ведь мы - три неразлучных друга.

Но теперь разлучились...

Это от горя мои мозги свернулись! Наверное, именно так люди незаметно сходят с ума...

Новозеландка, наблюдавшая за происходящим, не поняла ни слова на хорватском, но вдруг смахнула слезу с погрустневших глаз. Мой друг протянул ей руку и мы направились вверх, к дороге.

Я оглянулся. Внизу в стеклянном стакане у камня горела, не потухая, свеча от тэты Изы. Чтобы нашему Хорвату хоть на короткий миг стало теплее на чужбине.

Развод похож на ампутацию: ты переживаешь,

и тебя как будто становится меньше.

Стивен Кинг

МИШИКО

После моего офигительного по содержанию прощания со свекровью и чуть менее эмоционального расставания с моим неверным мужем Трахиком (именно так теперь я мысленно зову неверного Драхослава), связь с вражеским лагерем оборвалась. Ни они меня не беспокоили, ни тем более я.

Новый знакомый Врало позвонил на четвертый день моих ожиданий поздно вечером.

- Тот секси триатлонист из клубешника? - уточнила Жилка шепотом, состроив довольную мину, и после моего утвердительного кивка слилась в свою комнату.

- Встретимся? - спросил он сходу.

- Можно. - согласилась я.

- У тебя или у меня?

Я запнулась от его краткости и конкретики. Он ждал, дыша в трубку.

- Может, в кино?...

- Не люблю минетов на людях. - сказал как отрезал, не дав поинтересоваться, какие фильмы он предпочитает.

- Что так? - полюбопытствовала я по инерции, понимая, что как бы сексуально не выглядел этот качок Вроцлав, начинать общение с орального секса мне, как говорят французы, не комильфо.

Но Врало ответил прямо.

- Было дело. Меня от испуга одна укусила.

- За пенис?

- Не за задницу же! Не пойму, как в темноте двое старух нас засекли? Весь кайф, суки, перебили! Орали так, что фильм остановили и включили свет... Нам с девчулей пришлось уйти... Ну, так что, где перепихнемся?

- У меня не получится.

- Месячные?

- Не твое дело!

- Твоя рыжая подруга сказала, что ты с мужем рассталась и разводиться будешь. Я и подумал - беспроигрышный вариант! Так что мешает тебе выпить со мной палку чая?

- Ёкарный бабай! - разозлившись, выпалила я на русском.

- Это кто?

- Врало, ты охренительно красивый и сексапильный... эээ.... кадр, но больше мне не звони! - подвела я итог знакомству в ночном клубе и отключила телефон.

- Это что сейчас было? - крикнула мне из-за приоткрытой двери в ее комнату Жилка и через секунду уже стояла надо мной, забившейся в подушку дивана.

- Хер собачий, вот что! - обиделась я.

- Мишка, я тебя не просекаю...

- Жилка, он позвонил, чтобы трахнуть меня.

- Ну, а что ты ждала?

- Не так вот, сразу, в трусы лезть... Погулять, в кафешке посидеть...

- Аааа, понятно! Сначала замуж пригласить, один раз до звезд в мозгах офигуительно заняться сексом, а потом каждый день леваки наёбывать для тебя - правильной и, поэтому, счастливой!

- Ты такая умная, а чего одна?

- Где одна? Каждый день кого-нибудь да имею! У тебя когда нормальный секс был, а?

- Ну, не помню...

- А я сегодня вечером с Тео встречаюсь, а завтра днем с Лео, одноклассником твоего Врало!

- Он не мой...

- И не будет твоим! Потому что ты с прибамбасами своими долго "своего" ждать будешь!

- Ладно, не суть. Я после Седлака - пока и не хочу никого. Давай, не ссориться!

- Да, кто с тобой ссорится? Нервы и время не хочу тратить! Пойду депиляцию доделаю... Вечно ты меня подбешиваешь своими, мля, жизненными принципами...

- Удачи! - пожелала я раскрасневшейся подруге. - У меня есть дела поважнее - сессию не завалить. Буду готовиться.

- Ну, ну...

Сдав неплохо сессию и уйдя на каникулы, я решила больше не возвращаться в alma mater. Причина все та же! Как бы я ни притворялась, что мне по барабану его физиономия, все-таки невмоготу было видеть почти ежедневно там знакомого по недолгой совместной жизни профессора.

Жилка сначала спорила и пыталась доказать, как я ошибаюсь, а потом махнула на меня рукой, обидевшись на мои принципы и "неправильное планирование жизни". Она выражалась и посильнее, пока моя гордость не взбрыкнула и мы вконец не разругались:

- Мишка, что ты телишься? На профессоре Седлаке свет клином сошелся? Тебе не сорок, а двадцать лет! Я старше тебя на три года, но умнее и опытнее на все сто! Спеши трахаться, получать удовольствие и регулярно посылать на хрен мудаков, как твой Гриша!

- Ты снова о своем... Только о сексе и думаешь!

- Да! Я тебе не говорила... Но помнишь этого Врало, что ты отшила?

- Ну, и что?

- Ты такого жеребца профукала! У него тело - Аполлон от шока сдох!

- Откуда сведения?

- Случайно.

- Колись! Была с ним?

- Не ревнуй! Мы с Лео и с Врало вместе после корчмы решили отдохнуть...

- С двумя сразу?

- Ой, какая ты невежа... Если бы попробовала, то снова бы захотела! Двойное проникновение - это кайф!

- У тебя там все цело? - побеспокоилась я о подруге.

- Все охренительно! - заржала Жилка. - Лучше некуда! А ты - сиди теперь, завидуй и сопли на свою п... наматывай!

Я хлопнула дверью, решив съехать с квартиры, а главное, от соседки с наглым взглядом и с вызывающими красно-рыжими волосами, не умеющей сдерживать свои эмоции во время споров.

Она назвала потом это ерундой на пустом месте, но наши встречи и телефонные перезванивания сошли на нет.

Совсем обиделась на Жилку! Нет, не за её секс с понравившимся мне парнем. О Врало я вскоре перестала думать. Наивная, я полагала, что близкая подруга, как никто другой, должна была меня поддержать после разрыва отношений с мужем. Помочь мне собрать себя, разбитую на осколки. Вернуть, если не в старое - первоначальное состояние, то, хотя бы - в уверенное, готовое к нервотрепному процессу развода, и только спустя время - к будущим встречам и отношениям...

ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ🌹!

Огромное спасибо за чтение! Ваши эмоции и послевкусие от глотаемых глав романа радуют мое творческое вдохновение и не дают ускользнуть прочь сидящей у меня на коленях Музочке.

Проявляйте себя, не забывайте подписываться на мой аккаунт Автора. Я обитаю и творю здесь: 
     
🌹(надеюсь, линк работает, если нет, то можно скопировать и открыть).
Ценю вас, и отвечаю на все комменты. 

Не забудьте жмякнуть ❤️️ сердце в уголке возле выкладки произведения - его названия. Это рейтинг книженции)).

Итак, инструктаж провел😂. Спасибо, за внимание! 

ЖЕЛАЮ ВСЕМ ПРИЯТНОГО и ИНТЕРЕСНОГО ЧТЕНИЯ, а также прицепом суперского настроения!❤️️❤️️❤️️❤️️❤️️

P.S. Всем, кто дочитал до конца, бонусом сообщаю (или напоминаю, кто знает с самого начала романы этого цикла) : визуалы и иллюстрации (с ценными комментариями Автора))) есть в главе №18 первой книги "Заплывы в море любви". Линк на нее:

Нам нужно плохое, чтобы ценить хорошее, и наоборот.

Нам нужно, чтобы произошло что-то неожиданное,

чтобы мы поняли, что все было ожидаемо.

Шанайа Твейн

ТОМИСЛАВ

Милана растрогали посвященные нашему погибшему другу стихи. Он не ожидал, что моя девушка так близко к сердцу воспримет потерю незнакомого ей человека...

- Ветер в нашу с Кайей сторону доносил, как ты читал вслух Мареку от твоей Геммы посвящение!

- Это хорошо. Ты меня теперь понимаешь больше.

- Я бы желал, чтобы у нас с Йелицей было бы такое же единение душ, сопереживание горя и радости! - признался Милан на хорватском, обернувшись на пути наверх.

- А что, разве нет? - удивился я.

- Не везет мне, дружбан! Но давай перетрем в машине! Не хочу при посторонних и на этом подъеме.

Мы продолжили карабкаться. Дыхание сбилось. Ветер усилился и его порывы начали пугать.

Милан улыбнулся и извинился перед местной красавицей на английском, что мы говорим между собой на непонятном ей хорватском языке.

Кайя кивнула, ведя нас дальше по боку склона до крутого подъема, а ее отец, державший веревку, помог шаг за шагом взобраться наверх. Дождь припустил, обрушиваясь крупными каплями при налетающих шквалах.

- Вовремя успели! Держи ее, нам-то ничего, здоровые быки, а ее сдуть может со скалы! - посоветовал я Милу, идущему ближе к девушке. Он, и правда, схватил ее за пояс руками и крепко удержал, когда у нее разъехались ноги на мокром уступе.

- Спасибо! - поблагодарила она без кокетства, а потом объяснила: - У меня сегодня обувь неподходящая для скал. Скользко! Предположить не могла, что встречу вас и по такой погоде рискну спуститься к месту случившейся трагедии с вашим другом и с нашей новозеландской Мисс Красоты.

Еще несколько шагов подъема и под не на шутку забарабанивший по перевалу дождь мы ступили на крупно-зернистую поверхность дороги.

- Как договорились, на созвоне! - вдруг пообещал сзади меня Милан Кайе, спешно собиравшей снаряжение и отстегивающей карабины. - Огромное тебе спасибо!

Смуглая новозеландка пожала руку моему другу и тепло улыбнулась, что-то рассмотрев в глазах Милана. Потом она махнула мне рукой и продолжила собирать свое альпинистское снаряжение.

Я тоже поблагодарил отца и дочь, вытащив из своей сумки в машине маленький сувенир - бело-коричневую ребристую ракушку - моллюска из родного Адриатического моря и прикрепленный к ней миниатюрный флаг Хорватии.

Мы промокли, но стояли и махали удаляющейся на внедорожнике "Mazda" семье местных островитян, так неожиданно оказавшим нам помощь.

- Они - маори! Шеф зря меня запугивал перед перелетом сюда. Никакие они не агрессивные! Очень внимательные и приветливые! - перекрикивая дождь и ветер, говорил слишком взволнованный Мил.

Я даже похлопал его по плечу.

- Дружбан, успокойся. Все путём! Сам в шоке, ведь не сдрейфили, выполнили задуманное! Маро, если бы только был жив, оценил бы...

Мы наконец-то сели в авто. Пропустили плетущийся в гору старенький потертый "Сampervan", и только тогда мой друг завел мотор.

Теперь наступила моя очередь побыть пассажиром. Я переключил климат-контроль на двадцать пять градусов, чтобы согреться в промокшей одежде. Оставалось еще примерно два часа пути до города Крайстчерча, где у нас был забронирован номер в отеле. Покрытия спутниковой и интернет связи по-прежнему не было.

- Если по-честному, струхнул и очень, что мы полезем по крутизне, где слетел автомобиль Марека! - признался я.

- Не думаю, чтобы нам удалось без проблем спуститься, а потом подняться наверх. Там запросто можно серьезную травму получить. Хорошо, что эти люди случайно нас заметили и помогли. Нехилый обрыв... Бедный Марек! Какой ужас ему вместе с невестой пришлось пережить, падая вниз...

Некоторое время мы ехали молча, слушая только голосовые указания наконец-то проснувшейся навигационной.

- Ты что-то хотел мне рассказать о Йелице... - напомнил я другу, когда мы миновали сложный подъем и начали спускаться в долину по более широкой полосе дороги.

- Как женщина, любовница в постели, она меня удовлетворяет. Но если бы мы ни были коллегами на фирме, то поговорить дома, кроме как о работе, нам вообще не о чем! Ее не интересуют даже наши близкие, их даты, события и приглашения на праздники...

- Подожди! Но ты как-то ей объяснил, куда летишь на целую неделю? А перед этим наверняка она выслушала все о Мареке Хорвате?! Что он был за человек, если даже после смерти ты и я летим на край Земли, как моя Гемма написала, чтобы побыть у него на могиле, посмотреть место гибели...

- Нет, Томи! Она не знает о нашем Маро ни-че-го. Когда я сказал, что мне надо уехать, Йелица отмахнулась от объяснений и надула губы. Ее интересовал лишь единственный вопрос! Деньги или ювелирка?

- Зашибись!

- Её вообще не колышет, кто мои друзья! Живы они или погибли!

- Что, млять, за ...! Не понимаю!

- Я купил ей серьги с бриллиантами, потратив деньги, что откладывал месяцами моим старикам на их золотой юбилей свадьбы. Хотел, чтобы они вместе съездили в настоящее заграничное турне по Европе...

- За...е...бись! - выскочила у меня оценка "семейного счастья" друга. - А на кой ты тогда женился?

- Вроде влюблен был.

- Понятно. Ключевое слово - "вроде"! А она?

- Наверное, нет. Я уверен теперь, что наша свадьба - ее месть бывшему, который прожил с ней два года, а потом бросил, замутив с другой, и женился на ее близкой подружке.

- Очуметь! И ты мне об этом только сейчас говоришь?

- Я признаюсь сейчас не только тебе, но и Мареку.

- Мил, мы сейчас не на могиле... Кончай, а то мне не по себе...

- Кайя, как маори, верит, что дух нашего друга будет сопровождать нас здесь повсюду, помогать и не даст в обиду... Она, прикинь, меня уверяла, что все произошедшее сегодня там на перевале наш Марек устроил! Чтобы мы место падения авто побыстрее нашли, а потом безопасно туда спустились... Божилась своими духами предков и богами ее народа, что ее папа никогда и нигде не тормозит на трассах, если видит автостоперов!

- А тут - на, тебе! Еще и помощь предложил?!

- Да! Кайя сама удивилась! Они ехали после работы и отец до этого всю дорогу гундел, что хорошо бы быстрее домой добраться, похавать горячей похлебки и бухнуться на диван у камина!

- Все чудесатее и чудесатее... - озвучил я выводы Алисы из Страны Чудес. - Мил, сдается мне или я ошибаюсь, имя Кайя как-то часто тобой повторяется?!

Мил пропустил мимо ушей мою подначку.

- Поэтому я и говорю тебе и Мару! Вы мои - лучшие парни на этом свете! С братом по душам у нас нет возможности откровенничать. Он повернут на подводных погружениях, гротах и пещерах. С ним, кроме как о снаряжении для дайвинга и случаях на глубине, поговорить не о чем. Вся его жизнь - экстрим и риск. А мои переживания он называет "розовыми соплями".

- Зря я завидую тем, у кого есть старший брат!

- Боро в последее время так зафанател к опасным погружениям, что бросил семью. В январе укатил на целый месяц на остров Мнемба.

- Это где? На Занзибаре?

- Да. Его интересует в последнее время только технический экстремальный и рэк-дайвинг - к затонувшим кораблям. Улетел туда на месяц, но до сих пор не вернулся!

- В каком смысле? Скоро же сезон начнется. А семья, работа в клубе, старики - родители ваши с ним?

- Ему на всех насрать! Кармела бросила его и сбежала с дочками к родителям. Брат даже не попытался ее вернуть. Мои старики в шоке. Внучек только по телефону видят! Мои племянницы плачут, что сменили школу, скучают по друзьям. А теперь на родине у невестки якобы кто-то из бывших одноклассников вынырнул, типа, снова воспылала первая любовь, и Кармела разводится с Боро, делит бизнес, построенный совместно дом и все, что нажили.

- Ни хрена себе, у тебя новости!

- Теперь понимаешь, почему я как-то сам свои непонятки переношу и обмозговываю?!

- Друг, а может, ну, ее, твою Йелицу к такой матери?! Пока детей не завели. А?! Бросай, разводись и махнем вдвоем, как тогда с Маром и Дражо, на Филиппины! Секс-дайвинг никто не отменял! Оттянемся по полной! Я беру расходы на себя.

- Что ты все расходы берешь? Я уже психую по этому поводу! Деньги могут закончиться, если так башлять ими куда-попало.

- Ни куда попало, а чтобы друг улыбнулся и почувствовал себя счастливым!

- А то! Разве мог я мечтать сюда попасть!... Проблема в том, Томи, что я ее вроде все-таки люблю и так привык, что не знаю, как буду жить, если мы расстанемся!

- Мил, "вроде все-таки" и " по-настоящему любить" - разные понятия! Сравнивать в данном случае, твою ситуацию и мою, конечно, дело последнее! Расставаться с живыми намного легче, чем с покидающими нас навсегда. Нет худшей разлучницы для любимых, чем смерть. Но ты должен что-то решать, пока не нарожал с нелюбимой детей. После будет непросто жить, а тем более от своих детей уходить.

Милан ничего не ответил мне. Некоторое время мы молчали, слушая лишь как дворники сметают на лобовом стекле потоки дождя да свист ветра, гуляющего по Новозеландским Южным Альпам.

Откровения друга расстроили меня, уверенного до сегодняшнего разговора, что он-то совершенно и бесповоротно счастлив в браке!

Легко достигнув с помощью навигационной системы отеля, мы решили заказать еду в номер, а потом выспаться перед завтрашними хлопотами. Предстояло сдать машину в агентство каршеринга. Чтобы не рисковать и не терять время на обратную дорогу через Южные Альпы к паромной переправе и далее - через Северный остров, я забронировал билеты местной авиакомпании на самолет из Крайстчерча до Окленда.

Засыпая, я услышал несколько раз, как Милан получает от кого-то смс и строчит ответы. Но усталость взяла свое. Только успев подумать, что Йелица, наконец-то, включила в своих "внутренних настройках" функцию "любящая жена" и заботливо интересуется, как дела у моего друга, я нырнул в долгожданный сон.

Утром мы спустились по лестнице с третьего на первый этаж в ресторан, оформленный в современном стиле, при отеле, заново отстроенном после недавнего сильного землетрясения.

- Томи, я сейчас тебя что-то спрошу, но ты не закипай, а постарайся спокойно отреагировать! Отвечай или да, или нет! Без лишних комментов. - заявил Мил, когда мы, наполнив несколько тарелок едой на завтрак, уселись за столик.

- Ну, валяй!

- У нас есть в запасе целых два дня до вылета из Окленда?

- Да.

- Мы можем сделать остановку и перебронировать билеты на рейс отсюда на Северный остров?

- Гипотетически да. Но возня или доплата будет. Но я попрошу менеджера в гостинице... Ведь пока нам никто не отказывал в помощи...

- Очень хорошо! - воскликнул Мил, расплывшись в улыбке, а потом принялся за гамбургер.

- А на хрена? Ты забыл мне объяснить маленькую, но опупительную причину, прежде чем набьешь рот! Или ты хочешь заказать проституток и забуриться с ними напоследок, чтобы было что вспомнить из отпуска? Давай уже, не выё...ывайся, называй причину!

- Мне надо пойти в парикмахерскую. - еще не дожевав, огорошил меня друг.

- Серьезно? Или есть что-то более охренительно срочное, чтобы переносить рейс нашего вылета на другую дату?

- Отвечу после стрижки. Тогда все станет ясно!

- Мил, присмотрись, как я на твоих глазах, выражаясь культурным языком, очумеваю. Но "о...уиваю" сказать, будет все же точнее! Что с тобой? Пока я кемарил ночью, ты наверняка слинял из отеля, чтобы купить косячок?! А теперь сидишь тут обкуренный до состояния счастливой рожи передо мной!

- Ты в любви вообще не шаришь! - вдруг подвел он итог.

От такого заявления, я подавился. Откашлявшись, захотел уточнить.

- Мои неудавшиеся лавстори тут при чем? Типа, ты у нас шаришь с пометкой "пупер-нахер"!

- У меня назрели перемены в личной жизни! Сказал же тебе, как подстригусь, так все и прояснится! Потерпи пару часов!

- В смысле? А со старой прической перемены не прокатят? Что мне прикажешь делать, пока ты там налысо будешь брить свои блондинистые патлы?!

- Почему налысо?- спросил Мил, округлив глаза. - И вовсе не налысо, а модельно! Томи, найди себе занятие, плиз! Ну, ты там поделай все, что назрело! Съездь в аэропорт, перебронируй дату нашего вылета до Окленда, заправь и сдай "Митсубиси" в бюро проката, а я пока не на долго отлучусь!

- Я охреневаю от твоего наглого и приказного трындежа! А немного ты на меня взвалил, чтобы, млять, пойти подстричься!? Не ожидал от тебя!

- Томи! Я же просил не закипать! Не пыхти, рожа покраснела! На нас уже зырят с других столов!

- Мил, мне по хер. Хорэ меня в самовары записывать!

- Прости. Ты, как, согласен?! Для меня это очень сегодня важно! Клянусь!

Я, жевавший в этот момент яйцо с тостом, глотая, лишь опустил подбородок, чтобы быстрее освободить рот и послать по матушке Мила далеко и надолго. Я же не кивал! А дружбан только этого и ждал! Вскочил из-за стола, громыхнув стулом, и уже на ходу предупредил:

- Встретимся вечером. На созвоне!

- Охренеть! - сказал я сам себе, наконец-то дожевав.

В аэропорт я не поехал. Увидев за стойкой регистрации симпатичную грудастую работницу отеля, я изобразил на лице приветливую улыбку, втянул, на лишь сколько смог миллиметров, живот и подкатил к ней с просьбой помочь. Низенькая шатенка посмотрела на меня оценивающе, начиная примерно с колен и до моей приветливо ухмыляющейся физиономии, и сразу же охотно согласилась, попросив подождать несколько минут, пока она закончит неотложные дела.

Некоторое время мое внимание сосредоточилось на новостях в местной прессе. Кипа журналов и газет ровными рядами красовалась на двух металлических стойках в вестибюле.

Через десять минут менеджер распечатала для меня пришедшие по электронной почте билеты на более позднюю дату. Спустя два дня, как попросил Милан. То есть теперь, когда планы изменились, нам некогда и незачем будет поселяться еще раз в отеле в Херн-Бэй. После прибытия в Окленд останется лишь три с половиной часа ожидания рейса домой!

Дальше я позвонил в агентство каршеринга и выяснил их график работы. Убедившись, что у меня много времени, я сначала поднялся в номер, оделся потеплее, а потом пошел на парковку, решив провести день с пользой. Устроить себе автоэкскурсию по Крайстчерчу и окрестностям!

Покатавшись и набравшись надолго поверхностных впечатлений о новозеладской городской жизни, я свернул к заправке и, залив полный бак, наметил последний маршрут на сегодня. В фирму каршеринга, где меня уже ждали.

После того, как я благополучно сдал арендованный автомобиль в агентство, я отправился гулять пешком, сверяясь с картой в телефоне и двигаясь в сторону отеля. Преодолев, судя по фитнес-часам, больше девяти километров, я вернулся в номер. Милан пока не объявлялся и я позвонил ему сам.

- Томи, я сегодня не буду ночевать, прости. Завтра приеду и все объясню!

- Включи видео, я хочу убедиться, что говорю с твоей рожей лица и увидеть, что ей идет новая стрижка!

Мил показался на мгновение и снова исчез. В трубке запикало.

- Как в этом зверинце не охренеть? - спросил я в уже отключенный телефон.

Я ж сама дверь закрыла,
Я собою довольна.
Отчего же так плохо?
Отчего же так больно?...

Одиночество-сука...

Слава, В.Дробыш.

МИШИКО

Меня, с разрешения заведующей одного из университетских общежитий, временно приютили девчонки - одногруппницы.

Пересмотрев несколько газет с объявлениями, просидев несколько ночей, шастая по интернет вакансиям, я нашла постоянную работу секретаря на предприятии по оптовой торговле техникой в Кошице и, после не тягомотного, а вполне успешного собеседования у шефа, даже получила одну из освободившихся однокомнатных служебных квартир на той же, что и офис, улице.

Моей радости не было предела, когда я, поднявшись на третий этаж, обошла и осмотрела, а потом сразу начала обживать чистенький меблированный апартамент в стиле лофт, 45 квадратных метров, с кухней и встроенной в ванной комнате стиральной машиной!

Из гостиной зоны, освещенной двумя большими окнами я заметила дверь наружу и полюбопытствовала, что там?

Балкончик, хоть и крохотный, выходит во двор, где не так слышна городская суета. На нем кто-то заботливый оставил раскладной столик и два пластиковых стула. Как раз для моих завтраков и перекуров.

Постепенно мое внутреннее состояние, как непослушные неуравновешенные весы, начало приходить в норму.

Экзамены по вождению, сначала теорию, а спустя неделю и практику, я сдала с первого раза!

Не забыла отблагодарить своего учителя "Kúp obed pre niekoho" - подарочным купоном в ресторан. Получив карточку "Vodičský preukaz" (*словац. - водительские права), я отметила для себя еще один верный шаг в своей жизни. На пути к самостоятельности и счастью.

Хорошо бы было еще разобраться с дальнейшей учебой, но без присутствия в университете профессора Седлака. Многие мне советовали перевестись в другое высшее учебное заведение, сменить город, но я, поразмыслив, взяла паузу, оформив академку, и пока не решалась ни на какие другие перемены.

Домой в деревню тоже не хотелось возвращаться надолго.

Но я соскучилась по маме и отцу, по Катке, по новой собаке нашей, взятой в дом после смерти Тучки. Папа назвал ее Метель, потому что щенка забирали от заводчика в апрельскую непогоду, когда, словно зимой мело снегом весь день и ночь... Она - помесь немецкого боксера и словацкого чувача. По характеру совсем не похожа на мою верную подругу жизни Тучку. Но что поделать? Родители вместе с щенком немного отвлеклись и оттаяли душой от потери четырнадцатилетней любимицы. А теперь даже повеселели, воспитывая четвероногую любимицу. Имя малышке подошло. Она мечется повсюду белым вихрем, играет постоянно, сметая все на своем пути. Метель!

Поехать в деревню получилось спонтанно. Накануне начальник сообщил, что отправится до конца недели с семьей на отдых, чтобы на озере, вдали от городской суеты, отметить день рождения своей жены.

- В офисе останутся бухгалтер с ее помощницами и охрана. Обычно, когда я в отпуске или в командировке, мы переводим все звонки из приемной на бухгалтерию. Ты можешь взять несколько дней за свой счет!

Следующим утром, я, толком не позавтракав, проверила краны и закрыты ли окна, схватила собранную с вечера сумку, накинула на одно плечо ремень рюкзака и спустилась на парковку во двор дома.

Стартовать в путь впервые без рядом сидящего инструктора по вождению Лойзо было боязно. Но я старалась концентрироваться на дороге, чтобы наконец-то осуществить мечту моей мамы, приехать самостоятельно на своем "Фиате" в гости к родителям! В свой, хоть и за свой счет, самый первый в жизни отпуск!

Выехав без происшествий из Košický kraj*, как свидетельствал указатель на автомагистрали, я приободрилась и давила педаль газа уже увереннее, следуя командам навигатора. (*Словац. Кошицкий край).

Лишь один раз я свернула с автобана, чтобы заправиться, а также выпить в полузаполненном кафе местную каву с трдельником. Оттуда я послала на мобильный телефон голосовое своей подруге детства, пообещав быть к указанному на навигаторе времени на месте.

Сестра, ждавшая меня с моей одноклассницей Каткой за двором дома, после поцелуев и обнимания неожиданно высказалась, словно у нее во рту вместо языка змеиное жало:

- Ну, Мишка, ты и наебнулась! Зря и рано радовалась, что твой Гриша вручил тебе ключи от своего сердца! Он сразу же сменил замок и пошел по другим бабам! Как ты могла проворонить такого отпадного красавца мужчину, да еще и профессора с шиковой квартирой в Кошице?!

Вот в кого в нашей доброй семье такая злыдня и завистница уродилась?

- Что ты, шестнадцатилетняя сопля, понимаешь в красавцах мужчинах? - возмутилась я. - И не матерись! Рано еще так выражаться, зубы до конца не выросли... А то кто-нибудь выбьет, если матами вякнешь чужим!

Моя Катка тоже не стала спускать Норе дерзость и предупредила:

- Ты долго придумывала эту приветственную пакость? Осторожно, девчуля, ветер поднялся! Скорее придави руками свои лопухи, а то взлетишь!

Сестра надулась и минут двадцать мы с Каткой не слышали от нее ни одного слова. Пока я возилась с малышкой Метелью.

Я помню, когда Норка пришла из школы в истерике. Ей было одиннадцать. Какой-то парень из старших классов, чтобы выпендриться перед своей одноклассницей, сказал громко во время перемены:

- Смотри, вот на ту пацанку! Это о ней в газете писали, что сильный шквальный ветер чуть не сломал шею лопоухой девочке!

Над этой шуткой ржала вся школа. Подтрунивания подростков бывают очень жестокими.

Нора сбежала с уроков и потом плакала дома у бабушки на коленях...

У родителей я погостила недолго. Вдруг захотелось тишины, а не чрезмерной заботы мамы и крестной, постоянных сетований на "неудачное замужество нашей красавицы Михаэлы", аханий и причитаний на тему: как же дальше ей - несчастливой разведенке жить?! Глупой и неученой! Без законченного образования...

Если бы был жив дед Федор! Его понимания и душевности, а также незлобной конструктивной критики, усыпанной крепкими выражениями, мне сейчас очень не хватало.

Жаль, что моя верная подружка Катка очень скоро уехала в Банска-Бистрица на работу. Ее отпуск подошел к концу. Мы успели с ней посидеть в кафе и поболтать лишь один раз.

В ее жизни все течёт по намеченному еще с детства плану. Подруга успешно завершила образование и теперь работает в штате одного из местных ресторанов. Хотя ее заветная мечта - открыть свою кондитерскую, пока остаётся неосуществленной.

О своей незадавшейся замужней жизни я рассказала ей не всё. Почему-то мне расхотелось откровенничать, чтобы она не жалела меня - несчастную. Зато я поделилась с подружкой о завязавшемся легком и ничего не обещающем виртуальном романе с хорватом. В шутливой форме я рассказала, как мы общаемся с ним в "Фейсбуке", используя только нам понятную смесь "бульдога с носорогом" из нескольких языков.

Мы попрощались, не предполагая пока, когда удастся встретиться, но пообещали писать друг другу не реже одного-двух раз в месяц электронные письма.

Хотя на работу после отпуска нужно было выходить через неделю, я решила вернуться в съемную квартиру в Кошице, вытерпев лишь три дня нравоучений и якобы "сердечного сопереживания". Последнее я называю про себя семейным кишкомотством...

Желание - съездить в Чехию к моему двоюродному деду Ваклаву, я, хоть и с сожалением, погасила на корню, потому что не чувствовала себя настолько уверенной для долгого пути в чешскую моравскую деревню, спрятавшуюся на задворках цивилизации среди гор и лесов. Впрочем, это я из-за отсутствия интернета так выразилась. От Брно к старику меньше ста км ехать.

- Не говорите, что я приезжала своим ходом, а то starý otec (*словац. дедушка) обидится. Я ему из Кошице позвоню, объясню, что с мужем рассталась. Сама. Без испорченного телефона и ваших комментариев. - попросила я папу и маму перед дорогой назад. - В следующий раз, как выберусь снова, обязательно его навещу!

Хотя моя бабка чешка, сестра деда Ваклава запомнилась мне всегда недовольной и с дурным характером старухой, я всем сердцем, не задумываясь, почему и за что, люблю моего родственника по отцовской линии из Моравии.

- Как-нибудь на выходные съезжу к нему поездом до Брно, а потом на перекладных. Так удобнее и безопаснее будет. - решила я, рассуждая вслух, увидев на автобане промелькнувший указатель развилки дорог - дальше в Словакию и на выезд - в Чехию.

В Кошице я въехала в сгущавшихся вечерних сумерках. По дороге припарковалась у магазина.

Мне не надо было затариваться продуктами. Весь багажник пропах мамиными домашними вкусностями, да и крестная перед самым отъездом принесла кусок пирога с ягодами. Я купила лишь вишневого ликера и сигареты.

"Любимая наливка Жилки!" - подумалось мне, когда я паковала бутылку среди поклажи в багажнике.

Мне срочно захотелось увидеть свою рыжую подругу, бесшабашную и неисправимую оторву, весело и с юмором, несмотря ни на что, идущую по жизни! Невтерпеж приспичило узнать о ее последних сексуальных лавстори с очень откровенными подробностями и выговориться самой, посмеяться и прослезиться одновременно, если переживаемое ею или мною, взметнет эмоции через край!...

Но переступить через гордость я пока не готова.

Заглушив мотор моего теперь верного и единственного (как бы назвать?) моего любимого коня и друга в одном лице - "Фиата", я оставила его отдыхать на парковке после нашего успешного путешествия туда и обратно.

Поднявшись по лестнице в квартиру, я бросила сумку с вещами в коридоре, распаковав и рассовав по кухне и в холодильнике только лишь скоропортящиеся продукты из деревни.

Умыла лицо в ванной комнате, увидев отраженное в зеркале свое усталое лицо. Вспомнила и набрала номер мамы.

- Я уже дома. Да, доехала хорошо. Буду отдыхать!... И тебе, спокойной ночи... И я тебя люблю!... И папу тоже!... Нору? Ну, ладно, и ее. Но Метель больше, чем вредную Норку! - сказала и нажала отбой, не дав маме отреагировать и сделать из ничего драму.

На кухне я отрезала от пирога крестной ломтик, откупорила ликёр, взяла сигареты с зажигалкой и вышла на балкон.

На Кошице опустилась ночь и вместе с ней, строго по курсу, где я уселась с полной рюмкой и светящейся в темноте сигаретой, противным холодным покрывалом на мои плечи легло одиночество.

Ни всё так плохо,

что нас так хорошо радует.

Г.Симанович

ТОМИСЛАВ

- Прости, брателла, за мой наглёж! - начал сходу Милан на следующий день около одиннадцати утра, только открыв дверь нашего гостиничного номера. - Ты одет?

- Jawohl (*нем. да, конечно)!

Проговорив извинение и вопрос на хорватском, он тут же громко объявил на английском языке:

- Смотри, дружище, какую гостью я привел!

И попросил тут же на родном языке:

- Томица, только не матерись на английском, please! По-балкански, можешь, но позже!

- Привет, Кайя! Хорошо выглядишь с шиковой прической! Не то что мой друг с обкорнатой стремной головешкой и с бля...ским черно-красным мелированием! Лучше бы все налысо отхреначил, чем такая лобудень!

Мои впечатления от увиденного вылетели изо рта одним выстрелом, не успев отреагировать на знаки мимики, которые пытался подавать Милан.

- Как так, Томислав? - возмутилась девушка, остановившись посередине комнаты и, сделав страшные глаза. - Ты настолько не уважаешь мою квалификацию топ-стилиста?! Я исполнила на его волосах самый лучший на Южном острове роунз, а ты меня - мастера ни во что не ставишь?!

- В смысле? Вчера твой папа говорил, что вы работаете в горах в туристическом центре, в заповеднике. Ты - альпинистка или кто? Я совсем запутался. Недопонял!

- Томи, Кайя - парикмахер-модельер и это она постаралась с моей прической!

Удивив меня, мой друг наклонился к рядом стоящей девушке и поцеловал ее в щеку, а потом в губы. Долго.

"Они сосутся?! Как там говорила мне вчера Алиса? Все чудесатее..., мать вашу!"- подумал я про себя, но выдавил улыбку и предложил гостье кресло, как только та отцеловалась с моим любвеобильным друганом.

- Ну, раз это ты - модельер и изобразила на его голове... как бы точнее назвать?! - проглотив в мыслях определение, состоящее лишь из мата, я включил в себе "дипломата". - Ладно, зачет! Дома по прилету все упадут к ногам Мила, прося: "Друг, дай адресочек мастера! Мы тоже хотим такой стремный, пардоньте, за неправильное определение, - стильный кошмар на башке!"

Кайя погрозила мне кулаком, но улыбнулась.

Все, что мне пришлось услышать дальше - больше повергло в шок!

- Ты приглашен сегодня вечером к нам на ужин домой, вместе с Миланом! На смотрины и помолвку...

- Подожди, я, наверное, английский почему-то забыл... Что ты сказала?

- Говорю, что папа вас уже видел, но мама и брат хотят познакомиться поближе! Отказ не принимается, потому что отец и мой младший брат Вирему, сегодня много возились: выложили новыми чистыми камнями и листьями яму и растопили ханга. Наш праздничный обед уже засыпан землей и готовится! - веселым тоном проинформировала меня Кайя.

Я бухнулся в кресло, все еще надеясь, что это розыгрыш.

- Мил, какая на хер помолвка, если ты женат? Или у них так можно?

- Тише, Томи, я же просил не возбухать, млять! Разведусь. Но помолвка нужна уже сегодня!

Если бы эта местная аборигенка с Милом заявили мне с порога, что сейчас в нашем номере отеля собственными силами мы организуем междусобойчик МЖМ, я бы не в такой степени удивился...

Впрочем, потом бы согласился поучаствовать. А тут? Что за фигня грёбаная?...

Дальше мои брови только успевали подниматься и опускаться в удивлении. Я мало, что понимал. Начиная с еды, которую маори - родственники Кайи зачем-то покрыли землей (как потом это вперемежку с грязью хавать?) и, заканчивая, душевным состоянием Мила.

Я терял его на глазах! Друг, зафиксировав на физиономии выражение зашибенского восторга, поддакивал незнакомой нам местной аборигенке и радовался каждому ее слову. Как ребенок новой игрушке.

В голову заглянула спасительная догадка: я, не помню когда, набухался до опупения и теперь сплю! Так нереально воспринималась информация, вкладываемая мне сейчас в уши.

Оказалось, что эти двое - мой друг и смуглая представительница племени маори ни с того ни с сего поняли, что влюбились с первого взгляда еще на горном перевале, когда мы спускались к месту гибели Марека Хорвата!

Добавив к неровному дыханию между собой переписку по смс и общение по телефону, парочка, несмотря на "глубоко" женатый статус Мила, решила в будущем жить вместе и даже сыграть свадьбу по местным традициям племени девушки!

- Милан, я дурею, а вернее, ...уею! А ничего, что ты встретил Кайю чисто случайно и вы виделись с твоей новозеландкой не более суток? Очнись! На смотрины собрался! Не успев развестись и, вообще, известить о грядущих переменах в жизни свою жену! - бухтел я, когда молодая маори простилась до вечера и ушла.

- Томи, ты снова психуешь и покраснел! Давление скачет! Успокойся!

- А ты не подумал, что как только приземлишься в Загребе, а потом вернешься домой в Опатию, в квартиру, где тебя ждет Йелица, в вашей спальне вспомнятся твоя любовь к хорватской жене, и ты напрочь забудешь оставленную здесь Кайю- маори и все обещания, что сейчас ей назаливал и продолжаешь пихать в уши?

Мил, присев на край кровати, слушал и улыбался. Не виновато. Очумело.

- Тебя что, приворожили? - предположил я. - Но в эту херню сам не поверю! Ты же адекватный мужик, я тебя с универа, как облупленного, знаю. Мил, мне за тебя страшно сейчас!

- Друг, я так тебе благодарен за это путешествие в Новую Зеландию! Иначе бы я никогда не встретил Кайю. Прикинь! Она мне сегодня комплект боксеров подарила! Типа, нельзя в отпуске зимой без трусов!... Я тебе потом прикольные картинки на них покажу....

- Дурак, ты совсем очумел? Трусы с картинками... Если бы Марек не погиб, то нам не пришлось бы сюда лететь!

- Это да, никто не спорит! Но ты даже не представляешь, что для меня сделал в жизни! Ведь я до этого момента не жил, а так... барахтался, пробуя кому-то угождать, чтобы получить крохи счастья, но не любви! Теперь все будет по-другому!

- Что ты собираешься делать?

- Мы с Кайей подали документы на мою следующую, продленную, визу.

- Когда?

- Сегодня утром! Томи, не перебивай!

- Валяй, пока я не наебнулся об пол от твоих чумовых новостей!

- А ты сиди в кресле, не вставай! Мне надо только рассчитаться на фирме, подать на развод и, самое сложное, объяснить маме и отцу, почему я так поступаю!

- Всего-то делов! Как два пальца об асфальт!

Но Милан меня не слышал, озабоченный предстоящими хлопотами и заморочками дома.

- Жаль, что Боро тоже разводится в этот исторический момент! Не сговариваясь, мы с братом меняем лошадок на переправе! - проговорил Милан и рассмеялся каким-то чужим голосом.

- От твоих смехуёчков меня кондрашка схватит! Друг, я тебя теряю! - загрустил я, кривясь от вдруг заболевшей головы. Но Милан продолжал издавать сумасшедший гогот. - Крыша едет?! Откуда повод шутить и ржать?! Или у тебя это нервное? Я правильно понял, что ты хочешь вернуться сюда жииить? - я сделал акцент на последнем слове.

- Да. Мы с Кайей будем вместе! У нас с ней уже было! И это крышесносные ощущения! Меня теперь к ней так тянет, что ни о чем и ни о ком думать не могу... Веришь, и сейчас возбуждаюсь.

- Верю! Смотри, чтоб яйца не перекоптил! - хохотнул я с собственной шутки, но потом взял себя в руки и вернул лицу серьезную мину. - Мил, попробую спокойно! Ты мне дорог, как брат, как очень близкий и верный дружбан, я очумеваю сейчас из-за тебя! Очнись! Не ты ли на выходе из зоны прилета вспоминал того мужика из Постиры, что в нашей очереди стоял. А?

-Ну, вспоминал. Тогда я немного по-другому все понял.

- Мил, приди в себя! Ведь ты о Родине говорил! Чуть ли не клялся, что никогда нашу Хорватию не бросишь!

- Я останусь хорватом! Гражданство не собираюсь менять. Но жить хочу с любимой женщиной - тут!

- Ты не видел ее семью, не знаешь, чем, как вообще она и ее близкие живут?! Все - маори, как один! С их народными прибамбасами, верованиями и устоями! Помнится, что сам мне бухтел и опасался их, еще летя сюда! Ты только сегодня собираешься в гости к ним домой. А вдруг тебе не понравится? Как ты мог за пару секунд, ладно, часов, понять, что хочешь остаться с Кайей в чужой стране? Да, еще и жениться!

- Томи, это ты у меня спрашиваешь? - неожиданно вспылил Милан, повышая голос. - Пошевели кочергой в своей башке! Или память стерлась?

- Не понял наезда...

- Ты недавно сам хотел прожить всю жизнь со случайно встреченной итальянкой Геммой! Или я не прав?! На кой мне ты, как друг, если я сегодня не получу твои честное мнение и совет, когда мы поедем в гости к родителям Кайи, если не почувствую твое плечо и поддержку? На кой тогда в этом мире нужны друзья?

- Понял. Был не прав. Получишь.

Я опустил руки и заткнулся. Отошел от разочаровавшегося во мне Мила к окну, хотя не вид оттуда меня теперь беспокоил.

Доводы друга вернули меня в воспоминания, в тот день, когда я вез незнакомую мне итальянку на остров Углян к Дражену и к его невесте Верике. Когда я, тормозя в укромных местах, улетал с совершенно незнакомой иностранкой в наслаждении близостью и тут же удивлялся, как все совпало, и она подходит мне во всем, как я ей!...

Я прилег, положив руку на свое правостороннее сердце и закрыл глаза. Только чтобы представить прошлое - картинки нашей встречи. Звездное небо и откровенные признания. Секс в черной воде бухты на погрузившемся в ночь острове Угляне, под всходящей круглой пятнистой луной. Худенькие руки, обвившие мои мокрые плечи, и тихий всхлип: "Войди в мое море любви". Наш разговор "по душам", который навсегда врезался в мою память и отогрел там будто замерзший осколок льда, оставшийся от сиротского детства и трагических потерь близких мне людей... "Одинокий пастух", изливающийся из под клавиш, ласкаемых длинными тонкими пальцами Геммы. Мелодия, вызвавшая мурашки на теле и проникшая в каждую молекулу воздуха вокруг на километры острова, далеко в глубь моря. Туда, где наверное все, от мелюзги креветок до блестящих черных дельфинов, слышали о моем состоянии счастья...

- Томи, проснись! Я вызываю такси!

- Мне надо хотя бы освежиться, одеться!

- Поторопись! - попросил Милан, отложив мобильный и продолжив спешно паковать что-то в сумку.

- Что ты там пихаешь?

- Подарки для родственников Кайи. Она мне сама подсказала, что любят ее близкие.

- Офигеть! Я столько раз за последние сутки охреневал и опупевал, что домой вернусь пришибленным на всю голову идиотом. Из-за тебя, Мил! Ты меня доведешь!

- Ладно, не злись! Тебе очень идет эта толстовка с вашей с Геммой фотографией! Сразу видно, какой ты был счастливый!

- Ключевое слово "был"! Мастак ты подбодрить и разбередить душу, дружбан!

- У меня в голове сейчас такое творится... Я не подумал, что бред фигачу. Прости!

- Проехали. - согласился я и хлопнул Мила по спине, а потом зашел наперед и, скорчив гримасу, выдал:

- Стрижка и правда клевая, если б только не эта твоя неподходящая кривая рожа к ней!

Он хохотнул, стукнул меня легонько кулаком в плечо, я ответил раскрытой ладонью в его лоб, чуть коснувшись, и мы, проверив прочность нашей дружбы, направились к такси.

Прошло примерно двадцать минут, когда я и Мил уже высаживались у трехэтажного дома, огороженного забором и воротами с цветным орнаментом в небольшом селении в пригороде Крайстчерча.

- Нехило! Особнячок покрупнее, чем наш с батей отель на Пагу...

- Томи, ничему не удивляйся! Кайя предупредила, что вначале предстоит хонги - это своего рода приветствие. Касание сначала носами каждого, кто здесь живет, а потом лбами! Не забывай взглянуть в глаза тому, с кем делаешь хонги! Слышь?! Приготовься, скорчи сразу приветливую рожу!

- Насколько приветливую?

- Будто ты откусываешь бурек или пряный пршут!

- Не дразни, соскучился по нашей жрачке! С носами это обязательно? А если у человека насморк?

- Томи, хорэ балабонить! Не забудь, в первую очередь скажем "здравствуйте" матери семейства! - предупредил меня друг. - Так принято у матриархальных маори!

- Млять, я шизею от обилия инфо и твоих команд!

- Добро пожаловать! Рад видеть вас живых и невредимых после той пробы стать альпинистами на перевале! - поприветствовал нас отец семейства Руху и уступил место жене, улыбающейся нам полной женщине с черными, убранными назад волосами под свернутым несколько раз широкой полосой цветным платком.

Ее суконная серая плотная юбка, отороченная сине-белой каймой, закрывала колени, а верхняя кофта, связанная и вышитая замысловатыми узорами двух цветов, наверняка отвечала национальному стилю.

Прикоснувшись ко всем приближающимся к моей физиономии носам, я вдруг ощутил, что мне понравилось.

- Я теперь и в Хорватии со своими знакомыми так буду здороваться. Это супер, как приятно! - выдал я комплимент расплывшимся в улыбках маори. - А заодно и определю, кто и что ел до приветствия, с чесноком или без, отполировав крепкими градусами или просто кофейком - чайком, - додумал, но не озвучил я.

Меня многое поразило и позабавило в доме наших с Миланом новых знакомых. Прежде чем мы были приглашены за стол, пришлось выслушать на терео (*так называют свой язык маори) небольшую речь, а затем песню, которую исполнили брат и отец Кайи.

Девушка не оставила нас непонимающими, переведя коротко смысл пропетого и сказанного.

Наши подарки члены семьи приняли с радостью. Я заметил, что брат девушки тут же натянул на себя толстовку, в которой Мил был одет днями раньше. На вид мальчишке исполнилось тринадцать - четырнадцать лет. На его еще не оформившейся худощавой и невысокой фигуре одежда Милана смотрелась мешковато. Но парню и толстовка, и узор на ней очень понравились.

- Придержи свои комменты! Так надо! - сквозь зубы предупредил тихо друг на хорватском языке.

Самое неожиданное для меня было то, что вязанная кофта, в которую была одета Амирия - мать подростка Вирему и Кайи сочеталась своими красно-белым орнаментом с принадлежавшей раньше Милу толстовкой, на которой выделялась по центру такая же по цветам хорватская национальная символика - шаховница с гербами!

Друг вынул из сумки несколько свертков и раздал всем. Мы же получили в ответ по сувениру - статуэтки кита и дельфина. Кайя с некой торжественностью надела на шею Мила какой-то амулет, изображающий человека с птичьим лицом и рыбьим хвостом.

- Это священный "манайя" - объяснила девушка. - С этого момента, куда бы ты не направился, ты под его защитой!

Вирему - брат Кайи преподнес мне другую подвеску на плетенном шнурке:

- Возьми, я учусь ремеслу резьбы с четырех лет! Эту деревянную спираль я вырезал сам. Она символизирует наше к тебе миролюбие и спокойствие! Пусть по ней к тебе в душу течет счастье!

От такого пожелания, я пожал подростку руку.

- Мне как раз счастья в жизни маловато!

Когда с подарками закончили, мать семейства Амирия - полная женщина на вид под шестьдесят лет пригласила всех к столу в широкую и просторную комнату, служащую, по-видимому, гостиной. На одной из стен я заметил много фотографий в красивых плетенных рамках. Думаю, хозяева дома собственноручно изготовили их.

- Это наша семья! - сказала мне Кайя, проходя мимо к столу.

- Так много людей?!

- Мои старшие три сестры и брат сейчас на работе в заповеднике Willowbank. Это недалеко отсюда - на окраине Крайстчерча. Они - участники маорийского культурно-просветительского шоу Ko Tane!

- Значит, у вас шесть детей, сэр? - спросил Милан отца Кайи.

- Девять! Парни Хахона и его младший брат Хау живут в столице. А первенец Типене - наша с женой гордость, уже второй год, как занимает ответственную должность констебля в Центральном полицейском участке Крайстчерча.

- У Типене пятеро детей! Большая семья и хорошая верная жена - наша невестка! - добавила мама Амирия.

- К сожалению, сыновья редко приезжают домой. Но если посещают нас, то мы устраиваем праздник на все селение! - заверил сэр Руху. - Дымятся вкусными запахами ханги, звучат национальные песни, молодежь танцует и веселится всю ночь!

- Мой старший брат работает в правительстве, а Хау еще студент. Он будет врачом! - не без гордости добавил Вирему.

- А я читал, что люди вашего племени все больше по ремеслам мастера! - пробормотал друг.

- Это тоже правда! Но, что мы болтаем! Еда перед нами! Угощайтесь пока этим, а через несколько минут мы выйдем все во двор и раскопаем ханга! Я четыре часа назад зажег печь. Полакомимся по настоящему! Узнаете, как бесподобно готовят маори мясо и овощи! - заверил отец большого семейства.

- Мил, а когда помолвка? - спросил я шепотом на родном языке, пока на нас никто не смотрел и был занят едой.

- Уже! Мне мой будущий тесть, пока ты с братом Кайи общался, пообещал татухи правильные наколоть и их танцы показать на празднике, чтоб я научился тоже. Главное, хаки знать! Для свадьбы!

Чтобы не обрывать другу кайф от всей ситуации, что он сейчас проживает и светится от счастья, а еще, чтоб не материться, долго и доказательно, я занял рот едой.

В тот вечер я не на шутку задумался о своем здоровье, боясь лопнуть. Еда из земляной печи ханги неожиданно оказалась превосходной. Такой вкуснятины я еще никогда не пробовал!

Прощаясь с гостеприимными хозяевами, я и Милан уходили вперевалку, протискиваясь через дверь, не как один, а как сразу два объевшихся безразмерных Винни-Пуха, - из мультика времен Югославии, который я видел в своем детстве в переводе с русского.

Нам требуется секретарша до 25, не старше

Нам требуется секретарша

Красивая, со знаньем дела, с огоньком

Ла-ла-ла-ла, бом-бом-бом-бом

И непременно чтоб владела языком

Ла-ла-ла-ла, бом-бом!

А.Полотно.

МИШИКО

Настроение, испорченное домашними в деревне, улучшилось после общения в социальной сети с моими виртуальными знакомыми. Особенно, с хорватом Томиславом.

- Что у тебя случилось? — допрашивался Томи, строча мне сообщения в мессенджере после моих "плаксивых" смайликов... - Тебя твой старикашка - профессор не обижает?

Я не отвечала. Молчала несколько недель. Пока разбиралась сама в себе. Пока прислушивалась к собственным обидам, разрушающим мою внутреннюю уверенность в себе. Но потом выплеснула накопившееся:

- Томислав, я не в духе, потому что переживаю разрыв с мужем! У меня не сложилась семейная жизнь. О причинах говорить не хочу. Ранее уже пробовала с ним расстаться, но ни фига не довела до конца. А теперь предстоит развод. Заседание суда один раз отложили, потому что муж по уважительным причинам был в заграничной командировке... А я тут в подвешенном состоянии и по дальнейшей учебе, и так... Мне стоит все больших нервов и слез. Каждый день и час.

О том, что Трахик-Гриша гулял (и продолжает это делать), а главное, что мой малыш не выжил в той аварии, и что у меня не будет детей, я не собиралась никогда и никому чужому рассказывать.

- Не плачь, Мишка! Все наладится... А со священником в церкви, где вы венчаны, дела уладили или есть проблемы?

- Зачем?

- Разве вы не хотите теперь развенчаться?

- Нет. Вернее нам не надо. У нас не заключен церковный брак. Я сначала обижалась на Драхо, но потом оставила все, как есть. К тому же он православный, как его мать, а я - католичка. Да и желания венчаться у него совсем не было.

- О, так это же радостная новость! - отозвался мгновенно мой приятель по группе "Fiat Punto" и выслал большой, на пол-экрана, смайл с изображением рук, потирающих ладони.

- Переезжай ко мне в Хорватию! - предложил он.

- Ага, приеду и меня продадут у вас там на органы?

- Что за чушь? - удивился Томислав и прикрепил в мессенджере смайлик с удивленной рожей. - Пиши адрес, я сяду в «Фиат» и скоро буду у тебя. Свои органы тебе самолично доставлю!

- Я все равно боюсь, может, ты маньяк какой?! Зазываешь так настойчиво!

- Я серьезно! Если с учебой какие заморочки будут, переведем тебя в хорватский университет. Хотя... Нет. Ты же языком не владеешь...

- Мне не надо. Я академку взяла и сейчас неплохо устроилась работать секретарем у шефа одной фирмы по оптовой торговле.

- Ах, вот как... Ну, и каково оно счастье быть секретаршей?

- Класс! Мне шеф даже квартиру выделил. Недалеко от нашего офиса.

Томислав мне ничего не ответил. Наш диалог оборвался. Я заметила, что он, не попрощавшись, вышел из мессенджера. Обиделся, наверное, или подумал, что с такой дурой, как я, вообще зря время тратит.

Мало ли подходящих, симпатичных девушек в Хорватии?! Не разведенок, а молоденьких - без грустного багажа и кучи несчастий, каких у меня по жизни воз и маленькая тележка.

Я все-таки подождала, надеясь, что Томи ответит мне. Однако, спустя час он так и не появился в сети, и я принялась за свое приобретенное после расставания с мужем хобби с приставкой "само-": критика, бичевание, уничтожение. Человек ко мне с открытой душой, а я, дура, его оскорбила. Только что теперь себя ругать? Сама, как обычно, наступаю на грабли.

Через два с половиной месяца после расставания нас развели с моим неверным мужем. Но никакого дележа имущества не случилось, как и моральных "отступных". Их за причиненные мне страдания профессор Седлак выплачивать не собирался.

Кстати, на суд прибыла мамзель моего бывшего мужа. Живая и невредимая после нашего последнего обмена мнениями Изольда Лазаревна довольно сдержанно вела себя на недолгом судебном заседании.

Из-за гордости я заглушила в себе любопытство, состроила маску пофигистки и не поинтересовалась, что за грохот случился в ее питерской квартире во время нашего с ней телефонного разговора...

Когда я вышла из здания суда и вдохнула свежий воздух, у меня вырвалось само собой:

- Ура, свобода!

Начав трудиться в коллективе, похожем на большую и дружную семью, я вскоре узнала, что мой шеф пан Балог - директор фирмы, основавший предприятие по оптовой торговле, обитает в пригороде Кошице в огромном доме, где, по его словам, умещаются и уживаются несколько генераций плюс масса домашней живности: куры в отдельной загородке, две собаки, коты в постоянно растущем количестве, два наглых суриката и чистюля-енот, и даже оставшийся после смерти его бабули, бывшей работницы зоопарка, хамелеон.

Теперь за ним приглядывает дед - в отдельной квартире. Родители шефа обитают в половине дома, тесть и теща - в гостевом флигеле, а в большей части трехэтажного особняка живет он и жена с тремя сыновьями четырнадцати, шестнадцати и восемнадцати лет, которые готовятся в следующие годы вылететь из родового гнезда, чтобы получить образование.

Работать в коллективе под руководством моего начальника мне доставляет удовольствие. Никакого напряга.

Спокойного по характеру пана Балога удается раздраконить до сопящего, но не орущего, а только бухтящего состояния лишь его отпрыскам, постоянно попадающим в какой-то замес. Для остальных начальник - всегда и без исключения адекватный и ответственный руководитель.

Так случилось и недавно, когда моему шефу позвонила сначала жена, а он, после разговора с ней, тут же набрал номер старшего сына. Я, хочу этого или нет, все слышу, сидя за своим столом, в приемной.

- Ижак, твою мать, ты довел мать!... Ты еще спрашиваешь: "Куда?". До меня! Да, она уже звонила! Какого ... ты там... что б тебя... делал на её новой тачке, если в это время у тебя контрольная по алгебре в школе? А? Молчишь? Почему без разрешения взял ключи? Раздолбай, ты, а не сын!... Вечером готовься, я приду!... Поговорим! Что? А ты не обнаглел? Нет! Слышишь, я против! Ни на какой день рождения ты сегодня не пойдешь!...Ааааа, это у дочки директора фабрики пана Ш. семнадцатилетие?!... А подарок? Да, сейчас добавлю тебе на телефон еще. Сколько? Триста евро? А, я понял... Тогда, переведу тебе пятьсот. Купи, конечно. Ее папа это оценит! Давай, сынок! Удачи тебе и хорошо отметить! Девочка достойная! Смотри, может, невестку мне в дом готовишь? Ты там не подкачай, веди себя прилично!... - слышала я из кабинета.

Зная, что последует вскоре, я встала и открыла шкаф. Все угрозы моего шефа были, как правило, бесполезны. Добрую натуру папаши знают все в его семье и пользуются этим по полной...

- Миииха-ээээла, что назвалась мне Ми-ши-коооо! - услышала я нараспев зазывные нотки в голосе босса.

Он любит подвывать под нос что-то из песен своей юности, а теперь и мое имя превращает в ушираздирающую песТню.

И сейчас! Еще не отойдя от нервного срыва, защебетал! Сразу после окончания морали своему сыну, только что разбившему новенькую "Шкоду" матери о чей-то "Фольксваген Гольф"...

- Да, шеф! - нажала я кнопку переговорного устройства между приемной и кабинетом, зная наверняка, что он скажет.

- Хочу сладенького!

- Иду! - отозвалась я, вскакивая, чтобы поскорее успокоить начальника.

- Ты, моя умница! Какая прелесть, дай еще! Ну, что ты жмотишься, покажи мне всё, что у тебя там есть! О такой секретарше я всю жизнь мечтал!

- Рада слышать и обещаю и дальше стараться...

- Какая вкусная! Это же восторг!

- Вы правы, шеф, это и есть "Восторг"!

- Ты тоже его любишь? Подожди, ты неправильно делаешь. Не надо кусать, возьми на язык и всоси! А?! Так же намного лучше?! Да?

- Да, это кайф! Мне еще вот что нравится, попробуйте!

- Вытащи мне сама, да, можешь всунуть в рот, а то я тут пальцы и всё измазал!...

- Какая мягкость на языке, просто тает во рту!

- Ты для меня - находка! Как мне с тобой повезло, девочка Михаэлочка! Понимаешь с полуслова... А давай, это попробуем!

- Ага! Я с вами уже так напробовалалсь.... Совсем распустилась! Не слежу за собой! Скоро живот начнет расти...

- Не переживай, ты такая молодая... стройная очень... Сладко-то как... Это волшебство!

- Ни фигаааасики... А по мордасикам?... Вот, наглёж! Дверь даже не закрыли! Вы чем тут занимаетесь? - нагрянув внезапно, разрушила нашу идиллию с моим руководителем пани Балогова.

Супруга босса собственной персоной! Но, оценив за мгновение картину маслом: "Шеф и его секретарша", дальше она не сделала и шагу. Лишь вытаращила на нас глаза.

- Петра, леблядушка моя! - как ни в чем ни бывало с полным ртом и измазанными в шоколаде губами поприветствовал муж свою жену. - Конфетки хочешь?

- Лукас, я слышала из коридора такое, что немедленно решила с тобой развестись... А тут... Еще страшнее! Это же катастрофа, Балог! Ты снова жрёшь сладкое?! А потом мне тебе сахар мерить дома и доказывать, что глюкометр в порядке и не сломан?!

- Не взбивай в воздух свои перья, леблядушка моя, заботливая! Я еще парочку съем и все! - пообещал он.

- Какая парочка!... Мать твою за ногу! Ты же не ребенок, а взрослый мужчина, у тебя внуки скоро появятся...

- Шеф, у вас тут все в порядке, а то я на крики прибежал... - втиснулся в наш нечаянный междусобойчик охранник.

- Ничего не случилось! - подтвердила я.

Потому что раздраконенный заявлением жены о грядущих в его семье незапланированных внуках пан Балог повысил голос.

- Это от кого? Нееее, мне на сегодня для сноса башки разбитой машины хватит... Или наш сынуля Ижак кого-то осеменил?! Что? Не Ижак?! Неужели Кристиан? Я же ему говорил, чтобы в порновидео по ночам не заглядывал!... Петра! Признавайся! Я целыми днями в конторе.. Это ты должна за детьми смотреть! - отбивался как мог мой шеф и незаметно от жены, в этот момент отрицавшей скорое появление внуков в их семье, смыкнув меня за край юбки, еле слышно прошептал, кривя губы: - Мишка, брось кулек! Да, туда в ящик, вниз. А то плакали мои конфеты...

Когда я выполнила приказ попавшего под раздачу жены главнокомандующего фирмы, последний продолжил заливать сироп в уши своей ненаглядной:

- Петра, душа моя! Я без сладкого, как без твоих ласк! Это же для возвращения на посадку моих улетевших нервов! Из-за твоего избалованного сыночка Ижака!...

- Чего так убиваться и сахар в крови повышать? Мой отец уже поговорил с владельцем помятого "Фольксвагена"! Да и страховка все покроет! А ты мне новую машинку купишь! Да, ягненочек?

- Я же три дня назад тебе "Шкоду" подарил!...

Я потихоньку слилась на свое рабочее место в приемную, чтобы приготовить один несладкий зеленый чай и двойной эспрессо с тремя ложками сахара. Первый - для Петры, а второй для шефа. В процессе работы и подобных встреч изучила их вкусы.

Вечером, возвращаясь пешком из офиса домой, я зашла в магазин, где продавщицы в кондитерском отделе меня видят регулярно, наверное, уверенные, что я лопаю сладкое в несметных количествах!

Я снова купила новые конфеты - полтора килограмма. Брала по пять-шесть штук разных на вкус с открытой витрины на развес, но по одинаковой цене за 1 кг.

Мало ли, завтра у шефа случится новый форс-мажор и ему надо будет его чем-то захавать?!

Если на работе хватает дел и "развлечений" с начальником, дома меня ждет ежевечерний завал. Мыслей. Скуки. Одиночества. Самокритики из-за нападавшего из каждого угла квартиры депрессняка.

Смс домой, а иногда и короткие разговоры с родителями, редкая переписка с Каткой, а также общение с парой девчонок из университета - вот и все, что я сейчас имею, чтобы поговорить с кем-то вживую!

Я огорчаюсь и по другому поводу. Постоянно активный в группе "Fiat Punto" хорват Томислав куда-то исчез, не написав мне больше ни строчки и не позвонив.

Мне надо как-то успокоиться. Снова поверить в свои силы. Перестать себя постоянно казнить. За потерю не родившегося малыша. За то, что я не умею быть такой яркой и завлекательной для мужчины, как та медсестра - ролевуха, входящая несомненно в список любовниц Трахика и, соответственно, "научных муз".

Ежедневная работа и никакого просиживания на лекциях в университете или зубрежек перед экзаменами помогли мне день за днем собраться с мыслями и подумать о будущем. Главное, я перестала к кому-то подстраиваться и о ком-то, кроме себя, заботиться!

Постепенно я вошла во вкус: неспешно просыпаться, идти пешком к зданию офиса на Южна Трида (*словац. Južnа Triеda), начинать день с приготовления кофе. Двойного эспрессо - для шефа и кофе с молоком - для себя.

Неожиданно появилась масса времени. Иногда после работы, но чаще в какой-то из выходных дней я начала придумывать себе маршруты поездок. По городу или в ближайший пригород. Однажды позвонила пану Харвану, своему учителю в школе вождения, и приехала к назначенному часу к парковке у одного из супермаркетов.

- Садись на заднее сидение, у меня урок с этим юношей. Покатает нас... Заодно, для тебя - повторенье - мать ученья! - пригласил меня Лойзо.

Парень-ученик держался достаточно уверенно за рулем, но когда на перекрестке у него заглох мотор из-за не вовремя переключенной передачи при наборе скорости, Лойзо помог ему и заметил:

- Не смей рулить одной рукой! Мишико, это он перед тобой выпендривается! Да, Золтан? А моя ученица Михаэла всегда слушала меня беспрекословно!

Золтан скосил глаза на рядом сидящего пана Харвана, а тот неожиданно для меня продолжил лить дифирамбы в мою сторону.

- Да, сдам я с первого раза! Мне отец "КИА" автомат купил, а вы меня на механике заездили... - обиделся парень, выполняя задание инструктора: парковку в тесном кармане между двумя машинами.

- Сдашь, кто спорит? У меня нет недоучек! Но сдавать будешь на механике! На автомате ездить любой бабуин с половиной извилины в голове умеет... - успокоил его учитель.

После мотания по городу, проб парковаться в самых тесных и неудобных местах, Лойзо отпустил Золтана, а сам спросил:

- Ну, рассказывай, Мишико, блондинка и красавица, сколько тысяч км накатала?!

- Пан Харван, вы хватили! - удивилась я и пригласила учителя на кофе, чтобы рассказать, как я отважилась съездить к своим в деревню в двенадцати километрах от границы с Венгрией, послушать его байки о непутевых учениках в автошколе и, просто, поболтать, скоротать вечер.

Я бы с удовольствием сейчас посидела в этой же кафешке с моей рыжей подругой, но с Жилкой мы по-прежнему не общались.

В мой распорядок дня входили прогулки пешком и на машине, мелкие закупки в магазине, одиночество дома и ежедневная приятная работа секретарем.

- Пан Балог, на обед, на минут сорок отлучусь.- предупредила я, как обычно, в один из дней шефа.

- Принеси мне чего-то сладенького!

- Ага, а потом от вашей жены секир-башку получу...

Выйдя на улицу, я раскрыла зонт, так как шел дождь, и пошла в сторону киоска стрит-фуда. Заказав там vyprážaný smažený sýr и kofola (*словац. Выпражанский жареный сыр и лимонад), я вдруг увидела в метрах двадцати от меня проходящих мимо Седлака и знакомую темноволосую деваху - его "научную музу". Ту самую, что пару месяцев назад спустила с лестницы! На ней было надето уже не кашемировое пальто персикового цвета, а по погоде - голубой брючный костюм и кожаные черные ботильоны на шпильке.

Ни у Драхо, ни у его спутници не было зонта, я же свой теперь немного опустила вниз, чтобы скрыть лицо и оставаться для них незаметной.

Парочка двигалась в сторону известного мне ресторана, куда профессор пригласил меня - тогда еще студентку после несданного экзамена. Трахик и его девушка о чем-то оживленно разговаривали и не обращали никакого внимания на прохожих.

Вскоре мой бывший муж и его новая пассия почти вбежали в krčmу (*словац. корчма, харчевня), спасаясь от припустившего дождя.

Я прислушалась к себе и поняла, что никаких эмоций ни профессор Седлак, ни его спутница у меня теперь не вызывают! Это меня порадовало!

- У нее дорога в никуда с моим бывшим только начинается, а у меня, слава Богу, этот путь уже закончен! - проговорила я тихо, хотя под шум огромных капель, под навесом у полупустого киоска, меня и так никто не слышал.

В памяти, словно на ускоренной перемотке видео, промчались картинки моего замужества и неудавшегося семейного счастья.

- Беда прошла и теперь меня не касается с кем ты и где! - сказала я себе, откусывая кусочек поджаренного во фритюре сыра. - Теперь будет все хорошо! Я могу и буду счастливой!

Это осознание вызвало у меня вздох облегчения.

- Что такое веселое ты съела сегодня Михаэла? - вгляделся в мое лицо шеф, словно увидел в первый раз, когда я после обеда принесла ему документ на подпись.

- Жареный сыр и кофолу!

- Не густо!

- Достаточно, чтобы понять, как дальше жить! - огорошила я директора.

- Ого! Ты уверена, что тебе в колу ничего не подсыпали?!

- Да! Пойду поработаю.

- И то дело, - пробормотал пан Балог, дальше просматривая документы, что принесла и оставила ему ранее главный бухгалтер.

Вечером после работы я открыла лэптоп, надеясь пообщаться с кем-нибудь из старых и новых знакомых. Но огорчилась, увидев, что сегодня на мессенджер мне никто не прислал сообщений. И Томислав куда-то подевался!

Что за непруха?! Сегодня пятница, а значит, впереди три совершенно пустых вечера, вместе с выходными днями, когда я буду сходить с ума от скуки и одиночества...

Тогда я решилась на то, что давно уже должна была сделать. Я позвонила подруге.

- Жилка, я тебя не разбудила?

- Нет! Мишка, что у тебя случилось? - спросила она с волнением в голосе.

- Все норм. Я просто хочу у тебя попросить прощения... - начала я, но подруга перебила меня.

- Ну, нет! Так некузяво пробуешь мириться? С до жути верной и вообще самой лучшей в мире подружайкой?! - воскликнула Жилка, чем подняла мне сразу настроение.

- А как?

- Вечно тебя с тормоза надо снимать! - пробурчала она и продолжила назидательным тоном. - Берешь бутылки вишневого ликера и сливовицы, а то и по две, вызываешь такси и приезжаешь! Я тебя при встрече на пороге в квартиру немного обматерю - за дело! Ты мне что-то пробухтишь в оправдание, а потом обнимемся, поцелуемся, пойдем на кухню. Устроимся на теплых и мягких седушках, вздрогнем по первой, второй, "надцатой" - поговорим за рюмочками! Я как раз страпачки капустные готовлю (*словац. Strapačky - маленькие галушки, которые подают с жареным луком, шкварками, тушеной капустой или грибами).

- Ой, слюнки потекли! План понятен! Одеваюсь, жди, без меня не лопай!

Сняв пижаму и натянув на себя джинсы, толстовку и кроссовки, я выскочила из подъезда дома в летнюю вечернюю суматоху города. Вскоре в магазине я купила по бутылке вишневой (любимой Жилкой) и сливовой настоек. Секунду подумав, раскошелилась на более изысканное средство для предстоящего всенощного "мирного соглашения" - облегченный вариант Татранского чая - Tatratea Coconut (*словац. - самый легкий ликер из всей линейки крепостью в 22 градуса со вкусом жареного кокоса, меда и чая с молоком).

Остановив такси, я сказала адрес нашей с Жилкой бывшей квартиры и направилась мириться с подружкой, чтобы уже никогда с ней не ссориться!

ТОМИСЛАВ

Наши с Милом перелет из Крайстчерча в Окленд, а затем возвращение из Новой Зеландии в Хорватию остались в прошлом.

Я и друг застряли на некоторое время в аэропорту Загреба, пытаясь попрощаться, потому что мой изменившийся в путешествии приятель, с ярким мелированием и стильной стрижкой, собирался отправиться дальше в Опатию на машине, оставленной им неделю назад на парковке.

- Удачи тебе, и мирного расставания с женой! Сообщайся! Когда будешь лететь в Крайстчерч, приеду в аэропорт проводить.

- Заметано, Томи, звякну на трубу заранее, как только разрулю все свои дела.

- Ты, по ходу, звони и делись проблемами! Я теперь чувствую себя ответственным за всё, что у тебя срочно меняется. Надолго ли только?

- Навсегда и бесповоротно!

Мы пожали друг другу руки и обнялись.

- Не зажимай меня так со своим новым причесоном! - предупредил я Мила, подначивая. - Смотри, как те тетки на нас пялятся! И не хлопай по заднице! Вот, блять! Двигай давай, и заёбки - шуточки в Новую Зеландию прихвати!

- Иди уже! Хватит самому меня подъебывать! Удачи, Томи и, спасибо, за поездку!

- И тебе успехов, Мил! Держись там в рамках, не трать нервы! Спокойного развода и расставанияс Йелицей!

Мне предстояло взять такси и, забрав из ремонта "Фиат", выполнить запланированные дела: скупиться в супермаркете и наполнить холодильник; съездить к Джагоде, поблагодарить ее за собачий пансион, подарив бутылочку новозеландского Пино Нуар, и вернуться домой с моей верной любимицей Морой, потому что очень соскучился по своей собаке!

Я собирался погулять с ней в парке Зриневац. Пройтись мимо музыкального павильона, чтобы послушать минут пять-десять живую музыку. Еще я планировал созвониться сначала с папой, а потом обязательно с братом Марека Златаном. Многое рассказать. И лишь выполнив всю намеченную на этот вечер и ночь программу, завалиться в кровать и поспать. Потому что, как ни крути, я и Милан успели перестроить себя на новозеландское время, отличное на десять часов от Хорватии.

Но как только я успел уснуть, сделав намеченное в день прилета в Загреб, мой мобильный зазвонил и завибрировал одновременно. Мора, лежавшая в ногах, даже не подняла голову. Она, как и я наслаждалась привычной домашней обстановкой и мягкой постелью.

- Томи! Помнишь анекдот, когда муж возвращается раньше из командировки?

- Мил, давай утром расскажешь. Я сплю.

- Даю отсчет! Сейчас подскочишь! Я приехал, открыл дверь ключом...

- Короче, дело к ночи! - пробурчал я, зажмурив глаза, чтобы не прогнать только что снившееся.

- Йелица и ее бывший сидели голые на кухне и ужинали.

Я высказался, употребляя только балканские матерные конструкции, от которых могут свернуться уши трубочкой и уже никогда не выпрямятся в нормальное состояние.

- Вот и я так подумал! - согласился Милан. - Представь, как я обрадовался! Чуть не расцеловал их!

Я уже не лежал, а сел, в шоке от новости друга.

- И что дальше?

- Ну, я им такой, млять, улыбающийся до ушей говорю, мол, сидите-сидите, приятного вам аппетита, дорогие мои, я только вещи свои соберу... Мешать вам не буду! Они одеться хотели, а я их успокоил. Мол, оставайтесь в этих милых костюмах! Как уйду, так быстрее продолжите трахаться!

- Ну, ты и дипломат! Уважаю! Я бы все-таки для приличия пару раз в морду любовнику твоей жены заехал. На нее б гаркнул. Так, не злобно, но для проформы, чтобы обделалась. Не помешало бы...

- Томи, я ведь всю дорогу из Новой Зеландии себя мучил, раздумывая, как и что сделать, чтобы расстаться с женой без скандала и побыстрее. А тут - подарок с неба! Ее измена! Теперь у меня руки развязаны. Завтра подаю на развод!

- Понятно! А сейчас ты где?

- У приятеля одного. Мы с ним в тренажерном зале познакомились!

- Жаль.

- Что тебе жаль? Классно же все вышло!

- Жаль, что Йелица не успела разглядеть твою новую прическу!

- Разглядела! Но сразу, как я понял, она меня даже не узнала! Шары, обалдев от моего внезапного появления, вытаращила и, наверное, подумала, что кто-то чужой в квартиру вломился!

- Зашибись, как ты теперь изменился! Все-таки близко возле маори сидел! Осталось лишь татух наколоть, как у них, так тебя и родаки не признают!
- Ёб тебя намотай! Шутки неуместны! Татухи будут! Хоть прикалывайся, хоть нет. У каждого свой путь к счастью в любви!
- Понял! Не кипишуй!

Мы поржали с другом и в хорошем настроении попрощались.

Через две недели в аэропорту Загреба мы встретились с Милом снова. Расчувствовавшись и не сдержавшись, я прошелся рукавом по глазам, чтобы не выдать слез.

- Когда теперь на родину прилетишь?

- Томица, только ты не начинай! Мне мать этот вопрос раз двадцать повторила. Отец надулся. Благословения от них я не получил. Брат до сих пор ныряет. На всех забил! По телефону только поговорили...

- В этом сезоне его клуб любителей дайвинга закрыт?

- Нет, отец сдал в аренду одному из парней, что с Боро каждое лето работал. Там ведь оборудования больше, чем на полмиллиона евро... Знаешь, Томи, я поговорил с братом и не узнал его. Как подменили! Он вообще возвращаться не хочет! Наши старики в трансе. И я, и Боро по разным концам света зашарились...

- Да, непросто им. Если буду проездом в их краях, зайду. Спрошу, какая помощь им нужна или свозить куда на материк надо, к родственникам или в поликлинику... Не переживай, возьму над тэтой Дубравкой и дядей Анте шефство! Будешь звонить им, предупреди, чтоб не отказывались.

- Друг, ты меня выручил. Даже не ожидал! Хвала пуно!

- Ты теперь иногда к Мареку наведывайся. За меня тоже ему рассказывай...

- Ну, чего ты, Томи, и я раскисну теперь. Конечно, буду наведываться. Не реви, слышь?

- А сам? Сейчас из глаз фонтан брызнет.

Мы прощались неизвестно на сколько.

- А свадьба будет?

- Мы с Кайей по их традициям обряд проведем, в общине свадьбу отпразднуем, а распишемся в будний день, без официоза и нарядов. Она согласна с моим мнением. Мне теперь вся эта херня с кольцами, подарками и другими прибамбасами не важна. Главное, счастье не спугнуть, как Кайя говорит. А оно у нас есть!

- Дай Бог! Удачи тебе с твоей маори и берегите ваше счастье! Я тут тебе подарок с Кайей приготовил. Распечатаете, как поженитесь! - сказал я и вручил другу конверт. - Не забывай, раз в год хотя бы звони!

- Раз в три, нормально? Чтоб сильно не надоесть... За подарок, спасибо! Ты в последнее время столько денег профукал...

- На доброе дело, Мил! Иначе бы тут сейчас не стоял и не готовился улететь к любимой на другой континент!

- Ага, оставался бы в Опатии с Йелицей и с каждым днем мои рога бы росли - росли, пока бы шею не сломал... Да, ну ее! Забыть бы быстрее! Это все херня! Я же скучать по тебе буду, мужик!

- Мил, вечно ты серпом по яйцам водишь... Ты только не пропадай с радаров, объявляйся иногда. Я серьезно прошу!

Мы шутили из последних сил. Но грусть от расставания душила.

- Если что, помощь какая, подсобить, прибить, курятник построить в деревне твоих новых родственников, зови, я тут как тут!

- А то! Рад буду! Недалеко ведь...

- Рукой подать! Через парочку океанов... Два раза налево, потом прямо - и в Антарктиду упрешься!

- Томи, мне тесть пообещал новых татух наколоть и обряд посвящения в маори провести. Еще их эти танцы... И языка не знаю...

- Опа! Бздишь?

- Ага. Я мозги засрал. В последнее время пересмотрел столько о племени маори! Там и каннибалы имелись. А однажды, это давно было, целую команду моряков с бригантины схавали...

- Мил, так это ж в средние века, наверное, случилось? Ты сейчас на позитив настраивайся! Не читай и не зырь всякую хрень!

- Ты прав! Давно съели...

- Знаешь, какое я тебе задание дам?

- Что еще придумал?!

- Сейчас серьезно. Ты там, в Новой Зеландии, теперь за себя и за Марека нашего счастье лопатой греби! И не вздумай устать! Усёк?!

Друг выпучил мокрые от слёз глаза, кивая мне.

- Это ты правильно сказал! И тебе, Томица, желаю найти верную и достойную женщину, чтоб сердце к ней лежало! Ну, и все остальные части тела... стояли! - он заржал.

Я обнял Милана и, не сдержавшись, взъерошил его уже отросшие светлыми корнями патлы, после красно-черного с оттенками бронзы мелирования.

- Если Кайя тебе новый образ сваяет, звони, продемонстрируешь! Жаль, что по времени жизни мы теперь будем не совпадать. 10 часов - не мало...

- Томи, для нашей проверенной годами дружбы - это, мля, пшик! Если конечно культурно выражаться. - сказал он, хохотнув. - Я на созвоне 24 на 7. В любой момент. Понял? Иначе, что за такая мудачная дружба, если , когда жуть как надо выговориться, нельзя меня побеспокоить?!  
- Мило, я тоже так думаю. Ценю, что ты есть. И... звони, если что... Но пусть все будет у вас с Кайей супер и даже лучше!
- Хвала пуно, Томица!

Я помахал Милу, когда он направился проходить контроль.

- На созвоне! - крикнул он свою привычную фразу при прощании, приложив ладонь к уху.

Через двое суток я услышал его голос снова. На часах по хорватскому времени было 22:09. В Новой Зеландии, соответственно, уже наступил следующий день: 8:09.

- Привет, путешественник!

- Томица, привет! Я уже дома. Долетел нормалек! Еще раз спасибо за финансирование моей дороги! Кайя рядом! Сейчас с тобой поговорю и пойдем завтракать! Встретила меня на машине, накормила. Я ее уже нескольким словам по-хорватски научил! Забавно произносит!... Ржу с нее! А она мне некоторые важные понятия объясняет, чтобы я не лопухнулся перед ее родичами! Попозже начну искать вакансии. Главное, разрешение на работу получить. Но тут у моего будущего тестя столько родственников и знакомых в городе и в округе! Короче, в семье сказали, что проблем для адаптации не будет.

- Ну, а настрой? Внутри - в душе как, если по чесноку?

- Томи, пиздец, но положительный!
- Таких не бывает. Ты правду говоришь? Колись! Если что, я тебе деньги вышлю и мотай обратно! Домой!
- И не подумаю! Я в раю! Если не учитывать сегодняшнюю погоду. В Крайстчерче - после 26 градусов в Загребе, когда ты меня провожал, сейчас плюс 11 и моросит холодный дождь. Все-таки июнь уже - первый месяц зимы здесь! Но! Меня понимает и любит прекрасная девушка! Видишь, как она тут рядышком ко мне прижимается?! Я от нее без ума... Понимаю теперь - никого до этого так не любил! Счаа, переведу ей на английский, о чем мы трындим! Скажи, друг, разве это не счастье?!

Алкоголь в малых дозах безвреден в любом количестве.

Михаил Жванецкий

Женщины ссорятся только с теми,

с кем потом хотят помириться.

Остальных они посылают.

Андре Моруа

МИШИКО

- Что так долго? Целый час жду! Злая и голодная! Страпачки придётся разогревать! Или ты не на такси приехала, а плелась своим ходом в шаговой скорости до центра и потом кружила, искала парковку? Ты же знаешь, что в это время в нашем квартале гиблый вариант где-то прижаться... Разувайся! На, тапки!

- Сначала, привет, моя рыжая лиса! Дай я тебя обниму... соскучилась до жути! Жилка, я не на "Фиате", а на такси. Главная (*Hlavná ulica - название улицы в Кошице) и, наверное, все подъезды к центру, забиты. Чтобы не стоять в пробке, я бросила таксиста и дальше на говно исходить от нервов и побежала напрямик... Как я тебя все-таки, сучку мою красивую, люблю!

- И я! Ой, я ж тебя обещала обматерить... - щебетала моя подружка, сжимая меня в объятии, словно мы, и правда, не виделись целую вечность, а не пару месяцев. - Да, ну, ладно! Проходи так, не обруганная! Как же я по тебе, Мишка, скучала, коза ты моя драная! Мишико, девочка, ты что, похудела на фоне суда с Седлаком? Куда тебе еще скидывать, скелетина ты моя родная! В талии переломишься... Пошли на кухню, у меня давно все готово! Откормишься у заботливой подруги!

- Жилка, я чего по пути к тебе задержалась?! В центре столпотворение потому, что в Соборе органный концерт сейчас.

- Я тут тебя жду, а ты по концертам шаришься!

- Я в твою сторону спешила, но потом на Главной площади, как завороженная только на звуки органа шла. Там не протолкнуться у Кафедрального... Извини, но я минут пятнадцать, как околдованная слушала... И сейчас в ушах эти божественные звуки!...

- В Соборе Святой Элжбеты? Недавно там с Тино в Северной башне встречались, на смотровой площадке...(*Словац. Dóm svätej Alžbety — католический Собор Святой Елизаветы Венгерской, кафедральный собор архиепархии Кошице. Памятник архитектуры, крупнейшая церковь Словакии и один из самых восточных исторических готических соборов Европы).

- Я слышала от людей на площади у костёла, что Мартин Вернарский сегодня играет...

- Теперь понятно, чего ты такая не накрашенная примчалась, но до одури одухотворенная! Но выглядишь классно! Без всяких закидонов! Личико светлое! Не то что в "драхоседлачные" времена твоего замужества...

- Давай, не будем вспоминать... Стой! Ого! Куда?! Сколько ты мне страпачек наложила!... Я ж не бегемотиха такую порцию слопать!

- Так это ж на всю ночь и до утра! Смотри, у нас хватит тем для разговора! - аргументируя и наполняя тарелку себе, Жилка показала на вытаскиваемые из рюкзака и выставляемые мной на стол бутылки облегченного десертного варианта Tatratea, сливового и вишневого ликеров.

- Тогда съем! Давно страпачки не хавала! Чего это ты возилась с ними, ждала кого?

- Ждала, но когда ты позвонила, сходу отшила Янека! Кроме тебя никого сегодня не хочу видеть. Вот и хорошо, что он не пришел! Мишка, я с ним случайно по пути в автошколу познакомилась. Подвез и в тот же день в ресторане поужинали... Проходной вариант, рассказывать не о чем! Главное, мы с тобой миримся! Начинаем с моего любимого, вишневого! Дай, сама налью, краёв не видишь?!... За ремонт нашей дружбы - по первой!

- Я к родителям в деревню своим ходом смоталась, представляешь?

- Охренеть! Мой респект! А я экзамен по теории сдала, а на вождении срезалась! В зоне "30" пропустила перекресток и проехала, не сбавив скорость. Дядька еще такой вонючий попался, экзаменатор, высадил меня там же, на задворках Кошице. Я еле такси себе вызвонила, пришлось пилять полквартала в частном секторе, искать какой-нибудь адрес, откуда смогу выбраться, если он подъедет...

- Когда теперь следующая проба?

- Пока не наезжу добавочные часы... Ничего, прорвусь! Сдам!

- Хочешь, я своему автоинструктору Лойзо для тебя завтра с утра позвоню? С ним позанимаешься. Он очень хороший учитель и, как человек - мужик что надо!

- Нееее, я со своим останусь. Зря, что ли, с ним замутила?

- Ах, вот оно что! Ну, и как?

- Никак! Хрень, а не секс. Мой инструктор на морду лица симпатичный, внешне - мачо куда там! А в штанах - ноль!

- Импотент?

- Нет, мать его, "потент"! Но маааленький... искать надо. Перцу - тридцатник, смазливый, и на язык, ваще, как послушать, гигант порева!

- Это не такой белобрысенький? На бейдже Kamil значилось, а фамилию я не запомнила. Меня в школу оформлял, когда я в первый раз пришла... Как котяра в мартовском тонусе!

- Да, Камил! Неудовлетворенный по жизни, потому и в постоянном поиске. Но тонуса там, как такового, нет! Не повезло, парнише, сам метр восемьдесят, а пиписька не выросла. - Жилка это сказала, а потом скорчила гримассу и низким голосом продолжила: - Я руку засунула и не пойму! Бдодинка? Не родинка! Бдыщик? Не прыщик! Висячая БОДОДАААВКААА!

Я чуть со стула не упала от смеха, представив живую картинку, как моя рыжая подруга такое нащупывает! Вот бы ее физиономию с удивленным ступором сфоткать в тот момент...

Но Жилка лишь улыбнулась и продолжила серьезно:

- Я с ним два раза еле-еле перепихнулась, и то, только из-за уроков по вождению. Он ведь нехило на меня запал! Погляди, вот, браслет золотой надел, а я... - она выставила левую руку с изящным украшением в виде незамкнутого кольца с прозрачными вставками драгоценных камней на концах. - Ну, ты сама знаешь, каких жеребцов имею! Так выпьем же за то, чтобы нам попадались только богатые, с умелыми пальцами и с большими членами!...

- Важный тост! - согласилась я, пригубив алкоголь и наколов на вилку страпачку с жареным грибочком.

- Жилка, хотела спросить, тебя наша Франтишка на свадьбу тоже пригласила?

- Да! Я сразу подумала, вот бы с тобой на твоем "Фиате" к ней поехать! Не хочется по жаре на бусике, пропахшем дизелем, в Токай-Хедьялья переться. Тем более, там, как Франтишка расписала, обалденные виды на Земплинске-Врхи и Земплинские горы (* в Словакии - восточные отроги Карпат).

- Заметано! Я бы сама еще подумала, на своих колесах или автобусом... Но если ты со мной поедешь, то мне увереннее за рулем будет!

- Туда дорога - всего ничего, меньше сотки км, но я хочу погулять на халяву! Раз такая оказия случилась! Если в четверг выедем, в пятницу и субботу на свадьбе позажигаем, а в воскресенье можно к вечеру домой! Тебя с работы отпустят? Все-таки не родственница замуж выходит, а студенческая приятельница.

- Спрошу у шефа, но все зависит от текучки, если много заказов придет, то Балог может и не дать отпуск. Жаль. Хотела давно в Токай съездить, да и на супермена-винодела поглазеть, что нашу Франтишку соблазнил! У нее такие запросы, что и королю ничего не светило!

- Это точно! Но свадьба будет богатая! У жениха Франтишки и его семьи виноградников - охренеть! Они своим заводом владеют... Слушай! Хочешь, я к твоему боссу в своем бесстыжем рыжем прикиде подкачу?! Сразу разрешит тебе со мной в Токай смотаться! Винца ему там купим марочного...

- Петра патлы оборвет.

- А это у нас кто такой смелый?

- Жена шефа. Она не работает, как бы дома должна сидеть, в пригороде, и трех сыновей воспитывать, но практически каждый день появляется в офисе. Подкрадывается незаметно! Пару раз напугала... Надоела!

- Пасёт муженька?!

- Ты бы видела Балога! Носорожка - больше центнера весом, толстяк-добряга! На кой фиг его пасти? Жилка, он, кроме сладкой жрачки и бизнеса, ничем и никем не интересуется! Ну, детьми немного...

- Тогда, сама тортиками и конфетами разруливай свой отпуск! Для меня - не вариант с твоим Балогом даже на миг пересекаться! Время и кураж на пухляка тратить, когда вокруг столько жеребцов необъезженных!

- О! Идея - класс! Спасибо! Подкачу к нему с его любимыми желейными и с ликерными конфетами! Он не устоит! Даст мне!

- Что даст? - расширила глаза Жилка, снова наполняя рюмки. - Неужели у тебя, недотроги, с шефом все на мази и он тебя...

- Отпуск даст! Ты не меняешься! Ни о чем, кроме секса, не думаешь!

- Мишико! Секс - это жизнь! Я о тебе еще думаю, как о своей подружке!

- Подлиза! Так что, когда надо к Франтишке выезжать?

- Лучше примерно в шесть или семь вечера в четверг отправимся. Глянем, сколько по навигатору будет... Пока доберемся, туды-сюды, усталые и никакие... Там где-то надо будет на ночлег устроиться, я в интернете посмотрю и зарезервирую, чтоб нашу невесту не напрягать этим, а на следующий день - у нее свадьба.

- Блин! Нечего надеть!... Хочется что-то отпадное! Длинное в пол и секси!

- Тогда, как допьем все напитки для ремонта нашей дружбы, покемарим часок, и пойдем по центральным бутикам нам с тобой платья шиковые смотреть! У меня бабла достаточно, новый жених подкинул!

- Ни херасики! Мы уже первую бутылку закончили, а ты до сих пор молчишь о такой офигительной новости! И не телишься?! Кто же счастливчик? Из наших "золотых мальчиков" студентов или просто из Кошице - спортивного керла нашла?!

- Мишка, он вообще не местный и даже не словак!

- Что-то новое и не в твоем стиле... Где откопала?

- Мне его крестный подгрёб, неожиданно, нагрянув сюда по делам. Позвал на бизнес ланч в ресторан. Ну, ты знаешь, он - важный мужик, концерном владеет... Я такая, ничего не подозревая, не красилась почти, только, чтобы не позориться в ресторане и перед моим крестным-олигархом, платье красное нацепила с замшевыми черными шпильками...

- Что за красное?

- Помнишь, мы вместе его с тобой покупали на распродаже? Ну, ты еще ржала с меня, когда я чуточку наклонилась...

- С пышной юбкой и очень короткое? Помню! Ты в нем, как принцесска, если волосы распущенные! Для первого свидания - беспроигрышный видок!

- Ага! Так и было! Вхожу в ресторан, а там: "Познакомься, Анджела, с моим деловым партнером Крыстофом Рокусеком, совладельцем сети банков и сыном старейшего, можно по праву сказать, аристократического рода!" И лыбятся оба так, что Чеширские Коты в отключке от наглежа. А этот банкир, как увидел меня, облизался. Натурально, Мишка! Язык видела! Я чуть вслух не выдала свое дежурное: "Имейте меня семеро!" Он же, как учитель физики в моей школе, очкастый и без бицепсов! Смотреть не на что! Но я думаю, и это как два пальца об асфальт, крестный с моими стариками в охренительном по замыслам сговоре, раз жениха мне под нос в Кошице из Брно притарабанил! Хотя, упакован этот Рокусек в очень дорогие шмотки, весь с иголочки!

- Чем дальше в лес, тем толще партизаны... Неее, пойдем на балкон, на свежий воздух, перекурим твою зашибенную новость! А потом Татратеа откроем, а то у меня эмоции сейчас из ушей попрут! Когда свадьба?

- Мишико, офигела, что ли?! Не так быстро!

- Давай, по-порядку! Первое и главное: как он в постели?

- Никак!

- То есть? Не возбудил? Или ты его еще не трахнула?

- Мишико, ну, я же все-таки девочка! Не с первой же ночи с банкиром... С другими - куда ни шло...

- Да, что ты! Ржу, не мааагу!

- Я при крестном и при Крыстофе - невинная фефочка. Строю из себя недотрогу и скромницу!

- А блядский огонь в глазах куда прячешь?

- Под солнцезащитные очки.

- А вечером и ночью?

- Мы с Рокусеком только три раза днем встречались, до ужина я его еще не допустила! Только пару раз пососались. И то, на прощание. Он уже домой в Чехию уехал. Теперь звонит и смс шлет, заебалась отвечать! Вчера параллельно с тремя переписывалась, и чуть по ошибке не послала Крыстофу фотку в новом белье и без, что мне Тино подарил.

- Так, остаемся строго по курсу! Налей и не отвлекайся на Тино! А зачем банкир тебе бабло дал? Или ты на работу к нему подсуетилась, пристроилась?

- У меня каблук сломался, когда я ему историю Кошице рассказывала, наматывая километры по нашим средневековым достопримечательностям...

- Сколько твои шпильки стоили?

- Пятьдесят евро. Они старые уже. Я их потом в ремонт сдала и починили уже! Но Рокусек об этом не знает. Он мне просто четыре купюры по пятьсот евро сразу в сумочку всунул и на руках хотел метров сто до машины нести!

- Ни фига себе! А ты говоришь, что он не накачанный!

- Ну, такой... не спортсмен, как мои ухажеры с кубиками на животе. Хотя я у Крыстофа еще не проверяла... Целку из себя еще некоторое время построю! Он жилистый. Нормальный, высокий чувак, стройный, одет в фирменное и дорогое, но какой-то не современный, что ли... Не знаю, как описать. Сверхобразованный и утонченный. Аристократ одним словом.

- Жилка, какого хера ты еще выкобениваешься?!

- Ой, Миш, сама спрашиваю... у мозгов.

- И что тебе отвечают?

- Молчат, суки... Давай, выпьем! Может, включатся. Пока не поняла, что мне с этим чехом банкиром делать! Поживу, увижу. Не долго осталось. Крыстоф хочет мне сюрприз устроить, на свадьбу к нашей сокурснице из Брно на вертолете прилететь...

- Я с каждой секундой херею!... - хлопнула я ладошкой по столу. - Дай мне бутылку, налью еще, запить эту новость. Значит, у него для встречи с тобой - красавицей даже вертолет в наличии имеется?!

- Ну, я же говорила, что он совладелец банковского холдинга. Как я поняла, со слов крестного, у Рокусека с дедом, отцом и с бездетным дядей - семейный бизнес. А он - единственный сын. Наследник империи! Короче, Крыстоф для мамашки и папашки - прынц!

- Жилка, хватай этого принца и рожай ему ваших наследников! Он же в тебя влюбился? А?

- Втюхался по самое не хочу. Дышать ровно возле меня не может! Но у меня флюиды пока в дороге! - вздохнула подруга и вытащила из под футболки цепочку с подвеской.

- Ну-ка, дай посмотреть! Настоящий?

- Ага, изумруд с огранкой "Сердце"! В нем восемнадцать бриллиантов. Это белое золото... Он мне футляр на прощальном обеде в ресторане подарил. Романтик, млять.

- И ты еще выёбываешься?! Парень к тебе с серьезным подкатом, а ты? Крестного подведешь, он же не от нечего делать тебя сосватал! Скорее всего в тени не хилые бабки крутятся.

- Мишико, а кто тебе сказал, что он парень? Этот крендель меня лет на двадцать старше!

- И до сих пор не обзавелся семьей?

- Вот, и думай, почему? Может, он маньяк какой?!

- Ой, перестань! В вашей парочке и гадать не надо, кто маньячка! Затрахаешь этого Крыстофа так, что он ошалеет... Хоть бы не сбежал от избытка оргазмов... Что рожу кривишь?

- Завидуй молча! Я шучу! Не дуй сразу губы!

- Я и не завидую! От счастья мужик с ума сойдет! Точно! - заверила я ее и пропела басовито, имитируя диакона в нашем деревенском костеле: - Благославляю, дева моя, Анджелаааа!... Жилка, ты как? Я чего-то устала, отключаюсь уже! Пошли спать, а?

- Закрепим еще нашу отремонтированную дружбу по порции Татратеа! Тут на дне осталось... а то скиснет.

- У нас? Ни капли не пропадет!

- Все! Теперь баиньки!