Отпуск с обстоятельствами

— Алиса, срочно отправь мне отчет за прошлый квартал! — голос начальника ворвался в мой кабинет с такой громкостью, будто я сидела не в офисе, а на рок-концерте у колонки.

Я подскочила на стуле, а кофе, который мирно дымился в моей кружке, предательски выплеснулся на клавиатуру. Несколько капель упали на отчет и размазали цифры в виде абстрактного рисунка. «Надеюсь, это искусство оценит кто-то в бухгалтерии», — обреченно подумала я и нервно принялась промокать последствия катастрофы салфеткой.

Антон Игоревич, мой босс, стоял в дверях, сверкая недовольным взглядом, как грозовая туча, готовая вот-вот разразиться громом и молниями. Я усилием воли подавила желание метнуть в него кружку и вместо этого надела на лицо улыбку, достойную актрисы второго плана из сериала о тяжелой судьбе офисного работника.

— Уже заканчиваю, Антон Игоревич, — бодро солгала я.

Он удовлетворенно кивнул и исчез в коридоре, а я в бессильной ярости сжала салфетку, представляя, как пускаю ее в него дротиком, прямо в его идеально отглаженную рубашку.

С трудом справившись с отчетом, который казался теперь врагом номер один, я нажала кнопку отправки и бросила взгляд на часы. Желудок напомнил о себе голодным урчанием, способным напугать даже соседей по кабинету.

— Все, перерыв! — твердо сказала я сама себе, вставая и чуть не опрокидывая кресло.

Через пять минут я уже сидела за столиком в небольшом кафе напротив нашего офисного здания. Кафе было типичным островком офисного счастья: пластиковые цветы в вазочках, слегка усталый персонал и запах кофе, способный на короткое время подарить иллюзию свободы.

Передо мной материализовался салат, названный в меню «Греческим», хотя от Греции в нем была только пара оливок и кусочек феты, который, кажется, уже успел повидать мир и пережить несколько экономических кризисов.

Я рассеянно жевала листья салата, уставившись в экран телефона, который на автомате открыл сайт с туристическими путевками. Зачем я продолжала перебирать их, было непонятно даже мне. Возможно, в глубине души теплилась надежда, что один взгляд на море и яхты спасет меня от окончательного превращения в офисного робота. Собственно говоря, завтра начинался мой законный отпуск, который я, скорее всего, проведу на работе. Все знали, что я никуда не уезжаю, а значит, дергать меня можно бесконечно — «Какая ей разница, ведь дома сидит».

Экран дразнил картинками, от которых даже у самого дисциплинированного работника сбивалось дыхание. Бирюзовое море, белоснежные пляжи и счастливые люди с бокалами коктейлей в руках издевательски напоминали мне, как выглядит настоящая жизнь.

Пальцы автоматически пролистывали восторженные отзывы туристов:

«Семь дней без детей и мужа! Лучшее решение в моей жизни!»

«Капитан яхты — просто чудо! Единственный минус — не смогла упаковать его в чемодан!»

Я не сдержала смешок, и молоденькая официантка с любопытством покосилась на меня. Я притворилась, что увлечена салатом, и вернулась к чтению.

Внезапно в глаза бросился ярко-красный баннер с нахальной надписью:

«Путешествие мечты всего за 30% стоимости! Осталось одно место!»

Сердце екнуло так, будто я случайно удалила из отчета пару важных страниц, а палец сам потянулся к опасной кнопке «Купить». В голове мелькнула паническая мысль, что на моем счету, возможно, не хватает денег даже на стакан кофе в дорогом кафе, но азарт уже взял верх.

— Будь что будет! — выдохнула я и поспешно ввела данные кредитной карты, закрывая глаза, как на экзамене перед объявлением результатов.

Секунду спустя телефон радостно сообщил, что покупка одобрена. Я с облегчением улыбнулась, чувствуя себя великим авантюристом, готовым бросить вызов офисному рабству.

Но счастье длилось ровно три секунды, после чего телефон ожил снова и завибрировал так настойчиво, будто внутри завелся полтергейст.

— Да, Антон Игоревич? — обреченно вздохнула я, мысленно проклиная свою доступность.

— Алиса, возвращайся немедленно! Клиент в бешенстве, срочно нужно исправить презентацию!

— Уже бегу, — уныло ответила я, грустно глядя на экран, на котором мигала надпись: «Поздравляем с покупкой!»

Тем же вечером моя комната напоминала поле боя после модной революции. Повсюду валялись летние платья, юбки, шляпы и купальники, а в центре этого хаоса возвышался чемодан, размером напоминающий небольшой шкаф. Я азартно забрасывала в него вещи, удивляясь, почему для недели отпуска мне потребовался весь гардероб.

— Платье или шорты? — задумчиво спросила я у кота, который наблюдал за моими сборами с равнодушием античного философа. Кот неопределенно дернул хвостом, и я решила взять и то, и другое.

В глубине души промелькнула мысль, что я даже не прочла условия тура, но я решительно отмахнулась. «Отпуск не ипотека, прорвемся!» — сказала я себе и с усилием закрыла чемодан, сев на него сверху.

Следующим вечером, всучив кота подруге, я с гордым видом тащила чемодан-гигант к сверкающей яхте «Океанская звезда». Причал кипел жизнью: чайки орали, люди сновали туда-сюда, и я вдруг ощутила себя героиней романтической комедии, которая вот-вот попадет в самое сердце приключений.

У трапа меня встретил симпатичный парень в безупречно белой форме и с улыбкой человека, чья работа состоит в том, чтобы притворяться счастливым круглые сутки.

— Добро пожаловать! Ваша каюта номер семь, ваш молодой человек, кажется, уже на борту? — бодро спросил он.

— Какой еще молодой человек? — недоуменно переспросила я, чувствуя, как к горлу подступает паника.

Улыбка стюарда слегка померкла:

— У вас парный тур.

— М-м-м, я купила его только себе. По скидке.

Отлично, Алиса! Теперь все знают, что у тебя нет личной жизни!

— Да, но… — начал было стюард.

— Все замечательно! — перебила его я. Ой, вот только не надо меня жалеть!

Сделав глубокий вдох и бросив на яхту решительный взгляд, я подтянула чемодан поближе. Стюард вежливо улыбнулся и отошел в сторону, а я, крепко схватив ручку чемодана, шагнула на трап навстречу отпуску.

Вздохнув, я решительно подтянула чемодан поближе, мысленно махнув рукой на вопросы сотрудника яхты о моем несуществующем парне. В конце концов, я приехала отдыхать, а не разбираться в нюансах организационных вопросов туроператора. Раз мне продали билет, не требуя указать пару, значит, все отлично. В узком коридоре, освещенном золотистыми бра, я заметила, как мои ноги утопают в густом ковре цвета морской волны, приглушая шаги и создавая почти домашний уют.

Я с любопытством оглядела окружающее пространство. Элегантные деревянные двери с блестящими латунными номерами выглядели, как в кино про роскошную жизнь миллионеров, а едва уловимый запах древесины, соли и свежести усиливал впечатление, что я случайно выиграла билет не на обычную яхту, а в райский уголок посреди океана.

Номер семь находился прямо передо мной. Я улыбнулась с облегчением, ощущая, как напряжение рабочего дня и нелепого начала путешествия отступает, словно волны, разбивающиеся о борт судна. Осталось только шагнуть внутрь, упасть на мягкую кровать и не вставать, пока не настанет время для первого коктейля.

— Боже, наконец-то! — выдохнула я с восторгом, распахивая дверь и шагая внутрь.

Но не успела я сделать и шага, как замерла на месте, чувствуя, что реальность снова решила нанести мне коварный удар.

Посреди каюты стояли мужские ноги. Мокрые мужские ноги. Загорелые, длинные, спортивные, покрытые каплями воды, которые неторопливо стекали на идеально чистый деревянный пол. Выше виднелось полотенце, весьма ненадежно обмотанное вокруг бедер незнакомца, а еще выше — широкая грудь, плечи и… растерянное лицо, наполовину скрытое вторым полотенцем, которым он старательно вытирал мокрые волосы.

— А-а-а! — непроизвольно вырвалось у меня, и звук оказался таким громким, что незнакомец подпрыгнул, уронив полотенце на пол, и ответил не менее испуганным воплем:

— А-а-а! Черт! Кто вы такая и почему в моей каюте?

Я моментально отвернулась, чувствуя, как лицо вспыхнуло алым пламенем смущения. Перед глазами до сих пор стояло полотенце, неумолимо съезжающее вниз по его бедрам.

— Вообще-то я здесь живу! — сердито выпалила я, глядя на стену, на которой кто-то заботливо наклеил нелепые картинки с парусниками.

— Это моя каюта! — раздраженно заявил мужчина, поспешно поднимая полотенце с пола и снова прикрываясь. — И я точно не помню, чтобы заказывал в номер случайную девушку!

Я развернулась обратно, демонстративно уставившись ему в глаза и старательно игнорируя все, что ниже подбородка.

— Я не случайная девушка, а официальный турист! — заявила я с таким возмущением, будто предъявляла дипломатический паспорт. — У меня билет, ключ, бронь и вообще все на свете!

— Замечательно, — мужчина недоверчиво сузил глаза. — Значит, это у нас магическим образом двойное заселение? Или вас эльфы и единороги сюда подселили?

Я открыла рот, чтобы высказать ему все, что думаю об эльфах, единорогах и в особенности о нем, но тут дверь снова распахнулась, и на пороге возник мужчина в белоснежной форме с золотыми пуговицами и идеально ровной капитанской фуражкой.

— О! — радостно произнес он, оглядывая нас, как произведение искусства на аукционе. — Я вижу, вы уже познакомились?

— Познакомились?! — взвизгнула я, не веря собственным ушам. — Тут ошибка какая-то! Почему нас двоих поселили в одну каюту?

— Да, почему? — подтвердил незнакомец, скрестив руки на груди и едва удерживая полотенце на бедрах. — Вы еще кого-то сюда подселите или ограничитесь одной незнакомой девушкой?

Капитан виновато развел руками, будто оправдываясь за плохой прогноз погоды:

— Понимаете, техническая накладочка вышла. Два агентства продали одно и то же место. Свободных кают на яхте больше нет. Боюсь, вам придется немного потерпеть друг друга.

— Потерпеть? — почти одновременно возмутились мы, и в моих глазах, кажется, мелькнули искры.

— Вы издеваетесь? — возмущенно спросила я. — Я должна спать в одной каюте с незнакомцем?

Капитан улыбнулся так мило, что захотелось ударить его ближайшей подушкой:

— Макс очень приличный молодой человек, наш постоянный клиент, не волнуйтесь, Алиса.

Надо же, и имя мое прочитал!

— Ну, раз приличный, тогда ладно, — ядовито съязвила я.

— Абсолютно приличный, — подтвердил мужчина с полотенцем, с серьезным видом кивая. — Практически воспитан бабушкой английской королевы. Не храплю, говорю «спасибо» и не кусаюсь. Почти никогда.

Капитан поспешно начал отступать в коридор:

— Мы обязательно компенсируем вам неудобства бесплатным ужином и коктейлями…

— С коктейлями звучит неплохо, — задумчиво протянул мужчина, ловко подмигнув мне.

Я едва не задохнулась от негодования:

— Это просто возмутительно! Верните мои деньги!

— Все будет хорошо, не волнуйтесь, — сказал капитан и с быстротой опытного мошенника закрыл дверь, оставляя нас один на один с катастрофой.

Наступила тишина, в которой было отчетливо слышно, как где-то на палубе играет веселая музыка. Я сердито посмотрела на своего нового соседа:

— Ну и что теперь прикажете делать?

— Что ж, Алиса, предлагаю решить вопрос классическим способом, — невинно улыбнулся он. — Борьбой в грязи. Кто проиграл, тот спит на палубе.

Мое терпение лопнуло мгновенно. Схватив ближайшую подушку, я запустила ее в него с такой силой, что он едва успел увернуться.

— Эй! Насилие не метод! — возмутился он, но я уже разворачивалась к двери:

— Удачи вам тут одному!

Выскочив на палубу и хлопнув дверью каюты, я остановилась и поняла, что мое решение, возможно, было преждевременным. Палубу оккупировала компания пожилых туристов, которые с энтузиазмом двигались под ритмичную ретро-музыку. Дедушка в розовых плавках заметил меня и радостно прокричал:

— Присоединяйся, красавица, покажем молодежи, как надо веселиться!

Обреченно вздохнув, я поняла, что каюта с симпатичным незнакомцем, возможно, была не самым худшим вариантом на сегодня.

Вернувшись в каюту пятнадцать минут спустя, я всеми силами старалась изобразить максимальное достоинство и даже попыталась изящно взмахнуть волосами, но лишь запуталась в лямке собственной сумочки. Макс, уже успевший переодеться в футболку и шорты, удобно расположился на кровати, лениво пролистывая что-то в телефоне и посмеиваясь себе под нос.

— Ну что, как тусовка с пенсионерами? Освоила новые танцевальные движения? — с нескрываемым удовольствием поинтересовался он, бросив на меня взгляд полный ехидства.

— Очень смешно, — фыркнула я и демонстративно отвернулась, открывая чемодан и выуживая оттуда любимый блокнот и ручку. Эти вещи всегда меня спасали в кризисных ситуациях, хотя обычно кризисы сводились к паническим звонкам начальства и отчетам, внезапно исчезающим из компьютера.

Макс с любопытством наблюдал за моими действиями:

— Что это ты задумала?

— Нам срочно нужно разработать правила совместного проживания, — серьезно заявила я, усаживаясь на край кровати и торжественно открывая блокнот на чистой странице.

— Серьезно? Правила? — Макс театрально закатил глаза, упав на спину и глядя в потолок, как страдалец. — Может, сразу устав и конституцию напишем?

— Отличная идея, — ответила я, тщательно выводя цифру «1» и решительно подчеркивая ее два раза. — Первый пункт: кровать делим ровно пополам. Никаких нарушений границы.

— И как ты собираешься контролировать эту границу? — заинтересованно приподнял бровь Макс. — Электрическим забором, сторожевым псом или просто расставишь ловушки?

— Сейчас узнаешь, — заявила я и, отложив блокнот, полезла обратно в чемодан. Через минуту, выкопав из недр багажа рулон ярко-желтого строительного скотча, я торжествующе взмахнула им в воздухе, как знаменем победы.

Макс едва сдержал смех:

— Ты всегда берешь с собой в отпуск рулон строительного скотча? Ты шпион или просто очень странная женщина?

— Лучше помолчи, пока я добрая, — пробормотала я, уже начиная аккуратно клеить ровную линию посреди кровати. Скотч лег идеально прямо, и через минуту наша постель стала похожа на территорию, поделенную двумя воюющими странами.

— Гениально, — похвалил Макс, оценивая результат. — А если ночью случайно переступлю?

— Будешь выброшен за борт вместе с матрасом, — невозмутимо пообещала я, садясь обратно на кровать и снова хватая блокнот.

— Какая ты жестокая женщина, Алиса, — покачал головой он, притворно грустно вздохнув. — Ладно, что там дальше?

— Второй пункт, — объявила я, тщательно выводя цифру. — Ванная комната утром — моя территория. Мне нужно больше времени.

— Эй, это нечестно! — возмутился Макс, усаживаясь на кровати и делая вид, будто я объявила новую мировую войну. — Это чистая дискриминация по гендерному признаку!

Я выразительно указала на открытый чемодан, в котором царил художественный беспорядок из платьев, кремов и косметичек:

— У тебя один несчастный купальник и футболка, а у меня целый арсенал для выживания. Думаю, приоритет очевиден.

Макс заглянул в мой чемодан и с ужасом отшатнулся:

— О господи, ты переехала сюда навсегда? Там есть запасная яхта?

— Очень смешно, — процедила я и с достоинством написала третий пункт: — Вещи друг друга без разрешения не трогаем.

— Да уж, это главное правило для выживания, — усмехнулся Макс, бросив взгляд на мою косметичку. — Не хотелось бы случайно намазать лицо твоим антивозрастным кремом и проснуться младенцем.

— Мне двадцать один год! — возмутилась я, чувствуя, как вспыхнули щеки.

— Да? — Макс с притворным удивлением прищурился. — А выглядишь слегка… утомленной офисной жизнью. Но я молчу, молчу!

Я яростно захлопнула блокнот, давая понять, что дипломатические переговоры окончены.

— Все, я спать.

— Уже? Только веселье началось, — вздохнул Макс, но, увидев мой предупреждающий взгляд, примирительно поднял руки. — Ладно-ладно. Можно я хотя бы приму душ?

— Ты же там только недавно был!

— Нет, я был за бортом, — усмехнулся он. — А потом ты буквально вынудила меня одеться.

— Конечно, — неохотно разрешила я и полезла за пижамой.

Когда он исчез за дверью ванной, я переоделась в свою любимую хлопковую пижаму в полосочку. Она, конечно, была далека от идеала для соблазнения мужчин, зато подходила для того, чтобы наглядно показать Максу: я здесь не для флирта, а для строгого соблюдения границ.

Едва я уютно устроилась на своей стороне кровати, как Макс вышел из ванной и, заметив мое одеяние, застыл на месте с открытым ртом:

— Алиса, что это на тебе?

— Пижама, — отрезала я, натягивая одеяло до самого подбородка.

Макс попытался сдержать смех, но проиграл битву с собой:

— Боже мой, выглядит так, будто ты ограбила бабушкин шкаф. Где твоя шапочка с помпоном?

— Очень остроумно, — пробурчала я, чувствуя, как румянец снова возвращается к моим щекам.

Макс, не унимаясь, достал из сумки свою футболку и бросил ее мне:

— Держи. Поверь, даже в моей футболке ты будешь выглядеть намного привлекательнее.

Я демонстративно отбросила футболку обратно, как нечто опасное и заразное:

— Нет уж, обойдусь без твоей благотворительности.

— Ну как хочешь, — пожал он плечами и, выключив свет, аккуратно лег на свою половину кровати, соблюдая границу с педантичностью часового на карауле.

Я закрыла глаза, пытаясь расслабиться и убедить себя, что пережить эту ночь будет проще, чем кажется.

Но через несколько часов я внезапно проснулась от ощущения теплого дыхания на своем лице. Открыв глаза, я в ужасе обнаружила, что Макс мирно и совершенно беззаботно сопит на моей стороне кровати, полностью нарушив все условия мирного договора.

Сердце забилось в бешеном темпе, ярость захлестнула меня с новой силой. Я приподняла руку, желая вытолкнуть нарушителя обратно за желтую границу.

— Никаких поблажек, приятель, — прошептала я, собираясь силами для решительного действия. — Пусть только попробует пожаловаться на нарушение сна!

Я слегка толкнула его, с удовлетворением слушая возмущенное бормотание сонного Макса, пока тот откатывался на законную сторону кровати.