Отпуск в лотерею

- Карта магазина?

- Сейчас.

Я сунула руку в сумку, в кармашек, где лежала раздутая картышница. Да-да, я знала, что это называется красивым словом «картхолдер», но «картышница» мне нравилось больше. Впрочем, ни картхолдера, ни картышницы в сумке все равно не оказалось. На секунду обожгло холодком – неужели потеряла?! Но тут же вспомнила, что выкидывала старые карты и оставила на подзеркальнике.

- С собой нет, - вздохнула, оглядываясь, не подойдет ли кто-то, у кого можно попросить карту. Как назло, покупатели к кассе не спешили. В этом очень недешевом магазине косметики и парфюмерии обычно было немноголюдно. – Может, по номеру телефона?

Кассирша покачала головой и поинтересовалась, нет ли у меня мобильного приложения.

- Или возьмите еще хайлайтер по акции, а я вам скидку на все проведу.

Хайлайтер мне был без надобности, тем более от какого-то незнакомого производителя, но я согласилась, потому что приложения не было, а скидка по карте выходила приличная.

- И еще билет лотерейный к нему. Тащите, - девушка кивнула на барабан, откуда я вытащила разноцветный квадратик с защитным слоем.

Не глядя бросив его в сумку, расплатилась за свои покупки и ушла, тут же забыв о нем. Наверно, билету суждено было сгинуть в компании всего того хлама, который копится на дне дамских сумок, если бы внезапно не наступило лето.

Лето ведь всегда наступает внезапно, правда?

Моим фетишем были туфли и перчатки, а с сумками я не дружила. Их у меня традиционно было всего две – «зимняя» черная и «летняя» бежевая. В конце сезона я вытряхивала все содержимое на газетку, выбрасывала лишнее, а нужное перекладывала в другую сумку. Вот и сейчас, собираясь на работу, ворошила всякие бумажки, чеки, скомканные салфетки и фантики.

Под руку попался яркий плотный квадратик. Лотерейка? Наверняка просроченная. Однако надпись мелким шрифтом извещала, что выдача призов и регистрация главных выигрышей до третьего июня – до послезавтра.

Ну а вдруг?

Достав из кошелька монетку, я стерла защитный слой и не поверила своим глазам. Поморгала обалдело, сдула серебристую пыль, но на билете по-прежнему жирно значилось «ГЛАВНЫЙ ПРИЗ». Получить дополнительную информацию и зарегистрировать выигрыш предлагалось на сайте лотереи.

- Ты чего зависла, Кать?

Из спальни, позевывая и подтягивая боксеры с лягушками, выплыл Димка, мой, как его называла мама, псевдомуж. Псевдо – потому что мы жили вместе уже два года, но вопрос официальной регистрации отношений по-прежнему болтался где-то за горизонтом.

- Я тут чего-то выиграла, кажется.

- Опять скидку три копейки?

Я вообще никогда ничего не выигрывала в такие лотереи. А если чудо все же случалось, то именно такое: скидка на следующую покупку. Действие которой до этой самой следующей покупки благополучно успевало закончиться.

- Не знаю, - я торопливо кидала в сумку походный набор. – Написано «главный приз». Приеду на работу – посмотрю, что там. Надо зарегаться на сайте.

- О-о-о, наверно, главная скидка, - фыркнул Димка. – На целых пять копеек.

Он скрылся на кухне, а я влезла в туфли, надела плащ и выскочила на лестницу. По идее, успевала на автобус, но он злорадно показал мне хвост. Это же святое: если приходишь на остановку вовремя, автобус где-то зависает, а если задержишься хоть на минуту, он приедет секунда в секунду, а то еще и раньше. Ждать следующий – заведомо опоздать на работу и нарваться на штраф. У нас ввели такое недавно: за любое нарушение трудовой дисциплины вычитали из зарплаты. Уже сидя в такси, я сообразила, что штраф точно был бы меньше, чем стоимость поездки в час пик.

Похоже, день не задался с самого начала, и «главный приз» на этом фоне выглядел какой-то подлой насмешкой. Снова захотелось выбросить билет, но это было бы такое… 

Назло бабе отморожу яйца.

Впрочем, зайти на лотерейный сайт я смогла только к обеду: с утра навалилось работы. Окончив журфак универа, я не слишком успешно поработала пиарщицей в торговой компании, потом скатилась в продажницы. Работа не нравилась: ни уму, ни сердцу, ни кошельку. Подрабатывала написанием заказных статей, но уйти на фриланс не решалась.

В общем, если подумать, вся моя жизнь к двадцати восьми годам подвисла в точке бифуркации. То самое шаткое равновесие, которое в любой момент может нарушиться – и неизвестно, в какую сторону: к стабильному росту или к не менее стабильному падению. Причем это касалось не только работы, но и личной жизни.

С Димкой мы вместе учились, однако встречаться начали уже после выпуска, когда пересеклись на свадьбе бывшей одногруппницы. Отношения развивались, но как-то вяло. Через два года мы решили жить вместе. Я не скрывала, что хочу замуж и детей, а Димка говорил, что, в принципе, не против, но пока не готов. Надо сначала попробовать, как у нас получится. Прошло еще два года, но ситуация яснее не стала. Его все устраивало и так, без регистрации. Меня – уже нет. Хотелось определенности.

В обеденный перерыв я разогрела в микроволновке контейнер с курой-гречей и открыла сайт лотереи. Ни на что особо не рассчитывая, скорее, чтобы не жалеть потом: а вдруг там было что-то стоящее.

Выяснилось, что выигравшие «главный приз» на самом деле еще ничего не выиграли – кроме возможности побороться за него в игровом шоу какого-то развлекательного телеканала. Я о таком даже и не слышала, поскольку подобные передачи не смотрела.

Ну ясно. Очередной лохотрон. Кто бы сомневался.

Я уже хотела закрыть сайт, но спохватилась, что так и не узнала, за какой именно приз предлагают сражаться. Покрутила страницу вверх-вниз и нашла.

Тихоокеанский круиз?!

Серьезно?!

- Кать, ну ты же это не серьезно?

Отложив вилку, Димка посмотрел на меня как на дебильного ребенка. Этот его добродушно-снисходительный тон разозлил, но одновременно избавил от сомнений, которые – чего уж там! – грызли с того самого момента, когда я зарегистрировала свой выигрышный билет на сайте.

«Ваша заявка принята, - прилетело в ответ. – В ближайшее время с вами свяжется представитель организационного отдела».

- Почему не серьезно? – спросила я, старательно наматывая на вилку спагетти.

- Да потому что это развод, стопудово. Вот увидишь, тебя попросят за что-то там заплатить, ты заплатишь, и на этом все закончится.

- Я проверила на официальном сайте телеканала. Там есть это шоу. И ссылка оттуда ведет на сайт лотереи.

- И что? Поэтому не лохотрон, а все по-честному? Я когда-то сам людей на такие разводки заманивал, еще когда в универе учился. Ресторан, бесплатное шампанское, сделайте взнос, получите овердобуя всякого-разного. И ведь делали же! У народа страсть к халяве.

- Какая же это халява, если надо сделать взнос? – хмыкнула я.

- А зачем люди вообще во всякие пирамиды вкладываются? Чтобы на каждый вложенный рубль получить десять. Или двадцать.

- Дим, успокойся, я не собираюсь никуда ничего вкладывать. Если попросят хотя бы рубль, просто пошлю на фиг.

- Хотелось бы верить, - хмыкнул он.

Я представила его с надетой на уши тарелкой. Спагетти будут шлепаться на колени, на стол, а по физиономии потечет соус. Иногда мне и правда хотелось сделать что-то такое. Когда раздражение начинало переливаться через край.

Вместо этого я скрипнула зубами, поставила тарелку в мойку и ушла в спальню. Намекая на то, что не мешало бы поучаствовать в общеполезном труде. Но даже такой жирный намек в цель не попал: Димка пришел следом, завалился на кровать и включил телевизор.

- Дима, пожалуйста, помой посуду! – озвучила я то, что не дошло телепатически.

- Кать, а давай ты выиграешь кучу денег и мы купим посудомойку?

Очень хотелось сказать, что мы хоть сейчас могли бы позволить себе посудомойку, если бы кто-то на прошлой неделе не слил двадцать штук в танчики. За эти деньги Димка прикупил себе какую-то жалкую самоходку, с которой более состоятельные и поэтому лучше вооруженные члены команды выпускали его поездить вдоль окопов, вызывая огонь противника на себя. Мой вполне резонный вопрос, а не охренел ли он, вызвал такие фонтаны фекалий, как будто я поставила под сомнение необходимость реальной государственной обороны.

Я вообще могла бы сказать многое, но боялась, что если начну, уже не остановлюсь. И тогда мы точно доругаемся до окончательного разрыва, а к этому я готова не была. Еще не была… Поэтому просто ушла в гостиную, надеясь, что туда он за мной не потащится. Включила ноутбук, легла на диван и снова открыла сайт лотереи.

Никакой представитель со мной так и не связался, ни по почте, ни по телефону. Надо было плюнуть, забить и забыть, но не получалось. Как будто дали конфету, а оказалось, что это всего лишь пустой фантик. Обидно до слез. Особенно учитывая, что я всегда мечтала о круизе на большом лайнере. А тут еще Тихий океан – атоллы, лагуны, коралловые рифы!

Ну и ладно. И хорошо, что так. А то поехала бы на это дурацкое шоу и ничего там не выиграла. Только опозорилась бы на весь белый свет. Было бы в сто раз обиднее. И Димка оборжал бы меня с ног до головы.

Значок почты в трее с тихим звоном выкинул единичку: новое письмо. Наверняка какой-нибудь спам, удачно избежавший яйцерезки. Кто еще сейчас пишет в почту? Даже смотреть не буду.

Или нет. Посмотрю и удалю. Чтобы не висело и не мозолило глаза.

Но пальцы почему-то отказывались верить в спам и дрожали так, что я дважды промазала курсором. А когда наконец попала и открыла, задрожала уже вся.

В верхней строке висел жирный заголовок: «Тихоокеанская лотерея»!

Написано там было много всего, но суть сводилась к следующему: меня приглашали в Москву на съемки. Мне полагалась частичная оплата проезда, талоны на питание и гонорар в размере трех тысяч рублей за съемочный день. Я должна была привезти с собой три комплекта одежды и подготовить внятный рассказ о себе. Разрешалось прихватить группу поддержки в количестве двух человек, разумеется, за свой счет. Также сообщалось, что победитель будет определен из числа десяти участников, что замена приза денежным эквивалентом не предусмотрена и что в случае победы придется уплатить налог на выигрыш в размере тридцати пяти процентов. В чем именно будет заключаться конкурс, письмо таинственно умалчивало.

Ходить по канату? Есть жуков? Петь и плясать?

Я еще могла отказаться. Точнее, даже делать ничего не надо было, просто закрыть письмо и притвориться, что его не видела. В список участников я попадала только после подтверждения заявки на участие и заполнения подробной анкеты.

Вдруг стало страшно. Очень страшно.

Господи, куда я лезу-то? Какое шоу, какой конкурс? Да меня и с работы-то не отпустят.

А рука при этом уже тянулась открыть анкету.

Когда я, совершенно очумевшая от собственной дерзости, замешанной на авантюризме, подтвердила заявку и заглянула в спальню, Димка уже спал. Будить его я не стала. Быстренько приняла душ и забралась под одеяло. И снился мне, разумеется, отпуск мечты: белоснежный лайнер, бирюзовый океан, синее небо, яркое солнце. Я – в шезлонге на палубе, в белом купальнике, в шляпе и с разноцветным коктейлем. А рядом супермужественный мачо в тесных плавках и зеркальных очках, с бицепсами-фигицепсами и прочими кубиками.

Проснулась я в самом распрекрасном настроении, словно уже выиграла главный приз. Но не прошло и получаса, как оно было разорвано в клочья похожим на тропический ураган скандалом.

***

- Ты сдурела? – поинтересовался мой любезный, оторвавшись от тарелки.

Работал он в пресс-службе городской администрации, по скользящему графику, и сегодня выходил рано, вместе со мной. Вот за завтраком я ему и сообщила новость.

- А собственно, почему сдурела? – уточнила я, сражаясь с желанием воткнуть в него вилку. Не в глаз, конечно, а куда-нибудь в мягкие ткани.

- Если тебе так хочется позориться на весь белый свет – это твои проблемы. Но ты и меня еще опозоришь.

- А собственно, почему тебя? – нет, пожалуй, в глаз было бы интереснее. Или хотя бы в язык. – Ты мне, кажется, не муж. Это мне позорище, когда все подряд спрашивают, поженимся мы наконец или нет.

На самом деле никто меня об этом не спрашивал, даже родители. Но в курсе журналистики мы изучали в числе прочего segue, плавный перевод интервью в безопасное русло, если что-то пошло не по плану. Я запомнила этот метод и активно использовала его в повседневной жизни. Конечно, переводить тему на регистрацию брака было вовсе не безопасно, но с моей поездки в Москву мы соскочили.

Минут пять Димка орал, что терпеть не может, когда его к чему-то принуждают. Что он вообще не видит смысла в официальном браке, потому что я и сейчас на него без конца давлю, а как стану женой со штампом, окончательно превращусь в пресс, и тогда мы все равно разведемся.

Когда я услышала подобное впервые, мы разругались в хламину. Бахнув дверью, Димка уехал к родителям. Через две недели двустороннего молчания я собрала его вещи в сумки и выставила в прихожую. И отправила сообщение с просьбой их забрать. Он приехал, и…

В общем, тогда мы помирились. Димка попросил время на дозревание, а я пообещала не торопить. Но зрел он слишком уж медленно, а меня такое положение раздражало. Как и заявы о том, что для него штамп вообще не имеет никакого значения, поскольку чувства от его наличия или отсутствия не зависят.

Окей, говорила я, если штамп никакого значения не имеет, тогда почему бы его не поставить? Да, я хочу семью, хочу детей. Если тебе этого в принципе не надо, скажи прямо, я не буду тратить время. Это невосполнимый ресурс.

На этом Димка как-то сразу пригасал. И говорил, что надо. И со мной. Но не вотпрямщас. Чуть позже.

В конце концов я поняла, что точку надо было поставить в тот самый первый раз. Теперь уже дозревала сама – до разрыва. Все-таки это непростое дело, если нет серьезного повода. Наверно, такого повода я и ждала. И, кажется, его наконец подвезли.

- Дим, а может, все дело в том, что я теоретически могу выиграть и ты этого боишься? – спросила я с милой улыбкой. Или мне показалось, что с милой. Может, и нет. – Ну вот выиграю, поеду в круиз, а ты дома останешься. Тебя это жрет? Потому что с тобой мне никакой круиз точно не светит. Ты все, что зарабатываешь, в танчики сливаешь. Как тинейджер. Поэтому и детей не хочешь – а вдруг они у тебя будут игрушки отбирать.

А ведь интересный же мужик. Можно даже сказать, красивый. Голубоглазый брюнет, породистый. И родинка на щеке такая… как у чистокровной овчарки. Правда, сейчас больше похож на надутую жабу с выпученными глазами. Если бывают жабы багрового цвета.

Я не стала ждать, пока он лопнет, и добавила:

- А еще, Дим, представляешь, лайнер, океан, солнце. Я вся такая красивая, у бассейна, в белом купальнике и в шляпе. А рядом роскошные мужики в плавках. С кубиками, - я скосила взгляд туда, где под столом притаилось его нависающее над ремнем брюк пузцо, пока еще небольшое, но подающее надежды. – И все меня хотят. Никто не устал после работы, никто не смотрит кино и не играет в игрушки.

Это была провокация восьмидесятого левела. И она сработала.

- Я всегда знал, что ты блядь, - прошипел он. – Поэтому и не хотел на тебе жениться.

Я только хмыкнула. На самом-то деле за четыре года вместе я ни разу не дала ему повода подозревать меня в чем-то. Он – да, бывало. Я – нет. Но переваливать с больной головы на здоровую – это же так удобно, правда?

- О сколько нам открытий чудных готовит просвещенья дух, - процитировала я Пушкина и встала. – Посуду помой, пожалуйста. Хотя… можешь и не мыть. Пофигу.

Последнее слово осталось за мной, но настроение все равно было так себе. Даже хуже. Если кто-то может разорвать четырехлетние отношения с человеком, за которого хотела замуж, от которого собиралась рожать детей, и при этом радоваться… Наверно, это какой-то особенный человек. Или отношения скатились в такое днище, что прекратить их только за счастье.

На работе я первым делом пошла к начальнице и попросила четыре дня за свой счет.

- А что случилось, Катерина? – вскинула тщательно причесанные брови Ольга.

- В Москву еду. В телешоу сниматься, - я протянула ей распечатанное приглашение, которое мне прислали после всех вчерашних манипуляций.

- Ух ты! Круто!

Я ожидала чего угодно: скепсиса, раздражения, даже отказа, но точно не такого детского восторга. Подписав заявление в приказ, Ольга попросила обязательно сказать, когда будут показывать.

- Мы все за тебя поболеем, - пообещала она.

- Тогда болеть уже будет поздно, - рассмеялась я. – Это же запись. Лучше болейте, когда снимать будут. Два дня.

Конечно, это не сильно подняло мне настроение, но если бы еще и Ольга загнобила, оно и вовсе забилось бы под плинтус. А так я уже без рефлексий рассказала девчонкам в отделе, а потом написала в воцап приятельницам и позвонила родителям. Реакция была разная, от сдержанного удивления до завистливого восхищения. Возможно, кто-то оставил свои подлинные эмоции при себе, но ничего похожего на Димкино «позорище» я не услышала. Подруга Вика согласилась поехать со мной.

Купив билеты на «Сапсан» и забронировав номер на двоих в недорогой гостинице рядом с телецентром, я подумала, что моя жизнь все-таки вышла из мертвой зоны. Независимо от того, выиграю я главный приз или нет.

Мой посыл был понят правильно.

Когда вечером я вернулась домой, в квартире словно Мамай прошел. На этот раз Димка тщательно собрал все свои вещи. Не осталось ни одной сумки и чемодана. Зато осталась посуда в раковине.

Ну да, я же сказала, что может не мыть, он и не помыл. Хотя в любом случае не стал бы.

Я присела на диванчик в прихожей, глядя на разгром, и тут ожил телефон. Звонила моя… ну если Димка псевдомуж, то Людмила Аркадьевна – псевдосвекровь. Которой, разумеется, хотелось знать, что произошло. Отношения у нас с ней были вежливо-нейтральными, и я спокойно донесла, что не я ушла от Димы, а Дима от меня, поэтому и спрашивать нужно у него.

Вы должны помириться, настаивала она.

Ответив, что никому ничего не должна и вообще это не ко мне, я распрощалась.

На самом деле все объяснялось просто. Квартира, где мы жили, досталась мне от дедушки. У Димки своего жилья не было, и он свалился на голову родителям. Те уже привыкли к комфортному обитанию в двушке, где у каждого образовалось свое маленькое царство, поэтому великовозрастный сынуля, оккупировавший гостиную, должен был их сильно стеснять. Немного потерпят, а потом скажут: или мирись с Катей, или снимай квартиру, благо зарплата позволяет. Если, конечно, не будет сливать в игрушки.

Но Катя на этот раз решила твердо, позаимствовав доктрину у Льва Давидовича Троцкого: ни мира, ни войны, а армию распустить. Мириться я не собиралась, воевать тоже, а на отношениях поставила жирный крест. Даже если не выиграю круиз, все равно можно считать, что билетик вытянула удачный.

Привычка сопротивлялась, выкапывая в памяти наши самые лучшие эпизоды, но я словно играла с ней в карты и выкидывала свои козыри. И не могла понять, что меня держало рядом с этим ленивым инфантильным хамом, единственным достоинством которого была смазливая физиономия.

Вопрос так и остался риторическим, поэтому я перешла к более насущному: какую одежду взять с собой. Тележурналистику мы изучали чисто справочно, но правила визуального ряда я минимально представляла. И по всему выходило, что мой гардероб для съемок не слишком годится, ни по силуэтам, ни по цветовой гамме. Конечно, этим мало кто морочится, но не хотелось выглядеть на экране бледной молью или бесформенной тушей. Камера в этом плане очень капризна и даже изящную девушку может превратить в бабу на чайник. А хуже всего было то, что я не представляла, под какую ситуацию нужно подбирать аутфит.

Пришлось позвать на помощь Вику.

- Нашла из-за чего париться, - беззаботно рассмеялась та в трубку. – И вообще, Кать, хочешь совет?

Совет мне нужен был конкретно по одежде, а не вообще, но Вику мой ответ не интересовал.

- Если ты едешь туда целенаправленно за победой, то зря. Просто расслабься и получай удовольствие. Выбраться из своего болота, посмотреть на людей, себя показать – уже хорошо. А настроишься четко на свой круиз и не выиграешь – будет стресс и депра. Зачем?

- А если выиграю? – я вынуждена была признать, что Вика права.

- Значит, получишь приятный бонусом. Бери что-то спортивное, что-то красивое и какой-нибудь кэжуал. Главное – чтобы было стильно, хорошо сидело и тебе шло. Когда выберешь, надень, сделай селфи и пришли мне.

Гардеробные работы заняли весь вечер и хорошо отвлекли от неприятных мыслей. Вика, по образованию графический дизайнер, разбиралась в сочетании цветов и линий, да и модные течения знала получше меня. Совместными усилиями мы собрали три комплекта, только голубой жакет Вика потребовала заменить на бежевый и пообещала одолжить свой.

У меня остался всего один день на моральное дозревание – суббота, и я потратила ее на то, чтобы проникнуться Викиной мантрой: главное не победа, а участие. Точнее, выбраться из зоны комфорта, больше похожей на стоячее болото.

Но в круиз хотелось. Очень.

Так, сказала я себе, а как насчет того, чтобы поискать другую работу? С зарплатой, позволяющей круиз хотя бы в кредит?

Вопрос был очень даже интересным, и я отложила его на потом – когда вернусь из Москвы на лопате. А если и со щитом, неважно. Я ведь неплохо пишу, хватит уже ломаться за гроши, впаривая людям всякую малонужную хрень. Между прочим, мысли о смене работы приходили в голову уже не раз. Вот только веской мотивации не было.

В поезде Вика уткнулась в телефон, а я пыталась читать сентиментальный дамский роман, но заскучала. И подумала, что могла бы написать не хуже. Или даже лучше.

Может, попробовать?

Почему бы и нет? Написать смогу, как продавать – тоже представление имею. И завязка есть, даже придумывать ничего не надо. Девушка выигрывает в лотерею и отправляется в круиз на роскошном лайнере. Ну а дальше лакшери, экзотика, приключения и роковая любовь.

Прикрыв глаза, я погрузилась в детали сюжета, который раскручивался в голове сам собой, как кино. Или как  вязание на спицах – петелька за петельку. Эх, вот бы еще кто придумал такой приборчик, чтобы приставил к голове – и вот тебе файл с текстом. Воображение у меня работало неплохо,  а вот оформлять его в слова я ленилась.

Выдуманный курортный роман здорово скрасил мне дорогу. Без малого четыре часа пролетели быстро, как пейзаж за окном. Выйдя из поезда на Ленинградском вокзале, мы пересели на метро. Я плохо ориентировалась в Москве и наверняка заблудилась бы, зато Вика знала ее как свою квартиру.

- Предложение такое, - сказала она, когда мы добрались до гостиницы и заселились в безликий двухместный номер. – Потом времени не будет, поэтому идем сейчас гулять и ужинать. Завтра – великий день!

От ее слов о великом дне по спине пробежали холодные мурашки, и я поспешила согласиться.

***

Вообще-то сказать, что я плохо ориентируюсь в Москве, было большой натяжкой. Потому что я совсем в ней не ориентировалась. Могла сколько угодно смотреть на карту, это не помогало. Как и многие питерцы, Москву я не любила и совсем туда не стремилась. Да и была в ней за всю жизнь всего дважды: в девятом классе с родителями и год назад с Димкой. И оба раза послушно шла туда, куда вели.

Вот и сейчас Вика куда-то меня тащила, что-то показывала, о чем-то рассказывала, а я плелась за ней и крутила головой, пытаясь хоть что-то запомнить. На самом деле я вовсе не была законченной топографической кретинкой. С родителями мы много путешествовали, и по России, и за границей, да и сама я потом куда-то выбиралась эконом-вариантом. Большие города меня нисколько не пугали, но вот Москва почему-то казалась каким-то заколдованным царством.

Мы два часа глушили ноги по центру, потом поужинали в сомнительном кафе, которому TripAdvisor* нарисовал четыре с половиной звезды. Там было дорого и невкусно, но понтово.

- А теперь немного ночной жизни, - с энтузиазмом заявила Вика, когда мы вышли оттуда.

- Вик, какая на фиг ночная жизнь? – испугалась я. – Мне утром в студию ехать.

- Ну и что? – она пожала плечами. – Мы же не будем всю ночь зажигать. Тебе ведь не сниматься еще. Ты сама говорила, завтра подготовка.

- Вот только приключений нам на свою жопу не хватало.

- Да, Лисицына, я смотрю, тебя Димончик просто в бабку старую превратил. Нельзя, страшно, опасно. Забыла, как мы раньше тусили до утра? Земля и небо горели.

- Ну нам тогда лет по двадцать было, - возразила я.

- А сейчас сколько? Девяносто? Молодые, красивые, свободные. Вот выйдем замуж, детей родим и будем жалеть, что молодость просрали. Вернее, ты будешь. Я – нет.

Вика и правда жила в свое удовольствие. После института поработала в солидной дизайнерской студии, потом ушла на вольные хлеба. Хорошо зарабатывала, путешествовала, крутила необременительные романы и не спешила принимать предложения руки и сердца, которые поступали с завидной регулярностью. Поклонников у голубоглазой блондинки с идеальной фигурой всегда было как грязи.

Я не хочу замуж, говорила она, поэтому меня и зовут. А ты, Кать, слишком хочешь. Это отпугивает.

Возможно, она была права. Я действительно хотела замуж, хотела семью и детей. Притворяться, будто не хочу, не получалось.

- Так, хватит разговоров! – отрезала Вика, шуруя в телефоне. – Идем в клубешник. Никаких приключений. Выпьем по стаканчику, потанцуем часок – и баиньки.

- Ладно, - сдалась я. – Часок, не больше.

Однако приключения начались прямо на входе, у которого стояла хоть и небольшая, но все же очередь.

- Вик, пойдем, - заныла я. – Нам обязательно именно сюда?

- Обязательно. Я себе наметила программу. Кать, имей совесть, я поехала тебя морально поддерживать, а ты не хочешь такую мелочь для меня сделать. Вон смотри, одни выходят, другие заходят. Подождем немного.

Из клуба действительно вышла компания, и охранник пропустил четырех человек из очереди. Перед нами оставалось еще пятеро, но на этом дело встало. Больше никто не выходил. Я начала мерзнуть. Апрель в этом году даже в Питере выдался теплым, а в Москве было еще теплее. Но это днем, а вечером стало, мягко говоря, зябко.

- Вика, ты как хочешь, а я жду еще пять минут, - не выдержала я. – Если никакого движения не будет, еду в гостиницу. А ты отрывайся.

- Не заблудишься? – фыркнула она.

- Зачем мне учить географию, если есть извозчики? – процитировала я бессмертного Митрофанушку. – Такси вызову.

- А, ну валяй, если такая богатая, - надулась Вика.

- Время пошло, - я демонстративно посмотрела на часы.

В этот момент из подкатившей крутой тачки вылезли двое парней и пошли к дверям клуба в обход очереди.

- Ни фига себе! – возмутилась Вика, и ее поддержал робкий одинокий голос.

- Забронировано, - в зародыше пресек народное возмущение охранник.

Один из парней обернулся и посмотрел на нас.

Вообще-то в моем восприятии особи мужского пола в возрасте тридцать плюс-минус находились на зыбкой грани между парнями и мужчинами. И дело было даже не во внешности, потому что один и тот же индивид мог выглядеть солидным бородатым дядей в костюме и небритым раздолбаем в джинсах и косухе. Просто в этом возрасте куколка обычно превращается в имаго – взрослую особь. Кто-то становится мужчиной, а кто-то так и остается инфантильным подростком. Тот же Димка, к примеру, по моим прогнозам должен был из пацана превратиться сразу в старика, впавшего в детство. Лет через тридцать-сорок.

Да, так вот эти условно парни, уверенно обошедшие очередь, как раз находились в стадии эволюционного перехода. Несмотря на возраст, впечатления мужчин они не производили, да и одеты были по-молодежному. Причем с таким очень мажорско-понтовым шиком, более свойственным тинейджерам.

- Эти девушки с нами, - заявил тот, который обернулся, и приобнял Вику за плечи. – Пошли, красавицы.

Кажется, испугалась даже Вика, чего уж говорить обо мне. Прямо задница взмокла – такие приключения ей совсем не понравились.

- Не парьтесь, - шепнул мне на ухо второй, жгучий брюнет с синими глазами, яркий образчик турецко-балканского типа. – Мы вас просто проведем. Нас там девушки ждут.

Громко сглотнув слюну, я кивнула – как загипнотизированный коброй кролик. И потянула Вику за рукав.

Мы вошли в клуб, разделись в гардеробе.

- Спасибо, - сказала я парням, которые уже шли в зал.

- Да не за что, - хмыкнул блондин с кардинально выбритыми висками. – Небось из провинции? Первый раз в Москве?

- Из Питера! – возмутилась я.

- А, ну я и говорю, из провинции. Ладно, хорошего вечера.

- Вот же говна, - проворчала Вика, когда они ушли. – Питер им провинция! Сами небось из Мухосранска какого-нибудь. Но хоть провели, и на том спасибо. Ладно, идем уже.

-------------------------------

*Популярный сайт для путешественников

- Ни фига себе! – тихонько присвистнула я, посмотрев на табло над стойкой бара. – Ты что, самый дорогой клуб в Москве выбрала?

- Не позорься, дурища! – прошипела Вика, ущипнув меня за бок. – Самые обычные цены, средние по больнице. Это сегодня еще вход бесплатный, потому что без концерта.

- Страшно подумать, что тут с концертом бывает.

Очередь на улице стояла не зря: за столиками свободных мест не было, за стойкой бара тоже. Мы решили взять для разгона по коктейлю и приткнуться где-нибудь в уголке, а потом просто потанцевать.

Я и правда выпала из обоймы. С Димкой мы редко куда-то выбирались. Он считал, что солидным взрослым людям, к которым почему-то причислял себя, неприлично бегать по клубешникам, как студентам. И предпочитал проводить свободное время на диване с ноутбуком. Иногда мы ходили в кино. Или в ресторан. Но как очень тонко подметили в одном старом фильме, раньше мы ходили в ресторан ужинать, а теперь – просто есть. Разница на самом деле огромная.

Так вот сейчас я чувствовала себя не в своей тарелке. Казалась себе старой, неуклюжей и немодно одетой. В отличие от Вики, которая сияла и наслаждалась пребыванием в своей стихии. Ровно до тех пор, пока нас не заметила компания поддатых ребят лет восемнадцати-двадцати. Причем датые они были достаточно, чтобы потерять берега, но все же не настолько, чтобы их вынесли за периметр.

- Какие аппетитные девочки! – патлатый парень в рваных джинсах обнял Вику за задницу. – Мышки, идите к нам.

В любой компании внимание из нас двоих сначала обращали на нее. Иногда меня это огорчало. Сейчас – точно нет. По идее, такие взрослые тетеньки не должны были заинтересовать малолеток, но не зря же говорят, что член ровесников не ищет. К тому же алкоголь и полумрак скрадывали возрастные различия.

- Малыш, отвали! – неосторожно огрызнулась Вика.

- Ты что, манда, хамить мне будешь? – парень мгновенно сагрился, схватил ее за волосы и потянул вниз. – На колени! Проси прощения!

Я беспомощно оглянулась в поисках секьюрити, но когда надо, они всегда таинственно испаряются. Кто-то сунулся было на помощь, но дружки патлатого обступили нас со всех сторон. Вика с руганью пыталась вырваться, я треснула гада по спине, но тут же отлетела. Оставалось лишь одно. Набрав побольше воздуха, я заорала, перекрывая музыку:

- Помогите!!! Пожар!!!

На «помогите» мало кого поймаешь, а вот «пожар» вызвал паническое шевеление. Но, увы, нам с Викой это не помогло, потому что шевелились где-то в других местах. Патлатый пригнул ее к самому полу и шипел, брызгая слюной:

- Ты, сука, ща мне кроссы языком помоешь! А потом отсосешь.

- Ты щас сам у себя отсосешь, ебанат!

Я даже не поняла, что произошло, но в одно моргание патлатый сам рухнул на колени, а какой-то парень подал руку Вике, помогая подняться. Присмотревшись, я узнала синеглазого брюнета, который помог нам на входе. Блондин и еще два парня стояли рядом.

- Кому-то подвезти? – предложил блондин, оглядывая сгрудивших в кучу гопников.

- Мухан, прости, мы это… не знали, - проблеял один из них, после чего шобла подхватила своего дружка и ручейком потекла на выход.

Мухан? Очень интересно.

- Спасибо еще раз, - наверно, это прозвучало таким же жалобным блеяньем.

- Не девки, а гемор, - хмыкнул брюнет. – Пошли с нами.

- Да нет, мы… домой. Спасибо.

- Пошли, я сказал, - он потянул меня за рукав. – Посидите, отдышитесь. Вызовете такси и поедете. Или хотите с ними на выходе еще разок потусить? Это шакалье, они тут прикормились уже. Просто так не уйдут.

Вика, мгновенно потерявшая весь свой апломб, послушно поплелась за ними, я следом. В дальнем углу, в нише, отделенной деревянной перегородкой, за большим столом сидели три девушки, похожие на картинку с фэшн-сайта. Их наше появление явно не обрадовало.

- Девочки питерские, - пояснил блондин. – Что-то не поделили с Гарбом. Посидят с нами немного, пока те свалят. Им уже время на работу выходить.

- А что за Гарб? – спросила я, пристраиваясь на край диванчика: с нашим появлением за столом стало тесно.

- Гарб – это мусор. Та самая кодла. Закладчики. У них тут что-то вроде штаб-квартиры. Сначала сидят здесь, потом идут хованки делать. У вас в Питере их что, нет?

- Их, наверно, только на луне нет, - Вика, кажется, начала приходить в себя. – Спасибо огромное.

- Забей, - брюнет махнул рукой. – Как вас зовут хоть?

Мы назвались, парни тоже представились. Брюнет оказался Борисом, блондин Павлом, двое других – Никитой и Максом. Девушки промолчали, притворившись, что их тут нет. Судя по скучающе-брезгливым мордашкам, они не могли дождаться, когда мы свалим. Борис поглядывал в мою сторону, и это здорово напрягало одну из них, куколку в белом с розовыми волосами. Она тоже смотрела на меня, явно желая… всего хорошего.

Нас угостили кофе, и Вика вызвала такси. Павел и Макс на всякий случай пошли нас проводить.

- А вы чего в Москве? – лениво спросил Макс, пока мы ждали машину.

- Катя в телешоу приехала сниматься, - сдала меня Вика, за что тут же получила в бок и захихикала: – Ой, а это тайна? Прости.

- Что, правда? – приподнял белесые брови Павел.

- Ну да, - нехотя созналась я. – Выиграла в лотерею шанс выиграть круиз.

- Замысловато. Ну ладно, удачи.

- Чтобы я тебя еще раз хоть послушала! – процедила я сквозь зубы, когда такси отъехало.

- Ну… все бывает, - поморщилась Вика. – Нарваться где угодно можно. А парни приятные. Неожиданно.

- Надеюсь, не те, мусорные? – подколола я.

- Нет, конечно. Мне блондин понравился. Который Паша.

- Слушай, хватит, - мне вовсе не хотелось все это обсуждать. Хотелось совсем другого – добраться поскорее до гостиницы, принять душ и лечь спать.

День получился слишком длинным и утомительным. А впереди маячили еще три, обещавших стать не менее насыщенными.

***

Все загадки разрешились в один момент. Или, по крайней мере, многие. Все-таки не зря я работала в пиаре и в продажах. Сложила два и два.

Особенно сильно меня интриговало то, что заранее не раскрыли суть соревнований, и явное неравенство возможностей на старте. Учитывая, что билетик достался мне в дорогом магазине косметики и парфюмерии, можно было предположить нечто из разряда «бьюти», но эта версия отпала, когда я увидела остальных претендентов – разного пола и возраста. Видимо, билеты втюхивали ковровой бомбардировкой. Кого принесет невод – с теми и будем работать.

Нас собрали в тесном стеклянном аквариуме, где даже присесть было негде. Каждого из десяти сопровождала «группа поддержки», причем только у меня одной в единичном экземпляре. А еще у каждого были сумки с одеждой. Изнывая от духоты, потенциальные победители изучали друг друга, и взгляды эти вряд ли можно было назвать доброжелательными. 

К счастью, долго нас мариновать не стали, пригласили в студию. Судя по декорациям, там снимали типовые ток-шоу, не требующие сложного визуального оформления. Зеленый задник и длинная неудобная скамья, на которой мы и расположились. Гостей прогнали в зал.

- Сейчас мы побеседуем, - поздоровавшись, начала сутулая девушка в очках, ассистент режиссера. – Со всеми вместе, потом с каждым по отдельности. Все это снимается на камеру. Как вы держитесь, говорите, двигаетесь. Какой из ваших комплектов одежды будет лучше смотреться.

- То есть мы тут надолго? – мрачно поинтересовался толстячок предпенсионного возраста.

- Вы куда-то торопитесь? – ассистентка вздернула неаккуратно профилированные брови.

- Нет, - стушевался он. – Просто спросил.

Она представила нам даму-режиссера в строгом брючном костюме и ведущего – раздолбайского вида парня лет тридцати.

- Начнем с организационных моментов, - дама открыла кожаную папку. – Насчет налога на выигрыш вас уже предупредили.

- А не получится так, что я выиграю, заплачу налог, а приза никакого не дадут? – снова влез толстячок?

- Как вас зовут? – поморщилась дама.

- Николай Васильевич.

- Николай Васильевич, можно я договорю? Вам же не смска с неизвестного номера пришла о том, что вы выиграли автомобиль, но получите его только после уплаты налога. Это официальная рекламная акция, в которой оператор лотереи выступает в качестве налогового агента. Если бы вы играли в государственную лотерею, налог был бы тринадцать процентов. В рекламной акции – тридцать пять. Вас всех уведомили о необходимости уплаты, это стандартная процедура. Но реально вам платить ничего не придется. Выигрыш состоит из двух частей: неденежной – путевки в круиз и денежной в размере тридцати процентов от стоимости путевки. Формально, вы получаете обе части и уплачиваете налог. На деле денежную часть вы на руки не получаете, а оператор в качестве агента платит из нее ваш налог. Все довольны и счастливы. Если кто-то НДФЛ по декларации, вам нужно будет указать выигрыш и приложить справку об уплате налога оператором. Справку победителю выдадут.

Это оказалось приятной неожиданностью. Таких тонкостей я не знала. Думала, что за все выигрыши приходится раскошеливаться самому счастливчику.

- Далее, - продолжила дама. – В конце индивидуального собеседования вы все подпишете договор, по которому вам выплатят гонорар за съемки. По три тысячи рублей за съемочный день. Перечисление в течение месяца на банковскую карту. Чтобы получить компенсацию за билеты, вы должны будете сдать ассистенту проездные документы и чеки на оплату. Она же выдаст вам талоны на питание в кафетерии телецентра. Теперь следующее, очень важное. Рекламное агентство, наш партнер, заключает с победителем контракт. Отказаться нельзя. Ничего страшного в этом нет. Во время круиза с вами рядом будет находиться команда: видеорежиссер, оператор и ассистент.

- Круглосуточно? – испугалась моя соседка, тощая блондинка с губами уткой.

- Нет, конечно. Но часа два в день придется уделять. Победителя будут снимать в рекламных промо-роликах. Оплата не как у профессиональных моделей, разумеется, но вполне достойная.

Вот тут-то я все и поняла.

Не будет никаких конкурсов, соревнований и прочей лабуды. То есть будут, конечно, но все это чистейшей воды фикция. Вот прямо сейчас, в эту минуту, мы присутствуем на рекламном кастинге. Из десяти самых случайных людей всегда можно выбрать хотя бы одного, который вполне сойдет за модель. Причесать, накрасить, приодеть, заставить выучить текст – и вперед. При том уровне рекламы, который крутится на ТВ, пипл вполне схавает. А «достойная оплата»  - в этом я не сомневалась – будет на порядок меньше, чем у настоящей модели.

Вот поэтому-то и не говорили, в чем заключается сражение за главный приз. У них наверняка заготовлены разные варианты. Сегодня выберут того, кто должен победить, а под него уже и подгонят кейс. Чтобы никаких неожиданностей.

Я еще раз оглядела конкурентов, включив в себе продажника. Кого из нас можно использовать как средство продвижения? Половина вылетала сразу – пожилые и нефотогеничные. Еще одна девушка, довольно симпатичная, но полная, тоже отпадала. Может, она и подошла бы для какой-то специфической рекламы, но в декорациях круиза будет выглядеть… не айс. Более-менее пригодных – на мой взгляд, конечно, - оставалось четверо: интересный мужчина лет сорока, манерный парень с модельной стрижкой, чуть помладше меня, и блондинка с дакфейсом. А, да, и я тоже. Без лишней скромности.

- Теперь конкретно по съемкам, - продолжала режиссер. – Завтра вас разделят на две команды по пять человек. Будет несколько несложных конкурсов, между ними вы расскажете о себе. Послезавтра сниматься будет только победившая команда. Каждый за себя, разумеется. Кому-то одному достанется главный приз. Спонсоры дадут какие-то подарки, за них тоже ничего платить не надо.

- А что за конкурсы? – спросил кто-то.

- Это вы узнаете на съемках. Не волнуйтесь, никаких заплывов в болоте или поедания червей. Если нет вопросов, перейдем к индивидуальным беседам.

- Ну что, пойдем прожрем твои талоны? – предложила Вика, когда все наконец закончилось. – Проинспектируем, чем тут народ кормят. У меня уже кишка кишке фигу показывает.

После общей беседы нас оставили в студии, вызывая по одному в небольшое соседнее помещение. Там снимали на камеру в разных вариантах одежды, подробно допрашивали о работе, увлечениях, хобби. Потом попросили пройтись взад-вперед, поулыбаться, сделать под музыку несколько танцевальных движений. И наблюдал за всем этим из дальнего уголка богемного вида мужик, представить которого не сочли нужным.

Все это еще больше убедило меня, что победителя выберут уже сегодня. Однако Вика со мной не согласилась. Мы пришли в кафетерий, больше напоминающий школьный буфет, набрали на подносы еды и сели за столик, и я поделилась своими соображениями. Озираясь при этом, как шпионка. А вдруг подслушают!

- Ну то, что никакой fair play* тут не пахнет, это ежику ясно, - кивнула Вика,  наворачивая рассольник. – А вот что победителя выберут прямо сейчас – это вряд ли. Слишком сложно подогнать целую кучу заданий под выигрыш одного человека. Будут торчать нитки. Если б им был нужен конкретный рекламный типаж, не имело смысла так морочиться. Объявили кастинг и нашли непрофессиональную модель за копейки. А тут задача, мне кажется, в том, чтобы убить сразу много зайцев.

- А можно попроще для дураков? – попросила я.

- Кать, ну ты же продажник, не я, - возмутилась Вика. – Вот смотри, как бы я сделала на их месте. Выбрала бы двух или даже четырех более-менее подходящих.

- Ну их… то есть нас как раз четверо. Кто по типажу вписывается в круизные декорации и не будет выглядеть там колхозником.

- Да, - согласилась Вика. – Ты, губатая блондинка, педик с начесом и мужик с татухами. Ой, кстати, клевый мужик, я бы с ним замутила. Толстуха еще хороша, колоритная такая, но в купальнике не прокатит, там целлюлит со всех мест прет, никакие фильтры не справятся. Так вот, команды на первый день я бы разбила, чтобы в каждую попало по двое из этих четырех. И все, не надо ничего подгонять. Одна команда все равно победит. А вот на второй день уже сделать подводочку, чтобы круиз выиграл кто-то из двоих годных.

- Вик, ты гений! – вынуждена была согласиться я. – Мне такое в голову не пришло.

- Но, может, конечно, и ты права, - наморщила лоб Вика. – Может, реально кого-то уже выбрали. Но это выяснится очень просто. Прямо завтра. Тогда будущий победитель попадет в команду с колхозниками, а все остальные рекламогеничные – в другую. И колхозники, разумеется, победят.

Остаток дня прошел в нормальном предстартовом волнении. Вика снова потащила меня гулять, на этот раз на Патриаршие пруды и по прочим булгаковским местам. Показывала и рассказывала как заправский экскурсовод. Я слушала, и почему-то не отпускало ощущение, что со мной происходит какая-то чертовщина. И, может быть, прямо сейчас за нами наблюдает, притаившись за деревом, кот Бегемот.

К счастью, на этот раз обошлось без ночной жизни – да я и не согласилась бы. Вестись на отзывы из сети тоже не стали, зашли в первую попавшуюся сетевую кафешку и навернули блинов с разными начинками. Потом приехали в гостиницу, попытались строить какие-то прогнозы на завтрашний день, но сошлись на том, что это непродуктивно.

- Ладно, Кать, давай лучше ляжем пораньше, - Вика выключила телевизор. – Утро вечера мудренее. И главное – не париться, поняла? Если победитель уже выбран, мы сразу поймем. Просто прими это философски.

- Вик, я решила, что буду искать другую работу. Заработаю себе на круиз. И без всяких рекламных контрактов.

- Ну и умничка, - одобрила она. – Спокойной ночи.

Ну, конечно, совсем не париться не получилось, тем более заранее нам ничего так и не сказали. Грим, инструктаж – и… готовность пять секунд.

Ведущий скороговоркой балаболил что-то про «отпуск мечты», представлял спонсоров и организаторов, потом участников, которые, по его словам, «вытащили счастливый билетик и находятся в одном шаге от осуществления мечты». Все мы по очереди вставали, и нам жиденько хлопали.

Сразу стало очевидно, что уровень шоу где-то глубоко под плинтусом. Оформление, свет, звук, сценарий – все было на уровне кабельного ТВ из девяностых. Ну да, канал, конечно, из тех, которые в программке ближе к концу, но не до такой же степени. Главная, а может, и единственная причина, по которой все это было затеяно, виделась мне в отмывании денег и распиле организаторами рекламного бюджета.

Впрочем, меня это категорически не касалось. Дареному танку в дуло не смотрят.

Наконец представление закончилось, и нас разбили на две команды. И стало ясно, что права была Вика. Распределяла участников явно не волшебная шляпа. Я и мужик с татухами попали к «красным», блондинка и условный педик – к «синим». В компанию нам достались толстячок Николай Васильевич и две невыразительные тетки за сорок. Я выцепила в зале Вику, и та кивнула: да, все понятно.

А дальше стартовал какой-то тупой цирк с конями. Сначала чрезвычайно «интеллектуальные» вопросы, на которые отвечали кто быстрее, потом пошли конкурсы, годные для поселковой свадьбы, когда все уже напились и отключили критическое мышление. Ну, например, донести до финиша яйцо в ложке, держа ее зубами. Но я-то была трезвой, и мне было… стыдновато. И даже промелькнула мысль, что Димка в чем-то был прав: участвовать в подобном действе – тот еще кринж. Но, похоже, мои взгляды никто не разделял: соревновались с бешеным азартом. Шли ноздря в ноздрю, и только в последнем конкурсе – проходе по узкому гимнастическому бревну с тяжелым грузом в руках – наша команда вырвала решающее очко.

- Ну вот, - сказала Вика, когда мы вышли на улицу, - теперь начинается все самое интересное.

- Екатерина! – прилетело из-за спины. – Можно вас на минутку?

***

На дорожке стоял, подцепив на палец ремень наплечной сумки, мой сегодняшний соратник и завтрашний соперник – густо покрытый татухами мужик с по имени Валентин, и вид у него был… решительный. Мне это почему-то не понравилось. Вряд ли он решил пригласить меня на свидание.

- А нам вообще можно контактировать вне студии? – поинтересовалась я. – Не сочтут преступным сговором?

- Могут, - он пожал плечами. – Поэтому предлагаю встретиться вечером и поговорить. Подальше отсюда.

Вика делала мне страшные глаза, но я с досадой отмахнулась. Учитывая, что мы с ним фактически вышли в финал, он наверняка хотел не поговорить, а договориться. Других причин для тайных переговоров я не видела. Ни о чем договариваться я не собиралась, но решила, что планы противника лучше знать. Поэтому согласилась на то, что к восьми вечера он подъедет к нашей гостинице, там и встретимся.

- Ты с ума сошла? – напустилась на меня Вика. – О чем ты собралась с ним разговаривать?

- Во-первых, не я с ним, а он со мной. Во-вторых, ты сама сказала, что замутила бы с ним.

- Так то я, а то ты! Вы с ним за главный приз соревнуетесь, остальная шушера не в счет. А приз стоимостью, на минуточку, в пол-ляма, не считая перелетов и прочих накладных расходов. Плюс рекламный контракт.

- Вик, уймись, - попросила я устало: вся эта колхозная олимпиада меня здорово вымотала. – В том-то и дело. Поэтому мне надо знать, чего он хочет. Тут только два варианта: либо он предложит заплатить, чтобы я слилась, либо попросит денег, чтобы слился он.

- Ты упустила еще один вариант. Он просто настоятельно и убедительно потребует слиться. Без всяких денег. Чисто для пользы здоровью. Поэтому рекомендую заранее включить диктофон.

- Резонно, - согласилась я. – Но знаешь, Вик, у меня вся эта фигня просто в башку не укладывается. Ну круиз, да. Дорогой. Но возня, как будто кто-то целый лайнер должен выиграть. Вместе с командой.

- Спустись на грешную землю, Катя, - вздохнула Вика. – Ты слышала, кто он такой, Валентин этот?

- Нет. Как-то мимо ушей пролетело.

- А я все внимательно слушала. Он из какого-то маленького городка на Кубани. Мелкий бизнесмен. Может, у себя там он первый парень на деревне, но вывалить такие деньги на круиз из своего кармана, походу, не может. А хочется. К тому же вся эта самая деревня на него по телику смотрит. Стыдновато как-то возвращаться домой на лопате. Что ж ты, скажут, Валя, какой-то девке тощей проиграл? Он, конечно, будет говорить, что ты через постель выиграла, всем дала, от владельца канала до уборщика, но грызть все равно будет. Так что с тебя денег он не попросит, а вот тебе может предложить какую-нибудь ерунду. Типа, Катя, лучше синица в руке, на тебе, условно, двадцать тысяч и отвали. Но, скорее, чего-нибудь неприятного пообещает, если добровольно не поддашься. Хотя вряд ли на что-то подобное осмелится в реальности. Не та у него аура. Не крутого чувака. Одна видимость.

- А самое знаешь какое будет смешняцкое? – фыркнула я. – Если мы все это придумали и выиграет кто-то третий.

- Ну… - выпятила губу Вика. – Каких только чудес в жизни не случается. Ладно, давай. Узнаем, чего ему надо. Если что, будет подстраховка. Ну, к примеру, ты откажешься, а он выиграет. Думаю, потянет на дисквалификацию.

Она как в воду смотрела. Мы с Валентином зашли в ближайшую кафешку, и он действительно начал вливать, что ему непременно нужно поехать в этот круиз. Что это мечта всей его жизни и единственная возможность. А я молодая, красивая, и таких возможностей у меня будет еще миллион. И предложил тридцать тысяч, если я ему подыграю.

- Вы же понимаете, Катя, - он накрыл мою руку и проникновенно посмотрел в глаза, - другие нам с вами не конкуренты.

Стало так скучно и противно, что захотелось забить на все. Вернуться в гостиницу, собрать вещи и поехать на вокзал. И домой, в Питер.

Вот уж правда, испанский стыд!

Но я тут же себя одернула.

А собственно, с какой стати я должна это делать? На радость хитренькому Валечке? Вот уж фиг!

- Валентин, - я с усилием высвободила руку, - у меня к вам встречное предложение. Давайте притворимся, что ничего не было. Мы с вами ни о чем не разговаривали и ни о чем не договаривались. И тогда я не дам ход записи этого разговора.

Несколько секунд он смотрел на меня, изумленно хлопая глазами. Как будто отказывался поверить, что такая милая девушка способна на такую гадость. Потом процедил сквозь зубы: «С-с-сука!» и ушел, не заплатив за свой кофе.

- Что-то не хочется уже ни в какой круиз, - сказала я Вике, когда пришла в гостиницу.

- Спокуха! – она показала мне кулак. – Ты должна. Хотя бы уже для того, чтобы порвать этого засранца. И засранца Димона тоже. И всех прочих засранцев.

Так она зомбировала меня целый вечер, и я готова была уже на что угодно, лишь бы не слышать ее зудения. И на съемки приехала в соответствующем настроении: пожалуйста, давайте поскорее все это закончим.

На второй день задания были подвязаны на круизную тематику: от вопросов до танцев под гавайскую музыку. И да, нам с Валентином подыгрывали. Неочевидно, но подыгрывали. Так, что мы легко обошли по очкам конкурентов. Но, похоже, орги не выбрали заранее, кто им нравится больше, и предоставили нам самим решить этот вопрос. К финалу мы подошли с боевой ничьей. Валентин поглядывал на меня ненавидяще.

- Итак, Катя, Валентин, решающий раунд, - экзальтированно замахал руками ведущий. – Возможно, всего одно слово отделяет кого-то из вас от победы. Играем до первого правильного ответа. Кто быстрее – тот и отправится в отпуск мечты на роскошном круизном лайнере. Напоминаю, что эту возможность предоставил наш спонсор, компания «Амелия-тур». После рекламы мы вернемся в студию и узнаем, кто победил. Не переключайтесь!

Поскольку рекламную врезку должны были добавить при монтаже, он сразу перешел к первому вопросу:

- Во время круиза лайнер сделает тендерную остановку у острова-государства Тувалу. Какой город является столицей Тувалу – Фунафути или Нанумеа?

-----------------

*(англ.) честная игра

Он еще не назвал варианты, а в голове вспыхнуло, как петарда: дурацкое слово!

В детстве меня часто оставляли ночевать у бабушки: папа ездил в командировки, а у мамы в больнице бывали суточные дежурства. Однажды квартиру затопили соседи сверху – и, как назло, всего через месяц после ремонта. Потолок дед побелил, а переклеивать обои не стали, повесили на стену огромную административную карту мира. Откуда она у них взялась, так и осталось загадкой.

Тахта, на которой мне стелили, стояла как раз под картой. Я засыпала, уткнувшись носом в Тихий океан, и все тихоокеанские государства знала наперечет, вплоть до самых крошечных, обозначенных циферками. Не зря же мне всегда хотелось побывать там. С тех пор я очень многое забыла, но точно помнила: название столицы Тувалу – дурацкое. Конечно, с точки зрения русскоязычного ребенка.

- Фунафути!!! – заорала я одновременно с озвученным вторым вариантом.

- И это правильный ответ! – вскинул руку ведущий. – Екатерина побеждает в нашем соревновании и отправляется в отпуск мечты на круизном лайнере «Sun of the Seas».

Зал завопил, засвистел и взорвался аплодисментами. Валентин посмотрел на меня таким взглядом, что, по идее, я должна была немедленно скончаться в самых страшных муках.

- Валентин, не огорчайтесь, - повернулся к нему ведущий. – Это всего лишь игра. В качестве утешительного приза вы получаете от нашего спонсора тур на двоих по «Золотому кольцу» России.

Вот правда, мне даже стало его немного жаль. По «Золотому кольцу» - это само по себе неплохо, но в качестве утешительного приза – как издевательство.

Под занавес я выдавила из себя пакет банальностей: не могу поверить, что исполнилась моя мечта, спасибо-спасибо всем-всем-всем. Я и на самом деле не могла поверить, что выиграла и поеду в круиз. Вот теперь, вслед за Димкой, стало казаться, что это какой-то развод. Что найдется миллион причин, по которым я никуда не поеду.

Ну хоть миксер подарили, и на том спасибо!

Всем пятерым действительно вручили по коробке с какой-то мелкой бытовой техникой, тоже от спонсоров. А еще по большому букету и по корзине тропических фруктов. Следом на сцену вышел представитель туроператора. Валентину достался конверт размером с книгу, зато мне – огромный. Примерно с меня ростом, раскрашенный пальмами и попугаями. Пришлось поставить его на попа и прижать к себе локтем.

На этом съемка закончилась.

- Всем спасибо! – расслабленно сказала все та же сутулая ассистентка и избавила меня от конверта.

Как выяснилось, это был студийный реквизит, внутри которого на дне болтался еще один конверт – стандартного офисного размера, с сертификатом на получение путевки.

- И что теперь? – растерянно спросила я, пытаясь не уронить букет, коробку или корзину и чувствуя себя при этом обезьяной с орехами.

- А теперь вы идете в офис тур-оператора, хоть прямо сегодня, и вам оформляют путевку. И дают всю необходимую информацию. Всего доброго!

Тут ко мне с визгом подскочила Вика и попыталась было обнять, но я пихнула ей в руки трофеи.

- Вик, это все тебе. За моральную поддержку. Спасибо огромное! Миксер у меня есть, фруктов тропических еще наемся. Поезжай сейчас в гостиницу и собирай вещи. А я буду с путевкой разбираться.

Офис, к счастью, оказался недалеко, даже с моей москвофобией удалось дойти пешком и не заблудиться. Девушка, к которой меня отправили, сдержанно поздравила с победой и достала из ящика стола красную папку.

- Это ваша путевка и ваучеры на оформление. Круиз начинается пятнадцатого августа, продолжительность четырнадцать ночей. Отправление из Сингапура, возвращение туда же. У вас будет одноместная каюта – это плюс. Минус в том, что она маленькая и внутренняя, без окна. Вы москвичка?

- Нет. Из Питера.

- Значит, забирайте эту папку с собой. Придете в наш филиал, и вам все оформят. Нужен загранпаспорт. Чтобы в нем была хотя бы одна чистая страница и срок действия не позже февраля будущего года.

- У меня кончился, - испуганно пискнула я.

- Значит, срочно оформляйте новый. У вас еще три месяца впереди, но закончить все лучше до конца июня. Что входит в стоимость вашего выигрыша? Сама путевка, медицинская страховка, трансфер до Сингапура и обратно, трехразовое питание и экскурсии. Виза – за ваш счет. Вам нужна только одна, сингапурская. Рекомендую не экономить и оформить через нашего агента. Вам, конечно, будут говорить, что через визовый центр дешевле, но есть один нюанс. Вы замужем?

- Нет.

- Гражданский брак?

Я покачала головой.

- Значит, даже не пытайтесь. Сингапур крайне неохотно выдает туристические визы одиноким женщинам. Процент отказа очень высокий. А агентство даст круизную поддержку. Вроде как гарантию, что вы там не останетесь нелегально. Пока все. Получайте новый паспорт и приходите оформляться. Приятного путешествия!

Совершенно очумевшая, я вышла на улицу, но через два квартала поняла, что заблудилась. Пришлось вызывать такси на «я здесь». Хорошо хоть не забыла, как называется гостиница.

Вика, собрав наши вещи, занималась высокоинтеллектуальным трудом. Разложив на столе тропические фрукты, она пыталась по картинкам из интернета опознать те, которые были ей незнакомы. Совместными усилиями мы идентифицировали все и разъели пополам черимойю: Вика настояла, чтобы я тоже попробовала.

- Слушай, а что насчет контракта? – спохватилась она, когда я рассказала про визит в турфирму. – Ну рекламного? Ничего не сказали?

- Нет, - я совсем забыла об этом. – Наверно, потом скажут. А если нет – ну и черт с ним.

***

Триумфальная эйфория продлилась от силы пару дней. В эфир запись шоу должна была выйти только в июле – в самый дохлый сезон летних отпусков. Так что на работе меня встретило не «Вау, Катька, круто, поздравляем!», а «Ну что, Кать, как там? Чего, серьезно выиграла?» Впрочем, новость разлетелась мгновенно, и завистливых взглядов хватало.

Родители сдержанно порадовались. Их пугало, не случится ли со мной в этом круизе что-то… нехорошее. Что именно нехорошее, они не знали, но на всякий случай все равно боялись. Впрочем, так было всегда, сколько я себя помнила. Они всегда за меня боялись. Даже если я просто шла в школу и из школы. Понять можно, конечно, но все равно раздражало.

Я приготовилась к долгому и сложному квесту по замене паспорта и получению визы, но неожиданно все оказалось быстро и просто. Подала заявку на замену паспорта на Госуслуги, заполнила нужные бумажки и через положенный срок получила новенький. А ведь было, было время, когда в пять утра занимали очередь, чтобы захватить талончик на подачу документов.

С визой все вышло еще проще. Девушка в турагентстве, оформлявшая путевку, при мне заполнила анкету на английском языке, забрала мои справки с работы и из банка, а в следующий визит вернула паспорт с красивой сингапурской визой. К концу июня у меня на руках было все: путевка, виза, бронь на авиабилеты и страховка.

Не было только никакого обещанного рекламного контракта, о котором никто так и не обмолвился. В турагентстве об этом ничего не знали – в общем-то, логично, их делом было обеспечить тур. Я даже написала письмо по тому адресу, с которого пришло приглашение на съемки.

«С вами должен связаться представитель рекламного агентства», - ответили мне лаконично.

Сначала эта тишина меня напрягала, потом я махнула рукой. И правда – оно мне надо? Вкалывать там, где другие отдыхают? Хотелось, конечно, немного подзаработать, но нет так нет.

В начале июля, уже после того как шоу показали по телевизору, мне позвонили с незнакомого номера. Было побуждение смахнуть звонок, но я все-таки ответила.

- Екатерина Валерьевна, - невнятно поздоровавшись, бросилась в атаку раздраженная дама, - меня зовут Ольга, я менеджер рекламного агентства «Актуаль». Хочу вам напомнить, что вы не можете отказаться от участия в рекламной кампании. Если собираетесь поехать в выигранный тур, значит, должны подписать контракт.

- Собираюсь, - растерялась я. – Но мне никто ничего не сказал, что надо делать.

- Я неделю назад отправила вам по электронке договор.

- Но я ничего не получала.

- Проверьте папку спама. Если нет, перезвоните, отправлю снова.

Договор действительно нашелся в спаме. От меня требовалось участие в фото- и видеосъемках с фиксированной оплатой за час работы. Я понятия не имела, много мне предлагали или мало, но поскольку отказаться от контракта все равно не могла, оставалось только подписать. Отсканированный договор отправила по мылу, бумажный – заказным письмом по почте. 

Внешне ничего не изменилось. Я все так же ходила на работу, что-то там делала, возвращалась с домой, готовила, стирала, убирала. По вечерам сидела у телевизора или в интернете. Но это было то самое томительное ожидание перед выходом из дома, когда собранные чемоданы уже стоят в прихожей. Только растянутое во времени.

Дело в том, что это было не просто путешествие. Не просто отпуск – пусть даже и «отпуск мечты», как его назвали в шоу. Вся моя жизнь должна была измениться… да нет, она уже изменилась. Как бы ни прошел этот круиз, когда я вернусь, все пойдет по-другому. Ну не может остаться по-прежнему.

А ведь еще и вещи надо было собрать. Приехала Вика, провела ревизию моего шкафа и пришла в ужас.

- Лисицына, тебе же взять с собой нечего!

- В смысле? – обиделась я. – Нормальные у меня шмотки.

- Для какой-нибудь Анапы, может, и нормальные. А в круиз… Ты же не хочешь нищебродкой выглядеть?

- Вик, даже если я почку авансом продам, на дизайнерские мне все равно денег не хватит.

- Типичный нищебродский подход! – фыркнула Вика. – Можно и за небольшие деньги выглядеть дорого. Только надо знать как. Ну кое-что я тебе одолжу, но купальники купи нормальные, будь добра. Поскреби по сусекам.

Купальники у меня и правда были… так себе. Пожалуй, Вика права, надо купить. Тогда уж тот самый белый – из сна. И шляпу. А мачо с кубиками можно в комплект?

Вика словно услышала мои мысли.

- Кать, ты девушка красивая, свободная. Мало ли какой курортный роман заведешь. А может, и не только курортный. В такие туры бедные люди не ездят.

- Если, конечно, не купили в кредит, - заметила я, но Вика только махнула рукой.

Я вытряхнула все свои заначки, поклянчила денег у родителей и – под ее чутким руководством – совершила набег на магазины. Потом она привезла две сумки своих летних тряпок. Из всего этого мы совместными усилиями состряпали очень даже пристойный гардероб.

- Так, Кать, - Вика критически оглядела меня, одетую в открытый sundress*. – А теперь марш в солярий. Ты похожа на бледную поганку. И эпиляцию делать. Как раз времени хватит, чтобы привести себя в порядок.

- О боже-е-е! – застонала я. – Во что я ввязалась?

- Поздно пить боржоми, когда почки отвалились. Держи мою карту в салон. И без разговоров!

Меня словно несло каким-то бурным течением. Сопротивляться было бесполезно. Да я и не хотела. Календарь отсчитывал последние дни до отлета. Я перелопатила пол-интернета, изучая все крохотные островные государства, которые предстояло посетить.

Отпуск мечты? Да, я была в одном шаге от осуществления своей детской мечты – увидеть собственными глазами те крохотные кусочки суши, разбросанные в океане, которые я когда-то пыталась представить, глядя на карту на стене. Было немного страшно. Когда осуществляется мечта, всегда страшно: а вдруг она обернется разочарованием?

—-----------

*(англ.) сарафан