Отпуская

Новогодняя суета в центре города постепенно приближалась к своему апогею. Витрины пестрели огнями гирлянд, небо сверкало звездами. Тридцать первое декабря этого года радовало на редкость прекрасной зимней погодой.

До полуночи оставалось около трех часов, когда мы добрались сюда после быстрого забега по всем родственникам. Девочки знали, что этот Новый год для меня будет особенным, и поддержали мой план, за что я была им очень благодарна.

– Сначала прогулка, потом ярмарка, или наоборот? – уточнила Маша, указывая рукой на множество деревянных домиков с разнообразными товарами. Ее темные ресницы покрылись инеем на кончиках, а щеки раскраснелись.

– Прогулка, – отозвалась я, помня, что планировалось в прошлом году, в мельчайших деталях. Хотелось повторить все именно в той самой последовательности, которую Егор для нас придумал.

Подруги фотографировались на фоне бронзовых статуй, пока я на смотровой площадке наблюдала, как по дороге у подножия холма проезжают машины.

Наташа хлопнула меня по плечу, стоило им оказаться рядом. В этот же момент с другой стороны послышался мужской голос:

– Девушки, здравствуйте.

Обернувшись, мы увидели, что у заграждения стоят трое мужчин вполне опрятного вида, а что самое интересное, совершенно трезвые. Никто из нас так ничего и не сказал, поэтому тот же молодой человек, стоявший посередине, продолжил:

– Вы только не подумайте ничего, просто мы с друзьями хотели бы составить вам компанию на этот вечер. Как вы на это смотрите? – вежливо и совершенно дружелюбно отозвался незнакомец, его друзья интенсивно закивали.

Мы с девочками переглянулись. Ни одна не была уверена насчет этого предложения. Сейчас время такое, все настороже, но эти молодые люди не вызывали, на первый взгляд, никаких опасений, но… вдруг это обман? Да и зачем нам лишние провожатые?

– Если боитесь, то можем даже паспорта показать, да хоть сфотографируйте их и пошлите родственникам, чтобы все знали, кого искать, если что! – предложил второй мужчина, что стоял слева.

И за свои двусмысленные слова получил от друга локтем в бок, отчего смешно охнул.

Пока его друг крутил пальцем у виска и без слов пытался объяснить, какую чушь он сморозил, на моем лице невольно появилась улыбка. Мы снова переглянулись и после дружного пожатия плечами решили: а почему бы и нет? Гулять так гулять!

– Меня зовут Мария, девочки Виктория и Наталья, – представила нас Маша.

– Очень приятно познакомиться, Дмитрий, Валерий, Иван, – ответил мужчина посередине, сначала указав на себя, потом на друга слева и справа.

После знакомства парни предложили прогуляться по парку. Мы согласились, раз уж и в нашем плане значилась эта самая прогулка.

А паспорта Наташа все же посмотрела, сфотографировала, прикрыв у каждого пальцем часть номера, и даже отправила сестре сообщением. Мужчины отнеслись к этому с пониманием.

– Сразу хочу сказать вот что, – начала Таша, пока мы шли к другой смотровой площадке, здесь сегодня было очень многолюдно, оно и понятно. – Полностью свободная девушка из нас только я. Маша замужем и ребенок есть, а Вика… как бы это сказать… – Подруга стрельнула в меня глазами, я прищурилась на нее в ответ. – Вроде бы и свободна, но не совсем. Поэтому к ним обеим относиться строго как к одному из приятелей! А лучше как к сестрам. Родным.

– Никаких проблем, – тут же согласился Дмитрий.

Мужчины оказались на редкость интересными собеседниками, веселыми и достаточно тактичными. С ними можно было обсудить все на свете: от политики до мультиков.

– Я все еще считаю, что единственный путь форсюзеров – это серые джедаи! – высказывалась я эмоционально. – Сколько лет фанатею от этой вселенной, но никак не пойму, почему же, если останутся только джедаи, это баланс? Какой же это баланс, если только светлая сторона останется?!

– Абсолютно согласен. Боже, наконец-то хоть кто-то меня понимает! – Иван воздел руки к небу, чем заставил Валеру засмеяться.

Дима шумно выдохнул и вдруг ответил:

– Только ситхи все возводят в абсолют.

Эта фраза дала понять, что один из мужчин нашу точку зрения не разделял.

Мы с Ваней переглянулись.

– Темная сторона? – спросил он с ухмылкой.

– Конечно! Там же печеньки! – подхватила я в тот же момент.

От Димы снова послышался вздох.

– Но, если серьезно, я правда не понимаю философию джедаев. Они боятся испытывать негативные эмоции, потому что те ведут к темной стороне. Поэтому своими правилами полностью лишают себя нормальной жизни. И вместо того, чтобы научиться жить со своими эмоциями, они делают все возможное, чтобы просто не испытывать их. Но тогда как они научатся справляться?

– Им помогает как раз джедайская философия, учение и дисциплина. – Дима шел позади, пришлось разделиться на два ряда, иначе идти было просто невозможно.

– Но ведь они, по сути, отказываются от огромной части себя! Вместо того чтобы научиться принимать свои негативные стороны, избегают их и делают из себя эмоциональных калек. Если правильно помню, в расширенной вселенной были форсюзеры, использующие темную сторону, но при этом не переходящие на нее, а балансирующие на грани, берущие все хорошее от обеих сторон. Вот то, что я считаю балансом, а не полную победу джедаев. Без тьмы нет света, – закончила я глубокомысленно.

– О-о, – простонала Наташа, – фанаты!

Дмитрий обошел подругу слева, поближе к нам, чтобы не повышать голос.

– Я все же за «официальную» версию, что ситхи не часть баланса, они вне его. Именно поэтому своим существованием, своими методами использования они, грубо говоря, баламутят Силу, которая без их вмешательства пребывает в равновесии.

– Да, я читала об этом, но все же для меня логичнее вариант, что темная сторона – это часть Силы, а не отдельный ее антипод.

– И нас теперь больше! – рассмеялся Иван, друг толкнул его в плечо.

– Эх, меня окружают неправильные фанаты! – сокрушался Дмитрий.

– А меня вообще окружают НЕ фанаты! Они даже ни одного фильма не смотрели! – показала я на подруг.

– А как ты стала фанаткой?

– Мои родители – фанаты оригинальной трилогии, так что я смотрела ее с самого детства, видела все изменения и добавления.

– О, значит, знаешь, кто стреляет первым! – вклинился Валера и поднял руку, побудив дать ему пять.

– Я в начале этого года планировала окунуться в расширенную вселенную, но... – Я осеклась, говорить о плохом не хотелось. – Не сложилось.

Мужчины явно уловили смену моего настроения, поэтому, к радости подруг, перевели тему.

Я же пока шла и слушала презабавную историю, как Дима делал дома ремонт, думала, что вот так обсуждать с кем-то любимую вселенную напоминало о Егоре даже больше обычного. Из моих знакомых только с ним я могла пуститься в подобные многочасовые рассуждения.

После прогулки нашим провожатым пришлось вытерпеть более часа активного шопинга на новогодней ярмарке, когда мы обошли все домики и купили все понравившиеся сувениры.

Лишь в одном месте я забуксовала, когда на одном из прилавков увидела лаконичную кожаную ленту с тиснением. Она была закреплена на небольшом карабине для удобства подвешивания. Я знала, что этот сувенир хорошо бы смотрелся на той кожаной сумке через плечо, которую всегда носил с собой Егор.

В прошлом году я пребывала в таком состоянии, что даже не забрала заказанный подарок из пункта выдачи и его отправили назад, вернув мне деньги. И теперь, пусть прошел уже год, мне захотелось купить ему подарок, даже если не суждено будет отдать его. В этот момент я почувствовала, что должна купить хоть пустяковый сувенир для человека, которого так сильно любила. Даже если придется положить этот подарок на его...

– Вика, – прервал мужской голос мои мысли, – ты так долго смотришь на этот брелок. С тобой все в порядке? – Иван оказался рядом, цепко меня рассматривая. – Может, что-то болит?

– Нет-нет, все в порядке, просто задумалась, – улыбнулась я, тряхнув головой. Быстро достала деньги и заплатила за ленту.

Мы вместе с Ваней вернулись к друзьям.

Парни решили нас покормить, поэтому у домика с горячим чаем и выпечкой заняли столик. Я взяла себе неалкогольный глинтвейн и, пока пила, вспоминала, как мы с Егором приходили сюда в прошлом году и также пили глинтвейн у одного из домиков.

Где же ты сейчас?..

Только подумав об этом, я сразу постаралась выбросить все подобные мысли из головы. И так уже долго мучила себя. Хватит. Нужно остановиться.

– До полуночи осталось чуть больше получаса, пойдемте на площадь, там уже концерт начался! – предложила я, пытаясь перекричать шумную толпу совсем рядом, девочки согласно закивали, ведь это было в нашем плане.

Все вокруг скандировали: «Раз, два, три, четыре…» пока куранты били полночь. В порыве чувств я обняла подруг. Прошлый Новый год прошел плохо. Все планы рухнули, Егор пропал, и я была вся на нервах, поэтому никакого намека на праздник не было. Дальше стало только хуже, но сейчас все по-другому. Этот праздник я хотела отметить как никогда в своей жизни!

Практически сразу после боя курантов и обмена поздравлениями мужчины сообщили, что им нужно уйти примерно на полчаса или около того.

– Вы, девочки, только ничего не подумайте, просто у нас есть своя традиция. И мы стараемся ее не нарушать из года в год, – начал Дмитрий.

– Да, и так в прошлом году пропустили, сейчас ну никак нельзя. – Ваня смотрел грустно, словно был уверен, что мы не поверим и обидимся.

– Так может с нами, а? – Валера был самым молчаливым из всей тройки, но не совсем уж молчуном, просто на фоне Димы, души компании, его редкие реплики контрастировали.

– Ребят, никаких проблем. Традиция есть традиция, – спокойно ответила ему Маша с улыбкой.

– Но, простите, с вами пойти не можем, у нас есть свой план на этот вечер. – Наташа тоже немного погрустнела.

– И мы пообещали его не нарушать, – добавила я, надеясь, что такого объяснения будет достаточно.

– Тогда встретимся у перекрестка через полчаса? – Дима посмотрел на свои часы.

– Да, без проблем, – кивнула Маша, и наши компании разошлись в разные стороны впервые с момента знакомства.

– Ой, девочки, я дура, ей богу! – вдруг выдала Таша.

Мы посмотрели на подругу вопросительно.

– Ну об этом мы давно в курсе, но с чего вдруг с твоей стороны такое осознание? – подколола Маша, и мы дружно рассмеялись.

– Этот Дима не мужчина, а мечта. Кажется, я влюбилась. Ну не дура ли? Знаю его три часа...

– Вы правда очень хорошо смотритесь вместе. Да и общий язык быстро нашли, – заметила я искренне.

– Думаешь, стоит попробовать?

– Думаю, стоит.

– Но не бросайся, пожалуйста, в омут с головой, как ты обычно делаешь. Давай немного поспокойнее! – осадила подругу Мария.

– Полностью согласна. – Я кивнула.

Наташа не обиделась, наоборот, обняла нас каждую по отдельности.

– На самом деле, парни – огонь! Эх, если бы у меня не было любимого мужа, я бы тоже подумала насчет одного из них, – мечтательно отозвалась Маша.

– Тебе и так повезло, не муж, а сказка, даже завидно, – призналась я подруге.

– Я думала, она врет, пока лично с Антоном не познакомилась, – закивала Наташа.

– А что если она наняла актера? – выдала я бредовую теорию и крепко сжала зубы, чтобы не рассмеяться.

– Хм, думаешь? А что, звучит убедительно! Решила нас поразить, вот и наняла самого-самого! – без объяснений подхватила Таша.

Обсуждаемая Маша сначала просто смотрела на нас взглядом учительницы, которая смирилась с разговорами на задних партах. Но в итоге не выдержала, дала нам с Наташей пару шлепков по пятым точкам.

 Мы, в соответствии с планом, посмотрели концерт, а когда вернулись мужчины, дружно отправились на каток. Я никогда не каталась на коньках в центре города, да еще и в новогоднюю ночь. Нарезая очередной круг, пытаясь догнать проворных парней, ощущая ветер на своем лице и холод, обжигающий легкие при каждом вдохе, я так погрузилась во всю эту праздничную атмосферу, что даже перестала чувствовать грусть, которой был наполнен весь сегодняшний вечер. Грусть, которую гнала каждый раз, вспоминая о ней, потому что это вовсе не то, чего я хотела от сегодняшней ночи. Я обещала самой себе, что проведу этот Новый год радостно, проведу его так, как хотел для нас Егор, а не проходя очередной виток терзаний от неизвестности. Поэтому не я думала, просто ехала вперед, веселясь, как все вокруг.

Окончательно выдохлись мы только ближе к трем часам и успели вернуться на главную площадь к моменту, когда начался праздничный салют.

Пока я наблюдала за разноцветными залпами, испытывая почти детский восторг, больше всего хотелось, чтобы Егор был в этот момент рядом со мной. Подошел бы сзади, приобнял за плечи, и мы бы вместе смотрели на фейерверк. На одно яркое, но мимолетное мгновение мне даже показалось, что он действительно стоит сейчас позади и с таким же восторгом смотрит на небо.

Восторгаясь красочными вспышками, я вдруг подумала, что и наш с Егором роман был похож на яркие взрывы фейерверков. Такой же внезапный, яркий и мощный.

Мы познакомились случайно, даже банально, – в автобусе. Я ехала домой с работы. Он подошел и предложил познакомиться. У меня уже был подобный опыт, тогда я отказала, но в этот раз решила не рубить сплеча. Слово за слово, мы поняли, что у нас много общих интересов и тем для разговоров. И вот уже мой новый знакомый вместо того, чтобы выйти на своей остановке, едет ко мне в пригород. При воспоминании о том, как мы час стояли на остановке и все никак не могли наговориться, я улыбнулась. Хорошо хоть познакомились в августе, а не январе, и погода в тот день была просто прекрасная.

А дальше переписки, звонки и бесчисленные попытки встречаться почаще. Так уж вышло, что у нас совсем не совпадали графики. К тому же у обоих работа подразумевала периодические, хоть и непродолжительные, командировки. Мы улучали каждый момент, чтобы увидеться, побыть вместе, но этого все равно было мало. И спустя почти четыре месяца такой жизни поняли, что пора подыскивать новую работу, иначе такой бешеный график совсем скоро нас доканает. Мы не торопились, понимая, что за месяц до нового года особо не развернешься с поисками. Но мне повезло, подходящая работа нашлась быстро, и мне даже удалось перейти на новое место без отработки в две недели.

Егор был не так удачлив, но и он за две недели до праздников порадовал меня прекрасными известиями, что написал заявление и в последний день года будет свободен как ветер, на новом месте его ждали после праздников, а это значило, что все новогодние выходные мы могли провести вместе. Тогда-то Егор и составил план, как мы с его друзьями отметим Новый год. Ведь наконец появилось время и возможность познакомиться. А на Рождество мне предстояла встреча с его родителями, от которой я долго открещивалась, считая, что еще слишком рано. Но Егор был настойчив и убедителен, а я сдалась, поверив, что его родители прекрасные, понимающие люди и с ними мне будет вполне комфортно.

Вот только двадцать девятого Егор внезапно перестал отвечать на сообщения, на звонки, не появлялся в сети. Я сначала подумала, может, на работе что-то срочное, и не придала значения. Вот только он не ответил ни на следующий день, ни потом. Его телефон молчал до сих пор, хотя я знала, что родители исправно каждый месяц пополняли счет, на всякий случай.

Тогда на новогоднюю ночь мне пришлось остаться с родителями, мы все были на нервах. Ближе к вечеру первого числа, переступив через собственный стыд, я начала искать страницы его друзей в соцсетях, хотя и чувствовала себя очень некомфортно, словно меня бросили, но забыли предупредить об этом, а я слишком глупа, чтобы понять самостоятельно. Я написала единственному, кто был в сети. Вот только стыдиться не пришлось, наоборот, ответ его друга Вани поверг меня в шок. Оказалось, что ни семья, ни друзья не могли найти Егора. Он просто пропал, не дошел домой после работы. Уже и полицию подключили. Друг попросил меня оставить свои контакты, чтобы их передали в органы, и они опросили всех, с кем Егор контактировал в последнее время.

В памяти всплыли разговоры со следователем, огромная папка с распечатками наших переписок, к которым я предоставила доступ. А утром седьмого января звонок в дверь и встреча с незнакомой парой, оказавшейся родителями Егора. Я вспомнила, как его мать рыдала на нашей кухне, а моя отпаивала ее валерьянкой. Разговоры вперемежку со слезами до самой ночи. Тогда мы все еще надеялись хоть на какие-то новости, неважно, хорошие или плохие, лишь бы какие-нибудь, вот только их не было. В деле появлялись все новые и новые факты, но никаких ответов. Маршрут Егора восстановили чуть ли не поминутно, но в какой-то момент он просто исчезал, словно растворялся. Ни следов, ни зацепок – ничего.

Его родители до сих пор периодически звонят мне и сообщают одно и то же: новостей нет. Его мама как-то мягко спросила, не стоит ли им прекратить, у меня ведь своя жизнь, но я просила, чтобы они продолжали. Вот и последний раз мы созванивались совсем недавно, всего-то три дня назад. Мы с мамой Егора поговорили, обменялись новостями и договорились о новом звонке через пару недель.

Вдруг меня из воспоминаний выдернула установившаяся на секунду тишина, последний залп салюта отгремел. И вдруг толпа взорвалась овациями, аплодисментами и криками: «Ура!»

Мы снова поздравляли друг друга с Новым годом и обнимались всей компанией.

Далее встал вопрос о том, чтобы нормально поесть. И вот тут пришлось постараться, дабы найти заведение со свободными столиками. Мы очень долго искали, но в итоге нашли один ресторанчик достаточно далеко от оживленной центральной улицы, с хорошей едой и адекватными ценами.

За едой ребята снова развлекали нас разговорами и смешными историями, недавними, студенческими и даже детскими.

– Так, это все, конечно, замечательно, но, думаю, нам уже пора, – сообщила я, посмотрев на часы.

– Вы уже уходите? – тут же встрепенулся Дмитрий, быстро стрельнув глазами на мою подругу. Симпатия Наташи явно была взаимна.

– Да. – Маша начала собираться.

– Давайте с нами! – предложила Таша.

Я кивнула.

– Да-да, идемте.

Я видела, что Дима уже почти согласился, но потом тяжело вздохнул и посмотрел на своих друзей. Те тоже слегка поникли.

– Нет, нам, к сожалению, тоже пора. – Валера глянул на часы.

Распрощавшись с парнями, при этом потратив лишние минуты на спор, кто будет оплачивать еду, мы вышли на улицу. Они победили, и счет остался у них, хотя мы с подругами, как приличные особы, пытались настоять на оплате поровну или даже каждый сам за себя.

Следующим и последним пунктом новогоднего плана значился ипподром. В пять утра в новогоднюю ночь всегда проводился праздничный забег. И Егор рассказывал, что они с друзьями участвовали постоянно и ставили на одну и ту же лошадь по кличке Звезда. В этот раз мы с подругами должны сделать то же самое. Тогда весь план Егора на новогоднюю ночь будет выполнен, и я смогу вздохнуть спокойно. И, возможно, смогу наконец отпустить...

Пришлось быстрым шагом пройти несколько улиц, чтобы вызвать такси, потому что центральная часть города была перекрыта, но вот спустя двадцать минут мы уже приехали на место. Каждая из нас сделала ставку на небольшую сумму, и мы отправились искать места, чтобы посмотреть забег.

Объявили начало через десять минут. Люди рядом с нами представляли собой шумные радостные компании. Кто-то разливал напитки, где-то пели новогодние песни, а через несколько человек от нас вообще стояла группа девушек, обмотанных светящимися гирляндами. Всюду раздавался смех и поздравления. В воздухе витало предвкушение.

Вдруг послышались знакомые голоса. Наташа резко начала озираться и, увидев наших сегодняшних знакомых, замерла в шоке.

– Что?.. – пыталась я подобрать слова, но растерялась.

– Вы тоже здесь? – Иван подошел ближе. – Вы торопились, чтобы посмотреть забег?

Я кивнула.

– Вот это совпадение, – протянул Валерий, подойдя ближе к бортику, ограждающему места для зрителей.

– Нет, друг мой, это судьба, – сообщил Дима, не отрывая взгляд от Таши. Она, недолго думая, быстро подошла и, не обращая ни на кого внимания, поцеловала его, обхватив руками за шею.

– Голубки! – фыркнула Маша с улыбкой.

– На кого поставили? – спросил Дмитрий, оторвавшись от своей прекрасной партнерши.

– На Звезду, – ответила ему Наташа.

Парень отклонился и удивленно спросил:

– Серьезно?! Мы тоже. И всегда на нее ставим... Наша новогодняя традиция, – протянул он.

А меня вдруг словно прострелило. Неужели могут быть такие совпадения?

– Ваня, а твоя фамилия, случаем, не Скворцов? – спросила я, внутренне подобравшись.

Мы смотрели друг на друга, поэтому я заметила, как расширились его глаза, стоило услышать фамилию. Он кивнул.

Я ахнула и прикрыла рот рукой.

Как такое возможно?!

В груди закололо, в глазах защипало.

– Ты... Вика... Алексеева? – Он на деревянных ногах подошел ко мне и обхватил за плечи.

Мы общались всего пару раз по переписке, потом все новости я узнавала напрямую от родителей Егора. Фотографии на странице его друга Ивана не было, да и на моей на тот момент тоже. Поэтому все, что мы знали друг о друге, это имена и фамилии.

– Что происходит? – Маша сбоку положила мне руку на плечо. – Вика, ты как?

– Это та самая Вика? – вклинился Дима, прежде чем я успела что-то ответить.

Да и не смогла бы – горло перехватило.

Иван кивнул другу.

– Кто-то объяснит, что происходит? – Наташа высвободилась из объятий возлюбленного.

– Мы друзья Егора, – спокойно и быстро отозвался Валера.

– Того самого Егора? – уточнила подруга.

И Иван снова кивнул.

– Вот это совпадение! – только и ответила Таша.

– Не-нет, не совпадение. Егор же мне рассказывал и о бутылке пива для прохожего, и о скачках. Он ради меня даже хотел на один раз заменить пиво на шоколадку, – рассказала я, заикаясь от слез.

– Тогда почему ты плачешь? – Маша уже не просто держала меня за плечо, а крепко обняла сбоку.

– Он, к-когда весь наш сегодняшний план составлял, сказал, что хочет... хнык, чтобы я провела Новый г-год вместе с ним и его друзьями. Но я же не могла спустя год написать и сказать: «А пойдемте Новый год вместе встретим, как Егор хо-хотел!» Я же его друзей никогда не видела, мы с Иваном-то переписывались всего два или три раза! А теперь получается... – Я заплакала еще сильнее, так и не сумев довести мысль до конца.

– А теперь все вышло как он планировал, – договорил за меня Ваня, и его руки крепче сжали мои плечи, подбадривая.

Я продолжала плакать, но это не были слезы горя, уже нет. Сейчас это было больше похоже на слезы облегчения и даже в какой-то мере радости, потому что я знала: Егору бы понравилось, как мы все случайно встретились и что провели-таки вместе Новый год.

– Я не знал, честное слово! – вдруг пояснил Иван, заставив меня обернуться и увидеть хмурый взгляд Машки. – У нее фото в профиле не было! – пояснял он моей подруге. – Я только отдал ее телефон и адрес родителям Егора и передал, когда Вике нужно подойти в полицию. Мы не общались больше. И вообще мы к вам из-за Димки подошли, очень уж ему девушка понравилась!

– А почему ты решила провести праздник по его плану? – Валера вернулся с раздобытым стаканчиком теплой воды для меня. Я выпила и постаралась успокоиться. Плакать на морозе, конечно, такая себе затея.

– Потому что устала, не могу так больше. Не смирюсь, пока не узнаю, что же с ним случилось, но я должна его отпустить, понимаете? Не могу дольше мучиться. А это... что-то вроде прощальной вечеринки, – пожала я плечами, сомневаясь, что подобрала верное сравнение.

Но, к счастью, парни меня поняли. И я оказалась в объятиях этих плечистых высоких мужчин. Меня, как младшую сестренку, похлопывали по спине и гладили по волосам, пытаясь окончательно успокоить.

Всех растрогало, что мы провели эту ночь так, как год назад мечтал человек, объединивший нас.

– Викуль, ты... ну, ты же понимаешь, наверное, что раз Егор еще не вернулся, то, скорее всего, он... – полушепотом начал Дима, словно заранее пытаясь меня успокоить, водя рукой вверх-вниз по моему плечу.

– Да, и давно смирилась, – ответила я, чтобы не заставлять его вслух говорить о вероятной смерти друга.

Наши трогательные объятия прервал звук выстрела, оповестивший о начале забега. Мы все тут же подошли к заграждению, чтобы посмотреть.

Ко всеобщему удивлению, сегодня первой финишировала Звезда, хотя ребята утверждали, что предыдущие три года она не выигрывала и только дважды входила в тройку лидеров.

Пока все компании вокруг взрывались овациями, я, глупо улыбаясь, смотрела перед собой.

Дима, кажется, уловил мои мысли. Приобнял меня за плечи и закричал восторженно куда-то в небо:

– Ну, что, Егорыч, сами того не зная, мы сделали все в лучшем виде! Как ты хотел. И даже Звезда победила! Победила наша старушка, представляешь?!

– Ну, если бы лидер не запнулся... – протянул Валера, явно смеясь над другом.

– Ты мне тут поговори еще! – заворчал Дмитрий и даже в шутку показал другу кулак. – Надеюсь, ты там сейчас счастлив, где бы ты ни был! – снова обратился он наверх.

Я в порыве чувств приложила ладонь к губам и послала в небо воздушный поцелуй. Тем самым пытаясь «передать» свои чувства возлюбленному, неважно, жив он или мертв. И пусть ничего еще не кончено, пусть все еще неизвестно, что случилось с Егором, сейчас я почувствовала, что счастлива.

После скачек мы решили еще немного погулять и пообщаться, на этот раз не просто как знакомые. Нам было что обсудить.

Маша уехала домой раньше всех, практически сразу после забега, все же ее дома ждали муж и маленький сынишка, а вот Наташа осталась с нами, точнее с Димой.

Домой я вошла ровно в восемь утра. Родители уже спали, я быстро разделась, сходила в душ и, выпив ромашковый чай, легла спать.

Я не знала, смогу ли вообще заснуть из-за обилия эмоции, которые все еще не улеглись. Но стоило коснуться головой подушки, провалилась в сон.

Егор не снился мне. Как бы упорно я ни думала о нем, он никогда не приходил во сне. Ни разу за весь этот год. Но сегодня он был здесь.

Все вокруг казалось таким нереальным, я не узнавала место, где нахожусь. И, кажется, поняла, что сплю, но не пыталась ничего изменить, или просто не могла?

Егор стоял прямо напротив и улыбался.

– Все вышло как ты хотел. Ты доволен?

– Я счастлив, – улыбнулся в ответ мой любимый.

– Я познакомилась с твоими родителями на Рождество и с друзьями на Новый год. – Я тоже улыбнулась.

– Да. Спасибо. Теперь я спокоен.

– Ты ведь не вернешься, правда? – Мой тон звучал понимающе.

– Нет, солнце, не вернусь.

Услышав его любимое ко мне обращение, я вздрогнула, дыхание перехватило, в груди что-то сжалось, словно перед прыжком в ледяную воду.

– Что с тобой случилось? Что произошло?

– Я не очень хорошо помню. Темная улица, снегопад. Подошли два парня, вроде нормальные ребята. Спросили дорогу, ну, начал объяснять, как вдруг получил удар сзади по затылку. Резкая боль, а дальше темнота, и все.

– Больше ничего не помнишь?

– Ничего. Скорее всего, это было простое ограбление, но, видимо, силу удара не рассчитали, или, может, я головой об лед ударился.

– Вот же мрази! – выкрикнула я, сжав кулаки.

– А самое обидное, что у меня и взять-то кроме телефона было нечего, да и он недорогой, – горько усмехнулся Егор.

Я сделала несколько глубоких вдохов, чтобы немного успокоиться.

– Ты знаешь, где ты сейчас?

– Да.

– Скажи мне, пожалуйста! Мы должны найти тебя!

– Нет. Прошел год. Понимаешь же, что вы там найдете. Не хочу.

– Мы должны похоронить тебя, чтобы больше не мучиться, не надеяться. Мы должны. Подумай о своих родителях. Дай же нам как следует проститься с тобой!

Это, кажется, помогло. Егор тяжело вздохнул. Приблизился ко мне и обнял. На несколько секунд я словно растворилась, здесь, во сне, ощущения были не просто реалистичными, а скорее даже гиперреалистичными. Поэтому, снова оказавшись в объятиях возлюбленного, я ощутила прилив невероятного счастья.

А Егор тем временем тихо рассказывал, где его найти: какая дорога, лес, ближайшие ориентиры.

– Но пообещай, что сама туда не поедешь!

– Но...

– Пообещай!

– Хорошо, обещаю, я туда не поеду.

– И матери не позволяй, пожалуйста.

– Хорошо, – повторила я, крепче сжав объятия.

– Расскажи отцу, пусть он едет, и ребята, если захотят.

– Я все сделаю как ты хочешь. Скажи, тебе нужно что-нибудь? Может быть, хочешь чего-то?

Егор задумался.

– Там у меня почти нет солнца, мне все время холодно. Положи мне теплые носки, перчатки. – Он прервался на пару секунд. – А, и рубашку ту, мою домашнюю, в клеточку.

– Ту старую?

– Да, она такая теплая.

– Хорошо, любимый, я все сделаю.

– Не грусти, солнышко мое. У тебя еще вся жизнь впереди.

– Не хочу! Хочу остаться с тобой!

Он рассмеялся.

– Глупышка, рано тебе еще. Твое время еще не скоро придет.

– Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю. Я говорил, это – то самое.

– Да, то самое, – прошептала я тихо, вспомнив, как Егор повторял, что наша встреча – это та самая пресловутая судьба.

Как только проснулась, еще не открывая глаза, я постаралась лихорадочно запомнить все события этого чудесного сна. И удостоверившись, что помню все более-менее отчетливо, я быстро поднялась, прошла к письменному столу, села, достала чистый лист бумаги с ручкой и записала все настолько подробно, насколько смогла вспомнить.

Внутри крепла уверенность, что это не игра моего воспаленного воображения. Я правда говорила с Егором, но чем больше времени проходило с момента пробуждения, тем меньше уверенности у меня оставалось. Во сне казалось вполне логичным позвонить родителям Егора и рассказать, что их сын признался, где его тело, но в реальности это даже в моих мыслях звучало крайне сомнительно.

Промучившись целый час, я все же решила действовать. Но вместо звонка родителям написала Ване. Уже было около шести вечера, так что он должен был проснуться, хотя телефон и показывал, что собеседник отсутствовал в сети несколько часов.

Быстро обрисовав в текстовом виде ситуацию, я отправила сообщение, потом перечитала его еще раз, подумала, что меня точно примут за сумасшедшую, и хотела удалить все, но не успела. Иван зашел в сеть и прочитал его.

Через минуту волнительного ожидания раздался звонок. Ваня успокоил, заверил, что не сомневается в ясности моего рассудка, и попросил пересказать сон подробнее.

– И что делать? Мне рассказать его родителям? Но это же даже звучит как бред! «Привет, вы знаете, мне тут приснился ваш сын, признался, что мертв, и рассказал, как найти его тело!» Интересно, как далеко меня пошлет Михаил Степанович?

– А вдруг все правда? Ну, бывают же на свете необъяснимые вещи. Может, это одна из них!

– Наверное, ведь это – то самое, – все же согласилась я.

– Именно.

По ответу Вани стало понятно, что он тоже слышал от друга эту фразу. И я решилась.

Я положила на свежую могилу маленькую кожаную ленту.

– Это тебе. Наконец я могу ее подарить. – Мой голос звучал совсем тихо. Подарок, купленный еще в декабре, отдавать приходилось, когда вокруг полным ходом вступала в свои права поздняя весна.

Тогда, вечером первого января, Ваня приехал ко мне и отвез к родителям Егора, которые отмечали Новый год за городом. Мы поговорили с Михаилом Степановичем. Я рассказала все, что вспомнила. Он сначала сомневался, потом решил, что надо использовать любую возможность.

Мужчины организовались за пару дней и поехали на поиски. Меня, как и просила, держали в курсе. Поиски шли целых четыре, дня и, когда все уже уверились, что это был просто сон, они нашли.

Мне не рассказывали, что там было, как ни просила. Затем меня несколько раз опрашивала полиция. Я боялась, не решат ли они, что это моих рук дело, согласилась даже пройти тест на полиграфе, что угодно, лишь бы только снять с себя все подозрения. Но дальше пары бесед со следователем вся эта ситуация не зашла.

Следствие затянулось. И только недавно нам все же позволили провести похороны. Я сделала все, как сказал тогда Егор. Марина Евгеньевна, его мама, подтвердила, что передала в похоронное бюро все вещи, которые просил ее сын. И вот церемония прошла, но только сейчас, сидя на коленях у деревянного креста, к которому была приставлена фотография, я осознала, что Егор действительно ушел.

И в этот момент мне показалось, что с плеч свалилась целая гора – таким большим было напряжение, от которого я только что избавилась.

Горе никуда не делось, но я давно понимала, что моего Егора больше нет, чувствовала. Однако теперь, по крайней мере, смогла как положено проводить в последний путь человека, которого так сильно полюбила.

– С Новым годом, Егор, – проговорила я с улыбкой, хотя чувствовала, что глаза снова жжет от слез. Приложив пальцы к губам, следом я провела ими по фотографии и опустила в слегка влажный песок.