Отряд Кассандры. Укротить королеву.

– Но отец! – возмутился Адриан, – она же ущербная!

– Адриан! – воскликнул Главный смотритель города Барто РеДемаро и выдвинул вперёд стопку писем. Уже понимая, что там будет, Адриан взял самое верхнее и открыл его.

– Господин Барто! – над листом бумаги возникла полупрозрачная фигура разозленного мужчины в одеждах среднего класса, — мы уважаем вас и вашу семью, Всевластитель нам в свидетели! Но поведение вашего сына недопустимо! Вы только посмотрите! — фигура сместилась в сторону, и Адриан увидел себя, лежащего лицом на дороге, — пьян вдрызг! Он даже не слышит, что мы тут!

Адриан вздохнул.

Несколькими часами раннее.

— Кассандра стой! — рычал он в попытке догнать убегающую девушку. Но та совсем не обращала на него внимания. Ловко перепрыгивала скамейки и даже столики уличного кафе, оббегала застывших в ступоре людей, а тех, кого оббежать не могла — мягко отодвигала с помощью магии.

— Кассандра!

Нечеловеческий рывок — за ее спиной вспыхнул фиолетовый туман — и вот не видно уже ни хрупкой спины в плаще, ни преступника.

— Где? — спросил подбежавший Арно.

— Я не знаю! — разозлился Адриан, оглядываясь вокруг, — снова эта ее штука с исчезновением!

— Значит ищем в подворотнях! Найдите ее и верните! — скомандовал Арно своим людям, и отряд защитников города рассыпался по темным углам. Ждать долго не пришлось.

— Нашел! Перекресток Муфар и Номас, между двадцать третьим и двадцать пятым домом! — загремело через магическую связь.

— Малой! Ты куда? — прокричал Арно вслед брату, который побежал дальше названного места.

— Ее здесь уже давно нет! Я найду ее!

— Малой!

Если Кассандра позволила им найти преступника, значит все, что ей было нужно, она уже выведала. Значит, оттуда она уже ушла. Значит, она бежит сейчас по каким-то дорогам в безопасное место. Ему осталось найти по каким.

Адриан распустил свою силу тонким полотном по земле в метрах ста вокруг себя. Кассандра слишком умная — ее он так не найдет. Но он может почувствовать всполохи эмоций людей, их резкие движения, которые означали бы, что мимо них кто-то быстро несется. Есть! Прямо к набережной. Будет прыгать в воду или побежит на другой берег? Азарт от непредсказуемости действий девушки будоражил кровь смесью адреналина и эндорфина.

Адриан срезал дорогу насколько мог и прибавил скорости. Выбежал в переулок, улыбнулся, чуть притормозил и врезался в мчащееся черное облако.

— Поймал.

Перевернулся в полете и упал спиной на землю. Крепко сжал за тонкую талию, чтобы не сбежала.

— Привет, — выдохнул восторженно.

Смотреть в яркие голубые глаза. Чувствовать, как ее грудь расширяется на вдохе и касается его. Адриана закоротило, и он потянулся рукой к маске, которая закрывала половину лица Кассандры. Она качнула головой.

— Я никому не скажу, — шепнул ей и коснулся нежной кожи над полоской ткани.

Она улыбнулась — он заметил это по глазам, которые чуть сузились. Улыбнулся в ответ и потянулся к капюшону, который скрывал ее волосы.

Она снова качнула головой.

— Я не… — хотел повторить свои слова, но она вытянула руку и приложила пальчик к его губам. В темноте капюшона глаза засветились ярче.

— Передай своему братцу, чтобы в следующий раз был шустрее, — шепнула ему в ухо. От ощущения теплого воздуха и легкого прикосновения ее губ Адриан вдруг почувствовал себя мальчишкой, который проснулся однажды утром внезапно повзрослевшим. Кассандра, конечно же, тоже почувствовала это. Высоко подняла брови и снова улыбнулась.

— А ты точно дорос до этого? — бросила ему насмешливо.

Он разозлился, перевернулся и подмял ее под себя. И плевал на людей, которые могли оказаться рядом.

— Ой ладно-ладно, — она раздраженно закатила глаза и…

Адриан не понял, что же она сделала. Одно легкое нажатие и вот его уже расталкивают прохожие. Голова немного мутная, он встает, шатается, и слышит недовольные голоса.

— Опять сын Барто пьяный…

— Это уж слишком.

— Валяется на улице, как последний пропойца…

Адриан сплюнул и медленно побрел в казарму к брату, чтобы узнать о пойманном преступнике и понять, зачем он был нужен Кассандре. Несмотря на неприятное пробуждение, от воспоминаний ладони кололо тысячами иголок. Он держал в руках главаря самой неоднозначной группировки столицы. Он безумно ее хотел. И рано или поздно он ее поймает.

От воспоминаний о Кассандре Адриан почувствовал, как потяжелело в паху. Закрыл письмо.

— Я не был пьян, отец, — постарался сказать как можно более спокойно и убедительно.

— Да мне плевать, — рыкнул господин Барто, оперевшись на стол, — здесь не был, зато вот там, — он показал на полку, доверху наполненную бумагами, — был! И это только за последние три месяца!

Адриан сдержал позыв закатить глаза.

— Я могу объясниться по каждому случаю.

— Может и можешь, — настроение господина Барто резко переменилось, — да вот только никто и слушать не будет. Ты уже создал свой образ легкомысленного повесы, который только и может, что шляться по трактирам да цеплять девчонок. И знаешь какой единственный вариант поможет тебе в этом случае? — заинтригованно спросил господин Барто.

Адриан только хотел открыть рот, чтобы предложить парочку вариантов, как отец громыхнул на всю комнату так, что зазвенели стаканы в баре.

— Женитьба! — даже стукнул кулаком по столу, — а женитьба на такой девушке, как Эрра ДеВист, возвысит тебя в глазах народа. «Только она смогла усмирить его разгульное сердце своей кротостью и смирением», — Барто провел рукой в воздухе, отмечая каждое слово, — так и вижу эти заголовки в газетах.

Дорогие! Мне жутко волнительно начинать эту историю))) Но начало положено, а дальше я уже никуда не денусь) Эта будет история о характере и о цели, о памяти и о любви. Вдохновила меня на нее песня "Шахматное королевство" Насти Башмановой (можно прослушать на всех аудиоплатформах) и таким было ее название в черновике. Мы с музом погнали, а вы добавляйте книгу в библиотеку и ставьте сердечки - они греют лучше теплого пледа))). 
Большую часть истории в первой части мы увидим от третьего лица (Адриан), дальше будет от первого.
И незабываем

— Отец, — Адриан похолодел при мысли о женитьбе на старшей ДеВист, — женитьба — слишком важный вопрос, и его нельзя решать вот так сгоряча. Я не смогу продолжить род с такой, как она.

— Адриан, сынок, — господина Барто поглотило предстоящее событие, и он уже все организовывал у себя в голове, — напейся. Выпей трав. Подгадай время и переспи с ней разок так, чтобы она понесла. Поживешь год, а там тебя уже никто не просит хранить верность.

— Вот как? — приподнял бровь Адриан, — с матерью ты тоже так? Можешь не хранить верность?

— Не хами, малец! — отрезал Барто, — ослушаешься — я лишу тебя всего. Абсолютно. Останешься без учебы, без фамилии, без будущего. Я устрою. Поверь.

Уже следующим вечером Адриан стоял перед господином Альбертом ДеВист и наблюдал, как две девушки в серых накидках спускались по лестнице. Он уговаривал себя, что ему просто не оставили выбора. Что это безвыходное положение. Что отказаться сейчас он просто не может. Градус ненависти к будущей жене рос с каждым ее шагом.

— Моя младшая — Ания, — представил господин ДеВист.

Девушки подошли к господину Альберту и встали рядом с ним. Та, что повыше, отстегнула пуговицу и скинула плащ, который, согласно традиции, закрывал лицо. Адриан не смог сдержать восхищенной улыбки. Все-таки младшенькая ДеВист была признанной всеми парнями столицы красоткой. Белокурые волосы, завитые в крупный локон, красивым веером рассыпались по плечам, большие голубые глаза, пухленький ротик, чистая кожа и грудь, призывно выглядывающая из глубокого декольте синего платья. Они были бы идеальной парой.
 

— Адриан РеДемаро, да дарует вам Всевластитель здоровья, — поприветствовал он Анию, и в легком полупоклоне прикоснулся губами к ее протянутой руке. Хрупкая ладошка в его ладони казалась маленькой и беззащитной. Смущенно опустив взгляд, девушка быстро отобрала руку.

Она была вкусной. Адриану нравились такие девушки, которые сначала строили из себя невинность, а потом показывали зубки. Она могла стать отличным запасным планом.

— Моя старшая — Эрра.

Теперь отстегнула капюшон та, что пониже. Все знали Эрру ДеВист. «Не от мира сего», «блаженная», «чудачка», «с приветом», «на одной волне с анхогиками» — это самое милое, что говорили о ней. У нее были темные волосы с рыжим отливом, собранные в простой хвост на затылке. Они были такими грязными, что маслянистым блеском отражали свет потолочных ламп. Загорелая кожа — и это у благородной-то девицы! — ярко контрастировала с блеклыми голубыми глазами, отчего последние казались глупыми и какими-то рыбьими.  

— Адриан РеДемаро, — выдавил он из себя и даже забыл вторую часть приветствия. Моргнул, а когда открыл глаза, то уткнулся взглядом в ее протянутую ладонь. Скривился и лишь изобразил традиционный поцелуй: под ногтями у девушки была грязь, а сама ладонь была сухой и в трещинах, словно она целыми днями работала на поле.

— Слышала уже, — раздался ее охрипший голос и тут уже Адриан не смог сдержать своего ужаса: у нее изо рта так разило чесноком, что вскоре этим запахом заполнилось все пространство между ними.

— Я рад, — пробормотал ошалело Адриан. Волосы, грязь под ногтями — Свет с ними, но жрать чеснок, когда к тебе приходит потенциальный жених? Точно ненормальная.

— Прошу к столу, — господин Альберт старался держать лицо, но было заметно, что вид старшей удивил даже его.

— Благодарю, — вмешался господин Барто и, бросив на Адриана жесткий взгляд, направился в столовую. Когда он отошел на пару шагов, Адриан локтем пихнул Арно.

— Ну как тебе? — шепнул ему. Брат кинул на него уничтожающий взгляд. Ну да, не его же насильно женят.

Они прошли в светлую столовую, одна стена которой была полностью стеклянной и с выходом в сад. На стенах висели картины в золотых рамах с изображением этапов создания мира, а на столе стояли такие редкие в этом сезоне цветы пионов и маленькая статуэтка Всевластителя, из клюва которого лилась тонкая струя воды.

Пока взрослые разговаривали, Адриан подошел к стоящей у стола Эрре. Она неподвижным взглядом разглядывала точку на скатерти и мало интересовалась происходящим вокруг. 

— Ну здравствуй. Жена.

Эрра вздрогнула и подняла на него испуганные глаза. Несколько раз моргнула, пришла в себя и растянула губы в идиотской улыбке.

— Здра-авствуй, — протянула она, — смотри какая красивая у меня сестра, — чуть откинула голову, чтобы показать Анию. Та бросила на Адриана быстрый взгляд и смущенно прикусила нижнюю губу.

— Очень, — с сожалением выдохнул он и подтолкнул стул под колени Эрры, давая всем знак о своем выборе. Прошел к своему месту напротив, по пути поймал довольный взгляд отца. Эрра — не только спасение его репутации, но и важный элемент в укреплении связей между Главным Смотрителем Города и Главным управляющим торгово-ремесленным подрядом. А он оказался в этом союзе разменной монетой. Тьма!

*анхогики - помощники Всевластителя.

— Эй, белобрысый! А это правда, что ты женишься на сумасшедшей ДеВист? — с наглой улыбкой спросил главный соперник Адриана в боевой практике Вейлр ДеСантен.

— А это правда, что твоя сестра настолько толстая, что вы отдаете половину своего имущества, лишь бы кто-нибудь взял ее замуж? — с ленцой парировал Адриан.

— РеДемаро! — выражение лица Вейлра резко переменилось. Из расслабленного победителя он зарычал, как зверь, готовый к броску.

— Что, ДеСантен? — Адриан отлепился от стены и встал напротив, — хочешь что-то мне доказать?

Столкнулись они на заднем дворе Академии Ильиаты. Высокая, почерневшая от времени стена учебного корпуса смотрела на зеленый парк с редкими, но пышными деревьями, множеством скамеек и столиков и кучей прогуливающихся на перерыве адептов.

Соперники были удивительно похожи. Оба светловолосые и голубоглазые, с прямыми носами и чуть припухлыми губами. Оба статные. Оба кумиры почти всех девчонок Академии Ильиаты. Ходила даже довольно смелая шутка, что Вейлр — незаконнорождённый РеДемаро, но рассказывали ее только шепотом, под покровом ночи и закрывшись на все замки. Различала их комплекция: Вейлр был крупнее и на голову выше, и выражение лица — у Адриана оно было благодушно-строгим, у Вейлра — «сожру с потрохами»

— Да я тебя размажу!

А еще ДеСантен был злее и несдержаннее.

Он рванул на Адриана, в его руке загорелся голубоватый топор. Шаг, два, три, прыжок, замах и топор с гулом, от которого заложило уши, врезался в сиреневый с белыми всполохами щит Адриана. Разворот — топор трансформировался в кувалду — Адриан в последний момент отскочил в сторону, и Вейлр со всего размаху вдарил по земле.

— А ну иди сюда! — прорычал он с перекошенным от ярости лицом.

Кувалда стала цепью и удивительно гибко в больших ладонях Вейлра полетела в сторону Адриана. РеДемаро весь покрылся полупрозрачным доспехом, от которого исходило то же сиреневое с белыми всполохами марево, и перехватил конец цепи.

— Сам иди! — резко потянул за него.

Человеческая сила, усиленная магией — и Вейлр полетел на землю. Тут же вскочил со вспыхнувшими в руках мечами и понесся на ждущего его Адриана. И неизвестно чем закончилась бы эта битва, но… подобные выходки в стенах Академии были запрещены.

— ДеСантен! РеДемаро!  После занятий в зверинец убирать пол! — под взмахом руки ректора с них мгновенно спала вся магическая оболочка. Силы, что она давала, тоже прошли, и Вейлр остановился, тяжело дыша. Адриану понадобилось несколько вдохов, чтобы выровнять дыхание.

Девчачий лагерь, с восхищением наблюдавший за дракой, с появлением ректора из двух враждующих групп разделился на три. Арватор РуЛин выделялся и ростом, и своей внутренней мощью, которая чувствовалась даже при взгляде на него, но никак не предполагалась его стройностью и внешностью: чуть раскосые темные глаза сводили с ума всех адепток Академии, кто не определился в выборе между Адрианом и Вейлром.

— Расходимся, — РуЛин окинул взглядом собравшуюся толпу. Те, что были за него, томно вздохнули и тесно прижали кипу учебников к груди. Те, что горели Адрианом, высокомерно вздернув носики, старательно игнорировали бранные шепотки тех, кто болел Вейлром. Адепты-парни младших курсов с восторгом на лице пересказывали и пробовали показать друг другу увиденные приемчики: такая быстрая трансформация оружий была верхом мастерства владения своей магией.

— И напомню, — ректор впился взглядом как раз в одну из таких парочек, — бои вне тренировочного поля и без согласования со мной запрещены! — Волна его силы, поднимая пыль и мелкий сор с земли, пронеслась от стены по всему парку. Все тут же затихли и присмирели. Даже девчонки Вейлра замолкли.

— Разошлись, — скомандовал РуЛин и, круто развернувшись на пятках, направился ко входу в корпус.

— Я с тобой еще поговорю, — рыкнул Вейлр в лицо Адриана, проходя мимо.

— Жду к девяти на чай, — хмыкнул РеДемаро. Окинул взглядом парк и все победоносное настроение после драки смылось в дыру: в двух десятках шагах от него по траве мимо дорожки с опущенной головой брела Эрра.

Странно. Они учатся в одной Академии уже года три: Эрра была на третьем, Адриан заканчивал выпускной шестой. Но видел он ее очень редко. Хотя такое темное пятно на фоне зеленой сочности травы и обтянутых формой фигур адепток не заметить было сложно. На Эрре был темный плащ, который укрывал ее с головы до самых пяток. Порыв ветра сдул капюшон, и Адриан с облегчением выдохнул: сегодня хоть голову помыла. Перевел взгляд чуть вперед ее маршрута, пытаясь понять, куда она бредет, как:

— Эй! Смотри куда идешь!

Эрра врезалась в спину какого-то адепта. Все книги, тетради и листочки, которые были у нее в руках, полетели на землю. Адепт развернулся и, увидев, что это Эрра, махнул рукой: с такой и не возьмешь ничего.

Адриан вздохнул. Ну почему она? Почему самая большая нелепость Альера* должна стать его женой? Он бы без проблем согласился даже на девушку из низшего класса (хотя такой выбор был бы странен для отца), но Эрра…

— Привет, Адрианчик, — раздалось нежное у самого уха. Одновременно с этим его плеча коснулась пышная грудь, а пальцы с длинными ногтями вчесались в затылок, — скучал? — губы щекотнули его ухо и Адриана передернуло.

«Адрианчик»

«А ты точно дорос до этого?» — всплыли насмешливые слова Кассандры.

— Нет, — оправил китель и, несмотря на девушку, сделал шаг в сторону, — не скучал.

Бросил последний взгляд на Эрру, которая пыталась собрать свои листки — их все дальше разбрасывал ветер, она путалась в собственном плаще и выглядела весьма жалко. Что ж. Об их помолвке еще не объявлено и у него есть право на свой последний загул.

*Альер — столица империи Териль.

Ну что ж, Эрру вы уже видели. Как видите, в общем и целом девушка она симпатичная, но сильный уход в свой внутренний мир людей отталкивает. Сейчас бы сказали, что у Эрры расстройство аутистического спектра))) Но. Но... В течении книги мы узнаем ее историю и все поймем.

Ну тут дополнительно ничего говорить не надо, я думаю)))

Военный, Командующий отрядом защитников города (типа полиции), серьезный, сдержанный, далеко не второстепеныый персонаж, как может показаться по началу.

Главарь самой неоднозначной группировки, орудующей в империи. Голубая мечта Адриана)))

7 лет назад.

 Темноволосый подросток плотного телосложения крепко держал меня за руку. Судя по одежде – из деревенских. Я думала, что похищают только детей богатых, чтобы вернуть их родителям за сумму побольше, а оказывается нет. Мысли путались в голове от страха и голода.

Тот парень, что держал меня за руку, старался выглядеть бесстрашным. Он сказал, что его приволокли сюда вчера ночью: выцапали на улице, когда тот возвращался домой после сходки друзей. Я оказалась здесь сегодня после обеда. В маленьком окошечке был виден кусочек тёмного неба, значит сейчас ночь, а мы до сих пор не понимали, что происходит.

– Хватит реветь, – парень обернулся ко мне и несколько грубовато вытер рукавом слезы.

– Я не реву, – всхлипнула я.

– Ага, – хмыкнул он, – просто дождь идёт. Чем тише будешь, тем позже тебя заметят. Это всегда работает, – сжал крепче руку.

Нас тут было много. В небольшой комнате с каменными стенами расположилось порядка тридцати детей. Все такие же зашуганные, как и я. Вот только мы с этим парнем были одни из самых старших, остальные – совсем малыши лет до семи. На кой кому-то сдались такие малявки? Они же для работы совсем не годятся – слишком слабые.

 Малыши плакали. Кто-то громко, кто-то уже просто скулил от страха. Рядом со мной примостилась девочка, которая спала тревожным сном: вся дрожала, всхлипывала и все время жалобно повторяла “мама”.

Единственная дверь в этой комнате – темная, металлическая и обжигающе холодная – вдруг задрожала, заскрипела и открылась. Рёв малышей стал громче, кто спал, тот проснулся и в страхе начал ползти назад. Один парень из тех, кто был постарше, вскочил и закричал:

– Выпустите нас отсюда! Вы не имеете никакого права! Похищение людей карается законом императора!

– Замолкни.

Спокойный, твёрдый, но уставший голос. В дверь вошла девушка с распущенными кудрявыми волосами в простом длинном платье. Девушка была босая, а ещё такая замученная, что все тут же замолчали.

– Заноси, – велела она, отошла в сторону и едва не упала от слабости, но вовремя нащупала руками стену.

Вслед за ней вошли двое верзил. Таких мощных и широкоплечих людей я в жизни никогда не видела. Из одежды на них были куртка на голое тело, которая уже трещала по швам, штаны и высокие сапоги на грубой подошве. Я вся покрылась холодными мурашками. Я помню удары этих сапог о землю, когда они гнались за мной.

Мою руку сжали крепче. Я в свою очередь крепче прижала к себе девочку, которая и без этого жалась ко мне. В руках верзилы тащили две большие кастрюли. Они не смотрели куда наступают, но этого и не требовалось: дети в страхе расползались в стороны, ещё сильнее прижимая к стене задних. Прошли на середину комнаты и грохнули кастрюли на пол.

– Как мы договаривались, – пробасил один из них, развернувшись к кудрявой.

– Вали уже отсюда, – она выпрямилась и посмотрела на него с вызовом. Верзила ощерился.

– С огнём играешь, Кассандра.

– Ты тоже, – не дрогнула она.

Он ещё некоторое время буравил её взглядом. Я вся сжалась, представляя, как тот не выдержит такой наглости и накинется на неё прямо здесь. От этих громил исходило столько самоуверенности и силы, что я была уверена: так с ними говорить позволено далеко не каждому.

Наконец он хмыкнул и ушёл, громко хлопнув дверью. Кассандра выдохнула и подошла к кастрюлям.

– Тут у нас хлеб, сыр и немного мяса. Тут вода, чтобы попить и умыться. Тьма. А вот кружку или миску они пожадничали. Не будьте такими жадинами, как эти, – улыбнулась и потрепала светловолосую голову рядом сидящего мальчика.

— Было больно? — дрожащим голосом спросил он.

— Совсем немного, мой хороший. Так, — она подняла глаза от мальчика, — мне нужен кто-то с чистыми руками.

Кассандра обвела взглядом всех и остановилась на мне.

– Ты новенькая? Не помню тебя. Иди сюда.

У Кассандры были ярко-голубые глаза. Такие яркие, что в этой полутемной комнате они слегка светились. Магичит прямо сейчас? Но … как? Она же едва на ногах держится. И главное – зачем?

Я подскочила и, аккуратно перешагивая ножки и ручки, пробралась к ней.

– Когда попала? Бери хлеб, сверху сыр и мясо. В руки по одному.

– Сегодня около обеда.

– Ясно.

Я бросила быстрый взгляд на её ладони просто для того, чтобы понять, чем они испачканы, и ужаснулась: они были в странных коричневых подтеках. Кровь.

Наши дни.

— Эй! Красотка! Плесни еще!

— Да ты ж вдробода пьяный, шальной, — глубоким грудным голосом расхохоталась одна из раздавальщиц в ярко-желтом платье с пышной юбкой до колен.

— Да у меня жена сегодня пятого рожает, — мужик в засаленной куртке неопределенного цвета, серой рубахе и кожаных штанах, которые выдавали в нем рыбака, размахнулся и шлепнул по аппетитной пятой точке раздавальшицы, — если хошь, и тебе заделаю ребеночка.

Компания, что сидела за столом с рыбаком, разразилась громоподобным смехом. Рабочие в порыве хохота глухо стучали деревянными кружками о такой же деревянный стол и громко хлопали в ладоши.

— Ай, Нильс! — сквозь гогот пытался говорить один из дружков рыбака, — все не сидится твоему стручку на месте, все куда-то присунуться хочет. И как жена-то тебе дает, негоднику?

На последнем слове уже было притихшая компания разразилась новым взрывом хохота. Даже у раскрасневшейся раздавальщицы колыхалась объемная грудь, втиснутая в кружевной корсет. Она присела на подлокотник стульчика, на котором сидел Нильс, положила ему на плечи руку и широко улыбалась. Рядом с ней рыбак казался тощим, но счастливым. Настолько, что его щеки лоснились, отражая свет магических светильников.

— Это наука нехитрая, — Нильс, довольный, что привлек столько внимания, расселся поудобнее и отпил большой глоток из кружки. Вытер пенные усы рукавом и продолжил, — она намается за день с ребятней да с хозяйством, спать без задних ног ложится. Вот я тогда и уть, — он сложил пальцы лодочкой и сделал ими движение вперед.

Тут дружки рыбака не смогли себя сдержать и уже били ладонями по столу от смеха. Кто-то держался за живот, а один даже упал со стулом назад и хохотал на полу.

— Ой не могу-у-у, — завывал самый красный и толстый, с лысой головой и в красной рубахе, — уть!

— Ну уж нет, мой хороший, — раздавальщица встала с подлокотника и качнула юбками, — мне твой уть маловат будет, — под хохот собрала пустые кружки и отошла от стола.

— Вам чего? — наклонилась перед соседним столиком, за которым хихикающие девицы в красных юбках всячески терлись о молодого парня.

— Еще вина для этих красоток, — захмелевшим голосом сообщил Адриан и развернулся к одной из них, — одним утем от меня ты не отделаешься, — шепнул он ей на ухо и впился в пухлые губы глубоким поцелуем.

«Дикая роза» была одним из многочисленных кабаков на улице Красных огней. Здесь не обращали внимания на богатство костюма. Простой мясник в робе с побуревшими рукавами, становился королем всей улицы, если пришел с полугодовой зарплатой и тратил ее от души. Потому что важными здесь были только деньги.

Барто РеДемаро приходилось закрывать глаза на целую улицу разгильдяйства в самой столице: все кабаки Красных огней исправно платили налоги. К тому же в истории города уже были несколько месяцев, когда эту улицу расселяли. Драки, пьяные дебоши под окнами жилых домов и нападения на девушек, которые по глупой «случайности» надели красную юбку, стали происходить по всему городу. Работникам просто некуда было идти после тяжелого дня, и они собирались, где придется. Поэтому тогдашний Главный Смотритель города — прадед Барто — принял срочное решение открыть улицу Красных огней, чтобы хоть как-то локализовать творившееся безобразие. Уже через две недели в Альере стало спокойно.

Адриана здесь знали. И, поскольку он был щедрым посетителем, любили и никогда не выдавали. А пьянчужки с синяком под глазом на утро уже не могли вспомнить, кто им этот синяк поставил.

— Адриан, покажешь, чему тебя еще научили в твоей Академии? — Хлопала длинными ресничками милая Асель. Трудно было предположить, что под кукольной внешностью скрывается такой огонь, от воспоминаний о котором в штанах все пылало.

— Конечно, покажу, — Адриан поудобнее устроился на диванчике и откинул голову назад, наслаждаясь пальчиками, что скользили по груди.

— А когда ты женишься, ты перестанешь к нам заходить? — Обиженно надула губки кудрявая Нати. Эти завитушки забавно подпрыгивали, когда она была сверху.

— Ну что ты, — Адриан чувствовал, что умелые пальчики уже начали расстегивать пуговицы на его рубашке и подбирались к коже, но не мешал им. Положил руки на спинку диванчика, давая больше доступа и свободы, — немного придется побыть паинькой, ты сама понимаеш-ш-шь, — зашипел, когда пальчики проползли под пояс брюк, — не торопись, милая, — перехватил ладошку и вытащил, — нам бы дойти до комнаты для начала.

— А мы незаметно, — девушка встала коленями на диванчик и зашептала ему в ухо, — ты же сильный. Вся ночь впереди. Правда, дево-А-А-А-А-А!!! — заорала она.

 В небольшое окно «Дикой розы», выламывая его вместе с частью прилегающей стены, влетело три тела. Поднялся крик, визг, ругань, несколько столов снесло вместе с телами, пьяных посетителей, итак дезориентированных хмельным, дезориентировало еще больше и они оказались на полу. Кто-то плакал, кто-то орал благим матом, а кого-то, судя по стонам, придавило обломками. Поднялось облако пыли, из-за которого ничего не было видно. Еще и магические светильники погасли. Состояние расслабленной хмари слетело с Адриана с первыми криками, и он тут же вскочил, облачаясь в сияющий сиреневый доспех и переворачивая стол.

— Живо на кухню! — скомандовал прижавшимся друг к дружке девчонкам на диванчике, — я прикрою! — И выстроил щит.

Те вскочили и наощупь двинулись туда, где когда-то была кухня. Драки в кабаках были частым явлением, и кухню с продуктами и оборудованием защищало больше охранных щитов, чем какое-либо другое место. Но никогда еще в порыве драки не сносились стены.

— Твар-р-рь, — рычащий низкий голос, который словно стелился по полу, заставил заткнуться всю какофонию звуков и присмиреть. Словно все спрятались от опасного хищника и мысленно молились «только не я… тьма… только не я!»

— Кто бы говорил! — Вразрез ему звонкий женский заставил сердце подпрыгнуть от узнавания.

Адриан услышал свист прорываемого воздуха и звон цепи. Свозь медленно оседающую пыль в полуразрушенный кабак влетел сияющий фиолетовым нож, прицепленный на такую же сияющую цепь. Он летел прямо туда, откуда доносилось «твар-рь» и, казалось, вот-вот достигнет цели, как вдруг на стороне хищника вспыхнуло черное пламя и цепь обвилась вокруг него.

Черное! Тьма!

В эту же секунду рядом с черным тесаком таким же светом вспыхнули секира и небольшой изогнутый нож. Три черных! Тьма! Тьма! Тьма! Адриан напрягся, понимая, что вдвоем даже с такой, как Кассандра, им против этих троих не выстоять. А тут еще его сияющий доспех среди пыли. Секира крутанулась в воздухе и развернулась в его сторону.

— Попалас-с-сь, — прошипел тот, что с тесаком, и дернул цепь на себя.

— Уверен? — прорычала Кассандра и вихрем влетела внутрь. В свободной руке у нее сиял шар, в центре которого пульсировало синее облако.

— Тьма! — Адриан успел пригнуться и накрыть защитным щитом пол, надеясь, что все оставались лежать. Раздался приглушенный взрыв, и бесшумная волна с грохотом выбила оставшиеся стены. Зазвенели разлетевшиеся стекла окон, люди закричали, завыли от ужаса, понимая, что вот сейчас им конец: потолок больше ничего не держало.

— Поймал! — Под потолком расстелилось зеленоватое полотно. Дерево и камень, удерживаемые этим полотном, скрипели и гудели от натуги, но падать пока не собирались. Адриан с облегчением выдохнул.

— Кас, ну ты красотка. Всего лишь один кабак. — Полный веселья голос совсем не подходил под общую атмосферу смертельного ужаса и скулежа. Но для отряда Кассандры вот такие разрушения были чем-то вроде озорства и обязательной частью программы. Адриан приподнял голову и посмотрел в сторону, откуда шел голос. Из-за пыли плохо были видны детали, но он рассмотрел мужскую фигуру в плотной куртке и штанах, с короткой стрижкой и с полузакрытым маской лицом. Фигура стояла с приподнятой рукой, от которой исходил мощный поток силы — именно ею удерживался потолок. Годдард. Правая рука и неизменный помощник Кассандры.

— Стараюсь, — из эпицентра взрыва раздался усталый голос Кассандры. Адриан встал и выпрямился, осматриваясь вокруг.

— Во, хоть один умненький, — хмыкнул Год, — ну че разлежались? Встаем! Валим! Я долго держать не буду!

Началось копошение тел, пытавшихся подняться на ноги. Тела стонали, тихо ругались и клялись, что больше никогда-никогда. Правда, что именно никогда-никогда, не уточняли.

— Нет! — вскрик Кассандры и грудное зловещее рычание:

— Ты думала, так можно нас-с уничтожить? — постелились по полу слова, заглушая звуки оживающих тел, — глупая Кас-сандра, — в расплывчатой темноте вспыхнул черный клинок и озарил своим светом тонкое лицо в маске. Горящие синие глаза смотрели не на клинок, который приблизился к шее и представлял смертельную опасность, а куда-то выше, где, вероятно, было лицо противника.

— Придурок, — отчеканила Кассандра.

Рык, короткий размах и движение клинка к шее Кассандры, встревоженное «Кас!» Годдарда, пузырь ужаса, поселивший в груди Адриана, и …

— Год! Выметай всех и вали крышу! — Кассандра вспыхнула фиолетовым доспехом как раз в тот момент, когда тесак почти коснулся кожи. Его отбросило в сторону, а руки Кассандры уже били по пока еще невидимому телу.

— Я помогу! — выкрикнул Адриан. Широко взмахнул рукой и из ладони полился плотный сиреневый свет. Он дотянул его до того места, где когда-то была противоположная стена, поднапрягся и, как будто большой метлой потащил все, что было на полу, на улицу. Люди смешивались со столами, камнями, стеклом, перекатывались, ругались, орали от боли, кто-то более-менее пришедший в себя пытался магичить и освобождать себе проход, отчего то тут, то там вспыхивали огоньки.

— Бросаю! — выкрикнул Год, когда вся эта каша оказалась на улице. Адриан оглянулся на Кассандру: во вновь поднявшемся облаке пыли видел только фиолетовые всполохи, врезающиеся в черный огонь. — Вали давай! Чего встал?

Но Адриан бросился к фиолетовым всполохам. Засветил в руке огромный атакующий шар и на третьем шаге бросил его в сторону размахнувшегося черного тесака. Тот сразу же погас, но вместо него по бокам загорелись секира и нож. Адриан по фиолетовому мечу подгадал, где стоит Кассандра, на ходу подхватил ее за талию и побежал к выходу.

— Ты что творишь?! — выдохнула девушка.

— Вали! — заорал Адриан Годдарду.

Крыша рухнула сразу же. На них свалились небольшие деревянные обломки и куча щепок, но это было уже не важно. У Адриана все вибрировало изнутри от какого-то детского ощущения счастья: он спас Кассандру.

— Ты… — обернулся к ней, но почувствовал, что она напряглась и уперлась в его руку ладошками. Посмотрел туда же, куда смотрела она.

— Тьма! — вырвалось у него, — бежим! — схватил Кассандру за руку и побежал: из-под обломков, отряхиваясь и мотая головой с длинными черными волосами, вставало два больших тела.

— Год? Мы что, бежим от дорхов? — выкрикнула она. Ее ладошка приятно грела руку, и Адриан ни за что бы ее не отпустил.

— Похоже на то! — Год перепрыгнул стоящий на улице стул.

— Тьма! — рассмеялась Кассандра.

Они быстро пробежали улицу Красных огней и оказались на центральной площади, к которой сходились все улицы столицы. Площадь была огромной. Посередине стоял фонтан с золотой фигурой Всевластителя в своем истинном обличии: головой совы, телом льва, крыльями орла, хвостом ящерицы и ногами слона. Над площадью было натянуто множество флажков, которые с наступлением сумерек начинали светиться. Милые лавки с мороженым и сладкой ватой, Дом Защитников, Дом Правления, Дом Мольбы и Дом Праздника, сцена со множеством скамеек вокруг, детская площадка для малышей и отдельная для детей постарше, и куча народа, расслабленно прогуливающаяся после работы.

— Кас-сандра! — холодящий душу рык и топот тяжелых ног за спиной.

Адриан обернулся и понял, что загнал всех в ловушку.

— Уходите отсюда! — заорал он усиленным голосом. Сформировал огромный щит и закрыл им проход Красных огней. Такой вряд ли удержал бы этих верзил, но давал шанс на то, что мирные успеют разбежаться и не пострадать.

Сзади послышался недовольный ропот и даже издевательский смех.

— Пора бы показать этой Кассандре место!

— Да!

— Да и сын Барто туда же, — сплюнул кто-то.

— Кто будет платить мне за мою лавку? — Пищал мороженщик, — уже дважды я ее ремонтирую сам!

— Напишите мне письмо с претензией! — раздался разозленный голос Кассандры и громкий треск. До Адриана долетели брызги воды и женские визги. Безумная мысль о том, что она сломала фонтан, на долю секунды развеселила и восхитила его.

— Сумасшедшая!!! — кричала толпа.

А верзилы с каждым шагом становились ближе. Толпа за спиной пока ничего не видела. Но с каждым шагом дорхов Адриан понимал, что этот щит для них — на пару секунд.

— Ваш будущий главный сказал валить, — твердый голос Годдарда и звук щелкнувшей по воздуху плетки, — значит надо валить.

Ропот стал громче. Дорхи остановились. Кто такие дорхи Адриан понятия не имел, но под их злым взглядом все внутри дрогнуло. Он сильнее уперся ногами в камень и усилил поток силы.

— Молокос-сос-с, — расползлось их шипение, и толпа сзади тут же притихла. От рук дорхов поползла темная, клубящаяся, как грозовое облако, сила. Наполнила все пространство за щитом и разом врезалась в него. Гул, подобно удару колокола, разнесся по площади, и Адриану показалось, что перетрясло все его кости. От боли он сильнее сжал зубы, но не сдвинулся с места.

Только тут до людей за спиной стало доходить, что все серьезно. Никто никогда раньше не видел силы черного цвета, а неизвестность пугала сама по себе. Они спешили, ругались, звали защитников, недовольные дети плакали…

БУМ!!!

Второй удар по щиту всей черной массой. Адриана откинуло назад, руки не удержали щит и отлетели в стороны с такой силой и болью, будто их выдернуло из суставов. Он упал. Из темной массы не торопясь вышли два дорха. Секира и небольшой изогнутый нож. Вот тут на площади поднялась настоящая паника.

— Не меня ли вы потеряли? — задорный крик сверху и вокруг дорхов обвилась фиолетовая цепь. Цепь натянулась, и двое верзил столкнулись друг с другом. По ним побежали фиолетовые всполохи, от которых обычный человек корчился бы и орал от боли, но дорхи только заскрипели зубами и напрягли до видимых жил мышцы.

Адриан глазами нашел Кассандру. Она сидела на крыше одного из домов прямо над ними. Серьезная и сосредоточенная, с горящими от магии синими глазами. Резко распустила цепь. От натуги, которую дорхи прикладывали, чтобы выбраться, и внезапной свободы, они по инерции повалились в стороны.

— Каши мало ели?! — Кассандра спрыгнула перед Адрианом, — встать сможешь? — с усмешкой в глазах посмотрела на него.

Адриан нахмурился и вскочил. Руки ныли, но он мог вполне свободно ими двигать, значит с суставами все в порядке. Дорхи тяжело поднялись на ноги и тут же бросились на них.

Кассандра волной откинула его в сторону и приняла весь удар на себя. Пока он летел, а потом кувыркался по земле, она сменила оружие в руках раз десять. Немыслимая скорость. Он не различал тел и движений — так быстро эта троица двигалась, видел только как вспыхивали фиолетовые мечи, топоры, цепи, ножи. И как высекали искры черные секира и нож об фиолетовый доспех.

Только поднялся на ноги и бросился на подмогу, как от борющейся троицы разлетелась волна такой силы, что вышибло стекла у всех прилежащих домов. Адриана снова опрокинуло на спину, лавки с мороженым и сладкой ватой поднялись в воздух, врезались в стены и разбились без надежды на восстановление, из расколовшегося на части фонтана поднялась вода и хлынула на камень площади.

Где-то в переулках закричали люди. Наверняка самые любопытные и глупые, стремящиеся снять сенсацию и попасть в газеты. Адриан, чувствуя, как болит все тело так, словно его только что хорошенько избили, поднялся на ноги еще раз.

И его снесло в третий раз. В этот раз вихрь со светящимися синими глазами, а в то место, где он только что стоял, с оглушительным грохотом упал, оставляя после себя вмятину из раздробленных камней, сгусток черной силы.

— Я тебе нянька что ли? — прошипела Кассандра и заставила его пригнуться, — зажигайся давай! — Ткнула его в бок, — иначе размажет.

Адриан закрылся доспехом, Кассандра оттолкнула его в одну сторону, а сама отпрыгнула в другую. Между ними бахнул очередной сгусток, и Адриан понял, о чем говорила девушка: от этого сгустка исходила такая сила, что он чувствовал ее давление даже в метре от дыры. Его бы правда придавило без доспеха.

— Год! Арно! Мне без вас скучно! — выкрикнула Кассандра.

Адриан посмотрел в сторону, откуда летели сгустки. Дорхов знатно потрепало: по лицам тонкими струйками лилась темно-красная кровь, у одного не было кисти, а другой стоял на неестественно выгнутой ноге. Они по очереди поднимали руки и бросались сгустками, как заведенные. А Кассандра бежала по кругу, от этих сгустков уклоняясь.

Вот только дорхи, кажется, не уставали. Какой у них запас? При таких телесных повреждениях он должен был снизиться минимум на треть, вот только они никак не показывали этого снижения. Зато уставала Кассандра.

Как-то неудачно перепрыгнула отвалившийся от фонтана камень, споткнулась и упала. Ее доспех загорелся ярче, она перевернулась, села, Адриан вскочил на ноги и бросился к ней, вот только этот долбанный черный шар был быстрее.

Все замедлилось. Кассандру он видел сбоку — она пыталась ползти назад, натыкалась руками на крошево камня и не могла двигаться дальше от боли. Синие глаза распахнулись шире, грудь застыла на вдохе, она не кричала, не жмурилась и не отворачивалась, тень от сгустка уже падала на ее лицо… Адриан сжал зубы и ускорился.

— Куда! — Ударился о невидимую стену и остановился. Перед Кассандрой разожглись два щита — зеленый и голубой — усиливающие друг друга, и только поэтому могущие противостоять темной энергии.

— Уходи! — Арно приближался осторожно. Одной рукой он удерживал щит перед Адрианом, а из другой лился поток голубой силы, формирующий щит перед Кассандрой. Рядом с ним вышагивал нахмуренный Год — щит он держал двумя руками. Со всех переулков высыпались защитники в полном боевом облачении: доспех, щит и оружие наперевес.

— Тьма, — выдохнула Кассандра, поднялась на ноги и отряхнулась от пыли, — не получилось у нас яишенки.

— Извини, Кас, — Год подошел ближе, — главная наседка бежала слишком медленно, — кивнул на Арно.

Тот метнул на него строгий взгляд, но отвечать на этот выпад не стал.

— Как ты? — уточнил Арно у Кассандры.

— Нормально, — кивнула девушка.

— Что с этими делать? — Дорхи продолжали стоять на месте. Только пока перестали разбрасываться сгустками.

— Они сильные, но не всемогущие, — Кассандра поправила костюм и маску на лице, капюшон давно слетел, но голову под ним покрывал черный платок, так что волос все равно не было видно, — мочишь самозабвенно, пока кто-нибудь не откинется первым.

— План, как всегда, — нахмурившись, прокомментировал Арно.

— Да. Главное всегда срабатывает, — кивнула Кассандра, — и лучше нам начать как можно скорее. Потому что прямо сейчас они набираются сил.

Арно подал знак защитникам окружать дорхов. Щит убрал за ненадобностью и приблизился к Адриану.

— Ты как?

— Нормально, — Адриан не спускал глаз с неподвижных дорхов, чтобы не пропустить их атаки.

— Иди домой. Это не учебный бой.

— Я знаю, — спокойно отозвался брату, — я здесь с самого начала.

— Ты жив только благодаря ей.

Адриан нахмурился и повернул лицо к Арно.

— Ты хочешь сказать, что…

— Яйца!!! — торжествующий крик Кассандры.

— Тьма! — Арно сорвался с места, вспыхнув голубым доспехом.

Все ожило в секунду. Дорхи ринулись в бой, тот, что с ногой, неуклюже передвигался по площади, но он бегал! Кассандра забрасывала их небольшими атакующими шарами, вихрем с фиолетовыми всполохами за спиной носясь вокруг них. Годдард создавал шары побольше и выпускал их каждый раз, когда кто-нибудь из дорхов поворачивался к нему спиной. Часть защитников закрыла куполом площадь и удерживала его, чтобы повреждений домов не стало больше. Другая часть медленно кружила вокруг, ожидая приказа от Командующего.

— Арно! Несись! — выкрикнула Кассандра.

Но Арно не успел сделать ничего. Волна силы вздыбила камни, и почти все попадали с ног. Адриан успел заметил, как один из дорхов бросился на Кассандру с Годдардом, а второй — к Арно. Адриан побежал к Кассандре.

Огромный атакующий шар — энергетические каналы уже дрожали от перенапряжения — бросок и прыжок на шею дорха. Того отбросило вперед, Адриан пальцами вжался в глазные яблоки. Дорх зарычал, замотал головой и несколько раз полоснул по рукам своим изогнутым ножом.

— Малой! — голос Арно где-то сзади.

Волна силы прямо от тела дорха. Адриан не удержался и отлетел. С размаху врезался спиной в стену. Попробовал сосредоточиться и встать, но все поплыло перед глазами, верх и низ перепутались, и его завертело.

Услышал приглушенный взрыв и глухой удар рядом. Перевел взгляд туда — на земле прямо рядом с ним лежала темная туша с длинными темными волосами.

— Адриан, — обеспокоенный голос и прикосновение горячих пальцев к щеке. Лицо Кассандры над ним резко сфокусировалось, и он смог разглядеть его в мельчайших деталях. Во взгляде беспокойство — Свет, как прекрасно видеть в ее взгляде беспокойство. Капельки пота на лбу, нахмуренные брови и пропитанная кровью маска. Все-таки она перенапряглась…

— Адриан, не смей!

«О, детка, — проскочила в голове шальная мысль, — мне нравится, когда ты так командуешь».

И это была последняя мысль перед тьмой.

Сначала была тишина. Адриан чувствовал свое расслабленное тело, которое как будто зависло в воздухе. Так бывало после активной ночи и долгого утра, тянущегося до обеда, когда не нужно никуда идти.

Вздохнул. Хорошо-то как. Пошевелил рукой в поисках чьего-нибудь обнаженного бедра или спинки. Растянулся в улыбке, уже предвкушая это ощущение гладкой кожи и последующего за прикосновением сладкого и сонного «ммм?». Как-то вышибло из памяти, с кем уходил вчера. Но так ли это важно? Он вряд ли выбрал бы девушку, которая ему не понравится утром.

Кассандра!

Воспоминания лавиной вторглись в сознание, сердце екнуло так, что тело подбросило на кровати, и Адриан открыл глаза.

Взгляд быстро метнулся от вылепленного узорами потолка к стене, потом влево и вправо. Довольно просторная комната с однотонными светло-желтыми стенами и большим окном с раскрытыми шторами глубокого зеленого цвета. Разглядел в нем верхушки деревьев и несколько верхних этажей корпуса с плоской крышей, стоящего перпендикулярно тому, где лежал он, и выкрашенного в светло-голубой. Общестоличная лечебка. С трудом присел. Поморщился, потому что руки оказались неожиданно слабыми.

Варианты комнаты.

— О, Адриан! — знакомый голос, аромат и шелест пышного платья. Его тут же крепко обняли, а на лицо упала пара крупных слезинок. Мама, — Всевластитель милостив к нам!

— Ммм, — промычал он, давая знак, что вообще-то жив и хочет дышать: объемный рукав маминого платья, расшитый камнями, перекрыл нос и рот.

— Ох, сынок! — Мама его отпустила и присела рядом на кровать, — мы так переживали! — Промокнула маленьким платочком ярко-накрашенные глаза, — день и ночь молили анхогиков здоровья, чтобы ты поправился.

Мы — это прям все. Сидя, Адриан смог осмотреть комнату полностью. На одном полосатом диванчике, что стоял напротив кровати, сидели Арно и отец, на втором у окна — Ания и Эрра.

— И долго вы тут сидите? — он откинулся на изголовье кровати, куда мама тут же подстелила подушку. Голова неожиданно закружилась и, чтобы остановить это кружение, он закрыл глаза.

— Два часа, — потусторонним голосом ответила Эрра.

– Чудесно, – вздохнул Адриан и приоткрыл один глаз, чтобы рассмотреть девушку. Волосы в этот раз были красиво убраны в причёску, платье на ней темно-синего цвета, длинное до пола, бархатное и с открытыми плечами, даже были серёжки и какое-то колье. Но сидела Эрра сгорбившись, под глазами – тёмные тени, губы бледные и искусанные. В руках, спокойно лежащих на коленях, она держала что-то странное. Адриан пригляделся и удрученно выдохнул: эта неадекватная притащила с собой завернутый в салфетку пирожок.

– Будешь? – пирожок потянулся к нему.

– О нет-нет, благодарю. – Адриан даже немного напрягся.

– Сынок, ты как? Как себя чувствуешь? – грустным голосом спросила мама. Стало стыдно за свои мысли о лежащих рядом обнажённых телах. Хорошо, что ещё не сболтнул ничего лишнего во сне или не сделал ничего характерного. И просто отлично, что на его мысли никак не среагировал организм. Адриан даже похолодел, стоило представить эту картину: он, посетители и приподнимающий покрывало бугор.

– Свет… – прошептал он еле слышно, – все нормально, мам. Слабость только. А…

– Конечно у него слабость! – грохнул отец.

– Барто! – укоризненно шикнула мама.

– Марта. – Отец поднялся, – почти полное опустошение – не шутка. И все из-за этой Кассандры, – голос отца наполнился презрением, – полностью разрушить центральную площадь! И непонятно из-за чего! Поймать бы её да отрубить потоки! – он ударил сверху-вниз кулаком о раскрытую ладонь.

– Господин РеДемаро! –  Мама даже подскочила, – Не забывайтесь! Вы находитесь в компании юных леди, а не прожженных жизнью господинов!

– Она же не просто так! – В груди у Адриана тоже вскипело, но вскочить и повысить голос, как мама, он не мог из-за слабости, – она защищала людей! По-твоему, пусть пострадали бы мирные, но площадь осталась цела?

– Наивный, – фыркнул Барто, игнорируя пышущую гневом жену, – знаешь, откуда она с ними прискакала? – его испытующий взгляд заставил выпрямиться.

– Нет. – Начинал догадываться, но… Тьма!

– С Серой стороны, – победоносно произнес отец и вскинул голову, – вот и оставалась бы там. Нет половины Серой – у нас меньше мороки.

Адриан зло выдохнул и откинулся назад. Аргументов против не было: на Серой стороне Альера жили преступники, воры, злостные нарушители порядка и другие асоциальные элементы. Там у них был свой маленький мир со своими законами и правлением. Но ни отец, ни император ничего не могли с этим миром поделать. Распустить – все эти люди пойдут свирепствовать уже по целой империи. Уничтожить – такой акт будет приравнен к геноциду. Временным решением стала охрана, которая круглосуточно следила за набережной и мостами через Льерку*, отделяющую Серую сторону столицы от основной. С другой стороны, где Льерки не было, была стена, которая тоже круглосуточно охранялась. Получилась своеобразная огромная тюрьма, из которой не было выхода. Для всех, кроме Кассандры, разумеется. Как все это время ей удавалось незаметно проскакивать посты – загадка, на которую не было ответа.

– Барто, нам нужно выйти и поговорить с лекарем, – отчеканила мама, – Эрра, Ания, милые, мы вас подождём у выхода, – обратилась к девушкам уже с приветливой улыбкой, – будьте здесь сколько потребуется. – Сынок, – наклонилась и поцеловала Адриана в лоб, – береги себя.

И, шурша многочисленными юбками своего изумрудного платья, дама Марта вышла из комнаты.

— Леди, – Барто наклонил свою лысую голову в лёгком поклоне, – прошу прощения за мои резкие высказывания. Ждём вас.

За ним захлопнулась дверь, и комната на несколько секунд повисла в молчании. Адриан попробовал пошевелиться и спустить ноги: лежать больным перед леди, тем более когда одна из них — красавица, ему не позволяло воспитание.

– Адриан, – нежно выдохнула Ания. У Адриана непроизвольно приподнялись уголки губ в улыбке, и он посмотрел на девушку, – я видела, как вы сражались. Это было невероятно смело! – её голубые глаза распахнулись в восхищении.

Ания была великолепна даже в больничных стенах. Строгое платье шоколадного цвета выгодно оттеняли светлую кожу и белокурые локоны. Глаза казались глубже и темнее. Платье пышной юбкой заканчивалось чуть ниже колен, давая возможность вволю насладиться стройными щиколотками.

– Угу, – мрачно согласилась Эрра и потянулась к пирожку, – невероятно смело, – повторила с прискорбием и вздохнула. Через несколько секунд до ноздрей Адриана донесся аромат тушеной капусты. Тьма…

— Не вставайте! — Ания подскочила с дивана, когда он уже собирался откидывать одеяло, — вам нужно отдыхать. — Посмотрела на него, смутилась и опустила глазки. Адриан расплылся в улыбке.

— Не переживайте за меня, я и не в таких переделках бывал. Верно, Арно? — Поставил ноги на пол. Все-таки было в Ании что-то такое, что притягивало к ней мужчин. ДеВист хорошо ее воспитали: сохранить при таких внешних данных такую скромность (по крайней мере до него никаких порочащих ее честь слухов не доходило) — настоящее сокровище. Эрра тем временем меланхолично жевала свой пирожок.

— Вот, — младшенькая вернулась к дивану и подняла с него сверток, — я тут немного поколдовала на кухне. Не судите строго, — ее щечки восхитительно вспыхнули румянцем, — как вы понимаете, мне не так часто приходится заниматься этим, — она говорила и разворачивала темно-коричневую бумагу, — но я буду рада, если вы оцените.

Под бумагой оказались аккуратные, маленькие, шоколадные кексы.

— Ого! Вы продолжаете меня удивлять! — Адриан потянулся за одним и с удовольствием его попробовал, — вкусно. — Нисколечко не соврал.

— Арно. — Ания развернулась и предложила другой Арно. Тот немного поколебался, но кексик все-таки взял.

—Эрра.

Эрра взяла сразу два — по одному в каждую руку. От пирожка осталась одна салфетка. И когда только успела?

Ания с удовлетворенной улыбкой огляделась вокруг и поставила сверток с оставшимися кексами на столик.

— Мы пойдем. — Присела в легком поклоне, — выздоравливайте поскорее.

И, легонько постукивая каблучками, вышла за дверь. Эрра недовольно нахмурилась, встала, сделала пару шагов, остановилась, спешно присела и быстрым шагом вышла следом. Адриан повалился на кровать: строить из себя героя, когда кружится голова, было непросто.

— Ты как? — над ним навис Арно.

— Голова кружится, слабость, немного тошнит. — Адриан подождал, пока закончатся кувырки перед глазами, и только потом их открыл, — как Кассандра?

— Нормально. Наверное, — Арно сел на стул рядом с кроватью.

— В смысле наверное? — Адриан приподнялся и облокотился на локти, — она хоть живая?

— Убегала на своих двоих.

— Арно-о, — простонал Адриан и рухнул обратно на кровать, — расскажи все по порядку. Сколько я уже здесь?

— Да нечего рассказывать. Ты подверг себя большой опасности. Это был не учебный бой и даже близко не тот, в которых ты участвуешь в казармах. О чем ты думал вообще?

— О том, что не мог оставить ее там.

— Это было глупо.

— А ты смог бы уйти? — Адриан приподнял голову и посмотрел на брата, — вот и я не смог.

— Ладно, — сдался Арно после некоторого молчания, — все произошло вчера вечером. Ты достаточно быстро пришел в себя, слава Всевластителю. Мы не знаем, как дорхи оказались на улице Красных огней. Предполагаем, что они прибыли в столицу под видом обычных заезжих. Пока проверяем информацию, почему при таком критически высоком уровне силы их никто не остановил и не завел данные в список особого контроля. За последнюю неделю не было никого с приглашением и доверенностью*, кто хоть как-то был похож на этих дорхов.

Адриан сел, облокотившись о подушки.

— Хочешь сказать, появились из ниоткуда?

Арно пожал плечами.

— Из-за чего началась стычка, тоже никто не знает. Про дорхов есть только древняя легенда, но она больше похожа на сказку, чем на что-то вероятное.

— То есть в нашем городе из ниоткуда появились сказочные герои и разнесли половину площади? — подвел итог Адриан, — а там же оставался еще один. Что с ним?

— Не надейся, нам не удалось с ним поговорить. У Кассандры другие методы.

Адриан мечтательно улыбнулся, вспоминая методы Кассандры.

— Слушай, откуда у человека могут быть такие запасы силы? Это же невозможно. Даже РуЛин на такое не способен. Одной положить двух дорхов! — восхитился он.

— Не одной.

Непонимающе посмотрел на Арно.

— Когда ты отключился — прибыл почти весь ее отряд. Как ты понимаешь, ни у дорха, ни у площади шансов не было.

Адриан хохотнул.

— То есть отец не преувеличил, когда сказал «полностью»?

— Преуменьшил. Ладно. Отдыхай. Две недели никаких боев. Это рекомендация лекаря, не моя, — предупредил его возмущение.

Арно вышел, и Адриан остался один. Смаковал приятное чувство удовлетворения с дурацкой улыбкой на лице: все-таки какая Кассандра … дикая. Неуправляемая. Как ураган. Бой в тандеме с ней, пусть даже до полного опустошения, определённо того стоил. Вспоминал ее лицо перед тем, как сознание уплыло. Он ведь не придумал тревогу в горящих синих глазах? Это значило только то, что при такой мощи, что скрывало хрупкое тело, ее сердце оставалось нежным и ранимым. Адриан вздохнул, сползая по подушкам ниже. А при таком сердце ничего не стоило ее завоевать.

Вспышка в голове и улыбка резко сползла с лица. Он вспомнил одну незначительную деталь, на которую до этого не обратил внимания. Невидящим взглядом разглядывал стену и не понимал, какими местами соединить эти две части паззла. У Ании у крыльев ее чудесного носика была небольшая корочка запекшейся крови.

*-Льерка – река, которая протекает прямо в столице и отделяет Серую сторону от основной.

*- при входе в столицу стоят специальные ворота, проходя через которые определяется уровень силы. Если он критически высокий, то для такого посетителя нужно приглашение от коренного жителя столицы и доверенность от него же. Такого посетителя заносят в список особого контроля.

— Чудесная сегодня погода, — заметил Адриан.

— Да, — задумчиво кивнула Эрра.

Они шли под руку по набережной. Вечерело. Легкий ветер с реки трепал красно-золотые флаги на столбах, а желтый свет фонарей создавал приятную романтическую обстановку. Ею воспользовались не только они: неспешно вдоль реки прогуливалось почти полстолицы. Взрослые смотрели на их пару с приятным удивлением и уважением. Молодые — с ошеломлением. Адриан удерживал на лице маску спокойного благодушия, кивал знакомым и не отводил взгляда первым. С легкой улыбкой и остротой в глазах выжигал желание подойти к ним и заговорить.

Эрра смотрела под ноги. Она торопилась и часто вырывалась вперед, нервничала, ее рука на его предплечье была напряжена так, что он чувствовал это. Неужели так волновалась? Адриан даже проникся капелькой доброжелательности к этой странной девушке.

— С вами все в порядке? — решил поинтересоваться, надеясь, что она не будет делиться причиной такого состояния.

— А? Да. Да, — рассеянно кивнула Эрра, мазнула по нему взглядом и снова уперлась в плитку под ногами. От этого взгляда у Адриана по спине пробежали мурашки. Что за глаза такие странные? Как будто бы смотрел мертвец или столетний старик, оказавшийся в теле юной леди. То сочувствие, которое проснулось в нем до этого взгляда, превратилось в холод и отвращение.

Об их помолвке объявили официально. Это был логичный ход, оправдывающий посещение леди ДеВист лечебки и конкретно его. Адриан до конца надеялся, что вся идея с женитьбой — проверка отца, но нет. Барто РеДемаро был настроен серьезно.

— Благодаря этому браку наши возможности станут практически безграничны! — Довольный отец расхаживал по столовой, возбужденный предстоящими сделками, — у Альберта много связей за пределами столицы, а с моим покровительством мы сможем укрепить и расширить их! Ты только представь, Марта: «Ткацкая фабрика РеДемаро и Ко», — он привычным движением обозначил слова в воздухе, — ты сможешь сама выбирать ткани и первой носить платья, которых больше ни у кого нет.

— Нет-нет, дорогой, — дама Марта отставила чашечку с кофе и посмотрела на мужа, — первыми будут платья для бедных.

Гримаса глубоко возмущения на лице Барто сменилась удивлением, а потом он и вовсе рассмеялся.

— Вот поэтому ты — моя жена, — закивал головой, — поэтому жена… — повторил задумчиво и ушел в свои мысли. И, судя по горящим глазам, ему все нравилось.

При таких глазах отца возможностей избежать свадьбы у Адриана оставалось катастрофически мало.

— Как поживают родители? Ваша сестра? Надеюсь, все здоровы? — Им навстречу не торопясь шел один из советников императора со своей женой, которому активно не нравился Барто РеДемаро. Из-под сведенных кустистых бровей он рассматривал их руки, соприкасающиеся одежды, в такт вышагивающие ноги. Старик надеялся найти признаки фарса? Адриан второй рукой прикоснулся к ладошке Эрры и нежно ее погладил. Рассмеялся бы на резкий возмущенный взгляд советника, но был воспитан слишком хорошо.

— Здоровы, — медленно протянула Эрра, рассматривая их руки.

— Слава Всевластителю, — улыбнулся Адриан, — чудесного вечера, — кивнул жене советника, когда они оказались совсем близко, напрочь игнорируя его самого.

На Серой стороне раздался взрыв. Горожане, прогуливающиеся по набережной, вздрогнули и посмотрели за реку, где среди множества мелких огней выделялся разгорающийся пожар.

— Все под контролем! — успокоил горожан один из защитников, охранявший набережную. Он объединился вместе с другими, и они подняли магическую стену, которая отливала голубым и отделила столицу от той стороны.

Горожане недовольно пороптали и пошли дальше. Такие взрывы были нечастым, но довольно привычным явлением для Серой стороны. Все-таки преступники. Наверняка что-то не поделили.

— Все в порядке? — Эрра остановилась и напряженно вглядывалась в пожар, — не беспокойтесь, нам ничего не грозит, — успокоил ее.

— Не грозит… — эхом ответила Эрра и глубоко вздохнула, — проводите меня, пожалуйста, домой, — устало попросила она, — хочется прилечь.

— Да, конечно, — обрадовался Адриан.

Такие прилюдные прогулки были обязательной частью суеты после объявленной помолвки. Для Адриана они тянулись безобразно долго, отпроситься домой первым он не мог, поэтому провожать Эрру шел чуть ли не вприпрыжку. Как сама Эрра относилась ко всей этой идее с женитьбой понять было невозможно.

— Арно! — ворвался в казарму, где с защитниками города чаще всего бывал брат. Это было небольшое на вид здание с двумя входами. Один — неприметный, вел в саму казарму, где защитники отдыхали, обсуждали дела города и продумывали планы. Второй — парадный, с гербом столицы, на котором была золотыми нитками на красном фоне вышита маленькая птица с огромными крыльями, сверху которой были горы, справа море, слева пустыня, а снизу рыба. Там по всем вопросам принимали горожан и временами сидел Арно.

— Чувствуешь себя лучше? — Арно поднялся ему навстречу и крепко пожал руку.

— Да! — Кивнул Адриан, — что у вас?

— В городе спокойно. Ты помнишь, что сказали лекари? Две недели никаких боев.

— Помню. — Отмахнулся от занудств брата, — мать меня даже в Академию не отпустила из-за этого.

— Она переживает за тебя, — Арно бросил на него внимательный взгляд.

— Да, я знаю, — Адриан под этим взглядом выдохнул и сдался.

Потому что Арно точно понимал, о чем говорит: он потерял своих родителей девятнадцать лет назад, когда ему было одиннадцать. Джерад РеДемаро и его супруга Жизель РеДемаро жестко выступали за смертную казнь за убийство и пожизненное заключение за жестокое обращение с детьми, чем заработали себе большое количество врагов. Выяснить, кто именно стоял за нападением, так и не удалось: исполнители выпили яд до приезда защитников. Арно остался в живых только потому, что в это время как раз гостил у дяди.

Барто принял его в семью без колебаний и растил как родного. Учеба в Академии и старт в профессии — на племянника не жалели средств.

— Адриан, — к ним подошел один из защитников и протянул руку, — ты как?

— Неплохо, — Адриан ответил на рукопожатие, — только не смогу участвовать в тренировках.

— Мы поймем, — хмыкнул защитник, — даже не всякий из нас доходил до опустошения, а тут адепт. Хорошая смена растет, Арно, — кивнул своему Командующему и громко хлопнул в ладоши, — пора размяться, ребята! Все на поле!

Все остальные, кто лениво читал книгу, валялся на скамье или играл в настолку, оживились, вскочили, поскидывали фирменные куртки и пошли к заднему выходу, который вел на тренировочное поле. Это было вытянутое в узкий овал поле, уместившееся между Домом защитников и высоким забором, за которым находился проулок. Здесь тренировались и в дождь, и в зной и, поскольку над полем не было крыши, тренировки случались чрезвычайно утомительными.

— Следи за собой, — Арно повесил свою куртку на невысокий забор, — никаких всплесков.

— Да не переживай ты так, — Адриан хлопнул брата по плечу, — все под контролем.

Судя по выражению лица, Арно не поверил. Но ребята уже бежали первый круг, и ему пришлось оставить Адриана одного.

Одновременные и ритмичные удары сапог о землю, сильные голоса, распевавшие бодрую песню, всегда привлекали к себе внимание. За стеной наверняка уже случилось столпотворение юных дев, которые оказались здесь как бы случайно. Адриан сел на походный стульчик. Бег и разминку он проживал хорошо. В какой-то момент убедил себя, что справится и с остальным. Но начались тренировочные бои, и его захлестнул азарт.

— Так его! — размахивал руками, будто сам участвовал в драке. Не замечал, как руки вспыхивали слабым сиреневым пламенем. Понимал это, только когда начинала кружиться голова. Быстро сбрасывал пламя, пока Арно не заметил, и продолжал наблюдать за ходом боя.

Скучал по этим тренировкам. За неделю отсутствия какой-либо нагрузки стал чувствовать себя размазней. Лекари говорили, что это — последствия растраты сил.

— Вам нужно восстановиться, — увещевал его лекарь на последнем осмотре, — иначе последствия непоправимы.

Адриан все прекрасно понимал и старался изо всех сил. Ему было ради кого терпеть все эти неудобства.

— Послание для командира Арно! — на поле вбежал защитник с красной повязкой на руке. Это означало, что он совсем недавно поступил на службу и находился на испытательном сроке. Таким давали самую нелюбимую работу защитников — прием жалоб и предложений от горожан.

— Давай сюда, — Адриан оторвался от боя, в котором как раз участвовал Арно.

— Господин Адриан, — защитник ударил пяткой о пятку и протянул ему сложенный вдвое листок, — только мне попросили передать это лично в руки господину Арно.

—  Я передам, не волнуйся, — благодушно кивнул Адриан и раскрыл листок. Наверняка кто-то опять жаловался на соседей или умолял что-то сделать с непомерно растущими ценами.

«Давай встретимся, наседка. Нам нужно многое обсудить. Через два дня в «Холи-холи»».

Его как будто ударили под дых. «Давай встретимся» размашистыми ровными буквами.

— Господин Адриан! Господин Адриан! — слышал, как сквозь вату. Пришлось сделать усилие и выплыть из внезапного оцепенения.

— Да, все в порядке, — успел ответить, как подошел Арно и отобрал у него записку. Быстро пробежал глазами по строчкам и посмотрел на Адриана. А у него и слов никаких не находилось. Даже дышать мог с трудом от того, какая это была ошеломительная новость.

— Даже не думай, — отрезал Арно.

Они вместе шли домой. Было уже темно, когда закончилась тренировка и защитники, которые пришли на ночную смену, получили все указания от предыдущей команды.

— Не думаю, — усмехнулся Адриан, — я иду. Хочешь ты того или нет.

— Малой, — Арно остановился, — там будет небезопасно.

— Конечно, — улыбнулся он, — это же Кассандра.

— Именно потому, что это Кассандра.

Адриан перестал улыбаться.

— Слушай. Хочешь — надень на меня перекрыватели*, наложи какой-нибудь кокон, чтоб я не мог магичить, прицепи меня к себе браслетами. Но я пойду.

— И что я буду говорить твоим родителям? — В темноте не было видно, но, судя по голосу, Арно злился, — ваш сын погиб из-за мании, которую не может контролировать, а я не смог его переубедить?

— Нет. — Адриан тоже сжал кулаки, — я не маленький пацан, Арно.  А ты — не моя нянька. Я мог просто забрести в «Холи-холи» и случайно встретиться с тобой.

— Ты не знаешь, где находится «Холи-холи».

— Все знают, где находится «Холи-холи», — отмахнулся Адриан.

— Откуда?

— Когда учишься, можно не только в библиотеках зависать.

— Почему мне никто не докладывал?

— Потому что мы ничего не нарушали. Остынь. Раскрою теба тайну, но в Красных огнях есть места поинтереснее «Холи-холи».

— Малой.

 — Просто не обязательно об этом говорить родителям. Как видишь, я стою перед тобой живой и почти невредимый. Значит, система работает.

— Какая еще система?

— Система СИМВ: Самосохранение при Испытании Максимума своих Возможностей.

— Так симвашки… — задумчиво начал Арно .

— Это те, кто установил новый рекорд в чем-то, — закончил Адриан, — а ты не такой потерянный.

— Вроде рос у меня под боком, а тут такие новости, — уже вполне мирно протянул Арно.

— Хех, — хлопнул брата по плечу, и они пошли дальше.

— Что думаешь насчет Эрры? — поинтересовался Адриан через некоторое время.

— Она хорошая девушка, — ответил Арно после некоторого молчания.

— Хочешь на ней жениться? — предложил повседневным тоном.

Арно от неожиданности поперхнулся.

— Ты как раз вошел в прекрасный возраст, когда отлично бы создать семью. У тебя и работа, и дом свой, и положение в обществе. А тут хорошая, тихая, домашняя девочка. Да вы идеальная пара!

— Малой, — Арно покачал головой, — вот уж поверь мне, я делаю все возможное, чтобы найти свою жену.

— Значит, не поможешь? — спросил деловито.

— Не таким образом, — хмыкнул Арно, — передавай привет родителям.

Он оставил Адриана перед двухэтажным домом с горящими теплым уютом окнами и пошел к себе.

Самым радостным событием за эти два дня была не только предстоящая встреча с Кассандрой, но и то, что Эрра приболела. Он, конечно, принес искренние соболезнования Альберту и Наоре ДеВист, поцеловал ручку Ание, которая тоже чувствовала себя неважно, но все равно спустилась к нему, и с легкой душой вышел на улицу. Испытывал легкую вину за недомогание Эрры: кажется, вечерняя прогулка по набережной была для нее лишней.

— Давай руку.

В условленное время он встретился в казарме с Арно. Тот был одет в гражданское: черные свободные штаны, белая рубашка, поверх которой была накинута черная куртка с тонкой золотой вязью рисунка по бортам. На ногах — высокие сапоги. Обычный горожанин в свой выходной день. Так и не скажешь, что этот горожанин собирается в одно из тех мест, которое добропорядочные налогоплательщики стараются избегать.

— Без оружия? — хмыкнул Адриан, машинально протягивая руку брату. Тот защелкнул на его руке браслет с синем камнем. — Серьезно? — раскрыл рот от удивления. Он, вообще-то, шутил про кокон и перекрыватели.

— Кассандра позвала нас на разговор, а не драться, — нахмурился Арно, — и да. Серьезно.

— Я от тебя такого не ожидал, — протянул Адриан, вертя перед собой руку с браслетом. От него по коже побежали тонкие линии холодка — как раз там, где проходили энергетические каналы. Поежился. Это у него еще сила не восстановилась, а ему уже некомфортно. Жутко представить, что чувствуют те, кто полон до краешка.

Арно ничего не ответил. Раздал последние указания и вышел. Кассандра не указывала времени, но считалось, что после захода солнца все преступники только просыпаются. Да и «Холи-холи» начинал работу примерно тогда же.

Они беспрепятственно прошли через главные ворота столицы. Это были высокие двери песчаного цвета, которыми заканчивалась стена, окружающая столицу. Единственный легальный вход и выход из города. Ворота тщательно охранялись: защитники на верхушке, внимательно следящие за горизонтом; защитники в башнях по бокам, наблюдавшие за толпой внизу; и защитники на земле, контролирующие входящих на уровень их силы. Все они единовременно отдали честь Арно, приложив кулак к правой стороне груди, и даже не стали их записывать. Все-таки хорошо, когда твой брат — Командующий.

«Холи-холи» располагался в одной из небольших деревень, разбросанных вокруг столицы. До туда они решили доехать на таксомаге*, которые дежурили на той стороне от ворот в ожидании клиентов. Синяя металлическая коробка на колесах с одной дверью спереди могла быть одно-, двух- или четырехместной. От внутреннего комфорта зависела цена: чем мягче обивка в салоне, тем дороже стоила поездка. Сам водитель сидел снаружи на выступе, управлял таксомагом и следил за уровнем магических батарей. Адриан с Арно выбрали самый дорогой двухместный. Махина резко дернулась, множество шестеренок под ногами натужно заскрипели, но уже через несколько секунд магия обволокла каждую деталь механизма, и таксомаг поехал ровно и практически бесшумно. В боковом окне Адриан рассматривал проносящиеся мимо пейзажи, Арно смотрел вперед.

— Волнуешься? — хмыкнул Адриан, заметив, как тот напряжен.

— Нет.

Дорога заняла около получаса. Таксомагист остановился напротив «Холи-холи» и даже не стал дожидаться, когда они оба выйдут. Рванул с места задним ходом, стоило Адриану одной ногой встать на землю.

— Эй! — пригрозил Адриан, с трудом сохранив равновесие.

— Пошли. — Арно мрачно проводил взглядом удаляющееся пыльное облако. Ему повезло чуть больше, поскольку он выбирался из таксомага первым.

Деревенька казалась безжизненной: ставни у домов закрыты наглухо, вся живность загнана в сараи, уличные фонари освещали пустые дороги. «Холи-холи» держали здесь только из-за того, что хозяин платил налог, мог усмирить посетителей и не позволял драке выйти за пределы трактира. Говорят, что раньше он тоже был из этих. Но потом случилась жена, дети и необходимость в постоянном заработке.

С виду трактир был крепким двухэтажным кирпичным домом. Деревянная вывеска с выжженными словами «Холи-холи» перевешивалась чуть ли не каждый день. Адриан помнил, что в прошлый раз она была над дверью. Сейчас вывеска оказалась левее. Над дверью, как это обычно принято у деревенских, был изображен Всевластитель с растопыренными в сторону крыльями: считалось, что это защитить дом от злых духов. Адриан хмыкнул. Скорее всего это духи должны бояться тех, кто внутри. И хоть двери и окна были закрыты, бойкие разговоры и громоподобный смех были слышны даже на дороге.

Арно первым нырнул в низкий проем, Адриан — за ним. Они оказались в полутемном просторном помещении, уставленном столами, скамьями и стульями. Источники света — лампы на каждом столе. Из-за игры света на лицах сидящих образовывались глубокие тени даже от самых незаметных морщин. Выглядело это устрашающе.

Столы тоже меняли свое местоположение — из-за постоянных драк соблюдать идеальную геометрию было невозможно. Сам хозяин — крупный мужчина с загорелым, как уголек, лицом и собранными в хвост темными волосами стоял за небольшой стойкой. Он цепко оглядывал всех сидящих, предугадывая начинающуюся драку. Бросил взгляд на вошедшего Арно и кивнул к окну. Адриан медленно перевел взгляд туда и увидел … Годдарда. Недовольно нахмурился и пошел вслед за братом.

— А где Кассандра? — начал сходу, но Арно его быстро осадил.

— Малой, сядь, — сам в это время за руку здоровался с Годдардом.

Тогда, в драке с дорхами, Адриану было некогда рассматривать его лицо. А Год оказался молодым парнем, примерно того же возраста, что и он сам. Разве что кожа его была грубее, загорелее и от уголков глаз уже разбегались мелкие морщинки. У него было довольно крупное лицо с большим носом и пухлыми губами, а карие глаза хоть и смотрели мимоходом, как бы сквозь тебя, но мгновенно подмечали важные детали.

— Не надейся, дорогуша, — Год упал на стул и отпил из большой кружки пива, — ты не в моем вкусе.

Адриан хмыкнул и тоже сел. Кажется, он слишком долго рассматривал помощника Кассандры.

— А где…

— Цыц, — Год качнул указательным пальцем из стороны в сторону, — ты с твоим дружком, — глазами показал на браслет, — сиди тихо и не высовывайся, вопросов не задавай и много по сторонам не смотри. Вот, — достал из кармана монетку и подтолкнул ее катиться по столу, — купи себе чего-нибудь.

Адриан иронично приподнял бровь и сел поудобнее, широко расставив ноги. Монетку проигнорировал. Она докатилась до его края стола и, звякнув о каменный пол, завертелась там. Годдард смотрел на него, чуть задрав голову, и Адриан взгляда не отводил. В груди уже поднималась знакомая волна упругого возбуждения и силы от предстоящей драки. Камень на браслете замерцал синим.

— Малой.

— Недотрога, — чмокнул губами Год, изображая поцелуй.

Адриан уже хотел подняться и втащить по этой наглой морде, как заиграла музыка. Обычно это означало, что сейчас будет выступление: танец или песня от полуголой девицы.  Он обернулся безотчетно. Обернулся просто потому, что любил красивых девушек, потому что это было слишком привычно для него — смотреть и любоваться ими. Не собирался залипать надолго, хотел только бросить взгляд и вернуть к разборкам с Годдардом, но…

Но что-то пошло не так.

На сцене стояла хрупкая девушка, завернутая во множество слоев воздушной красной ткани. Держались эти слои на тонком золотистом пояске на бедрах, образуя снизу подобие пышной юбки, и на пояске под грудью, образуя подобие лифа. И — Адриан сглотнул — у девушки был обнаженный животик. Он так и завис, чуть привстав со скамьи с приподнятой рукой.

Весь трактир тут же заулюлюкал и громко захлопал в ладоши. Кто-то даже затопал ногами, выражая свой невообразимый восторг такой нежной девушкой в таком грязном месте. Адриан не дышал и продолжал рассматривать незнакомку. Лицо ее было прикрыто плотной вуалью, которая оставляла открытыми только глаза. Ярко-синие глаза. На лбу украшения из золотистых монет. Точно такие же монетки свисали с пояса на талии. Волосы собраны и укрыты длинным легким покрывалом, которое мягко обволакивало фигуру девушки сзади.

Громко ударил барабан, и все замолкли. Адриан удивился: откуда барабан? Этим инструментом имели права пользоваться только защитники в момент больших нападений на города. Пробежался взглядом по толпе и увидел хозяина, который держал между коленями перевернутую вверх дном кастрюлю.

В ответ на удар девушка резко качнула бедром в сторону так, что Адриан чуть не упал. Что… что это такое? Что за движения такие, которые даже для него казались дикими. Этот танец оказался больше, чем вызов. Он больше походил на соблазнение, на омут, на опутывание его невидимыми нитями, от которых он ни за что не отказался бы. Но только ли он? Окинул взглядом весь трактир и разозлился. Не только он.

А удары по кастрюле набирали скорость, движения бедрами становились резче, монетки звенели громче, руки все чаще взмывали вверх, чем подчеркивали тонкую, гибкую талию. Она не смотрела на него. Не смотрела! Адриан жаждал. До пульсирующей боли в сжатых кулаках жаждал ее взгляда.

Но девушка будто специально его игнорировала. Мимолетные взгляды на всех — он пристально следил за этим, но не на него. Внутри поднималась волна черного эгоизма: эта девушка должна принадлежать только ему.

Последний удар кастрюли и …! Взгляд. Насмешливый, ироничный, издевающийся, легкий. Она точно знала, что он сейчас чувствует. Точно знала и то, что этого никогда не будет. Наслаждалась своей победой и его бессильной злобой.

Зал взорвался аплодисментами. Мужчины встали и восхищенно переглядывались друг с другом.

— Браво, Кассандра! Браво!

Кассандра? То есть вот эта гибкая соблазнительница и та невероятно сильная разбойница одно и то же?!

— Мама!

На сцену к Кассандре выбежала маленькая девочки лет пяти в опрятном сером платьице с белым подъюбником. Она бросилась в объятья к Кассандре, и та привычным движением подхватила ее на руки.

Мама?!

*- перекрыватели — так в народе называют специальные сдерживающие камни, которые перекрывают магические каналы. Могут быть в форме браслетов, кулонов, поясов.

*-таксомаг — 1-, 2- или 4-хместная машина, использующая вместо бензина магию. Для этого в ней были специальные накопители, которые таксомагисты заправляли самостоятельно. Использовались они в основном для поездок на дальние расстояние. В самой столице таксомагов было очень мало из-за узких улочек.