Переполох на императорской кухне

– Леди Нэвис, прошу сюда, – сухопарый дворецкий важно прошествовал по длинному коридору, где располагалась дворцовая кухня. – Помещение оборудовано по последнему слову техники и полностью готово к работе. Вы уверены, что помощники вам не нужны? Банкет предполагает большое…

– Я уверена. Абсолютно, – благодарно кивнула и прошла в просторное помещение, с первых минут ослепившее меня кристальной чистотой и натёртыми до блеска медными чашами. – Времени достаточно, а работать я люблю одна, за исключением моей маленькой помощницы.

Диди с некоторых пор обрела новое умение и теперь могла менять свой размер под запрос случая и моей магии, что было очень удобно, когда дело касалось перемещений.

– Что ж… – с сомнением протянул дворецкий, покосившись на золотую клетку с птицей в моих руках. – Раз вы настаиваете… Однако считаю должным напомнить вам, что гостей будет не меньше трёх сотен, а также, что вынос торта запланирован на десять часов.

– Я всё помню, – вытащила из кармана передника, который уже успела надеть, листок с расписанием и списком десертов и помахала им перед острым носом мужчины. – Давайте не будем терять времени, господин… как вас?

– Шоун… Людвиг Шоун. К вашим услугам, госпожа Нэвис, – легко поклонился дворецкий и направился к выходу, но на пороге оглянулся. – Постарайтесь не упускать свою, кхм, помощницу из виду. Дворцовый кот – любитель поохотиться.

Указав рукой в белоснежной перчатке куда-то в сторону холодильного ларя, мужчина удалился, а я наконец выдохнула.

– Попался же зануда! – озвучила мои мысли Диди.

Я усмехнулась, поставила клетку на отполированную столешницу и прошла туда, куда махнул рукой дворецкий. На каменном полу вальяжно развалился большой рыжий кот. Увидев меня, он лениво зевнул и потянулся, обнажая пушистое брюшко, покрытое кремовой шёрсткой. Розовый нос зашевелился, втягивая незнакомый запах, а меня чуть не разорвало от умиления.

– Ну какой ты хоро-о-ошенький! – засюсюкала я, забирая на руки пушистую тушку. – Какой сытенький! Говорят, вы настоящий охотник, ваше величество. На что изволите охотиться? На колбасные колечки или окорок? А, может, вам по нраву перепела в пряном соусе?

Рассмеялась, прижимая кота к груди. Вопреки предупреждениям, охотник безвольно повис в моих руках, терпеливо снося унижавшие его императорское достоинство обнимашки.

– Вот ты сладкий пирожочек! А ну-ка иди сюда, познакомлю тебя кое с кем очень ярким и волшебным.

Я поднесла кота к клетке с Ди и подхватила поудобней, сажая его на сгиб локтя. Мягкие лапки упёрлись в столешницу, но обещанного интереса к дичи, как я и предполагала, не последовало. Кот наклонил голову набок, осмотрел клетку, а потом широко зевнул, обнажая белоснежные клычки. Зато Диди, предсказуемо, возмутилась.

– Убери это лохматое чудище немедленно, Никки! Я тебе что, обезьянка в зверинце?! – она вспорхнула на жёрдочку и отвернулась. – Пресветлая Лейна! Кажется, у меня начинается аллергия на шерсть! Помогите!

Ди звонко чихнула, распушив яркие пёрышки.

– Какая ты нежная, госпожа Диди! – пошутила я, отпуская кота. – Просто хотела убедиться, что не нужно ликвидировать опасность, но, как видишь, хищнику интересна добыча только в готовом виде, так что я смогу спокойно тебя выпустить. Дорога была долгая, устала сидеть в клетке, наверное.

– Представь себе, – буркнула птаха. – Ты известный кондитер, внучка потомственной ведьмы и члена верховного императорского совета, без пяти минут жена Виктора Бранса, не последнего человека в государстве, а мы несколько часов кряду трясёмся в захудалой карете, только потому что…

– …я люблю смотреть на окрестности, – со смехом закончила я, пародируя её недовольный голос, очищая одежду бытовой магией. – Не злись, Ди. Хорошо же прокатились! Тем более мне очень нужно было время собраться с мыслями. Всё-таки не каждый день я обслуживаю императорские приёмы.

Я прошлась по кухне, открыла холодильные лари, где уже стояли, аккуратными рядами мои заготовки, отправленные во дворец заранее. Украшения из пластичной пасты, крема всех видов и цветов, тесто, свежие ягоды, цветы и даже стопка готовых бисквитов для небольших пирожных в стаканчиках. Оставалось только свериться с эскизами и собрать десерты. Пока для основного украшения праздника – большого трёхъярусного торта – выпекаются коржи. Представила себе, как надену красивое платье, когда работа будет сделана, выйду в зал и сразу попаду в объятия моего любимого пекаря. Мы будем кружиться в танце, не замечая никого вокруг, а потом незаметно сбежим, как делали это всегда на таких мероприятиях.

– Всё пройдёт идеально, – выдохнула я, выкладывая на стол баночки с магическими добавками. – Всё предусмотрено. Что может пойти не так?

И, видимо, в этот момент, Ошур решил, что его божественные будни слишком скучны. Ума не приложу, почему полем для развлечения он выбрал императорскую кухню, но столько раз Дирха, Дирх его подери, я не поминала за всю свою кондитерскую бытность. А началось всё совсем безобидно.

Я выложила на стол заготовки и отмерила в миску нужное количество муки, затем выпустила Диди полетать и зашла в кладовую, осмотреть инвентарь. От созерцания огромного количества кухонной утвари, часть из которой я, любитель новаторских идей, видела впервые, меня отвлёк грохот. Метнувшись обратно, я застала дивную картину. Диди взмыла под потолок, а наглая рыжая морда, которую я ошибочно приняла за милейшего ленивого пушистика, повисла на сковородке и теперь раскачивалась на ней, как часовой маятник, над миской с мукой. Кот, не отрываясь, смотрел на моего фамильяра голодными глазами. Честное слово, если бы этот паршивец умел разговаривать, он бы сейчас вслух повторял любимый рецепт своей прабабушки! Я вскрикнула и ринулась к столу.

– Ах ты, маленький гадёныш! – пискнула, когда когти больно впились в кожу. – Я тут тебя, значит, нахваливаю, а ты!..

– Варвар! – рявкнула Ди с верхней полки, на которой красиво расположились пузатые банки с джемами. – Я тебе твои глазищи наглые повыклёвываю!

Высокопоставленная особа явно не страдала острыми приступами самоедства и уж тем более не впечатлилась угрозами крохотной колибри. Спрыгнув на пол, кот обогнул столешницу и, пока я в ужасе взирала на перевёрнутые продукты, запрыгнул на холодильный ларь, а с него на полки, снося на своём пути кухонную утварь и те самые банки. Сложно было представить такое количество прыти и гибкости в упитанном представителе рода кошачьих, но факты говорили сами за себя. В несколько минут императорский охотник с лёгкостью разнёс полкухни и, кажется, не планировал останавливаться на достигнутом.

– Мама! – пискнула я и зажмурилась, когда на пол полетел очередной «фруктовый» снаряд. – Да что же ты творишь! Ди, залетай в клетку! – скомандовала я.

– В клетку?! – возмущённо воскликнула птаха, увернувшись от когтистой лапы. – Спасаться от этого недоразумения?! Да я только разогреваюсь, Никки! Сейчас этот проходимец отведает силушки фамильярской…

С этими словами Диди начала увеличиваться в размерах, а я… А меня просто парализовало. Магия? Командный голос? Ведьмовской дар внушения? Я вас умоляю! Ступор. Обычный человеческий ступор, выбиравший для своего появления самые подходящие по накалу страстей моменты.

Тем временем мой фамильяр заметно подрос, тонкий клюв стал короче и плотнее, а в глазах сверкнуло разноцветное пламя. Кот уже забрался на самый верх шкафа и азартно размахивал хвостом, когда его снесло радужным вихрем, и он, с громким «мя-а-а-у» свалился прямо на столешницу с засахаренными фруктами. Кухня взорвалась разноцветным фейерверком из вишни, голубики, малины и крохотных шариков красной и белой смородины, но Ди было мало. Птаха взмыла вверх, намереваясь атаковать врага, словно орлица. Кот вскочил на лапы и ощетинился, не собираясь сдаваться без боя.

– Остановись, Диди! Это кот его величества! Ты что творишь? – предприняла я последнюю попытку разогнать зверинец. – Я сейчас применю магию, и тебе не понравится!

И абсолютно не удивилась, когда мои попытки с треском провалились. Здравый смысл никогда не был сильной стороной моей пернатой наперсницы.

– Ах, кот его вели-и-ичества, – протянула птаха. – Ну тогда сейчас ему будет оказана поистине императорская честь!

В этот момент она неловко взмахнула крыльями и, запутавшись в пучках трав, подвешенных к потолку, спикировала вниз. Пока Диди соображала, что произошло, рыжий дирх понял, что преимущество вновь оказалось на его стороне и припал к полу, готовясь к прыжку.

Катастрофа была близка, и я благополучно забыла, что передо мной любимец правителя. Взяла в руку первую попавшуюся утварь, коей оказался обыкновенный кондитерский венчик, и ринулась в бой. Мы прыгнули одновременно – кот на птицу, я на кота, Диди просто откатилась в сторону разноцветным клубком. Время замедлилось. Наши прямые никак не пересекались. Ди пикировала в шкаф, кот планировал облобызать мохнатым ликом холодильный ларь, а я просто летела куда-то мимо разрушительной вакханалии и улетела бы далеко, если бы… Если бы меня не поймали сильные и такие любимые руки. С появлением Винсента всё чудесным образом стихло. Перепуганный охотник рванул из кухни, волоча на хвосте какую-то громыхавшую жестянку, Ди попыталась слиться с мебелью, а я просто воззрилась на Винсента как на верховное божество.

– Смотрю… дело спорится, – сказал наконец мой жених. – Работаем, как привыкли, с огоньком.

Вернув телу вертикальное положение, я оглянулась по сторонам. Ошур… Лучше бы сразу провалилась в дирхово пекло. Кухня выглядела эпично. Не иначе как после гражданской войны! Шкафы были забрызганы ягодным соком, стаканчики для десертов разломаны, а ингредиенты для коржей моего великолепного трёхъярусного торта смешались на столе наподобие карты мира… очень примерной, с парой лишних континентов и цепочкой необитаемых островов из разноцветной посыпки.

Часы дворцовой башни отмерили полдень. Вот тут-то я и стала поминать кого не следует на все лады. До первой подачи десертов оставалось пять часов, а я стояла посреди разнесённой в пух и прах кухни с испорченными ингредиентами и истерикой, зарождавшейся где-то очень глубоко внутри. Беспомощно взглянула на Винса, тот сразу понял, что к чему, развернул меня к себе и взял за плечи.

– Никки, стой. Никакой паники. Времени достаточно.

– Нет! Недостаточно! – от перенапряжения мой голос дрожал. – Сейчас я должна была украшать уже собранные фруктовые стаканчики и доставать из печи бисквит, а я… а мне…

– Паника поможет?

– Вряд ли.

– Тогда действуй.

Спокойный уверенный голос вернул трезвость ума. В этом был весь Винсент. Мой любимый мужчина. Он никогда меня не жалел, не гладил по головке, лишь напоминал, какая я на самом деле сильная, и просто был рядом. Я задумалась. Фрукты и ягоды во дворце достать было проще простого, муку и яйца тем более. Новая идея нарисовалась сама собой.

– Делаем воздушные белковые облачка с фруктами и сливочным кремом, бисквитные пирожные с вишнёвым джемом и шоколадом, фирменные трюфеля «на удачу», два небольших открытых пирога и торт.

– Хороший план, – похвалил Винсент, снимая сюртук. – Только сначала уберём всё, что может ему мешать.

– Например, моего фамильяра, – рыкнула я, сверля взглядом притихшую Диди.

– Я пострадавшая сторона, – возразила птаха.

– Если бы ты вовремя полезла в клетку…

– Справедливость бы не восторжествовала.

– Ди!

– Разошлись! – Винс хлопнул по столу ладонью. – Нет времени.

Мы с Ди обменялись воинственными взглядами, но замолчали. Пришло время уборки. Никогда ещё я не была так благодарна дару, унаследованному от отца. Без него пришлось бы убираться на императорской кухне до самого утра.

– Красота-а-а и чистота-а-а, – довольно взглянула я несколько минут спустя на дело рук своих. – Полки слегка поредели, но что уж теперь.

– Сделаем вид, что так и было, – усмехнулся Винсент, надевая фартук. – Итак, Сахарок, командуй.

Диди в итоге тоже подключилась к процессу, и втроём мы справились довольно быстро. Строго ко времени слуги смогли забрать первую партию лёгких десертов, а спустя ещё час я приступила к украшению уже собранного торта. Глядя, как карамель медленно расходится по кремовой поверхности, образуя аккуратные подтёки, я чувствовала, как ко мне возвращается спокойствие. Дело, которое я люблю, снова напоминало о том, что все трудности стоят того.

– Много ещё осталось? – Винсент уже успел привести себя в порядок и снова превратился в красавчика придворного, в расшитом серебряными нитями сюртуке.

– Нет, – улыбнулась, укладывая последнюю вишенку на цветочно-ягодную композицию. – Закончила.

– Тогда скорей снимай свои крылышки, моя сахарная фея, – меня заключили в объятия и ласково поцеловали в кончик носа. – Нас ждёт скучный приём, длинный танец и незаметный побег в Рейвенхилл.

– Как всегда? – нежась в сильных руках, спросила я.

– Как всегда.

***

– Вероника! Леди Нэвис!

Леди Куисби спешила к нам с Винсентом, приветственно размахивая сложенным веером. В её высокой причёске комично подпрыгивало огромное пёстрое перо. За руку дама тащила свою великовозрастную дочь, которая не упускала шанса покрасоваться перед моим женихом своими… яркими… назовём их, умственными способностями, чем неизменно выводила меня из себя. Но этикет такой этикет… Я повернулась и расплылась в самой широкой улыбке, на которую была способна.

– Леди Куисби! Какая честь!

– Дорогая! – воскликнула женщина. – Это просто невероятно! Твои десерты! Нет, я, конечно, придерживаюсь мнения, что благовоспитанная леди не должна дышать одним воздухом с прислугой, – не преминула она отпустить шпильку в мой адрес. – Но эти воздушные пирожные с кремом и ягодами… Это восторг!

– Благодарю вас, леди Куисби, – кивнула я, присев в лёгком реверансе. – Наша пекарня-кондитерская всегда открыта для вас.

– Об этом я и хотела поговорить, дорогая, – женщина заговорщически наклонилась ко мне, раскрыв веер. – Сейчас сюда слетятся все эти глупые курицы со своими бестолковыми мероприятиями, но я хотела бы быть первой в очереди на твои сладости, ведь у Кэседи скоро день рождения…

В этот момент мимо нас пролетела яркая радужная вспышка. Сердце кольнуло нехорошим предчувствием.

– Леди Куисби, ваш кот! – воскликнул, подбегая к нам, запыхавшийся лакей. – Он снова открыл дверь спальни и…

– Люцифер?!

– Ваш кот?!

Воскликнули мы одновременно.

Следом за Ди, которую я, между прочим, заперла в клетке, пронёсся рыжий ураган, а ещё через секунду со стороны сладкой зоны раздался оглушительный звон и растерянные возгласы гостей. В этот момент в зале потух свет.

В немом молчании, под возню и протяжное «мя-а-ау» мы взирали, как на нас плывёт трёхъярусный торт с дюжиной мерцающих свечей.  С разных сторон раздались неуверенные аплодисменты и нестройный хор запел «Много веков правил славный король». Как хорошо, что никто, кроме Винса, бережно, но крепко придерживавшего меня за талию, в этот момент не слышал, как мои губы бесконечно шептали:

– Убью… убью рыжего проходимца…

***
Почитать историю любви Винсента и Вероники можно 🤗💫🍧