Перестань, мне это нравится, или Отбор для высшей расы

ПЕРЕСТАНЬ, МНЕ ЭТО НРАВИТСЯ! ИЛИ ОТБОР ДЛЯ ВЫСШЕЙ РАСЫ

- Ты куда? – Влада поймала меня на пороге каюты, которую нам пришлось делить на двоих.

Обычно в это время, когда на территории Высшей Космической Академии планеты Дильмун объявляли час дневной трапезы, мы с ней встречались здесь, чтобы выпить по стаканчику бурды, гордо именуемой здесь чаем, разумеется, в вольном переводе с общегалактического языка, съесть по бутерброду и тем самым сэкономить несколько кредитов на другие нужды. И, поверьте, они у двух молодых девушек, волею судьбы оказавшихся вдали от дома, были.

- Кощеевич вызвал. В восьмом секторе кибер-У заглох, - на ходу ответила я, ибо приказы начальства не обсуждались ни днем, ни ночью.

Есть распоряжение – расшибись в лепешку, но будь любезна исполни. Иначе – увольнение и позорная депортация на родную Землю. Не для этого я прошла семь кругов… А не важно чего! Главное, я тут и никуда уезжать не собираюсь. Если уж не судьба мне стать пилотом, то хоть поработаю в космосе, в одном шаге от мечты.

- Да они сегодня все, как с ума посходили! – крикнула мне вдогонку Владка. – Будто их покусал кто! А киберам-У давно на свалку пора!

Вот с этим я бы поспорила. Если не станет киберов-У – кибернетических уборщиков класса «Комфорт», не станет и тех, кто их обслуживает – то есть нас, операторов уборочных программ или техников.

Кстати, Кощеевич был тоже совсем не сказочным персонажем. Так его окрестили мы за созвучность прозвища с родовым именем начальника, потому что понятия «фамилия» у расы иштар не существовало, а имя состояло из личного и родового. Но не только этим он напоминал Кощея. Внешность у него была примечательная: длинный, тощий, серый. Ну и сволочной характер, конечно, тоже прилагался.

Иштарианин Визгард Кхааш Чей Вийч занимал в академии должность завхоза, и от него во многом зависело, кто останется на службе у Конфедерации, а кто вернется на свою отсталую планетку где-то на задворках нашей вселенной, вдали от всех основных транспортных потоков. Конечно, и там живут люди, но мне всегда хотелось большего.

- Акни-и-и, ти-и ещье-е-е-е сдье-е-е-ес? – взвизгнул, полностью оправдывая свое истинное имя Кощеевич.

Визгард любил повизжать, чего уж там. Особенно в те моменты, когда волновался, что происходило довольно часто, но сегодня как-то особенно. А я имела неосторожность натолкнуться на него в коридоре в такой неподходящий момент.

- Уже лечу, ашэ, - быстренько ответила я и, не оборачиваясь, ускорилась.

До восьмого сектора путь неблизкий, поэтому по коридорам приходилось бежать. Начальник обожал отслеживать то, как подчиненные исполняют его указания. А световые лифты, способные доставить пассажира в любую точку по требованию, в технических помещениях не предусмотрены конструкцией космической станции, где, собственно, и располагалась наша академия. На мой взгляд, совершенно напрасно.

Нижние уровни больше напоминали лабиринт своим обилием разветвленных коридоров. Запутаешься в пять секунд! Поэтому каждый подсобный рабочий получал на свой экпайм подробную электронную карту – схему, где он сам обозначался движущейся точкой.

В первое время я только по ней и сверяла свой маршрут, но за год работы так все изучила, что необходимость отпала. Да и не было на карте ни тайных сквозных проходов, ни скрытых панелями лестниц. А без них в нашем деле никак, уж очень часто приходится спешить.

Одно радовало, в подсобные помещения не допускали кадетов, поэтому, после толчеи на верхних учебных уровнях, здесь царили тишина и спокойствие.

Если судить по загруженному бланку с заданием, поломанный кибер-У должен находиться в соседнем коридоре. Оставалось лишь повернуть за угол, что я, собственно, и сделала…

Но произошло нечто неожиданное, вопиющее, не предусмотренное ни одной внутренней инструкцией опера-уборщика.

За углом меня ждал… ждало препятствие, на которое я по инерции, со всей дури, коей за двадцать два прожитых года по земному летоисчислению, у меня скопилось немало, налетела. Удар был хоть и мягкий, но сильный и местами болезненный. Кроме того, меня откинуло назад, и я позорно приземлилась на пятую точку.

Хорошо, что никто не видел моего фиаско! А еще лучше – что не отснял голографический файл, чтобы выложить прикол в академическую сеть. В последнее время подобные ролики набирали все большую популярность. И за сюжетами охотились, а некоторые кадеты даже занимались постановками подобных сцен.

Закралось подозрение, а не стала ли я их жертвой?

Хвала всем высшим силам космоса или, если верить моей бабушке, личному ангелу-хранителю, который у меня точно был, учитывая колоссальное везение при способности почти все время влипать в истории!

Это оказались не кадеты-постановщики. Надо мной возвышался молодой мужчина, облаченный в незнакомую форму, со странным украшением в виде тонкого венца с ярким камнем в самом центре лба. Хмм… Как ловко научились клепать подделки. И ведь не отличишь от настоящего. Смотрится, словно старинная вещица с драгоценным минералом. Только я что-то не припомню, чтобы в природе встречалось нечто подобное и сияющее. Скорее всего, какая-то новая технология для производства бижутерии.

Сам незнакомец выглядел очаровательно, растерянно и очень мило. Симпатичный… и вполне гуманоидный. Даже, скорее, земной. Ну, а если так, значит, тоже техник. Более высокая должность таким как мы после столетней войны не светит. А что форма чужая – просто он новенький и еще не успел обзавестись местными комплектами. Ничего, Кощеевич его быстро к порядку призовет. У Визгарда не забалуешь.

- Смотреть надо, куда идешь! – выпалила я, морщась от боли.

- Меня сквозь стены видеть не учили! – улыбнулся незнакомец и… подал мне руку.

Чудной жест. Древний. Галантность среди техников была не в почете, а вот предприимчивость и расчет – да. Поэтому я отказываться не стала, но и подавала руку с настороженностью.

Незнакомец помог мне подняться, но ладонь не выпустил. И смотрел как-то странно. С ухмылкой. Да какое мне дело, как там он смотрит! Приложилась я знатно и сейчас потирала пострадавшее место.

- Руку верни! – попросила я.

- Не за что, - невпопад ответил мужчина, и мне стало стыдно.

А ведь действительно его не поблагодарила. Говорить «спасибо» сейчас было уже поздно, поэтому я осторожно кивнула и попробовала вернуть себе ладонь. Не вышло. Держали аккуратно, но крепко.

Незнакомец не сводил с меня удивительных аквамариновых глаз. Его расу с ходу определить было сложно. В общем-то в Конфедерации числились примерно похожие виды – человекообразные или, как принято называть по-научному, гуманоидного типа. От землян многие не отличались, а если и были отличия, то несущественные: цвет кожи, форма ушей, места оволосения, традиции, обычаи, мода, в конце концов. Считалось, что все мы происходим от одной отцовской расы, имеем схожий геном и в целом вполне совместимы друг с другом в плане секса и репродукции. Хотя, межрасовые браки случались не так часто. Видимо, подобное все же притягивает подобное.

Рост высокий, плечи широкие… так они у большинства кадетов здесь такие. Не берут хлюпиков в Космическую академию. Даже обслуживающий персонал проходит медицинскую комиссию и сдает нормы по физической подготовке. Блондин. А это уже кое-что. Но все равно слишком много рас могут иметь светлые волосы. И большинство из них предпочитают длину, чем стрижку. У этого экземпляра волнистые пряди касались плеч и чуть ложились на них.

Не землянин. Тут я, пожалуй, ошиблась. Держался он иначе, и глаза эти, опять же… Удивительные глаза, под цвет камня на украшении.

Гадать мне надоело, и я спросила:

- Какие-то проблемы?

Чудо улыбнулось, пожало огромными плечами, а потом произнесло нечто совершенно неожиданное:

- Потерялся.

Нет, потеряться на нижних уровнях, конечно, несложно. Весь вопрос в том, как он сюда попал? И почему, если он проник сюда законно, в его экпайм не загрузили навигацию?

- А ты как тут оказался? – задала я совершенно резонный вопрос.

- Промахнулся, - ответил странный незнакомец.

Немногословный. Ничего не понятно. Мутный индивидуум! Ой, да какое мне дело? У меня там кибер-У сломанный, а Кощеевич, наверное, уже бдит.

- Руку отпусти, - предприняла очередную попытку освободиться. – Дорогу покажу.

Мужчина еще раз меня осмотрел с ног до головы, словно отсканировал для голографической проекции, но ладонь все же выпустил. И на том спасибо.

Я вызвала на экпайме карту и поинтересовалась:

- А тебе, вообще, куда нужно?

- В командный центр.

Ха! Вот так просто! В командный центр! Да туда не всех больших чинов пускают, а этого красавца… Стоп. Я же про него совсем ничего не знаю. И, если честно, знать не хочу. Понятно, что он не техник, а кто-то намного значительнее. Дорогу покажу, а дальше пусть сам разбирается.

- Куда тебе скинуть маршрут? – уточнила я, когда его построила.

- Дай взглянуть, я запомню, - и незнакомец уставился в мой экпайм, при этом совершенно бесцеремонно обняв меня за талию.

Запомнит он, как же! Гений нашелся! Там три световых лифта. А без личного чипа необходимо вводить код из двадцати цифр, знаков и букв. Где-то в душе я уже злорадствовала, представив, как блондин застрянет в пространстве между учебными корпусами. А с нашими световиками сидеть ему там часа три, не меньше!

- Благодарю, - оторвался от экрана незнакомец и снова улыбнулся. – теперь не потеряюсь.

Чему, интересно, радуется?

А отпускать то, что попало к нему в руки, блондин не привык. Потому что и талию не выпустил. Он притянул меня к себе и выдохнул:

- А ты красивая!

И что, прикажете мне с этим делать? Техники не встречаются с кадетами. Официального запрета, конечно, не было, но все девочки из обслуги предпочитали держаться от учащихся подальше, но порой это бывало трудно осуществить.

Вот, пожалуйста, еще один. Красивая… Не для тебя, белобрысый, ягодку растили! Проще всего отшить ухажера – это перевести разговор на шуточный лад.

- Ты тоже ничего! – усмехнулась я. – А теперь отпусти меня!

Строгость в голосе тоже имеет большое значение. Мне ли этого не знать. Но мужчина попался странный. То ли он меня не понимал, то ли прикидывался, что не понимает.

- Секундочку… - это блондин прошептал, склоняясь ко мне.

И вот такого я совсем не ожидала. Он… Он меня поцеловал! Не чмокнул, не лизнул, не коснулся, а поцеловал по-настоящему. Обхватив мое лицо своими теплыми ладонями, прижался к губам, словно испытывающий жажду, и пил так неистово и так… Ух, как он это делал!

А я-то хороша! Увлеклась процессом, будто только и делаю, что на нижних ярусах с незнакомцами обжимаюсь. Растаяла, как жвачка на солнце и растеклась вся по блондину. Того и гляди добавки попрошу. Стыд, да и только!

Перед глазами возникло видение: сломанный робот-уборщик и рядом укоризненно качающий своей крупной серой головой Кощеевич.

Да-а-а-а…

Целоваться сразу расхотелось, и я зарядила носком ботинка в голень незнакомцу. Мужчина оказался крепким, на удивление выносливым, но придаваться плотским утехам тоже передумал практически сразу и даже для вида зашипел.

- Командный центр в той стороне, - махнула я и направилась прочь.

- Еще увидимся! – крикнул в спину незнакомец.

А вот это вряд ли. Да и ни к чему. Но озвучивать не стала. Блондин же был настойчив и снова попросил:

- Назови хоть свое имя!

И… Не знаю, зачем это сделала!

- Агния, - ответила я.

- Агния… - повторил странный гуманоид. – Красиво… А я Элиастр.

«Вот и познакомились», - хотелось сказать мне, но сдержалась и, обернувшись, удивленно застыла. Коридор был пуст, словно никакого мужчины здесь и в помине не было.

Чертовщина какая-то нереальная! А вот Кощеевич вполне осязаемый и точно ждать не будет. Я вздохнула и поспешила по служебным делам.

Два дня пролетели как в тумане. Кощеевич зверствовал. Его визг разносился на всех уровнях академии. Хорошо, что учеба еще не началась, и бегали мы практически без опасения с кем-то столкнуться.

Тем не менее, несмотря на сильную занятость, слухи до нас доходили.

Буквально на следующий день после моей встречи с загадочным незнакомцем, проводя инспекцию всех киберов-У, мы с Владкой столкнулись с Ишанти Омару. Юноша отвечал за наполненность пищевых автоматов и в данное время, пока шли каникулы, был не особенно перегружен работой.

Посплетничать он любил. Причем настолько, что порой бродил в поисках «свободных ушей», но те, зная его словоохотливую натуру, предпочитали от него прятаться. Мы не успели. Да и куда? Перед нами лежали несколько разобранных роботов, а Омару уже пристраивался рядом на полу, скрестив для удобства ноги.

- Засада… - прошептала я.

Владка согласно кивнула и посмотрела на визитера.

- Чего тебе, Ишенька? – пропела она.

Парень поморщился. Для кодовиан сокращение или коверкание имени было оскорбительным. Примерно, как на Земле ругательство типа «собака бешеная» или «козел». И, главное, животные на задыхающейся, перенаселенной планете остались лишь в заказниках и на картинках, поэтому в обиходе их названия не использовались. Незачем, в общем-то. А вот, чтобы оскорбить или обидеть кого – это пожалуйста, прижились с древних времен.

Владиславу Власову Ишанти не любил. Да ее никто особенно не любил за излишнюю прямолинейность. Юлить подруга не умела и часто высказывала в глаза все, что думала о человеке. А правда, она у каждого своя. Чужую же правду почти никто не любит.

- Злая ты, Владислава. С таким характером не найти тебе покорного мужа, - ответил Омару.

В целом, сказанная им фраза тоже считалась оскорблением. Кодовия – планета глубоко матриархальная, где подчинение мужчины женщине считалось нормой и неотъемлемой частью совместного существования. При этом, буйные самцы выбраковывались и практически не имели шанса на создание семьи.

- Это ты вот сейчас проявил агрессию к даме? – влезла со своей «правдой» Владка, и заправщик пищевых автоматов побледнел.

- Что?.. Я?... Да, как можно… нет… То есть… - заблеял Ишанти, и мне его даже стало жаль.

Если верить древней истории, а не верить ей сложно, то Кодовия и Земля развивались примерно в одном темпе. И, когда началась Вторая Межзвездная Военная Кампания только-только делали первые шаги в освоении космоса. Основными противоборствующими силами в той войне были эггеры - люди и джамаки – огромные уродливые жуки. Нам хорошо бы вообще никуда не лезть, но жучок, оказавшийся меж жерновами, все равно попадает в муку.

Тогда не повезло ни Кодовии, ни Земле. Гигантские насекомые первыми вступили в контакт, поэтому наши планеты и выступили на стороне джамаков. А какая альтернатива? Мы бы не выстояли, случись тогда столкновение. Все равно, что дикарь с палкой против до зубов вооруженного воина.

На наше несчастье, победили тогда эггеры – раса, если верить слухам, полубогов, весьма похожих на обычных людей, но наделенных какими-то невероятными, почти магическими способностями. Насекомых изгнали, а всех, кто оказывал им хоть какое-то содействие, наказали. Так Земля и Кодовия оказались в списке неблагонадежных планет, а их жители приравнивались к четвертому типу рас. Ниже только условно разумные формы жизни.

Нашему типу не разрешалось осваивать новые планеты вне своей звездной системы, не позволялось получать образование по специальностям, связанными с освоением космоса и межгалактической деятельностью, и, как следствие, такие, как мы, никогда не занимали ключевых политических и экономических постов в Конфедерации.

Я же с детства грезила космосом. Закрывала глаза и представляла себя пилотом звездолета. Эх, но на Земле я смогла бы научиться водить лишь почтовые кораблики, «мусорщики» или торговые тихоходные баржи, чтобы потом всю жизнь курсировать от Луны до Ганимеда с транзитом через Марс и Фобос. Эх, ко всему человек привыкает, скажете вы и будете правы! Но у меня была мечта – настоящая, великая, красивая очень.

Может быть, поэтому я не осталась на Земле с родителями, а закончила Высшую Техническую Академию на Европе? Эх, это для Солнечной системы она была «высшей», здесь же моего образования хватило лишь на то, чтобы устроиться простым техником. Зато куда! В Космическую академию! Я находилась так близко от мечты, что могла вполне до нее дотронуться. Операторы класса «У» имели допуск в ангары, где стояли учебные звездолеты. Поэтому почти все свободное время я проводила там или на смотровой площадке, где из видового иллюминатора можно было часами наблюдать за звездами, поясом астероидов и самой планетой Дильмун, вокруг которой и вращалась наша станция.

Все мы, расы четвертого типа, прошли нелегкий путь, чтобы, наконец, оказаться здесь – на вершине своей карьеры, но со все еще теплящейся в душе надеждой на то, что именно тебе однажды обязательно повезет. Так что, с Ишанти Омару мы находились в одном море, в одной лодке и плыли к одному берегу.

- Ты что-то хотел нам рассказать? – улыбнулась ему я.

- Злые вы, землянки, - вздохнул Омару. – А все потому, что мужчин своих распустили. В женщине сосредоточена вселенская мудрость, в то время как мужчины сеют лишь хаос и разрушения.

- Нарываешься, - осадила его Владка, собирая кибера. – В общем так, или рассказывай коротко и внятно, или проваливай. Некогда нам тут с тобой…

Ишанти закатил свои небесные огромные глаза, расправил по плечам кудри и только после этого начал говорить.

А речь шла вовсе не об обычных сплетнях. Точнее, совсем не о сплетнях, а о той самой загадочной расе победителей. Эггеры - с древне-галактического переводилось как первородные. И, наверное, языки всех планет одной вселенной имеют что-то общее в корнях самых значимых слов. Например, с общеземного я бы перевела название этой расы как «яйценосцы». Символично! Нет, не в плане того, что они несутся, как куры, и даже не от того, что носят, как все мужчины, ибо ничего удивительного в этом нет, а в целом от «egg» -яйцо, как символа философского и даже божественного начала.

В общем, эггеры правили нашей вселенной, но сами оставались никому неизвестной, загадочной и никем не виданной расой. Доподлинно о них было известно лишь то, что похожи они на любого из нас, но вне своей планеты и при видео-контактах их представители предпочитали свои лица скрывать.

Да и контактировали они нечасто. Но раз в несколько лет эггеры вдруг спонтанно появлялись в определенной точке вселенной, чтобы для одного или нескольких своих мужчин подобрать жену. Обычно отбор невест производился на базе учебного заведения. В течение года к кандидаткам присматривались, проводили различные тесты и к концу учебного года оглашали результат.

Невестой эггера могла стать любая девушка детородного возраста, которая училась в выбранном учебном заведении. Не знаю, какой в этом был смысл, но спорить никто не осмеливался. Кроме того, список желающих стать претендентками всегда был слишком велик, потому что семья невесты получала слишком большое влияние, и даже высокие чины старались пристроить своих дочерей. Породниться с эггером – это все равно, что породниться с богом.

- Короче, к чему ты клонишь, красавчик? – Владка попыталась запустить кибера-У, но робот не зафурычил, и она нахмурилась и покачала головой от досады.

- А ты действительно считаешь меня красивым, Владислава? – вкрадчиво спросил и захлопал длинными завитыми ресницами Омару.

Меня бы подобный вопрос из уст кодовианина насторожил, но Власова жила по своим правилам. Она устало распрямила спину, потянулась и окинула скептическим взглядом фигурку стройного Ишанти.

- Тебе сказать честно или необидно? – неспешно произнесла подруга в своей обычной манере.

- Честно и, по возможности, необидно, - быстро сориентировался Ишанти.

– Ты, конечно, симпатичный…

Договорить Владка не успела. Я так и знала, что в вопросе Омару был скрытый подтекст.

- Значит, ты не против, если свидетелями заключения нашего союза выступят двое из трех моих отцов? – радостно улыбнулся кодовианин.

- Агни-и-и-и… - застонала Власова. – Что этот лупоглазик от меня хочет?

- По-моему, он только что сделал тебе предложение и намерен познакомить свою невесту с большей мужской частью своей семьи, - перевела я. – Всегда подозревала, что Омару в тебя влюблен!

- А кто невеста-то? – не поняла Владка.

- Ты! – хором, совершенно искренне, ответили ей мы.

- Что-о-о-о? – рассердилась подруга и откинула за спину толстую рыжую косу. – Я что похожа на мужеподобных кодовианок?

Вообще, дамы на Кодовии действительно напоминали мускулистых валькирий или амазонок из древней истории Земли. Предпочитали короткие стрижки и темные тона в одежде. И хрупкая землянка с лучистыми теплыми карими глазами ничем их не напоминала, но у Омару было свое мнение.

- Нет, Владислава! Нет! – воскликнул Ишанти. – Ты красивая! Очень! Но суровая, строгая и справедливая, как древняя богиня – владычица мужских сердец! Только намекни, и я войду в твой дом преданным мужем!

- Этого мне только не хватало! Сгинь, Шантик! Вот за эггера я б пошла, а кодовиане мне неинтересны, хоть с двумя отцами, хоть с тремя, - отмахнулась от него Власова.

- Ну и борись за своего эггера! – выпалил обиженный Ишанти. – Тем более, что отбор пройдет в нашей академии. В приемной комиссии лежат миллионы заявлений о зачислении. Хорошо, что их рассматривают заочно, а то бы тут такая толпа собралась, что растащили бы все вверенные мне автоматы. Чао!

И кодовианин, виляя тощими бедрами, пошел по коридору прочь. Мы же и думать забыли о киберах, так и застыли на месте удивленные и ошарашенные.

Омару, конечно, ошибался, и попасть в отбор ни я, ни Власова никак бы не смогли хотя бы потому, что главным условием являлась учеба претенденток в Космической Академии. А с гражданством Земли нас даже захудалая летная школа не возьмет.

Да чего там, лично я в прошлом году пыталась поступить под видом прусты седьмого дома с планеты Айнагри. Даже документы себе выправила, истратив все деньги. Хорошо, что испугалась в последний момент и не стала их предъявлять. Пропускная система Академии определяла любую подделку. Вот бы я влипла, и не видать бы мне работы здесь, мотала бы срок сейчас где-нибудь в исправительной колонии на Цвари-6 или Варгишласе.

В отбор нам попасть хотелось. Но по разным причинам. Для меня статус невесты открывал перспективу стать пилотом. Владка же, начитавшись земных сказок, ждала принца на белом звездолете. А кто тогда принц, если не загадочный эггер?

Вот только не звал нас никто. И без землян было слишком много желающих.Это понимали мы обе.

- Чего стоишь? У нас еще шесть киберов нерабочие, - выпалила она и пошла к самому дальнему.

Я собиралась последовать ее примеру, но тут экпайм ожил.

- Слушаю, - ответила на незнакомые позывные.

Обычно мне, кроме Кощеевича и знакомых техников, никто не звонил. На экране появилась крошечная голографическая копия офицера, судя по нашивкам, довольно высокого чина.

- Агния Медник? – спросил он, окинув меня внимательным взглядом.

Я поморщилась. С детства терпеть не могла свое полное имя. Агния – ягненок, агнец божий! Тьфу! Вот кто в здравом уме своего ребенка назовет «овцой»? Конечно, мои родители. Хотя, мама говорила, что таково последнее желание какой-то нашей почившей родственницы, которая была то ли гадалка, то ли знахарка и совсем недолго не дожила до моего рождения. Она утверждала, что это имя принесет мне счастье. Эх, что-то пока его не видно на горизонте. Заблудилось, видимо, где-то.

- Да, Агния Медник – это я, офицер. Какие-то проблемы?

- В общем, никаких, - ответил он, не найдя во мне ничего интересного. - Завтра в девять по станционному времени вам надлежит прибыть в медицинский центр. Дорогу знаете или скинуть маршрут на ваш экпайм?

- Знаю, - осторожно кивнула я. – А зачем?

- Не владею такой информацией, - ответили мне. – Не опаздывайте.

Вызов сбросили. Странные дела творятся. Медицинскую комиссию все техники проходили недавно. Зачем я им так спешно понадобилась? В любом случае, выбора мне никто не предоставил. Значит, идти придется.

Начальство продолжало зверствовать. И к себе в блок мы вернулись лишь тогда, когда коридоры академии основательно опустели, а ночная партия отлаженных киберов-У была запущена.

- Даже в душ не пойду! Спа-а-а-а-ать! – простонала весьма потрепанная и на совесть уставшая Владка и скрылась за своей дверью.

Я же терпеть не могла лечь, не вымывшись. Весь день мечтала о горячих струях, смывающих усталость, поэтому отправилась к себе за сменой белья. Раздевалась быстро, тихо мурлыкая под нос какую-то популярную на Дильмуне песенку. Старый комплект формы отправила в чистку, а из хозяйственной доставки извлекла свеженький.

И вот тут-то все и случилось. Вернее, не то чтобы все, но кое-что конкретное, внезапное и очень неожиданное.

В тесной комнатке, которую я занимала, которую всегда запирала, и куда, кроме меня, ни у кого не было доступа, кто-то сопел, копошился на кровати и хрустел печеньем. Да-да! Тем самым, стратегическим запасом, оставленным на черный день.

Я взвизгнула, и, поскольку стояла в одних трусиках, прикрылась выданным комплектом.

- Чего я там не видел? – заметили мне.

Голос был странный, словно из мультфильма или пропущенный через специальные акустические фильтры. Причем, я-то говорящего не видела. Нас разделало расстояние в пару метров и тонкое одеяло.

Судя по звуку, печенье уже заканчивалось, а мой черный день так и не наступил. Стало как-то обидно, потому что это было неправильно. Вдруг он придет, а я уже не готова?

Поэтому, напялив футболку и вооружившись спреем для мытья тела, я перешла в наступление. А когда откинула одеяло, обнаружила его…

Голубоватый, полупрозрачный, почти призрачный зверь непонятной породы держал в лапках последнюю печенюху и усиленно ею чавкал. Он был похож одновременно на карликового медведя, енота, лисицу, хорька и еще бог весть кого, ибо зоология с детства не была моим «коньком», а уж про космические формы жизни я и вовсе ничего не знала.

Правда, личность данного существа мне показалась смутно знакомой. Как-то раз подрабатывала я на Аельзиште – маленькой планете-свалке. Признаться, был в моей биографии и такой, не самый приятный, момент. Так вот, утрамбовывая погрузчиком очередной контейнер, мне попался на глаза зверек, придавленный обвалившейся грудой пластика. Поскольку признаков жизни он почти не подавал, но и дохлым не выглядел, пришлось освободить и забрать существо к себе в бытовку, и уж там отмыть, просушить, накормить. За несколько дней оно окрепло, отъелось, а потом исчезло.

Я думала, что зверь удрал в привычную среду обитания, хотя искренне не понимала, как в условиях такой антисанитарии и ужасного запаха, вообще можно хоть кому-то обитать.

И вот теперь оно сидело на моей кровати и доедало… Нет, печенья мне было не жаль, а вот зверя… Сквозь его тушку можно было рассмотреть предметы мебели и мои личные вещи. Очень уж он напоминал призрака, если не считать того факта, что от печенья остались лишь воспоминания. Зомби? Но тогда бы он смердел и был агрессивен. Гадать не стала.

- Ты что… издох? – осторожно спросила я, в общем-то не надеясь на ответ.

Какое животное в здравом да и не в особенно здравом уме станет разговаривать с человеком? Про странный голос я на время забыла. Точнее, эффект неожиданного появления старого знакомого вытеснил из памяти все. Оставив лишь то, что связано с загадочным пушистиком.

Оказалось, станет.

- Типун тебе на язык величиной с гаэльскую вишню! – произнес все тот же мультяшный голос. – Живехонек, как видишь. Мертвым еда уже ни к чему.

Я растерялась, ибо оно мало того, что ело, еще и говорило. Причем, связно и осмысленно. А значит, являлось разумным. Да и гаэльская вишня имела размеры баскетбольного мяча. Не хотелось бы в жизни лишних трудностей.

- А чего прозрачный такой? – на всякий случай осторожно уточнила я. – Раньше, вроде, плотнее был. И казался более реальным.

- Взматерел… Вернее, возмужал, - ответил зверь. – Особенности породы такие.

А, ну это конечно меняло дело, но знанию, точнее, осознанию не способствовало.

- Ты кто? – задала самый тупой из возможных вопросов, надеясь на ответ попроще – доступный для средних умов гуманоидов четвертого типа.

- Я-то? – уточнило призрачное существо. – Лисец я, звездный, слыхала?

Ноги как-то сами подкосились, слабость напала, хоть плачь. И я тяжело опустилась на стул, к моему счастью, стоящий совсем рядом.

- Не доводилось, - честно созналась я.

Белочка пару раз после студенческих вечеринок посещала, чего уж душой кривить. Писец приходил, временами даже полный. Это бывало в минуты отчаянья. Но чтобы вот так запросто лисец пожаловал, да еще и звездный… Такое со мной случилось впервые.

Я даже головой потрясла и ущипнула себя за руку в надежде, что видение рассеется. И ничего. Кровать была, крошки от печенья и призрачный зверь собственной персоной.

Дрожащей рукой дотянулась до графина, кое-как, чудом не расплескав, налила воды в стакан и залпом его осушила.

- Нервишки, смотрю, в труху, - заметил гость, подцепляя коготком особо крупные крошки и отправляя их в пасть. – Перерабатываешь. А здоровье-то не казенное. Ты бы хоть в профсоюз обратилась что ли. Ну да ничего, уж я за тобой присмотрю.

- А ты к нам надолго ли? – поинтересовалась я, когда вообще смогла хоть чем-то интересоваться.

- Хмм… - задумался зверь. – А земляне обычно сколько живут? В среднем?

- В среднем, если соблюдают здоровый образ жизни, правильно питаются и избегают стрессов, лет двести.

- Ага… - глубокомысленно изрекло существо, встало на задние лапки, передние – сложило в замок за спиной и деловито заходило по кровати. – А ты, надо полагать, двадцать лет уже отмерила?

- Двадцать пять, - озадаченно поправила я.

- Вот-вот, двадцать пять. А так ничего и не добилась. Ну да ничего, оставшиеся сто семьдесят пять, отмеренных нам с тобой, лет пройдут с большей пользой. Уж я прослежу!

- Ты что же со мной до смерти быть собираешься?

- А-то как же, - деловито кивнул зверь. – До твоей. Затем и пришел.

Да-а-а, вот так живешь-живешь и не знаешь, когда тебе наступит полный звездный лисец!

- Вообще-то, в академии с домашними питомцами проживать нельзя, - осторожно заметила я.

Но, несмотря на всю мою тактичность, призрачная шерсть встала дыбом, хвост раздулся, как щетка у кибера, а из пасти показались клычки.

- Вот это сейчас, между прочим, обидно было, - произнес зверь и подбоченился.

Выглядело настолько комично, что улыбки сдержать я просто не смогла.

- И ничего смешного! – грозно предупредили меня. – Лисцы – создания редкие, уникальные, весьма нужные. Кроме того, мы обладаем генетической памятью предыдущих поколений, сверх способностями, безмерным обаянием, смелостью, отвагой, решительностью и красотой. Да ты хоть понимаешь, земляночка, как тебе повезло, что я на тебя среагировал?

«Отличается умом, отличается сообразительностью…» - вспомнился древний мультик начала космической эпохи. Насчет везения меня терзали сомнения, а степень своего попадания я осознала и живо представила самые элементарные проблемы, связанные с содержанием пусть и разумного, но все же живого существа.

Вряд ли этот космический хорек приучен к био-утилизатору. Он для современного толчка мелковат, все же их рассчитывали на среднего по размеру гуманоида. Выгул в космосе – не вариант. Без скафандра не сунешься...

Но это еще куда не шло, если, конечно, Кощеевич не спалит. А вот на печеньях я разорюсь. Не прокормить мне иждивенца на скромную зарплату. Сама едва концы с концами сводила, после оплаты заочного курса пилотирования. Да, были и такие. Учили там посредственно, зато всех желающих. Вряд ли это давало хоть какие-то перспективы, зато мне казалось, что я на шаг ближе к мечте. Не могу я без сияния звезд. Манят.

Слово «среагировал» меня озадачило. Теоретически, если призрачное чудо сумело отыскать меня аж на Дильмуне, а с нашей последней встречи я успела сменить не одно место работы, значит, для него это важно. Что в целом дает мне возможность поторговаться. В космос, конечно, не вышвырну – рука не поднимется, но и на шею сесть не дам.

- Повезло, говоришь? – задумчиво спросила я.

- Безмерно и своевременно, - важно кивнуло привалившее счастье, а потом вдруг спросило: - У тебя еще этих вот… хрустящих… нет больше?

И в глазах его такая мольба застыла, что сердце дрогнуло. Сколько раз я твердила себе, что доброта меня погубит, даже пряталась за грубоватой манерой поведения, но все равно наступала на одни и те же грабли. Ничему меня жизнь не учит!

- Эти хрустящие ты все слопал, - вздохнула я и протопала к холодильной камере. Там на тарелке лежал сиротливый бутерброд с чем-то напоминающим земной сыр и листьями местного салата. Вздохнув, протянула гостю: - Будешь?

- Спрашиваешь! – отозвался лисец, и цепкая лапка хватилась за булку.

Еду провожала взглядом. Это был мой завтрак. С одной стороны, конечно, тоньше буду, а с другой… Лишнего веса у меня отродясь не было.

Пока существо с аппетитом чавкало моим бутербродом, я приступила к мирным переговорам.

- Послушай, если тебя здесь обнаружат, то меня выгонят с работы, - начала издалека.

Звездный лисец перестал жевать, посмотрел на меня синими глазами и шмыгнул носом.

- Не обнаружат, - выдал зверек и снова вгрызся в булку.

- Это сейчас не шутка была, - предупредила я.

Жевать перестали снова, сглотнули. И он вновь посмотрел на меня так, ну как Кощеевич на нас смотрит, когда смысл сказанного им не доходит до адресата.

- А кто шутит-то? – неожиданно серьезно спросил зверь. – Я, может быть, вообще самый серьезный лисец нашей вселенной. И вероятнее всего – единственный!

- Это как… - не поняла я.

- Ой, что ж меня на глупость невероятную потянуло?! – закатило глазки неожиданное счастье. – Вырождаемся мы. Ареал обитания существ нашего типа конечен, а не цикличен, как считает оппозиция. Мы интернированы оккупировавшей территории стороной.

- Чего? – я нахмурилась. Нет, правда. Не ожидала просто.

- Надеюсь, про невероятную глупость ты все же поняла и осознала, какое редкое сокровище тебе досталось, - величественно произнес лисец и отправил в пасть остатки бутерброда.

Ладно, «невероятную глупость» я как-нибудь переживу, хотя это прозвучало довольно оскорбительно, а вот рейд Кощеевича по проверке комнат – вряд ли. У Визгарда нюх на все запрещенное, а мне сейчас эта работа нужна позарез. Кроме того, хорошо бы показать некоторым, кто в доме хозяин. Значит, придется стать строже.

- Я иду в душ, а у тебя пять минут на то, чтобы убрать крошки с моей кровати и найти вескую причину тому, почему я должна тебя оставить, несмотря на угрозу лишиться заработка!

-Что? – зверек театрально схватится лапкой за сердце и пошатнулся. – Ты еще смеешь раздумывать над тем, оставить ли меня? Меня?

- Тебя-тебя, - кивнула я. – И не забудь, кто из нас двоих на кого среагировал.

- Ненавидеть женщин так просто, но приходится терпеть! – понеслось мне в спину. И это тоже я переживу. Уж за сто семьдесят пять лет совместного существования точно.

Из душа выходила с настороженностью, ожидая подвоха или какой-нибудь изощренной мести, но зверек сидел на девственно чистой постели. Откуда только свежую простыню взял? Крошки тоже исчезли, и все же не они были основным условием.

Лисец сидел на самом краю, положив лапку на лапку. Пушистый хвост свисал рядом, а на мордочке отразилась вселенская грусть.

- И? – я сложила на груди руки. Пусть не думает, смотреть и мы умеем.

- Не угрожает тебе ничего, а с остальным постепенно разберемся! – огрызнулся лисец.

Так я ему и поверила без доказательств! А они у него были.

Негодник подпрыгнул, в воздухе перекувыркнулся через голову и пропал.

- Эй, ты где? – позвала я, спустя минуту. Все же не каждый день по твоей  прихоти кто-то исчезает.

- Здесь, - отозвался отличающийся умом и сообразительностью. – Так что не увидит меня твое начальство, а что касается веской причины меня оставить, она есть, но я слишком горд, чтобы ее озвучить.

И он… оно сложило на груди лапки, в точности копируя мой жест. Споемся. Несмотря на вредность, чем-то этот лисец мне нравился, но ему лучше об этом не знать – на шею сядет.

А истина была где-то рядом.

- Свет! – скомандовала я, и на комнату опустился полумрак.

Но стоило лечь и накрыться одеялом, как лисец, свернувшись клубком, материализовался на подушке и, словно шапка, устроился на моей голове. Мысли о шее оказались едва ли не пророческими.

- Э-э, ты что делаешь, хвостатый? – шепотом возмутилась я

- Так надо, - ответил теплый и пушистый наглец.

- Кому? – решилась уточнить.

- Завтра сама все узнаешь. Спи.

- Ну, хоть зовут-то тебя как?

- Фоксикристус Вулпессионус…

- Короче, Фоксик, - зевнула я, погружаясь в короткий, но крепкий сон.

- Можно и так… - произнес мультяшный голосок лисца, а потом зверь тихо и сладко засопел.

Утро обычно начиналось с визга сирены, будившей кадетов, а заодно и всех остальных сотрудников академии. Сегодня что-то пошло не так, и оно началось с визга. Нет, не сирены. Визжал Визгард Кощеевич, но на его пути встала заспанная и поэтому очень недружелюбная Власова.

- Фладтслафа-а-а, ти отходишь, а я, так и бьить, не уфольньяю тьеб-я-я-я! – возмущенно вопило начальство.

- Ашэ, ну кто же без предупреждения до будильника ходит по утрам к двум, не побоюсь этого слова, неприлично неодетым женщинам? – возразила ему Владка.

Пронюхал! Все же чуйка у иштарианина что надо! Ему бы запрещенные вещества на таможне при влете в сектор искать, ни один контрабандист не проскочил бы!

«Шапка», пока я спала, исчезла. В комнате следов призрачного зверя не наблюдалось. Интересно, куда на этот раз свалил этот пушистый проныра? Правда, оставался еще шанс, что лисец притаился где-то рядом.

- Фокс… - тихо позвала я. – Фокси-и-и-ик!

Никто не откликнулся. Только за дверью спорили все громче Кощеевич и Владка.

Отсутствие не в меру активного и разумного питомца, ответственность за которого вчера практически легла на меня, беспокоило. Но еще больше настораживал ранний визит Визгарда. Он, конечно, и раньше время от времени наведывался с инспекцией, совал свой короткий плоский нос везде, но чтобы приходил так рано, не припомню. Явно что-то произошло.

- Фи не есть женщины, фи есть наемный пьерсонал! Стьепень покрытия тьела здьесь не имьеет значеньия, - гнул свою линию Кощеевич.

Надо было вставать, осмотреться и выдвигаться под ясны очи иштарианина, ибо заслон из Власовой свои позиции сдавал.

- Ну не скажите, ашэ, женщина – всегда женщина. Даже без макияжа, утром с глубокого…

С чего глубокого подруга не договорила.

- Фласислафа! – категорично прервал ее Визгард. – У мьенья ест дьело к Акни!

Кощеевич был на взводе, и я поспешила влезть в форму. Получасом раньше, получасом позже – какая разница? Все равно шагать в медицинский блок, будь он не ладен! Какие это у иштарианина ко мне дела могут быть? Рабочие вопросы мы решали в процессе, а личных у нас не было, не намечалось и даже в страшном сне не снилось.

- Доброе утро, ашэ, - пропела я, открывая дверь.

Владка мне подмигнула, пришлось едва заметно кивнуть, давая понять, что все в порядке и за ночь ничего страшного, о чем Власова понятия не имеет, не случилось. Хотя, случился один звездный лисец, но раз его не притащили за шкирку, может, речь пойдет совсем и не о нем.

- Зайдете? – я отступила внутрь комнаты, освобождая проход и всем своим видом показывая, что преступных намерений не имею.

Иштарианин под пристальным Владкиным взглядом протопал в комнату и на ходу бросил:

- Закрьой!

Без проблем! Закрыла и уставилась на Кощеевича, который сегодня вел себя по-особенному странно. Нигде не рылся, ничего не осматривал, дышал прерывисто, словно хотел что-то спросить, но никак не решался. Не замечала за ним приступов скромности.

Видимо, иштарианин все же на что-то решился, потому что резко развернулся и взвизгнул:

- Ти шьто-то скрьиваешь, Акни-и-и-и!

Да боги ж космоса! А кто не скрывает-то? Кто? Не знаю, что там отразилось на моем лице, но Кореевич решил, что что-то нащупал.

- Скажьи мнье шьто, Акни. Скажьи и мы всьо решим мирно, - уже значительно спокойнее произнес он.

Знать бы что именно говорить! У любой девушки за душой масса секретиков. Или начать по порядку каяться во всех грехах? Ладно, если ему интересно. Все равно ведь не успокоиться.

- Это я на третьем курсе залепила профэкпайм венерианской жвачкой, потому что не подготовилась к зачету! – выпалила я.

А ведь тогда никто не заподозрил, что пакость могла совершить отличница и гордость факультета. Даже не думала, что меня все еще гложет совесть. Сказала и сразу легче стало, но Визгард не впечатлился. Он смотрел на меня точно так же, как вчера лисец, когда говорил о «невероятной глупости».

Значит, не то. Его интересует что-то, произошедшее совсем недавно. Неужели, мой бывший парень? Я, конечно, слышала, что иштариане моралисты, но не до такой же степени.

Во всей вселенной сексуальные отношения до брака не являются чем-то преступным. Может, в малочисленных закрытых этнических группах, но не в Космической академии, на развитой во всех смыслах планете Дильмун.

Да и было-то у нас всего раз. Только потому, что попробовать хотелось. Потом Стив улетел на другую станцию, где ему предложили должность инженера систем кондиционирования, и больше мы не виделись. В целом, и не хотелось.

- Я переспала со своим другом, - выпалила я, и когда глаза Кощеевича удивленно округлились, решила пояснить свою мысль: - Уверяю вас, это не повторится! Вообще признаюсь, как на духу, значение секса, на мой взгляд, сильно преувеличено. То еще удовольствие…

- Акни-и-и-и-и-и-и… - завизжал Визгард. – Ти издьеваешься?

- Я? – мое удивление было искреннем. Кто над кем издевался в этот момент – огромный вопрос. – Что вы от меня хотите, ашэ?

Может, мы уже перестанем ходить вокруг да около.

- Я хочью знать, ти жалофалась на мьеня?

- Что? С чего вы это взяли? – других слов у меня не было. Вот почему он такой взъерошенный! Испугался. Значит, есть чего. Но это не мое дело.

- Тьебья фызыфают ф командный центр! Тьебья! Тьехника!

Тут Визгард был прав. Никогда никем из обслуги не интересовалось высокое начальство. Но и меня вызывали совсем не туда.

- Я должна прибыть в медицинский центр.

- Ф медьецинский?.. – переспросил Кощеевич и задумался. – Это мьеняет дьело. Но все равно дьержи мьенья ф курсе, Акни. Ти поньяла?

Он подошел почти вплотную и взглянул на меня так, что внутри все похолодело. Я поспешно закивала, и только после этого, осознав, что достаточно напугал меня, Визгард покинул наш блок.

Я же тихонько выдохнула и сползла по стене на пол, потому что вдруг поняла, что последние десять минут держалась только за счет адреналина, который вырабатывался в моем организме сразу, как на горизонте появлялся Кощеевич. Голова отчаянно кружилась, в висках ломило, и даже слегка подташнивало. Подобное состояние бывает, если перегреться на солнце или сильно стукнуться обо что-то головой.

Странно, я вроде не ударялась. А солнца года два видела лишь изредка на картинках и фото. Что это со мной? Никогда на здоровье не жаловалась.

- И как это понимать? – в дверях возникла Власова. – Что, космические черти тебя побери, здесь происходит? Почему эта серая иштарианская ящерица смеет являться в такую рань?

Владка увидела меня, присела рядом на корточки, приложила ко лбу свою руку, показавшуюся мне холодной, покачала головой и, быстро произнеся нечто смахивающее на «я щас», скрылась у себя.

Если я дышала размеренно и не делала резких движений, становилось легче. По крайней мере, мир переставал кружиться. А через минуту в моих руках оказалась чашка из термопластика с бурдой, которую мы здесь пили вместо привычного чая.

- Давай! Агни, сделай несколько маленьких глотков! Ты как мел бледная… - Власова придерживала чашку, не давая той выпасть у меня из рук.

«Чай» оказался горячим и очень-очень сладким. Таким приторным, словно Владка туда наш недельный запас подсластителя высыпала. Я, не обращая на все это внимания, все же сделала пару маленьких глотков, и легче действительно стало. Мир прекратил кружиться, а в голове прояснилось. И даже Власова обрела четкие формы.

- Ну вот! Другое дело! Хоть щеки порозовели, а то выглядела как настоящая аша или того чище – подружка Кощеевича! – улыбнулась Владка.

- А у Визгарда разве есть подружка? – удивленно спросила я и сделала еще один осторожный глоток.

Удивительно, но память услужливо подсказала абсолютно все моменты наших внезапных и спонтанных встреч с начальственным иштарианином. Странно, но я могла описать все, во что Кощеевич был одет, что говорил, как двигался. Я помнила все эпизоды до мелочей! Абсолютно все встречи, произошедшие за год службы в Космической Академии.

Забывчивостью я никогда не страдала, но чтобы вот так по желанию всплывала в голове, как клип или кадр из фильма, нужная картинка? Такого со мной точно не случалось. А я за несколько минут постаралась воспроизвести несколько событий разного периода моей жизни. Оказывается, на бабушкиной шали было две затяжки от деревянных поручней древнего кресла-качалки, которое она просто обожала. А у главной красавицы нашего курса Элины Кауф было уродливое родимое пятно за ухом. И, кстати, я ни разу не видела Визгарда с дамой его расы. И вообще не припомню, чтобы мне встречались иштарианки. Они у них, кстати, есть?

- Выглядишь так, словно увидела привидение… - посочувствовала Власова.

В общем, она почти угадала. Правда, это привидение было вполне осязаемым, ело, разговаривало и вообще вело себя, как живой организм. И…

Между прочим, это привидение всю ночь лежало на моей голове. А не причастен ли космический хорек к странным изменениям, которые произошли со мной, и которые совершенно нетипичны для землянки?

- Ты жабрами-то, как лудианка, на меня не хлопай, толком объясни, чего этот серый гад к нам привязался? – Власова помогла мне перебраться на кровать.

В целом, скрывать мне было нечего, о том, что меня вызывали в медицинский центр она знала, а о лисце пока и умолчать можно. Хитрый зверек не каждому покажется. Да и покажется ли вообще? Может, свалил паршивец туда, откуда свалился на мою голову, в прямом смысле этого слова. А вот о своих подозрениях я выложила все.

- Я так и знала! – выдохнула Владка. – Давно подозревала, что нам зарплату недоплачивают. Темнит он, факт! А зачем тебе к врачам, не сказали?

- Понятия не имею, - пожала плечами я. – Приду, расскажу.

- Вряд ли что-то серьезное. Скорее всего что-нибудь в твоей карте упустили. Если бы болезнь какая, то давно бы тревогу забили, карантин объявили. Здесь с этим строго. Помнишь, три цикла назад у двух гхаров что-то нашли? Так три дня академию обрабатывали.

Я понимала, что подруга старается подбодрить и развеять тревоги, которые у меня все-таки были, поэтому улыбнулась и как можно спокойнее произнесла:

- Все будет хорошо, потому что иначе у нас с тобой уже было.

Опаздывать я не привыкла. Поэтому, невзирая на общую слабость, уже через несколько минут шагала по коридорам верхнего яруса в сторону медицинского центра. Навстречу мне попадались лишь роботы. Учеба еще не началась, а кандидатки для отбора начнут собираться лишь завтра. Полагаю, прибудут лично и те, кого отобрали, и те, кому отказали, чтобы лично уточнить на каком основании их выдающаяся самка не прошла.

Меня все это не касалось. И вообще, выходить замуж за незнакомца, бороться за него, участвовать в разных соревнованиях, проявлять себя, показывая выгодные стороны своего характера… Как по мне – не особо умно! Чувства, они или есть, или глупо бороться за то, чего нет и быть не может. Женщина же тоже должна полюбить не оболочку, а кого-то наделенного целым набором качеств, способным на поступки. И не вдруг, не спонтанно, а вполне осознанно.

Свернув за угол, я увидела Илишту Омару, загружающего пищевой аппарат. Паренек тоже меня заметил и приветливо помахал рукой в ответ на мой кивок. А когда я почти прошла, то вдруг обернулась. Даже сначала не поняла, что привлекло мое внимание, но потом…

Термопак с десертом сдувался и запустевал у меня на глазах! Еще вчера бы списала это на чудо, мистику или, в крайнем случае, на галлюцинации, но сегодня я точно знала, чьих это цепких лапок дело.

Илишту развернулся, проследил за моим взглядом и виновато улыбнулся.

- Партия бракованная, - ответил он. – Третий контейнер такой, от пяти до десяти термопаков пустые. Недоброкачественная поставка.

Пришлось снова кивнуть и пройти за угол. А уж оттуда я поманила кое-кого абсолютно невидимого, но наглого и шустрого.

- А ты почему еще не в медблоке? – спросила пустота знакомым мультяшным голосом.

Правильно, лучшая защита – это наезд!

- Это ты почему воруешь? – прошипела я. – И, скажи на милость, что ты со мной сделал? Владка еле меня сладким чаем отпоила!..

- Стоп! Вот давай только без истерик и по порядку! – возразила моя звездная карма. Лисец даже не думал отпираться. – Не ворую, а беру у академии, которая, кстати, тебе огого сколько задолжала. Потом вместе проверим! С тобой я не сделал ничего такого, за что бы ты сама мне потом спасибо не сказала. И про подругу я как-то не подумал. Толковая девчонка, интуиция развита… Хмм… Надо с ней тоже поработать. Чего встала-то? Иди давай! Счастье само в руки не упадет, если их не подставить! Иди, Агни, а все остальное я сам улажу.

И вот после таких слов я как-то напряглась, озадачилась, растерялась и, собственно, пошла, куда послали. А именно – в медицинский центр Космической Академии. И что-то мне подсказывало, что приключения мои только начинались.

- Вам назначено? – спросила миловидная девушка, практически ничем внешне не отличающаяся от землян. Разве что кожа ее имела слегка голубоватый оттенок.

Меня она осмотрела критическим взглядом. Конечно, техник на верхних ярусах явление непривычное, если не сказать – удивительное.

- Агния Медник, у меня приказ прибыть в медблок.

- Медник… Медник… - зашептала скороговоркой синекожая, а потом подняла на меня взгляд, полный удивления. – Вас вызывал ашшури-данай Льель та-Лау.

Теперь наступил мой черед удивляться. Нет, простой обыватель возможно и не приметил бы ничего удивительного. Ведь сколько рас живет на территории Конфедерации, всех и не упомнишь, но о соргхах я читала. Это была очень древняя раса и весьма могущественная. Пожалуй, из ныне существующих, они уступали лишь одной расе – эггерам.

Жаль, но соргхи почти вымерли. Они вынуждены были из-за малочисленности вступать в содружества с другими разумными, что тоже ни к чему хорошему их не привело. И вот последние века прибились к эггерам, стали их постоянными спутниками.

Признаться, не ожидала встретить соргха в академии, да еще в таком чине. Если не ошибаюсь, ашшури-данай – это нечто среднее между академиком и высшей духовной должностью. Не даром секретарь говорила о нем с таким пиететом.

- Так я могу пройти? – уточнила, потому что младший персонал всегда завистлив и мстителен, но ценит уважительное и доброе к ним отношение.

- Ожидайте, - кивнула синекожая на кресло. И, вместо того, чтобы связаться с соргхом по экпайму, подскочила и побежала вдоль по коридору сама.

Подождем. В конце концов, время оплатят как рабочее.

Вернулась девица быстро и еще более удивленная, чем раньше, когда услышала имя того, кто меня вызывал.

- Вас ждут, Агния Медник. Седьмая дверь по коридору. Светоч вас примет.

Я поблагодарила синекожую. Она так разволновалась, что на ее шее и руках выступили круглые фиолетовые пятна. От чего девушка стала похожа на редкого окраса бабочку.  Да хоть на гусеничку, мне-то какое дело? Но, если внешний вид секретаря меня никак не трогал, то ее реакция очень напрягла. И еще этот «светоч»…

Об этом мне приходилось читать. Возможно, где-то вскользь, мельком, но моя теперешняя сверх память услужливо позволяла отыскать нужные моменты. Светочем принято называть существо, соединяющее в себе многие возможности организма от излечения страждущего путем энергетического воздействия до эмпатии. Иными словами – почти бог, но только смертный. Вот такая конечная бесконечность выходит…

И к одной такой бесконечности я сейчас направлялась.

- Входи, дитя человеческое, - раздался приятный голос… в моей, между прочим, голове.

Зайду, раз так просят. Не хотелось бы, чтобы существо, пусть и древнее, и мудрое, и очень могущественное, читало мои мысли. Неприятно это до мурашек и почти не оставляет личного пространства, поэтому стойко ощущаешь дискомфорт и неприязнь к собеседнику. Не самая мудрая позиция, если они желают контакта со мной.

И тут я увидела его… Соргха!

Сказать, что я была поражена – это ничего не сказать. Определенно, передо мной стоял гуманоид, у которого не было ничего общего с человеком. Кроме, конечно, общего анатомического строения: две руки, две ноги, одна голова…

Оливковая кожа, узкие плечи, но мощная шея, потому что именно она удерживала огромную, чем-то смахивающую на кочан капусты, голову. Нет, пожалуй, не на капусту. Растительный покров на голове у соргхов отсутствовал, а верхняя ее часть содержала довольно развитый мозг, разделенный на три части – лобную долю, правую и левую. Да и внешне часть головы походила на мозг, скрытый тонкой оболочкой. Все это богатство поддерживал хитиновый панцирь таким образом, что, казалось, будто кто-то держит мозг в гигантских ладонях.

А в остальном ничего странного. Маленький нос, небольшой рот, пара глаз, мудрый взгляд. Пожалуй, даже проницательный, потому что казалось, что ашшури-данай смотрит собеседнику прямо в душу. Хотя, учитывая эмпатические способности этих существ, возможно, все так и было.

Нет, вру! Было еще кое-что странное! Три камня, точно такие же, как на украшении незнакомца, который потерял весь страх и позволил себе поцеловать меня. Да, абсолютно таких же – аквамариновых, сияющих, отливающих перламутром. Они клином к переносице располагались на лбу светоча и то ли были вживлены в плоть, то ли крепились на чем-то невидимом невооруженному взгляду.

В любом случае, в совпадения я давно не верила. Если тот блондин и этот соргх – обладатели странного минерала, о котором мне никогда даже слышать не приходилось, значит, они как-то связаны между собой.

Хм… Выходило, что в медблоке я оказалась исключительно по инициативе блондина. Что ему надо? Решил на всякий случай проверить, не заразна ли та землянка четвертого гуманоидного типа, которую он столь опрометчиво облизал на низшем уровне академии? А вот нечего все в рот тащить, на что глаз положил! Как-то при такой внешности пора бы уже и повзрослеть, остепениться, за ум взяться.

- Ты взволнована и полагаешь, что я читаю твои мысли, дитя, - произнес соргх. – Не стоит. Зови меня просто – данай та-Лау.

И вот если светоч был эмпатом, то каким-то не особенно сильным. Потому что волноваться я перестала, как только поняла, откуда ветер дует. И про чтение мыслей я давно ничего не полагала. Во-первых, без моего на то позволения любое ментальное воздействие противозаконно, а я все-таки гражданка Конфедерации. И во-вторых, если бы он знал о ком я думала в данный момент, то не говорил бы ерунды. Хотелось рассмеяться, но приходилось сдерживаться и сохранять серьезность.

- Данай та-Лау, - послушно повторила за соргхом. – А я…

- Агния Медник, - проявил осведомленность ашшури Льель. – Я пригласил тебя сюда для того, чтобы провести одно исследование, от результата которого будет зависеть, исполнится ли твоя мечта или нет.

- А вы знаете, о чем я мечтаю? – удивленно спросила я.

- Знаю, - кивнул соргх. – Я изучил твое дело и уже десять минут, с тех пор, как ты вошла в медблок, наблюдаю за тобой. Ты чувствуешь, как звезды тебя зовут, манят, и не в силах бороться с их зовом. Это редкое качество истинного пилота. Ты ведь хотела им стать?

- Да… - шепотом ответила я, потому что от волнения почему-то резко пропал голос. Пилотом… Я… Быть того не может! Он ведь не серьезно?

- Редкое, но не единственное необходимое. Нужно проверить еще кое-что, что не стали проверять, учитывая твою расовую принадлежность, - пояснил ашшури Льель. – Сама понимаешь.

Не понимала, если честно. Я вообще считала, что землянам не доверяют из-за того, на чьей стороне мы выступили в войне. А оказывается, дело вовсе не в этом, а в чем-то другом. Стало жутко любопытно, но спрашивать вот так в лоб не рискнула, а осторожно спросила:

- В чем будет заключаться исследование?

- Пустяки, - соргх попытался изобразить улыбку, но вышла такая гримаса, что я невольно вздрогнула. А данай, видимо, прочел мои эмоции, и смущенно кашлянул. – Собственно, от тебя ничего и не требуется. Ляжешь на кушетку, машина погрузит тебя в сон, а потом проверит основные функции твоего организма. И, если нужные параметры совпадут, то считай, что твоя мечта осуществилась.

Гладко стелил. Как бы не пришлось потом спать на жестком.

Соргх мало походил на символ Рождества – древнего земного праздника, и уж тем более не тянул на деда Мороза. Во-первых, из-за отсутствия волосяного покрова на голове, во-вторых, вряд ли у старца с мешком подарков было больше десяти рядов мелких, похожих на рыбьи, зубов. Только выбора у меня не было. Не спорить же с ним в самом деле?

- Хорошо, я готова, - обреченно вздохнула я. Постараюсь не засыпать, но не думаю, что у меня получится. – Что нужно делать?

Меня подвели к капсуле, в которую пришлось встать и дождаться, пока материал подстроится под параметры моего тела. После этого, импровизированная люлька, увлекая меня за собой, приняла горизонтальное к полу положение. Раздался ритмичный шум, словно волны океана накатывали на берег. И, как бы я не боролась со сном, он все же меня сморил, но не правильно. То есть, я все же спала и в то же время бодрствовала. Вернее, я словно разделилась на две половинки: одна – мирно посапывала в капсуле, а другая – висела под потолком и пристально наблюдала за происходящим.

Никакую машину соргх и не думал доставать. Он протянул свои руки-лапы к моим вискам. Сначала засияли странные камни, вживленные в его мозг, а уже потом аквамариновый поток света хлынул из ладоней даная и устремился к моей голове.

Больно не было. Скорее, процедура доставляла приятные ощущения: тепло, эйфория, состояние полета. Ашшури хмыкал, цокал то одним языком, то другим, и то и дело качал своей огромной головой.

А затем нас прервали. Вот так взяли и прервали! Интересно, кто может врываться к высокопоставленному соргху столь бесцеремонным образом, даже без стука?

- Как это понимать, ашшури-данай? – прорычал… О, этого военного я знала!

Он часто выступал по головизору, мелькал в голосетях на всей территории Конфедерации – адмирал, ректор Космической академии Таргол олс Софф. Говорят, он являлся надеждой и единственным наследником какого-то весьма древнего и богатого рода на планете Эльдор. Видный мужчина, убежденный холостяк. Многие кадетки пытались поймать его в свои сети, но эльдорец обожал свободу и бескрайний космос, поэтому связывать себя обязательствами не спешил.

Может быть, поэтому он всегда оставался спокоен, холоден и безэмоционален? Всегда, но не в этот раз. Сейчас на бледном лице проступили красные пятна от возмущения и ярости, а светло-карие, почти чайные глаза полыхали гневом.

- Что вас не устраивает, лорд олс Софф? – тоже довольно отстраненно поинтересовался соргх. И если бы не едва подрагивающая верхняя губа ашшури, я бы подумала, что ему действительно плевать на визит ректора.

- Меня не устраивает, что я вынужден принимать бесполезных баб, вместо того, чтобы отдать места тем, кто по праву их достоин!

О, а адмирал похоже женоненавистник. Это кто ж его так обидел, что он затаил злость на всех женщин вселенной?

- И кто по-вашему достоин проходить обучение здесь? – спокойно осведомился данай.

- Разумеется, умелые воины, с отточенными навыками, привыкшие к дисциплине и подчинению приказам, - выпалил ректор.

- Иными словами, мужчины, - спокойно продолжил его мысль соргх.

- Да! – снова рыкнул адмирал. – То есть, нет…

- Я помогу вам разобраться с вашими чувствами, лорд олс Софф.

- Каким образом?

- Прикажу вам спрятать их на время проведения отбора глубоко в себя. Ведь вы тот самый умелый воин с отточенными навыками, привыкший к дисциплине и подчинению, не так ли? Так начните с себя, - соргх спокойно встретил разгневанный взгляд и вдруг спросил: - Жить хотите?

- Да, - не задумываясь сходу ответил адмирал.

- А хотите, чтобы жила ваша семья, друзья, другие умелые воины?

- Да… - кажется, ректор уже понял, что данай переиграл его.

- Так вот, эггеры – наша последняя надежда на жизнь, и это страшная тайна, которую я вам сейчас доверил. Храните ее, мой друг.

Лорд олс Софф кивнул, а ашшури Льель продолжил:

- Мест для девиц, годных к отбору, потребуется немного. Потому что мало кто из них обладает необходимыми качествами. Но те, на которых я укажу, будут зачислены. А вы и ваши преподаватели приложите все силы, чтобы к концу года из них получились вполне сносные пилоты. Вы поняли меня?

- Я понял вас, ашшури-данай, - кивнул ректор.

- Кстати, вот эту землянку можете смело зачислять. Ее имя Агния Медник, - соргх кивнул на спящую меня.

- Землянку? – удивился адмирал.

- Именно, - кивнул светоч. – Более того, я намерен обследовать всех землян на станции. Возможно, мест потребуется больше. Завтра вы об этом узнаете.

- Как скажете, ашшури-данай, - поклонился ректор. – Прошу меня простить, дела ждут.

- Я вас больше не задерживаю, - ответил ему соргх.

Но, как только лорд олс Софф ушел, произошло еще кое-что. Я подслушала то, чего мне ни слышать, ни знать было не положено.

Экпайм у соргха тоже, по всей видимости, встраивался в облачение или тело. Возможно, это был какой-то иной прибор, способный передавать сигнал на внушительные расстояния. По крайней мере, перед ашшури-данай возникла голографическая фигура. Разобрать внешность вышедшего на связь не представлялось возможным. Можно было лишь сказать, что говорил мужчина, гуманоид, передвигающийся на двух конечностях, имеющий две руки, одну голову и, скорее всего, судя по тембру и звучанию голоса, почти земное расположение рта и голосовых связок. И рука, которой незнакомец держался за посох, увенчанный уже знакомым аквамариновым камнем, имела человеческое строение, привычный цвет кожи и пять пальцев.

- Приветствую вас, мой дао-си, - произнес соргх и поклонился голограмме.

Хмм… А память даже в таком, в прямом смысле слова – подвешенном состоянии меня не подводила. «Дао-си» - обращение к духовному учителю или гуру в одной из самых древних религий нашей вселенной. Дословно можно перевести как «мудрейший».

- Приветствую, дорогой друг, - ответил мужчина с теплотой в голосе. Видимо, этих двоих связывало что-то личное. Например, дружба или долг жизни. Да мало ли странных обрядов и традиций у современных рас. Всего и не упомнишь. – Как продвигаются наши дела?

- Обнадеживающе, - ответил ашшури-данай. – Вот посмотри, передо мной отличный образец, а, быть может, и наше спасение, Шуран.

Человек в белом одеянии молчал и, вероятно, меня рассматривал.

- Тернианка? Ссури-анра? Эльборианка? – вдруг спросил он.

- Землянка, - ответил соргх.

- Земля – это… - дао-си напрягся, но так и не вспомнил, и светочу пришлось ему подсказать.

- Третий сектор, у самой границы. Крошечная звездная система вдали от основных трасс. Кажется, сами аборигены называют свою звезду Солнцем.

- Вспомнил. Мы зарезервировали расу из-за того, что их мозг несовершенен. Даже сейчас, если мне не изменяет память, они не используют и семи процентов от возможностей, отпущенных им мирозданием. Пройдет не одна тысяча лет прежде, чем эти гуманоиды улучшат свои показатели. Ты же помнишь, мы проводили исследования.

- Возможно, мы ошиблись, либо наш метод определения устарел. Порой, чтобы найти редкий кристалл, нужно перекопать всю породу. Делать выводы, глядя на шлак, глупо, а в нашей ситуации – преступно. Кроме того, ее избрали. В то время, как другие решили проигнорировать древний ритуал и пошли стандартным путем отбора, - соргх вздохнул. Его лицо невозможно было прочесть, но мне казалось, что он грустит. – Разумеется, я лично подберу самых подходящих девушек, хоть нам и не везло последние столетия.

Я ничего не поняла! Избрали… Кто избрал? Куда? Кто такие другие, и о каком древнем ритуале идет речь? И для чего эггерам вообще нужны девушки? Вряд ли мне кто-то ответит на все эти вопросы, даже если задам их в лоб. Оставалось подслушивать, подглядывать и наблюдать.

- Итак, что же в этой землянке такого выдающегося, та-Лау?

- В том-то и дело, что на первый взгляд ничего. Да и на второй тоже. Есть одна странность: ее мозг задействован на четверть, но как-то неправильно и хаотично идут процессы. Прослеживается некая искусственность.

- Что ты имеешь в виду?

- Создается впечатление, что скачок произошел спонтанно, под каким-то воздействием. Причем, совсем недавно, потому что сама девушка еще не адаптировалась, не приспособилась к новым возможностям, - пояснил соргх.

- Тогда почему лишь до двадцати пяти? – спросил незнакомец.

- Слишком большой риск, огромная нагрузка на психику. Кроме того, сила женщин не в мозге, как у мужчин. Она заключена в «ши». А «ши» этой девушки сияет как сверхновая. Я едва не ослеп, когда приоткрыл завесу.

- Что ж, будем считать, что нам благоволят боги космоса. Но не спускай с нее глаз, не только из-за странного возвышения, но и…

- Я понял, дао-си.

- И еще, я хотел бы получить точную информацию об этих… землянах. В свете последних событий мне стала интересна эта раса, та-Лау. Ты понимаешь, о чем я говорю?

- Понимаю. На данный момент могу сказать следующее: геном не статичен, у данного вида полная генетическая и репродуктивная совместимость с вашей расой. Обследую остальных, работающих на станции, землян и доложу о результатах. Пока мне все показатели весьма нравятся.

- Действуй, мой старый друг, - голос незнакомца дрогнул. – Только зря мы продолжаем искать.

- Почему же зря, дао-си? Мы почти нашли, я уверен.

- Да, но кроме женского начала, нужна кровь первородных!

- Это лишь предположение, древнее пророчество, которое дошло до нас в странном виде. Его смысл за тысячелетия мог много раз исказиться. Не ты ли говорил, Шуран, что пока мы живы, жива и надежда?

- Ты прав, ашшури-данай. Ты, как всегда, прав.

Голограмма исчезла, а соргх еще раз склонился надо мной.

Через минуту в голове опять зашумело, и ту часть меня, что висела под потолком и шпионила, потянуло назад в родное тело.

- Просыпайся, Агния Медник. Исследование окончено.

Я открыла глаза, а капсула, почувствовав мое пробуждение, вновь пришла в движение и приняла теперь уже вертикальное положение.

- Что скажете, данай та-Лау?

- Ты будешь учиться в Космической академии, землянка, - ответил соргх и многозначительно затих.

- Есть какое-то «но»? – в нетерпении спросила я.

- Есть. Поскольку ваша раса еще не получила доступ к обучающим программам Конфедерации, придется обходить запрет. Есть только один путь – участие в отборе.

- Вы предлагаете мне стать невестой эггера? – рассмеялась, потому что это реально было смешно. Землянка в отборе невест для высшей расы. Кому скажи, не поверят.

- Решать тебе, - ответил данай та-Лау. – Выбор невелик: или участвуешь в отборе и учишься на пилота, или возвращаешься назад в свою увлекательную жизнь техника.

Да, мечта была так близко.

- Спасибо, что потратили на меня время. Я возвращаюсь в свою прежнюю привычную жизнь.

На секунду мне показалось, что зеленоватая кожа светоча посерела.

- Поясни свой выбор, Агния, - тем не менее, спокойно попросил ашшури Льель.

Вот это выдержка у мужика! Кроме того, я поняла две совершенно очевидные вещи: не умеет он читать никакие мысли и нужна я им зачем-то. Сильно так. А вдруг они избранных в жертву приносят? Про них ведь ничего ни одна голосеть не писала.

- Не хочется мне связывать жизнь с малознакомым мужчиной. А то выиграю ваш отбор и что мне потом с призом делать? – выпалила я первое, что пришло в голову.

- А ты не выигрывай, - поспешно ответил соргх.

- А так можно? – я прищурилась, и, если бы светочу анатомия его вида позволяла, он бы сейчас усмехнулся.

- Иногда скрытый саботаж – самый лучший способ достичь желаемого, - загадочно ответил данай та-Лау.

Нравился он мне чем-то. И советы у него мудрые, главное, вникнуть в суть и отбросить все ненужное.

- Ладно, валяйте!

- Кого валять? – не понял меня соргх.

- Записывайте, говорю, в этот ваш отбор.

Ашшури кивнул, и я направилась к выходу. Буду решать проблемы по мере их поступления. Одна у меня уже есть. Пушистая такая, призрачная, но очень прожорливая.

- Агния! – окликнул меня данай. – Зайди к начальнику этажа, пусть выдаст тебе все необходимое. Я распоряжусь.

- Благодарю, - попрощалась я.

Кабинет начальника этажа находился за учебными классами, недалеко от площадки со световыми лифтами. Это я хорошо знала, потому что не раз проходила мимо, когда приходилось пользоваться этой сверх техникой. Ощущения непередаваемые! Вот ты входишь в капсулу и вдруг распыляешься на крошечные частички, чтобы через мгновение собраться вновь, но уже в нужном месте. Лично я предпочитала два: смотровую площадку и ангары с современными истребителями. О, именно такую птичку, лавируя между астероидами и кораблями противника, я и мечтала пилотировать! Даже прикасаться к шершавому корпусу было приятно и волнительно.

Но сейчас лифты меня не интересовали. Над дверью светилась табличка «дежурный офицер Эшуа олс Рок». Судя по имени, женщина. А судя по приставке к имени, уроженка планеты Эльдор, как и сам ректор академии. Причем, не из простой семьи, а аристократической. Вообще, странно. Обычно адмирал предпочитал работать с мужчинами. При этом, преимущество при приеме на службу отдавалось тем, кто побывал на передовой и проявил себя, зарекомендовав храбрецом.

В любом случае, кто бы там ни сидел, а разговор нам предстоял.

- Разрешите войти? – толкнув дверь, спросила я.

- Уже вошли, - ответил уставший мужчина, не поднимая глаз от экрана экпайма.

Оу. Все-таки эльдорец. Да, ректор себе не изменял. Передо мной действительно сидел солдат Конфедерации и, судя по шрамам на его лице, действительно побывавший не в одном сражении. Вообще, современная медицина давно убирала такие отметины без труда, но некоторые расы отчего-то не стремились свести подобные дефекты, а носили их с гордостью, как символ мужества и отваги. И что-то в этом, определенно, было. Настоящее, героическое.

- Простите… - честно признаться, я растерялась, потому что на меня не обращали никакого внимания.

- Боги космоса простят, девушка! – элегантно нахамили мне. – Если вы по вопросу поступления, то вся информация пока держится в секрете, списки академия опубликует завтра в полдень по времени средней полосы планеты Дильмун. Всего хорошего…

Говорил офицер монотонно, словно в тысячный раз повторял заученную фразу. Ну никакой инициативы! Хотя, наверное, так оно и было. С этим отбором все как с ума посходили!

- Знаете, я ведь сюда по делу пришла, между прочим! – все же попыталась пробить брешь в стене полного безразличия к моей персоне. Тщетно.

- Всем по делу.

- А мне по самому важному! И с вами человек разговаривает, а не кибер! – выпалила я.

Офицер свернул экран и внимательно на меня посмотрел. Теперь и я могла его хорошо разглядеть. У него были удивительные голубые глаза, что означало одно – мужчина не чистокровный эльдорец, потому что у той расы цвет глаз варьировался от темно-карего до светло желтого, а полукровка. Только вот с какой расой? Голубые, как у него и меня глаза встречались довольно редко.

Шрам, который шел от рта к скуле, я успела заметить раньше, но сейчас, когда экран исчез, обратила внимание на уши. Нет, никаких увечий или патологий. Просто в них были специальные серьги из редкого сплава. По три на каждое ухо, итого – шесть. Шесть! Да он счастливчик!

Обычные колечки, если не знать, что они означают. Этот Эшуа олс Рок был настоящим героем и замечательным пилотом-истребителем. Такие серьги были в ходу лишь в эльдорской гвардии, каждая означала сбитый корабль неприятеля, рангом не ниже крейсера. Вау!

Захотелось присесть рядом и расспросить в подробностях обо всех сражениях и вылазках. Автограф взять, сделать селфи на память. Нет, я не фанатка, но просто у него-то моя мечта уже сбылась, а мне до ее осуществления предстоял долгий путь.

- Я техников не вызывал. На этаже все исправно функционирует, - убил мои светлые чувства геройский пилот с женским имечком Эшуа. Расспрашивать расхотелось. Сноб, который о людях только по внешности судит.

- А я и не вызывалась. Меня к вам направил ашшури-данай та-Лау.

Офицер поднялся, обошел меня по кругу, рассматривая, словно музейный экспонат, и недоверчиво спросил:

- Агния?

- Да.

- Медник?

- Да. Вас что-то удивляет? – не выдержала я.

- Да, - признался офицер. – Ваша родная планета. Вы ведь с Земли?

Мог бы и не спрашивать. Об этом было написано под эмблемой академии на форменной куртке. Кроме того, если он знает мое имя, то и все остальное тоже прочел. Поэтому отвечать не стала. Без слов все понятно.

- Ты ничего не подумай! Садись! – офицер улыбнулся. Вышло это у него криво и довольно комично из-за шрама, но интерес в голубых глазах читался вполне искренний. – Не ожидал встретить землячку!

Причем землячку, а не землянку. Это означало, что Эшуа олс Рок имел какое-то отношение к Земле. Или это отношение имел кто-то из его родителей. Хмм… родовое имя отца, значит, мать?

Я села в предложенное кресло и тоже улыбнулась эльдорцу.

- Землячку? – заинтересованно переспросила его.

- Моя мама там родилась, а потом встретила отца и… родился я, - подмигнул офицер, а потом сообщил доверительным шепотом: - Поэтому я не понаслышке знаю, как тяжело вам устроиться на территории Конфедерации. Так что, обращайся. Помогу.

Если он полукровка – дитя смешанного брака, которые сами по себе не приветствуются, да еще и сын землянки, то его путь в космос тоже был долог и тернист. Но от помощи, в моем положении, грех отказываться.

- Так я ведь за этим и пришла. Вам должны были сообщить обо мне, - кивнула я.

- Да, я получил сообщение. Сейчас посмотрим, куда тебя определили… - перед офицером снова вспыхнул экран экпайма. Полминуты он что-то там изучал, а потом изумленно спросил: - Био-космическая навигация?

Приставка «био» меня смутила, но слово «космическая» успокоило, и я поинтересовалась:

- Думаете, не справлюсь?

- Напротив, - весело ответил он. - Думаю, Конфедерация много теряет, списывая со счетов вашу расу. У тебя есть шанс всем это доказать, кадет!

Стало приятно. И за доверие, и за теплые слова, и вообще просто так. Зря я плохо о нем думала. Этот Эшуа оказался неплохим парнем.

- Спасибо, - робко поблагодарила я.

- Пока не за что, - отмахнулся он и кое-что потребовал. – Ну, давай сюда свой секвестр.

И вот тут случился ступор, потому что я понятия не имела, о чем он говорит.

- А что это? – вопрос показался мне самым разумным из всех, что возникли в голове.

Настала очередь Эшуа удивляться.

- Ты же работаешь в академии, не так ли?

- Да-а… - осторожно ответила я, хотя внутри покалывало нехорошее предчувствие.

- Давно?

- Больше года.

- И не знаешь, что такое секвестр?

Теоретически знала, что такое слово есть, но что именно имел в виду эльдорец, понятия не имела.

- Не знаю.

- А как ты питаешься, получаешь оплату за труд и осуществляешь иные необходимые действия? – задал очередной провокационный вопрос офицер.

Как-как… Кощеевич переводит на карту, которую сам же выдал, кредиты. На них и живем. Не шикуем, конечно, но, пока не было лисца, на жизнь хватало. И тут до меня дошло! Кощеевич! Вот чего боялся подлый иштарианин! Самое время устроить небольшой армагеддон в этом болоте!

- Скажите, офицер, а вы можете посмотреть, получала ли я этот ваш секвестр?

Эшуа взглянул на меня, и в его голубых глазах запрыгали чертики.

- Теоретически могу, но практически в этом никогда не было необходимости, - ответил он.

- Считайте, что она появилась.

- Уверена? – хитро прищурился офицер. Этот полукровка мне все больше и больше нравился.

- О, да-а-а-а! – протянула я и хищно оскалилась. Разум желал справедливости, сердце пылало праведным гневом, а душа жаждала мести!

- Твой палец!

- Эм… Рубить будете? – насторожилась я, уже прокручивая что мне дороже: месть или часть тела.

- Секвестр запрограммирован на отпечаток пальца владельца. Чтобы получить доступ к информации, необходимо либо подтвердить личность, либо ввести код из личной карточки. Полагаю, кода у тебя нет? – спросил Эшуа.

- Я даже не знаю, есть ли у меня личная карточка, - проворчала в ответ и ткнула большим пальцем в мигающую красную клетку на экране экпайма.

Минуту офицер нажимал какие-то кнопки, я же скучающе за ним наблюдала, прокручивая в голове ситуацию. Если дело обстоит так, как я просчитала, то попали не только мы с Владкой, но и весь обслуживающий персонал, кого нанимал на работу непосредственно Кощеевич. А это…

Размах иштарианина впечатлял. Негодование росло, постепенно вытесняя осторожность и страх. А раньше я разумнее поступала! Встречу звездного хорька, обязательно надеру пушистую задницу! На этот раз точно.

Экпайм пискнул, и высветилась моя голограмма в том самом стареньком желтом комбинезоне, что я покупала еще на Земле, но расстаться до сих пор так и не смогла.

- Готово! – победно заключил эльдорец. – Смотри, это полученное вознаграждение, премии, доплата за обучение, повышение квалификации, форма, питание…

На этом пункте Эшуа завис и внимательно посмотрел на меня.

- Здесь написано, что ты отказалась от приемов пищи в академии, а предпочитала получать стоимость продуктов в кредитах. – Глаза мои с каждым его словом становились все круглее. Кажется, и офицер это заметил, потому что нахмурился и спросил: - Или что-то не так?

Не так? Да все! И главное, этот космический лисец снова оказался прав – очень сильно мне задолжала академия в лице одного кощеестого ашэ!

- Воды… можно?.. – просипела я.

Эльдорец легко поднялся, отошел в конец кабинета, что-то достал из скрытого шкафа и, наконец, поставил передо мной баночку… с соком! Такая роскошь мне и на Земле нечасто перепадала, а уж в космосе я давно не могла себе позволить ничего натурального. Да в целом и на синтетике жилось вполне нормально. Дело привычки, но цену вещам и продуктам я знала хорошо.

- Это точно мне? - на всякий случай спросила я. Отказываться не собиралась! В конце концов, у меня кроме сладкой бурды второй день во рту ничего не было.

- Тебе, - кивнул офицер. – Или ты предпочитаешь просто воду?

- И сок сойдет, - быстро ответила я, откупорила банку из быстро разлагающегося пластика и залпом, почти не чувствуя вкуса, выпила напиток. Эх, жаль. В другой обстановке я бы долго его смаковала.

- Объяснишь, что произошло? Почему тебя так удивляют простые вещи? – встревожился Эшуа. Точно, хороший парень. Интересно, а он женат? Может, у него невеста есть? Надо бы посмотреть, как с этим обстоят дела на Эльдоре.

А в целом, почему бы не объяснить! В конце концов, с сегодняшнего дня Кощеевич мне больше не начальник. Вряд ли он пойдет против соргха, да еще светоча. А уж с эггерами ему и подавно ссориться не резон.

И все же слишком долго жизнь учила меня осторожности и незаметности, чтобы враз утратить все эти качества.

- Если я вам расскажу всю правду в подробностях, вы сможете гарантировать мою безопасность? – осторожно поинтересовалась я. Но особых иллюзий на то, что меня поймут правильно, не испытывала.

Эльдорец действительно не понял.

- Космическая академия гарантирует безопасность каждому своему учащемуся и служащему, - ответил он заученной фразой.

Это я и без него знала. Инструкцию читала при приеме на работу. Мне же хотелось иных гарантий.

- Речь сейчас пойдет о вещах неприятных. Есть подозрение, что некоторые служащие среднего звена в академии не чисты на руку…

Договорить мне не дали.

- О чем, черная дыра мне в печень, ты толкуешь? – вскочил Эшуа.

Так и есть. Он слишком честен и порядочен, чтобы допустить, что у эдорцев под носом кто-то ворует, проворачивает махинации, а быть может занимается чем-то и посерьезнее.

- Я могу доказать, что в академии есть вор! Но мне бы не хотелось, чтобы он или его сообщники потом мне за это отомстили! - выпалила я. - Так понятно?

- Так понятно, - сразу успокоился Эшуа и сел на место. – Расскажи мне все, Агния, а потом вместе подумаем, что можно сделать со всей твоей информацией.

Тому, кто в бою уничтожил шесть военных крейсеров, верить можно. Я развернула экран так, чтобы видели мы оба и начала рассказ.

- Возможно, при приеме на работу академия мне и оформила ваш секвестр, но ни я, ни такие как я ничего подобного не получали. На руки нам выдали лишь вот такие карты.

Я положила перед эльдорцем чип, и он тут же активировал его на экпайме.

- Видите? Моя плата за труд составляет по вашим данным десять тысяч кредитов, не считая еды, провианта и прочих благ, как оказалось, положенных мне. А на деле, я получала около трех тысяч, на которые половина уходила на пропитание, а раз в год снимались затраты на пошив формы. О премиях и вознаграждениях за работу вне смен и графиков и речи не идет. Итого, по самым скромным подсчетам, я не получила порядка ста тысяч кредитов Конфедерации. Равно, как и мои товарищи. Сами догадаетесь, кто к этому причастен?

- Разберусь, - буркнул офицер, и голубые глаза хищно блеснули.

Этот разберется и меня не подставит. Только и иштарианин далеко не дурак, раз смог под носом конфедератов проворачивать свои делишки.

- Сделаем так: сейчас оформляем тебе новый секвестр. Теперь кадетский. По нему положено подъемное вознаграждение, а в процессе обучения выплачивается довольствие. Столовую ты также можешь посещать с сегодняшнего дня…

- А Владка? – выпалила я, перебив Эшуа. – Это моя подруга, и она тоже с Земли!

Он нахмурился сильнее, но ответил:

- Ей оформим чип с правом посещения столовой сроком три дня, а за это время я решу все проблемы. Вопросы есть?

Я покачала головой.