Первый сын Луны

На границе дня и ночи, в вечерних сумерках заката, у самой кромки ярко подсвеченного горизонта встретились две сестры. Две богини, правившие этим миром.

Одна богиня благословляла людей, даруя им и всему вокруг плодородие, несла удачу и питала этот мир своими силами, и имя ей было Солнце. Она слыла радушной, доброй и часто отзывалась на зов людей, населяющих Землю.

Другая богиня отличалась от своей сестры. Она была холодная, рассудительная и крайне редко обращала свой взор на нужды страждущих. Наверное, потому, что очень мало истинно верующих приходили к ней в храм, чтобы воздать молитву и благодарность. Звали богиню Луна.

Сёстры ежедневно пересекались дважды в день, на рассвете и на закате, сменяя друг друга.

«Почему никто не хотел молиться Луне?» – спросите вы.

Ну, почему же, Луне молились, но только воины и охотники, а таких среди населения было немного. Богиня даровала силу, хитрость, разум и выносливость. Если Солнце даровала и подпитывала своими силами матушку-природу, то Луна могла облагодетельствовать каждое существо на планете и даровать ему необычайные навыки и способности!

Также Луна была владычицей снов. Она знала самые потаённые желания, запрятанные в тёмных уголках людской души, и могла посылать во снах видения несбыточного, недосягаемого… Но такого притягательного! За подобные игры с разумом люди и невзлюбили Луну.

Занимаясь земледелием и скотоводством, людские селения имели небольшое число стражников, да и не каждый охотник полагался в своём ремесле на помощь богини. Редкий бедолага забредал к ней в храм, чтобы попросить о силе или смелости.

В некоторых деревнях даже считалось зазорным молиться Луне и выпрашивать себе больших достоинств, чем у тебя уже есть. Если человек решался что-то попросить у Луны, значит у него был изъян, и отношение у соплеменников к нему становилось отчуждённым, а порой и вовсе агрессивным.

Тосковала Луна по почестям и молитвам. Обиделась она на людское пренебрежение, и при очередной встрече с сестрой внезапно призналась:

— Я хочу создать новый вид и населить им Землю.

— И кто это будет? Огромные буйволы для работы в поле? Или быстроногие лошади для скорой езды?

— Это будут разумные существа, как люди, но другие.

— Как это другие? — удивилась Солнце.

— Будут они сильными, выносливыми и смелыми, а самое главное преданными только мне.

— Как же ты добьёшься их преданности? — заинтересовалась сестра.

— Только я смогу даровать им бесценный подарок, ради которого они будут до скончания века почитать меня в молитвах.

— И что же это?

— Истинная любовь.

— Любовь? — Солнце выгнула недоверчиво бровь. — Люди любят только себя! Ещё матери любят своих детей. Редко в их мире встретишь ту любовь, о которой ты говоришь.

— Поэтому я и дарую им её.

— Что им помешает предать эту любовь и тебя заодно?

— Она будет единственной. Она будет истинной.
***
Дорогие читатели, всё самое интересное ещё впереди! Встреча истинных, война между племенами, ревность, борьба соперников и, конечно же, любовь!
Это моя первая книга в стиле фэнтези, надеюсь, она вам понравится. Ваши отзывы и сердечки очень подтолкнут мою мотивацию)) Подписывайтесь на мою страничку автора и добавляйте книгу в библиотеку, чтобы не пропустить обновление.
Современные любовные романы я пишу под псевдонимом Эльза Ярс,
Добро пожаловать и приятного чтения!

Юный Эван, как обычно, прогуливаясь пешком мимо кузницы, с любопытством наблюдал за огненным чревом каменной печи, вслушивался в звонкий металлический лязг при ковке очередного меча или подковы и с восхищением рассматривал огромные, сильные ручищи кузнеца.

— Опять ты здесь бродишь? — злой окрик позади него заставил Эвана вздрогнуть и резко обернуться. — Вот я тебе сейчас устрою! — выкрикнул Илс и бросился на мелкого Эвана с кулаками.

Сын кузнеца очень ревниво относился к своей семейной кузнице и терпеть не мог глазеющих мальчишек. К своим пятнадцати годам Илс накачал приличную мускулатуру, да и вытянулся подросток за это лето изрядно, так что противником для восьмилетнего Эвана он был более чем серьёзным.

Не тратя время на объяснения, Эван быстрее стрелы припустил наутёк. Его дом находился через две улочки от дома кузнеца, и туда можно было попасть быстрее, если срезать путь мимо конюшни. Так мальчик и поступил.

Не учёл юный пострелёнок одного: Илс не только превосходил его в силе, но ещё и в скорости. Погоня длилась недолго. Загнав Эвана в крайнее стойло конюшни, Илс показательно засучил рукава на своей рубахе и с угрожающим выражением на лице стал приближаться к мальчонке.

Внезапно словно молния пронзила всё тело Эвана. Он почувствовал жар в мышцах, кончики пальцев мелко закололо, зрение обострилось, а дёсны сильно заныли. Мальчик не понимал, что с ним происходит, но мужественно решил выстоять этот бой до конца.

Первый удар Илса пришёлся в пустоту. Он с удивлением уставился на то место, где мгновение назад маячила светловолосая макушка Эвана. Сейчас же ребёнка там не было.

— Не меня ищешь? — внезапно раздался звонкий голос у Илса за спиной.

Парень резко обернулся, чтобы напороться на сияющие золотым свечением совсем недетские глаза.

— Что т-ты...

Потеряв дар речи, Илс стал пятиться от столь ужасающего зрелища. На него в упор не мигая смотрели самые настоящие звериные глаза! На детском лице восьмилетнего ребёнка! Зрелище шокировало парнишку и ужаснуло до такой степени, что ноги ослабели и перестали слушаться, а язык прирос намертво к нёбу.

— Всё ещё хочешь со мной драться? — насмешливо спросил Эван.

Он понятия не имел, что так испугало соперника, но, видя дрожащего от испуга Илса, смело ринулся в атаку.

— А-а-а! — дурниной заорал подросток-переросток, улепётывая от мелкого восьмилетки.

— Так-то! — потешался над ним вдогонку Эван, самодовольно уперев в бока маленькие кулачки.

Когда шум ботинок, спешно ударяющихся о землю, стих, Эван повернулся внутрь конюшни и пошёл к бочке с водой.

Проходя мимо лошадей, он с удивлением замечал, что те буквально шарахались от него, прижимаясь всем корпусом к дальней стене своих стойл.

«Что происходит?» — недоумевал Эван.

Подбежав лёгкой прытью к вожделенному сосуду, он наклонился над ней, чтобы с жадностью испить чистейшей, прохладной воды, но резко замер.

Глядя на своё отражение в незамутнённой водной глади, Эван со всё большим шоком и изумлением рассматривал свой новый образ: его глаза приобрели ярко-жёлтое свечение, а скулы заострились, лишая мальчишеское лицо детской округлости.

Протянув руку, он хотел дотронуться до своего отражения, не веря в его реальность, но так этого и не сделал. Руки ребёнка тоже не были прежними. Вены отчётливее проступали под кожей и бугрились над тонкими запястьями, а на пальцах вместо привычных полукруглых коротко стриженных ногтей проступали звериные когти.

Эван в ужасе отпрянул от бочки, так и не сделав глоток освежающей жидкости. Он развернулся к выходу и со всех ног побежал в сторону своего дома, держа глаза опущенными и крепко сжимая кулаки, чтобы никто не видел его в таком виде.

Ворвавшись внутрь просторной хижины, мальчик заорал во всю мощь своих лёгких:

— Папа! Мама!

На панические вопли единственного сына тут же прибежала взволнованная мать:

— Что случилось? Ты в порядке? — она кинулась осматривать его на предмет ссадин и ран, но так и не дошла до него. Свечение нереально жёлтых глаз на лице любимого ребёнка вогнало женщину в ступор.

— Эван? Марта? Что происходит? — спросил отец семейства, появившись из глубины дома.

— Папа я…

Договорить Эван не смог. Он не представлял какими словами и как объяснить родителям то, что с ним случилось.

— Что с тобой? — выдохнул в ужасе отец.

— Я не знаю! — вскричал с отчаянием мальчик.

Его губа мелко задрожала, а из глаз брызнули слёзы. Он бросился к отцу в объятия, ища утешения и поддержки. Привычным жестом мужчина раскрыл руки и обнял дрожащие плечи мальчика.

— Эван, тебе больно? — опомнилась мама.

— Нет, — шмыгнул он носом, а затем развернулся в руках отца и посмотрел в лицо матери, — Я теперь навсегда останусь таким? — спросил он.

— Ты уже не такой, — прошептала женщина.

И действительно пред ними уже стоял их милый Эван, а не страшная помесь зверя и ребёнка.

— Как это произошло? — допытывался отец, развернув к себе сына за плечи.

— Там был Илс! Он погнался за мной и хотел напасть, но вдруг испугался и убежал! Мы были на конюшне! А ещё лошади! Они меня боялись! — быстро зачастил мальчик, рассказывая свои приключения.

— Томас, что это такое? Эта какая-то болезнь? — спросила растерянно Марта, слушая исповедь сына. Женщина очень переживала за свою кроху и не представляла, с чем они столкнулись!

— Не знаю. Нужно идти к шаманам.

— Но у нас в деревне нет шамана!

— Значит, я пойду в соседнюю! — отрезал резко Томас. — Мы должны выяснить, что случилось с нашим сыном.

Но ответ на этот вопрос богиня уже послала людям...

Под тёмным пологом шатра из плотных звериных шкур собрались трое. Пожилая женщина – шаманка и её беременная дочь.

— Мама, зачем я здесь? — взволнованно спросила молодая женщина. Прошлым летом она вышла замуж за мельника и вот-вот должна была родить первенца.

— Так было сказано мне в видении, — в очередной раз ответила шаманка.

Она была стара и в любой момент готовилась отправиться к богине, но женщина сердцем чуяла, что должна сделать на этой земле ещё что-то очень важное.

— Слушайся Мушту, и всё будет хорошо, — повторяла она привычные, давно заготовленные слова для нетерпеливых посетителей.

Мушта – так звали шаманку, была ещё и целительницей. Сама она своим главным даром считала не врачевание, хотя и в нём преуспела, а способность склонить дремучих и трусливых людей следовать своим советам на пути к исцелению.

Вот и сейчас заученной за многие годы привычной фразой она постаралась успокоить свою беременную дочь, чтобы та не мешала ей налаживать связь с богиней.

Надо же, сама Луна захотела явиться ей! Мушта никогда не слышала, чтобы Луна соизволила снизойти до смертных.

Насыпав растолчённых трав и молотых сушёных грибов в железную миску, женщина подожгла мох о пламя свечи и опустила его на свежеприготовленную смесь.

По шатру поплыл запах горелой мокрой листвы, горькой полыни и чего-то свежего, невесомого. Пламя свечи едва заметно колыхалось от дыхания женщин, создавая внутри шатра ещё более гнетущую атмосферу.

— Приступим, — прошептала полубеззубым ртом Мушта и, плюнув себе за спину, начала быстро повторять какие-то непонятные заклинания.

Женщины сидели, подогнув под себя ноги, прямо на полу, устланном шкурой оленя, между ними стояла миска с дымящимися травами, а сверху над головой в узкое отверстие шатра для дымохода просачивались едва заметные солнечные лучи. Они словно боялись того, что здесь происходит, и не решались осветить полутёмное пространство.

Когда слова заклинания стали звучать из уст Мушты быстрой непонятной тарабарщиной, молодая женщина трусливо зажала уши руками и закрыла глаза.

Внезапно, всё стихло.

— Откройся, — прохрипела Мушта, и её дочь повиновалась. — Слушайте то, что я вам скажу, и передайте остальным, — продолжила говорить старуха не своим голосом. — Я даровала этой земле расу, более достойную, нежели, вы — люди. Они будут сильными, смелыми и честными. Никто из вас и последующих поколений не сможет одолеть моих детей, лишь одно вы можете предложить им в знак уважения и признания их силы: свободные земли и женщин.

— Женщин? — трусливо пискнула беременная, нервно прикрывая раздутый живот руками. Она в ужасе смотрела на мать, которая сидела словно статуя с остекленевшим взглядом и вещала страшные вещи скрипучим, жутким голосом.

— Вы будете давать им тех женщин, которых они сами выберут, и мои дети будут от них плодиться. Только одна женщина может быть в жизни каждого моего творения. Взамен они будут нести мир на эту землю. Ваша вечная вражда, ненависть и зависть уничтожают планету. Мои дети этого не допустят! Скоро всё изменится. Этот мир не будет прежним. И пусть все знают, что этот дар на землю принесла богиня Луна.

Мушта резко вдохнула, заморгала, а затем задохнулась в приступе сильнейшего кашля.

Её дочь недолго думая, вскочила с пола, распахнула полог, отделяющий вход от улицы, и запустила внутрь свежий воздух.

— Что всё это значит? — спросила она взволнованно у матери.

— Ты же слышала, дочь моя, скоро всё изменится.

— Но зачем тебе на этом сеансе понадобилась я?! Я так боюсь твоего колдовства!

Не впервой Муште пришлось солгать, но впервые она делала это с такой охотой. Шаманка знала, что её дочь трусливое и недалёкое создание. Своим неразумным поведением она может нарушить замысел богини, и кара богини будет страшна!

— Дочь моя, мне уже недолго осталось смотреть на это небо. Ты, именно ты должна распространить весть, которую велела огласить богиня Луна. Я же слишком стара для этого!

— О! Это я могу! Так бы и сказала!

Успокоившись и воодушевившись важностью своей миссии, женщина быстрым шагом покинула шатёр матери. По тому, с какой скоростью она стремилась «нести свет в массы», никто бы и не подумал, что ей скоро рожать.

«Вот что любовь к сплетням с женщиной делает» — грустно усмехнулась Мушта.

Она любила своего ребёнка, но эта любовь не мешала мудрой женщине видеть все достоинства и недостатки дочери. Хорошо, что Мушта успела выдать эту недалёкую трещотку замуж за надёжного мужчину.

Тем не менее кое-чего шаманка так и не смогла рассказать дочери, а именно того, что первой такой женщиной, обещанной сыну Луны, будет её внучка.

Колесо мельницы мерно крутилось, издавая пронзительный скрип. Прочные некогда верёвки давно истлели и грозили порваться от напряжения.
   — Что же делать? — заламывая руки, рассуждала молодая селянка. — Кого попросить о помощи? 

О, она знала, что многие мужчины будут рады помочь беспомощной сиротке, только проявление этой самой беспомощности окончательно лишит её свободы. Как там сказал вождь?

«Ты беззащитная девушка, и у тебя должен быть мужчина! Даю тебе год сроку, чтобы выбрать мужа! Если же ты этого не сделаешь или обстоятельства будут складываться так, что одна ты уже не справишься, то я сам назначу тебе мужа!»

Поэтому Абигейль и скрывала ото всей деревни, что её мельница скоро не сможет работать в полную силу, обеспечивая поселение молотым зерном. Да, что там! Похоже, что наследие её отца уже полностью пришло в упадок!

Как же ей не хотелось выходить замуж за навязанного жениха! Не потому, что девушка грезила о независимости или ей были противны мужчины. Она знала, кто конкретно посватается к ней, и что вождю будет очень сложно, не допустить этого союза. Даже ради Абигейль.

Её покойный отец был названым братом вождя Иона, и тот относился к Эбби, как к дочери.

Его же главный воин Герберт, почитаемый, как самый сильный и смелый среди мужчин деревни, давно положил глаз на молодую красавицу, живущую на окраине селения у самой реки. И не было Эбби от него ни дня отдыха...

Словно подтверждая её невесёлые думы, позади девушки раздался лёгкий хруст подсохших веток. Эбби резко обернулась. Так и есть: из кустов подлеска к ней на лужайку перед домом вышел широкоплечий, высокий мужчина. Одежда на нём была лёгкая, мало что скрывающая. Ничем не прикрытые мускулы блестели под лучами полуденного солнца, подсвечивая его татуированную кожу на плечах и груди. Короткие штаны плотно обтягивали мощные бёдра, а кожаные наручи с ремешками обхватывали руки от запястья до локтя. Ритуальное ожерелье воина на шее блестело металлическими пластинами.

Он приближался к ней неспешно и вальяжно. Его движения были плавными и выверенными, словно большой дикий зверь вышел на охоту. Только Эбби уже давно привыкла к его манере и не верила этой показной расслабленности. Степенность и некая леность – всё это были обман.

Опаснее самой ядовитой змеи, живущей в дремучей чаще леса, было только одно существо на свете, и оно сейчас приблизилось к девушке вплотную.

Герберт никогда и никому ни в чём не проигрывал. Об этом знали не только в их деревне, но и в соседних. В этом на собственном опыте убедилась и Абигейль. Как бы она ему ни отказывала, чтобы ни говорила, мужчина методично продолжал кружить вокруг неё, как коршун вокруг добычи. Только вот становиться его «лакомством» Эбби не собиралась!

— Ты сегодня поздно, — сказала девушка равнодушно.

— Что я слышу? Неужели лёд твоего сердца растаял, и ты ждала меня? — воодушевился Герберт.

— Пф! Ещё чего! — не повелась на провокацию Эбби. — Думала, что уже и не явишься, а ты всё-таки пришёл, — закончила она, нарочито тяжело вздохнув.

Ну вот как отвадить этого мужчину? Эх, была бы хоть мама или отец живы, а так... Только и остаётся строить из себя взрослую и самостоятельную, иначе уже давно бы в свой шатёр уволок.

— Может, ты уже перестанешь меня отталкивать? — его тон стал серьёзным, а сам он внезапно оказался непозволительно близко. Миг – и вот уже её миниатюрная ладонь исчезла в большой мужской лапище. Чёрные словно смоль волосы свисали тонкими змеями ему на лицо, а прищур глубоко посаженных тёмных глаз прожигал миловидное личико Эбби, вызывая неприятную дрожь во всём теле. — Тебе никуда от меня не деться. Я лишь даю тебе время свыкнуться с этой мыслью. Рано или поздно, но ты будешь моей.

Он говорил это тихим, скрипучим голосом, абсолютно уверенно и непоколебимо. Так ведут себя только те, кто полностью уверен в своей власти и безнаказанности. Нет, все вокруг знали, что Эбби находится под покровительством вождя, и ни о каком физическом насилии и принуждении не могло быть и речи. Поэтому-то Герберт и брал её измором!

Не подавать виду, что её пугает его напор, было ой как сложно! Интуитивно девушка старалась выглядеть перед этим мужчиной сильной и независимой. Она не покажет ему свою уязвимость! Он не насладится её слабостью!

— Я не хочу быть с тобой, пойми уже! — чуть громче, чем требовалось, ответила наконец Эбби. Волнение дало о себе знать, и она до боли сжала свободную ладонь в кулак, впиваясь острыми ногтями в нежную плоть. Это слегка отрезвило. — Ты стар для меня! — прибегла девушка к очередному аргументу.

Эти слова ему не понравились. Он перехватил Эбби за руку выше локтя, притянул её к своему твёрдому, как скала, телу и, сузив глаза, прошипел ей в лицо:

— Ни один сосунок, что пускает на тебя слюни, не сможет дать тебе того, что могу я! Ни один из них не выстоит со мной в бою и двух минут! Ты будешь в довольстве и безопасности. Что тебе ещё надо? — не сдержавшись, Герберт чуть резче, чем следовало, дёрнул её руку, встряхивая Эбби, словно куклу. Голова девушки дёрнулась, и она вскрикнула от лёгкой боли. — Ответь мне!

Не на шутку разозлившись, мужчина не сумел в этот раз обуздать свои чувства и, совершенно не думая о последствиях, прижался своим жадным ртом к полураскрытым девичьим губам.

На секунду Эбби замерла, опешив от неожиданности. Да как он посмел?! Всем известно, что подобное обращение с девушкой до свадьбы недопустимо! Мерзавец!

Что-то тёмное и страшное всколыхнулось у неё в душе. В этот момент невиданная сила буквально вопила внутри неё: «Чужой!».

Сжимая рот изо всех сил, девушка сопротивлялась его напору, а затем со всей силой наступила мужчине на ногу. От неожиданности он охнул и разорвал поцелуй. Только этого ей и требовалось. Быстро вскинув руку с измельчённым в пыль порошком жгучего перца, она бросила ему в лицо сгусток жалящего вещества.

Как он завыл!

— Проклятье! Что ты наделала?! — ревел Герберт, растирая глаза руками, тем самым ещё больше причиняя себе боль. — Ведьма!

— Не я ведьма, а моя бабка! Помни об этом, когда в следующий раз решишь взять то, что тебе не предлагали! — вскричала Абигейль и бросилась испуганным зайцем в сторону лесной чащи.

В это мгновение Эбби была безумно благодарна давнему совету умершей бабки: всегда носить с собой в кармане мешок красного перца. «И зверя дикого отпугнёт и мужа ретивого остановит» — говорила она, и как же была права!

Это на словах и поступках она была смелой, а на самом деле... Сердце бешено колотилось в груди от испуга, руки подрагивали, а ноги едва слушались свою молодую хозяйку, унося её прочь от обидчика.

«Почему я?! За что это мне?!» — билась отчаянная мысль у неё в голове, а на глазах наворачивались слёзы.

Не разбирая дороги из-за слёз, девушка неловко оступилась и кубарем скатилась с пригорка. Последнее, что она помнила, это был окрик незнакомого человека: «Осторожно!», а дальше наступила темнота.

Когда Эван увидел, как девушка кубарем скатилась с холма, все его инстинкты просто кричали ему: «Беги! Спасай!». Быстрее ветра он полетел к незнакомке на помощь. Конечно, он понимал, что рискует, обнаруживая своё нахождение на чужих землях перед селянкой, но какой у него был выбор? Вдруг она серьёзно пострадала, и ей нужна помощь?

Подлетев к подножью холма, Эван опустился на колени рядом с неподвижным телом девушки. Надо сказать, таким привлекательным и сильным на вид телом, а главное, выпуклым во всех нужных местах, что в паху резко запульсировало и стало тесно.

Да что это с ним? Он что красивых девиц никогда не видел? Да, у него в деревне таких десятки!

«Нет таких в нашей деревне» — прошептал противный внутренний голос. Только Эван не знал, кому он принадлежал. Его разуму или его второй сущности?

О том, что Эван не такой, как все, знали немногие, но молва уже разбежалась далеко за пределы их равнинных земель.

Внезапно порыв ветра донёс до него умопомрачительный запах, от которого закружилась голова и резко потемнело в глазах. Эван глубоко вздохнул, пробуждая в себе скрытые способности, отличные от обычного человека, и едва не задохнулся от восторга! Так умопомрачительно пахла она! Красивая незнакомка!

В этот миг девушка показалась ему сказочно прекрасной! Её пшеничного цвета волосы были лишь на тон светлее, чем у него самого. Нежные черты лица так и манили к ним прикоснуться.

«Неужели это она? – билась в его голове внезапная мысль. – Подарок Луны?!»

Мужчина уже потянулся кончиками пальцев к её нежной на вид коже, как внезапно девушка распахнула глаза и взглянула на него огромными ярко-голубыми глазами. От неожиданности Эван замер, так и не опустив руку. С точки зрения лежащей в траве девушки, выглядело это должно быть странным, поэтому действовать и соображать ему пришлось быстро!

— Не бойся. Я лишь хочу посмотреть, нет ли у тебя травм, — он полушёпотом вытолкнул из пересохшего горла слова и нежно прикоснулся сначала к макушке, а потом к виску девушки. Незнакомка замерла, не дыша. Она не сопротивлялась, а лишь внимательно следила своими удивительными глазами за его действиями. — Поверни голову, — чуть громче распорядился Эван, — крови нет, но сила удара может проявиться позже. Как ты себя чувствуешь?

— Кто ты? — спросила незнакомка, и её голос в тишине поляны прозвучал для его ушей мелодичной музыкой.

— Меня зовут Эван. Я охотник, — в подтверждении своих слов молодой человек достал с земли брошенный ранее лук и наглядно продемонстрировал его, повертев в руках.

— Ты не из наших земель. Ты знаешь, что нарушил границу?

— Теперь да, — улыбнулся мужчина, — но не мог же я оставить тебя лежать бездыханную прямо в поле!

Девушка молчала, о чём-то напряжённо размышляя, и Эван решил вмешаться:

— А тебя как зовут? И куда ты так резво бежала?

— От кого, — поддавшись сиюминутному порыву, буркнула себе под нос незнакомка, а затем, словно опомнившись, встрепенулась и села. — Меня зовут Абигейль, можно просто Эбби. Спасибо, что не бросил меня одну, но мне уже пора возвращаться.

Девушка резко попыталась встать на ноги, но что-то пошло не так. Эбби внезапно покачнулась, и Эвану пришлось обхватить её руками. Прижимая её соблазнительное тело к своему, мужчина испытал не с чем ни сравнимый восторг! Словно он давно что-то безуспешно искал и наконец-то это нашёл!

Абигейль тоже что-то почувствовала. По тому как у неё удивлённо распахнулись глаза и участился пульс, Эван понял, что и Эбби не осталась равнодушной.

— Ты занята? — серьёзно спросил мужчина.

Если у неё есть муж и семья, то что ему делать? Украсть ту, ради которой сильнее стало биться сердце, и развязать войну между их поселениями? Вот это он попал!

— Нет, — напряжённо выдохнула Эбби, а затем упёрлась ему в предплечья и постаралась оттолкнуть. Если бы он не поддался её напору, то у Эбби не было бы и шанса вырваться из его цепких объятий, но пугать красавицу точно не входило в его планы!

— Не бойся меня, — как можно более миролюбиво и с улыбкой сказал Эван, выпуская её из своего захвата и отходя от Эбби на пару шагов. — Ты очень красивая, — непроизвольно вырвалось у него.

— Спасибо, — смущённо пробормотала девушка и склонила голову, пряча окрасившиеся румянцем щёки.

— Кто твой покровитель? Отец, брат? — продолжал допытываться мужчина.

Эбби вскинула на него изумлённый взгляд, сразу сообразив, к чему он клонит.

— Я сирота, но...

— Значит, вождь, — кивнул молодой человек своим думам.

— Послушай, ты меня совсем не знаешь, — начала быстро тараторить девушка.

— А ты меня, — обворожительно улыбнулся Эван, — но это же можно исправить, так?

Он создавал для неё иллюзию выбора, хотя его вторая сущность уже рычала от нетерпения внутри и нервно дёргала когтистыми лапами, пытаясь выбраться наружу и «познакомиться» с этой очаровательной находкой.

Что с ним такое? Никогда у него не было столь бурной реакции на симпатичное личико! Даже к Дее он относился с меньшим трепетом и интересом!

— Что ты имеешь в виду? — любопытство этой милой красотке было не чуждым, и Эван внутренне порадовался такому исходу.

— Встретимся здесь завтра?

— Завтра? Зачем?

— Я научу тебя бегать и не падать, — задорно подмигнул Эван, вызывая на лице девушки смущённую улыбку.

Абигейль, 19 лет, сирота

Эван, 27 лет, первый оборотень

Герберт, 42 года, первый воин

Быстро перебирая ватными ногами, Эбби почти бежала через лес, направляясь обратно к дому.

Что за день-то сегодня такой? Двое мужчин, две совершенно неожиданные встречи и два совершенно противоположных чувства всколыхнулись в груди после каждой из них.

От Герберта ей хотелось спрятаться и никогда не попадаться ему на глаза, а вот Эван...

Она впервые почувствовала себя в безопасности рядом с молодым воином. Не то чтобы её кто-то обижал в их селении, но молодых, наглых парней, охочих до внимания юных дев, хватало, и Эбби не раз приходилось сталкиваться с назойливым вниманием. Хорошо, что вождь, фактически объявил её своей названной дочерью после смерти родителей, а то бы ей пришлось помимо Герберта отваживать и других ухажёров!

Старый Ион недолго продержит власть в своих руках, и на его смену придёт более молодой воин. Все прочили на место нового вождя его старшего сына Рига, но Эбби не верила в его победу. Ведь чтобы стать лидером их небольшой общины недостаточно родиться в правящей семье. Любой воин может оспорить данное от рождения право и вызвать преемника на Поединок Силы.

Как и все вокруг, Абигейль знала, что Герберт не любит проигрывать... Странно, что он до сих пор не посчитал нужным сместить Иона. Неужели искренне ценил и уважал своего вождя?

Рассуждая об интригах среди правящих мужей, Эбби невольно вернулась мыслями к новому знакомому. От молодого охотника исходила такая невероятная сила и уверенность! Эбби была уверена, что Эван даже не подумал бы вызывать на поединок немощного вождя!

Ласковый взгляд серых глаз молодого человека блестел жёлтыми бликами в ярких лучах солнца, а его белоснежная улыбка согревала Эбби получше летнего зноя. Весь его облик был приятен, как и его манеры. Никогда ещё Эбби не чувствовала такого внезапного интереса к незнакомому мужчине! 

Она уверяла себя, что вид его бугристых мышц на руках, проступающих сквозь плотное полотно рубахи, и ширина плеч ничуть не повлияли на её восприятие, но куда там... Этот воин был очень привлекательным! Мужественный, спокойный, с плавной грацией гордого хищника. Его волосы цвета спелой пшеницы были слегка темнее, чем у самой девушки, а глаза всё время сверкали и с интересом изучали её лицо. От такого пристального внимания даже становилось неловко!

Когда Эван на прощание взял её за руку, Эбби едва не подбросило на месте от ярчайшего импульса, прострелившего всё её тело! Его пальцы были покрыты небольшими мозолями, явно от лука или другой работы с оружием, но осторожное прикосновение было таким лёгким и нежным, что невольно захотелось попросить его прикоснуться ещё.

«Да что же это со мной!» — Эбби остановилась на середине тропы и топнула ногой от досады.

Эти самые ноги едва не подвели свою хозяйку, отозвавшись на невинный жест мужчины мелкой дрожью. А что бы она почувствовала, если бы Эван её поцеловал?

Фантазии о таких откровенных и постыдных вещах привели Абигейль в ещё большее смущение, и она приложила ладони к полыхающим щекам.

«Так дело не пойдёт! Я не могу довериться первому встречному! Что он там говорил о свидании? Я никуда не пойду и не подвергну себя напрасному риску!» — рассуждала она, резво подобрав подол платья и ускоряя шаг.

Тем же вечером, стоя у наполненной лохани с тёплой водой, Эбби размеренно перебирала вымытые волосы, поливала их ароматическим отваром трав и думала о том, понравится ли этот запах одному конкретному мужчине.

Следующее утро наступило быстро, тем более что выспаться как следует ей так и не удалось. Всю ночь во сне её преследовали жёлтые глаза таинственного зверя. Они не угрожали, не пугали, просто с интересом наблюдали за Эбби, не давая скрыться от своего чрезмерного внимания. Раньше у неё никогда не было таких загадочных и ярких снов! После пробуждения невольные воспоминания о ночном «приключении» вызывали у Эбби настороженность и зябкий озноб.

«Неужели её судьба нашла её? Скоро она встретит желтоглазого?»

Нервно теребя и комкая край платья, Эбби привычным движением уселась на стул и невидящим взглядом уставилась в окно.

«Помни, внучка, твоя судьба придёт к тебе. Он будет самым сильным и смелым! — говорила ей бабка. — Ты узнаешь его по жёлтым глазам. Они будут гореть для тебя!»

Эти слова прочно засели в разуме тогда ещё маленькой девочки, а потом стали для неё неким ориентиром в жизни. Возможно, поэтому она и не подпускала к себе никого из мужчин. Эбби ждала своего «желтоглазого», что бы это ни значило.

«Жаль, что у Эвана глаза серые...» — внезапно кольнуло её горечью сожаления.

Но ведь она свободная девушка, и никто не запрещает ей общаться с понравившимся юношей? В таком случае пока её желтоглазый где-то затерялся на пути к своему счастью, она скрасит своё одиночество общением с Эваном!

Решив так, Эбби бодро вскочила на ноги, схватила плошку с зерном и пошла в курятник совершать обмен: горсть еды за свежевысиженные яйца. Своему верному помощнику и другу – ослику Бруму – она тоже захватила завтрак.

После того как все были накормлены, она привычно занялась работой на мельнице. Конечно, девушке было тяжело одной с этим справляться и приходилось делить мешок зерна надвое, чтобы аккуратно пересыпать содержимое на жернова, но она не жаловалась. Ради свободы и самостоятельности Эбби мог вынести и не такое!

Зато после довольно тяжёлой и изнурительной работы она могла похвастаться отменными силой и выносливостью! Не каждая девушка могла сравниться с ней в этом. Хотя кому нужны были её сила и ловкость? Для этого у них в клане были обученные воины.

Время неумолимо набирало бег, и вот уже полуденное солнце стало спускаться с точки зенита. Если Эбби и правда собирается встретиться со своим новым знакомым, то ей уже пора собираться!

Спустившись с верхнего уровня мельницы, где в основном она проводила своё дневное время, запуская зерно в рог для помола, она отвязала ослика и повела его в сарай. Благодаря Бруму ей не приходилось таскать на своём горбу тяжёлые мешки, за что она была ему искренне благодарна.

Ещё её отец наладил удивительную систему подъёмных креплений из прочных канатов, благодаря которой, любой даже самый хилый работник, смог бы поднять мешки с зерном наверх. У Эбби же функцию тягловой силы выполнял Брум. Самый послушный и милый ослик на свете!

Перекусив и освежившись, Эбби выскочила на крыльцо и буквально впечаталась в мощное мужское тело. Терпкий запах чужого мужчины внезапно окутал девушку, а сильные руки жадно сомкнулись у неё на талии.

— Неужели ты спешишь ко мне, Абигейль? — прошептал ей на ухо Герберт.

От неожиданности и внезапной близости с воином она замерла. Её мысли хаотично искали предлог ускользнуть от нежеланного визитёра, но паника уже стала клубиться и закручиваться внутри неё, не давая рассуждать связно.

— Я... Нет... Мне нужно... — слова так и не находились.

— Куда ты собралась? — он неожиданно отклонился и пристально прошёлся по ней придирчивым взглядом от макушки до кончиков начищенных ботинок. Эбби надела чистое платье и заплела густые волосы в косу, а больше ей и не во что было наряжаться. Что могло вызвать его подозрение? — Тебя кто-то ждёт?

— Да! — внезапно пошла в наступление Эбби. Её буквально подкинуло от злости! Вся растерянность и неуверенность мгновенно растворились, выжигаемые протестом от вмешательства в её жизнь! — Меня ждут! Меня всегда кто-то ждёт! Тиму нужно два зерна муки для пекарни, Марли просила цыплят от моих кур, Берти... — запальчиво начала перечислять Эбби.

— Я не об этом! — резко и злобно рявкнул на неё Герберт. — К тебе кто-то посмел проявить интерес?!

Его режущий взгляд тёмных как ночь, глаз сквозь подозрительный прищур буквально препарировал девушку, но она не повелась на его угрозы. В этот раз, несмотря на страх, она собрала в кулак всё своё мужество и упрямо смотрела в глаза «противнику». Пока их не обвенчали перед советом старейшин, он ничего не может с ней сделать!

***

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в увлекательный приключенческий роман с драконами, магией и романтическим сюжетом

 Я была успешным топ-менеджером крупного отеля, пока агент Бюро с интригующим названием не предложил мне спасти мир! И я в шутку согласилась.
Только вот из ресурсов у меня лишь саркастичный домовой Кузя из ДикоЯгодного сундучка, удивительный мальчик Егорка да моя собственная песцовая шуба. Эх, где наша не пропадала!
В общем, готовьтесь, на арене Прекрасный русский песец!‍‍

После встречи с девушкой Эван быстро покинул чужие земли, хотя его внутренний зверь так и рвался последовать за златовласой красавицей.

Зверь... Сколько перемен в его жизни случилось после обретения второй сущности!

Маленький мальчик с жёлтыми глазами вырос, заматерел, и теперь никто в деревне не смел косо смотреть или сыпать угрозами в его сторону! Но не потому, что все боялись, нет... Юный Эван очень серьёзно воспринял напутствие отца, которое тот произнёс после посещения шаманки в соседней деревне.

19 лет назад

Старая Мушта, сидела на полу своего шатра так близко к пылающему очагу, как только можно. Облачённая в несколько шкур, шаманка ёжилась от завладевшего её телом холода. Годы шли, и конец её пути близок. Этот холод был лишь одним из предвестников скорой встречи с богинями. 

Перед ней на полу, подогнув под себя колени, сидел мужчина. Он был невысоким, но крепким и сильным. Взволнованный взгляд, напряжённо поджатые губы, морщинка меж бровей и сжатые в кулаки ладони – всё в нём выдавало волнение за своего единственного дитя. И Мушта отлично его понимала.

Не желая мучить и дальше этого крестьянина неизвестностью, старая шаманка заговорила:

— Твой сын - перворождённый сын Луны! Благословите его на праведные дела, как богиня Луна благословила его своим вниманием, даровав ему небывалую силу!

— И что это за сила? Что ему с ней делать? Какую плату богиня назначит за такое благо? Да, и благо ли... — у Томаса была масса вопросов, которые терзали его отцовское сердце.

— Своим сынам Луна приготовила небывалый дар: встреча с истинной любовью. Это будет нерушимый союз, охраняемый самой Луной! — подняв палец, благоговейно прошептала Мушта.

— И где ему искать эту истинную?

— Придёт время, и он всё поймёт сам. Помните, только достойные сыны будут обласканы этим даром, кто же прогневит богиню и будет использовать свои способности во вред – будет проклят!

Мужчина отшатнулся от взметнувшегося вверх кулака шаманки и с тревогой вгляделся в безумные глаза старухи.

— Иди домой, Томас, и воспитай из мальчика достойного мужа! — напоследок напутствовала его Мушта.

Она видела, что у этого мужчины чистая, благородная душа и доброе сердце, а значит, и сын его вырастит хорошим человеком.

«Моя внучка будет счастлива с таким мужчиной. Спасибо тебе, Луна!» — возвела она очи к небу.

Там, в далёком тёмном пространстве мироздания, мерцали первые звёзды, начинающие загораться в вечерних сумерках. Одна звезда внезапно вспыхнула небывалым жёлтым светом и спустя пару секунд погасла. Богиня Луна приняла благодарность старой Мушты.

***

Бедный Томас! Он шёл домой вдоль колосящегося пшеницей поля. Ночная мгла, ярко освещённая Луной, расступалась перед ним, словно указывая дорогу. Томас не знал, что ему делать. Благодарить богиню? Сетовать на судьбу или безмолвно принять свою участь? Одно было ясно: выбора им никто не предоставит.

— Я никому не позволю обижать своего сына! — сжимая кулаки, прокричал он в темноту ночи.

Немного сбросив скопившееся напряжение и тревогу, он стал рассуждать и думать, как бы повернуть эту ситуацию с выгодой для Эвана. И кажется, нашёл ответ!

Стоило уставшему и замёрзшему мужчине (путь до шаманки был неблизкий, да и ночь была на удивление холодной) переступить порог своего дома, как его окутало уютное тепло. Тлеющие в камине дрова мягким светом освещали главную комнату, на столе в углу стоял завёрнутый горшочек с едой. Его ждали, о нём позаботились, и он должен позаботиться о своей семье!

— Томас? — голос Марты тихим шелестом прозвучал из-за шторки, ведущей в комнату сына.

Спустя миг жена вышла к нему, судорожно комкая пальцы на руках.

— Ну что? Ты нашёл шаманку? Что она сказала?

Тяжело вздохнув, Томас прошёл в сторону уборной, а когда вернулся, уселся за стол. Марта тут же начала выкладывать на блюдо ещё тёплое рагу, которое поставила перед мужем на стол. Она села напротив, обхватила себя дрожащими руками за плечи и с нарастающим беспокойством наблюдала, как Томас быстро орудует ложкой. Его молчание только увеличивало нервозность!

Насытившись после долгого пути, муж откинулся на спинку стула и пристально глядя в глаза супруге, пересказал свой разговор с Муштой.

— И что же нам делать? — голос жены дрогнул.

Она переживала, не меньше Томаса. Если бы можно было отмотать время вспять и избежать «проклятья», изменившего её сына? Но это не под силу даже богиням.

— Мы воспитаем из него достойного человека, Марта. Мы же этого с тобой и хотели? — ободряюще улыбнулся мужчина, а затем поднялся со стула, подошёл к жене и, обхватив за округлые плечи руками, приподнял со стула. — У нас чудесный сын, который вырастит и станет достойным воином. — глядя прямо в наполненные слезами глаза Марты, проникновенно заговорил Томас. — А теперь пойдём спать, я очень устал.

Женщина не стала спорить, а лишь прижалась к тёплому боку супруга и позволила увести себя в спальню. Им предстояло о многом подумать и научиться жить с новой реальностью. Пока они есть друг у друга, маленький Эван не будет одинок. Сейчас же пришло время показать мужу, как сильно она по нему соскучилась...

А утром Томас уже знал, что скажет своему восьмилетнему ребёнку:

— Запомни, сын, ты наделён неведомой силой, дарованной самой богиней. Луна благословила тебя! Ты должен использовать эту силу во благо, и тогда богиня наградит тебя.

— Чем папа? — глаза юного Эвана засверкали предвкушением и интересом.

— Она дарует тебе истинную любовь.

— Любовь? — переспросил удивлённый мальчик.

— Девушку, которую ты будешь любить всей душой, и которая будет любить тебя.

— Фу! — скорчил недовольную мордашку Эван. — Девчонки такие капризные! Я не хочу девочку! Я хочу настоящий меч! Такой, как делает отец Илса!

Марта и Томас едва сдержали улыбки, переглянувшись. Какой же он всё-таки ещё ребёнок!

Немного помолчав, отец продолжил:

— Не переживай, Эван, у тебя ещё будет меч. Возможно, и не один. Главное, сын, помни, что я тебе сказал: только праведные поступки! Нельзя подвести её доверие и использовать силу со злым умыслом!

— Я понял тебя, отец! — с серьёзным видом кивнул мальчик и нахмурил тонкие светлые бровки на симпатичном личике.

Девять лет назад.

Те напутственные слова глубоко отложились в гибком, полностью открытом этому удивительному миру, сознании ребёнка. И все годы после того судьбоносного разговора Эван старательно доказывал соплеменникам свою нужность, полезность, а главное — нежелание вредить окружающим его людям.

Тренируясь военному делу наряду со всеми, он показывал невиданные в его годы силу, ловкость и манёвренность. Не было воина в округе, ни старого, ни молодого, способного одолеть Эвана. И это в его пятнадцать лет!

Кроме этого, юный Эван обладал добрым сердцем и мягким нравом. Все дети деревни тянулись к нему, как старшему другу, брату и соратнику. Стоило тому выйти на улицу, как к желтоглазому парнишке (свечение глаз всё чаще пробивалось сквозь естественную радужку глаза) со всех ног бежали соседские ребятишки. Он никогда не отказывал им во внимании, привечая добрым словом, и часто вступал с ними в шутливые баталии, давая себя одолеть.

Так и рос Эван в мире и согласии в своём селении, пока однажды их с отцом не пригласил к себе с визитом их вождь – Закарий.

В тот день ярко светило солнце, отец, как обычно, собирался идти в поле, а Эван готовился поразить своей меткостью всех зевак на стрельбище, когда к ним в дом неожиданно пришёл посланник вождя.

— Здравствуй, Томас! Закарий желает видеть тебя и юного Эвана.

Отец в задумчивости почесал отросшую бороду, внимательно посмотрел на сына, а потом ответил:

— Передай вождю, что мы скоро будем.

Томас уже развернулся и направился в сторону их с Мартой комнаты, когда вдруг кое-что вспомнил и посмотрел на сына:

— Эван, снимай свою амуницию, на сегодня стрельба из лука отменяется.

— Ну, пап!

— Ты знаешь, где лежат чистые рубахи.

Марты не было дома — она пошла помочь проведать заболевшую соседку. Томас чудом вспомнил о проявлении должного уважения при встрече с вождём и проследил за внешним видом сына. Сам он тоже достал чистую рубаху, новые штаны, кожаные сапоги для охоты и переоделся.

Подойдя к большому бревенчатому дому главы их деревни, Томас крепко сжал плечо сына, словно говоря: «Тебе нечего бояться, пока я рядом!». И неважным в тот момент было то, что его Эван в одиночку может одолеть половину войска Закария! Томас был, есть и будет отцом этому удивительному ребёнку!

Томас не понимал причины такой внезапной встречи, ведь после посещения старой шаманки он давно поведал обо всём своему вождю. Теперь они с сыном недоумевали, зачем они так внезапно понадобились Закарию?

Поднявшись по крутым ступеням широкой лестницы, они вошли в просторную залу. У дальней стены на возвышении стоял длинный, накрытый скромным угощением стол, за которым восседал их вождь. Справа чернел своим зевом погасший камин, а над ним вилась деревянная лестница, ведущая в хозяйские комнаты. Слева сияли узкие высокие окна, пропуская в комнату яркие солнечные лучи утреннего солнца. Светлое дерево отполированных брёвен, из которых был построен дом вождя, мягким свечением отзывалось на солнечную «ласку». Больше в комнате никого не было.

— Томас, Эван! — приветствовал их радостным возгласом уже немолодой, но довольно крепкий мужчина. — Проходите скорее! Полли приготовила отличную кашу с тыквой, попробуйте!

Русые волосы белели седыми прядями, при каждой улыбке в уголках глаз собирались сеточки морщин, но взгляд опытного, умудрённого годами мужчины, был ясен и проницателен.

— Спасибо, Зак, — по-простому обратился к нему Томас. А как ещё он должен был называть своего старшего брата? Пусть и не по крови, но по духу. Ещё когда они были мальчишками, случай на охоте заставил навсегда породниться душами и клинками этих бравых мужей. Так уж сложилась судьба, что один из них предпочёл вести мирную жизнь, работая в поле, а другой водрузил на свои могучие плечи тяжёлый груз ответственности за всю деревню. — Зачем ты нас позвал?

— Так если вас не привести под конвоем, вы и нос не кажете! Я, может, соскучился по племяннику?

— Тренируя его каждый день на стрельбище? — Томас недоверчиво воззрился на вождя и демонстративно сложил руки на груди, показывая всю степень «доверия» к словам Закария. — Попробуй ещё раз, брат.

Это была откровенная провокация. Закарий уже и забыл, что Томас был отменным мастером вызывать в нём самые бурные эмоции! Металлические накладки на груди позвякивали при каждом его движении, кожаные ремни натянулись на напряжённом теле, но «взрыва» не последовало. Они уже не юные мальчишки, чтобы понапрасну сотрясать воздух.

Вождь вытер рот тыльной стороной ладони, недовольно цокнул языком, а потом, смирившись с неизбежным, выдохнул и шокировал присутствующих фразой:

— Я хочу, чтобы Эван стал моим преемником.

— Что? — в один голос ахнули потрясённые отец и сын.

— Что слышали! — недовольно рявкнул Зак. — И не делайте такие удивлённые лица. У меня нет сына, Томас, но есть дочь. Дея дружна с Эваном, из них может получиться отличная пара! Он станет следующим вождём, а я смогу умереть со спокойной душой, зная, что моя малышка осталась под присмотром.

Истина в словах Закария безусловно была. Только вот Томас не мог согласиться на такое условие, он помнил наставления старой Мушты.

Эван бросил вопросительный взгляд на отца, и тот кивнул ему. Юноша давно чувствовал себя уверенно в обществе Зака. Тот с детства относился к нему по-доброму, словно к названному сыну, а уж сколько боёв они провели на тренировке, не счесть! Эван искренне любил и восхищался Заком и никогда не забывал выказывать ему своё почтение и уважение. Сейчас же речь шла о будущем Эвана, поэтому и ответ держать ему придётся самому.

— Закарий, — сделав шаг вперёд, начал Эван, — я очень признателен тебе за оказанное доверие и веру в меня, но я не могу согласиться на твоё условие.

— Почему? — нахмурился Зак.

— Потому что Луна обещала мне истинную. Я не могу жениться ни на ком, кроме той, что предназначена для меня богиней. Даже на твоей дочери.

Закарий в задумчивости положил сильные ладони на стол, переплетая пальцы, пожевал губу, кивнул каким-то своим мыслям и, тепло улыбнувшись, вновь поднял взгляд на Эвана:

— Тогда, парень, как только ты встретишь свою истинную, приходи ко мне, и я сам её для тебя посватаю! — пообещал названный дядя, разряжая напряжённую атмосферу, что искрилась в воздухе.

Томас выдохнул с облегчением, потрепал пшеничного цвета макушку сына и с благодарностью посмотрел на Зака:

— Спасибо, брат.

— Не за что, Том. Помолвки с Деей не будет, но придёт срок, и твой сын сядет в это кресло, — уверенно изрёк Закарий.

«Сколько пророчеств на голову моего бедного сына!» — с привычной тяжестью на сердце вдруг осознал Томас.

Быстрым шагом рассекая колосящееся поле, Эван устремился в сторону родной деревни. Ему не терпелось поговорить с Закарием, и поэтому он бессовестно срезал путь через пшеничные посевы, приминая к земле едва окрепшие ростки.

Вот и настал тот день, когда «желтоглазый мальчик», как прозвали его в деревне и за её пределами, попросит у Зака благословение. Естественно, родительское слово для него было не менее важным, но Зак занимал особенное место в сердце когда-то юного напуганного мальчика, а затем и взрослого мужчины, которого он превратился.

Едва завидев заострённые колья, ограждающие их селение, Эван остановился и с удовлетворённым вздохом запрокинул голову назад, любуясь голубым небом. Внезапно у него на душе поселилась удивительная лёгкость. Когда больше половины жизни растёшь и взрослеешь с осознанием, что для тебя приготовлен «подарок», хочется уже скорее его раскрыть и насладиться им. Проблема была лишь в том, где искать это сокровище и что делать, когда найдёшь. Сейчас же перед мысленным взором Эвана складывалась цепочка необходимых действий, способная дать ему желаемое. Для него всё было чётко и ясно.

Едва его нога, обутая в кожаный сапог, коснулась нижней ступени огромного крыльца, как массивные двери с тихим скрипом  отворились. Из недр добротного деревянного дома, где жил вождь выпорхнула миниатюрная девушка. Её распущенные каштановые волосы сверкали на солнце, а глаза радостно заблестели, стоило ей увидеть гостя:

— Эван! Наконец-то! Я весь день тебя ищу! Где ты пропадал?

Подол коричневого платья взметнулся при резком движении — держась за перила, она резво стала спускаться ему навстречу. Это была Дея — подруга детства, несостоявшаяся невеста и дочь вождя. Он искренне любил её...

— Ну, что же ты молчишь? Чем ты был так сильно занят всё утро?

Эван невольно отметил румянец на щеках и бегающий из стороны в сторону взгляд Деи. Веснушки на её аккуратном вздёрнутом носике, покрывающие её бледную кожу, проступали ярче, чем обычно.

— В чём дело? Я был занят, — уклончиво ответил мужчина. Те дела, что он обсуждал с вождём и благодаря которым встретил свою истинную, касались только их двоих. Пусть Зак сам решает, стоит ли посвящать в них дочь. Эван этим заниматься точно не будет! — Отец на месте?

Девушка слегка смутилась. Это было ей крайне несвойственно, и Эван нутром почувствовал, что сейчас произойдёт нечто, что ему совсем не понравится. Так и оказалось.

— Эван, я давно хотела тебя спросить, — лёгкая заминка в обычно быстрой, даже слишком говорливой речи Деи заставила его не на шутку напрячься, — ты пойдёшь со мной на праздник Первой жатвы?

Вот оно! И в этот раз чутьё зверя сработало безотказно!

— Прости, Дея, я не могу, — ответил он твёрдо.

Меньше всего мужчине хотелось причинять ей боль, но он не мог и не хотел соглашаться на её просьбу. Особенно сейчас.

— Ну, почему, Эв? Я ни к чему тебя не обязываю. Это всего лишь праздник!

Она так наивно хлопала ресницами и с таким ожиданием заглядывала ему в глаза, что не встреть он истинную буквально пару часов назад, непременно бы поддался на уговоры! Да и какой молодой воин сумел бы отказать, когда такая привлекательная девушка, дочь самого вождя, прямым текстом зовёт его на свидание!

Всем было известно, чем обычно заканчивается этот праздник... Наутро всегда звучат несколько объявлений о помолвке, а спустя положенный срок деревня закономерно пополнялась новорожденными.

В их краях принято не осуждать и не ругать молодых за излишнюю прыткость в ночь Первой жатвы, ведь всем известно, что, лишив девушку невинности в эту ночь, ты будешь обязан связать с ней свою судьбу. Это был удачный предлог пожениться, если вдруг родители молодых были против. Причём, «тесные» отношения среди девушек и юношей до вступления в брак считались аморальными и даже позорными! Вот такой странный обычай существовал у них в краях. Хотя бывали и другие случаи...

— Хватит! Это не осуждается, — внезапно для самого себя рыкнул Эван.

Его зверь неожиданно вырвался на свободу, показав своё отношение к происходящему. Ему крайне не понравилось направление мыслей Эвана!

«Это что-то новенькое...» — взволновался воин.

Дея же от его грозного рыка просто шарахнулась в сторону и судорожно вцепилась руками в деревянные перила.

Сделав глубокий успокаивающий вдох и медленный длинный выдох, Эван отступил на шаг, чтобы не провоцировать своего зверя, посмотрел прямо на Дею и твёрдо произнёс:

— Я люблю тебя, Дея, но как сестру. Наше детство закончилось, и мы уже не можем как раньше быть всегда и везде вместе! Советую присмотреться внимательнее к твоим поклонникам.

— Но... — не теряя надежды, девушка протянула к нему свою тонкую ладошку.

— Никаких "Но", Дея! Ты видела, как ощетинился зверь внутри меня? Не провоцируй! Ни ты, ни я, не знаем, на что он способен, — добавил Эван чуть тише.

Какая же эта мука, не отвечать за свои действия и поступки! Быть всегда начеку и ожидать вмешательства второй сущности, что живёт внутри тебя! На его счастье и всех окружающих, внутренний зверь, живущий в мужчине, был вполне благоразумен и крайне редко вступал в конфликт с человеческой ипостасью. А уж после оборота, и вовсе транслировал Эвану блаженное довольство, словно не по лесу носился, приминая могучими лапами валежник, а в шкуре сытого кота спал под солнцем.

— Такого раньше никогда не было, — в задумчивости она закусила губу, и в этот момент многие мужчины, молодые и не только, с превеликим удовольствием согласились бы пойти с ней на праздник плодородия и не только! Тонкая талия, переходящая в округлые бёдра даже при маленьком росте и небольшой груди делала её очень привлекательной в глазах мужчин. — Что происходит? Почему ты меняешься?!

Дея ахнула, приложив сжатые кулачки к горлу, и с беспокойством уставилась на Эвана.

«Оттягивать неизбежное бесполезно, она всё равно узнает новость ещё до вечера» — подумал Эван и произнёс:

— Я встретил её, Дея.

— Кого её? — удивлённо моргая, спросила девушка. 

Она была так взволнована и одновременно опечалена его отказом, что совершенно не поняла масштабов произошедшей трагедии искренне не понимая о ком идёт речь. Что такого могло произойти с её милым Эваном за сегодняшнее утро? Почему он ведёт себя по отношению к ней так отчуждённо?!

— Свою истинную!

Дея отшатнулась от его слов, словно от ядовитой змеи, и судорожно сжалась в комок. Она зажала рот ладошкой, а её большие карие глаза цвет дикого мёда с серовато-зеленоватыми искорками, наполнились горькими слезами. Маленькая капля беззвучно скатилась по побледневшей щеке, прячась между ладонью и лицом.

Всё ещё зажимая рот рукой, Дея боялась позорно разрыдаться. От осознания произошедшего, девушке казалось, что ещё чуть-чуть и она начнёт задыхаться. Нехватка кислорода и раздирающая душу боль мешали взять себя в руки и с достоинством принять предначертанное. А ведь в её душе так долго теплился огонёк надежды...

— Прости, Дея. Я сожалею, что всё так вышло, — просипел Эван тихим голосом.

Ему было невыносимо причинять ей боль, хоть и ненарочно. Она прошла с ним «огонь и воду», отчуждение, признание, попытки использовать его дар и многое другое, а теперь ему пришлось сцепив зубы разбить ей сердце.

«Проклятье!»

Ободряюще сжав хрупкое девичье плечико на прощание, Эван быстрой прытью взлетел по крыльцу прямо к огромным резным дверям. Прочь от неё, прочь!

***

Старый воин уже не мог похвастаться силой и ловкостью в одряхлевшем теле, но к счастью разум его был по-прежнему ясным.

Закарий, как обычно в последние годы, всё своё время проводил, восседая на высоком деревянном стуле. Удобный «трон», обитый шкурами убитых им диких животных, стал ему роднее собственной кровати. Именно здесь, в этой комнате, он решал насущные проблемы своей деревни и выносил тяжёлые решения.

Сейчас же старый воин не мог найти себе места и весь извёлся в ожидании. Он и сам не мог понять чего ждёт с таким нетерпением. Сегодня с самого раннего утра, стоило ему отправить Эвана с секретным заданием на границу с южной деревней, сердце Зака было не на месте.

Вдобавок Дея, его единственная любимица-дочка, была сегодня непривычно возбуждена. Его внимательный взгляд не упустил деталей, и Зак, естественно, знал и видел, что в нежном девичьем сердце поселилась первая влюблённость, но не мог этому радоваться. Его душа, закостеневшая в теле воина, привыкшего принимать трудные, идущие порой против сердца, решения, болела. Закарий был бы необыкновенно счастлив, случись всё так, как он когда-то задумал, но Луна распорядилась иначе, и не ему роптать на богиню. Теперь очередь Деи. Его девочка должна смириться и, даст богиня, справиться с болью отвергнутой любви.

— Зак! — с громким возгласом ворвался в его обитель Эван, прерывая старческие размышления.

Несмотря на радость от его возвращения, вождь решил напомнить молодому воину о должном поведении в стенах этого дома.

— Чего ты орёшь? — резко одёрнул его Зак, напоминая себе ворчливого отца, который давно уж почивал в могиле. Недовольно поморщившись от столь нелестного сравнения, Зак решил сменить тактику. Он приветливо махнул рукой, приглашая названного племянника к столу, и уже более миролюбивым тоном сказал: — Проходи, рассказывай!

— Я её нашёл!

— Кого? — насторожился вождь.

— Истинную!

Это прозвучало как гром средь ясного неба.

«Неужели?.. Свершилось...» — с тоской подумал вождь, но отступать от данного когда-то слова он и не думал.

— Что же, поздравляю тебя, сынок, — мягко улыбнулся старый воин, — надеюсь, воля богини принесёт тебе счастье.

Закарий с лёгкостью держал на лице добродушное выражение, хотя в его душе внезапно поселилась грызущая нутро печаль. Человек, даже зная наверняка о предначертанном, не перестаёт надеяться. Так и Зак все эти годы лелеял в сердце надежду на союз Эвана со своей дочерью. Но шутки с судьбой шутить не стоит – зря он сомневался в силе богини.

Эван тем временем взлохматил пятернёй свои выгоревшие на солнце и без того светлые волосы, прошёл пару шагов взад-вперёд и, остановившись, вскинул взгляд на Закария:

— Она сирота, а значит, под опекой вождя.

— Хм-м-м... — шестерёнки в голове Закария зашевелились с бешеной скоростью, выстраивая в уме всевозможные сценарии, а также преграды и выгоды на пути к этому союзу.

— Не молчи, Зак!

— Цыц! — по-доброму осадил его вождь.

— Прости, — Эван покаянно склонил голову на грудь. Меньше всего он хотел своим нетерпением оскорбить вождя! — Я боюсь её упустить. Зверь внутри меня так и рвётся назад, еле сдерживаю, — признался он тихо.

Нелегко Эвану давались такие откровения. Каждый раз, стоило ему обнаружить что-то новое в своих способностях, перед ним мгновенно вставала ужасающая картина: семья и все остальные жители деревни отворачиваются от него, прогоняя прочь.

В моменты взросления с Эваном случались казусы: неконтролируемый выброс силы, случайный оборот, вырвавшийся звериный рык. Было нелегко. И ему, и родителям, и даже Заку. Многие в селении смотрели на него косо и предлагали изгнать. Только время изменило их мнение и отношение к юному Эвану, но тот детский страх до сих пор жил внутри, порой скребясь когтями, поскуливая и стремясь вырваться на свободу.

— Я тебя понимаю, Эван. Хоть я и стар, но мой разум ещё помнит дни и порывистость молодости. Моя бедная Эвридика... Я не просто так отказался привести в свой дом другую женщину. Я слишком сильно её любил, — с грустной улыбкой поделился Закарий откровением с молодым воином.

Вождь никогда и ни с кем не обсуждал внезапную смерть своей любимой супруги, даже с Томасом. Всю нерастраченную любовь и нежность он подарил своей единственной дочери — Дее, и ничуть не жалел об этом.

Стряхнув налёт грустных воспоминаний, Зак встряхнулся, словно старый пёс сбросил с себя прилипшую грязь, и уже совершенно иным тоном спросил:

— Так что ты узнал?

Эван быстро принял новое настроение вождя и чётко доложил о результатах своей вылазки:

— Следов северян нет, никаких оборонительных приготовлений южные не ведут.

— Так, так, так... Значит, мы ошиблись?

— Не думаю, вождь. Иргхам во всеуслышание объявил, что пойдёт на всё, чтобы истребить меня и мой народ. Предводитель диких северян дико напуган и мечется в своём страхе. Южные живут совершенно мирной жизнью, у них даже часовые на посту едва ли не спят! Я свободно прошёл мимо их дозорных, даже не напрягаясь.

— Может, у них некому организовать охрану должным образом?

— Я слышал об их военачальнике, кажется его зовут Герберт. Он второй человек в стане южных после вождя, а некоторые утверждают, что первый.

— А разве у Илса нет сыновей? — удивился Закарий.

— Есть, но сын сыну рознь. Должность вождя определяется Поединком силы, а не передаётся кровному родственнику.

Задумчиво пожевав губу, Зак изрёк:

— Когда ты хочешь нанести официальный визит в чужие земли?

— Как только соберу всё необходимое. Дня через три.

Закарий хмыкнул, ничуть не удивляясь такой прыти.

— А неофициальный? — сощурив проницательные глаза, вождь пристально вгляделся в лицо своего названного племянника.

— Завтра вечером, — после заминки признался Эван.

Этому Зак тоже не удивился, он лишь предостерёг молодого парня:

— Не теряй головы, мой мальчик, и не дай Луна, ты обидишь девушку... — это было сказано тихим, проникновенным голосом, обещающим невыносимые муки в случае неповиновения.

Такой тон за многолетнее управление вспыльчивыми мужами вождь отточил в совершенстве! Больше всего на свете Закарий не любил бессмысленную жестокость. Он сам лично карал тех, кто посмел причинить вред беззащитным: детям, старикам и женщинам. И старался научить Эвана тому же.

— Никогда! — с жаром воскликнул Эван. — Я готов жизнь за неё отдать!

— Ты сегодня впервые её увидел! — резонно возразил Зак.

— Поверь, вождь, этого было достаточно...

Свет, озаривший блаженное лицо названного племянника, который стоял едва ли не в тени просторной приёмной залы, развеял в старом наставнике все сомнения.

***

Жду ваши комментарии и звёздочки, они отлично мотивируют творческий процесс))