Песчинка на ветру

  2012 год
В свои семнадцать лет я была очень серьёзной. Настолько, что моя старшая сестра оставляла мне свою годовалую дочь и, вместе с мужем, уезжала на светские тусовки. А я садилась на веранде в огромное кресло-качалку, брала племянницу на руки, и мы с ней медленно качались, наблюдая, как догорает закат. Обычно вертлявая и беспокойная, Настена засыпала под кваканье лягушек и стрекот кузнечиков. Я слушала, как постепенно смолкают все громкие звуки, и поселок погружается в поздний летний сон.

Мне очень нравился добротный кирпичный дом, принадлежащий мужу моей сестры Ларисы – Артему. Поселок считался элитным и находился всего в пятнадцати километрах от столицы. Здесь каждый дом был построен по особому проекту. К нему прилагался огромный участок земли. Конечно, огороды здесь не садили. Дома окружали лужайки с растущими на них декоративными кустарниками, между которыми располагались беседки, ротонды и подобные им сооружения, предназначенные для отдыха хозяев. Некоторые дома имели бассейны. Нет. Неточное выражение. Большинство домов можно было смело называть дворцами.

Стоить заметить, что Артем вовсе не был беден. Его родители весьма успешно занимались мебелью. А он, как единственный наследник, имел хорошую часть дохода, работая в семейном бизнесе. Лариса или, как все её называли – Лора, тоже окончила институт по специальности мебельного дизайна и работала вместе с мужем. Теперь она несколько отошла от дел, занимаясь дочерью.

Наши родители собственного бизнеса не имели. Но были очень известными людьми в столице. Отец занимал высокую должность в городской администрации. Мама являлась заместителем начальника в налоговой инспекции.

А я этой весной окончила одиннадцать классов и подала документы на филологический факультет. Куда меня не взяли. Обычно родители помогают своим детям, если имеют такую возможность. В моем случае произошло все с точностью до наоборот. Никто не обрадовался моему выбору. В итоге, после настоящего семейного скандала, мои документы были отвезены в институт иностранных языков. Мне предстояло изучать английский и французский.

Через несколько дней после первого серьёзного в моей жизни скандала я случайно услышала разговор мамы с матерью Артема. Они беседовали за чаем, приехав на выходные отдохнуть в поселок.

- Не расстраивайтесь, Нина Александровна, - утешала мою маму родительница Артема. - Конечно, Эмилия с её уровнем знаний могла получить более достойное образование. Но она у вас девочка хотя и серьёзная, но очень тихая и спокойная, мягкая. Поэтому, может все и к лучшему. Все знают про её дружбу с Игорем Арониным. Куда важнее, чтобы эта дружба закончилась чем-то большим. Не стоит сомневаться, что Игорь пойдет очень далеко. Они с Эмилией так хорошо смотрятся вместе.

Игорь Аронин, сын дипломатов, окончил три курса института по специальности международных отношений. Ему действительно пророчили прекрасное будущее. Являясь студентом, он уже имел определенный вес на международной арене. И выглядел соответственно: стильно одетый в сшитые на заказ вещи, которые изумительно смотрелись на его высоком худощавом теле. Дорогая оправа очков придавала еще больше ума его интеллигентному лицу. Даже в разговорах с друзьями его речь выделялась правильностью, лаконичностью, а каждое слово было невероятно уместно именно в данный момент.

Со всех сторон Игорь был невероятно положительным и действительно уделял мне внимания больше, чем остальным девушкам из нашей компании. Мне было интересно говорить с ним о книгах, фильмах, концертах знаменитостей, даже о последних новостях в политике. Он галантно поддерживал меня под руку, набрасывал пиджак на плечи, провожая домой. И его умные карие глаза задерживались на мне гораздо дольше, чем полагалось. Только мне казалось, что так смотрят на вещь, которая всегда должна быть рядом, без которой никак нельзя обойтись. Или мне действительно лишь казалось?

Тихо скрипнула калитка. Пришла Ольга, чтобы позвать меня на вечернюю прогулку. Я отказалась, указав глазами на спящую Настену. Подруга добавила, что Игорь тоже спрашивал про меня, и ушла назад, к ребятам. Я тоже собралась вернуться в дом, когда послышался рёв мотоцикла. Значит, десять вечера.

Покачивая малышку, я медленно пошла по направлению к дороге, чтобы увидеть, как со скоростью ветра мимо нас промчится байк. Это была дорогая спортивная модель с облаченным в полную экипировку водителем. Он был мне совершенно незнаком. Из-за экипировки невозможно было определить его возраст. Но я не в первый раз смотрела, как он проносится мимо, такой быстрый и сильный. И свободный. Я была уверена, что в своей жизни он всего добился сам и всегда делал лишь то, что хотел.

Я никогда не думала о нем больше пяти минут. Он был всего лишь глотком свежего воздуха в жаркой июльской ночи. Резким порывом ураганного ветра. Я хорошо знала, каким опасным может быть такой ветер, окажись на его пути. Нет, я бы не преграждала ему путь. Мне хотелось оказаться за его спиной. Всего один разок. Один-единственный. Разве можно находиться у ветра за спиной? Даже ребенок знает, что нет. Ветер наполняет паруса, помогая кораблю плыть. Но он же бросает его, словно капризный шалун игрушку, в морские пучины. Ветер разрушает. Всегда.  Он непостоянен и переменчив. Мимолетен.

Длинная юбка моего сарафана взметнулась, когда мотоцикл пронесся совсем рядом. Задумавшись, я почти вышла на дорогу. К счастью, Настена не проснулась, и мои очки не свалились с носа. Развернувшись, я вернулась в дом.

В выходные Ольга все же уговорила меня составить ей компанию в загородное кафе. Игоря, как и других наших знакомых, рядом не было. Они никогда не посещали подобные места. Оле очень понравился парень не из нашего круга, но её одну никогда не выпускали из дома на вечерние свидания. Вадим, который понравился Ольге, совсем не понравился мне. Это был парень с красивым телом и полным отсутствием ума.

- Ну и что? – рассмеялась подруга. – Моя мама все время на диете. Но иногда она позволяет себе мороженое. Это всего один вечер. Надо же мне о чем-то будет рассказывать собственным внукам кроме правил этикета. Хочешь, мы подвезем тебя домой?

- Да, конечно.

Мы вышли из кафе. У Вадима хватило ума придержать дверь для Ольги. Но он забыл это сделать для меня, отпустив её прямо передо мной. Я едва не получила тяжелой дверью в лицо, если бы её кто-то вовремя не придержал. Пострадали лишь мои очки. От резкого движения они упали прямо под ноги моему спасителю.

- Спасибо, - поблагодарила я. Этим человеком оказался уже не раз виденный мною байкер.

Впрочем, от дальнейшего созерцания знакомого незнакомца меня отвлек возглас подруги. Транспорт, на котором Вадим собирался подвезти меня и Ольгу, оказался старым, собранным из нескольких собственных собратьев, мотоциклом. Или мопедом. Трудно было определить на первый взгляд. Еще труднее было поверить, что это средство может ехать. Но то, что я на него не сяду, я знала очень хорошо.

- Мне лучше взять такси, - быстро произнесла я, отходя в сторону двух машин с горящими шашечками. – Оля, ты точно со мной не поедешь?

Подруга слегка заколебалась, с опаской рассматривая предложенный транспорт, но симпатия к парню пересилила.
******
Уважаемые читатели! Это моя первая книга на этом сайте. Она будет полностью бесплатной!!! Сохраняйте к себе в библиотеки и подписывайтесь на автора!!! После её завершения сразу же будет другая. Совершенно другая. Одинаковых историй я не пишу. Поддерживаем лайками и комментариями. Я всегда им рада! Выкладка новых глав каждый день!!!

Хрипя и чихая, мотоцикл все же завелся, выбросив черные клубы угарного газа. Надеясь, что Ольге не придется идти домой пешком километров десять, я пошла к такси.

- Вы уронили свой телефон, - остановил меня негромкий низкий голос. – Вашим очкам уже ничего не поможет, но телефон не пострадал.

Я только теперь вспомнила, что держала в руках мобильник, выходя из кафе. И совершенно о нём забыла. Окликнувший меня мужчина был без шлема. Но мы отошли от дверей и в темноте, да еще без привычных очков, было сложно рассмотреть его внешность. Я заметила лишь, что он достаточно молод, не больше тридцати. А экипировочный костюм подчеркивал сильное тело. При моем росте в метр шестьдесят, он казался высоким, где-то под метр девяносто, не менее.

- Спасибо большое. И за дверь тоже, - еще раз поблагодарила я.

 - И, за нос.

- Что?! – не поняла я.

- У вас маленький симпатичный носик. Я уверен, что горбинка после перелома его бы не украсила, - в мужском голосе слышался сдерживаемый смех.

Я не могла не улыбнуться. Он был совершенно прав. Тяжелая дверь вполне могла бы его сломать.

- Мой носик признателен вам больше всего, - добавила я.

Пока мы стояли, одно из такси уехало, а во второе садилась молодая пара.

Я повернулась к машине, надеясь, что меня тоже возьмут. Но пара возвращалась в город, в совершенно противоположную сторону.

- Свяжитесь с оператором, - посоветовал водитель. – Пришлют другую машину. Но придется немного подождать. Сейчас самый пик, машин не хватает.

Мужчина, спасший мой нос, еще стоял рядом. Интересно, а в какую сторону он едет? Или спросить об этом будет неприлично?

- Я могу вас подвезти, - словно прочитав мои мысли, произнес байкер. – Нам по пути.

- Откуда вы знаете, что нам по пути? – спросила я прежде, чем подумала. Наверное, прозвучало так занудно.

- Видел, где вы живете. С вами всегда маленький ребенок. Ваша сестра?

- Моя племянница, - автоматически поправила я. Как он мог меня заметить?

Я вновь украдкой глянула на него. Из-под длинной челки на меня смотрели зелёные глаза.  Почувствовала терпкий запах его туалетной воды, смешанный с нотками кожи экипировочного костюма и чего-то еще. Ветра. Он пах ветром. Влекущий запах скорости и свободы. Я резко сглотнула, понимая, что мне не хватает кислорода.

- Еще раз спасибо, - чтобы мой ответ не прозвучал совсем сбивчиво и глупо, добавила. – Вы направлялись в кафе. У вас, наверное, какие-то дела. Я дождусь машины.

- Не дела. Просто хотел перекусить. Здесь очень хорошо кормят.

- Здесь? - не смогла я не выразить сомнения.

- Не все придорожные кафе плохи, - ответил он. – Не надо всех ровнять под одну гребенку. Есть отдельный банкетный зал, который часто заказывают для различных мероприятий.

- Я просто так сказала. Никогда не была в таких местах. Все же позвоню в такси.

Сегодня на мне не было привычной длинной юбки. Я надела джинсы, с которыми не смотрелись мои строгие блузки и кофточки. Пришлось надеть открытый топик и набросить джинсовую рубашку. В кармане этой самой рубашки у меня лежал даже не кошелек, а небольшой зажим, где находились деньги и карточка такси.  Я не стала брать сумочку, которая больше подходила для вечернего приема, а не для этого сомнительного заведения, куда притащила меня Оля.

- Что-то не так? – уточнил мужчина, заметив мои поиски.
- Не могу найти кошелёк, - пояснила я.

- Посмотрите еще раз, - предложил он. – Может, сунули в другой карман?

Он что, принимает меня за полную идиотку?

- У меня нет других карманов, - я сняла рубашку и повернулась перед ним на сто восемьдесят градусов. – Смотрите сами.

Это была не лучшая моя идея. Из-за слишком открытой маечки я продемонстрировала ему не отсутствие карманов, а отсутствие лифчика и почти обнаженную верхнюю часть тела. Собственно, я не стала надевать лифчик, потому что он выпирал из-под открытой маечки. Не объяснять же это ему!

- А вы уверены, что взяли кошелек? – уточнил он.

- Да. Он был перед выходом из кафе. Вот, ключи от дома остались, а кошелька нет. Я хорошо помню.

- Идем. Нет, сначала наденьте рубашку обратно, - посоветовал он и вернулся со мной в кафе. О чем-то поговорил с одним из сотрудников. Тот взглянул на меня и отрицательно покачал головой. Тогда мужчина взял меня за руку и повел к незаметной двери внутреннего помещения. Я невольно остановилась. Куда он меня ведет?

- Здесь стоят камеры, - объяснил байкер. – Все время за ними никто не смотрит, но запись можно отмотать. Это недолго.

- И вам так просто разрешат посмотреть записи? – удивилась я.

- Я же сказал, что это очень хорошее кафе. Расслабьтесь, владельцы - мои знакомые. Проходите.

За нами в комнату зашел парень из кафе, с которым разговаривал мой спутник и ещё один мужчина. Возможно, сам владелец. Записи долго просматривать не пришлось. На одном из кадров было хорошо видно, как открывая перед Олей дверь, Вадим, воспользовавшись некоторым общим замешательством, вытянул у меня из кармана кошелек.

- Сейчас приедет машина вневедомственной охраны, - произнес мужчина постарше. – Они всегда приезжают в это время для контроля. Можно показать им эту запись. Сумма в кошельке была большой?

- Не очень. То есть, нормальная.  Но никуда заявлять не нужно.

Все трое с удивлением посмотрели на меня. Пришлось стать на носочки и сбивчиво прошептать на ухо своему спутнику:

- Мне еще нет восемнадцати. Сразу станут задавать вопросы, что я здесь делала. Сообщат родителям. Они меня убьют за то, что я вообще пошла в это место. Да и родители Ольги тоже. Можете понять? Вы же знаете, где я живу. Нам совсем не нужна огласка. Просто отвезите меня домой.

Стоять на носочках было неудобно, и я все время прижималась к его телу.

- Главное, чтобы ваша подруга вернулась домой, - покачал головой мужчина. – Вы знаете, куда они поехали? Раз он стащил деньги у вас….

- Он мне не понравился с самого начала, - это все, что я могла сказать.

Все присутствующие заулыбались.

- Хорошо, пока не будем поднимать шум, - решил мой спутник. – Но записи нужно сохранить. Девушку я отвезу домой, но сначала все же поем. Николай, мы воспользуемся твоим банкетным залом, чтобы эта леди чувствовала себя спокойнее?

- Как скажешь, Роман. Никаких проблем. Леди кормить будем?

- Естественно. Она невысокого мнения о твоем заведении. Надо это исправить.

Я покраснела. Парень, с которым мы пришли, стащил у меня кошелек. Представляю, какое мнение должно сложиться обо мне.

Если мой спутник ел с аппетитом, то я ковырялась в своей тарелке.

- Тебе действительно ничего не нравится? – наконец не выдержал он.

- Что?! Вы о еде? Нет, все вкусно.

Я не льстила. Салат и куриная отбивная были превосходны.

- Я думаю об Оле. Знаю, как глупо это звучит, но она почти ничего не знает об этом парне. Он ей очень понравился внешне. Он совсем другой. Ей с таким никогда не разрешат дружить.

- Думаю, что ему нужна не её дружба, а нечто другое, - медленно подбирая слова, произнес Роман. – Наберите её номер.

Автоматический голос ответил, что абонент не в зоне доступа. Это ни о чем не говорило. Связь здесь не была стабильной и во многих местах телефон не ловил.

- У тебя вообще нет никаких предположений, куда они могли поехать? – тяжело вздохнув, он перешел на «ты».

- Нет. Но вы не думайте, Оля с ним не будет…. Она не такая... Вы понимаете, о чем я говорю? – мне было трудно говорить о таких вещах с незнакомым человеком. И я все сильнее волновалась за подругу. Мне все четче представлялось, как нехорошо может закончиться маленькое Олино приключение.

Мужчина снова нахмурился и посмотрел на меня:

- Как тебя зовут?

- Что?

- Имя у тебя есть? Раз уж я стал нянчиться с тобой, надо же к тебе как-то обращаться?

Он разговаривал со мной, как с глупым ребенком. С богатым глупым ребенком, захотевшим поиграть в опасную, неразрешенную взрослыми игрушку.

- Эмилия. Только не зовите меня Милой. Лучше Эмой. Еще раз простите.  Я понимаю, как глупо все получилось.

- Не зря в законе говориться, что несовершеннолетним нужно ночью сидеть дома, - буркнул он, вставая с места. – Посиди здесь. Постараюсь узнать, что говорят про этого парня.

Когда мы вышли из кафе, на улице начался дождь. Холодный, несмотря на середину июля, с резкими порывами ветра.

- Садись вперед, - приказал мне Роман.  – У меня нет ни второго шлема, ни куртки. Дождь будет нам в спину. Ты моментально промокнешь. Прижимайся ко мне сильнее, а ноги ставь на мои.

Он сам наклонился, закрывая меня от дождя. Я вжалась в его грудь, остро чувствуя личный, неповторимый запах его тела. Иногда капли, скатываясь с его лица, падали на моё, и я украдкой ловила их губами. Мне казалось, что я ощущаю вкус его кожи на своих губах. Если бы не тревога за Ольгу, эта поездка могла стать такой удивительной.

Мы объездили все проселочные дороги, когда Роман решил поехать к дому Ольги. Девушку мы встретили одиноко идущей, в шести километрах от поселка. Из рассказа Оли, сдобренного слезами и всхлипами, мы поняли, что мотоцикл Вадима сломался недалеко от кафе. Поняв, что девушка не согласна ни на какие интимные отношения, Вадим просто бросил её посреди дороги, повернув в свою сторону и напоследок наговорив ей всяких гадостей.

Роман отвез нас к моему дому. Я еще раз поблагодарила его. Он кивнул и посоветовал быть осмотрительнее. А еще, мне так казалось, втайне надеялся, что никто из нас больше не попадется на его пути. Он был ветром, мы - песчинками, мешающими его стремительному полету.

На следующий воскресный обед, по традиции, собралась большая семья. Наши с Артемом родители, он сам с моей сестрой, несколько человек из многочисленных друзей семьи. Я очень любила эти обеды на свежем воздухе, с долгим, чуть ленивым разговором и горячим чаем в конце. Солнечные лучи весело играли на фарфоровой посуде, громко смеялась Настена и трехцветная кошка ласково терлась о мои ноги.

- Из тебя выйдет отличная хозяйка замка, - привычно шутил надо мной Артем. Он помог мне перенести гору грязной посуды в кухню. Я дождалась, пока уснет Настена, а сестра с мужем умчит в очередной ночной клуб. Ночь была жаркой, и я сменила длинную юбку на короткую ночную рубашку. Включив яркий свет на кухне и на веранде, стала переносить в дом последнюю оставшуюся посуду.

Поселок засыпал. Вокруг меня разгорались разбросанные по газону фонарики, накопившие за солнечный день достаточно энергии. В воздухе чувствовался сильный аромат роз и распустившейся в темноте ароматной маттиолы.

Я стала мыть посуду, напевая под нос какую-то песенку.

- Вижу, на ошибках учиться ты не умеешь?

Голос прозвучал совсем рядом и настолько неожиданно, что я выронила из рук тарелку. Она разбилась, а осколки упали мне на босые ноги.

- Как вы здесь оказались? – это все, что пришло мне в голову.

- Как и любой желающий. Все двери открыты, свет горит и тебя прекрасно видно с дороги. Наверное, постой я еще пару минут, то увидел бы, какого цвета на тебе трусики.

Он ничего не имел в виду. Просто хотел еще больше шокировать последними словами. А я шокировала не только себя, но и его, ответив, не думая:

- На мне вообще нет трусиков.

Даже он не нашелся, что ответить. Я чувствовала, что краска заливает мое лицо.  Первой мыслью было просто уйти. Я развернулась и оказалась в воздухе. Его руки крепко держали меня за бедра. Короткая рубашка потянулась вверх, и его ладони оказались на моих обнаженных ягодицах. Трусиков на мне действительно не было.

- Ты едва не стала босой ногой на осколок, - произнес Роман, опуская меня на край стола. – Это, как минимум, несколько швов. Где веник, я соберу осколки?

- Я не слышала, как вы подъехали, - честно решила признаться.

- Я сбросил скорость. Дома расположены далеко друг от друга. Это очень неосмотрительно, не закрыть дверь. Из-за шума воды ты ничего не услышала.

- Наверное, я кажусь вам такой глупой? Сегодня был отличный день. И я наслаждалась его послевкусием. Даже не знаю, с чем это сравнить. Когда вам снится хороший сон, вы остаетесь в кровати, чтобы насладиться его ощущениями. Я вновь говорю глупости?

- Нет, я понял тебя. Все, осколков больше не осталось. Закрой, пожалуйста, за мной дверь. Я не хотел тебя напугать. Но ты буквально только что чуть не попала со своей подругой в историю, которая могла очень плохо закончиться. И вновь такая неосмотрительность. Будь осторожнее.

Он уже развернулся, чтобы уйти.

- Роман, а вы не хотите поужинать?

Мужчина удивленно посмотрел на меня. Я вновь сказала прежде, чем подумала. Попыталась объяснить:

- Столько еды осталось. А вы сегодня раньше, чем обычно. Не заезжали в кафе?

- Нет. Там большой банкет, не стал добавлять работы своим присутствием.

- Я осталась должна вам ужин.

- Может быть. Но у меня есть несколько условий.

Я не могла не улыбнуться:

- Девушка предлагает вам ужин, а вы выставляете условия! Невоспитанно!

-  Но ужин девушка разделит со мной, а не будет ковыряться в тарелке, словно анорексичка.

- Признаю. Это было невоспитанно. Это все условия?

- Нет. Еще девушка будет обращаться ко мне на «ты». Я не так стар, как ей, наверное, кажется. Или со стороны девушки такое обращение является признаком, опять же, плохого воспитания?

- Намекаете на то, что я богатая, избалованная выскочка? Это не так. Дом, между прочим, принадлежит мужу моей сестры. И я совсем не считаю вас старым.  Но вы, то есть ты, абсолютно прав. Многие мои знакомые даже собственных родителей называют на «вы». Еще условия?

- Здесь очень светло. Шторы задернуть можно?

- Можно поужинать на улице, - предложила я.

Гостям мы накрывали стол в просторной ротонде.  Но за домом была еще одна небольшая беседка, увитая дикими розами. Бассейна возле дома не было, но рядом располагался искусственный водоем с журчащей водой. На сторону беседки выходило окно из спальни Настены. Если девочка проснется, нам сразу станет слышно.

- Только там очень темно, - предупредила я.  – Может, взять один из фонарей, которые стоят на газоне?

-  По-моему, это лучший вариант, - он взял несколько декоративных свечей. – Не забудь закрыть дверь на ключ.

- Я помню. А еще мне нужно одеться.

- Ты замерзла?

- Конечно, нет.

В его глазах запрыгали чертики. В самых зеленых в мире глазах.

- Эми, а ты читала книгу по этикету?

- Конечно.

- Там написано, что нельзя ужинать без трусиков?

Я почувствовала, что в том самом месте, где должны быть трусики, все стало влажным. После недавно принятого душа от меня ничем не должно пахнуть. Но я была уверена, что в воздухе появились невидимые глазу флюиды. Кажется, это так называется. Чувствует ли он их?

- Там такое не пишут, - прошептала я. И не стала одеваться.

В маленькой беседке стояли два качающихся кресла.

- Все же вернусь в дом, - решила я.

- Зачем? Всего достаточно.

- Не могу же я сесть голой попой прямо на стул! Это, как минимум, негигиенично! – выпалила я.

- Ты права. Давай будем выглядеть одинаково. В плане одежды.

Из-за жары сегодня на нем были только штаны и облегающая майка. Он без колебаний снял её и постелил на моё кресло.

- Присаживайся, Эми. Твоей попе должно понравиться.

Я проглотила слюну, затопившую рот. У него было потрясающее тело.

- Вы спортсмен?

- Ты имеешь в виду профессиональный спорт? Нет. Но я регулярно посещаю тренировки. Хочешь посмотреть ближе?

Я поняла, что он имеет в виду не собственное тело, а объемное тату, занимающее часть спины и переходящее на плечи.

- Да. Можно?

- Можно.

Рисунок был очень фактурным и необычным, но определить изображение оказалось затруднительно.

- Картинка что-то обозначает?

- Нет. Она мне просто понравилась. А что в ней видишь ты?

Я невольно провела пальцем по линиям его лопаток.

- Очень красиво. И в то же время какая-то неопределенность, незавершенность, отсутствие границ. Наверное, так выглядит шторм, ураган, вихрь, стихия.

- Ты угадала, - его глаза удивленно посмотрели на меня. Только теперь его удивление стало уважительным, словно во мне появилось что-то, заинтересовавшее его. – Я нашел эту картинку в одном салоне, где работают мастера своего дела. Они никогда не сделают подобное тату человеку, если считают, что оно ему не подходит. Мне предложили именно это. Картинка называлась «Стихия».

Я вернулась в свое кресло. Мы провели в беседке несколько часов, но время пролетело незаметно. Я не была точно уверена, но видела, что он не сожалеет о проведенных со мной часах. Мы больше молчали, чем разговаривали, но это не создавало неудобств и неловких моментов. И значительное отсутствие одежды на нас обоих казалось естественным.

Воск свеч оплавился. Белые бабочки, слепо летящие на огонь, обжигали свои хрупкие крылья. Почему у меня не возникало желания посидеть вот так с Игорем, молча, просто глядя друг на друга? С человеком, которого я видела второй раз в жизни было так легко молчать.

Свечи догорели совсем. Ему давно пора было уйти.

- Спасибо, - на этот раз поблагодарил он меня. – За мной должок.

- Я знаю, чем ты его можешь мне вернуть, - нескромно ответила я.

- И?!

- Мне очень хочется прокатиться. Можно?

- Можно. Ребенок всегда с тобой?

- Нет.

- Я занят почти все выходные. Когда надумаешь, выходи за поселок. Думаю, так будет удобнее.

Сделать это я решилась ближе к середине августа. Вскоре мне предстояло вернуться в город. Либо сейчас, либо никогда. Я вновь надела джинсы с открытой маечкой и заплела волосы в косу. Он заметил меня, сбросив скорость и не став резко тормозить.

- Думал, ты не придешь.

- Не получалось. А ты не спешишь? Я тебе не мешаю?

- Нет, я не спешу. Куда хочешь сесть?

- Сзади. Разве пассажиры садятся спереди?

- На этом мотоцикле нет пассажиров. Он очень скоростной и предназначен лишь для водителя.

- Я не знала, что так бывает. Почему ты сразу не сказал, что мне на нем нельзя ездить?

- Садись, Эми. Если будешь бояться, скажи мне об этом. Второго шлема у меня с собой нет, но набрось мою куртку.

Прижиматься к нему было так приятно. Он еще не успел набрать скорость, а я уже стала его кожей, крепко держась за его тело. Было сложно сказать, сколько длился этот полет, но я о нем не жалела. Мотоцикл сбросил скорость, свернув на тропинку. Вскоре послышался шум воды. Роман помог мне слезть.

- Не тошнит?

- Нет. Только ноги дрожат. Где мы?

- В одном очень красивом месте.  Я забыл спросить во сколько тебе нужно вернуться домой?

Неудивительно, подумала я. Его подружки вряд ли отчитываются перед кем-то о своем возвращении.

- В доме никого нет. Не думаю, что кто-то начнет меня искать раньше утра.

Он крепко взял меня за руку.

- Ни шагу без меня. Обещаешь?

- Хорошо.

Мы оказались на краю обрыва, у огромного раскидистого дуба, а вокруг нас бушевала река. Я невольно вжалась в его тело.

- Не думала, что у нас есть такие места.

- Оно малоизвестно. Кстати, мы за пятьдесят километров от твоего дома.

- Ты же не бросишь меня здесь?

Он громко рассмеялся:

- Конечно, нет. Если это место пугает тебя, мы можем уйти.  Я никого сюда не приводил. Не подумал, что оно может быть тебе неинтересно, - признался он.

- Нет-нет, мне всё нравится, - несколько торопливо ответила я. Все еще не верилось, что он хочет провести со мной время.

- Здесь очень устойчивый берег. Не бойся, - сказал Роман.

Земля успела остыть. Прислонившись спиной к дереву, мужчина похлопал себя по коленям. Я без колебаний уселась туда. Мне было тепло и уютно в мужских объятьях. Его руки и мою грудь разделяла тонкая маечка. Как хорошо, что я вновь не надела лифчик. Шум разбивающейся о камни воды убаюкивал. Мы оба задремали.

Он проснулся первым. Видимо устала спина от твердого дерева. Моя голова лежала на его груди. Роман укрыл меня собственной курткой.  Я не чувствовала ночной сырости. Под моими губами, в ямке на его шее, ровно бился пульс. Еще не проснувшаяся, я потянулась, задевая его тело и не желая покидать уютное гнездышко. Прижалась губами, ловя удары его сердца. Пульс замер, чтобы забиться быстрее. Я испугалась собственной смелости и отстранилась.

Еще два раза он брал меня с собой на это удивительное место. Я сказала ему, что возвращаюсь в город.  Он рассказал о том, что берет отпуск в середине сентября и улетает за границу. Туда, где еще тепло.

Где-то внутри меня теплилась надежда, что он попросит мой адрес в городе. Но этого не произошло. Я понимала, что ему, взрослому самостоятельному мужчине незачем тратить свое время на неопытную глупую девочку.

Учеба отнимала слишком много времени и грустить о новом знакомом было некогда. Если выдавалась свободная минутка, я отдавала её Игорю. Он приглашал меня на обед в дорогие рестораны и кафе, сопровождал на различные мероприятия.

По-прежнему я помогала сестре с Настеной.

В ноябре мне исполнилось восемнадцать. Но эта так долгожданная многими дата ничего не изменила в моей жизни. С наступлением весны я несколько раз ездила на дачу Артема. Это были выходные дни. Может, поэтому, я так ни разу не услышала знакомого рокота скоростного байка. А, может, его хозяин больше не ездил этой дорогой.

Не могу сказать, что после окончания учебы в конце июня я вернулась в дом из-за надежды вновь встретить Романа. Скорее, мне просто хотелось отдохнуть. Игорь постоянно приглашал меня на различные мероприятия и мне все труднее становилось находить причины для отказа.

Неделя в начале июля обещала быть спокойной. Игорь с родителями уехал за границу, Ольга также предпочла отдых в другой стране. Я наслаждалась пешей прогулкой по окрестностям. Было еще около восьми часов вечера, но я решила вернуться назад. Мое внимание привлек огромный куст дикорастущих белых роз. В этом году они зацветали поздно. Здесь, на открытом участке, куст был буквально обсыпан распустившимися цветами. Мне очень хотелось сорвать хотя бы одну веточку. Но шипы казались просто громадными. Я несколько раз обошла куст, выискивая подходящую ветку. И услышала рев мотоцикла, когда он свернул с трассы на проселочную дорогу.

Это мог быть любой человек. Но я уже знала, что это Роман. Не верилось, что он свернул с трассы из-за меня. К тому же было еще слишком рано для его обычного времени. Байк остановился, водитель поставил ногу на землю и снял шлем.

- Привет, Эми.

- Привет, - мы не виделись около десяти месяцев. Он же поздоровался так, словно мы встречались вчера.

- Тебя видно с дороги. Недавно приехала?

- Неделю назад. Занятия в институте закончились в конце июня. А ты сегодня рано.

- О, у меня уважительная причина. Сегодня я расстался со своей девушкой, - его глаза смеялись, но говорил он серьёзно.

Я не понимала, как можно с ним расстаться.

- Ты нашел другую?

- Нет. Она очень сильно захотела за меня замуж.

- А ты? – чтобы не молчать, спросила я. Странный разговор.

- А я не хочу жениться. Не именно на ней. Ни на ком. Ты хочешь сорвать ветку?

- Хотела. Но шипы слишком острые.

- Тебе помочь? – он указал взглядом на свои перчатки.

- Нет. Эти розы совсем не стоят в воде. Пусть лучше цветут здесь.

- С тобой здесь кто-то есть?

Я улыбнулась:

- Хочешь в гости?

- Не очень. Но мы можем покататься. Если ты хочешь? - предложил он.

Я посмотрела на свою длинную юбку и широкополую шляпу.

- Мне нужно вернуться в дом, чтобы переодеться.

Роман поморщился:

- Это долго, - взяв мою шляпу, он спрятал возле куста. – Завтра заберешь. Снимай юбку.

- Что?

- Снимай, - он протянул свою куртку. – Наденешь её и будет не понятно, что на тебе надето еще.

- Может, твоя девушка отказалась с тобой кататься без юбки? – уточнила я. – Поэтому ты её бросил?

Его глаза блеснули:

- Меня интересовало в ней несколько другое согласие. Эми, смотри какой классный вечер! Снимай эту тряпку!

- Ты будешь смотреть?!

- В прошлом году ты была гораздо смелее, - поддел он и не стал отворачиваться. – Решайся.

Ветер. Он не мог без движения. Ему нужно было лететь. Непостоянный, переменчивый, ускользающий из рук.

Я сняла юбку.

- У тебя майка длиннее, чем у многих платья, - хмыкнул мужчина, протягивая свою куртку. – Садись.

Я вдохнула знакомый запах его тела и прижалась лицом к твердой спине. Ничто не могло помешать лететь ветру. Помнил ли он обо мне во время этого стремительного движения? Я была уверена, что нет.

Мы приехали на обрыв, когда солнце начало садиться. Очень красивое зрелище.  И неповторимое. Солнце никогда не заходит одинаково. Сегодня оно улыбалось нам. Пусть Роман этого и не знал.

- Из-за дождливого июня воды в реке стало значительно больше, - произнес он.

Я посмотрела на волны, разбивающиеся о камни. Его глаза загорелись.

- Хочешь туда, Эми?

- На камни?

- Почему и нет?!

- Это же река, – изумилась я. – Там вода ледяная!

- Двадцать семь тепла! Такие волны будут не скоро. Давай, Эми! Пошли вниз.

Спуститься оказалось несложно. Но войти в воду и стать под разбивающийся поток?!

- Подожду тебя здесь, - предложила я.

Он разулся, сбросив майку и брюки.

- Нет, Эми, так не пойдет. Идем со мной!

- Роман, я не умею плавать!

- Зато я это делаю очень хорошо. Там не глубоко. Главное, взобраться на камни, они скользкие. Собери волосы!

- Нет!

- Да, - он стянул с меня куртку и майку, подхватив на руки и забросив себе не плечо. Шлепанцы упали сами. Я вскрикнула, когда мужчина шлепнул меня по попе. – Сильно не брыкайся. Если упадем на камни, мало не покажется.

Я замерла, а когда он занес в воду, то перестала дышать.

- Роман, подожди, дай мне привыкнуть. И поставь. Я пойду сама, - он медленно опустил меня в воду. Мое тело заскользило по его, но заметила это лишь я одна.

До камней мы добирались минут десять. Это действительно было очень опасно. Мужчина все понимал и постоянно меня поддерживал. Но, вот, мы оказались в самом центре, и первая волна разбилась о наши тела. Затем вторая, третья, четвертая….

- С тебя хватит, - решил он. – Иди за мою спину.

Роман потянулся всем телом, высоко подняв руки, отдаваясь этой маленькой, но самой настоящей стихии. Последние лучи солнце осветили его тело, и я забыла обо всем.  Но, смой меня водой, он вряд ли заметил бы это. Ветер.  Я не стану ему мешать. Но я возьму от него немного больше, чем это дозволено.

Стоя позади, я крепко прижималась к его телу. Одно незаметное движение, и мой лифчик моментально унесло очередной волной. К моему удивлению он тут же почувствовал его отсутствие.

- Эми?!

- За что-то зацепилась….

За что можно было зацепиться на плоском камне? К счастью, он не стал уточнять. И резко повернулся. Я едва не упала, не ожидая этого. Роман подхватил меня за бедра и приподнял вверх. Его лицо оказалось на уровне моего живота. Я инстинктивно обхватила ногами его спину. Очередная волна окатила меня с головой. Пока я отфыркивалась, ему хватило нескольких движений, чтобы мои трусики последовали за лифчиком. И он заметно ослабил поддержку рук. Мне показалось, что я падаю. Пришлось полностью развести ноги, чтобы держаться ими за его спину.

Конечно, никуда я не падала. Он сделал это специально и теперь без стеснения рассматривал меня. Самое пикантное место.

- Бессовестный! Пусти! Хватит!

Очередной шлепок прервал мои возгласы. На этот раз мы еле не свалились.

- Успокойся, Эми, я же пошутил. Иди сюда! – он вновь прижал меня к себе. – Хочешь, я тоже разденусь?!

- Не смей! – я замолотила кулаками по его груди, а он рассмеялся.

Мы вылезли из реки, когда посинели от холода. Он растирал мое тело, пока я не согрелась, только тогда разрешил надеть майку.

Мы просидели под дубом почти до рассвета. Я лежала в его объятиях, наблюдая за звездами и зная, что это больше никогда не повториться. Я не позволю этому повториться.

- О чем ты думаешь? – неожиданно спросил он. – Я испугал тебя?

- Нет. Мне просто хорошо.

Я испугала сама себя. И продолжала пугать. Его рука спокойно лежала, касаясь моей груди, вторая медленно гладила бедро. Сместись она чуть в бок, я не скажу: «Нет».

 Значит, такого больше не повториться. Безмятежно улыбнувшись на прощание, я закрыла за собой калитку. И больше не выходила на дорогу. Несколько раз я слышала, как он ехал возле дома, сбрасывая скорость. Я думала о звездах той ночи. Я не позволю им покрыться темными тучами.

В конце июля я решила вернуться в город. Артем собирался в недельную командировку в Рим и предложил съездить с ним. Почему бы и нет. Я никогда не была за границей. Ольга же только вернулась с курорта с массой фееричных впечатлений. Там она познакомилась с молодым человеком. Егор, так его звали, оказался родом из Минска, а дача его близких родственников находилась в нашем поселке. Более того, Егор не только был положительным во всех смыслах слова, но и общался с Игорем. Накануне моего отъезда, Игорь, не без участия Ольги, решил организовать небольшой отдых. Об отказе, в первую очередь, не желала слышать моя подружка. Она не только хотела познакомить меня с Егором, но и не могла дождаться очередной встречи с ним. Игорь тоже пригласил меня лично и, глядя в его спокойные глаза, я не могла на ходу придумать правдивую причину для отказа. Может, оно и к лучшему. Просидев почти месяц в одиночестве, будет полезно провести день в обществе друзей.

Дача родителей Игоря располагалась в противоположной части поселка и имела выход к озеру. Здесь был оборудован пляж с белым песком и причал, к которому привязывалась лодка. Термометр поднялся к тридцати, и мы проводили время возле воды. Но, ближе к вечеру, к воде спустились и соседи Игоря. Если дома располагались относительно далеко друг от друга, то пляжи соседствовали. Игорь, при виде соседской компании заметно нахмурился.

- Тебе не нравятся соседи? – поинтересовалась я.

- Пока не достают, - пожал он плечами. – Напоминают мне пещерных людей, случайно попавших в наш век. Орангутанты!

Соседская компания состояла из десяти человек. Все мужчины были очень хорошо развиты физически. Это еще больше выделялось на фоне худощавого Игоря. Даже Егор, имевший спортивную фигуру, терялся среди них. Но именно он дал некоторую информацию:

- Сосед Игоря держит свое охранное агентство. Между прочим, одно из лучших в нашей стране. Игорь, ты у нас в будущем личность неприкосновенная, поэтому привыкай к постоянной охране, - шутливо добавил он.

Игорь недовольно фыркнул. Мой взгляд выхватил что-то знакомое. Я высунулась из тени зонта, под которым лежала и чуть не вскрикнула от удивления. Одним из гостей соседа Игоря был Роман. И не один. На его коленях по-хозяйски расположилась высокая стройная блондинка. Пальцы мужчины лениво поглаживали её объемную пышную грудь. Я была уверена, что это не его бывшая девушка. И, возможно, не первая после неё.

Кто-то предложил покататься на лодке. Ольга бурно поддержала идею. Я возразила. Над озером быстро собирались темные тучи. Жаркий душный день, как это часто бывает, обещал закончиться бурной грозой. Но Егор с Игорем стали отвязывать лодку. Оля пританцовывала рядом.

- Игорь, повремени с прогулкой, - посоветовал его сосед. – Гроза собирается быстро.

- Мы только до острова и обратно, - прокричала Ольга. – Там растет столько лилий.

Действительно, посреди озера, правее соседской территории, был небольшой островок. Игорь и сам понимал опасность затеи, но от слов соседа вспыхнул, словно сухая солома. Схватив меня за руку, втянул в лодку. Вдвоем с Егором парни взялись за весла. Лилий Ольга набрала быстро, но ветер поднимался быстрее. На озере появились большие волны. К тому же здесь течение было быстрым, а грести приходилось против него. Неподготовленный, не привыкший к физическим нагрузкам, Игорь быстро устал. Я заметила, что несколько мужчин из соседской компании, в том числе и Роман, вошли в воду. Они что-то нам кричали.

- Хорошо советовать с берега, - огрызнулся Игорь. – Ничего не слышно.

- Они говорят, чтобы вы вели лодку к берегу, а не вверх по реке, - поняла я. – Это правильное решение. Нам лучше пройтись по берегу, а за лодкой вернетесь после дождя.

- Вот еще, - буркнул Игорь и сделал резкий толчок.

- Что ты творишь?! – закричал Егор. Но было поздно. Лодка попала в настоящий водоворот. Ольга, испугавшись, бросилась к Егору, нарушив и без того хрупкое равновесие. Игорь не удержал весла, и несущаяся волна обрушилась прямо на нас. Секунда, лодка перевернулась, и мы все оказались в воде. Егор, который из нас был самым лучшим пловцом, сразу схватил запаниковавшую Олю. Игорь пытался держаться за лодку. Он протянул мне руку, но я не могла до неё дотянуться. Наши глаза встретились. Чтобы попытаться мне помочь, ему нужно было отпустить лодку. Большой риск для плохого пловца.

Я закричала, подхваченная бурным течением. Меня относило все дальше. Это был конец. Совсем не умея плавать, мне не выбраться с середины реки.  Я набрала воздуха, пытаясь вспомнить глаза Романа. Как же я жалела в эти последние секунды, что между нами так ничего и не случилось. Если бы вернуть ту ночь. Хотя бы час. Больше ничего не надо. Я жалела не этих последних минут, я сожалела, что ничего не исправить. Таже вода, разбивающаяся о моё тело, только тогда его руки крепко держали меня. Пусть все произойдет быстро, ведь я так боюсь холода. Но вместо спасительного покоя пришла острая боль.

- Эми, соберись, слышишь?! Смотри на меня! – Роман схватил меня за волосы, тяня к себе. Ему было очень трудно бороться с течением. Наконец я оказалась рядом с ним. – Обхвати меня за спину и держись. Не борись.

Я сделала, как он говорил. Теперь его руки были свободны. Но с неба хлынул настоящий потоп, нас обдавала волной за волной. Все, что мог Роман – это держать нас на воде. Со мной ему не выбраться из потока. Силы на двоих не хватит. Но меня беспокоило не это. Я знала, что вскоре река делает резкий поворот. И прямо на нем лежат огромные валуны. Когда дождей долго не было, по ним можно было перебраться на другой берег. Теперь нас просто разобьет о них.  Он должен выбраться раньше! И выберется. Если меня не будет рядом. Поворот стремительно приближался, но несущий нас поток не уменьшался. Зажмурившись, я разжала руки.

- Не смей этого делать, Эми, - мужчина вновь схватил меня за волосы. – Я вытащу нас обоих. Верь мне!

- Там камни. Мы разобьёмся! Ты разобьешься!

- Никто не разобьётся. Скоро начнутся деревья. Я смогу зацепиться. Но ты должна держаться за меня. И никаких глупостей. Иначе погибнем. Оба! Обещай, Эми!

- Если ты не сможешь, то оставь меня. Обещай, что оставишь! Обещай!

- Обещаю. А теперь соберись. Главное, ты должна удержаться за меня. Ни о чем не думай. Держись!

Деревья нависали низко. Ему удалось зацепиться за одну из толстых веток.

- Эми, забирайся мне на спину и лезь на дерево!

- Нет.

- Не трать время. Давай же!

- Я тяжелая!

- Лезь!!!

Я два раза соскальзывала с его тела, пока не оказалась на дереве. Затем, на одну, самую ужасную минуту в своей жизни, мне показалось, что у него не осталось сил выбраться самому.

- Роман!!! – я не знала, что так кричат. Наверное, он тоже. На миг его руки вновь схватили пустоту.  Но он подтянулся и оказался рядом со мной.

- Вода все прибывает. Давай выбираться отсюда, - произнес он и первым спрыгнул с дерева. – Иди сюда, Эми. Здесь глубоко, но нет течения.

Через несколько минут мы оказались в высокой траве. Оба наглотались воды и никак не могли откашляться. А дождь, как из ведра, лил на нас сверху.

- Все хорошо, Эми? – мужчина убрал волосы с моего лица, держа его в ладонях. – Ты можешь дышать?

Я кивнула, все еще давясь от кашля. Мы стояли друг перед другом на коленях. Верхняя часть моего купальника где-то потерялась, но теперь это не имело никакого значения. Я прижалась к его телу, обхватив руками:

- Больше никогда не полезу в воду! Никогда!!!

- Вода ни в чем не виновата, Эми. Только мы сами. Только мы. 

- Поцелуй меня, Роман. Пожалуйста, поцелуй.

Я подняла голову, а он наклонил свою. Сначала его губы касались моих нежно и осторожно, словно пытаясь успокоить. Но во мне было слишком много эмоций. Я открыла рот, тронув его губы своим языком. Он обрушился на меня падающим с неба ливнем, разразившейся над нами грозой, только что пережитой стихией. И не остановился на одном поцелуе. Струи дождя стекали по моей груди, затем её накрыли его губы. Конечно, я знала о подобной ласке. Но то, что она обрушится на меня подобно урагану, неконтролируемому, мощному, лишающему дыхания, все же было неожиданно. Я была готова к этому. Наверное, с того самого момента, как в первый раз услышала рычание его мотоцикла, даже не зная, кто управляет им. С той минуты, когда, прижавшись к его телу, впервые вдохнула запах этого мужчины.

Он ласкал мою грудь языком, прикусывал зубами, глубоко и сильно втягивая в рот. И я растворялась, превращаясь в льющийся на нас дождь, растекаясь каплями по траве, становясь частью его тела. Сильные пальцы спустились с моей спины и проникли под тонкие трусики. Он не был груб, но каждое его прикосновение оказывалось новым для меня. Я замерла, боясь лишиться этих ощущений, испугать его неосторожным движением, вернуть в действительность.

Я не знала, о чем он думал в эти минуты, кого представлял на моем месте. Скорее всего, что никого. Но и не меня. Он любил эту бурю, стихию, надвигающуюся ночь, обещающую ему рассвет, саму жизнь. Я была готова стать для него кем угодно, превратиться во что угодно, только бы он продолжал держать меня в своих руках. 

Он устал. Я медленно опускалась на траву, чувствуя, как все сильнее ко мне прижимается твердая, как камень, вздыбленная мужская плоть. Страшно не было. Прямо над нами раздался оглушительный удар грома. Будто небеса решили нам напомнить о реальности. Отругать меня за недостойное поведение, погрозить пальцем. Роман приподнялся, перенеся вес собственного тела на согнутые руки.

- Эми?!

Удивление. Растерянность и неприкрытое сожаление. Как больно может звучать собственное имя.

- Да. Здесь больше никого нет.

- Черт, Эми, почему ты меня не остановила? Я мог не остановиться!

- Я этого хотела!

- Нет, не хотела. Ты напугана, сбита с толку, еще не прошел шок. Ты не осознаешь, что чувствуешь, что тебе на самом деле нужно.

- Роман, дождь теплый.

- Что?

- Дождь теплый. Я это чувствую, а ты?

- Да, дождь теплый. Эми, ты плачешь? Тебе больно? Ты вполне могла сильно удариться или что-то сломать. В таких ситуациях чувствуешь не сразу. Где болит?

- Все тело болит, - мстительно произнесла я. Он послушно стал ощупывать каждый сантиметр моего тела.

Гроза пошла на убыль. Я чувствовала усталость и опустошенность. Где-то внутри возникло сильное желание вновь оказаться в воде.

- Роман, не оставляй меня, пожалуйста, не сейчас. Мне страшно быть одной. Очень страшно.

Он притянул меня к себе на колени, прижал, укрывая руками.

- Все пройдет, Эми. Завтра все будет по-другому.

Лежать в его объятиях было очень хорошо. Хотел он того или нет, но моя грудь терлась об него.

- Тебе не холодно, Эми?

- Нет. Нам нужно идти к поселку?

- Думаю, Денис – это мой старший брат, возьмет машину и поедет по этой проселочной дороге. Он поймет, что, если мы выжили, река понесет нас вниз.

- Роман, зачем ты прыгнул в воду?

- Я не думал. Знал, что ты не умеешь плавать. Эми, впредь, в подобных ситуациях, надевай спасательный жилет. Ты ведешь себя очень безрассудно.

- Никто никогда не называл меня безрассудной, - обиделась я.

Вдали показались фары машины, двигающейся на небольшой скорости. Все еще держа меня на руках, мужчина встал из травы. Я вновь вжалась в его тело. Кто бы не был в этой машине, показывать собственную грудь мне больше никому не хотелось.

Первым выскочил Денис с пледом в руках и завернул в него нас обоих, после чего крепко обнял брата. Я оказалась зажатой между двумя мужчинами.

- Черт, Ром, я уже всем богам помолился. Знал, точно знал, что ты в порядке, но всего передумал.

Я видела, как по его щеке скатилось несколько слез. Второго мужчину я не знала, а третьим оказался Артем.

- Эмилия, - он попытался забрать меня с рук Романа. Но тот продолжал прижимать меня к себе.

- Ром, это её брат, - подсказал Денис. – Соседский мальчишка все же решился позвонить.

- Это муж моей сестры, - уточнила я. – А второго пледа нет или полотенца?

- Есть, - Денис принес требуемый предмет, и я смогла отойти от Романа.

Артем тут же подхватил меня на руки:

- Наверное, нужно обратиться в больницу? – спросил он.

- Нет, - ответил Роман. – Она, конечно, наглоталась воды, но не ушла на дно. Кошмары ей обеспечены, но я уверен, что со здоровьем проблем не будет.

- Я никому ничего не говорил, только Лоре, - сообщил мне Артем. – Как только этот сопляк мне позвонил, сразу выехал.

Возле дома Дениса мы пересели в джип Артема.

- Я не хочу сегодня видеть Игоря, - призналась ему.

Кто-то принес мне чашку с горячим сладким чаем. Я выпила его, пока Артем что-то говорил Игорю и Оле. К моему облегчению, в машину он вернулся один. Оказавшись в нашем доме, мужчина первым делом набрал полную ванну, щедро плеснув туда пены. Когда я забралась в воду, он постучал и слегка приоткрыл дверь:

- Эмилия, можно я войду? Вдруг тебе станет плохо? Вот, я принес тебе рубашку.

Я не стала с ним спорить. Надела рубашку, и Артем зашел.

- У тебя все волосы в тине, как у русалки, - произнес он. В его голосе я не услышала шутливости. Подняв голову, всмотрелась в его лицо, только теперь заметив, как сильно он напуган. Мужчина стал промывать мои волосы, а его руки заметно тряслись. Неужели он так переживает из-за меня? Но уточнять не стала, успокаиваясь от нежных прикосновений его ладоней к своей голове и плечам.

- Артем, я…. Я не специально…. Я могла не садиться в эту лодку, я ведь понимала…. Если бы не Роман…. И тебя сорвала с работы….

- Не нужно ничего говорить. Даже родителям. Лоре я позвонил и сказал, что все хорошо. Не думай об этом. Отдыхай, я отмою волосы.

Он снял часы и рубашку, оставшись в брюках. Я постоянно видела перед лицом его сильные руки и впервые подумала, что он мне совсем не родственник. В первую очередь он был мужчиной. И совсем не дядей. Мужу сестры исполнилось двадцать шесть лет. С Лорой они были знакомы с детства и являлись ровесниками. Поженились, когда обоим было по двадцать два. Через два года родилась Настена. А я воспринимала его как старшего брата, коим он все же не являлся. Артем был в семье единственным ребенком и, наверное, помнил меня еще младенцем. Об этом я его и спросила.

- Когда ты родилась? Конечно, помню. Мне тогда восемь лет было. Не скажу, что меня сильно интересовал красный пищащий сверток. Лоре ты больше нравилась, потому что напоминала живую куклу. Закрой глаза, я ополосну волосы дождиком.

Воды с меня хватило достаточно, и я не стала засиживаться в ванне. Артем вышел, я быстро ополоснулась и надела сухую рубашку.

- Может, хочешь покушать? – спросил он.

- Нет. Ты сделал чай?

Открыв бутылку коньяка, он щедро плеснул в наши чашки.

- Выпей, даже, если не хочешь. Не повредит, - попросил он, усевшись рядом со мной на кровать. – Эмилия, а ты встречала этого Романа раньше?

- Почему ты спросил?

Он погасил верхний свет.

- Можешь не отвечать, если не хочешь. Ты уже взрослая. Это не моё дело.

В его голосе не было раздражения. Мне так хотелось с кем-нибудь поговорить, но не с сестрой. Она, конечно, выслушает, но не поймет. У неё лучше спросить по поводу нового платья. А Артем настроился слушать. Я посмотрела на него. Он поправил мои подсыхающие волосы.

- Я пойму, Эмилия.

Слегка сбиваясь, я рассказала ему о том, как именно мы познакомились с Романом. И о наших прогулках тоже, без некоторых подробностей, разумеется.

- Он нравится тебе, я прав?

- Это плохо?

- Нет, не плохо. Но он слишком самостоятельной для тебя, понимаешь? Я не имею в виду разницу в возрасте. И ты, возможно, ему интересна. Но вы очень, очень разные. Его выбор – это такие же самостоятельные девушки, его ровесницы, разделяющие его жизнь. Я не хочу сказать, что они ветреные и легкомысленные.  Но у них совсем другой уклад жизни, взгляды, цели. Ты не такая.

- А какая я, Артем?

- Мне сложно ответить.

- А ты подумай. Можно же на меня посмотреть, не как на родственницу? Я имею в виду…. Ты понял…. Должно же быть у тебя свое мнение?

- Думаю, оно будет сильно отличаться от мнения Романа, - тихо ответил муж сестры.

- Конечно, ведь я все еще для тебя ребенок.

- Ты не ребенок, Эмилия. Ты серьезная, самостоятельная, добрая, все делающая для того, чтобы никого не обидеть. Чистая и светлая, милая домашняя девочка. Это не воспитание. Такими рождаются.

- И интересуют только Игоря, - пробормотала я.

- Нет, не только, - Артем поставил пустые кружки на столик. – Если хочешь побыть одной, я пойду в нашу с Лорой спальню, а могу и остаться. Кошмары тебе обеспечены.

- Я не знаю.

Он сменил строгие брюки на свободные домашние и лег поверх одеяла, выключив свет.

- Артем?

- Да?!

- Я все еще могу поехать с тобой?

Кошмар мне действительно приснился. Но не про воду. Я бегала возле множества закрытых дверей, стуча в них, но мне никто не открывал. Я потерялась, словно маленький ребенок, а выход все не находился. Постепенно помещение стало уменьшаться, превращаясь в клетку, а я – в птицу. Ещё секунда и я бьюсь о толстые стальные прутья решётки. Страх охватил тело, сознание затопила паника, и я стала кричать, надеясь, что меня услышат и выпустят на свободу.

- Эмиля, девочка, проснись, - Артем не без труда достал меня из одеяла, в котором я умудрилась запутаться. – Ты такая горячая. Может, температура?

Термометр показал тридцать семь, но я не чувствовала, что заболеваю. Скорее, мне не хватало воздуха.

- Артем, - я сидела посреди кровати, не понимая, что мне нужно.

Он выключил свет и сел рядом.

- Веду себя сегодня хуже Настены, - попыталась извиниться я.

- Сегодня можно, - он медленно привлек мою голову к своему плечу, словно боясь меня испугать собственным прикосновением. – Можешь рассказать мне все, что хочешь.

- Он – ветер. Такого нельзя удержать. Только дело не в этом.

- А в чем?

- Мне никогда не стать стихией.  Я всего лишь одна из миллиона звездочек, которые горят на небосклоне. Я – песчинка….

- И которой нужно поспать.

Артём увлек меня на кровать, легко поглаживая плечо. Я чувствовала его дыхание на своих волосах.

- Артем, а когда ты понял, что любишь Лору?

Но он мне так ничего и не ответил.

В Риме мужчина взял номер, который соединялся внутренними дверями.

- Хочу, чтобы ты всегда знала, что я рядом.

Я не стала протестовать. Наверное, он прав. Я никогда раньше не находилась в чужой стране. Артем брал меня на все деловые встречи, но мой чемодан с вещами так и остался не распакованным. Он привел меня в небольшой магазин, где я выбрала несколько очень интересных и элегантных платьев.

- Ты уверен, что мы их можем себе позволить?

- Конечно.

- Артем, а я не кажусь в них слишком м…м…м… старой?

- Вечером узнаем, - отшутился он.

В отеле мне порекомендовали девушку, которая помогла уложить волосы и сделать макияж.

- Ваш муж останется доволен, - пообещала она. Я не стала объяснять, путаясь в словах, чей Артем муж. Какая здесь кому разница.

Но мужчина как-то не так смотрел на меня, что я забеспокоилась:

- Артем, что не так? Я носила вечерние платья, но другого фасона. Нелепо смотрится, да? Мне совсем не стоит идти на деловую встречу. Я найду чем заняться в номере. Ты и так гулял со мной целый день.

- Тебе очень идут короткие деловые платья. Смотрится превосходно. Мои потенциальные партнеры отнесутся к тебе, как к очень очаровательной и элегантной сеньорите. Вот увидишь.

Он оказался прав. Только все принимали меня за его жену и осыпали не только меня, но и его комплиментами. Благодаря знанию английского, я могла поддерживать разговор. Между прочим, сам Артем отлично на нем разговаривал. А я, оказывается, этого и не знала. И в строгом деловом костюме я видела его не раз. Но только сегодня я взглянула на него со стороны. На уверенного в себе, успешного и, бесспорно, очень симпатичного мужчину.

Природа наградила мужа сестры правильными чертами лица, кожей цвета загара и выразительными синими глазами. Классическая модельная стрижка, хорошо подобранный костюм, идеально сидящий на подтянутом теле. Конечно, по комплекции Артем уступал Роману и был чуть ниже ростом. Но он также регулярно посещал тренажерный зал и это было заметно.

Один из партнеров Артема стал что-то очень эмоционально объяснять ему. Я потеряла суть разговора, посмотрела по сторонам и увидела себя в зеркале. Невысокую стройную девушку в темно-фиолетовым платье, с волосами благородного коньячного цвета, уложенными в узел. Макияж усиливал насыщенный цвет моих зеленых глаз. Я с удивлением поняла, что мой образ кажется значительно ярче, чем я сама думала.

- Кого ты там увидела? - шепнул мне на ухо Артем.

- Представляешь, себя.

В конце приема он узнал, что получает новый контракт на более выгодных условиях. Также его работой заинтересовалось несколько новых потенциальных партнеров. Артем был в приподнятом настроении и совсем не хотел спать. Я сбросила туфли и вытянула ноги на роскошном диване. Мужчина тоже снял пиджак и стоял с бокалом, опершись о коробку двери.

- Не дыши, - попросил он, и сделал фото на свой мобильный.

- Что это было? – удивилась я. – Составляешь фотоотчет для семьи?

- И не думал. Тебе самой не интересно оставить фото с этого вечера?

- Наверное, ты прав, - согласилась я. – Обстановка в номере просто роскошная. Нужно выходить замуж за Игоря. Он – будущий дипломат, будет водить меня по приёмам.

- Не спеши, - нахмурился Артем. – Тебе только восемнадцать. Ещё все впереди. Помочь разобрать прическу?

Неделя в Риме прошла просто великолепно. В последний вечер никаких встреч у Артема не было, и он предложил поужинать в хорошем ресторане. Я забеспокоилась, что это будет дорого.

- Мы будем есть один салат, - пообещал он. – Эмилька, дай своим постоянно работающим в голове шарикам отдохнуть. Мы не пойдем в самый дорогой ресторан. В хороший.

- А что туда надевают?

Он выбрал длинное, но открытое платье. Моя помощница из отеля решила, что у нас с мужем романтический ужин и сделала соответствующую прическу.

Ресторан оказался и вправду хорошим, оформленным в романтическом стиле, со свечами на столах. Здесь пели музыканты и танцевали все пришедшие пары.

- Мы тоже можем потанцевать, - предложил мужчина. – Или я тебя не устраиваю в качестве партнера?

- Не знаю. Мы же с тобой никогда не танцевали.

- Танцевали. На свадьбе у родственников. Ты не помнишь?

- Мне тогда и пятнадцати не было. А на твоей свадьбе с Лорой, потанцевать с женихом было столько желающих, что до меня даже очередь не дошла, - припомнила я.

- Ладно, сегодня исправлюсь, - пообещал он.

Песня оказалась настолько слезливой, что все пары буквально приникли друг к другу. Посмотрев по сторонам, я тоже положила руки на плечи мужчины. Проказливый чертик, не переставая, дергал меня за язык:

- Артем, а целоваться мы тоже будем?

- Будем.

- А с языком или без?

- Пока не решил. Кстати, когда следующий раз к нам подойдет официант, старайся держать спину прямо.

- Почему? – удивилась я.

- Потому что теперь, в вырезе платья, я вижу не только всю твою грудь, но и пупок, - отомстил он мне.

Я не дала ему насладиться победой.

- И, как?

- Что, как?

- Какие впечатления по поводу груди? Мне же тоже интересно узнать мнение со стороны. Может, Игорю до свадьбы её вообще не стоит показывать, чтобы не сбежал? Или наоборот. Я смогу заполучить кого-нибудь покруче?

- На мой взгляд, объема не хватает.  Но форма хорошая, на ощупь должна быть упругой, - шепнул мне в самое ухо. – У каждой женщины разный цвет сосков. Мне нравится такой, как у тебя, ярко-розовый. Опять же, форма очень красивая….

- Артем, ты куда смотришь?! – ахнула я.

Он невинно заморгал глазами:

- Ты же сама попросила!

- Иди ты!

Но, когда официант подошел вновь, спину я держала прямее, чем любая модель. Улыбаясь во все тридцать два, Артем долго его о чем-то расспрашивал, пока я не наступила каблуком ему на ногу.

Мы еще несколько раз подшучивали друг над другом, пока не настала пора ехать домой.

- Последний танец, - сказал он. – Перемирие? Давай просто потанцуем.

Я уже не в первый раз заметила, как на него смотрит молодая дама за соседним столиком. С объёмами, как и с бриллиантами между ними, у неё было все в порядке. Видимо, дразня меня, Артем несколько раз улыбнулся ей. Теперь дама танцевала рядом, пытаясь его нечаянно задеть. Наверное, считает меня полной замухрышкой. Моя голова меньше её груди. Когда взгляд назойливой дамы вновь стал прогуливаться по телу Артема, я потерлась попой о его бедра.

- Эмиля, я же попросил перемирия.

- Это не твоя война. Не могу же я капитулировать перед силиконом за соседним столиком.

- Черт с ним, с силиконом! Прекрати!

- Тебе жалко?

- Нет, но…

- Почему она так смотрит? – смутилась я.

- Потому, боевая ты моя, когда девушка трется пятой точкой о мужчину, а именно о некоторую его часть, она на это реагирует. В смысле, часть.  А на мне не дедушкины штаны, чтобы это не было заметно.

Я поняла, что краснею.

- Артем, прости, я не подумала…

- Я догадался.

Музыка закончилась, мы вернулись за столик. Я нервно теребила в руках салфетку.

- Артем, а что можно сделать?

Он поперхнулся соком.

Я смотрела, как Артём расплачивается, затем общается с водителем такси, открывает передо мной дверцу, улыбается молодой администраторше в отеле. И, та, улыбаясь в ответ, делает ему комплемент. Как же мало я о нем знаю. Нет, не о муже сестры, а об этом мужчине. Он ведь часто уезжает за границу. Один. Днём занимается делами, а вечера? Кому здесь принадлежат его ночи? Смогла бы я на месте Лоры отпускать его так далеко? Но я не на месте Лоры и подобные мысли вообще не должны посещать мою голову. Артём видит во мне лишь младшую сестрёнку и это правильно. Так и должно быть.

- Эмиля, ты обиделась? – он зашел в номер вслед за мной.

- Нет, но мне не следовало так шутить. Извини.

Мужчина коснулся пальцами моего подбородка, чтобы посмотреть в глаза.

- Все хорошо. Я знаю, ты не думала ни о чем плохом. И ничего не произошло. Подобную реакцию действительно очень трудно контролировать. Но думать об этом не стоит.

- Да, я понимаю. Еще раз извини.

Но он не спешил отпускать меня, продолжая всматриваться.

- Что случилось, милая? Я же вижу, что ты где-то далеко. Всё ещё думаешь о том, что произошло на даче? Это из-за Игоря? Хочешь услышать моё мнение?

Я кивнула. Родители так и не узнали об эпизоде на реке. Как и родители Игоря. Лора тоже посоветовала никому ничего не рассказывать. Игорь ей нравился, как мой молодой человек и будущий родственник. Сестра решила, что парень и так сильно переживает. Урок усвоен, зачем ещё раз возвращаться к неприятной теме. Всё закончилось хорошо и слава Богу.

 Мы прошли к дивану, и я сняла туфли. Но удобно устроиться не получалось. Платье имело разрез и теперь, как бы я не повернулась, была видна резинка чулок. Мужчина сбросил пиджак и взял в руки мои затекшие ступни, разминая пальцами:

- Расслабься, малышка. Что касается Игоря. Парень струсил. Он понимал, что ему самому не выплыть. Не знаю, можно ли это принять за оправдание. Он молод, пока не сталкивался с трудностями, не принимал серьёзных решений.

- Как и я. Мы оба с ним идём по проложенной дороге, плывём по течению. Стоило подняться шторму и нас разбросало по разным берегам. Я его ни в чем не виню. Но не понимаю, как нам дальше общаться. Мне было с ним интересно, но….

- Если придет, поговори, - посоветовал Артем. – Тогда и поймешь, что делать дальше. Моя мама уже всем уши прожужжала о том, какая вы идеальная пара. Но это ничего не значит. Только тебе решать, хочешь ли ты видеть рядом с собой этого человека. Можешь ли дать вам обоим ещё один шанс.  Но сегодня об этом думать не обязательно. Ну же, улыбнись!

- Артем, я подумала…. Та девушка, в ресторане, она ничего не значит….

- Ты подумала, изменял ли я Лоре?

Тон его голоса не изменился, но он больше не улыбался. Я заговорила о том, о чем думать не имела никакого права. Не надо было ни о чем говорить.

- Прости, Артем. Не знаю, что на меня нашло. Самой гадко, словно я заглянула в корзину с вашим нижним бельем.

Быстро поднявшись, я ушла в ванную, закрыв за собой дверь. Маловероятно, что он стал бы ко мне ломиться, но я сделала непростительную глупость и корила себя за это.

Смыв макияж и быстро приняв душ, я переоделась в короткую ночную рубашку. Ночи здесь были жаркими, и я не стала накрываться. На этот раз Артем не постучал. Лег рядом, переодетый в домашние брюки и погладил меня по волосам:

- Грызешь себя?

Я промолчала, и он продолжил:

- Я не изменял Лоре. Это так, констатация факта. А теперь вопрос. Что мне сделать, чтобы ты улыбнулась?

- Рассказать, что ты помнишь, как меня садили на горшок.

- Я не помню. Правда. Мы тогда с Лорой бегали по кустам с палками в руках, играя в индейцев. Помню, она однажды случайно огрела меня таким здоровым кием по голове и разбила висок. Тогда родители на две недели посадили нас с ней играть с тобой в песочницу. Ты была такая спокойная, в нарядном платье и совсем не пачкалась. А мы с Лорой уже через час насыпали друг другу песка в глаза и нас обоих повезли в больницу, где врачи промывали всё это шприцем. Потом ещё неделю пришлось капать капли.

- Песочницу не помню, а то, что вы ходили с красными глазами и действительно были похожи на индейцев …. Вы ещё тогда надевали повязки на лоб и украшали их перьями.

- Кстати, знаешь откуда взялись эти перья? У Игоря на даче жила бабушка, её привезли из какой-то деревни вместе с курами, иначе она отказывалась ехать. Мы узнали у Игоря, когда её не будет дома. Ему тогда лет шесть было, и дружба с нами казалась ему большим достижением. Он быстро всё нам выложил, и мы залезли в курятник. В общем два петуха лишились своих хвостов. Игорь при виде сорванной бабкой крапивы не стал поддерживать имидж молчаливого индейца и сдал нас за пять минут.

Я положила голову ему на грудь, свернувшись клубочком под его боком. И уснула, чувствуя, как он гладит мне волосы.

Предварительно позвонив, Игорь попросил разрешения прийти ко мне домой, на нашу городскую квартиру. Мои родители быстро ретировались, оставив нас вдвоём. Он очень импонировал им. 

Я сидела на диване. Конечно, нужно было предложить ему, как минимум чая, но мне почему-то впервые не хотелось следовать условностям приличного общества. Не стала начинать и поддерживать вежливую беседу, как делала всегда. В этот раз первый шаг за ним.

 Игорь не сел возле меня. Еще ничего не сказав, он уткнулся лицом в мои колени. Это было так непохоже на него.

- Прогони меня. Или прости. Иначе я не могу.

Я не знала, что ему ответить. Может быть, люби я его, то что-то бы чувствовала. Но я его не любила. Разве можно обвинять чужого тебе человека в том, что он не стал рисковать ради тебя жизнью? К тому же теперь я понимала, что он не смог бы помочь мне и, скорее всего, утонул сам. Золотой мальчик с прекрасным будущим предопределённым с пелёнок. Его главным потрясением до этого, как вовремя вспомнил Артём, была бабуля с пучком крапивы. Там, в мрачных водах разбушевавшегося озера ему действительно было что терять.

- Я ни в чем тебя не виню, - не зная, что ещё сказать, я легко погладила его по голове. Так гладят любимую собачку, или ребенка, желая ободрить. – Я постараюсь всё забыть, но для этого мне нужно время.

          Он не поднялся с колен. Сел на пол и стал целовать мои лодыжки. Я ощутила, как по ним скользит лёгкий бриз. Ничего. Совсем ничего не всколыхнулось в ответ.

Наступил новый учебный год, и наше общение с Игорем свелось к минимуму. Он оканчивал последний курс, я училась на втором. У нас не совпадало время занятий, но я была этому лишь рада.

Первого ноября, в мой девятнадцатый день рождения, Игорь пригласил меня в очень дорогой ресторан. Это место было известно ещё и тем, что туда приглашали всех зарубежных гостей. В связи с этим наличие там охраны было делом привычным.

В гардеробе молодой человек помог мне снять пальто. Пока он отдавал верхнюю одежду гардеробщику, я на несколько минут осталась одна. Пользуясь моментом, ещё раз посмотрела на себя в большое зеркало. Вечернее платье моего любимого фиолетового цвета достигало пола. Возможно, для моего возраста, фасон был слишком сложным, но не казался вычурным. А еще я сделала небольшой эксперимент: оттенила волосы более ярким медным оттенком.

- Для жены дипломата ты стала слишком рыжей, - констатировала Лора. Мама молча согласилась.

- Девочке очень идет, - встал на мою сторону Артем. – И она еще ничья жена.

Игорь пока не видел меня без верхней одежды, и я с интересом ждала его реакции. Он галантно предложил мне руку.

- Ты мне ничего не скажешь? – поинтересовалась я.

- Конечно, скажу. Ты думаешь, что я забыл, что сегодня твой день рождения? – удивился он.

- Нет, не думаю. Я про платье и волосы. Или ты не заметил?

Он отодвинул для меня кресло за одним из самых лучших столиков.

- Заметил. Ты мне всегда очень нравилась. И сегодня нравишься. Очень. На тебя обращают внимание. Несколько непривычно для меня, - признался он. – Я не люблю быть в центре внимания.

В течение вечера к нам подошло несколько знакомых.

- Нужно было выбрать другое место, - пробормотал Игорь, когда в нашу сторону направился очередной представительный мужчина. – Это наш посол. Мне предстоит с ним работать. Сейчас заведет нудный и долгий разговор.

Так и случилось. Мне хотелось спать, а посол только нашел нить разговора. Игорь покорно слушал будущего начальника. Дождавшись подходящего момента, я шепнула Игорю, что мне пора домой.

- Дай мне десять минут, и я избавлюсь от него, - попросил он.

Этого я совсем не хотела.

- Не стоит разочаровывать будущего руководителя, - посоветовала я. – К тому же, уже действительно поздно. Впереди столько новогодних праздников. У нас будет полно времени провести его вместе.

- Ты самая лучшая, - прошептал он. – Я провожу тебя.

Машину пообещали подать, и Игорь не стал ждать в холле. Я обернулась, неожиданно почувствовав сильное волнение, словно на меня кто-то пристально смотрел. Чуть дальше по коридору, прислонившись плечом к закрытой двери какого-то помещения стоял Роман. Ещё несколько минут мы изучали друг друга взглядами, затем он подошёл ко мне.

- Привет, Эмилия.

- Привет.

- А куда делось твоё горе-приложение? – вглядываясь в пустой холл, поинтересовался мужчина, видимо имея ввиду Игоря.

- У него возникли дела, а я возвращаюсь домой. Не очень красиво оскорблять отсутствующего человека, - встала я на защиту Игоря.

- Я тоже домой. Сегодня работал здесь, - сообщил Роман. – Подвезти?

Он не знал о моем дне рождения. Значит, это сама судьба решила сделать мне подарок. Я не стала отказываться.

На нем был строгий костюм, а в кобуре под пиджаком просматривалось оружие. Гардеробщик подал ему короткое черное пальто. Знает ли Роман, насколько привлекателен? Знает. Этот человек знает и ценит себя на все сто!

Сногсшибательный мужчина на мощном внедорожнике. Дорогими машинами меня было не удивить, но к нему в салон я села с особым трепетом.

- Куда тебя отвезти? – уточнил он.

Пришлось собрать все свои силы, чтобы мой голос прозвучал ровно, как пожелание «спокойной ночи».

- Можешь к себе домой.

Его рука замерла, так и не вставив ключ, чтобы завести двигатель.

- Эми, ты пошутила?

- Если ты не собираешься пригласить меня к себе, то, да. Я пошутила.

- Я смотрел на тебя, почти весь вечер. Будь на твоем месте любая другая, я бы не стал колебаться. Эми, ты не одна из многих. И у нас с тобой ничего не может быть. Мне кажется, ты и сама это понимаешь. Я не имею в виду физическое влечение.

- Я тебе не нравлюсь?

- Нравишься, - он пристально всматривался в моё лицо. – Мне показалось, что этот вечер был для тебя и Игоря очень важен. Он сделал тебе предложение? Признайся, я пойму. Ты не уверена в ответе? Хочешь сравнить? Это нормально. Я помог тебе, и ты стала мне доверять.

- Никогда не думала, что ты способен на такие долгие разговоры, - искренне удивилась я. - Нет, никакого предложения Игорь не делал. Это был обычный вечер. Он здесь совершенно ни при чем. Роман, я с самого начала знала, что у нас с тобой не может быть никаких отношений. Я не жду от тебя признаний или обещаний. Ты сам все усложняешь. Ты можешь отвезти меня домой или к себе. Я всего лишь хочу провести с тобой этот вечер. Сегодня у меня есть такая возможность. Ничего более.

Я действительно так думала и совсем не преувеличивала. Воспоминания о ледяной воде, утягивающей меня на дно, были ещё слишком свежи. Я хорошо помнила о чём думала в те страшные, казавшиеся мне последними минуты. О нём, о мужчине, сидящем рядом, таком близком и одновременно далёком.

 Его прикосновений я хотела, жаждала поцелуев его губ. Меня влекло к нему также сильно, как чёрная водная воронка хотела увлечь в свою бездну. Мне казалось, что, узнав его любовь даже однажды, я стану сильнее. Я почти никогда и ничего самостоятельно не выбирала.

Не любила ходить в магазины, потому что даже там мама или Лора несли на кассу лишь то, что нравилось им. Они были старше, они разбирались лучше, они всё наперёд знали за меня. Но мужчину, который молча всматривался в ночь за окном, я выбрала сама.

Не он меня, а я его.

 Пусть мой выбор будет несерьёзным. Но я отдам себя тому, на чей огонь хотелось лететь бабочкой-однодневкой. Я не позволю себе сгореть в собственных чувствах. Изопью до дна чашу этой ночи и отброшу, разобью на удачу.

Мужчина завел машину. И не спросил моего адреса. Значит, принял решение. Я набрала номер Артема.

- Прости, что разбудила. Нет, ничего не случилось. Ты можешь позвонить маме и сказать, что забрал меня из ресторана? Мы ведь могли там встретиться. И, что я переночую у вас, - выпалила я на одном дыхании.

- Эмилия, - он не находил слов.

- Я тебя никогда ни о чем не просила, - напомнила я. – Пожалуйста.

- Ты мне все расскажешь!

- Хорошо.

- Кому ты звонила? – поинтересовался Роман.

- Подруге, - ответила я, надеясь, что он не слишком внимательно следил за разговором. – Никто не узнает, что я буду с тобой.

Он нахмурился:

- Мне показалось или ты собираешься защищать меня?

- Я подумала, что моим родителям, да и друзьям не следует знать о тебе.

- Если это будет лучше для тебя, - покачал он головой. – Лично меня ничьё мнение не волнует. Тебе есть восемнадцать – это всё, что мне важно.

Его квартира состояла из одной комнаты площадью около ста метров. Дизайнерское оформление разделяло её на спальню, гостиную и кухню. И в этой квартире не было и никогда не будет места для женщины. Это становилось понятным уже с порога.

- Ты кого-нибудь приводишь сюда? – поинтересовалась я.

- Очень редко, - признался он. - Предпочитаю не встречаться на собственной территории. Да и девушки чувствуют себя здесь не очень уютно. Что скажешь?

- Здесь весь ты, от паркета на полу и до полос на обоях. А я в своем платье действительно совершенно не вписываюсь в твой интерьер. И в этом есть большой плюс. Я прямо сейчас могу сбросить туфли, от которых так устала, - призналась я. – Можно присесть?

Приглашающим жестом он обвел всю квартиру. Его глаза смеялись:

- Выбирай место, где ты будешь смотреться лучше всего.

Огромная кровать с шелковым постельным бельем. Черный фон с серебристым узором. Множество разбросанных подушек. Я грациозно расположилась в центре.

- Ну, как? Я не должна здесь потеряться? – поинтересовалась у него.

Он покачал головой.

- Эми – это не смелость, а безрассудность. Знаешь, ты действительно смотришься, как изысканная картина, - неожиданно добавил он.

- Тогда ты – мой личный коллекционер.

- Скорее очень требовательный ценитель. Тебе предложить выпить? Что ты пьешь? Я так и не понял, что было в ваших бокалах за ужином?

- Вода. Игорь вообще не пьет спиртного.

- Подозреваю, что и ты тоже, - он закрыл дверцу бара.

- Ошибаешься, - пришлось слезть с кровати и подойти к нему. – А что у тебя есть?

- Коньяк, мартини, вино, водка.

- А что будешь пить ты? - поинтересовалась я.

- Коньяк. Могу предложить тебе сок, - серьёзно добавил он.

- Я тоже буду с тобой коньяк.

Он с сомнением посмотрел на меня:

- Эми, ты решила напиться?

- Конечно, нет. Между прочим, Артем – это муж моей сестры, ты же видел его, всегда пьёт только коньяк. И я с ним.

- Я помню Артема. И коньяк оставим ему. А мартини ты любишь?

Мартини мне нравилось. И напиваться я не собиралась, поэтому остановилась на нём.

Роман снял пиджак и галстук, расстегнул верхние пуговицы рубашки. Я задержала на нём свой взгляд и дыхание перехватило, остановившись, сердце забилось с удвоенной энергией. Как же он был красив! И сейчас, в эти минуты, принадлежал лишь мне.

 Мы присели на кожаный угловой диван. Он заметил, что я всё никак не могу усесться.

- Эми?

- Не люблю кожаную обивку.

- И все же на кровать мы не пойдем.

- Можно мне пересесть?

- Конечно.

Я пересела на его колени. Мужчина не стал меня ссаживать, легко поддерживая рукой. Зелёные, как и у меня, глаза требовательно прошлись по моему лицу, стремясь проникнуть ещё дальше, в самую душу. У него возникли вопросы, а он привык всегда получать на них ответы.

- Эми, это не самая удачная твоя идея. Хотя, не могу не признать, смотришься на мне очень хорошо.

Я и сама понимала, как глупо ему навязалась.

-  Понимаю, ты отработал смену и очень устал. Наверное, просто хотел вернуться домой и отдохнуть. Я вызову себе такси.

Но он удержал меня на своих коленях. Откинулся на спинку дивана, крепче прижимая меня к себе.

 - Нет, Эми, дело не в этом. Я не знаю, как себя с тобой вести. Ты – не одна из тех девушек, с которыми я привык общаться. Мне нравится быть рядом с тобой, касаться тебя, слышать, как ты смеешься. Наверное, мы бы смогли иногда встречаться, чтобы пообщаться. Но не более. Я не могу предложить тебе регулярных встреч, постоянных отношений, стать твоим парнем. Понимаешь? Я – ничей парень. Всегда таким был и дальше буду. А ещё я точно знаю, что ни твои родственники, ни друзья не одобрили бы наших отношений. Мне кажется, что ты и сама это понимаешь.

В окна застучал мелкий и нудный осенний дождь, зарядивший, как минимум на несколько дней. Моя голова лежала на груди Романа. Я дышала исходившим от него запахом, присущим каждому человеку, точно зная, что мне нужен только он. Пусть лишь на эту ночь. Я ждала именно его, даже, если он и не принадлежит мне.

- Я понимаю. Наверное, поэтому и остаюсь с Игорем. Пытаюсь дать нам ещё один шанс. Но сейчас его здесь нет, и мы все же с ним не женаты. И я ему ещё ничего не обещала. Мы не встречаемся, просто друзья, - подняв голову, я встретилась с его взглядом. – Ты сказал, что я тебе нравлюсь. Покажи, что это значит. У тебя были причины остановиться, там, у озера. Сейчас их нет.

Я не просто предложила ему себя. Я сделала это, дав понять, что мне не нужны обязательства. Взгляд Романа не изменился, он не стал грубее. Но я чувствовала, что он не ожидал от меня подобного расчёта. Он не думал, что я останусь с Игорем.  Но теперь ему действительно ничего не мешало.

- Никаких обещаний, - тихо произнёс мужчина.

- Никаких обещаний, - повторила я и сама прижалась к его губам. Почти сразу его язык оказался в моём рту, не дразня и играя, а отдавая всю ранее сдерживаемую страсть. И наказывая. Уже в этом первом поцелуе я почувствовала его разочарование мною же. Ему нравилась та, которая не принадлежала никому. Даже ему. Он восхищался ею. Но то, что он мог дать, нужно было мне намного больше, чем его восхищение.

Истерзав мои губы, его рот двинулся ниже. Стал чуть нежнее, лаская грудь, а руки нетерпеливо, даже грубо стягивали платье. Бесформенной грудой смятой ткани оно упало на пол. Где-то, внутри меня, проснулся здравый смысл. Он кричал мне о том, что дороги назад скоро не будет.

После этой ночи я стану подобно собственному платью, такая же смятая и испорченная. Использованная и забытая на утро. Произведение искусства, потерявшее свой пьедестал. Но мои губы уже скользили по сильному мужскому телу, я дышала его запахом, чувствовала его силу. Неважно, что будет завтра. Этот мужчина тоже принадлежит мне и, прикосновения к нему необходимы мне так же, как кислород. Сильнее, ближе, в одно целое, без остатка….

- Рома! – мне пришлось окликнуть его несколько раз, прежде чем он услышал. Мужчина поднял голову.

- Хочешь остановиться? – он предлагал. А руки, наперекор словам, до боли впивались в моё тело желая прочувствовать, насытиться и отбросить. Ещё не познав, я теряла его. Он прикусил собственную губу, пытаясь найти в себе силы отстраниться. Привык брать, а не сдерживаться. Я не хотела его мучить. Я хотела его любить.

- Нет. Только не здесь. Пожалуйста.

Он ничего не ответил. Лишь что-то на один миг промелькнуло в зелёных, затопленных страстью и желанием глазах. И я догадалась. Роман никогда не спал с женщиной в собственной кровати. Те, кто все же были здесь, не проходили дальше дивана.

Мы одновременно взглянули на моё платье, валяющееся на полу. Чтобы он обо мне не думал, я не буду лежать, как оно.

- Рома, нет!

- С тобой. Я буду с тобой.

Подняв меня на руки, отнёс на свою кровать. Прохлада шелковых простыней коснулась моей спины. Я вытянула ноги, позволяя ему снять с себя трусики, и медленно развела их в стороны. Несколько минут он еще рассматривал меня, стоя передо мной на коленях, словно не веря, что это я, затем коснулся губами ступней. Несмотря на страсть поцелуев и силу прикосновений, он не спешил. И, как когда-то на озере, я чувствовала, что растворяюсь в нем, становясь тем, что ему нужно: горю, как огонь, дрожу испуганной осинкой, грею палящим солнцем, становясь бесконечностью, частью его. Той, которая не задержит его в пути. Невесомой бесплотной безвольной песчинкой.

Роман так резко подался вперед, что на миг мне показалось, что он сейчас растерзает меня, но страха я не чувствовала. Всё, что угодно, лишь бы оставаться с ним. Наверное, в моих глазах все же что-то дрогнуло, потому что он замер в сантиметре от меня, сжав руки в кулаки, зажимая между пальцами простыни. Он боролся с собой, а я не могла на это смотреть, обхватив его спину ногами. Лишь любить.

- Рома.

Он сам продолжал это мучительное наслаждение. Его пальцы, ласкающие середину моих бедер, осторожно проникли внутрь. Я постаралась не напрячься, но он не мог не заметить, что ласка непривычна мне. Наверное, подобное он замечал за этот вечер уже не раз, и триумфально списывал на неопытность или неумелость Игоря.

Мне не хотелось думать, что он всё понимал и ему было настолько всё равно. Я не стала его разубеждать, как и не спешила коснуться рукой объёмной каменной плоти, прижимающейся к моему животу. Теоретически я знала, что с ней следует делать, но практически применить не решалась. К счастью, мужчина хотел меня слишком сильно, чтобы заметить подобный нюанс.

- Ты такая тесная и узкая, - прошептал он, заменяя пальцы губами. Несмотря на усиливающееся желание, он становился все нежнее и осторожнее. Возможно, его дремлющее сознание уже подсказывало ему правильный ответ. А я начинала нервничать от неизвестности.

- Рома, пожалуйста…

Подавшись ему навстречу, я все же слишком сильно вцепилась пальцами в его плечи.  Несмотря на все понимание, что нужно расслабиться, предательски сжалась, стоило ему попытаться осторожно проникнуть внутрь. Мужчина не стал настаивать, попробовав еще раз. Я сжалась сильнее.

- Эми, - он догадался. Запаниковав, я сама рванулась ему навстречу, и Роман, не выдержав, вошел до конца. Но не стал двигаться. Я крепко зажмурилась, не желая видеть его глаз. – Эми, открой глаза.

Я совсем не собиралась этого делать, но почувствовала, что он собирается выйти.

- Не уходи.

- Тогда посмотри на меня!  - приказал мужчина.

Пришлось слегка приподнять ресницы.

- Тебе больно? – допытывался он.

- Нет, не знаю. Я испугалась и все. Перестань смотреть на меня так, будто я совершила ужасное преступление. И не смей меня сейчас бросать!

- Предположить не мог, что ты поведешь себя так глупо!

- Естественно, легче думать какая я распутная!

- Легкомысленная и безответственная. Даже не подумала, что можешь забеременеть!

- Я подумала, что ты воспользуешься… ну, сам знаешь, чем. А ты ни с кем этим не пользуешься?!

- Со всеми я этим пользуюсь! Эми, черт, я с тобой про все забыл! – признался он. – Всё, на сегодня достаточно!

Мои глаза невольно наполнились слезами. Да, я в очередной раз поступила глупо. А Роман завел воспитательную беседу прямо посреди…. И другого раза не будет, это очевидно.

- Тебе настолько больно? Эми, малышка….

От растерянности он снова стал целовать мои губы. Я обхватила ногами его спину, не позволяя уйти. Отголоски острой ушедшей боли вновь неприятно наполнили тело. Хотела, но не смогла сдержать тихий стон.

- Что же ты делаешь, глупая….

- Мне не больно, если только ты сейчас не уйдешь, - прошептала я.

Наверное, так нежен он не был ни с кем. Я расплавилась в его руках подобно податливому воску, проникла в каждую клеточку его тела. Страсть все же взяла над ним верх. Он забылся, двигаясь резко и глубоко.  Я уже была к этому готова, желая продлить эти минуты как можно дольше. И горячая жидкость, расплескавшаяся по моему животу, принесла умиротворение.

Мы почти не разговаривали. Мужчина крепко держал меня в своих руках.  Чтобы он не говорил о моей глупости, я знала, что эту ночь он тоже никогда не забудет.

Дождь все стучал в окна, и Роман уснул первым. Сказался тяжелый рабочий день. Я полежала с ним ещё около часа, затем села на кровати. Он не проснулся. Как хорошо. Тусклый свет ночника высветил розовые пятна на его рубашке, которую он положил мне под бедра. Я бы забрала её, но мужчина придавил ткань своим телом. Попробую достать, разбужу его. Этого я не хотела.

Мои трусики так же оказались где-то под ним. Натянув платье и отойдя к дверям, я позвонила оператору такси. Машины были свободны и мне предложили спуститься. Обув туфли и накинув пальто, я вышла из квартиры. Замок имел защелку. Прижав её пальцем, я закрыла дверь, услышав щелчок. Впрочем, дом имел домофон и консьержа, который с любопытством посматривал на меня. Возможно, он бы поинтересовался моим ранним уходом, но у дверей уже стояло обещанное такси. Сев в машину, я назвала адрес дома Лоры и Артема.

К моему удивлению, муж сестры открыл дверь через минуту, как я позвонила. Одетый в домашние брюки и майку, совсем не выглядевший заспанным.

- Ты не спишь, почему? – пробормотала я.

Он закрыл дверь и помог снять пальто. Его глаза пристально всматривались в меня, подмечая каждую мелочь.

- Ты звонишь и говоришь, что ночуешь у нас, даже не сообщив, где ты на самом деле, - его голос срывался. Еще минута и он станет меня трясти. – Как, по-твоему, я должен после этого спать? Эмиля, что произошло?

Я осторожно заглянула через его плечо. Еще и с сестрой придется объяснятся. Родители будут знать раньше, чем я закончу говорить.

- А Лора спит?

- Она с моей матерью сегодня посещала какую-то презентацию. Отец сидел с Настеной. Ночевать они будут там. Эмиля, где ты была?

- Артем, ничего не случилось. Я жива и здорова. Мы можем лечь спать.

- Твоё платье даже не застегнуто, - тихо произнёс он. – Я знаю, как выглядит женщина, которая недавно занималась сексом.

Он крепко держал мою руку, не давая возможности уйти.

- Это что, преступление? Или я настолько страшная, что это должно удивлять? – не выдержала я. – Если тебе неприятно, что я пришла к вам в дом, я вернусь к родителям. В конце – концов, на улице двадцать первый век, а я вполне совершеннолетняя.

Выдернув руку, я потянулась за пальто. Мужчина не позволил мне это сделать, обхватив мои плечи руками.

- Прости, я не имел права набрасываться на тебя. Сейчас три часа ночи. Если ничего не случается, из постели не сбегают, хотя бы до утра, - он осторожно повернул меня к себе лицом. – Поговори со мной, малышка, я пойму. Что произошло? Ты ведь была не с Игорем?

Он больше не злился. Меня окутал такой родной и давно знакомый запах. Я зарылась лицом в его плечо.

- Я сама ушла. Эта ночь была без обещаний, понимаешь? Я украла её, как опытная воровка. Я знала, что продолжения не будет. Завтра никто не спросит номера моего телефона, не назначит следующую встречу. Но, пока это завтра не наступило, есть надежда. Я понимаю, что обманываю себя. Но сегодня ложь – это лучшее обезболивающее.

- Моя маленькая девочка….

- Я ни о чем не жалею, Артем. Я хотела быть именно с этим человеком. И ни с кем больше. Мне ничего не нужно. Я счастлива, потому что узнала его. Не надо меня жалеть. Не смей меня жалеть! – от переполнявших меня эмоций я заколотила твёрдо сжатыми кулачками по его груди.

- Пойдем, тебе нужно отдохнуть.

Несмотря на то, что семья сестры приобрела этот двухэтажный дом два года назад, он все ещё не был доделан. Как-то так получалось, что Артем и Лора проводили большую часть времени вне его стен. Кроме хозяйской спальни и детской, на втором этаже была сделана лишь гостевая спальня. А ванная комната имела единственный вход с хозяйской спальни. Мне бы очень хотелось попасть туда.

- Артем, можно мне в ванную? Я быстро!

Мы прошли через темную спальню. Он щелкнул свет в ванной, но зашел в неё следом за мной. Открыл краны, отрегулировав температуру воды, и щедро вылил почти половину флакона пены. Не той, что пользовалась сестра. Той, которая предназначалась для купания детей. В воздухе сильно запахло сладкой карамелью.

- Артем, я сама. Что ты делаешь?

Одним движением он разорвал платье. Потом еще раз и ещё. Нет, не стоял и не разглядывал меня. Лишь бросил взгляд на розовые разводы по бедрам и сразу отвернулся.

- Залезай в воду, Эмилия. Даже, если ты и хочешь, я не оставлю тебя одну.

Я почти уснула, расслабившись в теплой воде, положив голову на колени Артема. Он намочил мои спутанные от лака волосы.

- Я помогу тебе их прополоскать, затем выйду, и ты домоешься. Договорились?

Пока я мылась, он принес одну из своих маек. Мог бы взять что-нибудь из вещей Лоры, но я не стала привередничать.

- Здесь полно разбросанных игрушек Настёны. Можно ноги пробить, - сказал Артём, поднимая меня на руки и отнеся в гостевую спальню. Я не удивилась, когда он не ушёл, а лег поверх одеяла.

- А теперь ты расскажешь мне все. С самого начала, - проговорил мужчина. - Вы хоть как-то предохранялись?

За окнами по - прежнему стучал дождь. В комнате было очень темно. Артем не перебивал, и говорилось легко. Выговорившись, я почувствовала себя значительно лучше. Тело окутало приятное тепло, а глаза закрывались от сонливости. Я почувствовала, что мужчина поднимается с кровати.

- Останься, еще на пять минут, - сонно попросила я.

Лора не спешила возвращаться домой, и завтракали мы вдвоём с её мужем. Понимая, что Роман не позвонит, я не выпускала из рук телефон.

- Дай сюда, - не выдержал Артем и положил его на подоконник в кухне, заставленный горой посуды. Он вылил мой остывший кофе и сделал новый.

С горячей чашкой я прошла через столовую, заваленную строительными материалами. Там были большие панорамные окна, в которые по-прежнему стучал дождь.

- Когда вы сделаете ремонт? Неужели весь вопрос в деньгах? – удивилась я.

- Все руки не доходят, - пожал плечами мужчина. – Сам не понимаю, зачем мы его купили. Кажется, кто-то из знакомых восхитился красивым местом. Лора, естественно, решила, что дом должен принадлежать нам. По-моему, это вообще не то, что она предпочитает.

Артём был совершенно прав. Моя сестра предпочитала жить в центре, в месте, где жизнь кипит и бьёт ключом. Особенностью этого участка, находящегося в новом элитном микрорайоне Минска, для частной застройки, являлась его уединённость и некоторая удаленность от соседних наделов.

- Нужно было покупать полностью готовый дом со всей внутренней отделкой. Может, тогда мы бы проводили здесь больше времени, - добавил мужчина, становясь за моей спиной. – Когда ты умудрилась вытащить мобильник?

Он вновь забрал его и засунул в карман брюк. Не лезть же в штаны к мужу сестры! Я допила кофе и посмотрела на него:

- Ты не собираешься в город?

- Хочешь вернуться домой? – догадался он. – Я подвезу тебя. На обратной дороге заберу Лору и Настёну. Эмилия, улыбнись. Для меня.

Я улыбнулась:

- Скажи еще раз, какая я глупая и наивная.

- Ты не глупая.

Я прижалась лицом к его плечу.

- Всё равно я ни о чём не жалею.  Ты хоть немножко меня понимаешь?!

- Немножко. Знаешь, о чём я думаю?

- О том, что с Настёной меньше проблем, чем со мной, - честно ответила я.

- Да, по ночам она даёт спать. А ещё её можно отшлёпать, - поддел меня Артём. – Идём собираться.

Поднявшись на носочки, я заглянула в его глаза:

-Ты же никому не расскажешь об этой ночи? Даже Лоре? Обещаешь?

- Обещаю. Даже Лоре, - заверил Артем. – И ещё раз с днём рождения. Помни, что ты всегда можешь поговорить со мной.

Вопреки моему собственному пессимизму и предупреждению Артема, Роман позвонил через две недели. Я в это время выходила из института, и он предложил встретиться.

- Прямо сейчас?  - заволновалась я, решив отказаться. На мне не было макияжа. И одета я была в строгую черную юбку и белый гольф. Невысокие сапожки и короткое приталенное фиолетовое пальтишко дополняли образ юной прилежной ученицы. Это еще больше подчеркнет наше с ним несоответствие друг другу.

- Прямо сейчас.

- Роман, я очень спешу.

- Ты одна. Я подвезу тебя, куда нужно. По дороге и поговорим, - предложил он.

- Откуда ты знаешь, что я одна?

- Потому что я тебя вижу. Переходи дорогу по пешеходному переходу и окажешься рядом с моей машиной, - объяснил он. – Я жду.

Что-либо говорить дальше было глупо, и я свернула на переход.

 В машине было тепло, пришлось расстегнуть пальто. Он положил мне на колени только начавшую распускаться белую розу.

- Я не знал, что тогда у тебя был день рождения. Но, подарка не будет.

Я приготовилась ответить, что уже поздно для подарков и это совсем не важно. Мужчина продолжил:

- Я специально не стал ничего покупать. Такие юные и впечатлительные девочки, как ты, возведут безделушку в ранг редкостной драгоценности.

- Это все, что ты хотел мне сказать? Спасибо, что потратил время!

Я взялась за ручку, чтобы выйти из машины, но мужчина заблокировал замок дверцы.

- Эми, пожалуйста, послушай меня. Ты мне очень нравишься. Ты привлекательна и интересна. Но у нас с тобой ничего не может быть.

- Роман, открой машину. Я не хочу слушать.

- А я хочу, чтобы ты поняла…

- Что я должна понять? И, зачем? Это ты мне позвонил, а не я тебе.  И я все поняла ещё тогда. Открой дверь.

Совсем некстати зазвонил телефон. Игорь интересовался, где я и напоминал, что ждет меня в сквере за институтом.

- Я еще в институте. У нас новый препод. Доставучий такой, все лекции читает, - не удержалась я от камня в сторону Романа. Пусть слушает.

- Бедняжка ты моя, - посочувствовал Игорь и пообещал.  – Придешь, пожалею.

- Скажи ему, что не сможешь прийти, - прошипел Роман. – Или я скажу.

- Игорь, этот урод все не отпускает. Не биться же с ним. Давай, я перезвоню тебе позже.

- Что, делает замечания? – забеспокоился парень. – Не напрашивайся на грубость. Лучше улыбнись ему.

- Кому? Этому старому мерзкому козлу? – я и сама понимала, что перехожу границы.

- Ты никогда не умела вовремя закрывать свой рот, - прошипел Роман и, нажав кнопку отбоя, швырнул телефон на панель.

В следующую минуту его губы впились в мои, а рука забралась мне под юбку. Мне удалось вывернуть голову в сторону:

- Отпусти меня. Не смей!

- Ты права. Тебе полезно остаться после уроков, - он отбросил моё пальто на заднее сиденье и притянул меня к себе на колени.

Ещё минута и мои сапожки упали на пол салона. Ему хватало силы удерживать меня одной рукой. Вторая забралась мне под колготки и трусики, чтобы с силой прижаться к горячей нежной плоти. Я извернулась, пытаясь укусить его за руку, но не сделала этого, глядя в зеркало. В своей пушистой белой кофточке и в смятой расклешенной юбке, я смотрелась вчерашней школьницей на фоне этого сильного взрослого мужчины. Картина являлась красноречивее самых правильных слов.

- Эми? – Роман тоже остановился, почувствовав мою напряженность.

Я указала ему на зеркало.

- Как кадр из порнофильма.

- Не думал, что ты их смотришь.

- Не смотрю. Девчонки в институте иногда рассказывают, - он больше не удерживал меня. Я подтянула колени к животу, но не спешила сбегать с его колен. На нем тоже было пальто, и моим ступням оказалось так хорошо прятаться в его складках. Коленом я уперлась в кобуру оружия, но это не испугало. Положив голову ему на грудь, я расстегнула несколько пуговиц рубашки, касаясь губами теплой кожи.

- Подари мне несколько минут, Рома. Это ведь для тебя ничего не стоит.

Он не ответил. От сознания того, что мы больше не увидимся, слезы душили горло. Я старалась не плакать, не здесь, не при нем, но они предательски потекли из глаз. Внизу живота образовалась тяжелая пустота, разливающаяся по телу нудной тянущейся болью.

- Я действительно урод, каких мало, - тихо произнес он.

- Нет, не говори так. Ты прав, я глупая, инфантильная, сумасбродная и легкомысленная. Но я никогда не стану тебе надоедать. Дашь мне еще минутку?

Он дал. Затем сам вернул на место трусики и колготки, пересадил на соседнее сиденье. Я наклонилась к его бедрам, чтобы достать свои сапожки. Мужчина удержал меня на месте.

- Так мы точно отсюда не уедем. Просто пристегнись.

Я не смогла посмотреть в его глаза.

- Я не хочу уезжать.

Он сам заглянул в мои.

- Ты возражаешь против моей квартиры, Эми? Заднее сиденье машины не лучшее место для тебя.

Слезы пропали мгновенно.

- Тогда поцелуй. Теперь. Пожалуйста.

- Настоящий ребенок, - прошептал он, наклоняясь к моим губам.

Это был обед обычной ноябрьской пятницы. Машины ехали мимо нас, люди спешили по своим делам. Любопытные дети высовывались из окон на светофорах, пытаясь заглянуть в соседние автомобили. Стекла джипа Романа покрывала тонировка и меня вряд ли было кому видно. Я сидела, повернувшись боком и упираясь пятками в его бёдра. Когда движение совсем замедлялось, он клал руку мне на колени, обтянутые нейлоном колготок. Это была самая счастливая дорога в моей жизни.

- Не будем шокировать консьержа, - пошутил Роман, обувая мне на ноги сапожки и набрасывая пальто. Он пропустил меня в лифт и нажал кнопку седьмого этажа. Еще несколько минут, и мы оказались в уже знакомой квартире. Сняв верхнюю одежду, я нерешительно застыла у двери.

- Роман, можно тебя спросить?

- Да.

- Ты жалеешь меня? Только честно.

- Если бы я жалел тебя, Эми, то отвез бы к тебе домой. Года два назад. Жалость и желание немного похожи по звучанию, но у них очень разные обозначения. Я с удовольствием покажу это тебе. Прямо сейчас, моя маленькая девочка. Присаживайся.

Я села возле барной стойки, отделяющей кухню от гостиной.

- Ты проголодалась? С утра прошло много времени. Мы можем поесть, - предложил он.

Я отрицательно покачала головой. Есть, может, и хотелось, но это отнимет драгоценное время.

- Это была жалость, - понизив голос, произнес он и резко подняв, посадил меня на барную стойку. – А сейчас осталось только желание. Подними руки.

Он стянул с меня кофточку, а я расстегнула оставшиеся на рубашке пуговицы. Мир перестал существовать или нас в нем осталось только двое, стоило нашим телам соприкоснуться. Я перестала дышать, когда его руки легли на мою обнаженную спину, обхватила его бедра ногами. Как можно крепче. Стать частью его, почувствовать на своих губах вкус его кожи, на своём теле – тяжесть его тела, обжечься изумрудным огнем его глаз.

- Рома, подожди, - когда он ласкал меня, мне было неудобно целовать его. Мужчина чуть отстранился, я тут же воспользовалась этой возможностью, впиваясь губами в его тело, лаская руками, наслаждаясь его силой и вкусом. Это могло продолжаться вечно. Я настолько погрузилась в собственные ощущения, что не заметила, когда он перенес меня на кровать. Его руки нетерпеливо стянули с меня оставшиеся колготки и трусики, расстегнули ремень брюк. Я почувствовала, как его плоть настойчиво прижалась к входу.

- Все хорошо, Эми? – он ощутил мое напряжение.

- Да, я веду себя глупо, прости.

Несколько минут он рассматривал моё обнаженное тело.

- Я хочу видеть тебя, все время, каждое твое движение, - попросил он.

- Как это? – прошептала я.

Взяв мои ступни в свои большие ладони, он поцеловал каждый пальчик, затем, став на колени, попросил:

- Упрись ножками мне в плечи.

- Нет, я не могу так.

- Конечно, можешь, - он сам сделал так, как говорил, при этом широко разведя мне бедра. – Открой глаза, Эми.

- Нет.

- Тогда просто чувствуй, - прошептал мужчина, медленно проникая внутрь.

Глаза я все же открыла, комкая ладонями простыни и выгибаясь всем зацелованным им телом. Сколько бы у него не было женщин, так бережен и внимателен он не был ни с кем. В конце он все же потерял над собой контроль, врезаясь в меня сильными и глубокими движениями, но я сама ждала их, отдавая всю себя этому мужчине.

Мы встречались не часто, раз, иногда два в месяц. Лишь в июле, когда я вновь смогла находиться на даче Артема, Роман стал заезжать ко мне чаще. Но он никогда не оставался на ночь, хотя такая возможность не раз представлялась.

В сентябре я перешла на третий курс, а Роман уехал в отпуск за границу. Перерыв в наших встречах составил три месяца. Мне стало казаться, что он не позвонит. Но он позвонил, чтобы поздравить меня с очередным днем рождения. Встретились мы у него дома лишь в середине ноября. Мужчина рассказал, что у него планируется очень много длительных командировок в ближайшее зарубежье. Я видела, что он не врет, пытаясь от меня отделаться. Он так ни разу и не сказал о собственных чувствах, если они у него были, а я продолжала ждать.

Перед самым Новым годом мне стало плохо. Острая боль появилась где-то внизу спины, отдавая в бока. Боль была настолько сильной, что родители вызвали скорую помощь. Мне поставили какой-то неврологический диагноз. Из приёмного покоя отвезли в соответствующее неврологическое отделение, оставили одну в палате и благополучно забыли. Ближе к полуночи у меня открылась рвота и сильно поднялась температура. Медсестра пошла искать дежурного врача, но не спешила возвращаться. Я лежала на кровати, поджав ноги к животу, и корчилась от все усиливающейся боли. 

В двенадцать позвонил Роман. К моему удивлению, от подробно расспросил меня о симптомах и в какой больнице я нахожусь. Через двадцать минут, вместе с дежурным врачом и медсестрой, они ругались у моей кровати. Врач угрожал вызвать милицию, а Роман требовал сделать УЗИ и показать ему анализы, которые никто не делал.

- Вы даже не родственник!  - победно заявил доктор. – Что вы себе позволяете! Куда вы! Таня, звони в полицию!

Мужчина поднял меня на руки, спустился по лестнице и, открыв дверь ногой, посадил в свою машину.

- Потерпи, солнышко, еще немножко.

Дорога была почти пуста, и мы быстро доехали до какого-то частного центра. Там нас ждал пожилой мужчина, на бейдже которого значилось, что он санитар. Молоденькая медсестра стала забирать кровь.

- Я включил аппарат УЗИ, – сообщил мужчина Роману. – Не думаю, что стоит тратить на него время. Аппендицит уже разлился. Минуты закончились, идут секунды. Врачи, самое раннее, будут через полчаса.

- У неё нет этих получаса, - понизил голос Роман. – Николай Иванович, вы будете стоять и смотреть?

Мужчина глядел на свои трясущиеся руки:

- Я пять лет не брал в руки скальпель, а у центра нет лицензии на подобные хирургические вмешательства. Ты сам понимаешь насколько сложна подобная операция.

- С каких это пор вам важна лицензия! Бумажка стоит её жизни?! Всё необходимое для подобного вмешательства здесь есть?

- Всё есть. Скальпель возьмешь ты, я буду ассистировать. Начнем хоть что-то делать, пока приедут специалисты. Алеся, считай наркоз. Куда все подевались? Рома, неси её на стол.

Я не узнала его в хирургическом костюме. Медсестра еще снимала с меня одежду, а вторая уже вводила в вену наркоз. Прежде, чем провалиться в пустоту, я почувствовала, как его губы касаются моей щеки.

- Ты проснешься, Эми. Я буду рядом.

Он выполнил обещание. Проснувшись, я увидела его рядом. И тут же закашлялась от долго простоявшей в горле трубке. Более-менее в себя я пришла лишь к следующему вечеру, вся опутанная проводами. Возле моей кровати сидел Николай Иванович. Он рассказал, что аппендицит не лопнул, а гной вытекал медленно, через отверстие. Благодаря этому меня не разрезали на четыре части для промывки внутренностей, а сделали лишь боковой разрез и еще один, где теперь стояли трубки, через которые вводили лекарства для предотвращения внутреннего воспаления.

Целых две недели анализы оставались плохими и висела угроза повторной операции. Осматривающие меня врачи делали неутешительные прогнозы, косясь в сторону Романа. Если бы не его присутствие, операцию бы сделали давно. Операцию, на которую дали согласие мои родители, когда им разрешили заглянуть за стеклянную перегородку.

Проснувшись от очередного, вызванного лекарствами сна, я услышала тихий разговор и узнала голоса. Они принадлежали Артему и Роману.

- Ты уверен, что она выдержит? – спрашивал Артем. – Она выглядит такой измученной. Её родители проконсультировались с самыми лучшими специалистами, те рекомендуют делать повторную операцию.

- Нет. Последствия непредсказуемы. На восстановление могут уйти годы – это в лучшем случае. Она борется, - ответил Роман.

- Ей больно?

- Нет. Капельницы постоянно обезболивают. Все перевязки под наркозом. Но лекарства очень сильные и имеют последствия. Дозу нужно снижать.

Я пошевелилась, и это заметили. Пришлось открыть глаза.

- Привет, - Артем держал меня за руку.

- Привет, - прошептала я едва слышно. Мне казалось, или его глаза наполнились слезами. Может, так падал свет.

- Тебе лучше уйти, - посоветовал Роман. – Ей не нужно волноваться.

Артем не стал возражать. Поцеловал кончики моих пальцев.

- Я буду рядом. Зови меня, когда захочешь.

Когда он ушел, Роман присел на стул.

- Как ты?

- Не знаю, но спать не хочется. Я так устала, Рома.

- Ничего. Еще немного осталось. Ты сможешь, я знаю, - он нежно гладил меня по руке. – Давай умываться, пока никого нет.

Он все делал сам. Обтирал меня влажными салфетками, менял катетеры, промывал трубки, даже уколы колол, которые нельзя было вводить в капельницы, обрабатывал швы. И где-то там, на задворках моего сознания, маячила тревожная мысль. Останется ли у него ко мне хоть немного физического влечения? У этого совсем незнакомого мне мужчины.

Однажды, когда Романа не было, Николай Иванович рассказал мне о том, о чем я не могла даже предположить. Оказывается, Роман закончил медицинский институт. Врач – хирург. На летних каникулах он поехал волонтерам в одну из горячих точек, где служил его друг. Они попали в плен к одной из группировок боевиков. Друга Романа расстреляли на его глазах. Его убивать не стали, так как он обладал медицинскими знаниями. Там они и познакомились с таким же пленным врачом Николаем Ивановичем.

Больше бывший доктор не стал ничего рассказывать. Лишь добавил, что им удалось сбежать через год. Роман не стал восстанавливаться в медицинском, окончив специальные курсы военной подготовки, после чего переехал из России в Беларусь, где стал работать в фирме брата с которым ранее почти не общался. У мальчиков был один отец, но  разные матери.

Ровно через три недели, двадцать первого января, меня перевезли в обычное хирургическое отделение. Здесь наблюдали, как заживают новые косметические швы, которые мне наложили в клинике и как восстанавливается весь организм в целом. А с ним проблем хватало. Потревоженный кишечник напоминал о себе сильными коликами и спазмами. Привезенные родителями профессора осторожно отвечали, что на все нужно свое время.

Через десять дней меня выписали домой. Еще через два дня мне снова стало плохо. Скорая помощь вновь увезла меня в больницу с сильным спазмом. Увидев в приемном покое толстую тетку с такой же огромной клизмой, я закатила настоящую истерику и заперлась в больничном туалете. Приехавшие родители вместе с дежурным врачом объясняли мне под дверями, что это необходимая процедура, которая поможет уточнить диагноз. Вдруг у меня заворот кишок. Доктор почему-то не желал верить моим словам, что в туалет я сегодня ходила.

Следующий голос под дверью представился штатным психоневропотологом. Я заткнула уши, чтобы не слушать его диагноз. В кармане завибрировал телефон.

- Не выйду, - ответила я Артему. – Все, хватит. Не могу больше!!! Эти десять дней в больнице мне адом показались!!! Такое ощущение, что у нас кроме клизм никакого лечения нет. Можешь передать это родителям.

- Это ведь первый этаж?

- Да.

- Можешь открыть окно?

- Да оно здесь и не закрыто!

- А вылезть через него можно?

Став на унитаз, я с легкостью забралась на подоконник. Артем уже стоял рядом. Он перенял меня руками и набросил свое пальто. В его машине я разревелась, размазывая сжатыми кулачками текущие слезы.

- Я не хочу больше в больницу, не хочу, не хочу!

- Ты звонила Роману? – поинтересовался Артем.

- Нет. Он звонил несколько дней назад, но не предложил встретиться.

- Эмиля, если твои родители об этом узнают… Они никогда не примут его. Благодаря тому, что он привез тебя в частную клинику, нам удалось замять разговоры про твою операцию. Родители были очень расстроены. Они думают, что это я привез тебя к своим знакомым.

- Да. Я знаю. Артем, - я несколько растерялась, но решила продолжить, путаясь в словах. – Я все думаю…. После того, что он видел, что делал…. Я могла стать ему неинтересна, как женщина? Как ты думаешь? Только честно. Не молчи!

- Я не знаю. Все зависит, как он относился к тебе до этого. Мне трудно тебе что-нибудь сказать. Эмилия, он очень помог тебе. Он спас твою жизнь уже дважды. Я не могу этого отрицать. Но ты его совсем не знаешь. Ты ничего не знаешь, - покачал головой Артем.

Я прижала колени к животу.

- Я люблю его. Это я знаю.

- Ты говорила с ним об этом?

- Конечно, нет. И не он хотел наших встреч, а я. Я всегда навязывалась ему, понимаешь? Я сама бросалась на него! Представляешь?!

Артем привез меня к себе домой. Поднял на руки, чтобы вынести из машины, но не поставил на пол, а отнес на второй этаж и уложил в кровать. Ему снова позвонили родители. Больничный плотник открыл туалетную дверь, а там никого не оказалось.

- Она у меня. Нет, Нина Александровна, ехать не нужно. Все будет хорошо, я присмотрю за ней. Пусть девочка придет в себя. Лучше заберите Настену из центра, Лора опять ушла на какой-то показ. Я позвоню, если что-то изменится. Не за что, Нина Александровна.

Посмотрев на мои прижатые к животу ноги, он сделал еще один телефонный звонок.

- Роман? Прошу прощения за беспокойство. Это Артем. Вам удобно сейчас разговаривать? Что случилось? Мы не знаем. Больница была, но, - он вышел из комнаты, видимо, чтобы рассказать про мою выходку.

Успокоившись и согревшись, я прикрыла глаза. Вернувшийся Артем накрыл меня одеялом.

- Он приедет, как освободиться. Ты разденься, чтобы было удобнее отдыхать. Я буду на кухне, приготовить тебе что-нибудь?

- Нет, Артём. Я не хочу есть, мне и так плохо.

- Тогда заварю чай. Хорошо?

- Хорошо.

___________--

Автор предупреждает, что указанные в книге медицинские сведения не должны рассматриваться как медицинский совет или консультация при диагностировании какого-либо заболевания!!!