Пешка и Принц: стратегии любви

Если бы ветер был человеком, он выглядел бы именно так. С растрепанными каштановыми прядями, с нереально крутым торсом, на котором то и дело застывали бы капли воды, с крепкими бедрами, которые облепили мокрые брюки, подчеркивая каждый мускул. Если бы ветер стал человеком, он бы точно так же несся на магически созданной доске по узкому каньону на безумной скорости, уворачиваясь от скал и то и дело поднимая капли брызг. Ветер так же смеялся бы. Ветер… 

Маэль с трудом оторвала взгляд от незнакомца, который в глубине каньона скользил с бешеной скоростью. Он будто снова и снова пытался убежать от чего-то. Жаль лица не рассмотреть с высоты: парень носился далеко внизу, вдобавок, на бешеной скорости. Завернув за очередной поворот, он вновь пропал из виду. Девушка опустилась на колени, чтоб  удобней было наблюдать. И принялась ждать, когда незнакомец пойдет на четвертый круг, даже приготовилась усилить зрение чарами, но парень больше не появился. 

Со вздохом разочарования девушка поднялась, отряхнула брюки и поправила форменную куртку. Вообще-то Маэль сбежала из академии на крутые горные обрывы поорать. Сегодня ей сожгли в янтарной кислоте последний пиджак, а наколдовать щупальца из ушей, так же как и дать в челюсть, богатым упырям-однокурсникам нельзя — за драку выгонят именно её. Вдобавок, денег на новую форму у нет. Да и шансов остаться в академии тоже — ректор, которая случайно зашла к куратору в момент разговора про форму, ясно дала понять, что пересматривать стипендию на новый учебный год не хочет. И почему ректор Телма де Норилас настолько вредная старая ведьма? Ей что, жалко? Стипендию все равно король платит! 

Маэль покрутила в руках мелкий камешек, размахнулась и, не глядя, кинула его вниз. Через несколько счетов вместо тихого «плюха» раздался внезапный, громкий и оглушительный «Твою ж мать!». Крепкая ругань разносилась вдоль воды эхом, многократно повторяясь и искажаясь. 

Девушка испуганно присела и наложила на себя чары невидимости, с ужасом осознав, что в каньон очень запоздало вернулся красавчик-ветер. Осторожно она заглянула вниз, увидела, как парень восстановил равновесие над водой, подняв взгляд вверх, но вскоре снова заскользил, даже не озаботившись защитой. 

Интересно, если кинуть еще камешек, он поднимется наверх, к ней? Маэль прогнала шальную мысль, поправила на плече сумку и хмуро уставилась в небо.

— Я обыграю это старую каргу-ректора. Она меня еще запомнит! — пробормотала девушка, покрепче перехватила ремень и зашагала вниз. Нужно успеть вернуться в замок до темноты, подготовить задания. А завтра — завтра она непременно пройдет в команду на Турнир!

Прекрасный незнакомец встречает вас в начале новой книги) 

Весна в академии Фейцари традиционно время суетное: студенты резко вспоминают про скорую сессию, но кроме этого начинается вечный спор за престиж, пафос и понты: кто отправиться представлять академию и маленькое, но гордое королевство Барангас на ежегодный Турнир?  Быть в команде — это словить нереальное уважение от однокурсников, а уж победа в состязании и вовсе считалась запредельной крутостью.  Большинство студентов в огромном замке только об этом и мечтали.
Кроме одного парня.  

Около главного корпуса, рядом с доской для объявлений, стоял студент-второкурсник в темно-синем форменном пиджаке, и хмуро смотрел на таблицу тех, кто прошел начальный этап отбора в команду.  

— Ты же тоже в списке? — раздался смешок за спиной. Парень обернулся, прохладный весенний ветер растрепал его темно-каштановые волосы. Сзади подошла красивая блондинка, подстриженная по последней столичной моде: с одной стороны коротко, с другой волосы острым углом касались ключиц. Стройная и изящная, она едва ли доставала до крепкого плеча парня. 

— Я надеялся, что нет, Патрисия. 

Девушка улыбнулась, кокетливо поправила прядь волос и будто бы случайно задела длинные серьги с голубым янтарем, так, что они игриво затрепетали около лица. Не дождавшись комплимента, она воскликнула: 

— Ох, Анаклето! Ты внук ректора и наследник де Норилас! Думаешь, хоть кто-то в академии сомневался, что ты первым пройдешь в команду?. 

— Отбор еще не закончен.Это только первый тур. — Совершенно спокойно произнес он. К стенду направилась шумная толпа первокурсников, и парень отодвинул свою спутницу с их пути:

— Отойди, Патрисия, мы мешаем. 

Мимо них тут же пролетела невысокая брюнетка с длинной косой и растрепанной челкой. Вместо дорогого пиджака на ней была хоть и форменная, но потертая спортивная куртка. Она повела пальцем по списку на доске, и остановилась около одной из последних строчек. 

— Я прошла! — звонко крикнула девушка, — прошла первый этап! 

Анаклето вдруг понял, что она ни к кому не обращалась, просто радовалась сама с собой. Когда-то и он так умел. Патрисия же искренность не оценила и презрительно процедила:

— Жалкая простолюдинка, учится на наши деньги.

— Ну, положим, не на наши. На королевские, — поправил ее парень. — Время от времени так в академию поступают. Чего переживаешь? 

— Я не переживаю! Но она своим видом портит престиж академии!

Первокурсники дико шумели, слишком медленно расходились, от гула начинала болеть голова, а вдобавок, Анаклето не хотел знать, почему нареченная Патрисия де Абреу так раздражена. Единственное, чего он желал — незаметно сбежать из замка, создать под ногами подобие доски, только из магии, и с бешеной скоростью нестись по каньону, чувствуя как скорость выбивает из головы все лишние мысли. И плевать, что сверху может прилететь мелкий камешек, как вчера. Защита чарами в этой игре —  для слабаков, важна интуиция. Но это забава прибрежных простолюдинов, не его дворянское дело такое себе позволять. А его дело — вежливо слушать Патрисию, кивать будущей невесте, даже не вникая в очередную тираду о том, почему беднякам здесь не место. Анаклето не вслушивался, зато магией усилил зрение, чтобы рассмотреть таблицу. В списке претендентов было только трое первокурсников, и девушка среди них одна: Маэль Престес. Красивое имя. Он мысленно пожелал девчонке удачи, раз для нее это так важно. 

Ему удача не поможет. 

***

Тем временем первокурсники в своей аудитории шумно поздравляли двух парней. Маэль сидела одна, поздравлять ее никто и не пытался. Она мрачно достала потертый учебник и тетради, и подумала о том, как ей пройти второй тур отборочных. Радость давно выветрилась, и снова хотелось выйти на край каньона. По баллам, магической силе, контролю, навыкам — она на порядок превосходила тех двух идиотов Лабердина и Ставина, что довольно орали впереди. Но она всё равно оказалась в конце списка. Не надо быть гением, чтобы понять почему. 

Академия Фейцари — для элиты, для тех, кому хватает денег не только на обучение, но и на толпу репетиторов, чтобы после обычной магической школы сдать экзамены в Академию. Да, существует королевская стипендия, но ее невероятно трудно получить. Маэль была единственной на первых двух курсах, кто не платил за обучение. 

— А ты видел, к ректору какой-то странный мужик заходил? Бородатый, в пальто и перчатках, хотя уже тепло. Может, это новый тренер? — возгласы Ставина вырвали девушку из своих мыслей.

— Да ну, сказали же, тренером будет Вега, — возразил кто-то из парней. — Может, просто нового преподавателя боевки назначат? Говорят, сэр Артамас уходит на пенсию . 

Лабардин довольно хмыкнул.

— Давно пора! Он старый, а преподает боевую магию! 

Маэль с грустью подумала, что стоит зайти к градмастеру Артамасу после пары: именно он и тренировал способную первокурсницу, наплевав на высокомерие остальных преподавателей и студентов. Именно он предложил ей поучаствовать в Турнире, еще в начале года сказав: «Никто не говорит заранее, но стипендию пересматривают каждый год. Никому ее на все четыре курса дают. Так что тебе нужно сделать что-то невероятно мощное на первом же курсе. Тогда даже де Норилас не сможет тебя выкинуть»

Почему ректор Телма Оливия де Норилас так ненавидит стипендиатов, никто не знал. Но по слухам, именно после ее назначения на должность, стипендий стали давать меньше, пересматривать и забирать — все чаще. Да и снобизм в академии вышел на новый уровень. Самой Маэль испортили уже третий форменный пиджак однокурсники, кинули прямо в одну из бочек алхимиков, и ткань моментально растворилась. 

— Янарная кислота — идеально для девчонки с побережья. — орал тогда Ставин. Ну да, на побережье, откуда родом Маэль, добывают янтарь. И что бедняки могут дни проводить шатаясь по берегу в надежде, что море выбросит к их ногам драгоценный камень. Но какое право эти избалованные придурки имеют хоть на кого-то смотреть свысока? Куратор в присутствии ректора лишь холодно заметил, что виноват в порче формы всегда хозяин формы. И если Маэль Престес нужен новый комплект, то она может его купить.

Вот после этого она и сбежала вчера поорать на край обрыва.  

Теперь приходилось сидеть в спортивной куртке академии  и выслушивать очередные издевки.

— Что, пойдешь янтарь ловить на свой грязный бережок? Куртка как у морячки, — обернулся к ней Лабердин. которому наскучили похвалы, и хотелось еще как-то почувствовать свое превосходство. Тем более над той, что по магии превосходила его на голову.

— Да пошел ты! — Маэль поднялась, и вокруг ее пальцев заплясали искры. Парни попятились — то, что Маэль Престес в спарринге била без жалости, испытал на своей шкуре каждый первокурсник. 

— Не нападешь ты на нас! Тебя за драку выгонят, а нас — нет! 

Они были совершенно правы, и это бесило до безумия. 

— Пошли вы все! — Маэль сгребла книги в сумку и хотела было выйти из аудитории, но в дверях столкнулась с профессором, спешившим вести лекцию.

— Престес? Уже готова выйти к доске и ответить? 

Однокурсники сзади мерзко хихикали: достаточно тихо, чтоб не влетело от преподавателя, но вполне слышно для девушки. Маэль поджала губы и принялась рассказывать теорию создания иллюзий.  

***

Лекция, казалось, будет длиться бесконечно, но нет — нудные факты закончились, стены академии сотряс колокольный звон — начало и окончание занятий играли на высокой колокольной башне, построенной века назад. Маэль собрала сумку еще минут за пять до окончания, и первой же вылетела из аудитории, не желая слушать издевки однокурсников. 

Спешно спустилась по лестнице, прошла по знакомым коридорам и толкнула дверь в огромный тренировочный зал. Профессор и грандмастер  Артамас Витер  проверял и заряжал магией крутящиеся снаряды. Не прерывая своего занятия, он произнес:

— Добро пожаловать, Престес.Хочешь дополнительную тренировку? 

— Это правда, что вы уходите? — без предисловий спросила она. Мужчина обернулся. Высокий, с плавными движениями опытного бойца, но при этом дворянской аристократичностью, он был любимцем всех студенток, несмотря на седые волосы и строгий нрав. В юности он собрал медали почти всех дисциплин, и ему прочили блестящее магическое будущее. Но он ввязался в дуэль с бандой пограничных драконов чтобы защитить свою невесту, и чуть не погиб. С нареченной он жил по сей день, но силы так до конца и не восстановил, потому ушел в преподавание. Много лет он был бессменным тренером команды в Фейцари, и вот сейчас команду взяла его ученица Бадредин Вега, это уже точно. Но Маэль думала, что старый маг с вечно прямой спиной останется в замке хотя бы преподавателем, но…

— Тебе бы не помешало немного манер, Престес. 

— Вы не ответили, сэр.

Он закончил со снарядами, провёл рукой и в центре зала засветился круг для спарринга. 

— Сначала объясните, — стояла на своем Маэль.

— Сначала бой, — усмехнулся преподаватель и в его руке возник призванный тонкий меч. Маэль не любила эти заморские чары, но скинула куртку и тоже создала себе оружие — удобную дагу. Короткий бой, и она снова побеждена, снова валяется на полу. Как и на всех тренировках с Витером, он подождал, пока она поднимется сама.

— Я не рассказываю это всем, Престес. Меня пригласили в королевский дворец тренировать юного принца. Как ты понимаешь, приглашения такого рода равнозначны приказу. Возможно, я вернусь в Фейцари через пару лет. Возможно, останусь в столице. 

— Жаль… — девушка поправила косу, подняла куртку и тут же, под ироничным взглядом старого мага, поправилась, — простите, в смысле это такая честь, очень рада за вас. 

Артамас Витер не выдержал и рассмеялся. 

— Ты так отвратительно врешь, что в этом есть свое очарование.  Надеюсь, ты найдешь кого-то, кто оценит твою искренность. Ты уже говорила с Бадредин по поводу турнира? 

— Не успела еще.

— Я передал ей все записи и характеристики. Мы с принцем приедем на турнир зрителями, и я рассчитываю тебя там увидеть. Ты очень талантлива, Престес. 

— Спасибо, сэр. 

— «Спасибо» не медаль, на стенку не повесишь. Иди, у меня сейчас небольшой интенсив для второкурсников, а потом я хочу передать зал Веге.  

В этот момент в зал вошла пара студентов. Высокий широкоплечий шатен с вечно отсутствующим взглядом — принц всея академии, он же внук ректора де Норилас. Он осмотрел зал, будто Маэль там и не было, заставив девушку подумать, что он наверняка весь в бабку — такой же вредный сноб. Но он в своем противном высокомерии промолчал хотя бы, а вот блондинка с модной стрижкой зло прищурилась при виде Маэль, оценивающе глянула на поношенную куртку и процедила:

— Что, уборщицей нанялась подрабатывать? 

Чего эта дворянка прицепилась? Они даже не на одном курсе. 

— А тебе волосы слепой обкорнал? — не осталась в долгу Маэль. К словестным перепалкам она привыкла, потому что это единственное, что она могла себе позволить. 

— Может, леди хотят спарринг?  — вдруг с усмешкой произнес Артамас Витер, не дав блондинке ответить. 

— Запросто, — в отличие от тренировочного короткого боя с преподавателем, сейчас хотелось спустить пар. Маэль отбросила куртку, закатала рукава рубашки и встала в круг. Призванные мечи — для эстетов вроде градмастера. А для ярости хороша старая-добрая боевая магия. Задетая за живое блондинка тоже шагнула в круг.

— Патрисия, оно тебе надо? — спокойно произнес де Норилас.— Боевка не твоя стезя. 

— Серьги сними, вдруг поранишься.  — спокойно заметила Маэль, а блондинка как взбесилась. 

— Я выкину тебя из круга, раньше чем ты меня коснешься!

Де Норилас сзади закрыл лицо рукой, а сэр Витер усмехнулся и сделал знак начинать.

***
Привет, мои светлые солнышки и звезды) 
Эта история пишется в рамках задорного моба. Во всех книгах будут свои карты и свои академии, которые в конце сойдутся в Турнире. Оставайтесь с нами и помните: От любви до победы один шаг! 

Единственное, что было у Маэль из украшений — это подаренный старшей сестрой браслет с морским узором и заколка для волос. Но на первом же занятии градмастер Витер продемонстрировал, что требование снимать украшения в спарринге — не блажь, а здравый смысл. В реальных схватках всё как раз наоборот: заряженные магией артефакты были полезны. Ну или можно просто ударить чем-то железным. Маэль пару раз «нечаянно» резко разворачивалась, так, чтоб конец косы прилетал обидчикам по лицу. 

Но в спарринге сам круг для боя представлял сложную магическую схему, ограничивая пространство вокруг бойцов, не позволяя им нанести друг другу раны, не позволяя навредить окружающим, и еще много чего. И вот артефакты в этом поле вели себя непредсказуемо. Маэль потерла руку, вспоминая как получила ожог от своего же браслета. Другое дело, что девушки редко выбирали занятия по боевой магии сверх обзорных лекций, и еще реже доходили до спаррингов, потому к запрету относились небрежно. 

— К бою! — скомандовал градмастер. Раньше, чем блондинка успела пошевелиться, Маэль создала защиту. Патрисию эту она видела впервые, на что способна аристократка — понятия не имела, и недооценивать противника из-за ненависти не собиралась. Боковым зрением она заметила, как в зал вошла высокая женщина с по-мужски коротко подстриженными пепельными волосами, перекрестила руки на груди и заняла наблюдательную позу рядом с де Нориласом.Парень наблюдал за девушками словно бы без интереса, и это тоже добавляло злости. Словно ему все равно, словно он тоже смотрит на нее сверху вниз.

— Боишься? — отрывисто бросила Патрисия, создавая атакующие чары. Маэль вдруг узнала запретное плетение «удара судьбы». Его не учили в академии, ей как-то показал чары Витер и строго запретил их использовать. На вопрос, зачем тогда показывать, он ответил просто: «Если против тебя будут колдовать — ложись. Даже твоя защита не выдержит». 

Не думаю особо о приличиях, Маэль упала на пол раньше, чем из рук блондинки ударила волна света. И даже раньше, чем Витер и незнакомка рванули к кругу. Свет же отразился от защитной черты, и вернулся к самой Патрисии. Девушка закричала, схватилась за голову и упала на колени. 

Учитель убрал поле для спарринга, опустился на колени рядом с Патрисией. Голубой янтарь крошился, осыпался пылью на отвороты дорогого пиджака девушки. Маэль поднялась, а грандмастер Витер вел руками над головой Патрисии. Наконец та застонала и открыла глаза.

— Что она со мной сделала? Это простолюдинка виновата, — простонала блондинка. Маэль не сдержалась:

— Я вообще-то предупредила тебя снять серьги, дура. Кроме защиты я вообще ничего не делала.

— Ты виновата! Тебя выгонят! Анаклето пожалуется бабушке … 

Маэль хотела сказать много разного … устного приморского фольклора. Но, к счасть, Витер остановил истерику блондинки одним взмахом руки. Поднялся, опираясь на колено и спокойно произнес подошедшему ближе парню:

— Де Норилас, будь добр отведи леди де Абреу в лазарет. И хм… не мог бы ты не обсуждать это с ректором? 

Парень скептически изогнул бровь.

— Поверьте, это будет сложно. Идем, Патрисия. 

Он помогал идти и поддерживал блондинку, которая охала на плече парня, а Маэль злилась. Что значит — сложно? Не жаловаться старой ведьме сложно? Когда пара подошла к дверям, Артамас Витер бросил в сердцах им вслед:

— Когда вы подсматриваете в фамильных библиотеках чары, вы хоть спрашивайте, зачем они!

— Я хожу только в фамильный склеп, — бросил де Норилас, прежде чем закрыть дверь. Вот же зазнайка! Но Маэль стало интересно и она спросила:

— А зачем эти чары? 

Грандмастер Витер вздохнул и переглянулся с незнакомкой. Высокая, одного роста с учителем, она выбрала для работы в Академии простой джемпер, брюки и мягкие туфли, что сразу добавило ей симпатии со стороны девушки. Брюки считались чем-то не аристократичным, и носить их вне для тренировочных залов, поло, верховой езды считалось даже чуть скандально. Женщина ответила первой:

— «Удар судьбы» — запрещенка, она лишает противника магии на некий срок, в зависимости от силы чар. Обычная защита против него не сработает. Можно попробовать уклониться, что ты и сделала. Узнаю тренировки мастера, — она улыбнулась в сторону Артамаса, — кстати, я Бадредин Вега, Престес. Ваш новый тренер. 

Маэль кивнула и пожала протянул руку. А Вега продолжила:

— Чары выглядят привлекательно для студентов: что может быть хуже для волшебника, чем мучиться без магии даже месяц? Они не фатальные, к счастью. В запрещенных же оказались потому, что за пару веков никто не смог довести их до ума: есть проблемы при столкновении с артефактами. И чем сильнее вещи на маге, тем больше шансов получить рикошет. Мда… Теперь возникла большая проблема…

Женщина снова переглянулась с градмастером. Тот понимающе кивнул. Маэль терпеть не могла, когда кто-то вел себя так, будто ее нет рядом или она ничего не понимает. Память сразу отбрасывали ее в прошлое, в большой дом, где она никому не нужна.

— Простите, сэр, леди Вега… Но вы говорили, что магия пропадает на время. Неужели это так страшно? Эта Патрисия отойдет от своего рикошета, и буде дальше учиться. Ну и я тоже, надеюсь. Если этот де Норилас не донесет ве… ректору. 

Бадредин Вега растрепала пальцами свои короткие волосы и вздохнула.

— Проблема теперь у меня, а не у вас. Она своей глупостью сломала мне почти идеальный состав команды на Турнир.

На Турнире соревновались в шестнадцати дисциплинах, и собрать сильную команду в небольшой Фейцари было сложно. Не всегда удавалось найти талантливых участников на все соревнования, и потому Фейцари получала кубок нечасто. Маэль волновала ее собственная победа в боевой магии, а остальные состязания, по мнению девушки, столько внимания и не заслуживали. Тем более были там откровенно странные, вроде уничтожения кошмаров, портальной магии или шахмат-вейго.  

Девушка осторожно спросила у нахмурившейся Бадредин:

— Леди Вега, а когда будет известен состав команды и точные дисциплины? 

— Вообще у меня был готов предварительный список, и я собиралась подать его на согласование ректору. Но теперь… Все сложно. Зайди ко мне утром, Престес. Нужно кое-что обсудить. 

Что сложного было в том, чтобы вписать ее в боевую магию? Маэль не понимала. Ну выбыла эта Патрисия, и что с того? Будто мало в академии таких же бесполезных зазнаек? Но спрашивать у обеспокоенных преподавателей, в чем загвоздка, она не стала. 

Артамас Витер крепко обнял ее на прощание.

— Ты держись, Престес. Не дай никому себя потопить! И рассчитываю увидеть тебя на Турнире. 

— Спасибо, сэр.

Она сморгнула случайную слезу и тут же вытерла рукавом куртки. Незачем кому-то в академии видеть ее слабости. 

В свою комнату в общежитии девушка пришла даже не замечая, что происходит вокруг. Может, кто-то опять кричал ей вслед гадости. А может, и нет — она настолько погрузилась в свои мысли, что вернулась в реальность только сидя в одиночестве на своей кровати. Вздохнула, разобрала сумку. Есть некоторые плюсы в том, что тебя все презирают, грустно подумала Маэль. По крайней мере сокурсницы так допекли управляющую общежитием о том, что никто из дворянок не хочет делить комнату с Маэль, что та нашла ей пусть и маленькую, но отдельную комнату. 

Она бережно повесила куртку на вешалку, почистила магией — неизвестно, когда другую форму сможет получить. Закатала рукава рубашки, распустила косу и просто скрутила волосы в узел. И села за стол. 

Расписание на стене было исчеркано планами, датами тестов и контрольных, графиком тренировок. Девушка разложила тетради и уселась за задания. Переживания это одно, но теорию иллюзий лучше написать сразу. Закончив первый лист эссе, Маэль отвлеклась. На столе загудела ракушка — артефакт связи, чем-то похожий на жемчужницу. Открываешь такую, а внутри можно увидеть человека через расстояние. Правда, ее ракушка была старая,едва тянула связь с побережьем, и только.

В перламутровой поверхности возникло лицо брата.

— Привет, Элька! — жизнерадостно начал он, а девушка тут же поморщилась. Во-первых, она терпеть не могла это сокращение, а во-вторых Клайв никогда так просто не звонил. Он был всего на пару лет старше, но постоянно умудрялся влипать в неприятности.

— Чего тебе нужно?

— Эй, чего грубая такая, мелочь? Я могу просто так с сестрой поговорить.

— Можешь, Клайв. Но никогда этого не делаешь, — заметила Маэль.

Он нахмурил темные брови.

— Я хотел похвастаться, милая сестренка! Со следующего года я буду учиться в Фейцари!

Маэль ушам своим не поверила.

— Ты смог сдать вступительные тесты? 

— Лучше, сестренка! Я взял ссуду на обучение магии! 

Брат выглядел довольным, а ее будто что-то смущало.

— Подожди, в академию можно пробовать поступить только два раза. И ты их завалил в прошлые года. 

— Мне обещали, что я получу диплом! Я даже заложил свою долю дома! 

У нее словно выбили почву из под ног. 

— Клайв! Тебя обманули! Верни все, слышишь? 

— Не могу! Они сказали, что уже заплатили все ректору де Норилас и я жду письмо! 

— Сколько… — онемевшими губами прошептала она, — сколько ты взял?

Он назвал сумму. Захотелось тут же перенестись и свернуть шею братцу. Заложил часть дома мошенникам! Как можно быть таким идиотом? Ладно бы это был его, Клайва дон, но нет, там живет Леана, старшая сестра со своей маленькой дочкой… Маэль сжала кулаки. Про таких мошенников не слышал в королевстве только ленивый, как Клаус мог так глупо попасться? Хотя ответ она знала — брат всегда верил, что удачу надо хватать за хвост, потому велся на всякие сомнительные схемы. Столько денег нет ни у кого из них… Девушка покосилась на график тренировок. Что ж, остается не просто попасть в команду ради себя и своей стипендии, но еще и занять первое место, чтобы забрать призовые деньги. Маэль усмехнулась своим мыслям: теперь она сама тоже  рассчитывает на чудо. 

Утром она встала пораньше, тщательно привела одежду в порядок, и первым делом отправилась в тренировочный зал, поговорить с тренером Вегой. Ей непременно нужно попасть в команду! Только она потянулась к двери, как услышала внутри голоса.

— Вы говорили, что я смогу участвовать в алхимии или зельях. — в голосе красавчика де Нориласа была досада. Вега что-то ему ответила, и Маэль поняла, что этот разговор между ними не первый.

— То есть вы — как все, я понял. Бабушка сказала — вы делаете. Те ваши слова про свое мнение — просто дым. 

— Ты не понимаешь, — уже громче ответила Вега, — я обязана думать о победе в целом, а не о ваших хотелках.

— Мне все равно на вашу победу. Поставите на боевое или любимое ректором вейго — я проиграю, понятно? — отчеканил де Норилас. Маэль едва успела отскочить, иначе бы резко распахнувшаяся дверь задела бы ее по лицу. От двери девушка увернуться успела, а во принцу всея академии все равно уперлась носом в грудь.

— Все из-за тебя! — зло бросил он, отодвинул ее и зашагал прочь по коридору. 

— Сам дурак! — Маэль в долгу не осталась. К ней подошла Бадредин Вега. Под глазам тренера залегли тени, вгляд был хмурым. 

— Зайди, Престес. Ты тоже сейчас не обрадуешься. 

Голос Веги уже не предвещал ничего хорошего. Маэль с опаской последовала за тренером в зал. Сегодня женщина была в брюках, рубашке и темно-синей, в тон академической форме, накидке без рукавов. Вега двигалась плавно, но уверенно, всем своим видом показывая, насколько ей безразлично мнение окружающих по поводу внешнего вида.

— Вы красивая, — вырвалось у Маэль. 

— Спасибо, — та провела ее в небольшой отдельный кабинет в конце зала, села за стол. — Ты тоже садись, Престес. 

Но Маэль осталась стоять, предвкушая что-то нерадостное. Неужели ее выгонят из команды? Этот зазнайка Норилас пожаловался бабке? Что случилось-то?

— Как хочешь. — вздохнула женщина. — С чего бы начать? Ты знаешь, в чем должна была участвовать леди де Абреу? 

— Понятия не имею. Вышивка узорной гладью? Художественное выстукивание каблуками? Игра на нервах?

Вега усмехнулась шутке. 

— Да нет, Престес. Де Абреу с Аруджо Пакуа  должны были играть в вейго. 

Женщина сделала паузу, словно сам этот факт должен было всё объяснить. Но Маэль по-прежнему не понимала.

— Простите, но какое это отношение имеет к моему участию в боевой магии?  О вышивки не сильно отличается, как по мне. Ну вылетела эта Патрисия на пару месяцев, неужели так сложно найти какого-то аристократа, который умеет двигать шахматные фигуры и отличать белое от черного? 

У тренера вырвался вздох. Она отдвинула стопку документов, в которых Маэль узнала личные дела студентов.

— Всё не так просто. Да, дворян с детства учат играть в шахматы. Вейго сложнее и одновременно проще. Нет разницы, как именно ты уберешь с доски противника короля: стратегией или магией.Но в один ход нельзя использовать и то, и другое. Поэтому в вейго на турнирах играют парами…

Все это было известно Маэль и так, но раньше она никогда не вникала в детали. Эта игра требовала много времени, а такой роскоши у девушки никогда не было. Потому в ее сознании это относилось к тем самым «дворянским заморочкам» вроде поло, верховой езды, охоты и бальных танцев. Сейчас же Маэль теребила между пальцев конец косы и чувствовала подвох.

— Сядь, пожалуйста, Престес. 

Пришлось выполнить просьбу тренера, и та продолжила:

— Каждый ход игроки меняется. Тот, кто творил магию, должен двигать фигуры, а тот, кто ходил — должен колдовать. И так по очереди. Чтобы поддерживать чарами защиту своей доски в течении всей игры,  пары должны очень сильно совпадать по уровню магии. В идеале — еще и интеллектуально, но тут уж как получится. Иначе проиграть можно на втором же ходу. 

На взгляд Маэль, с интеллектом у Патрисии явно было ниже среднего. Но поднимающееся внутри  беспокойство не давало даже толком позлорадствовать.  

— И? Не томите, тренер.

— Я без труда могу найти замену боевому магу вроде тебя в одиночных состязаниях. — Маэль почувствовала, как у нее под ногами плывет пол. Разве она не показала лучшие результаты? Неужели всё, у нее нет шансов? Представилось сразу, как она вылетает из академии и идет собирать янтарь, вместе с босоногой племяшкой, и нет шансов что-то изменить, заработать денег и спасти дом…Вега расстройства студентки не заметила, — а вот новую пару для вейго собрать — куда сложнее. За ночь я просмотрела все дела студентов в академии. Кроме де Абреу и Пакуа есть еще парочка, кто совпадает по потенциалу и при этом достаточно сильна, чтобы выйти в финал Турнира. 

— Зачем вы это говорите, если решили меня заменить и выгнать из команды? — Маэль сжала кулаки, ногти до боли вонзились в ладонь. Пусть слова звучат глухо, но она не станет реветь и плакать, нет! 

— Выгнать? Нет, я хочу чтоб ты с Анаклето играла в вейго вместо Патрисии! Он, конечно, чуть сильнее, но этот разрыв минимален. С точки зрения пары вы лучше всех. Я бы и раньше вас соединила, но Витер рекомендовал тебя в боевую, а Анаклето уговорил поставить его на алхимию. 

Маэль не сразу осознала услышанное.

— То есть я могу участвовать в Турнире? 

— Да. Если уговоришь Анаклето, то вы оба в команде. На счет остальных дисциплин мы еще будем проводить испытания, но вам уже можно тренироваться. 

Играть с принцем в одной связке? Да он ей чуть по лицу дверью не попал! 

— Он сказал, что проиграет. Зачем он вам? Может, проще найти другую пару, не такую идеальную?

Вега собрала разбросанные личные дела, сложила в аккуратную стопку и убрала в стол.

— Я люблю победы, Престес. Потому меня и взяли тренером. у Анаклето свои причины, но он хорош. А еще я тебе напомню. Какая любимая игра у ректора? 

Об этом не знал только ленивый. Старая ведьма обожала магические шахматы, говорила что война на доске — почти как в жизни, где есть место и магии, и стратегии. У нее даже стол рабочий был в клеточку. 

Вега постучала пальцем по своему столу — из простого отполированного дуба. 

— И вот подумай, что леди Телма Оливия сделает с тобой, если узнает, что у нас нет хорошей пары в вейго. Другое дело, если мы скажем, что у нас есть пара получше. Тогда она даже забудет про инцидент с де Абреу. 

Маэль прищурилась. Значит, всё не так плохо. Да, она не сможет выступить в боевых состязаниях, но призовые есть призовые, и какая разница за что? Внутри поднимался привычный азарт. Вижу цель, не вижу препятствий — так она всегда жила, и так поступила в академию.  

— Спасибо, леди Вега. Выходит, мне нужно уговорить парня играть и победить?

— Ну, про победу я не говорила, я говорила про финал… Но в целом, да. 

— Отлично, меня устраивает. Пойду найду этого при… принца. А потом мы принесем вам победу. 

В том, что она сможет уговорить вредного де Нориласа участвовать, Маэль даже не сомневалась. Когда есть риск потерять дом, сомневаться просто некогда.

Узнать, где искать де Нориласа проблем не составило: расписание в холле явно гласило, что у курса принца сейчас была пара по древним языкам. Маэль протолкалась через толпу второкурсников, смотревших на нее свысока — но отнюдь не из-за роста — но парня не нашла. 

— А где де Норилас? — громко спросила она, обращаясь сразу ко всем. Кто-то из парней засвистел, но их остановил шатен с убранными в узел на затылке волосами. Не такой высокий как принц, не настолько распирающий от своей важности, как остальные второкурсники. 

— Зачем он тебе? 

— Нужно, — хмуро произнесла Маэль. Впрочем, незнакомый второкурсник спрашивал без агрессии или издевки, и она тоже смягчила тон, — правда нужно поговорить. Скажи, пожалуйста, где его найти. 

— Аруджо, это же очередная фанатка принца, — крикнул кто-то из остальных парней.  — Оставь ее, идем.

В памяти девушки всплыл недавний разговор. Аруджо Пакуа, парень, который должен был играть в вейго с дурочкой-Патрисией, про него говорила Вега. Этот шатен со спокойной, располагающей улыбкой слишком хорош для истеричной стервы, подумалась ей. Хотя тренер и сказала, что главное — совпадение по магии, а не по интеллекту. 

— Анаклето или у Патрисии, говорят, она вчера угодила в больничное крыло. Или у леди Телмы, она всегда требует его зайти до начала занятий. 

— Спасибо, — Утро выдалось настолько паршивым и нервным, что Маэль вдвойне порадовалась просто спокойному ответу от нормального, хотя бы на вид, человека. 

— Пожалуйста, — он пожал плечами, — но парни правы, если ты запала на Нориласа, то лучше брось. Он обручен с де Абреу с самого детства. 

Маэль поправила сумку на плече и улыбнулась внезапному предупреждению.

— Мне правда только поговорить. Это по поводу отбора в команду, только и всего. И… спасибо еще раз, за предупреждение тоже.

— Удачи, — услышала она вслед, и махнула рукой. 

К ректору идти она не рискнула и решила сначала поискать парня в больничном крыле. Тихо прокралась мимо кабинета лекарей и дальше пошла по коридору, прислушиваясь к звукам в палатах. Долго идти не пришлось: противный голос блондинки она узнала без проблем. Вот только жаловалась она лекарю. Маэль тихо заглянула в приоткрытую дверь: так и есть, там только де Абреу и мадам Софиджина, которая давала девушке настойку и с безразличным лицом выслушивала гневные жалобы на то, что ректор непременно сделает со мной, после того, как Анаклето вот прямо сию минуту наверное все рассказывает. 

Ошибка стала понятной слишком поздно, времени до начала занятий оставалось все меньше и меньше. Маэль рванула прочь. Перепрыгивая через две ступеньки, и кое-где даже перемахнув через перила, она оказалась в коридоре, заселенном дорогим темно-синим ковром, глушившим шаги. Впереди был кабинет самого грозного человека в Фейцари, но девушка туда не дошла. Она снова врезалась в принца, который только что вышел из приемной ректора. Ему вслед летело: «Я сама разберусь, что там с Патрисией!»

— Опять ты? — нахмурился он. У Маэль вмиг вылетели из головы все слова, что она хотела сказать раньше, и в ответ она бросила короткое:

— Что, пожаловался?

— Непременно. Кто меня бы слушал. — Его холодный взгляд и низкий голос пробирали, будто он не просто наследник древнего рода, а какой-нибудь древний вампир или дракон из другого королевства, и ему лет сто, а не девятнадцать. — Следила за мной!

— Еще чего! 

Маэль скрестила руки на груди.

— Если ты к леди Телме, то не смею задерживать. — его тон бесил. Причем в отличие от многих других студентов, которые пытались казаться высокороднее и важнее, чем есть на самом деле — как та же Патрисия, у принца это выходило невероятно естественно, будто он родился в колыбели из голубого янтаря. 

— Нет! 

Она даже попятилась. К ректору ей точно не нужно, особенно когда старая ведьма явно наслушалась жалоб внучка  и сама хочет разобраться что там с де Абреу.

— То есть следила? 

— Нет. Искала. 

Тут ему даже стало интересно.

— Зачем? 

— Вега сказала, что хочет нас в пару на вейго. И что мы можем выиграть турнир. 

Де Норилас не изменился в лице, но в коридоре будто холодом повеяло.

— Нет. Я не стану играть. 

***
Он уверенно пошел прочь, а мягкий ковер глушил шаги. На мгновение Маэль засмотрела на идеальную осанку и подумала, что грандмастер Витер бы одобрил. А потом выкинула эту мысль прочь, и поспешила следом, почти бегом спускаясь по лестнице.

— Стой! Стой, тебе говорю! Де Норилас! Принц, чтоб тебя! 

На последнее прозвище он обернулся так резко, что Маэль чудом успела среагировать и остановиться. Будь на ее месте какая-то леди типа Патрисии, точно не удержала бы равновесие и упала на принца, как в каком-то романе. 

Сейчас парень стоял на ступень ниже, и смотрел Маэль прямо в глаза. Устало и будто бы безразлично он произнес:

— Послушай, Престес. Позволь, кое-что тебе объясню: неважно, что я сделаю, я всё равно окажусь в команде. Поэтому в моих планах выбрать самую позорную, по мнению леди Телмы, дисциплину, и в ней проиграть.  Извини, что резок. Я понимаю, что ты на самом деле не виновата в том, что де Абреу вылетела,  — у него сверкнули глаза, а Маэль на мгновение начала надеяться, но он закончил фразу, — но я не стану играть в вейго.

— Почему?! 

— Мне надоело быть фигурой, — бросил он. Колокольный звон прошелся по замку, оповещая о начале занятий. Де Норилас вздохнул. 

— Мне ничего не будет за опоздание, но ты другое дело. Поспеши на занятия, Престес. И… удачи тебе. 

Спокойная вежливость бесила Маэль больше, чем недавняя резкость принца. Хотелось встряхнуть его хорошенько, потому что сейчас Анаклето де Норилас казался ей будто неживым. Еще хотелось просто послать его к черту, но нет, он ей нужен. Принц, а не черт, конечно же. Время текло неумолимо, и де Норилас был прав: ей за опоздание могло влететь. 

— Я с тобой еще поговорю, — коротко крикнула она, обогнав его на лестнице. Подумав, она перемахнула через перила, добавила магии и сразу приземлилась в холле первого этажа. На мгновение задрала голову вверх, где все еще спускался де Норилас: ей показалось, или она слышала короткий смешок? Но думать об этом было некогда, она рванула по коридору, обогнала профессора Ляписа и остановилась. Этот старикашка никогда не любил Маэль, но сейчас мастер каменной магии тащил за собой тяжелую тележку с образцами.

— Вам помочь, градмастер? 

Он смерил девушку взглядом, видно оценивая, потеряют ли его драгоценные камни свою драгоценность от помощи простолюдинки или нет. 

— Что ж, — он протянул ручку тележки, — если ответишь, почему я не использовал магию, Престес, закрою глаза на опоздание.

Со вчерашнего вечера Маэль разбиралась с проблемой идиотки, которая протащила камень в неподходящую магию, и потому ответ ей был очевиден:

— Слишком много разных камней, вроде голубого янтаря, и у всех разные реакции на магию. Верно, сэр? 

Она открыла перед ним дверь в кабинет, профессор забрал тележку и пропустил ее вперед.

— Будь у тебя фамилия поприличней, цены б тебе не было, Престес. Садись, сегодня большая лекция. 

Свободное место нашлось только на галерке, Маэль спешно принялась записывать за быстрыми объяснениями Ляписа. Раньше она с некоторым пренебрежением относилась к магической геммологии, просто зубря материал не особо вникая. Сейчас же лекция внезапно оказалось уместной. Старый преподаватель достал из ящика черный и белый агат и запустил их в одну магическую сферу. Между ними тут же заплясали искры. 

— Поговорим о том, что не все камни в артефактах можно сочетать. Начнем с агата. В горах рассказывают сказки, что древние боги сошлись в битве света и тьмы. Кто победил, неизвестно, но осколки светлой и темной магии превратились в камни. Доказательств нет, но черные и белые камни и вправду не могут стоять слишком близко. Поэтому, кстати, их используют для изготовления фигур в вейго. Часто вместе с серебром, голубым янтарем или черным дубом, которые усиливают магическую силу фигур…

Маэль напомнила себе зайти после лекции в библиотеку, взять правила этих дворянских шахмат, а также найти и перечитать полный устав Турнира: может, есть там какие-то лазейки, например, вместо пары играть ей одной? Конечно, в себя она верила, но кроме этого предпочитала рассчитывать запасной план. 

Стоило лекции закончиться, она собрала вещи, и вылетела из кабинета, припоминая, какая пара у второго курса. И де Нориласа там не было! 

— Он даже на пару не пришел, — пожал плечами Аруджо. — Сбегает иногда. Все равно преподаватели никогда его отсутствие не отмечают. 

Маэль мысленно выругалась и поспешила на свои занятия. К счастью, сегодня у первого курса был почти свободный день: всего две пары. После истории Браганаса она еще раз заглянула ко второму курсу, но де Норилас как сквозь землю провалился. Тогда она взяла из библиотеки пару книг, взяла в столовой пару сэндвичей и решила почитать на свежем воздухе. По крайне мере, если уйти на вершину каньона, то там ни один придурок не станет отвлекать замечаниями на тему внешнего вида. 

Весеннее солнце согревало, Маэль даже скинула куртку, и принялась рассматривать записи партий, похожих на схему боевых действий, как внизу раздался знакомый «вжух». По каньону снова носился неугомонный Ветер.

Девушка попыталась было сосредоточиться на книгах, но записи вроде 1.e2-e4 e7-e5 2. f2-f4 e5:f4 3. Cf1-c4 Фd8-h4+ 4. Kpe1-f1 b7-b5? … и прочие, выглядели как загадочная клинопись. Даже запутанные магические формулы древних языков или схемы взаимодействия жидкостей  в алхимии не вызывали такую оторопь. Маэль с трудом продиралась сквозь заковыристые описания теорий и терминов. Когда она согласилась, вейго казалось чем-то простым и скучным: правила шахмат знали все, что такого? Пешка ходит прямо, слон наискосок, в конце надо сожрать чужого короля. Ну да, нужно еще магией свои фигуры защищать и пытаться валить чужие… Это же можно просто снести чарами все фигуры противника? На этом месте в ней снова возродилась уверенность в том, что все получится: ведь в волшбе ей мало кто уступит! Хотя с драконами она не сражалась, конечно… Но все равно! Получится! Надо только уговорить этого вредного принца. Пусть сидит рядом, благородно молчит и ходит конем, пока она уничтожит магией противника! 

План победы вдруг показался ей легким, она встала и потянулась. Весенний ветер доносил ароматы цветущего в горах багульника и дикого миндаля. Как всё-таки здорово выбираться из замка! Да, это было запрещено, но если студенты возвращались вовремя, не попадались и не влипали в неприятности, то преподаватели смотрели на такое сквозь пальцы.  Захотелось позвонить сестре и поболтать, но «ракушка» осталась в комнате… Внизу пронесся незнакомый кравчик, обдав камни волной брызг из под доски. Сейчас его вид показался странно знакомым. Девушка усилила зрение чарами и принялась ждать. 

Через пару минут он появился на повороте. Растрепанные темные волосы, влажные пряди прилипли к вискам, на точеном лице азартная, дикая улыбка, но…

— Быть того не может! — Не удержалась Маэль от восклицания. И хотя слова были сказаны негромко, ветер подхватил их и растрепал вместе с эхом по округе,. И через мгновение перед ней, лицом к лицу завис в воздухе красавчик-Ветер. Проклятый Принц. Анаклето де Норилас! 

Без формы он выглядел иначе, и дело даже не в рельефном теле, на котором застыли капли воды, нет. Дело было в том, что от академической бесстрастности и холодности не осталось и намека. Этот де Норилас вписался бы в любую приморскую банду, на него запали бы все девчонки побережья, и никому в голову бы не пришло звать его принцем или предположить дворянское имя. Этот парень излучал опасную силу и безумие, достаточное, чтобы играть со стихией по самым высоким ставкам. 

— Как ты узнала про это место? Преследуешь меня? 

— Еще чего! — Маэль тряхнула косой. С таким де Нориласом спорить было страшновато, но так хотелось… Примерно как самой покататься по волнам. — Это мое место! 

— Да ну? — Парень встал рядом на край обрыва, и доска, поддерживающая его в воздухе, исчезла. — И где здесь написано, что это место твое? 

— Оно самое красивое! Отсюда видно море. 

— Где? — Он прищурился, явно думая что девушка все выдумала. Но она вытянула руку вперед:

— Видишь? Полоса у горизонта. Ты хоть раз наверх поднимался? Смотрел отсюда вдаль?

— Зачем? 

Они стояли рядом, и Маэль чувствовала сейчас насколько она меньше… вернее, насколько де Норилас на самом деле сильнее ее. В синем, застегнутом на все пуговицы пиджаке, он казался совсем иным. 

— Так что ты здесь делала? — Немного спокойней повторил он. Девушка взглядом указала на книги. Парень хмыкнул.

— Упорная. Но пусть Вега ищет тебе другого партнера. Или дисциплину. И… как человека прошу: не говори, что видела меня здесь. Иначе… 

Он свел брови, без слов обещая самые страшные кары.
***
Маэль с запозданием поняла очевидное: де Норилас хочет держать каньон в тайне. Но почему? Ведь сам раньше сказал: за опоздание или пропуск лекции ему ничего не будет. Доска — не сильно-то дворянское развлечение, но ничего постыдного в этом нет. Но он явно держал это в секрете. На мгновение о себе напомнила совесть: у каждого есть что скрывать, и нечестно пользоваться чужими слабостями. Однако хочешь жить — умей добиваться (и добивать). Это Маэль Престес усвоила давно. 
— Эй! Де Норилас! 
Он уже начал спускаться по тропе, но остановился и обернулся. Девушка твердо повторила: 
— Играй со мной. 
— Не сдаешься? Сказал же — нет. 
Кажется, он удивился ее упрямству. Маэль на мгновение зажмурилась и твердо пообещала сама себе извиниться перед ним после. Конечно, он лютый зануда и сноб, но шантаж ничто не оправдывает, и она это понимала. Но как быть, если выхода иного нет? Набрав воздуха, она крикнула:
— Если откажешься — расскажу ректору! 
Разделяющее их расстояние Анаклето де Норилас преодолел в пару огромных шагов и угрожающе произнес:
— Что ты сказала?
Страшновато смотреть в полные гнева глаза парня, но она стояла на своем:
— Что слышал! Или играешь, или расскажу леди Телме о твоих развлечениях.
— Тогда я сделаю всё, чтобы ты вылетела из Фейцари в этот же день, — потянуло холодом, но это парень сказал зря. Вместо сожаления и неловкости, которое девушка испытывала из-за того, что опустилась до шантажа, пришел гнев. 
— Да хоть обжалуйся! Я так и так вылечу из академии, если не попаду на Турнир, ясно тебе? Твоя прекрасная бабуля не продлевает королевские стипендии из принципа. Так что напугал ежа голой жопой! 
От злости самоконтроль куда-то свалил, и у Маэль вырвалась одна из прибрежных фразочек. Де Норилас уставился на нее с совершенно непередаваемым выражением лица, потом чуть наклонил голову. В другой момент девушке было бы неловко за свою простецкую речь, но сейчас в ней бурлило слишком много эмоций, а еще она пыталась угадать, чего это парень пытается на нее не смотреть. Злится? Обижен? Но вдруг он просто расхохотался, и эхо растащило смех по горам.
— Ну так что, играем? 
Она терпеть не могла, когда над ней смеялись, с самого детства. Де Норилас усмехнулся, провел рукой по волосам. 
— Хорошо. Я выступлю с тобой на Турнире. Но знай, я собираюсь проиграть.
— Мне все равно. Я выиграю, даже если ты будешь просто сидеть рядом и фигуры двигать, — с облегчением заявила Маэль. Вега хотела, чтобы с ней играл де Норилас? Отлично, он в команде. Правила она уже почитала, если сильно жахнуть магией, то можно и без лишних мудрствований выиграть. Этого плана и стоит держаться.
— Ты непередаваемо самоуверенная, Престес. 
— Ну извини, в отличие от тебя я живая постоянно, а не только в каньоне, — пожала она плечами и принялась убирать книги в сумку. — Бадредин Вега ждет нас вечером.
— Я приду. Только вопрос… Почему ты в куртке? Такой протест против всех? 
В ответ парень получил полный снисхождения взгляд. Маэль и в голову бы не пришло устраивать бунт ради бунта и показуху ради показухи, и то, что де Норилас подумал именно так, показывало насколько они из разных миров.
— Мой последний пиджак сожгли позавчера в янтарной кислоте. 
Маэль не жаловалась, просто обозначила факт — нечего делать из нее какую-то героиню из романа, борющуюся с несправедливостью. Пока он стоял молча, она подняла сумку, обогнала его и зашагала по тропинке вперед, не оборачиваясь. Нужно успеть в замок, перекусить, сделать задания на завтра и поспешить к Веге на тренировку. 
Уже идя по коридору общежития, девушка поняла, что разочарована. Да, здорово, что удалось уговорить де Нориласа участвовать. Но обидно, что соблазнительный Ветер оказался прозаичным снобом. А так хотелось, чтобы таинственный незнакомец оказался кем-то интересным! Хотя… она зашла в свою комнату, посмотрела на расписание и вздохнула: мечтать о красавчиках ей всё равно некогда.