Пиковый орден. Слепая вера

Рёв толпы в голове, словно рой цикад, не прекращался, не затихал. Спутанное сознание пыталось зацепиться за события прошлого или настоящего, но туман, окутавший его, не позволял.

Я тянулась к звукам, как мотылёк на свет, пыталась удержаться за них, однако они, словно невидимые ленты, трепещущие на беспокойном потоке ветра, ускальзывали от меня.

Не знаю, сколько я была потеряна для себя – день, два, неделю, месяц. Впрочем, это не имеет значения, если это непонятное состояние ощущается как вечность.

В полудрёме я вновь и вновь переживала травмирующие события: девушка на полу в луже крови, алое пятно, что запятнало её белоснежную рубашку; резкая боль в плече, висящая безжизненная рука; жжение в глазах, будто в них попала горсть песка.

Это сделала моя противница – Габриэлла. Вспомнив о ней, разум вспыхнул. Я ощутила на пальцах левой руки тепло от её крови, когда пронзила её бедро кинжалом. Следом за теплом глаза охватило жаром, который норовил прожечь в них дыры.

Послышался истошный женский крик.

Меня выдернуло из сна. Липкий холодный пот ощущался на плоти лишним, мерзким слоем, от которого хотелось немедленно избавиться в купальне.

В комнате кромешная тьма, что означает, сейчас ночное время суток. Судя по всему, небо беззвёздное, а луну прикрывает дымка облаков.

В нос сразу же ударил насыщенный аромат трав, витающий в помещении.

Лазарет.

Странно. Обычно в больничном крыле оставляют несколько источников света, чтобы всегда была возможность помочь больному.

– Сюда! – оглушающе вскрикнул Антип.

Его голос ударил по ушам, такой грубый и одновременно звонкий.

– Милостивый царь… на помощь! Сюда!

Я схватилась за уши, чтобы заглушить звуки, но наткнулась на что-то странное на голове. Похоже на бинты. Голова обвязана как раз вокруг области глаз, закрывая половину ушных раковин.

– Что это?! – прошептала себе под нос, но мои запястья кто-то остановил.

– Не трогай, Криста! – строго приказал мой верный соратник.

– Я не вижу! Сними их!

– Нет! Криста! Нельзя!

Мою грудь сдавило так, будто на неё правда кто-то оказывал давление.

Я не вижу…

НЕ ВИЖУ!

ПОЧЕМУ?!

Я задыхалась в комнате, где достаточно воздуха.

Паника охватила меня с кончиков пальцев рук и ног до макушки головы.

Сердце колотилось в груди как сумасшедшее, тревога прожигала дыру в животе.

Я не понимала, что случилось, что происходит, почему я в лечебнице, почему мне завязали глаза?! Если самым страшным раньше казалось неведение, то сейчас с ним в паре отсутствует зрение.

Орган чувств, который ранее помогал изучить мир и защититься, – исчез.

– Стой! Стой! Спокойно! Это я, Антип – твой друг! Сосредоточься на моём голосе! Всё хорошо!

– Моё зрение…

– Знаю…

– Что с ним?!

К нам подбежали несколько человек, судя по стуку каблуков: женщина и мужчина.

– Кристина, как себя чувствуешь?! Голова или глаза болят?! – голос целительницы словно бальзам на душу.

Один раз она уже помогла мне, нет, даже спасла. Если бы моё тело вовремя не восстановилось, я бы никогда в жизни не смогла освоить боевые искусства, меня попросту съел дракон, и на этом моя жизнь закончилась.

– Нет, только чувствительность к звукам. Я могу снять повязку?!

Но Устина Викторовна не ответила. Слышалось лишь движение где-то в отдалении, а в нашей компании из четырёх человек – гробовая тишина.

– Я могу снять повязку?! – снова повторила вопрос с заметным напряжением в голосе.

Мои руки потянулись к повязке.

И плевать! Если они не хотят отвечать, я могу сама проверить, оправдан ли мой страх или нет.

– Нет! – на этот раз мои запястья схватили куда меньшего размера ладони – женские, с более нежной кожей, без мозолей, как у друга.

– Пока нельзя.

– Почему?!

– Тебя ослепили запрещённым в империи веществом.

– Я смогу видеть?! Наставница?!

– Сожалею, – голос преподавательницы по лечебному делу дрогнул.

Послышались какие-то тычки.

– С такими симптомами, как у тебя, обычно у людей не восстанавливается зрение, – спокойные нотки в её голосе для меня будто издёвка.

– Какие симптомы?! У меня завязаны глаза! Как вы можете ставить диагноз, когда даже не проверили?!

Внутри меня всё пылало от негодования и безумной тревоги.

– То, что ты не испытываешь боли, и есть симптом. Нервные окончания в зрительном нерве отмерли.

– Этого не может быть… Я вам докажу! Я сниму бинты, и всё вам докажу!

Нос защипало от обиды!

Они не могут поставить на мне крест вот так просто!

Я больше не собираюсь носить эти бинты! Я хотела сорвать их со своего лица, как мои руки подхватили.

– Пустите! – дико заорала я, пытаясь высвободиться.

Острая боль пронзила правое плечо.

Я взвыла от боли.

– Пустите! Снимите повязку!

– Сестра! Успокоительное! Прижмите её к койке, она может навредить себе! – отдавала приказы целительница стальным, не терпящим возражения, тоном.

– Уже, – сухо констатировал факт другой мужчина. Я не смогла узнать его, поскольку в моё горло уже заливали горькую жидкость.

.

.

______________
П.с. Дорогие читатели, надеюсь, большинство из вас останется с героиней! Не забывайте оставлять книгу в библиотеке, ставить сердечко и комментировать! Всем приятного чтения!

Когда ты слепнешь, трудно осознать, что ты уже проснулся. Спросонья в голове продолжают мелькать картинки, воспоминания…

Перед глазами снова тьма.

Чтобы успокоиться, я вспомнила, как утренней порой лучи слепят взор. Попыталась вспомнить, как выглядит озарённое мягким жёлтым светом помещение лазарета, как стоят дюжина металлических кроватей в два ряда. Изголовья с красивым переплетением железных прутьев. Рядом пациенты, вверху, у стен, подвешены горшки с растениями с плетущимися стеблями. В лучах солнца играют пылинки.

Тревога стала потихоньку оставлять моё нутро, дыхание – восстанавливаться.

– Кристина?! Спишь?! – осторожно уточнил Антип где-то поблизости.

Я представила высокого юного парня с сильно вьющимися рыжими волосами, что торчат на макушке. Наверняка он сидит на стуле рядом. Возможно, он закатал рукава чёрной рубашки, как он делает частенько.

– Как ты узнал?!

– По дыханию.

Он коснулся моей руки.

– Как ты?

– А сам как думаешь?!

– Я должен был спросить…

Я привычно потянулась второй рукой к повязке на глазах. Не знаю, эта повязка бесит меня. Во мне рокочет желание сорвать бинты с лица.

– Не снимай. Там лекарство.

Рука замерла. Кончики пальцев погладили шероховатую ткань на виске.

Я резко втянула в лёгкие большой глоток воздуха, когда вспомнила всё, что вчера происходило на арене. Волк вмешался в пиковый турнир, а это запрещено.

– Что с Драганом?

– С кем?

– С Драганом.

– Устина Викторовна! – неожиданно гаркнул Антип, заставляя меня вздрогнуть и поморщиться.

Мягкий женственный стук шпилек приблизился.

– Да?

– А тот порошок не может как-то влиять на память?! – с непониманием уточнил друг.

– Гарантирую, я помню всё, что со мной происходило! Что с Драганом?!

– Ну вот видите, доктор?! Что она несёт?! А эта штука не могла её свести с ума?! Говорит о каком-то Драгане, будто ей мало меня, Бажена и того огромного волчища! Подавай ещё кого-то… – привычно приступил острить Антип.

– Волк! ДА, что с волком? – вскочила на кровати, будто собиралась ринуться на поиски.

Боюсь представить, как его могли наказать за вмешательство в состязания. Не хочу, чтобы ему досталось за помощь мне. А если за это его посадили в темницу, а я даже не смогу его высвободить без зрения?!

– А-а-а… ты о нём?! С ним-то всё в порядке… У него всё отлично! – устало хмыкнул Антип. – Чего нельзя сказать о тебе.

– Слава Милостивому царю, что хоть у одного из нас всё хорошо, – облегчённо вздохнула.

– Его такой расклад не устраивает… – буркнул себе под нос друг. – Он рвался проведать тебя с самого начала, но ему не дали. Он защищал тебя как настоящий зверь! Поняла намёк?! Волк как зверь.

– Ага.

– Поскольку другим мастям позволено входить на территорию пик лишь в день проведения турнира, по его окончанию его не очень деликатненько выставили из академии.

– Ясно. Главное, что ему не навредили, а то я знаю наших…

– Да… тебе как никому другому досталось… эта Клыкова просто конченная. Надеюсь, её посадят в темницу, как других нарушителей.

– Мне плевать, что с ней сделают. Могло быть хуже, вторая дама обещала переломать мне каждую косточку. Я благодарна Драгану, что этого не случилось. Антип! Ты здесь?!

– Да! Да-да! А Драган, кто вообще?! Ну и имечко у него, или ты сама его так назвала?

– С чего это вдруг мне давать ему имя?!

– Ну знаешь, люди часто дают зверушкам имена… – прыснул от смеха друг. – Кстати о зверушках… Богатство у твоего парня будь здоров! У него теперь много поклонниц, будь осторожна.

– Вот ещё, никакой он мне не парень.

– Ага… Конечно… Я , между прочим, наблюдал за вами. Разве не он тебе подарил кулон?!

– Ну он…

– А ещё говоришь, что не парень. Он дарит подарки, защищает, разрывает врагов… нуу… по крайней мере разорвал, если бы ему позволили. В любом случае, нужно иметь стальные яйца, чтобы предстать перед всей ареной голым… Судя по всему, ты ему очень дорога, раз он пошёл на такое. Одобряю такой союз.

– ЧТО?!

Я поперхнулась слюной.

– ЧТО ОН СДЕЛАЛ?! Вот же невоспитанная зверюга! Сколько раз я объясняла ему, что в приличном обществе так не положено!

– А ты думала, почему вся академия девочек теперь писается по нему?!

– Откуда мне знать… Может, они в первый раз увидели оборотня…

– Ну так и было, но покорил он их явно не большим сердцем… – Антип захихикал. – Поверь, его ещё не скоро забудут. Эх, как же быстро наши девочки позабыли о негласном правиле пик – вошкаться только со своими соклановиками…

Я не спрашивала своего друга о настроении. Тем не менее это не значит, что меня не интересует причина, почему хорошее расположение духа вернулось к нему. В день смерти нашей подруги он изменился. Стал угрюмее. Мы стали проводить меньше времени, а теперь также много, как и до убийства Аси.

Друг продолжал отвлекать меня от главного, и я позволила ему это. Мне вовсе не хотелось думать, как мне выжить в академии пик ещё пять с половиной лет, когда я знаю наверняка: один враг у меня точно имеется.

Древко копья влетело в меня со всей силы. Я помню, как рухнула на землю и ударилась головой. Помню собственную беспомощность, когда распласталась на земле. Помню боль, лицо второй дамы с окровавленными губами, зубами и подбородком. Помню её жуткую улыбочку, обещающую мучения.

Тогда я не боялась, а приняла поражение. Сейчас меня трясло, словно от повышенной температуры. Тревога сжирала изнутри. На улице зима, однако прохлада исчезла.

Голоса прервали мою мысль, и она утекла сквозь лабиринт из призрачных воспоминаний.

– Какого рожна ты встрял в бой?! – тихий, с заметной хрипотцой, мужской голос словно метательный нож вонзился в мою голову.

– Вы ничего не делали, когда та кобыла нарушила правила! Не забывай, туз, она призвала дракона, Кристина сделала то же самое! – ответил другой мужчина, ещё более разгневанно. Его голос, рычащий, как у зверя, знакомый моему сознанию.

– Не говори со мной таким тоном! – попытался пресечь его тот, который гораздо старше.

– Я буду говорить так, как пожелаю! Не думайте, что никто не расколол вашего фаворитизма! Ну, разумеется, на ком ещё отыграться, как не на сироте!

– Я не могу всё так оставить… – уже более сдержанно ответил старший. Кажется, это ректор. – Ты встрял в турнир.

– Вы с советом хотели зрелища?! Так мы его вам устроили! Радуйтесь! Если хотите наказывать, наказывайте всех. Хочу посмотреть на реакцию Клыковых…

– Они жаждут крови…

– Жаждут крови, говоришь?! Скажи, что они всегда могут обратиться ко мне. А ещё напомни им, что у Чудской где-то есть другая семья.

– Которая бросила её…

– Предположительно, – поправил его Драган. Да, это его голос.

Статный молодой человек в яркой красной кашемировой форме клана червей, с широкими плечами, волосами цвета вороного крыла и необыкновенными навыками оборотня. Его лик прекрасен и суров. Но как бы он ни был красив в теле человека, в теле огромного белого волка он мне нравится гораздо больше. Болтает и задаёт вопросов меньше.

– Вы все не должны забывать, она нашла карту пиковой дамы не просто так. Её род такой же древний, как у Клыковых.

– Опять же, нужна ли она своему роду?!

– Это мы скоро узнаем. На этом разговор окончен. И где, чёрт побрал, ваша целительница?!

Послышались шаги – не приближающиеся, скорые, с мягкой поступью, а твёрдые – мужские, две пары.

Они уходят.

Нет.

Я ещё не поблагодарила его за помощь!

– Драган! – вскрикнула я, подрываясь с кровати.

Я бы упала, если бы меня не подхватили под руки.

У меня закружилась голова, словно с отсутствием зрения я потеряла что-то ещё, что помогало мне ходить.

– Куда собралась?!

– Никуда.

Стоп.

Это не запах Драгана.

– Бажен?!

Я попыталась представить шатена с телосложением Драгана. Он немного ниже последнего. Голос более бархатный и мягкий. А одежду предпочитает, как и другие пики, тёмную. У него обольстительная улыбка, когда нужно, но сам он более угрюм внутри.

Я-то знаю. Я много времени провела с ним. Он полгода тренировал меня с другими наставниками.

– Как ты узнала меня?

– По голосу и запаху. От тебя несёт за милю.

Пиковый король сочно расхохотался и усадил меня обратно на кровать.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался он.

Я махнула рукой.

Уже ничего не поделаешь… Я чувствую себя здоровой, однако даже не смогла встать с кровати. О чём это говорит?! Милостивый царь его знает… Возможно, у целительницы получится вновь помочь мне. Встать на ноги точно, а вот прозреть вряд ли. Когда она говорила о способности видеть, её голос покинула надежда, и остались лишь отчаяние и жалость.

– Помимо всего прочего, держусь. Хочу пить.

Я не стала признаваться, что вчера меня усыпили силой.

Что-то сдвинулось на тумбе.

Бажен взял мою руку и вложил в неё стакан.

– Держи.

Я увлажнила горло.

– Я пришёл сообщить тебе кое-что.

– И что же?!

– Ты выиграла бой, но, учитывая все обстоятельства, я вынужден выбрать себе в пары вторую даму.

Я замерла. Всё казалось какой-то дурной шуткой.

Из уст сам собой испустился странный звук, похожий на хмыканье.

– Ты сейчас серьёзно?!

– Я не могу быть со слепой дамой… Прости.

– Прости?! – я задохнулась от возмущения. – Я ослепла, а тебя волнуют какие-то паршивые пиковые узы?!

Я только осознала, что у меня в руках стакан с водой. Я выплеснула его в ту сторону, где, предположительно, он должен находиться.

– Пошёл ты в жопу, Бажен! Кто тебе вообще сказал, что ты кому-то вообще нужен?! Мы занимались искусством поединков, что ты вообще себе понапридумывал?! Надеюсь, Габриэлла не примет тебя, потому что ты мерзкий, бесчувственный тип, думающий только о себе!

– Я лучше пойду, выздоравливай…

– Вали-вали, пока я не кинула в тебя этот стакан! И если ты этого правда заслуживаешь, бумеранг кармы точно разобьёт его о твою пустую голову! И окно открой, чтобы проветрить лазарет от вонючего шлейфа предателя!

Командир начал спешно удаляться.

– Бажен! Подожди!

Он остановился.

– И это тебе нужно выздороветь, придурок!
  

Я пыталась не показывать своего волнения, пока целительница хлопотала надо мной. Вдруг снова посчитает, что меня обязательно нужно вырубить…

– Плечо не беспокоит? – полюбопытствовала она, аккуратно прощупывая пальцами ключицу.

– Я о нём совершенно не думаю…

Как тут вспомнить о других проблемах, когда слеп как крот?! Просыпаюсь – мрак, засыпаю – мрак. Раньше я могла хоть читать в лазарете, а сейчас что делать?

– Голова не болит?! Глаза не жжёт?

Я покачала головой.

– Ну ничего… будем пробовать альтернативные способы. Я переписываюсь с лекарями нескольких академий. Кто-то точно знает, как тебе помочь.

Я сглотнула, чтобы увлажнить пересохшее горло.

– Я не смогла встать. У меня кружилась голова. Это обычное дело?!

– Дезориентация и спутанность сознания возможны при попадании пыльцы жар-птицы в организм. Наверняка ты вдохнула её. Считаю, ничего страшного в этом нет. Минуло уже два дня, этот эффект скоро пройдёт.

Маленькая ручка с гладкой, нежной кожей сжала мою ладонь.

– Попробуй встать.

Я выполнила повеление Устины Викторовны.

Голова стала тяжелее, ощущение, будто весь мир крутится вокруг меня.

– Ну как?!

– Кружится…

– Подожди. Постой немного. Организму нужно привыкнуть к новому состоянию.

Сперва ничего не менялось, меня даже из-за этого начало немного подташнивать. Однако совсем скоро мир стал замедляться.

– Вы правы! – обрадовалась я.

Милостивый царь знает, как я страшусь вновь стать беспомощной. Какое облегчение знать, что мне просто нужно время, чтобы встать на ноги. Со зрением не всё так просто, но я слышала, и так можно выжить. Я изо всех сил стараюсь не паниковать и верить в чудо.

– Ну вот. Я принесу тебе кое-какой отвар, которым обычно улучшают зрение.

– Хорошо.

Она отпустила мой локоть, и я выстояла сама, без чьей либо помощи. Я продвинулась и упёрлась во что-то твёрдое на высоте коленных чашечек.

Я чуть повернулась и осторожно, ощупывая голой стопой поверхность каменного пола, пошла вперёд. Дошла только до изножья и схватилась за холодное железо. Боюсь, что если пройдусь дальше, потеряю свою кровать. Милостивый царь, как же это печально звучит в моей голове…

– Забавно, я отняла у тебя способность видеть, а ты у меня – способность к передвижению, – подала соперница голос где-то справа от меня. Она не близко, где-то на расстоянии трёх коек от меня.

Как она вообще смеет со мной заговаривать после всего, что было?!

Я представила очаровательное лицо второй дамы первого года, которое пополнилось ещё парочкой царапин, которые я ей прибавила во время нашего второго сражения.

Наверняка иссиня-чёрные волосы, блестящие от любого источника света, потускнели. Она каждый день собирала их в аккуратную причёску, где ни один волосок не выбивался. Уверена, в данный момент всё по-другому.

– Ага, забавно… Обхохочешься, – буркнула себе под нос.

А я всё думала, где она. Лазарет один, зря я предполагала, что нас разделят. И как, спрашивается, спать, зная, что та, что отняла моё зрение, в одном помещении со мной?!

Точно, забыла. Я же сломала ей ногу. Пока я могу быть спокойна. У кого и есть возможность убить другую, так это у меня.

– Мы друг друга стоим. Если соединить твои ноги и моё зрение – мы отличная команда.

– Что за бред ты несёшь?

– Говорю, мы смогли бы стать отличной командой.

– Да неужели?! Тебе повезло, что я не вижу.

А то бы завершила начатое…

Мы замолчали. Я полностью обогнула кровать и села. Удивительно, как легко падают наши стандарты. Только недавно я училась трудным боевым приёмам, а сейчас горжусь тем, что смогла обойти койку.

Что ж… хоть какие-то хорошие новости. Головокружение оказалось временным побочным действием.

– Ты сломала мне ногу и унизила перед всей ареной. Дважды! Неужели тебе этого недостаточно?!

– Ты не сможешь ходить месяц. Поверь, это малое, что ты заслуживаешь за то, что сказала и думала об Асе и что сделала мне.

В лазарете в который раз воцарилась тишина. Над нашими головами застыло напряжение, которое можно чуть ли не ножом резать. Снова эта неловкость.

Надеюсь, меня скоро выпишут. Не хочу проводить день за днём под неусыпным вниманием Клыковой с её более странным чувством юмора, чем у того же Антипа.

– Могла бы сказать, что он тебе не нужен, – неожиданно прервала девушка молчание. В отличие от обычного звонкого тона, сейчас её голос более глухой и сиплый.

Нам обеим не нужно было уточнять, о ком идёт речь.

Разумеется, о Бажене. Ещё с первой нашей с ним встречи она помешалась на этом и нарисовала на моей спине мишень.

– Я говорила, дура.

– А потом встречалась с ним по ночам! – обвиняюще и с толикой обиды вскрикнула Габриэлла.

– ТЫ УГРОЖАЛА МНЕ! – рявкнула я в ответ. – А я не умела сражаться! Как мне ещё нужно было поступить?! Меня обучали все, кому не лень!

Клянусь, если она вякнет ещё что-то такое абсурдное, я найду её в этой комнатушке и придушу собственными руками!

Хотя нужно отдать ей должное. Если бы мне не грозила расправа, я бы вряд ли научилась сражаться так быстро. Мною двигало нечто большее, чем жажда всем доказать, что я тоже достойна пиковой масти. Я защищала собственную жизнь и честь, честь подруги, в конце концов.

Когда мы вот так разговариваем вместе, всё произошедшее между нами кажется нелепым.

Судя по всему, она услышала наш с Баженом разговор. Получается, мы чуть не уничтожили друг друга из-за него, и это ничего не стоило…

Да, сама я о нём не думала. Однако ею управляла именно эта мысль, а я лишь отвечала той же жестокостью.
________________
П.с. Дорогие читатели, знакомлю Вас со СВОИМ творчеством! Книга БЕСПЛАТНА!
Я сирота и всю сознательную жизнь живу на опасных землях Изгнанных. Когда на меня нападают вдали от дома, во мне открывается дар, – что означает, я фейри.
В борьбе за земли мой единственный опекун погибает.
Я отправляюсь в путь, чтобы найти новый дом, однако меня начинают посещать странные сны с незнакомым мне мужчиной…
Однако это только начало. Земли Фейрии погружаются в войну существ, людей и фейри.
В то время как героиня только начинает узнавать мир, её ищет брат – принц и истинный генерал.