Пирог для дракона, или попаданка против интриг

Мой персональный ад назывался «февраль в Москве». Сегодня он превзошел сам себя: слякоть пыталась утянуть за собой мои ботинки, а розовый плакат «Ты моя валентинка!» на остановке насмехался над моей долей одиночки. Мысль «любой дракон лучше этого» стала настолько навязчивой, что, когда я, проклиная все, заканчивала смену повара в маленьком, но гордом грузинском ресторанчике «Сулико», внаглую забрала бутылку вина и сунула ее в свою сумку. А что — у всех праздник? Сердечки, валентиночки, купидончики, а Марина Васильевна все одна да одна. Никому мои борщи и харчо не нужны, кроме гостей ресторана.

Я попрощалась с девушками-официантками, вышла с работы и поплелась по проспекту, понура смотря на толстый слой соли, которую щедро рассыпали коммунальщики на лед. Ноги гудели, а голова сама по себе перебирала варианты вечера: душ, сериал, сон. И снова по кругу.

И вдруг — свет. Не яркий свет фонаря или неоновой вывески, а тот самый, сказочный, обещающий, как в заставке к фильму про любовь. Он лился из окна крошечной кондитерской, затерявшейся между солидным банком и круглосуточным магазином с пивом. Окно украсили симпатичными гирляндами из бумажных сердец, на подоконнике стояли горшочки с какими-то невиданными сиреневыми цветами, которые явно не водились в подмосковных лесах, а в самом центре витрины красовался торт, от которого у меня, даже сытой и уставшей, предательски кольнуло в животе. Такой огромный, многослойный, залитый чем-то янтарным, и казалось, от него прямо сквозь стекло веет теплым запахом меда и сдобы. Вкуснятина!

— Прекрасная дева, отведайте печенье для поиска истинной любви! — раздался рядом голос, слишком бодрый для моего вечера.

Я медленно повернула голову. На тротуаре, не обращая внимания на мокрый снег, стоял молодой человек. Очень… симпатичный. Его уши плавно заострялись кверху, пробиваясь сквозь пряди серебристо-белых волос. На нем красовался зеленый камзол, откровенно театральный и слегка потертый на локтях, а в руках он держал изысканную корзинку, полную печенья в форме сердечек.

— Ого, а у вас уши-то настоящие? — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Усталость и абсурдность ситуации сделали свое дело. — Дайте потрогать! Такие прикольные.

— Нет-нет, у эльфа уши — это святое. Так просто не дам потрогать! — нахмурился молодой человек. Его бодрая улыбка потихоньку стала сползать с лица.

— Э-э, сначала, — произнес он с явным акцентом выходца, скажем, из очень дальнего Подмосковья. — Сначала купите печенье. А потом можно и уши трогать!

В его голосе звучала такая житейская, будничная усталость, что я вдруг почувствовала с ним странное родство. Вот он, коллега по несчастью. Тоже, наверное, смену отпахал, тоже хочет домой, но надо зазывать покупателей в дурацких ушах.

— А оно точно вкусное? — спросила я, уже засовывая руку в карман за кошельком.

Не из веры в любовь, нет. Просто торт в витрине выглядел слишком хорошо, а эльф — слишком несчастно. И почему бы не купить себе немного вкусняшек в февральский вечер? Хуже, чем сейчас же, не будет?

— Гарантирую незабываемые впечатления, — ответил эльф, уже механически пригласил меня в кондитерскую. В его глазах не было ни капли романтического блеска, только надежда поскорее закончить.

Внутри пахло так, как, казалось, пахнуть уже не может: настоящей ванилью, растопленным маслом, корицей и чем-то клубничным, как варенье в старом бабушкином буфете. Ни души. Только ряды идеальных пирожных, кексов и тот самый торт, вблизи выглядевший еще более невозможным и прекрасным. А еще ряды печенек-сердечек, которые как оловянные солдатики несли свой дозор.

Я взяла печенье, заплатила и, кивнув продавцу, тоже эльфу (все сговорились сегодня уши надевать?!), уселась за ближайший столик.

Развернула печенье и откусила.

Вкус был… сложным. Сначала — сладкая, хрустящая крошка, потом терпкая нота темного шоколада, а напоследок — взрыв чего-то острого, пряного, совсем не кондитерского, от чего слегка закружилась голова. Или голова закружилась от усталости? В ушах зазвучал мягкий звон, будто кто-то задел хрустальный бокал вилкой. Свет от лампы на столике поплыл, растекся золотыми бликами по стенам, превратившись в сияние совсем другого солнца.

«Надо было…., — промелькнула последняя здравомыслящая мысль. — Какое-то странное печенье я съела».

Потом пол под ногами перестал быть твердым, запах ванили смешался с запахом гари, дыма и влажного камня, а сладкий звон сменился грубым окриком:

— Маринетт, лентяйка! Ты чего замерла, сиротка? Графу завтрак подавать надобно, а у нас все горит!

И мой мир, Москва, где уставшие эльфы продают глючное печенье, грузинский ресторан, однушка в Бутово и даже февральская слякоть, — мягко и бесповоротно растворились. А я оказалась….А где, собственно, я оказалась?

Дорогие мои лучики, читатели мои,

приглашаю вас в замечательный литмоб Печенье Истинной Любви!
Поздравляю вас с Днем всех влюбленных и желаю приятного чтения!
═══════════════════🐲══════════════════

Ищите истории по хештегу #печенье_истинной_любви
и по ссылке: