Плавание принца Гейла

Лето 215 года. Одинокие острова. Остров Дорн.

В небе над островом кружило двое драконов. Один серебряный, второй —​ бирюзовый. Огромные, изящные, с легкими полупрозрачными крыльями они танцевали и, казалось, вырисовывали волшебные узоры.

Под ними среди скал и зеленых холмов раскинулась деревушка домиков на тридцать. Крыши покрывала пестрая черепица, в аккуратных двориках благоухали цветы…

Все, кто был в этот час в деревне, высыпали на улицу и застыли, глядя в небо. Пестрая разномастная толпа, среди которой попадались верзилы под два с половиной метра ростом, потомки гномов – не выше полутора метров, рогатые правнуки сатиров и люди с жесткими, точно тоненькие веточки волосами, унаследованными от дриад. Детишки визжали от восторга, взрослые хлопали в ладоши, приветливо махали руками. Несколько женщин побежали в дома за пирогами…

Тут наконец драконы стали спускаться.

Ослепительно рыжий староста деревни (он же глава Одиноких островов) выбил громкую дробь своими козлиными копытцами и крикнул:

— Освободите площадь!

Все, кто стоял на главной площади, кинулись врассыпную, а драконы, кружась и танцуя, опустились еще ниже. Уже можно были разглядеть их огромные глаза, в которых плескался расплавленный металл, удивительные выросты на голове, образующие брови и бороды. Драконы были прекрасны, как сон, как ожившая мечта. Казалось, от них даже пахло свежестью.

Немолодой мужчина по имени Лесной Кот невольно протянул руку к подлетающему серебряному красавцу. Дракон изящно повернул голову, приоткрыл рот… Толпа охнула и отпрянула при виде разявившейся вдруг зубастой жуткой пасти, но было поздно: Лесной Кот даже не вскрикнув исчез у серебряного змея в глотке! Жена его, Совушка, как раз с пирогами из дому выходила. Поднос выпал, пироги разлетелись, а женщина застыла на пороге: в лице ни кровинки, только глазами хлопает — поверить не может!

Бирюзовый меж тем сделал резкий выпад — хоп! — и проглотил красавицу Мальву…

Первой очнулась Ирис — дочка покойного Ветра. Схватила детей и с криком понеслась к скалам. Тут и остальные словно очнулись. Заметались, хватая детей… Только драконы в тот раз никого больше не тронули. Взмыли в небо и улетели за море...

Северное побережье Акабского залива. 1918 год.

Стоял жаркий июльский полдень, раскаленный воздух обжигал легкие, пахло морем, водорослями, табаком и восточными специями. Со стоящего у пристани старого потрепанного фрегата с паровым двигателем сошел высокий светловолосый матрос. Его лицо раскраснелось от гнева, серые глаза метали искры:

— Чтобы вас осьминог сожрал, висельники проклятые! — крикнул он, обернувшись к фрегату, показал неприличный жест и зашагал прочь.

— Эй, мистер! Мистер! — кричали местные мальчишки и зазывалы, но матрос лишь сердито зыркал на них и шел дальше. Что-то в лице моряка заставляло шумных арабов не подходить к нему слишком близко.

— Эй, морячок! — раздался вдруг женский голос. — Моя думать, тфой ром хотеть!

Матрос поднял голову. Перед ним стояла невысокая смуглая улыбчивая девица с длинными распущенными волосами. Не слишком красивая, крепкая, круглолицая, одетая в синюю короткую кофточку, выгодно подчеркивающую грудь, синюю юбку и шальвары.

Остальные зазывалы зашикали на девицу и заголосили:

— Лучший ром и вино! Мистер!

— Мистер, гостиница!

— Красифые дефочки!

— Опиум, мистер! Отличный опиум! — грубоватый пацан оттолкнул девицу в сторону и попытался схватить матроса за руку.

— А ну цыц! — рявкнул моряк, двинул пацана плечом и шагнул к простоволосой девице.

— Гашиш есть? Гашиш, понимаешь?

— Фсё фсё понимать! — хихикнула девица. — Идем! Гашиш хорош! Угости! — шаловливо улыбаясь девушка пошла вперед.

— Неужели ночь так плохо прошла, что сама не купишь? — насмешливо уточнил моряк, проталкиваясь сквозь толпу зазывал. Девица непонимающе улыбнулась и повторила:

— Идем-идем!

— Мистер! — обиженно крикнул предлагавший опиум парень. — Не ходи. Она сумасшедшая!

— Точно! — подхватил бородатый мужик, предлагавший девочек. — Райский Пещера звать. Не так хороша, не! Райский пещера видеть!

Девица раскраснелась от обиды, лицо ее стало совсем некрасивым.

— Мой имя — Аден. Аден!

Моряк кивнул.

— Хорошо, Аден. Веди. Потом расскажешь про пещеры, гурия.

Девушка снова заулыбалась. Идя за ней по узеньким улочкам Акабы, моряк думал, что гашиш и в самом деле самый лучший вариант. Ему необходимо расслабиться и прийти в себя.

Моряка звали Дик, а прозывали Бродячий Кот. Полчаса назад кривоносый боцман, деля навар, выдал новичку Дику долю чуть не в два раза меньше, чем остальным. Припомнил, каналья, как Дик заехал ему по морде, не позволив забить на смерь попавшего под горячую руку юнгу. Осьминог с ним, боцманом. Но вся команда смолчала, присвоив отнятые у Дика деньги. Чертовы контрабандисты! Висельники!

— Гашиш здесь, — девица указала рукой на пошарпанную дверь. 

За ней оказалась маленькая полутемная кальянная.

Народу было немного. Трое местных рыбаков и девица в алой кофточке. Пока спутница Дика толковала с хозяином, девица в алом, опершись подбородком о кулак, внимательно рассматривала моряка: тонкие черты лица, черные густые ресницы, множество шрамов, кривоватый нос — явно неоднократно сломанный…

Дику принесли темно-синий кальян, он опустился на подушку, Аден села рядом на пол.

Дик улыбнулся, вдыхая ароматный дым. Травы в смеси было немного, но моряк ощутил, как расслабляется вечно напряженное тело. 

— Так где же твой рай, гурия?

— Смеяться? — подозрительно спросила девица.

— Нет, нет. Интересно.

Восточная сказка под кальянный дым подходила как нельзя лучше.

— Моя родилась в дерефня. Близко здесь. Когда фойна, мы в скалах прятаться. Пещеры много. Дети сказать: эта пещера фход ф рай. У нас ночь, там день. Фсе наши туда ушли. Фесь деревня. Я остаться. Страшно. Теперь здесь...

— Слышь, моряк! — вмешалась в разговор девица в красном. Английский у нее оказался получше, голосок понежнее, да и фигурка поизящней. — Она же дурочка. Всем эту байку рассказывает. Даже водила многих, но не нашли ничего.

— Не каждый рай фидеть! — с обидой выкрикнула Аден. — Когда Батура янычары искать, моя отводить Батура в пещера, он уйти!

Девица в красном выразительно фыркнула.

— А где эта пещера? — спросил Дик. — Далеко?

Девушка улыбнулась и показала пальчиком на запад:

— Там! Два часа не спеша! Идем?

Тащиться куда-либо по жаре Дику совсем не хотелось.

— Может быть вечером, — подмигнул он Аден и вновь затянулся ароматным дымом. Девушка погрустнела, и Дик протянул ей несколько монет. — Отличный гашиш, гурия. Покури тоже.

Прикрыв глаза, Дик улетел мыслями в далекий 1906 год, когда он, Два Пистолета, Тучка, Джек и Однорукий отплыли из Англии в Китай на новеньком военном крейсере… Громко кричали чайки, стучал, шумел паровой двигатель, а с берега махала платочком красавица Джейн — невеста Дика. Еще жива была мать, еще Джейн думать не думала ни о каком докторишке, а жизнь казалась огромным приключением, в котором Дику отведена роль веселого и удачливого главного героя, навроде Пичи Карнегана. Дик вглядывался в лица друзей, вслушивался в их голоса, чувствовал на лице свежий морской ветер…

Он спустился в кубрик, где белобрысый Тучка в белоснежной новенькой форме распевал под гитару лихую моряцкую песенку:

Достанем печали из трюма и все их утопим в вине

Мы выпьем за тех девчонок, что были добры ко мне

Будем кутить и ругаться, как суждено морякам

Будем кутить и мотаться по всем соленым морям

И лотом измерим однажды мы Английский канал!.

Голова моряка упала на грудь, он задремал, и видения изменились. Загремели выстрелы, палуба задрожала от взрывов, Два Пистолета с криком полетел за борт, Дик кинулся к снастям, чтобы бросить другу канат…

— Дик! Дик! — закричала Джейн.

Голос ее был осипшим, лицо смуглым…

Моряк дернулся и проснулся.

Над ним склонилась Аден. С улицы доносились дикарские  завывания и звуки выстрелов.

— На английский моряк бедуин напасть! — теребя Дика за рукав говорила девица. — Торговец Хасан сказать англичанин плохой товар дать. Бедуин злой очень. Солдат английский не помогать. В горы бежать надо…

Дик поднялся на ноги и потрепал девушку по голове:

— Спасибо, гурия. Но я моряк. Мне на корабль надо.

— Опасно!

— Ничего. Не привыкать.

С револьвером в руке Дик выскользнул из кальянной. Солнце уже клонилось к западу и жарило не так сильно. Арабы, судя по воплям, были довольно далеко, но Дик все равно с осторожностью заглядывал в каждый переулок, прежде чем его пересечь.

Наконец он выбрался в порт. Здесь было шумно, но Дик рискнул выглянуть из переулка. Он сразу нашел глазами «Пьяную Мэри» и сердце пропустило удар. По палубе гарцевал конный араб! Прищурившись Дик разглядел обнаженный меч и обезглавленное тело капитана. С пристани раздалась английская ругань, и Дик увидел, как несколько местных тащат куда-то боцмана и каноньера. Дик шарахнулся обратно в переулок и прижался к стене. Какого дьявола английский гарнизон отдал мусульманам пусть и контрабандистов, но своих?! Что и кому наговорил этот дьявол Хасан? Послышался приближающийся стук копыт. Дик вжался в стену, но по переулку уже мчался всадник в развивающихся белых одеждах. Дикое смуглое лицо, белые зубы обнаженные в кривой ухмылке. Всадник поднял меч, Дик выхватил револьвер и, понимая, что на выстрел сбегутся местные, отточенным движением метнул в всадника нож. Не зря в лондонском порту Дика прозвали Бродячим Котом — мало кто мог с ним сравниться в кабацких драках!

Мусульманин схватился за горло и стал заваливаться на бок, белоснежные одежды залила алая кровь, а Дик метнулся вперед, повис на поводьях буланого коня и сумел остановить за секунду до того, как тот вынесся на пристань.

Вскочив в седло, перекинув через ближайший забор бездыханное тело, Дик стукнул пятками по бокам лошади и поскакал прочь от моря. Мелькнула мысль вернуться в кальянную, но тут совсем рядом заголосили арабы — его обнаружили! Что ж... Конь летел, петляя по узеньким улочкам, Дик направлял его на запад — к ближайшим скалам. Стремительно темнело и желто-оранжевые горы, стоящие словно часовые перед пустыней Вади-Рам, на глазах превращались в темные силуэты.

Арабы не отставали, подбадривая Дика то воплями, то выстрелами. К счастью, стрелки из них были никудышные.

Когда конь долетел до темных силуэтов скал, Дик, на первом же повороте, спрыгнул на землю и кинулся в горы. Преследователи пронеслись мимо, а Дик, обдирая руки в кровь, куда-то карабкался, боясь оставаться слишком близко к дороге. Оступившись в темноте, он скатился в расщелину и неожиданно обнаружил себя лежащим на берегу.

Июнь 301 года. Безымянный остров к юго-востоку от Нарнии

Шепотом чертыхаясь, Дик вскочил на ноги, огляделся и потряс головой. Похоже, он хорошенько башкой треснулся — иначе чем объяснить исчезновение гор и… Дик еще раз огляделся. Яркий свет звезд позволил рассмотреть и мягкий песок под ногами, и тихое, ласковое море и пальмовую рощу, из которой доносились дивные ароматы. Его нашли и притащили сюда, когда он сознание потерял?! Вот только куда и кто? Пусть в Акабу Дик заплыл впервые, он знал, что здесь пустыня. Какие к осьминогу пальмовые рощи?!

Матрос осторожно сорвал большой ароматный плод, по форме напоминающий крохотную дыню. Запах кружил голову, как хорошее вино, пробуждал голод, навевал смутные воспоминания о забытых радостях детства, вроде рождественского пудинга.

Даже если он ударился головой, а в утреннем кальяне было что-то покрепче гашиша, всё равно это не объясняло настолько правдоподобных галлюцинаций. Ну, разве что он спит и видит длиннющий сон…

На мгновение моряк задумался, не может ли плод оказаться ядовитым. Но, если он не спит, то, видимо, попал в страну эльфов... Арабских, по всей вероятности. Из райской пещеры, о которой рассказывала крошка Аден. Усмехнувшись, Дик надкусил «пальмовую дыню». Она оказалась сладкой, прохладной и очень сытной. Растягивая удовольствие, моряк вернулся на берег и не спеша, маленькими кусочками доел плод. Хотел было сходить за вторым, но вдруг ощутил, что сыт, и еще один плод, пожалуй, даже испортит удовольствие.

Небо светлело. В розовых облаках над морем огненным лепестком появился краешек солнца. А недалеко от берега, справа от Дика, показалось небольшое суденышко. Эльфы? Или гурии? Моряк торопливо достал подзорную трубу, приставил к глазу и разглядел идущую на веслах палубную ладью, словно сошедшую со старинных гравюр. Ее нос украшала золотистая резная фигурка с веселой мордой дракона. За ней стоял парень в оранжевой рубахе. Судя по лицу —​ мальчишка лет пятнадцати. Видимо, юнга. На квадратном шерстяном парусе была изображена ярко алая львиная морда, грива которой напоминала солнечные лучи. На боку корабля красивыми с завитушечками буквами было выведено «Повелительнитса морей». Рассмотреть матросов Дик не успел: его внезапно пробил холодный пот, бывалый моряк чуть не уронил подзорную трубу и кинулся под защиту пальм —​ по палубе прыжками двигалось существо из самых жутких ночных кошмаров. Лицо и торс чудища можно было посчитать человеческими, вот только голову венчали острые рога, а ноги покрывала густая рыже-красная шерсть. Подскочив к борту чудище противоестественно согнуло колено назад и поставило на борт здоровенное гнусно раздвоенное копыто.

Отдышавшись, Дик все-таки заставил себя вернуться к краю рощи. Он должен знать, куда поплывет чудовище!

Увы! Корабль направлялся к берегу! Вот, Кот, тебе и райские кущи…

Впрочем, чёрт на корабле был, похоже, только один — все остальные люди. Ну, и еще зверушка какая-то диковинная прыгала на задних лапах. Подкрутив трубу, Дик решил, что это кенгуру.

Интересно, что название суденышка написано было по-английски. Да еще и с ошибкой. Видимо, все-таки сон, —​ решил Дик. Нечистые, надо признаться, ему с детства снились —​ спасибо байкам про чертей и грешников, которые так любила покойная бабка...

Кораблик между тем подплыл уже к самому берегу. Видать и впрямь классическая ладья с деревянным пра-килем. Может вообще драккар? Хотя на викингов команда из восьми ребятишек в разноцветных рубахах походила еще меньше, чем на гурий. Длиной суденышко было метров десять, и мальчишки, спрыгнув в воду, дружно затащили его нос на прибрежный песок. Чёрт, надо признать, вел себя точно один из членов команды — от работы не отлынивал, вместе со всеми напилась из ручья и пошел к роще.

Дик подкрался поближе и наконец расслышал о чем говорят пришельцы.

— Не, ребят. Исследовать остров будем потом, — на чистом английском распоряжался самый высокий парень — тот, которого Дик поначалу принял за юнгу. — Вначале разобьем лагерь, починим руль. Пальмовая веревка, наверняка, даже лучше будет! Дад! Эг! Останьтесь на берегу. Может тритоны появятся. Надо узнать, где мы.

Ну, что ж. Сон или не сон, а пока пришельцы будут чинить свою скорлупку, имеет смысл осмотреть... Остров. Остров, осьминог вас подери!

Дик широким шагом шел по краю рощи, время от времени поднося к глазам подзорную трубу. Ни материка, ни других островов на горизонте не наблюдалось. Ровно как и присутствия человека. Ровно как и другого источника пресной воды. Впрочем что можно было ожидать от места, которое посетил рогатый?

Может в роще потом отыщется озеро?

На худой конец ночью можно пробраться к ручью, у которого обосновались пришельцы. А до того съесть ещё пару "дынек", — успокаивал себя Дик, шагая вперёд.

Начало припекать солнышко, но легкий бриз овевал лицо. Манили ароматы пальмовой рощи, щебетали проснувшиеся птицы, порхали крупные разноцветные бабочки.

Дивное место. Но мысли о черте не давали расслабиться и гнали моряка вперед.

К полудню он обошел весь остров. На западном берегу были живописные скалы, но в целом все та же пальмовая роща и море. И только один ручей.

Что ж, ничего не оставалось, как вернуться в рощу... Может быть родник находится достаточно далеко от пришельцев?

Где сами мальчишки, вопросов не возникало — из рощи доносились звонкие голоса и смех. Дик двинулся вперед, стараясь шуметь поменьше. Благо подлесок был не слишком густым. Углубившись в рощу, моряк повернул направо, собираясь обойти пришельцев, но не прошел и десяти метров как услышал шум и, резко обернувшись, увидел прямо перед собой давешнего чёрта. Дик выхватил из-за пояса револьвер и вдруг в глазах у него потемнело…

Сбежавшиеся на крики мальчишки во все глаза смотрели на лежащего под пальмами светловолосого мужчину в темной куртке необычного кроя. Его волосы казались мягкими, словно пух, кожа была почти такой же белоснежной, как у дриады березы, лицо напоминало портреты из древних книг…

—​ Гальма, как ты могла! —​ ужаснулся двухметровый верзила в оранжевой рубахе, глядя на все еще сжимавшую в руках толстую палку подружку.

—​ Он угрожал Аидани! —​ упрямо поджав губки ответила рыжая девочка.

—​ Чем? Этим? —​ верзила опустился на корточки и двумя пальцами взял странный черный предмет, выпавший из руки незнакомца.

В этот момент мужчина шевельнулся и застонал, хватаясь за голову. Его серые глаза открылись, мутный взгляд остановился на сидящем перед ним мальчишке, державшем револьвер за ствол.

—​ Осторожней, парень, —​ пробормотал Дик. —​ Поранишься. Крючок не трогай, понял? А лучше положи на траву. Медленно. Это очень опасная игрушка.

—​ Вот! —​ фыркнула Гальма. —​ Сам говорит, что опасная!

Дик повернул голову.

Его окружало шестеро высоких подростков в разноцветных рубашках. Хотя лица их были немного смуглыми, Дик счел ребят европейцами. С волосами только что-то не то было у ребятишек. Глядя издалека моряк полагал, что нечесаные волосы свалялись в космы, но сейчас он видел отчетливо: волосы у подростков нечеловечески толстые и жесткие. Словно тонюсенькие веточки. У одних русые, у других рыжие.

— Ты зачем на Аидани напал? — русый парень в оранжевой рубахе, возвышавшийся над остальными словно грот-мачта, аккуратно положил револьвер рядом с собой. Прищуренные карие глаза внимательно изучали моряка. — Кто ты?

— Зачем тебе чёрт в команде? — вопросом на вопрос ответил Дик.

— Кто? — нестройным хором спросили подростки.

— Рогатый чёрт, — пояснил моряк.

— Гейл, может его лучше связать? Странный он какой-то, — раздался откуда-то с боку гортанный голос.

Дик обернулся к говорящему, вытаращил глаза и потряс головой. Конечно, ему показалось! Не мог же это сказать кенгуру?!

— Хочешь я за веревкой сгоняю? — уточнило животное.

Дик вскочил на ноги. Все ребята, кроме «грот-мачты», отпрянули. Рыжая Гальма поудобнее перехватила палку.

— Оно говорящее?! — прохрипел Дик.

Грот-мачта, на всякий случай накрыл револьвер своей большой ладонью и, смотря на матроса снизу вверх, пояснил:

— Не оно, а она. Это Ромашка. Нарнийский кенгуру. А который с рогами — сатир. Мои друзья и члены команды, — парень помолчал и, чувствуя, что проще не стало, представился. — Я Гейл, наследный принц Нарнии. Два дня назад наш корабль попал в шторм. Нас отнесло к этому острову. Не знал, что он обитаем. Клянусь, никто из нас не причинит вреда ни тебе, ни другим местным жителям. Если подскажешь, в какой стороне Нарния, мы можем прямо сейчас покинуть остров.

Мужчина потер лоб рукой. Если это сон, то пора бы уже просыпаться…

— Мое имя Дик, — проговорил он. — Я английский моряк, и сам не знаю, как попал сюда. Я здесь один, еще вчера был в Акабе... Акаба это арабский город, — пояснил моряк, видя интерес и недоумение, отразившиеся на лицах ребятишек. — Про Нарнию, признаться, даже не слышал. Где это? Какое море? Залив? С чем граничит? С Грецией? — Дик покосился на сатира.

— Моряк! — прям с придыханием шептали ребята и переглядывались. Даже недоверчивый взгляд Гальмы немного смягчился.

— Нарнию омывает Восточное море, — ответил Гейл. — С юга находится Орландия, еще южнее — Тархистан... Дик, я не знаю Акабы и Греции. Может быть ты из другого мира?

— Может и так, — развел руками моряк.

— Одно название мне знакомо: Англия. Это там где Лондон, да?

Стоящие вокруг ребятишки заволновались еще сильнее:

— Это же страна Праотцов, да?

— И Диггори с Полли оттуда, верно?

— У вас есть еще люди из Англии? — обрадовался Дик.

Гейл вздохнул.

— Они триста лет назад приходили. Диггори с Полли обратно ушли, а Праотцы остались у нас. Получается, мы все здесь... Ну, кроме Ромашки с Аидани, потомки англичан, — улыбнулся принц.

Дик удивленно присвистнул.

— И больше за триста лет никого?..

— По-крайней мере я не слышал!

— А как Диггори с Полли обратно вернулись, знаешь?

— Нет… Может быть короли знают. Ну и Аслан. Аслан уж точно! А ты уже хочешь вернуться? — в голосе мальчика послышалось разочарование.

Дик пожал плечами.

— Ну, в Англии меня никто не ждет... Но… Есть же разница быть где-то по своей воле или потому что пути назад нет.

— Ты прав, — улыбнулся Гейл. — Я как-то и не подумал… Слушай… Ты сказал, что моряк… Правда?

В карих глазах зажглись восхищение и мольба. Дик невольно поёжился.

— Я с детства на море. Семнадцать лет в военном флоте.

— А… А можешь научить нас? Можешь стать нашим капитаном?

— Гейл! Он напал на Аидани! — взвизгнула Гальма.

— А ты на него, — хмыкнул принц. — Тебе вчерашнего шторма мало? Мы не справимся сами!

— Простите, принц, но я не уверен, что ваша скорлупка может справиться с штормом… Слишком многое зависит от корабля — не только от команды… А я, к сожалению, простой матрос, а не корабельщик…

— Корабельщик у нас есть! Он научил нас, как построить корабль. Научил навигации. Но он не может плыть вместе с нами…

— А пойти юнгой на другой корабль вы не думали? У нас молодые люди даже знатных родов учатся именно так…

— Так у нас нет кораблей! — хором закричали ребята.

— Только плоты и лодки — по реке плавать! — пояснил рыжий носатый парнишка в коричневой рубахе.

— Из взрослых к морю почти никто не ходит! — пожаловался самый младший светло-русый мальчишка лет двенадцати.

— Научи нас! — повторил Гейл. — Станешь моим этим… Ад.. Админалом!

Дик расхохотался так, что аж слезы из глаз выступили.

Ребятишки чуть насупившись ждали, когда иномирец отсмеется.

— Слушай, ваше высочество, — наконец выговорил Дик, вытирая слезы. — Твои родители хоть знают, что ты тут себе адмиралов ищешь?

— Что ты имеешь в виду? — смутился принц. — Меня благословили заняться флотом, так что адмирала я могу назначить! И короли знают, что мы корабль достроили и учимся плавать. Правда, мы обещали только вдоль берега ходить...

— Мы так и делали! — опять вмешался рыжий. — Но на юге Тархистан и надо быть осторожней. А на север вообще заплывать нельзя!

— Ну, да, — кивнул Гейл. — Мы и стали плавать на восток к острову Табор… Ну, это я его так назвал... Он недалеко совсем…

— Жюль Верна читал что ли? — недоверчиво хмыкнул Дик.

Гейл покраснел:

— У нас много книг из вашего мира… Так вот, с Табора Гальма разглядела еще один остров. Мы поплыли к нему и попали в шторм…

— У нас рруль сломался! — опять пожаловался светло-русый малыш в желтой рубахе.

— А я говорила, что веревку менять пора! — внезапно фыркнула кенгуру.

Дик вздрогнул. Но кенгуру кенгурами, а какие у него особо варианты? Драться с мальчишками? Или просто послать всех и гордо остаться на необитаемом острове?

— Как вас зовут-то хоть? — спросил Дик, оглядывая команду горе-суденышка. Ну, нарнийский флот, то есть.

— Кут, — тут же представился рыжий.

— Биф! — откликнулся малыш.

— Дан, — выступил вперед мальчик с каштановыми волосами и в синей рубахе, по которой серебром были вышиты корабли да птицы.

Тут со стороны моря раздался звук рога.

— Надо идти! — воскликнул Гейл.

— Если пообещаю не стрелять по твоим, револьвер вернешь? — уточнил Дик.

— А ты обещаешь? — принц снова окинул мужчину внимательным взглядом. Тот пожал плечами:

— Обещаю.

Гейл кивнул и поднялся на ноги. Дик наклонился, под осуждающим взглядом Гальмы, забрал револьвер, сунул за пояс и поспешил за мальчишками к берегу.

— Меня зовут Райли! — нагнал Дика мальчуган с собранными в хвост золотистыми волосами.

— Мой бррат! Старший! — подумав, добавил Биф.

— На побережье Эг с Дадом, — рассказал Райли.

— Спасибо, — кивнул мальчику Дик. — А чего трубят?

— Сигнал общего сбора. Наверное, тритоны приплыли!

— Настоящие?! С рыбьими хвостами?! — Дик невольно покосился на скачущего рядом с Гейлом сатира, которого безуспешно пытался не замечать.

— Ну, да.

— Осьминог меня утащи… Куда я попал?! Может у вас тут и эти есть.. Ну, дриады-наяды всякие.

— Конечно, есть! — подтвердил Биф.

— Хм… А Афродиты, Амуры?

— Нее, этих не знаю, — Биф наморщил лоб. — Гномы есть, великаны…

— Эльфы?

Бегущий рядом с ними большеносый Кут рассмеялся:

— Скажешь тоже! Эльфы же только в сказках бывают!

Дик не ответил. В этот момент они как раз подбежали к краю рощицы, деревья расступились и моряк увидел на берегу возле корабля двоих мальчишек и четырех удивительных созданий — до пояса они напоминали красивых мускулистых людей с волосами похожими на морские водоросли. Ниже пояса у существ были покрытые чешуей рыбьи хвосты. У моряка просто дух захватило!

— Рад видеть вас, прекраснейшая Таласса, мудрейший Киматиста, отважнейший Картариас и мой морской брат Кима! — приветствовал тритонов Гейл, опускаясь на песок, чтобы не возвышаться над сидящими созданиями. — Благодарю вас за помощь! Без вас мы бы не справились!

— Ну, что вы, принц! Не стоит благодарности, — ответил широкоплечий тритон с густой копной зеленых волос.

— И все же вам не стоило заплывать так далеко от берега! — добавил другой, с резкими чертами лица и красными волосами.

— Мы лишь хотели доплыть до острова! — виновато ответил Гейл.

— Вы теперь сами видите, что ветры изменчивы! И это был совсем еще небольшой шторм! — горячился красноволосый.

— Мы ведь могли потерять вас в волнах! — певучим голосом поддержала красноволосого русалка с желто-зелеными распущенными волосами.

— И это вы еще не встречались с течениями! — кивнул зеленоволосый.

— Зато теперь у нас есть опытный капитан из мира Праотцов! Он нам всё расскажет! — Гейлу явно надоело виновато кивать в ответ.

— Гейл, давай ты будешь говорить, что я из Англии… У нас, по крайней мере под миром праотцов подразумевают загробный, — усмехнулся Дик.

Мальчики засмеялись, а тритоны с любопытством уставились на Дика.

— Ты в самом деле капитан? — спросил молоденький тритончик с жесткими волосами напоминающими голубые кораллы.

— Моряк, — поправил Дик и присел на корточки. Говорить, глядя на тритонов сверху вниз было неловко. — И плавал на других кораблях.

— Но в вашем мире и впрямь плавают по морю? — русалка подалась вперед и коснулась длинными пальцами колена Дика. Моряк, как завороженный разглядывал тонкие перепонки на ее руке.

Остаток дня прошел в разговорах.

Дик рассказывал о земных кораблях, тритоны о здешних ветрах, течениях и островах. Суровая Гальма забыла о своих подозрениях и вместе со всеми восторженно слушала об больших парусниках и громадных пароходах, рогатый Аидани решился уточнить зачем нужны кливера, а увлекшийся Дик ему даже ответил. Слушая о морских глубинах, моряк попытался обнять Талассу, получил хвостом по лицу, перехватил рукой этот самый хвост и начал рассматривать.

— Пусти! — хихикнула русалка.

— Красивый он у тебя. Чешуйки такие маленькие, — моряк нежно повел по хвосту пальцем, повторяя узоры на чешуе.

Таласса фыркнула, оперлась руками о песок и с силой замолотила хвостом.

— В моем мире о таких, как ты, слагают легенды, — с сожалением выпустив хвост, улыбнулся Дик.

— Вот и нечего легенды руками трогать! Тем более, что у тебя пальцы сухие и жесткие! — парировала Таласса. — Расскажи лучше еще про ваши парусники!

Уже вечером Дик осмотрел «Повелительнитсу». Моряк согласился, что кораблик крепкий, но по-прежнему сомневался что на нем можно выходить в открытое море.

— Кстати, Гейл, а почему «тса»?

— Тсс! — Принц обернулся к Гальме, но девочка как раз наклонилась что-то сказать русалке и не расслышала вопроса. — Так Гальма написала.

Стоящие рядом мальчики тихонько прыснули.

— Вы ей что, не сказали про ошибку? — хохотнул Дик.

— Смысл теперь говорить? — покачал головой Гейл. — Но ведь красиво написала!

— Тут не поспоришь! Кстати, а есть у вас бумага-чернила? Может попробуем нарисовать карту?

— Есть! Даже начатая карта есть! Мы линию побережья начертить пытались!

— Тащи сюда! Попробуем на ней указать наш остров!

— Остров Капитана! — весело уточнил Гейл.

Когда по ночному небу рассыпались яркие звезды, Дик окончательно убедился, что он в другом мире — нарнийские созвездия даже близко не напоминали земные! Так что полночи он, Гейл и Киматиста обсуждали звезды и навигацию. Тем не менее на рассвете Дик разбудил команду и еще раз внимательно осмотрел кораблик, проверив в том числе запасы пресной воды и провианта.

— Мясо вы с собой не берете? — удивился он.

— Мясо? — растерялись мальчишки.

— Ну, вообще-то в книжках герои часто мясо едят, — фыркнула Гальма. — И охотятся.

— Так то в книжках! — пожал плечами самый старший из ребятишек — шестнадцатилетний русоголовый Дад в зеленой рубахе.

— Дедушка рассказывал, что в мире пра… В Англии растения не насыщают, — вспомнил Гейл.

Дик задумался.

— Хочешь сказать, у вас не только «дыни» такие сытные?

— Это тебе решать! — Гейл достал из деревянного короба и протянул Дику несколько очищенных от скорлупы орешков, похожих на лещину. Дик разжевал один и, удивленно присвистнув, вернул остальные Гейлу. Он и после «дыни» был совершенно сыт, а добавив орешек почувствовал, что наелся минимум на неделю.

— Похоже твой дед прав!

«А если я привезу к нам семена ваших орехов и дынек, то… Дьявол, может даже судно свое куплю… Вдруг вообще удастся наладить торговлю? Сюда нормальные корабли. Оружие. К нам фрукты, ну и диковины всякие», — взгляд Дика невольно скользнул по кенгуру, помогавшей команде тащить к воде «Повелительнитсу».

Ладья, вопреки опасениям Дика не только прекрасно держалась на воде, но и оказалась вполне быстроходной. Да, рулем служило боковое весло с румпелем, но слушалась руля «Повелительнитса» беспрекословно. Ребята, медленно, конечно, но вполне справно подняли рею, не запутавшись в снастях, зафиксировали парус и даже сумели поймать ветер. Дик признаваться не стал, но удивился: он был уверен, что суденышко идет только «полным ветром» — когда тот дует в корму. Ветер оба дня дул восточный, и Дик не сомневался, что придется грести, однако когда мальчишки подняли угол паруса, «Повелительнитса» послушно взяла круче к ветру и направилась на северо-запад.

Удивлялись и мальчишки. Взойдя на палубу их капитан первым делом скинул сапоги, явив команде вытатуированного на правой стопе петуха и свинью, вытатуированную на левой. Когда же южное солнышко начало припекать, Дик снял рубашку, и ребята увидели ласточек на груди, на предплечье — скрещенные пушки, а на плечах якорь и компас. Кроме татуировок на теле капитана обнаружилось множество шрамов.

— Это ты во время кораблекрушений поранился? — сочувственно охнула кенгуру.

— Да, нет, — Дик почесал затылок, раздумывая, стоит ли рассказывать детворе о великой мировой войне или матросских драках…

— С пирратами сражался? — восхитился Биф.

— Ага! — ответил Дик и состроил зверскую рожу.

Мальчишки только ахнули восхищенно.

— А теперь вот, что, матросня. Я еще подумаю соглашаться ли стать капитаном вашей скорлупки, но, если не хотите, чтобы я отказался, слушаться меня беспрекословно. Поняли? Принцы, девочки, зверушки, там, всякие — перед морем все равны. Вы сейчас пороховые обезьянки, не больше. Все будете нести вахты, все будете учиться и делать что скажу я. Возражения есть?

Ребятишки переглянулись. 

— Нет, капитан! — за всех ответил принц.

— Парус убирать умеете? Тогда выбрать три рифа! — гаркнул Дик.

Гейл, Аидани и русый Дад двинулись к мачте.

— Отставить! — Дик топнул босой ногой о палубу. — Все, что делается на корабле, делается быстро. Вы в шторме уже побывали? Дал он вам время в голове чесать? Выбрать три рифа!

Мальчики кинулись к снастям и торопливо подтянули парус к рее, сокращая его площадь.

Наблюдая за ними Дик хмурил брови и думал. Вообще-то на любом корабле воспитание мальчишек начиналось с порки. Не было исключения и для юных джентльменов. Однако лично Дику прав пороть принца и его дружков никто не давал. Нельзя было сбрасывать со счета и Гальму. Рыжая бестия ещё не раз покажет норов. Будь она взрослой, Дик нашел бы способ научить эту лодочку слушаться руля, но что делать с мальком женщины матрос не знал. Да и как пороть хвостатого кенгуру, представлял тоже довольно смутно.

— И вы назвали себя потомками англичан? Говорящей черепахи вы потомки! Отдать риф! Пятьдесят раз отжаться!  Голубая, красная и синяя рубаха! Выбрать три рифа!

— Это Дан, Ррайли… — пискнул было Биф, но Дик перебил:

— По именам буду звать, когда научитесь шевелиться! Пока вы даже на обезьянок не тянете, мышата сухопутные!

Через пару часов тренировки закончились: Дик заметил, как увеличилось у горизонта число барашков, и не успели мальчишки выбрать два рифа, как вокруг потемнело, засвистел ветер, поднялись волны…

— Выбрать три рифа! — гаркнул Дик. — Проверить весла! Голубой и Рогатый — к помпам!

Вскоре рвущийся из рук парус пришлось убрать вовсе. Дик сам кинулся помогать мальчишкам, чтобы не уронили рею за борт. Через уключины в ладью заливалась вода, Аидани и Дан, привязавшись к мачте, помпами откачивали воду. Гейл и Дад, вцепившись в такелаж, тоже остались нести вахту на палубе, остальных Дик отправил в трюм. Ревел ветер, скрежетал такелаж и корпус, «Повелительнитса» взлетала и падала на волнах, а ребята летали по трюму, как горстка орехов…

К удивлению Дика суденышко выстояло, да и команда работала как могла. По сигналу капитана вахтенные менялись. Смена вылезала из трюма помятая, бледно-зеленая, но решительная, так что, когда к следующему утру буря утихла, Дик собрал команду на палубе и объявил:

— Молодцы, ребята. Признаю, насчет сухопутных мышат погорячился. Пороховые обезьянки из вас вполне годные. И кораблик построили крепко. Скорлупка скорлупкой, а сдюжила. Если сами не передумали, то командование принимаю и учить вас буду. Возражения есть?

— Нет, капитан! — нестройным хором отозвались ребятишки.

— Вот и отлично. Ромашка и Кут — ваша вахта до полудня. Кут — у руля. И запомни: кто за рулем — вперед глядеть в оба и назад поглядывать! Ромашка, поставить парус и драить палубу. Гальма, дежуришь внизу. Жаль, рома у вас нет, все заслужили! Пошли в камбуз, покажешь, чего по сколько раздавать будешь и как воду кипятишь. Потом чтоб все в трюме убрать и проверить! Гейл, после еды с картой ко мне. Остальные могут отдыхать.

— Ура! — закричали мальчишки и запрыгали по палубе.

— Черти, — проворчал Дик. — На учениях бы так прыгали.

— Капитан, там остров! — воскликнул Гейл, с восторгом оглядывающий морские просторы в иномирное чудо — подзорную трубу, пока Дик, чертыхаясь, пытался вычислить куда их на сей раз снесло. Да, Дик всю жизнь гордился неплохим знанием навигации, но, осьминог вам в глотку, он не собирался управлять парусником!

— Право руля! — крикнул Дик и забрал у принца трубу.

Да, действительно островок. Похоже, правда, там одни скалы… Деревьев не видно, но осмотреть стоит.

— Больше право! Отдать риф! Гейл, продолжать наблюдения! Тритонов так и нет?

При ближайшем рассмотрение островок оказался довольно зеленым, а прямо по курсу путешественников ждала удобная бухта. Повелительнитсу привычно затащили на берег, и тут Дик наконец понял, что не так с островом. То тут, то там среди зеленой травы попадались обгоревшие пни. Надо же как полыхнуло сильно. Гроза что ли подожгла?

— Капитан, что это? — раздался звонкий голосок Гальмы.

Дик прищурился, а потом и трубу достал.

Справа от них, отдельно от скал, стоял камень подозрительно похожий на крепкого человечка с молотом в руке. Дик, конечно, повидал камни и скалы самых причудливых форм, но этот явно обработали люди!

Мальчишки наперегонки побежали к скульптурке. Дик широким шагом шел следом.

— Капитан! — голос Гейла ощутимо дрогнул. — Тут домик… Был.

Дик ускорил шаг и вскоре смог разглядеть и каменного человечка и притаившийся в скалах почерневший каменный домик. Двери не было, сквозь дверной проем видно, что внутри все выгорело.

— Написано что-то! — темно-русый крепыш Эг наклонился к обвившему ноги носатого каменного человечка вьюнку и, не успел Дик протянуть нож, разорвал руками зеленые путы. Под ними действительно оказалась надпись: «Чужеземец! Ты видишь памятник вольному гному Брику — непревзойденному ювелиру и кузнецу, заботливому отцу и супругу, вероломно сожранному мерзкими тварями, врагами всего живого. Да будет проклят род драконов! Да придет воитель, что спасет мир и отмстит за гибель славного гнома!».

Ромашка ахнула. Аидани топнул копытом.

— Клянусь Асланом! — вскричал Гейл. — Я этого так не оставлю! Я найду и покараю этих тварей!

— Молодчина, Гейл! — обрадовалась кенгуру.

— Обыщем каждый остров и найдем гадов! — подхватил Аидани.

— Я с тобой! — вразнобой закричали мальчишки, а Гальма порывисто обняла принца.

— Стоп! Стоп! Стоп! Тишина на палубе! Погоди, ваше высочество! — вмешался Дик.

— Капитан! — возмутился мальчик, — Разве ты сам не видишь, что творится?! Ни один нарниец не может…

— Во-первых, я все-таки не нарниец, — перебил принца Дик. — Во-вторых, я пока ваш капитан, а повиновение капитану для матроса — первая обязанность. В-третьих, я не вижу, чтобы эти «враги всего живого» прямо сейчас кому-нибудь угрожали, а значит у нас вполне есть время, чтобы все осмотреть, обдумать и обсудить. Ты же принц! Будущий король. Разве короли принимают решение вот так, ни с того ни с сего?

— Но Гейл поклялся уже! — возмутилась Гальма.

— Поклялся покарать убийц гнома? — уточнил Дик.

Девочка неуверенно кивнула.

— А что делают короли в таких случаях? Бросают все и сами бегут искать виновных? Нет, я, конечно, не знаю, как оно там у вас в Нарнии, но…

— А что ты предлагаешь? — Гейл упрямо выставил вперед подбородок.