Пленница оборотней. Истинная для двоих

Аннотация:

Хочется новой жизни? Нужно быть осторожнее с желаниями. Особенно в волшебную ночь на Купалу. Шуточный прыжок через костер привел Аглаю в другой мир. Теперь она – пленница в доме братьев-оборотней. И стать бы ей еще наложницей, но мужчины никак не могут поделить добычу и готовы в прямом смысле перегрызть друг другу горло. Ведь по правилам этого мира обращаться в зверя может только один, а соперник должен лечь в землю.

***

- Аглая! Открывай! Я знаю, что ты тут! Аглаша!

Громкая трель звонка ударили по ушам, заставив оторвать голову от подушки и, не открывая глаз, крикнуть:

- Уйди!

А потом снова уткнуться лицом во влажную наволочку. Надо бы сменить… И умыться заодно. Может, принять успокоительных… Под веками снова защипало. А в дверь забарабанили с новой силой.

- Клянусь, если ты не откроешь - я позвоню твоей матери!

Это уже аргумент. С Антониной Никитичной у Аглаи всегда были натянутые отношения.

- Настырная ты, Галочка… И она мне не мать, а тетка!

Однако, полежав еще несколько секунд, Аглая все-таки заставила себя принять вертикальное положение. Пора капитулировать. Если Галка решила вломиться, она обязательно это сделает. Не через дверь, так через окно. Плевать, что седьмой этаж.

- Иду-иду, - зашипела на очередную порцию ругани.

И, промахнувшись мимо тапочек, Аглая побрела открывать.

Через пару секунд вместо слов сочувствия воздух сотряс отборный мат.

- Еж твою кость, Аглаша! Ты... Ты… Дура! Прости-господи…

И, подхватив ее под руку, Галка белобрысым вихрем кинулась в ванную.

- …Умываться, быстро! – подтолкнула к раковине. – А я твой любимый чай сделаю. Нет, лучше сразу водки…

И исчезла в недрах кухни.

- …Закрываться не смей! Слышишь?!

Аглая скривилась. Неужели Галка думает, что придется вырывать из ее рук бритву или таблетки? Поздно! Уже неделю Аглая не жила, а существовала и даже примерно не могла представить, как выйдет из отпуска и увидит… Романа. Вместе с его долгожданной невестой.

- Не смей думать об этом козле! – взвизгнула Галка.

- Я пытаюсь…

Но вышло шепотом. Когда долго воешь в подушку, можно охрипнуть. Жаль, что вместе с криком не избавиться от боли.

Аглая врубила холодную воду и несколько раз ополоснула лицо. Посмотрела на себя в зеркало и скривилась – страшилище! Волосы торчат ржавой паклей, нос опух, глазки-щелочки… Она и так-то не красавица, а теперь и подавно.

Аглая с силой оттолкнулась от бортика раковины и пошла в кухню. Галка уже ждала за столом с бутербродами и стопкой коньяка.

- Мою личную жизнь помянуть? – прохрипела Аглая, усаживаясь на соседний стул.

- Ты слишком драматизируешь. На мужиках свет клином не сошелся.

- Просто ты никого не любила.

- И слава богу! Лучше одной, чем с блудливым кобелем или прожжённым альфонсом.

Аглая хотела возразить, что Роман не альфонс, а Макс давно в прошлом и вообще – кто в юности не ошибался? Но вместо этого молча опрокинула рюмку.

Коньяк обжог горло, но Аглая даже не поморщилась – в груди пекло сильнее.

А Галка, подперев щекой руку, продолжила.

- Нынче смолоду надо не честь девичью беречь, а сердце и нервы! Посмотри на себя, Аглаш. В самом расцвете сил, обаятельная, умная, с квартирой… Знаешь, сколь этих Романов у тебя будет? За копейку пучок! - И ловко разлила коньяк по рюмкам. – Пей!

Но Аглая покачала головой:

- Мне не нужен пучок. Мне нужен Роман! А он… он…

И уткнулась в ладони.

Что ж так больно-то, а?! Даже после измены Макса сердце так не рвалось! А вот Рома… Ох! Она влюбилась в своего начальника с первого взгляда! И дело даже не во внешности, хотя Роман мог похвастать крепкой фигурой и породистым лицом. Но главное - его улыбка! Она сразила наповал. Аглая хорошо помнила, как зависла, разглядывая самого шикарного мужчину на свете, а уж когда он первым проявил инициативу и предложил помочь освоиться, сдалась без боя… Да, может быть это была обычная вежливость! Но зато какая подача! Сколько обаяния и ненавязчивой харизмы! Сколько такта и… самого крутого облома в ее жизни. Оказалось, что господин Ермолов любит другую.

Об этом шепнули местные сплетницы, да и сама Аглая очень скоро убедилась.

Роман в упор не замечал попыток новенькой продемонстрировать симпатию. Может, потому что не хотел. Или Аглая вела себя слишком робко, по мнению Галки…

«Мужикам надо в лоб говорить, поняла? Хватаешь за галстук, заглядываешь в глаза и сообщаешь: “Хочу трахаться. С тобой.” А все эти твои пирожки-комплименты - ерунда… Ермолова целый отдел выкармливает. Действуй смелее!»

Но смелее Аглая не умела. Ведь перед носом бродила упакованная в брендовые шмотки Камила. Умница-разумница, активистка, тусовщица и… дочка генерального. Это куда более достойная цель, чем краснеющий от любой похвалы маркетолог. И однажды богемная вершина все-таки была покорена.

Аглая чуть в обморок не рухнула, узнав о помолвке перспективного молодого специалиста Ермолова Романа Эдуардовича и великолепной Камилы. А когда все разбежались по отделам, на негнущихся ногах проковыляла к кадровичке и написала заявление на отпуск за свой счет. Роман подмахнул его, не спрашивая, хотя обычно не допускал в своем отделе таких вольностей. Ну конечно! У него ведь подготовка к свадьбе с любимой женщиной, радостный день и все такое. Куда тут до мелочевки вроде нее?

Аглая снова всхлипнула, а за плечи вдруг обняли сильные, но такие ласковые и ужасно родные руки.

- Ты слишком хорошая для этого альфонса, Аглаша… Он не стоит твоих слез, поверь. Вот увидишь: очень скоро Ермолов будет цепляться рогами за самые высокие дверные косяки. А тебе нужен нормальный мужик. Добрый, внимательный… Семейный, в общем.

Аглая вздохнула. Умеет же подруга ободрить так, что еще хуже становится.

- Я хотя бы пытаюсь, - заворчала Галка.

Аглая ойкнула. Она вслух это сказала?!

- М-мне нельзя… пить.

- Тьфу! Да знаю я… Маленькая тактическая хитрость, прости.

- Ч-что?!

- Мы едем развлекаться, вот что! Возражения не принимаются. Все, шуруй переодеваться. Сегодняшний дресс-код – юбка по щиколотку, рубашка и венок на голову!

Венок?! Зачем это?!

Но Галка только приняла загадочный вид, а через час они уже ехали прочь из города навстречу полыхавшему закатом горизонту.

- Тут одно местечко есть, я о нем недавно узнала. Вот! – потрясла флаерами, на которых был изображен костер и девушки в длинных славянских платьях. С венками, а как же! А еще жирно выделена дата. Очень Аглае знакомая…

- Н-ночь на… Купалу? Уже?!

- Да, уже. Меньше в подушку надо было реветь… Вот и погуляем, тряхнем стариной. Помнишь наш клуб?

Еще бы не помнить! Одно время они с Галкой – молодые студентки - прибились к реконструкторам. Там Аглая и познакомилась с Максом. Первая любовь, первое разочарование… И не последнее.

Аглая отвернулась к окну, созерцая пролетавшие мимо пейзажи.

- Помню, конечно…

- Ну вот, недавно со мной Инга связалась. Бывшая жена их главного, как его… Егора…

- Георгия…

- Неважно! В общем, теперь у них что-то вроде ведьмовской тусовки со славянским уклоном. Ну там руны всякие, обряды, прочая ерунда. Наворожим тебе милого, а лучше – двух!

Аглая аж закашлялась.

- Н-не надо двух! Зачем мне?

Подруга рассмеялась, довольная тем, что сумела снова вогнать Аглаю в краску.

- Знаешь, как с двумя мужиками круто?

- Галка! – шикнула на нее и покосилась в сторону таксиста.

Но разве подругу этим смутишь? Особенно после коньяка.

- В два раза больше кайфа, - мечтательно закатила глаза. – Помнишь Самойловых? Ох, какие горячие мальчики… Зря ты отказалась.

Аглая не знала, куда себя деть. Да, она помнила Самойловых! Как ни странно, сначала братья подкатили именно к Аглае с предложением разделить постель на троих. А она не придумала ничего лучше, чем сбежать. Потому что это было ужасно стыдно!

Зато подруга не отказалась. И весь следующий год вздыхала по «шикарным красавчикам».

- Жаль, что они уехали, - продолжила сетовать Галка, накручивая на палец льняной локон. – У меня такого драйва больше ни с кем не было… А ведь я искала!

Так, все, хватит! Если десять минут назад Аглая маялась от сердечной боли, то теперь не находила места от смущения. Поэтому торопливо перевела тему.

- Мы почти приехали, - ткнула в окно. – Смотри, домики…

Такси и правда привезло их к обозначенной на флаейре деревне. Водитель притормозил у побитой жизнью остановки и даже любезно помог выгрузить сумку.

- Сейчас позвоним девочкам, скажем, что приехали… Черт, ну и связь… Полная жопа!

Галка рылась в телефоне, периодически трясла его, как погремушку.

- Нет, ну ты глянь… Совсем не ловит! А, вот и девчонки! Мы тут! – замахала руками.

Аглая пригляделась и удивлённо ойкнула. Действительно, к ним спешили три самые настоящие ведьмы. Расшитые алым платья, у каждой связка кулонов на шее, и запястья тоже обмотаны. Центральная держала в руках шишковатый посох.

- Ну наконец-то, - воскликнула та, что справа. – Дарья Благая вас заждалась.

Аглая нахмурилась.

- Дарья Благая?

Девушки дружно вздохнули.

- Дина Мушкина. Она себе славянское имя взяла после того, как крещение смыла…

Н-да, Мушкина – звучит несолидно. Но зачем же так радикально? А девушки окружили их и повели в сторону домиков.

- Там у нас банька растоплена, стол уже накрыт… Как раз успеете отдохнуть к празднику.

С чего такая щедрость? Или… Ну конечно же! Галка наверняка оплатила весь этот банкет! Но грозный взгляд не возымел на подругу никакого действия. Скроив хорошенькое личико в кирпич, Галка уверенно шествовала к избушке, около которой вилось еще штук пять ведьм.

Кажется, девушки только и ждали своих жертв.

Аглая сама не поняла, как очутилась за столом. Вместо тарелки – круглый шмат хлеба, на нем овощи и, внезапно, печеная щучья икра.

- Мясо сегодня нельзя, - назидательно сообщила одна из девушек, круглолицая и пышногрудая Дорода.

Галка недовольно вздохнула – она рассчитывала на шашлык.

Аглая же вообще ни на что не рассчитывала. Просто хотела скорее лечь спать. Неизвестно, сколько заплатила подруга, но Аглая бы сюда и даром не поехала. Интерьер старой хибарки удручал, спать на сеновале не вдохновляло, ей, черт возьми, уже тридцать один – не девочка! Ну а предстоявшие гадания-предсказания-обряды – это тем более блажь.

Аглая считала себя прагматиком до мозга костей. В потустороннее не верила лет этак… никогда. Но из уважения к подруге молчала.

Да и девушки старались. Приносили им новые блюда, поили отварами, от которых начала кружиться голова. Наверняка подливали спиртное! И появление Дарьи Благой было уж очень эффектным: в клубах дыма, под песнопения и игру на каких-то инструментов. Совершенно замученная Аглая вяло похлопала, при этом думая, как бы улизнуть.

Тщетно!

Украшенная амулетами и цветами девушка села прямо перед ней.

- Вытяни три руны... – И сунула ей под нос холщовый мешочек.

Вздохнув, Аглая повиновалась. Ладно, потерпит еще десять минут. А потом – спать.

На выщербленный стол легли три продолговатых костяшки. Едва взглянув на них, Дарья изогнула тонкую, будто фломастером нарисованную бровь.

- Как интересно… Ждет тебя огонь. И дорога… и сила… Но в ней таится опасность. Ничего не понимаю…

Дина, то есть Дарья, тронула костяшки ноготком, ещё раз глянула на руны и смахнула их в мешок.

- Повторим расклад еще дважды, для уточнения.

Аглая пожала плечами и снова вытащила руны.

- Ну это мужчина, - расплылась в улыбке Благая, а Галка тихо прошептала «Йес». – Молодой, при деньгах, собою хорошо, но что-то его гложет. Тревога на сердце!

Да у кого этих тревог нет? А может, она это про Романа?!

Эта мысль ободрила и придала сил. Аглая еле дождалась, пока Дарья снова соберет руны в мешок и как следует их перетрясет. Ну-ка, где там ее три костяшки… Что? Те же самые?!

Аглая уставилась на руны. Девушки примолкли.

- Надо же, - кашлянула Дарья. – Снова мужчина… Только наоборот. Руны зеркально легли. Хм…

- А я говорила, что тебе двое нужны! – взвизгнула Галка. – Завтра же идем в клуб!

Аглая хотела возразить, что ей и ведьм достаточно, но девушки подняли ужасный гвалт, обсуждая гадание. В какой-то момент Аглая почувствовала, как на голову плюхнулся венок, а за руку дернули в сторону выхода.

- Чтобы сбылось, надо через костер прыгнуть! – ослепительно улыбнулась одна из ведьм.

Кажется… Зорина… Или Зоряна… Да без разницы!

- Не хочу через костер, - запротестовала Аглая. - Я не умею!

Но у Галки было другое мнение.

- Да ладно тебе, - хихикала, напирая сзади. – Круто будет, я хоть раз тебя обманывала?

- Много раз!

- Досадная случайность. Ну, Аглаюшка… – взяла за руку и по-щенячьи заглянула в глаза. – Клянусь, после этого отстану.

Врет, паршивка! В карих глазах так и скачут бесенята, а улыбка натурально лисья. Но… это же Галка. Даже не школьная, а детсадовская подруга. Боевой товарищ, из-за которого Аглая то и дело влипала в неприятности. Ведь, вопреки всем шаблонам именно светловолосая и миниатюрная Галка была в их компании заводилой, а рыжая, как апельсин, зеленоглазая Аглая – тихоней и книжной девочкой.

- Я первая! – радостно взвизгнула подруга, когда их все-таки провели по тропинке к берегу поросшего камышами озерца.

И в сопровождении одобрительных возгласов направилась к костру. Обошла его кругом, крепче ухватила юбку и сиганула через пламя.

- Круто! – хохотнула, запрокидывая голову к стремительно темнеющему небу.

Аглая поёжилась. Да уж… круто. Главное - юбку не спалить. И уйти, до того, как хлынет дождь, вон какие тучи набежали, ветер поднялся…

- Аглая, давай прыгай! И думай о двух мужиках!

Тьфу ты! Ладно, а то ведь не отстанет.

Аглая подошла ближе и глянула на костер. Небольшой вроде. Проблем быть не должно, если не поскользнуться и не упасть мордой в дрова.

А прыгать почему-то все равно не хочется. Даже кончики пальцев занемели от страха…

- Аглая! – зарычала Галка. – Мужики!

И внезапно такая злость взяла! Ну сколько можно?! Оставили бы ее в покое, никуда Аглая ехать не хотела! Тем более в захолустную деревню!

Вот бы поскорее свалить! Туда, где ее вообще никто не достанет!

Подхватив юбку, Аглая прыгнула.

И зависла в воздухе над самым костром! Намертво! Ни туда и ни сюда! А огонь вдруг кинулся на одежду. Пробежался по ней со скоростью света и вцепился в волосы. Запахло палью.

- А-а-а! – завизжала Аглая, пытаясь стряхнуть с лица языки пламени. - Помогите!

И рухнула вниз. Прямо на… доски?! Откуда тут деревянный пол?!

А по ушам ударил звон стали, стоны и крики.

Аглая обернулась и заскулила от ужаса. Исчез лужок! Исчезло заболоченное озеро и девушки тоже исчезли! Вместо них на зажатом между скалами поле рубились какие-то мужики! Как реконструкторы, только мечи настоящие!

- А-а-а! – заорала, вжимаясь в прутья клетки.

Одному снесли голову! А на земле целая куча раненых и убитых! И между ними ползают… змеи?!

Ой, плохо ей, плохо…

- Тащи сюда веду! – вдруг рявкнули сбоку.

И к ней подскочил взлохмаченный и заляпанный кровью бородач в кольчужном доспехе.

Звякнул замок.

Мужик потянул к Аглае руки, но схватить не успел. Его глаза вдруг закатились, а на губах выступила пена.

Аглая стиснула рот ладошками, силясь удержать тошноту, но не сумела. Выскочив из клетки, согнулась за колесом телеги, но, кроме желчи, ничего не вышло.

Да и черт с ним. Ей нужно бежать отсюда! Быстро!

И, не оглядываясь, она рванула прочь.

Неслась как угорелая, перепрыгивая через тела и огибая сражавшихся. Юбка – совсем не ее! – путалась. Растрепанные волосы лезли в глаза, а ведь она косу заплетала! И на шее позвякивали амулеты – у нее таких никогда не было!

Нога подвернулась, и Аглая полетела носом в землю.

- Хш-ш-ш! – взвилась перед самым лицом змея.

Двухголовая!

Истошно заорав, Аглая подпрыгнула в воздух и, ковыляя, бросилась к выступавшему из земли валуну. Спрячется там! И змея не достанет …

Но вдруг в шум битвы вклинилось раскатистое рычание.

Аглая повернула голову и…

- Господи! – заскулила, отчаянно протирая глаза.

Около стоявших грядой скал сражалось два… оборотня? Вервольфа? Или как еще называют двуногих полузверей с огромными когтищами, клыками и… ой! - хвостами! Самыми настоящими! Как у волков! И шерсть как у волков, черная! Летит клоками во все стороны, вместе с кровью и ошметками шкуры.

Аглая снова заскулила.

- Хш-ш-ш! – вторило ей змеиное шипение.

И острые клыки впились в ногу.

- А-а-а!

От ее ора вервольфов раскидало в разные стороны.

Две пары полыхавшим углями глаз уставились на нее. Пасти одинаково оскалились, измочаленные грудные клетки поднялись в шумном вздохе. И чудовища бросились к ней.

А Аглая от них. В обморок.

***

Дорогие мои читатели!

​​​​​​Мы с Музом рады приветствовать вас в новой сказке)) И будем очень благодарны за поддержку)) оставайтесь с нами, новое приключение начинается!

- Моя девка!

- Нет, моя!

- Я пер-р-рвый отыскал!

- А я пленил!

- Гр-р-р…

- Гр-р-р!

Хрусткий звук удара окончательно привел Аглаю в чувство.

- Ой… - застонала шепотом.

И схватилась за голову. Точнее, попыталась - руки оказались связаны. И ноги тоже! Аглая распахнула глаза и тут же опять зажмурилась. У нее галлюцинации, точно! Прямо перед носом сцепились два мужика. Она только и успела заметить темные волосы и бугрящиеся мускулами тела.

Совсем как у тех монстров… Аглая снова охнула, а драка вдруг стихла.

По спине хлынула ледяная дрожь. Услышали! И теперь смотрят на нее… изучают очень внимательно, хищно… Аглая тяжело сглотнула. А по ушам ударило звериное рычание вперемешку со словами:

- Открой глаза, веда!

- Посмотри на меня!

И снова зарычали. Страшно так… злобно!

Аглая до крови прикусила губу, но, опасаясь жестокости со стороны мужчин, чуть-чуть приоткрыла веки. И опять зажмурилась.

Эти двое мало того, что оказались близнецами, так еще и голыми! Вообще! Ни единого клочка ткани не прикрывало их тел. И как она раньше не заметила?!

Мужики опять шумно вздохнули, будто принюхиваясь. Ой, нехорошо…

Аглая инстинктивно дернулась, еще сильнее вжимаясь во что-то твердое и холодное. Наверное, камень… и веревки на руках колючие, а под платьем все аж чешется…. Господи, о чем она думает?!

Но голова ужасно кружилась, а мысли путались. Ей бы снова в обморок. Но вместо этого в лицо плеснули водой.

- Ай! – захрипела, пытаясь вытереться. – Охренели совсем?! Ой…

Вопреки ее ожиданию, мужики не слишком разозлились. Только фыркнули.

- Норовистая…

- За языком следи!

И зашуршали чем-то - наверное, одеться решили. Вот и хорошо! Созерцать прелести двух здоровенных незнакомцев ей совсем не хотелось. Но как же великолепно сложены… Подтянутые, широкоплечие, с рельефными сильными руками и легкой порослью на груди и внизу живота…

Аглая мучительно покраснела. Мужчины были огромны не только ростом. И если они захотят развлечься, то... замучают ведь! В один заход порвут на лоскуты так, что шить нечего будет. Поэтому ей надо вести себя паинькой. Может, удастся сбежать…

И Аглая сморгнула с ресниц капли воды, чтобы видеть лучше. Хотела оглядеться, но снова залипла на мужчинах.

Откуда у них такие ужасные шрамы? Чуть смугловатую кожу украсили рваные светлые рубцы. У правого весь бок изодран и плечо, а левый будто грудью тигра встретил…

А может, тех странных двуногих зверей? Ох, нет, наверняка звери были обычные, просто из-за змеиного укуса ей померещилось… Укуса! Аглая вздрогнула и принялась скорее задирать подол. Змея, точно! Двухголовая!

Услышав ее шебаршение, мужчины синхронно повернулись.

- Ишь ты, веда из платья выпрыгивает.

- Вот диво…

Но Аглая не слушала. Взгляд намертво прилип к расцарапанной и… совершенно не ее ноге.

Где шрам над коленкой?! Где татуировка на щиколотке? Они с Галкой сделали парную - луну и солнышко. Где ее родненький тридцать восьмой размер? Аглая шевельнула миниатюрными и ужасно грязными пальчиками. И перевела взгляд на руки.

Куда исчез маникюр?! В жизни у нее не было таких ужасных обломанных ногтей! И едва заметных рисунков на запястьях тоже! Похожих на… руны?! И узор такой… скандинавский, или славянский, или… Да какого черта происходит, вообще?!

- Где я?! – запищала, с ужасом понимая, что и голос тоже не ее! Слишком грудной и певучий. – Кто вы такие?!

Мужики помрачнели.

- Ушибленная совсем?

- Гадючий яд это! – возразил второй. – Дурень пустогол…

Договорить не успел. Тот, который сплел волосы в косицу, размахнулся и ударил брата в челюсть.

Аглая заорала, но кто бы ее слушал. Незнакомцы сцепились, рыча и изрыгая проклятья. Ужасно! Воздух задрожал от ударов. Но вдруг один из близнецов прыгнул в сторону и… начал меняться?! Послышался короткий треск, хруст, и вот перед ней уже знакомый монстр! А рядом второй!

Да это же оборотни!

- Нет! Нет-нет-нет … - зашептала Аглая, с силой щипая себя за руку. – Это сон… Сон!

Но кошмар не думал заканчиваться.

Монстры снова бросились друг на друга, раздирая когтями и зубами шкуры. Каждый пытался свалить противника на землю и добраться до горла, чтобы убить.

Перед глазами снова замелькали мушки.

Аглая покачнулась и беспомощно завалилась на бок. Все, помрет сейчас… скорее бы… Но на голову снова обрушилась вода. Аглая хотела возмутиться, но сил не было. Мутным взглядом обвела усыпанное трупами поле, равнодушно глянула на опять голых и окровавленных мужиков, и вздохнула. Все, не может больше…

- Э-э-э, да она никак на тот свет собралась!

- Из-за тебя, дур-р-рень!

- Гр-р-р…

- Р-р-ра!

- Цыц, щенки брехливые! – пробасил еще чей-то голос.

А потом Аглая перестала соображать. Сознание расслоилось на отдельные кадры, выхватывая куцые обрывки реальности. Твердые доски под боком, оскаленные у самого лица клыки. Снова шум драки. Споры… скрип колес, ругань… Драка… Волчий вой. И еще запах… неприятный такой горький.

- Змий р-р-рядом! – прогрохотало сразу со всех сторон.

И снова стало темно.

А потом резко светло, будто ей посветили в лицо фонариком. Аглая тихонько застонала, протестуя против такого своеволия.

- Гляди-ка, жива еще, - прошамкал кто-то.

И в рот полилось что-то горькое и сладкое одновременно. Аглая попыталась отстраниться, но ей не позволили, крепко фиксируя затылок.

- Пей-пей… Помнишь хоть, как тебя зовут, бедовая?

Аглая попыталась ответить, но получилось черте что.

- Громче, громче говори!

- А-а-аг… я…

- Агнея, да. Видать, из-за масти. Волосы и впрямь огонь живой. Пей!

И ее снова напоили горько-сладкой гадостью. Вот тут-то сил и нашлось открыть глаза. Но много не увидела. Будто шалаш вокруг, рядом копошится закутанная в балахон фигура. Мужчина или женщина – не разобрать. Да и какая разница?! Судя по всему, это все не сон. Или она по-прежнему бредит…

Но вдруг с нее принялись стаскивать одежду!

- Нет… нет… - захрипела, пытаясь отползти от шаривших по телу рук, но куда там!

Чудовищная слабость накатывала волнами, так и норовя утащить обратно в небытие. А ее жалкие потуги только веселили незнакомца. Незнакомку… Черт…

- Ишь, прыткая какая! – долбил по воспалённому мозгу смех. – И это опосля гадючьего яду… Ну известно, веды – они такие… Ничего вас не берет…

Треск ткани хлестнул по ушам. А вместе с ним пренебрежительный свист.

- Кожа да кости! И пошто ты нашим княжичам сдалась? Ну хоть от смерти уберегла, и то ладно…

Кого она уберегла? Когда? И дайте уже прикрыться! Но на живот плюхнулась мокрая тряпка.

- М-м-м, - покривилась Аглая.

Но ее недовольство было встречено новой порцией смеха.

- Ничо, перетерпишь… Откормим тебя, как след, да в постельку к княжичу направим…

В постельку?! От ужаса Аглая даже нашла сил на повторное:

- Нет!

И попыталась отползти в сторону. Но ее попытки были встречены руганью.

- Смирно себя веди! А не то кнута всыплю!

- Смотр-р-ри, как бы тебе кнута не перепало, Ягарь! – задрожало в воздухе.

- Голову откр-р-ручу! – донеслось следом.

Аглая всхлипнула. Близнецы здесь! Только не это…

- Н-не… трогайте… - попыталась прикрыть обнаженную грудь и бедра.

- А иначе что?

- Проклянешь? - прорычали густо.

Аглая только вздохнула. Да ничего она не сделает! Взгляд сфокусировать – и то сложно. Если братья захотят - могут отыметь ее прямо сейчас… По щеке скатилась слеза. Аглая тихо всхлипнула и отвернулась. Пусть развлекаются. Только сначала придушат.

Мужчины дружно засопели.

- Довольно носом шмыгать.

- Разжалобить решила? Вот лиса…

Аглая не шелохнулась. Моральные и физические силы были не просто на нуле, а ушли в минус, под толщу беспросветного отчаянья.

- Отдохнуть девке надобно… - пропищало рядышком.

И тут же на нее упала накидка, приятно пахнущая травой и шерстью.

- Чтобы к утру веда на ноги встала, Ягарь.

- А не то сама рядом ляжешь…

Уф, все-таки женщина… Уже легче.

- Будет исполнено, княжичи милостивые. Козочкой резвой поскачет!

Но братья слушать не стали, ушли. А Ягарь принялась звенеть склянками.

- Поставишь такую доходягу на ноги, как же! – бурчала себе под. – Худа, бледна, ядом отравлена… Ох, Ягарь-Ягарь, бедова головушка. Нет, не пойду более в походы, пусть хоть сам Сварог упрашивает!

Сварог? Это Аглая знала! Бог славян… про него еще Дина, то есть Дарья Благая, рассказывала. Ой! Неужели ее в другой мир перенесло?! Да нет, быть не может!

Пока Аглая мучительно соображала, пытаясь увязать невозможные, но факты, Ягарь вновь принялась ее поить и обтирать чем-то пахучим.

- Не ваши ведовские зелья, однако сил придать могут, - приговаривала, с силой растирая плечи, руки и ноги. – Вот так, теперь бы жабьей слюны капельку…

- Не надо! – взвизгнула Аглая и даже - о чудо! - сумела сесть на лежанке. – Я не... люблю...

Запнулась, рассматривая странный интерьер.

Определенно, это был шатер. И не какой-нибудь, а шамана или ведьмы… Гроздья амулетов и пучки трав плотно изукрасили стены, под конусовидным потолком коптил махонький светильник, а на грубо сколоченном столе устроились разнообразные кувшинчики и склянки.

Запястья чуть заметно кольнуло.

Аглая охнула и посмотрела на руки.

- Что, чует ведовская силушка мои зелья? – тут же откликнулась Ягарь. – То-то же…

Аглая благоразумно молчала.

Сейчас ей вообще лучше держать язык за зубами, пока не станет ясно, что это за место и как отсюда выбраться. А старуха снова проковыляла к ней и сунула в руки глиняную плошку:

- Пей вот. Раз уж сама села, то и посуду удержишь…

Аглая опасливо покосилась на черную бурду, но спорить не стала – сделала несколько глотков.

И чуть назад не выплюнула, до того гадко!

- С-спасибо… - процедила сквозь зубы.

И внимательней пригляделась к травнице. Или кем тут числилась Ягарь? Первое, что бросилось в глаза – седые лохмы и, неожиданно, полнота. Странно!

Почувствовав к себе интерес, Ягарь сощурила глубоко посаженные глазки.

- Чёй-то глядишь так? Проклясть удумала? Ты это брось! Ежели что, княжичи наши живенько тебе голову снесут, а перед этим потешатся всласть…

Аглая чуть плошку не выронила.

- И н-не думала, - прохрипела, отодвигаясь на всякий случай. – Мне бы… зеркало. Есть у вас?

Ягарь оглянулась по сторонам.

- У вас? Одна я тут, аль в глазах задвоилось?

О черт! Наверное, здесь не принято говорить «вы», надо запомнить.

- Задвоилось… бабушка, - осторожно согласилась Аглая.

Старуха важно кивнула, очевидно, довольная вежливым обращением. Даже улыбнулась, обнажая на удивление хорошие зубы.

- Опосля гадючьего яду не только двоиться, а и троиться начнет! А зеркало я тебе не дам! Ишь, чего удумала - ворожить собралась!

- Так у меня сил нет!

Но Ягарь погрозила толстеньким пальцем:

- Все веды об этом плетут, а потом раз – и сбежала девица. Одна Ягарь, сиротинушка, вновь муки принимает…

И травница рассыпалась в причитаниях, как ей трудно за всеми присматривать. А год выдался совсем худой и голодный - уж больно лютует проклятый Змий.

Кто такой Змий – Аглая не поняла. Может, человек, а может, животное. Зато узнала, что они уже почти подъехали к Явь-граду – городу, который получил благословение самого Сварога.

И в котором ее ждет проверка.

- Кощец тебя глянет, веда, - завершила свой монолог Ягарь. – Он живо разберет, осталась в тебе сила аль вся вышла…

Аглая могла только кивнуть. В голове снова шумело, хотелось спать, и уже как-то все равно было, что имена Ягарь и Кощец уж больно смахивают на Ягу и Кощея. Аглая прикрыла глаза, плотнее кутаясь в накидку. Поспит немножечко. И, если повезёт, когда проснется, то окажется в своей родной постельке. Господи, только бы так и было. Она все готова за это отдать…

- Вставай, девка!

- Подымайся, живо!

Два крика оглушающим выстрелом грянули над ухом. А в следующий миг Аглая очутилась на полу. Бедром ударилась так, что искры из глаз посыпались.

- Покалечить хочешь?! – крикнули над головой.

- Сам чего орешь?!

И густое рычание сотрясло воздух. А Аглая кое-как села на прикрытый соломою земляной пол и… расплакалась. Вот просто навзрыд, с соплями и громкими всхлипами, даже не пытаясь остановиться.

Рычание мигом стихло.

- Эй, веда… ты чего?

- А ну брось сырость разводить!

Но Аглая не слушала. Резкое пробуждение сработало спусковым крючком и копившееся внутри напряжение вылилось в безобразную истерику. Опять она в этом долбанном мире! Кошмар никак не хотел заканчиваться!

Пол вдруг резко ушёл вниз - чьи-то руки подхватили ее и усадили на постель.

Другие сунули к губам кувшин.

- Пей, а не то на голову вылью! – пригрозил мужик.

Огрызнуться бы, но страх и слёзы намертво лишили голоса. Аглая сделала глоток, закашлялась и оттолкнула закованную в кожаную обвязку руку.

- Уй-ди… - выдавила по слогам.

Может, взбесится и прибьет ее? Но куда там! Ублюдок схватил ее за волосы, и в прямом смысле заставил выпить еще. Второй стоял сбоку и гипнотизировал пронимающим до нутра взглядом. Его глаза натуральным образом горели. Того гляди сорвет с себя тяжелый отороченный мехом плащ, превратится в чудовище и бросится к горлу…

- Хватит с нее! – рявкнул вместо этого. – Люди заждались!

- Тебя не спросил, - мгновенно ощерился брат.

И близнецы снова зарычали друг на друга.

- Убью! На этой же седмице!

- Сам в землю ляжешь!

Пользуясь возникшей сварой, Аглая попыталась незаметно проскользнуть к выходу, но тут же оказалась схвачена тем, кто ее поил.

- Только попробуй, - угрожающе зарычал мужчина. – Возьму прямо тут!

- Облезешь, щенок смердячий! Веда – моя!

- А об этом ваш батюшка рассудит…

Аглая обернулась на голос и сдавленно охнула. На пороге стоял… богатырь, наверное. Рост почти такой же, как у братьев, подбитая сединой борода и одежда уж очень характерная. Такие наряды она видела на иллюстрациях к русским сказкам.

А мужчина будто невзначай огладил шипастую булаву, висевшую на поясе, и произнес:

- Оба пошли вон отседова. Сам на девку гляну.

Братья дружно оскалились, но спорить не стали, ушли. Аглая удивленно икнула. И все-таки вытерла перепачканные зельем губы.

- А… вы… ты кто? – осмелилась на шёпот.

Мужчина хмыкнул.

- Не признала? Видать, хорошо тебя гадина цапнула… Что ж, народ меня Кожемякой кликает…

Аглая аж встрепенулась. Этого персонажа она знала!

- Н-никитой, что ли? – уточнила на всякий случай.

И мужик кивнул!

- Все так. Стало быть, не совсем у тебя память отшибло… Молочный брат я государя нашего, Вольги Святославовича из рода Змеиборцев.

Опять эти змеи! Это что, местный культ?

Аглая крепче запахнула накидку, пряча разорванное платье и, хоть тряслась вся, снова рискнула спросить.

- Господин, э-э-э, Кожемяка. А зачем я… тут?

- Как зачем? Добыча ты княжичей Мирояра и Яромира Змеиборцев. Они тебя пленили, они тобой и владеть станут.

Черт!

- Да за что пленили-то? Что я такого сделала?!

Мужик принахмурился, отчего его взгляд стал холоден и цепок.

- Шутишь-нет? Аль и вправду забыла, что клятвы нарушила и удрала, когда земле нашей защита потребовалась?

- Эм…

- Вот и не мычи теперь! Правильно братья с тобой поступили, по совести. А теперь одевайся да выходи на свет белый. И так седмицу как бревно валяешься…

Неделя уже прошла? Ой… Аглая шмыгнула носом, но Кожемяка плевать хотел на ее душевные терзания - ушел, не оглянулся. Вместо него в проходе замаячила Ягарь. И, слава богу, не с пустыми руками.

- Вот, примерь-ка платьице, - бухнула перед Аглаей сверток. – Всю ночь перешивала, все пальцы исколола…

- Спасибо бабушка.

Старуха расцвела, как майская роза.

- Ишь ты, воспитанная веда попалась. Аль страшишься пред очами государя нашего Вольги Святославовича показаться, вот и покладиста сверх меры?

Аглая неопределённо дернула плечом. Но Ягарь не нужны были собеседники.

- Это правильно - бойся, - продолжила вдохновлённо трещать, собирая кувшинчики и склянки в корзину. – Уж больно обидела ты князя отказом… Гордячка какая!

Аглая молчала. А что тут скажешь? Прошлая владелица тела успела насолить Вольге, а ей теперь расхлебывать.

Туже завязав шнуровку на груди, Аглая поправила рукава и светло-серый подол. Ткань оказалась неожиданно приятна телу, но огромным минусом было отсутствие белья. Ни трусов, ни лифчика. Аглая чувствовала себя совсем голой!

Особенно если учесть, что грудь ее немного больше, чем была прошлая, а бедра шире. Да и вообще фигура гораздо лучше. Взглянуть бы на лицо…

- Теперь волосы расчеши, - велела Ягарь. – Ох, красота огненная! Даже изгвазданные хороши!

И это тоже было правдой. Несмотря на плачевный вид, такая грива могла быть гордостью любой самой требовательной девушки. А цвет! Ярко-рыжий - гораздо насыщеннее, чем был.

Аглая как могла, привела себя в порядок. Умылась даже. Но только отложила частозубый гребень, к ней снова наведались братья. Все такие же хмурые и с новыми отметинами на лице. У того, кто с косой, – бровь рассечена, у другого - скула синяком налилась… Ужас!

Шумно принюхавшись, обороти помрачнели еще больше.

- Выходи давай.

- Отряд ждет…

А глаза, как угли, полыхают! И воздух аж трещит от напряжения. Аглая вцепилась в лежанку, боясь вздохнуть лишний раз.

- Х-хорошо… - пролепетала, а может, только подумала.

Потому что рядом с этими двумя язык завязывался в узел. Если красота может пугать, то это как раз такой случай. От братьев исходили тяжелые волны силы. Два хищника застыли напротив Аглаи, и она могла поклясться, что стоит ей сделать одно неверное движение, и отряд задержится до тех пор, пока близнецы не развлекутся как следует.

Тот, что с косой, опасно прищурился, на высоких скулах его брата заходили желваки. Оба совершенно одинаково приподняли верхнюю губу, обнажая белоснежные звериные клыки, и шумно потянули носами.

- Сладко пахнешь, веда…

- С каждым днем все лучше…

Это она-то?! Грязная, пропитанная потом и ядреной вонью зелий? Братья с ума сошли.

А мужчины одновременно шагнули к ней. Но, неудачно столкнувшись плечами, круто развернулись друг к другу. И случиться бы в шатре очередной драке, но Ягарь бесстрашно втиснулась между близнецами.

- Князь дожидается! Не след вам идти поперёк отцовской воли.

По лицам братьев мазнула тень. Но, к счастью, возражать они не стали. Зато снова переключились на Аглаю.

- Идем, веда.

- Сколько ждать можно?

Пришлось исполнить приказ. И хоть ноги еще подламывались от слабости, Аглая сумела сделать несколько шагов. Мужчины ждали. Ох, ладно… Наверное, они хотят, чтобы она встала между ними. Главное, не думать о разнице в росте. Рыжая макушка Аглаи не доставала братьям даже до плеча.

Под конвоем ее вывели из шатра. На секунду пришлось зажмуриться – слишком резал глаза солнечный свет. По инерции сделав несколько шагов, Аглая остановилась, чем вызвала недовольное рычание. Она торопливо моргнула, приложила ладонь козырьком и осмотрелась.

Как и в прошлый раз, пейзаж был уныл до крайности. Вокруг пыльная степь и острые обломки скал, торчащие из земли. Под ногами жухлая трава, рядом с камнями ютится болезненного вида кустарник. А над головой блекло-голубое небо с редкими облаками.

Но долго рассматривать меланхоличные пейзажи не пришлось.

- Иди сюда, Агнея, - велел ей Кожемяка.

Аглая хотела поправить его, но вовремя прикусила язык. В этом мире ее имя звучало по-другому. Надо это помнить.

Под напряженными взглядами братьев она подошла к воину, а в следующий миг оказалась сидящей на лошади. Княжичам это не понравилось, их глаза снова начали светиться, короткая борода сделалась будто ещё черней и гуще, а лицо неуловимо изменилось, мешая человеческий облик со звериным.

Аглая тихонько ойкнула, но Кожемяка остался невозмутим.

- Веда со мной поедет. А вы двое ведите себя смирно, как Вольга Святославович наказывал.

Оборотни недовольно зарычали. Но, к удивлению Аглаи, спорить не решились.

- А до, эм… Явь-града мы скоро доедем? – спросила, едва братья отошли подальше

- К вечеру должны.

И Кожемяка дернул вожжами, пуская лошадь сразу в галоп. А спину так и жгло два очень внимательных взгляда. Близнецы отступили. Но только на время. И ей надо срочно придумать, как отвадить их насовсем. И вернуться в родной мир.

Кожемяка не соврал – город показался на горизонте в сумерках. К этому времени Аглая почти ничего не соображала. От дикой скачки голова пульсировала болью, а тело превратилось в один большой синяк. Аглая даже расплакалась, не сумев вытерпеть пытки. Но никто не собирался ей сочувствовать. Наоборот!

- Малахольная! - ругался Кожемяка. – Не реви, а не то княжичам отдам!

Да и пусть! Казалось, что копыта лошади бьют не по земле, а по ее затылку. Перед глазами плясали звезды, и Аглая уже не обращала внимания ни на город, ни на строение, к которому ее привезли. Только и сумела рассмотреть огромные стены из толстых бревен необычного цвета. Как будто свернувшейся кровью пропитаны…

- Помыть и к встрече с князем подготовить! – пробасил Кожемяка, прежде чем спихнуть ее в руки подскочивших девушек. – Да Кощеца кликните, пусть осмотрит.

И исчез.

А ее подхватили с двух боков и быстро утянули внутрь. Буквально волоком протащили по широким коридорам, сквозь сумрачные комнаты и подвели к низеньким дверцам.

- Лоб не расшиби, предательница, - пробурчала одна из молодок и толкнула окованную железом створку.

За ней оказалось что-то вроде парной. Вот тут Аглаю последние силы и оставили. Мешком осев на пол, она засобиралась снова упасть в обморок, но сверху обрушилась ледяная вода.

- А-а-а! – заорала не своим голосом.

Да что ж тут за мода такая - чуть что из ведер окатывать?! В тяжелом от пара воздухе задрожали смешки. Перед носом мелькнули темно-зеленые платья прислужниц.

- Это тебе не в Благих источниках ножки греть!

- Ишь ты, разнежилась под боком у Лады!

- Ничего, пора бы и простой жизнью пожить.

Девушки опять засмеялись. А потом ловко вытряхнули ее из платья, распели волосы, на лавку усадили и как принялись за дело - Аглая только и успевала отфыркиваться и ойкать, когда мочалка уж слишком грубо натирала кожу. Служанки дружно морщили носики и бранили веду за нежность.

- Не притронься - сразу след останется!

- От синяков пятниста, словно кошка лесная!

- Тьфу…

Аглая очень хотела огрызнуться, правда! Но когда ты голая, а рядом плотненькие и раздраженные селянки с ковшиками наперевес, особо не поспоришь.

Наконец, мытье закончилось. Зато началась пытка с расчесыванием. И снова Аглае досталось за «пламенное богатство», которое никак не поддавалось гребням.

- Отрастила гриву аки кобылица!

- Обкорнать бы!

- И не вздумай перед княжичами своими лохмами трясти!

В последней фразе сквозила неприкрытая угроза. Аглая могла это понять. Если не брать во внимание отвратительный характер, грубые манеры и способность превращаться в монстров, братья выглядели просто роскошно. Этакие матерые хищники, которые в современном мире сколотили бы состояние в модельном бизнесе. Единственным их недостатком можно было бы считать отсутствие ярко-выраженных рельефных кубиков, но это компенсировалось роскошными плечами, шикарной грудной клеткой и жилистыми руками. В общем, настоящие хорошо тренированные бойцы.

На которых Аглая вообще никак не претендовала.

Но прислужницы считали иначе. Поэтому не особо старались «украсить конкурентку», и платье ей принесли самое простенькое, непонятного грязно-бежевого цвета, с вышивкой по рукаву и горлу.

Но Аглая была за него очень благодарна!

А уж когда ее привели в предбанник, где дожидался небольшой, но полный кувшинчиков и мисок столик… Ой, прямо живот свело от голода!

Аглая без стеснения набросилась на еду, тем более, судя по гитарным формам веды, можно было не бояться наесть лишнего. Однако ее трапезу довольно скоро прервали. В дверь без стеснения зашел седой и невозможно худой старик.

- Кощец! – воскликнула одна из молодок.

- Ну наконец-то явился…

- А мы пойдем!

И девицы исчезли, не дав старцу даже слова сказать.

Мда… ну и воспитание.

- Здравствуй… эм, дедушка, - поприветствовала Аглая гостя.

Вдруг это поможет расположить старика к общению? Но нет, в отличие от Ягарь, Кощец не собирался впадать в угар умиления. Неожиданно проворно приблизившись, схватил ее за руки и повернул ладонями вверх. Сощурил подслеповатые глаза.

- Хм, хм… Нету твоей силушки, Агнея... Как вода в песочек ушла…

Он что, знаки, что ли, рассматривает? Аглая попыталась выдернуть руки, но добилась только того, что Кощей весьма больно ухватил ее за подбородок и заставил задрать голову.

- Почему так?! – зашипел, обнажая подпиленные зубы. – Что сотворила?!

А у нее мушки перед глазами плясать пошли.

- Я… я не знаю, - всхлипнула громко.

И снова расплакалась. Но слезы не впечатлили старика. Оттолкнув ее, как нечто неприятное, он уселся напротив.

- Теперь ты – пустышка о двух ногах. Толку с тебя лишь княжью постель греть…

Аглая утерла щеки.

- Не хочу я ничего греть, - заскулила, ничуть не заботясь, насколько по-детски это звучит.

Но Кощец вновь затряс сивыми лохмами.

- Раз слово нарушила, значит, ответ держи.

Да чтоб их всех! Не она слово нарушала, а эта дурацкая Агнея! Но как докажешь? А если правду сказать – чего доброго на костре сожгут.

- Я… Я по дому работать умею. Кухарить там, убирать… - предложила робко.

А вдруг получится? Заодно местную библиотеку найдет, почитает что-нибудь. Раз язык здешний для нее не проблема, значит, - Аглая надеялась, - и с книгами так же будет.

Однако Кощец не собирался ее обнадеживать.

- Князь решит, как с тобой быть. Завтра на рассвете предстанешь пред его очами. А покамест отдохни. Сегодня тебя никто тревожить не станет.

И ушел, оставив Аглаю в полнейшем раздрае. Какой тут отдых! Она готова была выть от беспомощности и ужаса. Сбежала бы вот прямо сейчас, но вокруг полно охраны. К тому же одна из служанок осталась в комнате, в которую привели Аглаю, и стала обустраиваться на лавке.

- С тобой приказано спать, - недовольно обронила девушка.

И тут же принялась тушить крохотные масляные лампадки.

Очень скоро все вокруг погрузилось во тьму. Из двух узеньких окон виднелась только часть бревенчатой стены и хмурое небо. Даже не осмотреться толком! Совершенно убитая морально, Аглая забралась под лоскутное одеяло и затихла. И тут ей не было покоя.

Спустя пару минут служанка громко захрапела.

Так и пришлось маяться всю ночь, пока на рассвете сон не сморил. И опять Аглае снились всякие ужасы.

***

(этим же вечером)

Княжьи палаты освещали лишь масляные лампы, прикрученные к стене за троном. Мало давали они света! Украшенные резьбой столбы тонули в сумраке, расписной потолок и вовсе не был виден, однако что эти красоты трем давним соратникам.

- Ну, Кощец, так ли все худо? – проскрипел Вольга, тяжело опираясь на ручку трона.

Волхв задумчиво огладил бороду. На его задубевшем от времени лице давно уж не прочесть того, что деется в сердце, однако Вольга по взгляду видел – ничего хорошего его товарищ не скажет.

- Слабая она. Трусливая очень, мягкая, будто теплый воск… Такая двух разъярённых мужиков не сдержит…

Кожемяка тоже голос подал:

- Верно. Не девка, а размазня. Ох, Вольга-Вольга, брат мой названый… Зря ты это затеял. Нет веры ведам, обманули тебя… Все они хитрые да подлые.

Может, и так. Но когда одолевают тяжкие помыслы и страх, за любую соломинку ухватишься. Князь с трудом поднял руку, призывая всех к терпению.

- Не судите раньше времени, други мои. Пусть освоится маленько, глядишь, дело на лад пойдет.

- Это ежели княжичи не сшибутся до смерти, - возразил Кощец. - Уж больно сладка косточка…

Да, он знал. Едва только веду покинули силы, ее аромат перестал быть тайной.

Дочери Лады всегда были манкими для двуликих, но эта аж слишком. Кожемяка успел рассказать, как сыновья на хрип изошли, споря, кому достанется пленная. А перед этим веда сумела одним лишь своим голосом прекратить их драку.

- Пока я жив, мое слово для них закон.

- Уже нет, Вольга Святославович, - прогудел Кожемяка. - Затеяли дурни стычку опосля боя. В пылу решили до ума довести то, что однажды ты не смог… И ежели бы не девка, то один бы у тебя сын остался…

Больно это слышать! Вольга любил своих детей одинаково, но разделенный надвое дар Сварога рвался стать единым. И княжичи не могли противиться божественной воле.

- Посмотрим, чем дело закончится, - обронил Вольга и махнул рукой, отсылая двоих прочь.

Завтра он сам глянет на веду. Пока дело шло, как было предсказано. Только бы девка сумела окоротить княжичей! Вольга так хотел этого… Но отведённые ему дни таяли быстрее снега на солнце. Еще зимою сильный мужчина, сейчас он дряхлый старик. И может статься, что не доживет Вольга Змеиборец до радостных мгновений.

Аглая не хотела открывать глаза. До упора притворялась спящей, пока прислужницы тормошили ее, приказывая вставать, и тихонько надеялась, что все вдруг исчезнет. Но одна из девушек топнула, пообещав, что сейчас позовет воинов – уж они-то живо "строптивую лисицу с ложа подымут".

Пришлось подчиниться. Аглая приподнялась на локтях, огляделась, а в следующий миг буквально слетела с кровати - в углу стояло зеркало! И какое! В полный человеческий рост. Подбежав к нему, Аглая замерла. Она, конечно, понимала, что веда хороша собой, но чтоб настолько…

Распахнув пронзительно-зеленые глазищи, на Аглаю смотрела фарфоровая куколка!

Точеная линия скул, аккуратный носик, коралловые губки-бантики, лицо сердечком и, как вишенка на торте, интересный, немного лисий разрез век, придававший и без того роскошной внешности своеобразную изюминку. Теперь понятно, почему близнецы сделали стойку! Будь она мужиком, сама бы себя захотела!

Девица покраснела и кокетливо хлопнула стрельчатыми ресницами. Ну какая же прелесть! Этакая... отфотошопленная версия ее обычной. Да... отдаленное сходство имелось. А может, и не слишком отдаленное.

- Хватит в зеркале дырки протирать! – недовольно заворчала прислужница. – Князь ждать не любит!

Схватив ее за руку, вздорная девица силой усадила Аглаю на лавку. Да так дернула гребнем по волосам - искры из глаз посыпались.

- Ой! – взвизгнула Аглая.

Но в плечи прилетел тычок.

- Ишь, нежная! Терпи! Недосуг мне тут с тобою тетешкаться…

Другая служанка злобно поглядывала в их сторону, но, слава богу, молчала. Аглая тоже помалкивала. Только морщилась, когда гребень уж очень сильно драл волосы. Наконец, с утренними процедурами было покончено. Но едва Аглая завязала шнуровку на груди, как пожалела, что так торопилась вырваться из цепких когтей прислужниц.

- Все готово! – крикнула одна из девушек.

И в комнату зашли оборотни. От страха Аглая чуть на лавку не прилегла. О нет… только не эти двое! А мужчины синхронно потянули носом и оскалились:

- Чего перепугалась, веда?

- Аль не рада гостям?

Будешь тут рада двум огромным и явно заинтересованным мужикам! Под внимательным взглядом братьев Аглая чувствовала себя голой! И если бы не служанки в комнате, то лежать бы ей сейчас на постели, зажатой между распаленными самцами.

Но стоило представить фигуристую веду принимающей ласки сразу от двоих, как внизу живота дрогнуло от предвкушения.

Аглая аж подскочила.

Нет-нет! Она на такое не подписывалась. Это же… это неправильно! Ее не так воспитывали.

Глаза оборотней сверкнули раскаленным золотом. По лицам пробежала судорога, еще больше заостряя хищные черты. А служанки бочком-бочком да и протиснулись мимо княжичей к выходу.

Аглая моргнуть не успела, как осталась один на один с братьями. Им это пришлось очень по вкусу.

- Славно тебя помыли, Огонек…

- Сияешь не хуже прежнего…

- О-огонек? – шепнула, с ужасом и восторгом наблюдая, как оборотни крадутся ближе. – Я… Агл… Агния... Агнея… И… стойте! – вскрикнула, когда тот, что с косой, оказался слишком близко.

Но ее крик утонул в возмущенном рычании другого близнеца.

- Руки свои убрал, щенок!

- Веда - моя!

Да что ж это такое?! Они что, ни минуты без спора не могут провести?! И такая ярость от обоих хлестала - аж самой дурно. Непонятные ощущения. Непривычные! А братья схватили друг друга за грудки. Еще секунда – и тесная горница превратилась бы в труху, но ситуацию спас Кожемяка.

- А ну разошлись! Оба! – гаркнул так, что стены дрогнули.

Братья ухом не повели. Так и застыли нос к носу, и, кажется, даже богатая опушка их плащей топорщилась злыми иглами.

- Отцовский терем поганить сварой решили?! Я вас…

И мужчина бесстрашно схватил двух рычащих оборотней за шкирки и легко встряхнул. Честно сказать, Аглая ждала еще большей драки. Потому что оборотни стали вдруг меняться, одежда на них треснула, а сапоги превратились в лохмотья под напором лезущих когтей. Но богатырь не испугался.

- Только попробуйте лапы распустить – придушу обоих.

Ответом ему стало сдвоенное рычание. Тут уж и она в стороне остаться не смогла.

- Нас князь ждет! – пискнула, готовясь к худшему.

Однако братья немного поостыли. Снова приняли человечий облик и синхронно оглядели испорченный наряд. Один плюнул, другой ругнулся. И оба молча ушли, с порога разойдясь в разные стороны.

Аглая утерла взмокший от пота лоб.

- Это ужасно… - простонала тихонько. – Часто они… вот так?

- Спорят, что ли? Да, почитай, дюжину раз на день.

- О боже…

- Н-да, тяжёл дар Сварога...

Аглая едва успела прикусить язык, чтобы снова не начать выспрашивать. Вот еще один пункт, который ей предстоит выяснить: дар Сварога. Очевидно, из-за него братья все время цапаются.

А мужчина сделал ей знак рукой, мол, пойдем уже.

Спорить Аглая не стала. И пусть от страха заплетались ноги, но она старалась не отставать от широко шагавшего мужчины. Ну и по пути разглядывала, что могла.

Особого удивления терем князя не вызвал. Что-то такое она представляла, читая в детстве русские народные сказки. Преобладало дерево, но странного красноватого оттенка. Много резных украшений, вместо факелов – лампадки-светильники. Ставни на окнах расписаны золотым и красным, а пейзаж за окнами все так же уныл.

И вроде бы лето на дворе, а зелени самую чуть. Все вокруг словно солнце выжгло… пыльно и сухо.

В носу тут же засвербело, и Аглая чихнула.

- Не хворай, - откликнулся Кожемяка.

- Спасибо.

Аглая потерла нос и опять принялась осматриваться. Не сразу, но взгляд зацепился за то, что иные слуги выглядят довольно изможденно. Похоже, тут существовало рабство… или кастовое разделение. Даже одежда этих бедняг была хуже.

Наконец, блуждание по лестницам и коридорам закончилось. Аглая очутилась перед аркообразной, обитой позолоченным железом дверью. Рядом стояли мужики в полном боевом облачении.

Сердце тревожно екнуло.

Вот и привели веду к князю на поклон… Но что ей делать? Просто голову склонить или на колени упасть? Она вроде как преступница. Только кандалов ей не надели и в тюрьме не держат… Пока мысли в панике скакали туда-сюда, стражники потянули за массивные железные кольца.

Но вместо князя за первыми дверями оказалось нечто типа прихожей, и за следующими тоже.

Наконец распахнулись третьи створки.

- Ой… - тихонечко вздохнула Аглая.

А братья когда сюда добраться успели? Еще и одежду сменили… И теперь стояли по обе стороны от трона, на котором восседал, эм-м-м, столетний дед.

- Идем, веда, - буркнул Кожемяка. – Поприветствуешь нашего господина, как должно.

А сам господин в курсе, что его приветствовать будут? Вольга Святославович даже не шелохнулся. Сидел, будто в трон вросший, лишь изредка тяжело моргая подслеповатыми глазами.

Стараясь держаться ближе к Кожемяке, Аглая приблизилась и, повторяя за ним, склонила голову.

- Здрав будь, Вольга Святославович, - пробасил Никита. – Привел я беглянку.

И выпихнул Аглаю вперед. Предатель!

Сделав несколько шагов, она замерла, стараясь не смотреть на выступивших ей навстречу братьев. Они даже не пытались скрыть намерений скорее заполучить веду. Жалили взглядом, ревниво косились на друг на друга, но устраивать свару при отце опасались. Ну хоть так!

- Подойди ближе, - прохрипел Вольга.

Да куда уж! И так почти у ступеней трона. Но Аглая исполнила.

- Хорошо-о, - протянул старик. – Агнея из селения Болотных вед, ты оставила мой терем без дозволения. За это положена смерть…

Боже!

- …Однако слышал я, что ты сумела уберечь моих сыновей от дурного…

- Мы просто спорили! – взвился тот, что с косой.

Другой близнец молчал. Но смотрел так красноречиво, что Аглаю прошиб пот. Да уж, видела она этот… спор. Чуть головы друг другу не откусили. Очевидно, князь думал схожим образом.

- Вы нарушили приказ, дети… До моей кончины силу не делить! – рявкнул неожиданно зло.

Аглая аж голову в плечи вжала. А братьям хоть бы что!

- Сила Сварога не живет в двоих! – зарычал «коса».

- Яромир… хватит.

А, так этого Яромиром зовут. Второго, стало быть, Мирояром. Который тоже не хотел молчать.

- Будь сила в моих руках, еще прошлой весной я избавил бы нашу вотчину от Змия.

Какая такая «сила»? Магические способности, что ли?

- И ты помолчи, Мирояр.

- Нет, отец, довольно!

- Слишком долго мы ждали!

И братья схватились за мечи. А по лицу Вольги пробежала судорога такой боли, что даже Аглае подурнело.

- Да что ж вы делаете?! – закричала, сама от себя не ожидая такой смелости. – Вашему отцу плохо! Он еле на троне сидит, а вы… вы… эгоисты хреновы! Только о себе думаете!

В горнице повисла тишина.

Аглая ойкнула и отступила к Кожемяке. Ну все, порвут ее сейчас, как грелку… Но "тузики" не спешили кидаться на добычу и даже вроде бы смутились. Во всяком случае, вспыльчивый Яромир спрятал клыки, а более рассудительный Мирояр сунул меч обратно в ножны.

- Думай, что говоришь, веда, - бросил строго. - Слово отца для меня – закон.

- Подхалим, - не остался в долгу Яромир.

- Всяко лучше, чем неблагодарный щенок, - парировал Мирояр.

Братья снова набычились, но на это раз вмешался Вольга:

- Отрадно, что гнев еще не захватил ваш разум, дети… Посему слушайте мой наказ. С этого дня веда принадлежит вам двоим!

- Что?! – взвыли оборотни, а Аглая вцепилась в локоть Кожемяки.

Ей сейчас дурно станет…

- Будет вам прислуживать, - продолжил Вольга, - ночью и днем, когда сердце пожелает. Но! – поднял худющую до прозрачности руку. - Сама решит, кого из вас первого женской лаской одарить…

Уф…

- …Даю срок две седмицы...

Всего?! Аглая умоляюще взглянула на Вольгу, но князя не интересовало мнение какой-то там девки.

- ...Ступайте, - велел помрачневшим сыновьям.

Те спорить не стали.

- Ты тоже уйди, - велел Кожемяке.

Воин исчез вслед за оборотнями. Ой, не к добру все это… Аглая мялась с ноги на ногу, не решаясь спросить, зачем ее оставили, а Вольга не торопился пояснять. Прикрыл глаза, будто ему ужасно хотелось спать, лишь изредка вздыхал и гладил рукою резной поручень трона, показывая, что еще в сознании.

- Помири мои сыновей, веда, - выдал, наконец. – И тогда я позволю тебе вернуться к своим, чтобы вновь напитаться силой у капища Лады.

Прижав руки к груди, Аглая рвано выдохнула. От слов князя будто внутри теплее стало. Капище Лады… Тянуло ее туда! Так уж хотелось пробежаться босиком по траве и окунуть ладони в чистый родник. От самого сердца матушки-земли он бил. Всегда теплый, как парное молоко.

- Я согласна, - шепнула прежде, чем успела подумать. И тут же испуганно ойкнула. – Но как? То есть… твои, э-э-э-э, сыновья… Они же спорят без остановки!

Еще и дерутся периодически. Но об этом Аглая умолчала. А Вольга тяжело вздохнул:

- Твоя правда… Сила Сварога не примет два сосуда, стремится стать одним…

О, кажется, Аглая начала понимать причину неприязни братьев!

- …Однако каждый из моих детей дорог мне, - продолжил князь. – Пусть же твоя ведовская хитрость послужит во благо. Но если по прошествии двух седмиц ты не сделаешь выбор, то я отдам тебя тому, кого сочту лучшим.

О господи! И ведь не возразишь - ее слово здесь весит меньше лебяжьего пуха.

- Я не знаю, как их помирить… - шепнула отчаянно.

А князь отмахнулся.

- Захочешь вернуться капищу Лады – придумаешь. Ступай.

И ей ничего не оставалось, как исполнить приказ. Потому что ни хрена она не была той самой попаданкой, которая одним движением брови наводит свои порядки. Да и законы этого мира не располагали к подвигам. Все, что Аглае оставалось - надеяться на авось. А еще добраться уже наконец в библиотеку… Но едва она выскользнула за дубовые двери, как тут же попалась в когти двум поджидавшим оборотням.

- Хитрая лисица…

- Не думай, что сумела сбежать от меня!

Загремело сразу со всех сторон. Аглая попятилась, напуганная злым рычанием, и собралась ретироваться обратно под защиту князя, но не успела - ее зажали в клещи и оттеснили к стене.

- В-вы приказ слышали! – запищала, прижимая руки к груди. – Я… я сама выберу с кем… то есть…

Запнулась и покраснела. Зря… Братья мгновенно сменили гнев на интерес.

- Да, я помню наказ отца, - первым начал Мирояр. – Через две седмицы ты станешь моей.

- Пасть захлопни! – тут же осек Яромир. – Веда – моя!

- Сам примолкни.

- Шею сверну.

Аглая чуть не расплакалась. Ну как их мирить?! Они же убить друг друга готовы из-за силы этой дурацкой!

- Хватит уже! – попробовала стряхнуть с себя наглые лапищи. – Я… я отдохнуть хочу!

От братьев потянуло шлейфом раздражения. И, возможно, Аглае посоветовали бы закрыть рот, но на помощь пришел Кожемяка.

- А ну-ка отошли от девки! Аль другой заботы у вас нет, окромя как за юбкой бегать?

Нехотя братья отступили. Но Яромир вдруг стянул с шеи клык, перевязанный кожаным шнурком:

- Надень.

Мирояр не хотел отставать от брата, и пихнул в руки Аглаи очень похожий амулет:

- Мой тоже!

Кожемяка едва заметно кивнул, мол, так надо. Пришлось взять.

- Теперь и слуги, и воины будут знать, кому ты принадлежишь, - пояснил на ее вопросительный взгляд. – И не станут задирать попусту.

Насчет служанок Аглая не была бы так уверена. И одного дня хватило, чтобы понять – эти волчьи секс-символы покорили весь терем. Тем удивительнее, что братья так настойчиво добивались именно ее – преступницу-веду.

- А поутру дева ответ даст, с кем из вас день проведет да ночку скоротает...

Что значит - ночку скоротает?! Но ее чуть слышное «э-э-э» потонуло в ругательстве и звуке удалявшихся шагов.

- ...А тебе, веда, - обернулся к ней Кожемяка. – Лучше придумать, как своим выбором другого не обидеть.

Аглая распахнула было рот, чтобы запротестовать, но по темечку неожиданно тюкнуло.

- Подумать надо, да, - согласилась с богатырем. – Хм… а можно мне, кх-м, в горницу, где книги... то есть свитки лежат?

Кожемяка вздернул косматые брови:

- Думаешь, что найдешь там мудрость тайную? Не надейся. Заклятий в тереме Вольги Святославовича нет. За этим Кощец зорко следит.

- Да я просто в тишине хочу побыть!

Кожемяка посмотрел на нее, как на душевнобольную – со смесью жалости и снисхождения.

- Ну пойдем, отведу… Только запомни вот что: покамест князь с тобою мягок, но не приведи боги тебе задумать худое аль без дозволения шаг из терема сделать - живо клинок в сердце схлопочешь. А помощи от своих можешь не ждать - против рода Змиеборцев веды не пойдут.

Аглая промолчала. Даже если бы тут не было охраны, все равно она бы никуда не делась. Без знаний и денег, в чужом мире, да еще и такая красотка. Первый же не обремененный моралью мужик просто скрутит ее и отволочёт в ближайшие кусты.

Нет, Аглая не хотела стать добычей какого-нибудь разбойника, уж лучше оборотни. Они, по крайней мере, очень даже ничего. Сердце тревожно ухнуло и забилось чаще. А в голову снова полезли всякие неприличности.

«Знаешь, как с двумя мужиками круто? - засмеялся над ухом голос Галки. – В два раза больше кайфа…»

Аглая помотала головой, пытаясь сосредоточиться на действительно важном. Ей надо как можно больше узнать про этот мир! Обычаи, порядки, законы… можно еще и карты какие-нибудь найти.

Но когда ей в руки попал первый свиток, Аглая чуть не расплакалась. Руны так и остались закорючками на листике коже. А это значило только одно – веда не умела читать.

***

Яромир

Злость хлестала через край. Яромир бросался то на одно соломенное чучело, то на другое, но тяжкая тренировка не могла остудить кровь. Бежать бы обратно в терем, ворваться в горницу хитрого змиёныша и одним ударом переломить Мироярке хребет! А потом испить до дна ставшую свободной силу. И веду себе подчинить!

- Р-р-ра!

Чучело брызнуло во все стороны щепами и клоками соломы.

Когти с болью втянулись обратно в руку, а вот ежели бы он был цельным, то никогда бы этого не чуял.

Эх, отец-отец! Смалодушничал! Не убил во младенчестве одного из сыновей. Переломил силу Сварога надвое. А теперь вот и рыжеволосую лисицу делить заставил!

Зверь жадно щёлкнул пастью и облизнулся. Уж как вкусна дочь Лады – нет мочи терпеть! Едва почуял тонкий аромат душицы, вымоченной в медовой воде да с каплею озерной свежести, как вмиг о битве с Мирояром позабыл!

Готов был кинуться на веду и в чистом поле своею сделать. Однако девка лишилась памяти.

Ну а там и не до склок стало. Цепной пес отца – Кожемяка - помешал. Эх, а так бы он – Яромир - с ненавистным братом покончил и девицу в постель уложил… Ну ничего, еще не вечер.

Зверь встряхнулся и пошел под навесы, где стояли бочки с водой. Надобно остыть маленько. Через две седмицы свершится высшая справедливость. И он получит то, что должен был взять по праву рождения.

***

Мирояр

Одна за одной древние руны складывались в слова, являя Мирояру драгоценные знания.

Всегда это увлекало его, дарило радость и покой сердцу. Однако сейчас, даже спустя несколько свитков, кровь кипела злостью, подталкивая мчаться на поиски блохастого выродка и до заката солнца забрать себе то, что положено по праву рождения.

Свиток полетел на стол. А Мирояр вскочил и подошел к окну, оперся локтем на угол, прикусывая кулак.

Эх, отец! Своей душевной слабостью только беды наделал! Не сумел поступить так, как того требовал закон - убить одного из сыновей во младенчестве, чтобы дарованная богом сила к одному ушла.

Теперь еще и с ведой намудрил. А мог бы отдать ему – Мирояру. Ведь его сметливость направила погоню по следам беглянки. Яромир для слежки слишком туп. И чутье у него хуже…

Зато крепостью тела Сварог наделил… Мирояр скривился и, еще раз глянув окрест, вернулся к свиткам.

Да уж, как ни крути, а сходиться с ним в битве опасно. Вот и приходилось хитрить. И если бы не веда не выскочила на поле брани, то Мирояр бы избавился от соперника, загнав в ловчие сети.

Однако в разгар схватки нюха коснулся дивный аромат озерной свежести с каплею медовой душицы. На мгновение Мирояр себя позабыл!

А потом уж не до драки стало.

И теперь вот думай-решай, как первым стать. Ну ничего, пройдет две седмицы, и Огонек переберется в коморку рядом с его горницей. Осталось только с Яромиром покончить. Да Змия проклятого обратно в нору загнать.

Эту ночь Аглая снова провела без сна. Служанка бессовестно храпела, в окнах звенели комары, а в голове дробился набивший оскомину вопрос: что делать?

В читальной горнице она, конечно, поискала всякие карты и картинки, но улов оказался небогатым. Узнала только, что географически этот мир очень похож на Землю, и Явь-град находится примерно в районе Новгорода. Еще были зарисовки Змия, который везде изображен трехголовым. Прямо как Змей Горыныч! Возможно, так и есть на самом деле – Аглая хорошо помнила цапнувшую ее двуглавую змею. Потом она наткнулась на генеалогическое древо Змиеборцев, ветвистое настолько, что просто жуть. Ну и все… Так и вернулась несолоно хлебавши обратно в горницу, чтобы потом промаяться до зари.

И как только первый луч солнца пробился сквозь ставни, дверь сотряслась от грохота.

- Довольно спать! – пробасил незнакомый мужской голос. – Княжичи к себе требуют!

Аглая чуть на пол не слетела. Уже?! Чернавка тоже на ноги подскочила. Заспанное личико скривилось от недовольства, но, вопреки надеждам Аглаи, девушка ругаться не стала.

- Будет исполнено, господин, - пропела елейным голоском.

И с ненавистью уставилась на Аглаю.

- Ну, чего глазами лупаешь? Одевайся давай, живо!

Вот же сука! Но Аглая побоялась спорить. Портить отношения с окружающими пока не стоило. Ее цель – добраться до каких-то там источников Лады и вернуть ведовскую силу. И потом, от одной мысли, что сейчас ей придется снова увидеться с братьями, тряслись поджилки. Любое ее решение приведет в лучшем случае к ссоре.

Живот скрутило от страха. Аглая шмыгнула в тесную коморку, где пряталось подобие туалета. Никакой канализации – ей достался стул с дыркой, благо ведро задрапировано тканью. Вместо бумаги – тряпка, а душ заменили ковшик и лохань.

Под недовольное бурчание девицы Аглая привела себя в порядок. Потом настала очередь расчесывания.

Слава богу, в этот раз орудовать гребнем пришлось самой.

- Крепче свои космы подбери! – напутствовала служанка. – А то ишь, привыкла растрепой бегать!

И поглядела с завистью.

Еще бы! Аглая и сама восхищалась доставшимся ей богатством - густыми, блестящими прядями такого огненного цвета, что аж горят, стоит на них свету упасть. Никогда она подобного не видела! Даже салонная окраска меркла перед этой полыхающей роскошью.

Неудивительно, что братья тоже запали… И очень жаль, что в этом мире, похоже, не носят платков. По крайней мере, в домах.

Аглая быстро соорудила две косицы, влезла в небрежно кинутое ей платье и, подумав, достала из-под подушки амулеты братьев. Надо взять с собой. А лучше надеть на шею - мало ли. Увидев перетянутые тонким ремешком клыки, служанка пробурчала какое-то ругательство и ткнула пухлым пальчиком в дверь.

- Пошевеливайся!

Аглая торопливо спрятала подарки на груди. Странно, кость как будто теплая. Но эти глупости быстро выпорхнули из головы, стоило увидеть двух неприветливых бородачей шириной и ростом не меньше оборотней и такие же злых.

- Выползла, седмицы не прошло…

- Гадина рыжекосая.

Да за что ж ее так не любят-то, а?! Ну сбежала - подумаешь! Как будто одна хилая девчонка способна повлиять на исход битвы со Змием! Ох, надо скорее научиться читать. И как ни крути, для этого подходит Мирояр. Он показался Аглае менее агрессивным. Но Яромир устроит драку, сто процентов…

И чем ближе Аглая подходила к уже знакомым княжьим покоям, тем больше нервничала. Только бы Вольга при братьях был - может, он их урезонит?

Но увы – двери распахнулись, являя пустой трон. По его бокам стояли оборотни. Лбы обоих украшали тонкие железные венцы, а плечи - отороченные шикарным меховым воротником накидки. Братья одинаково хмурились, бросая друг на друга злые взгляды.

- Оставьте нас!

- Свободны!

Сдвоенный рык отшвырнул стражу обратно за порог.

Ой, мамочки… Аглая тяжело сглотнула, хватаясь за кончик пояска. Не ее жест, но плевать… Оборотни синхронно направились к ней! Не хотели уступать друг другу добычу.

- Ну что, веда, выбрала?

- Говори! Надоело ждать!

Аглая попятилась. Братья за ней. А ладони уже на рукоятке кинжалов! Ой беда!

На подгибавшихся от страха ногах, Аглая кинулась на грудь Яромира. Привстала на цыпочки, накрыла ладошками колючие от бороды щеки и потянула к себе обалдевшего оборотня. Мазнула по его губам поцелуем и хотела отскочить, но княжич шустро сцапал ее за талию.

- Попалась!

Второй брат протестующе взревел. Но, предупреждая термоядерную вспышку княжьего гнева, Аглая крикнула:

- Сегодня я буду с Мирояром!

И со всей силы рванула прочь.

Наверное, Яр слишком растерялся, поэтому и отпустил. Мир тут же воспользовался моментом, прижал к себе и хотел поцеловать, но Аглая отвернулась.

- Тебе – женское внимание, твоему брату – ласка, - протараторила скороговоркой.

И пальчики на удачу скрестила. Братья могли запросто наплевать на ее каприз. И, скорее всего, так бы и сделали, если бы не отцовская воля. Да самую каплю растерянность.

- Хитрая лиса… - протянул Мирояр.

- Больно осмелела, веда! – рявкнул Яромир.

- Ваша правда, княжичи, - склонила голову, - но таков мой выбор.

- Завтра женской лаской сполна меня одаришь! – зарычал Яромир и не оглядываясь вышел из горницы.

Мирояр тоже не выглядел довольным.

- Пусть только попробует к тебе руки протянуть, - обжег ревностным взглядом.

Аглая промолчала. Первый стресс прошел, наступил откат. Все, чего ей хотелось - упасть на ближайшую лавку и хотя бы несколько минут не чувствовать себя долбанным призом для самого крутого самца. Достало это соревнование, сил нет! А еще кушать хочется…

Живот голодно заурчал, и Мирояр тут же среагировал.

- Что ж, Огонёк, пойдем в трапезную сперва. А потом в делах мне поможешь.

Но, судя по хитрому прищуру оборотня, ей не стоило ждать ничего хорошего.

***

Мирояр

А девица не промах отказалась! Рыжей лисой выскочила из ловчей ямы, еще и хвостом покрутила.

Мирояр неслышно потянул носом, смакуя влекущий аромат, и глянул на стучавшую ложкой деву. До чего хороша! Но пуще того любо, что Агнея совсем не глупа! Вот только трясется теперь, будто осинка, а ведь раньше такого за ней не водилось…

Крепко потерев подбородок, Мирояр задумался. Когда веды явились на зов князя, то сильно по терему не разгуливали. Дочерям Лады по нраву жизнь в уединении. Однако как не заметить огненноволосую красавицу с дерзким взглядом?

Агнея держалась надменнее прочих. Перед князем голову чуть склонила, а их с ненавистным братом даже взгляда не удостоила. Но когда ей выпал жребий идти в поход с войском, той же ночью сбежала…

Мирояр не раздумывая бросился в погоню. Готовил кнут, чтобы строптивой девке спину исполосовать, да вот незадача - Яромир следом увязался, щенок плешивый. Выждал момент подходящий и пленил веду.

Помешал ему – Мирояру – честно добычу получить, падаль смердячая!

- Я все, - донеслось сквозь грохот крови в ушах.

Мирояр сморгнул с глаз алую пелену и глянул на веду. Та не осилила и половины того, что в миске было. Чисто мышка рыженькая, видят боги.

- Ешь, - велел строго. – Худа слишком.

Веда жалобно выгнула бровки, но еще немного съела. А в иное время скинула бы миску на пол, еще и плюнула. Н-да... Странно это.

- Теперь точно все, - застонала Агнея, откладывая ложку. – Господин мой… Ох! – взвизгнула, когда он в несколько шагов очутился рядом и, вытащив из-за стола веду, прижал к себе.

- А теперь нехудо было бы отдохнуть, - ухмыльнулся, оглаживая крутое бедро.

Агнея сделалась красной, в цвет волос. Это веда-то!

- Я… я не хочу на ложе… Эм, читать меня лучше научи!

***

Наверное, княжич не ждал от нее такой просьбы. Воспользовавшись его замешательством, Аглая дернулась прочь из крепких объятий. Куда там! Мирояр не собирался отпускать добычу.

- Читать? – крепче стиснул руки. – Занятно… А ты мне что?

Аглая мысленно ругнулась. Не прокатил ее русский «авось», придется договариваться.

- А что княжич жела… кхм… - кашлянула, почувствовав бедром ответ.

А оборотень не думал стыдиться своей реакции, наоборот – демонстративно так потерся, извращенец! И она извращенка… потому что когда на тебя смотрят с таким вожделением, это самый настоящий комплимент.

- Пойдем на ложе, - бархатно пророкотал Мирояр, – там учить стану…

От мелькнувших перед глазами картинок сделалось совсем жарко. Аглая прикусила губу, болью отгоняя морок, и глянула в полыхавшие золотом глаза оборотня.

- Тогда мне придется твоего брата просить, раз ты не можешь.

Княжич аж зарычал:

- Только посмей!

- А что мне делать, если ты не хочешь? Видно, эти свитки на полках и книги для красоты только…

И чуть не прикусила язык, когда взбесившийся Мирояр оттолкнул ее и широким шагом направился к полке, густо уставленной свитками и книгами.

- Выучиться хочешь? Будет тебе урок…

И принялся выбирать подходящий свиток. Аглая же тихонько попятилась к окну. Там стоял широкий стол с чернильницами и всякой древней канцелярщиной. Аккуратно присев на лавку, она замерла и принялась наблюдать за сердито шуршащим оборотнем.

Возился Мирояр недолго.

Уже через пару минут перед носом плюхнулось обучающее пособие, а оборотень выхватил из подставки несколько заколок, крепче подколол волосы, отшвырнул в сторону плащ и, закатав рукава, сел напротив.

Аглая вцепилась в лавку. Да уж… С таким учителем последнее, о чем думаешь, – это о знаниях… Интересно, стол достаточно крепкий? Черт… И Аглая поспешила перевести взгляд на свиток, который подпихнул ей Мирояр.

- Вот эти знаки тебе выучить надобно. Это верхние руны. А это – нижние, - рядом лег второй, - они меж собою в доли складываются да слово начертать помогают…

И оборотень принялся рассказывать о здешней письменности. Несмотря на схожесть со славянской, она была гораздо заковыристей. В общей сложности - семьдесят семь рун-букв, которые при определенном сочетании могли менять значение на противоположное или вообще не читаться.

К концу урока у Аглаи раскалывалась голова! Но Мирояр продолжал безжалостно уминать в нее знания, при этом критикуя без остановки.

- Азьм криво начертала! А это что? Закорюка безобразная, а не верхний Кси… Еще давай, да не тискай перо так - все пальцы изгваздала!

Честное слово, в какой-то момент Аглая готова была расплакаться! И наверняка бы не сдержалась, но оборотень вдруг одним слитным движением обогнул стол и, сев рядом, приобнял за талию.

- Хватит уже науки, - заурчал пробиравшим до нутра баритоном. – Другое куда интереснее…

Растерявшись, Аглая успела только выдать «а?», как на губы обрушился поцелуй.

Голова мгновенно пошла кругом. Так нежно и в то же время жадно ее не целовал вообще никто! Или она просто не помнила… Аглая вцепилась в окаменевшие мужские плечи, позволяя увлечь себя лаской. А внизу живота сладко ёкнуло, когда обжигающе-горячая ладонь скользнула по бедру и подтолкнула ближе.

Мягко, но уверенно, оборотень уложил Аглаю к себе на грудь. Не разрывая поцелуя, подцепил подол и задрал платье до талии. Широкая лапища легла на ягодицы, сжимая нагло и чувствительно.

Вот тут к Аглае мозги и вернулись. Она мотнула головой, разрывая поцелуй.

- Нет, - выдохнула коротко.

Ответом ей стало злое рычание. Мирояр оттолкнул ее и вскочил на ноги.

- Продолжим науку!

И снова заговорил про алфавит, слоги и как их правильно читать. Аглая схватилась за перо. А слезы так и просились на волю. Не стоит обманываться - братьям она нужна лишь в качестве трофея.

А значит надо извлечь из отведенного ей времени максимум.

Зря Аглая думала, что с Мирояром будет легче, чем с Яромиром. Оборотень оказался до чертиков въедливым и принципиальным.

Получив отказ перевести занятия в горизонтальную плоскость, он насел так, что к вечеру Аглая выползла из его горницы почти на ощупь - перед глазами водили хоровод Азьм, Есть, Буки и куча других символов.

Но передышки ей дали ровно на поесть и посетить уборную. Как только Аглая немного пришла в себя, к ней явилась служанка. В руках хорошенькой шатенки была накидка с богатой меховой опушкой, а в глазах сверкала ненависть.

- На вот! – кинула ей одежду. – Господин тебя на веже (прим. автора – смотровая башня) ждёт. И поторапливайся, лиса ощипанная.

- На себя посмотри, - вяло огрызнулась Аглая.

А девка разоралась пуще прежнего. Чуть ли не с кулаками кидалась. Даже ее товарки шикать стали, мол, попридержи коней, но куда там! Красотка распалялась пуще прежнего. В итоге Аглае это надоело. С трудом сфокусировав взгляд на крутобедрой молодке, она тихо, но очень отчётливо произнесла:

- Княжичу расскажу.

Девка запнулась. Но буквально на секунду. А потом задрала подбородок еще выше.

- Да ты для него игрушка-забавушка! Натешится и выкинет, как ветошь старую!

И ретировалась, громко хлопнув дверью.

В горнице повисла блаженная тишина. В этот раз прислужницы не спешили вступаться за свою товарку, шептались только друг с другом, что-де Смеяна-дурочка уж слишком язык распустила, - и поглядывали на Аглаю: слышит ли?

Плевать.

Она подняла с пола накидку и, отряхнув как следует, надела ее и пошла вслед за девицей, которой, конечно, в коридоре уже не было.

Зато топталась охрана.

Двое шкафоподобных стражей отвели Аглаю к веже – самой высокой башне терема. Пока она поднималась по узкой винтовой лестнице, чуть богу душу не отдала – с физическими данными у веды оказалось не слишком радостно. Зато когда в лицо пахнул морозный ветерок, а над головой засверкали звезды, Аглая вмиг позабыла об одышке.

- Большая медведица! – ахнула, разглядывая знакомое созвездие. – А вот там малая и… И пояс Ориона, и Лев!

Небо над головой было точь-в-точь таким же, как в ее родном мире. Аглая всхлипнула. И в то же мгновение около одного из столбов шевельнулась тень.

- Чего ревешь? Звезд не видала?

- Видала…

И совсем расплакалась. Напряжение сумасшедшего дня опять вышло слезами, а ведь это она еще с другим близнецом не встречалась. Ой беда…

Но на плечи вдруг легли две раскаленные ладони. Шумно вздохнув, Мирояр привлек ее к себе. Аглая ткнулась лбом в широкую грудную клетку и до ужаса непочтительно залила княжью рубаху слезами…

- Бедовая ты девка, - изрек Мирояр.

И погладил по голове, как ребёнка.

Аглая притихла, наслаждаясь неожиданной лаской. Только время от времени шмыгала носом и вздрагивала, давясь затухающими рыданиями. Мирояр терпеливо ждал. И лишь когда она совсем успокоилась, мягко отстранился и взял за руку.

- Пойдём уже, ученица сопливая. Отведу обратно в горницу.

Господи! Неужели в звере проснулся человек? Или ей надо почаще плакать? Аглая отстранилась и, обтерев щеки ладонями, рискнула улыбнуться.

- Спасибо... Только можно я еще немного на звезды полюбуюсь? Такая красивая ночь.

Желтые глаза вспыхнули ярче. А у нее кожа мурашками изошла: никак не привыкнуть к тому, что зрачки братьев светятся… Мистика! Как и все вокруг.

- Это верно, ныне ясные звезды - редкость… Уж слишком Змий небо закоптил.

- Как это? – и, буквально кожей почуяв недоумение Мирояра, поспешила пояснить: - В смысле… веды так много говорили, а что правда, что ложь – не разобрать…

И, кажется, сработало! Оборотень фыркнул:

- Не диво. Ваша сестра в лесах да болотах прячется, к пустошам не подходит.

- Д-да… пустоши такое место… гиблое.

Мирояр кивнул.

- Потому что земля ядом пропитана, который со змеиной кожи течет. Как пригреет солнышко – этот яд в тучи уходит и отравленным дождем на земли льет.

Так вот почему тут все сухое! Но как-то люди выжили!

- Совсем, что ли, ума лишилась? Так и выжили, потому что Змий на три весны в один век является.

Аглая ойкнула. Вот дура, ляпнула вслух!

- После змеиного укуса в голове помутилось, господин. Сама не понимаю, как так вышло.

Мирояр недоверчиво хмыкнул.

А потом подошел к краю смотровой площадки и облокотился на перила.

- Это последняя весна, как Змий безобразничает, - продолжил после некоторого молчания. - Скоро брюхо набьет и обратно к себе в нору спать отправится. А хода туда никому нет. Глубоко под кожей матушки-земли его лежбище, аж на дюжину верст.

Ничего себе! Глубже Марианской впадины.

- Вот как… – тихонько обронила Аглая. – А подкараулить? Ну, когда он слабый и голодный.

Потому что если почти сотню лет спишь, то наверняка ослабнешь.

Но Мирояр покачал головой:

- Когда он голоден – еще хуже. На его зов сползаются ядовитые гады и люди, кто не смог противиться злому шепоту. Встают из воды утоплые, поднимаются убитые. И хоть его войско меньше человечьего, а не боится ничего и страха не чует… Неужто и про это веды не рассказывали?

- Н-не помню…

А что ей еще сказать? Начнешь врать - только больше запутаешься.

Мирояр обернулся к ней и обжег пронзительным взглядом.

- Хочешь больше узнать, Огонек?

Аглая насторожилась. Ой не нравится ей этот вкрадчивый тон.

- Хочу…

- Тогда завтра приходи. В моих книгах все тайны собраны.

Вот же… хитрец какой. Аглая сделала крохотный шажок назад.

- Твой отец приказывал другое, господин. Пусть так и остается.

Максимально дипломатическая формулировка! Но Мирояр нехорошо сощурился.

- Уходи! – зарычал сквозь зубы.

И Аглая сбежала. Надо пользоваться моментом. А то мало ли что ее завтра ждет. Наверняка Яромир придет на заре.

И верно - чуть в окнах забрезжил свет, дверь содрогнулась от грохота.

- Вставай, девка! – заорал стражник. – Господин к себе требует.

Пришлось собираться. Но когда ее привели к Яромиру, Аглая пожалела, что не согласилась на предложение его брата.

Потому что оборотень встречал ее полуголый, с полотенцами в руках.

- Вовремя ты, Огонек. Пойдём - поможешь мне искупаться.

Помочь купаться? Ой бли-и-ин…

На такое она не рассчитывала! Сонливость мигом пропала, и Аглая попятилась к выходу.

- А… м-может… вам, то есть… тебе… служанка... Ой! - вскрикнула, закрывая лицо ладошками.

Под ее блеяние Яромир стянул с себя штаны!

Господи… За что ей все это?!

- Ты – моя прислужница! – довольно хмыкнул Яр. – Исполняй приказ!

Твою мать… Аглая тихонько выдохнула и буквально заставила себя снова посмотреть на оборотня. Думает смутить ее? Не дождется! Голых мужиков она уже видела, возбуждённых тоже… Но щеки предательски алели, а взгляд так и норовил съехать вниз, к призывно вздыбленной плоти. Яр совершенно не стеснялся своего возбуждения, наоборот - специально давал полюбоваться. Оценить размеры… шикарные такие. Крепкие, с рельефной головкой, венчающей чуть выгнутый толстый ствол. Ой нет! Нельзя смотреть!

Аглая затрясла головой. Яр хохотнул и, развернувшись, направился в купальню. А она тяжело сглотнула вставший поперек горла комок: наблюдать великолепно проработанные ягодицы было ничуть не легче, чем мужское достоинство.

- Идем, веда, а не то понесу, - пригрозил вроде как в шутку, а Аглаю в пот кинуло.

Этот может.

И она заторопилась следом.

В купальню заходила - как в ловушку заглядывала. Никто ведь не помешает оборотню забрать прислужнице юбку, но или Яр действительно чтил слово своего отца, или просто играл с ней, как хищник с добычей.

- Мочалку и мыльное зелье в той корзине погляди, - ткнул пальцем на лукошко, стоявшее под лавкой.

А сам залез в широкую деревянную лохань и погрузился в воду. Уф, уже легче…

Аглая быстро схватила мочалку и глиняный кувшинчик. Ей давали такие же для умывания. Только в этом мыло было почти без запаха. Оно и понятно – у оборотней наверняка хороший нюх.

- Живее! - поторопил ее оборотень.

Но только Аглая ступила ближе, как венценосная скотина перехватила ее за руку и дёрнула на себя! С визгом рухнув в воду, Аглая забарахталась в мужских объятиях.

- Какая ты неловкая, - смеялся Яр, нахально тиская ее со всех боков.

И так же резко отпустил.

Аглая пулей отскочила к противоположной стенке. Мокрая с ног до головы, она с ненавистью глянула на оборотня, но ему-то что!

Довольный собой Яр разлегся в лохани, с хитрым прищуром оглядывая плоды своих трудов.

- Что ж ты стоишь, Огонек? Сымай мокрое, а не то выстудишься.

Вот козел!

- Как-нибудь переживу, - прошипела в ответ.

И пошла поднимать упавшие вещи. Влажная ткань неприятно липла к телу, но Аглая стоически терпела. Только бы княжич не выгнал ее на улицу - тогда точно простуды не миновать.

Однако Яромир приставать не пытался. Недовольно прищурившись, следил за каждым ее движением.

Аглая же стискивала зубы, гася в себе желание засунуть мочалку оборотню в задницу. А они с братом, оказывается, очень даже одинаковые! Оба ведут себя как сволочи, даже не пытаясь в романтику! И все же крохи человеческого в княжиче остались. Потому что после окончания банных процедур он за руку отволок Аглаю обратно в горницу и, вытащив из сундука рубашку, сунул ей.

- Одевайся! – рявкнул зло.

Аглая выделываться не стала. Шмыгнув за ширму, быстро избавилась от промокшего насквозь платья, сменив его на сухую одежду.

Нормально так оказалось - почти до середины бедра. Еще бы поясок подвязать… Но только она высунулась из-за ширмы, как тут же пожалела о своем опрометчивом решении.

Увидев ее, Яромир сверкнул пожелтевшими глазами.

- Нет! – только и успела крикнуть Аглая.

А оборотень, как пушинку, снес ее к стене и придавил собой.

- Кр-р-расавица! – выдохнул ей в губы.

И поцеловал с таким жаром, что Аглая застонала.

Потому что это было дико и остро, как выпить стакан крепкой перцовки. И заесть медом, чтобы сладость сплеталась с жжением в один ядреный коктейль, от которого слабели ноги.

Но через силу Аглая заставила себя отвернуться.

- Я… другого выберу, если приставать будешь!

Как и с Мирояром, ее угроза сработала на ура. Оборотень мгновенно прибрал лапы, но как же страшен был его взгляд!

- Только попр-р-робуй, - зарычал сквозь зубы. – Если не моя, значит ничья!

Вот же Отелло доморощенный. Аглая лихорадочно огляделась, пытаясь сообразить, на что бы перевести тему, и, заметив около одной из стен стойку с кинжалами, брякнула:

- Можно потрогать? Красивые очень.

Яромир тут же спрятал клыки. Но дружелюбнее выглядеть не стал.

- Что ваша сестра смыслит в добром оружии? – буркнул, возвращаясь к полкам с одеждой. – Ведам другое мило...

- Ты прав, господин, - покорно согласил Аглая. – Но больно клинки хороши. Как на подбор.

Оборотень небрежно хмыкнул. Но Аглая нутром чувствовала – наживка проглочена.

- Смотри, жалко, что ли…

И она тут же очутилась около стойки с оружием. Аккуратно сняла приглянувшийся клинок и, вспомнив уроки друзей-реконструкторов, сделала несколько пробных взмахов.

Яромир снова фыркнул.

- Кто ж так руку держит?

- А как? Так? – еще сильнее согнула запястье.

И сработало! Такой вопиющей ошибки Яромир стерпеть не мог – мгновенно очутился рядом, поправляя Аглае кисть.

- Вот!

- А бить так?

Неловко взмахнула рукой.

Яромир глаза закатил.

- С комарами воюешь, что ли?

- Так ведь не учил этому никто.

- Оно и видно.

- Научишь?

***

Яромир

Яромир аж кашлянул, услыхав этакие слова.

- Девку ратной премудрости наставлять? Смех!

- Воля твоя, княжич, - смиренно потупилась веда. - Попрошу Мирояра.

Кровь так и вскипела

- Не смей даже!

- Тогда ты учи.

- Гр-р-р!

И, перехватив ее за руку, Яромир широким шагом пошел к выходу. Сейчас он ей дурь повыбьет как след! К вечеру себя не вспомнит!

А хитрая лиса забрыкалась пуще прежнего:

- Мне одежда нужна нормальная!

- Одежу подберем, - пообещал Яромир. – В оружейной есть.

Там и в доспехи снарядит. А то ишь ты! Сперва ожидать его заставила, приманила намеками и сладостью нежных губ, однако вместо того, чтобы разделить с ним ложе, вновь хитрить принялась! Но он – ни Мироярка бесхребетный. За нос себя водить не позволит! Пусть же веда попробует меч подержать - живо смекнет, что лучше бы помалкивала.

Прислужницы и стражники торопились убраться с их пути. На веду не глядели, и правильно! Яромир готов был разодрать горло каждому, кто хоть голову повернет. Веда тоже притихла. До той поры, пока он не толкнул ее к стенке с оружием.

- Ну, выбирай, - усмехнулся криво.

Огонек опасливо глянула на него и, поразмыслив, указала пальчиком в самый крохотный кинжал.

- Это…

Яромир хмыкнул.

- А к доброму мечу добрая одежа полагается…

И, шагнув к сундуку, вытащил тонкозвенную кольчугу.

***

(вечером того же дня)

Аглая ввалилась в свою комнату и без сил рухнула на постель.

Это было ужасно! В точности копируя замашки своего брата, Яромир насел с обучением так, что к вечеру Аглая не чувствовала ни рук ни ног.

Болело вообще все! А что не болело – то ныло или тряслось. Даже глаз, блин, дергался!

Тело рыжеволосой куколки оказалось совершенно не подготовлено для тренировок. А оборотень, скотиняка такая, еще и кольчугу заставил нацепить. Хорошо хоть штаны выдал. И рубашку… И перчатки с наколенниками. Заботушка, блин!

А как мило интересовался, не притомилась ли ученица. Может, отдохнуть ей надобно - так недалече сеновал есть… Но Аглая мужественно терпела. Слишком очевидным был намек, и слишком большим желание утереть княжичу нос.

А еще лучше - стукнуть по нему, как следует, потому что Яромир не собирался оставлять ее в покое: буквально через полчаса в двери снова ломилась стража.

- Княжич к себе требует!

Ну конечно! Почему она не удивлена? Аглая отскребла себя от кровати и, как есть, лохматая и пропахшая потом, поковыляла обратно.

- Ай, - зашипела от боли, когда ее чуть не снесла высокая молодка.

- Смотри куда несешься, Чаруша, - сварливо отозвался один из воинов.

В девка ответила ядовитой улыбкой.

- Простите, не разглядела малохольную, - и посмотрела на Аглаю ненавидящим взглядом, - выкинет княжич тебя, как тряпку.

- Чаруша! - рявкнули мужики, и девка исчезла.

Аглая глянула ей вслед, чтобы лучше запомнить. Значит, любовницу Мирояра зовут Смеяной, а Яромира – Чарушой. И обе они подозрительно похожи: толстокосые шатенки с одинаково курносыми носиками и шикарной фигуркой.

- А они не сестры случаем? Ну, Чаруша и Смеяна? - спросила стражников.

Те помялись немного, но все-таки ответили:

- Вестимо, сестры. Запамятовала, что ли?

Аглая неопределенно хмыкнула. А в голове с натугой завертелись шестеренки. Может, у братьев гораздо больше общего, чем они думают? И на самом деле глубоко-глубоко в их сердцах есть капля родственной любви? Нельзя же прямо с младенчества друг друга ненавидеть.

Пока Аглая размышляла, воины привели ее обратно в покои Яромира.

Княжич уже ждал ее. Снова без рубахи. Но Аглая чувствовала себя настолько вымотанной, что едва взглянула на обнаженный мужской торс. Ей бы присесть… вот на эту лавочку…

- Даже не помышляй, - угрожающе рыкнул княжич. – Сейчас в купальню пойдем.

Но Аглая упала на жесткую сидушку и обессилено привалилась к стене.

- Иди, княжич… А я устала. Ни меч, ни мочалку держать не смогу.

Оборотень весь подобрался: плечи окаменели, черты лица заострились, а из-под губ показались клыки. Но, господи, как же ей было плевать … Просто до вселенского масштаба.

- Убей, если хочешь, - сорвалось само собой.

Яромир отшатнулся.

- Делать мне нечего - с бабой воевать! Ежели совсем невмоготу, то вон ложе, - боднул головой в сторону, – там спи!

- На своем хочу.

Княжич ответил коротким ругательством. И, круто развернувшись, скрылся в купальне. А Аглая прикрыла глаза. Сейчас соберется с силами и… мягкая темнота бросилась на нее со всех сторон. Где-то что-то упало, зарычало, зашуршало… А потом стало тепло и спокойно.