Плохая примета, или За мужем не пропасть

Солнечный лучик робко заглянул сквозь защиту штор и проказливо прыгнул мне на кровать, крадучись подобрался к подушке, а оттуда запрыгал по моим глазам. Я поморщилась и перевернулась на другой бок, натягивая на голову одеяло. У меня каникулы, сегодня выходной, я имею полное право поваляться подольше в постели. Не тут-то было!

– Вставай немедленно! – услышала я недовольный голос бабули. Она всегда была недовольна, когда я по утрам нежилась в кровати.

– Ба, у меня каникулы, – проворчала я из-под одеяла.

– Гости начнут прибывать через пару часов, – продолжила она, как будто совершенно меня не слыша, – а тебе еще необходимо привести себя в порядок.

– Что? – я высунула нос из своего теплого кокона, – какие гости? В честь чего? Что за праздник?

– Парикмахер приедет с минуты на минуту, – продолжала бабушка, распахивая занавески на моем окне, – платье твое уже готово.

– Ба, ты меня что, совсем не слышишь? – странно она себя ведет. Не похоже это на нее. – Какое платье?

Но бабушка мне не ответила. Она вышла из комнаты, а я аж проснулась. Что происходит? Я вскочила с постели, накинула халат, сунула ноги в тапочки и поспешила за ней в коридор. То, что я там увидела, меня ошарашило. Кругом были люди. Они сновали по нашему дому кто с цветами, кто с одеждой, кто с фруктами. Кстати, цветов было много. Очень. Их аромат витал по дому. И это в декабре! Откуда их тут столько? А главное – зачем?

– Уважаемый, – я притормозила одного из проносящихся мимо меня молодых людей, он покорно остановился, смотря сквозь меня каким-то пустым взглядом, – что вы здесь делаете?

– Работаем, – равнодушно ответили мне.

– Прекрасно, а кем?

– Дизайнером.

– Зачем? – какой у нас дурацкий разговор.

– Нам платят большие деньги.

– За что? – я начинала злиться.

– За подготовку к свадьбе.

После этих слов я невольно его отпустила. Кого это угораздило? Семен решил обзавестись женой? Вряд ли. Этот будет бегать по бабам до самой старости, но не остепенится в двадцать лет. Мой двоюродный братец умудрялся крутить романы сразу с тремя девушками, причем каждая из них была уверена, что она единственная и неповторимая. Кстати!

Я побежала дальше по коридору, кутаясь в халат. Зима у нас обычно холодная, но сегодня солнце светило совсем по-весеннему.

– Сема, – я постучала в его дверь. В ответ тишина. Я толкнула дверь. Никого. Странно. Я развернулась и пошла к Лане. С ней у меня сложились не такие теплые отношения, как с Сэмом, но она его сестра-двойняшка, я вынуждена терпеть ее пренебрежение, тем более что нам приходилось всем жить в одном доме. Родители Сэма и Ланы часто были в отъезде, а после того, как погибли мои родители, бабушка забрала меня к себе. Так она нас и воспитывала.

– Лана, – я постучала в ее дверь, – можно войти?

В комнате кузины тоже никого не было. Вот это уже вообще странно. Она не вставала никогда раньше полудня.

Я поплелась на кухню выпить кофе. Там тоже было полно незнакомых мне людей с равнодушным взглядом. Я не стала с ними выяснять отношения. В конце концов, какая мне разница, кто сегодня решил сыграть свадьбу. Лишь бы меня не трогали. Приготовив себе кофе, намазав тост маслом, я удобно расположилась в углу помещения и принялась наблюдать за всем происходящим. Миленько! Похоже, банкет намечается на широкую ногу. Мне стало интересно, кто все это оплачивать будет? Родители Ланы и Сэма вряд ли станут организовывать столь масштабное мероприятие.

  На кухню вихрем ворвалась моя двоюродная сестра. Мне сразу есть расхотелось. Лана всегда была в идеальной форме, не то, что я. Она высокая, синеглазая, черноволосая и с характером стервы, относилась ко мне как к прислуге. Я на ее фоне просто серая мышка: среднего роста, волосы светло-русые, глаза серые. Ничего особенного. Еще и на диету не мешало бы сесть. Я грустно отодвинула от себя бутерброд. Сама себе уже давно обещала похудеть.

– Идем, – Лана остановилась рядом со мной, – тебе пора одеваться.

– Слушай, – у меня настроение испортилось окончательно, – может, вы как-нибудь без меня справитесь, а?

Лана уставилась на меня отсутствующим взглядом.

– С тобой все в порядке? – мне стало не по себе.

– Тебе пора одеваться, – проговорила еще раз монотонно моя сестрица.

– Ты меня не слышишь? Я не хочу идти на свадьбу.

– Тебе пора одеваться.

– Вот заладила, – я вскочила со своего места, – довольна? Идем!

Я почти бежала в свою комнату. Лана топала за мной. И чего привязалась?

В моей комнате тоже пахло цветами, кровать была уже застелена и распахнуто настежь окно. Я бросилась его закрывать. Не май месяц. Хватаясь за ручку рамы, я кинула невольный взгляд на улицу, да так и застыла в изумлении. Там светило солнце, щебетали птицы, во дворе стояла увитая белыми цветами арка, рядом с ней расставлены стулья, все это украшено бантами и розами. На деревьях зеленые листья чуть колышутся от легкого ветерка, и молодая изумрудная травка покрывает землю. Обалдеть! И это в середине декабря! В средней полосе России!

Я отступила от окна. Натолкнулась спиной на Лану, которая покорно стояла в ожидании, пока я налюбуюсь природой. Мой взгляд упал на кровать. Там было мое платье. Нет, не так. Там было мое свадебное платье. Белое, пышное, видимо, ужасно дорогое. Я такое видела недавно в одном модном журнале. Не в этом суть. Зачем мне оно?

– Тебе пора одеваться, – отмерла Лана.

– Оденусь, – разозлилась я, – во что?

– Твое платье готово, – все таким же монотонным голосом проговорила кузина.

– Ты меня достала, – я внимательнее пригляделась к ней, – что за шутки?

– У нас нет времени на шутки, – она все также продолжала смотреть сквозь меня, – тебе нужно одеться, у тебя свадьба через час.

Я села.

– Вообще не смешно, – заявила я в надежде, что вот-вот проснусь.

– Тебя ждет твой будущий муж, – продолжила Лана, –  нужно поторопиться.

– У меня нет будущего мужа, – шепотом проговорила я, – я не хочу замуж, мне всего восемнадцать лет.

Лана продолжала изображать из себя манекен. Я подскочила и метнулась в коридор. В дверях столкнулась с Сэмом. Он меня напугал до икоты. У него взгляд был еще более стеклянный, чем у его сестрицы.

– Оля, вернись в комнату и оденься, – сказал он, вталкивая меня обратно.

– Сема, – заныла я, – ну ты-то куда? Я не пойду ни за кого замуж. Вы тут все с ума посходили? Я колледж еще не окончила!

Лана дернула меня за руку. Я перестала сопротивляться. Какая разница, если они меня совсем не слышат? Кому взбрело в голову устраивать этот фарс? Пойду, посмотрю на этого ненормального. Хмуро глядя в окно, я позволила Лане нарядить себя. Платье было просто потрясающее! Оно оказалось еще лучше, чем я представляла, рассматривая тот журнал. Лана подобрала мне волосы и последним штрихом приколола к ним невесомую фату. В процессе сборов в мою комнату заглянул некто неопределенного пола, сказал, что стилист. Я швырнула в него вазой. Зачем мне стилист? Пусть радуются, что вообще позволила нацепить на себя все это. Мне даже в зеркало не хотелось смотреть. Совсем.

Я еще раз взглянула в окно.

– Откуда взялось лето? – спросила я скорее у себя самой. Но, на удивление, мне ответила Лана:

– Он сказал, что ты не хочешь выходить замуж зимой.

– Кто это сказал? – я в шоке уставилась на кузину.

– Твой жених.

– А его не смутило, что я вообще замуж не хочу, тем более за того, кого никогда в жизни не видела?

Лана молча смотрела на меня. Я подобрала юбки и выбежала в коридор. Куда меня понесло, я сама не понимала. Просто стало страшно. Очень. Кто может загипнотизировать, а других предположений у меня нет, такое количество людей? Кто может вернуть лето в декабре? Додумать до конца я не успела. Со всего маха налетела на стоявшего ко мне спиной мужчину.

– Простите, – запыхавшись, пробормотала я. Он обернулся.

– Плохая примета, – сказал он. А я смотрела в его холодные зеленые глаза, и у меня дрожали коленки. Эти глаза я уже давно ненавидела.

– Что значит – плохая примета? – спросила я.

– Плохая примета видеть жениху невесту до свадьбы, – презрительно скривив губы, ответил он. Я в ужасе отступила от него. Нет! Только не он! Пусть это все будет страшным сном!

– Придется все начинать с самого начала, – зло проговорил незнакомец и щелкнул пальцами. Меня накрыла тьма.

ня накрыла тьма.

Все началось в первого семестра учебного года. Мы с моей подругой Лелькой шли по коридорам нашего колледжа. Я рассеянно кивала знакомым, вполуха слушала Лелькину болтовню о том, как она провела лето в Испании с старшей сестрой. Везет ей, у меня лето прошло на даче с бабушкой. Сэм и Лана укатили к родителям в Лондон, поэтому сажать и полоть картошку пришлось нам с бабулей вдвоем. Конечно, мое лето не было таким уж печальным. Я бегала на местный пляж купаться и загорать. Познакомилась там с несколькими девчонками и ребятами. Некоторые из них, как и я, приехали туда на лето. Там я встретила Глеба. Высокий, красивый, загорелый, он сразу же привлек внимание. А его улыбка заставляла мое сердце биться в два раза быстрее. От одного только воспоминания о нем у меня вспотели ладошки.

– Олька, – голос Лельки вывел из состояния легкого транса, – ты чего такая загадочная? – подруга строго посмотрела мне в глаза.

– Я влюбилась, – счастливо улыбаясь, выдала я.

– Кто этот счастливец?   

– Он самый лучший, – вздохнула я, – только он вряд ли догадывается о моем существовании.

– Ну как всегда, – протянула Лелька, – этот хоть настоящий?

Я укоризненно посмотрела на нее. Да, было дело, начиталась романтических книг и влюбилась в главного героя. Я тогда ни на кого даже смотреть не могла. Парни из нашей компании пытались пару раз пригласить меня в кино, но я упорно отказывалась и бежала домой, засесть за свои любимые книжки. Что, теперь мне это будут всю жизнь вспоминать?

– Ладно, не злись, – примирительно сказала подруга, – расскажи мне, какой он?  

Я открыла было рот для ответа, но не успела ничего сказать. Мы как раз повернули за угол коридора, и я увидела его. Он стоял у окна и чуть снисходительно смотрел на всех учеников.

– Кто это? – я остановилась, рассматривая незнакомца.

– Оль, ты чего? – Лелька смотрела на меня, как на ненормальную. – Это наш преподаватель английского. Он у нас еще с прошлого года практику проходит. Студент по обмену. Ты что, все забыла? Да по нему весь колледж с ума сходит!

Я во все глаза смотрела на «преподавателя». Как-то на память я никогда не жаловалась и прекрасно помню того студента, которого нам прислали на практику. Тощий, конопатый, маленькие глазки спрятаны за толстыми линзами очков, на голове серый ежик волос, и одевался он как будто с чужого плеча. А сейчас передо мной стоял совсем другой экземпляр. Таких мужчин редко даже в кино увидишь. Он даст фору любому Орландо Блуму и всяким Бредам Питам. Ух! Откуда он тут вообще взялся? Высоченного роста, почти два метра, фигура атлета, идеальное лицо, обрамленное волнистыми длинными волосами цвета ночи. Но больше всего меня поразили его глаза. Они ярко выделялись на чуть смуглом лице под сенью черных ресниц и как будто светились зеленым огнем. Нет, ну точно светились! Я не могла отвести от него взгляда. Он внимательно рассматривал проходивших мимо студенток, и при этом его глаза пылали  зеленым светом. Обалдеть! Он посмотрел на меня. Я застыла. Его выражение лица из презрительного стало злым. В глазах погас свет. Но все равно это были необыкновенно красивые малахитовые очи. Но откуда столько злости?

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась Лелька. Он отвлекся на нее, кивнул, а я посчитала за благо ретироваться. Опустила взгляд в пол и прошмыгнула в класс.

Там прошла за свою парту. Села, достала принадлежности, отдышалась. Что это было?

– Привет, Олечка, – ко мне подсел мой старый друг и одноклассник Коля Ветров, – как дела?

– Привет, – улыбнулась я ему, – все хорошо. А у тебя?

– И у меня, – он немного замялся, – слушай, пойдем сегодня в кино?

– Коль, ну опять?

– А почему нет?

– Не знаю, – честно ответила я и засмеялась. Тут у меня мелькнула мысль. – А скажи мне, пожалуйста, как зовут нашего преподавателя по английскому?

– Того студента? – настроение у Коли резко испортилось, – я думал, что ты не попадешь в список его поклонниц.

– Не поняла, – выгнула я бровь.

– Да ещё с прошлого года вся женская часть колледжа за ним увивается.

– И?

– Да ничего, просто я думал, что ты не поведешься на этого…

Точно, если сейчас Колян говорит, что этот тип тут с прошлого года, то что-то тут не так. Почему я помню совершенно другого человека? Кто здесь сходит с ума? Судя по всему, весь колледж считает так же, как Колян и Лелька. Вывод – с ума сошла я одна. Прозвенел звонок. Рядом со мной за парту плюхнулась вбежавшая Лелька. Я искоса посмотрела на нее. Ее щеки пылали, глаза горели.

– Ты где была? – шепотом спросила я.  

– Разговаривала с преподом, – кокетливо улыбнулась подруга.

– Все с тобой понятно, – надулась я. И она туда же. Он, конечно, красавчик, каких поискать, но его взгляд напугал меня до дрожи. Что это было у него с глазами? Может, он линзы носит, ну, такие, которые еще светятся? Да, это все объясняет. Немного успокоившись, я посмотрела на двери класса и обомлела. Как раз в этот самый момент в кабинет входил наш новый преподаватель английского. Но сейчас должна быть биология!

– Здравствуйте, садитесь, – низким бархатным голосом сказал педагог. Все покорно сели. Я в недоумении оглянулась на одноклассников. У всех на партах лежали учебники и тетради по английскому. Девочки в немом обожании пялились на преподавателя, парни с каким-то восхищением смотрели на него.

– Лель, – тихо проговорила я, – сейчас биология должна быть.

– Нет, – тряхнула волосами та, – теперь у нас английский каждый день первым и вторым уроком. Ты с какой планеты упала?

– Зачем нам столько иностранного языка? – я решительно ничегошеньки не понимала.

– Директор еще вчера на линейке объявил, что наш класс теперь становится экспериментальным с английским уклоном. Кто будет хорошо учиться – поедет в Лондон с Рейнардом.

– С кем?

– С Рейнардом Тиганом. Мистер Тиган – наш препод. Ты совсем голову потеряла?

– Мисс Николаева, – услышав свое имя, произнесенное с легким акцентом этим бархатным голосом, я вздрогнула и встала, – вас что-то смущает?

– Нет, – я растерянно покачала головой.

– Может быть, вы забыли, что сейчас мой урок?

– Да, простите, – промямлила я, – я перепутала расписание, думала, что сейчас урок биологии.

– Печально, – чуть улыбнулся, продолжая сверлить меня глазами, – я надеюсь, такого больше не повторится. Хотя бы задание на лето вы выполнили?

– Задание? – я подняла голову и взглянула на преподавателя. Он смотрел на меня очень внимательно и ждал ответа. – Да, выполнила, – соврала я, – только я его дома забыла, – выкрутилась я. Он кивнул своим мыслям. Бросил на меня еще один прожигающий взгляд и процедил:

– Завтра жду выполненное задание, а сейчас присаживайтесь, мисс Николаева.

Я опустилась на стул. Колени дрожали. Весь оставшийся урок я как в трансе записывала лекцию. Учитывая, что велась она на английском языке, а он у меня хромал на обе ноги, то приходилось мне туго. К тому же мысли мои витали неизвестно где. Я никак не могла понять, почему я ничего о нем не помню, почему он на меня так смотрит, и что, черт возьми, вообще здесь творится?

На перемене я спросила Лельку о задании на лето.

– Мать, ну ты даешь! – возмутилась она, – как ты можешь этого не помнить? Ладно, нужно было составить свое генеалогическое древо, естественно, на английском, потом в виде доклада оформить о каждом предке: откуда он, где родился, на ком женился, кого родил и так далее.

– Зачем? – я уставилась на подругу. Она равнодушно пожала плечами.

– Мне все равно, – ответила она, – знаешь, когда на кону такой приз, то я готова ему все, что он захочет, написать, хоть на китайском.

– Ты о чем?

– Ты совсем позавчерашняя? Я же тебе говорила – лучший ученик поедет с Рейнардом на Рождественские каникулы в Лондон.

– М-да, – я впечатлилась, – ну, мне это не светит, так что можно не напрягаться. Да и не хочу я с ним никуда ехать.

– Ты дура? – Лелька с жалостью посмотрела на меня. Я обиделась. – Кто от такого отказывается? Тем более с ним, – она мечтательно закатила глаза.

– Вот и я говорю, – подтвердила я, – тем более с ним.

– А что тебя не устраивает?

– Не знаю, жуткий он какой-то. Да и на что ты рассчитываешь? Ему лет двадцать, не меньше, а тебе семнадцать еще.

– Двадцать три. И что?

– И ничего! Это статья!

– Тьфу на тебя, – Лелька надулась, – даже помечтать нельзя? Я готова бежать за ним босиком на край земли только для того, чтобы просто смотреть на него. А ты – статья. Нет в тебе романтики! Да мне через две недели будет восемнадцать!

– Ты ненормальная, – сказала я.

– Это ты ненормальная, – не осталась в долгу подруга, – от таких мужиков не отказываются, таких боготворят.

Прозвенел звонок. Преподаватель вернулся в класс. Лекция продолжилась. Я изо всех сил старалась записывать все, но моих знаний на это не хватало. Рейнард, расслабленно откинувшись в кресле, продолжал говорить, при этом по очереди внимательно рассматривал каждую девочку. И взгляд такой был, как будто лошадь выбирает – оценивающий. Девочки млели от его внимания, а я, закусив губу, писала. Иногда я чувствовала, как по мне тоже скользит его взгляд. При этом появлялось такое неприятное ощущение, как будто что-то липкое и холодное прикасалось к вискам. Я мотнула головой, отгоняя это прикосновение, и поймала взгляд малахитовых глаз. Мистер Тиган удивленно вскинул бровь. Я с вызовом посмотрела на него. Взгляд из безразличного опять стал злым. Руки, лежавшие на столе, сжались в кулаки. Я поспешно опустила глаза в тетрадь.      

Я еле досидела до конца пары. Никогда в жизни так не радовалась звонку. Собрав свои вещи, я поплелась на выход.

– Мисс Николаева, – я вздрогнула, услышав этот голос с легким акцентом, – я прошу вас задержаться.

Вот черт! Я кивнула и покорно остановилась. Лелька бросила на меня полный зависти взгляд и вышла в коридор. Можно не сомневаться, на следующем уроке она мне устроит допрос с пристрастием. Я тяжело вздохнула, что не осталось незамеченным для мистера Тигана.

– Вас что-то расстраивает? – спросил он.

– Я в чем-то провинилась? – вопросом на вопрос ответила я.

Он усмехнулся, встал из-за стола и подошел ко мне. Я застыла как кролик перед удавом.

– Ответьте мне честно, – заговорил он, глядя мне в глаза, – вы ведь не выполнили летнее задание.

Его глаза опять начали светиться. Я сглотнула. Ни за что не скажу ему правду. Ночь спать не буду, но выполню его дурацкое задание.

– Конечно, сделала, – ответила я, стараясь не отводить взгляда от его глаз, – просто я правда его забыла. Обещаю, завтра все принесу.

– Хорошо, – он кивнул, свет в его глазах погас, – я надеюсь. Только завтра вам необходимо будет принести два задания.

– Что?

– Домашнюю работу, заданную сегодня, – пояснил он. Ну да, точно. Я еще раз кивнула.

– Я могу идти?

– Идите, – он задумчиво смотрел на меня и внезапно спросил, – скажите, а вы давно знакомы с мисс Ольгой Разумовской?

– С Лелькой? – признаться, я совсем не ожидала подобного вопроса. – С первого класса. А что?

– Вы знаете ее родителей?

– Нет, к сожалению, – качнула я головой, – ее воспитывает старшая сестра, а родители у них умерли.

– Спасибо, – он задумчиво кивнул мне и отпустил.

Я рванула из кабинета как ошпаренная. Меня колотила нервная дрожь. Псих какой-то! На урок истории я почти опоздала. Не хватало еще из-за красавчика-препода пропускать уроки.

Лелька пристала ко мне с расспросами.

– Что он хотел от тебя?

– Не знаю, – я пожала плечами, – какой-то бред. Спрашивал меня, действительно ли я выполнила домашнее задание, а потом спросил, давно ли мы с тобой знакомы.

– Что? – глаза Лельки загорелись, – и ты молчишь?

– Нет, не молчу, – ответила я, – что тут такого?

– И ты еще спрашиваешь, – возмутилась подруга, – это же сам мистер Тиган!

 – По мне, он полный псих, – пробормотала я.

– Сама ты псих!

– А ты видела его глаза?

– Конечно, видела, – Лелька как-то даже обиделась, – они мне снятся каждую ночь.

– Наверняка это линзы, – выдала я.

– С чего ты взяла?

– Они у него иногда светятся, – я вспомнила этот зеленый свет и поежилась, – зачем ему такие линзы? Студентов в колледже пугать? Или таких дурочек, как ты, впечатлять? Наверняка заказал из Китая.

– Если честно, – сказала Лелька, – я такого не видела. Это у тебя глюки. Ты мне лучше еще раз расскажи, как он у тебя про меня спрашивал.

Я закатила глаза. От нее так просто не отделаешься. Лучше бы я ей ничего не говорила!

До конца учебного дня только и разговоров было о мистере Тигане. Я уже его тихо ненавидела. Особенно когда представляла, как приду домой и вместо того, чтобы сесть читать свои любимые книжки, буду готовить два задания по английскому. Что за день-то такой сегодня!

Пришла домой. Как всегда Сэм и Лана были еще в университете. Бабушка тоже куда-то ушла. Тем лучше. Я приготовила себе пару бутербродов и засела за словари. Часа через два хлопнула входная дверь. Ко мне в комнату заглянул Сэм.

– Привет, мелкая, – улыбнулся он мне. Я хмуро помахала ему рукой. – Чего злая такая?

– Много задали по английскому.

– Помочь?

Я с надеждой подняла на него глаза. Он засмеялся.

– Давай, показывай, что там у тебя.

С ним дело пошло гораздо быстрее и веселее.

– С тебя ужин, мелкая, – я согласно кивнула, – зачем вам столько задали?

– Оказывается, – промямлила я, – первая работа была задана на лето, а я об этом не знала.

– Тогда почему ты об этом не сказала преподавателю? – Сэм сосредоточенно набирал текст на ноутбуке.

– Не знаю, растерялась, наверное. На автомате сказала, что сделала, просто дома забыла. Потом уже стыдно было признаваться. А сегодня новое задание.

– Почему стыдно было признаваться? – не понял брат.

– Я вообще не помню не то, что задание, я препода увидела сегодня в первый раз.

– Ну, ты даешь, – присвистнул Сэм. Я опустила глаза. Действительно, как можно забыть ТАКОГО препода? – Ладно, прорвемся, – подбодрил меня кузен.

– Слушай, а как мне составить генеалогическое древо? – спросила я. – Я ведь никого не помню.

– Да какая разница, – изумился мой спаситель, – сейчас придумаем что-нибудь. Ты напиши имена тех, кого знаешь, остальных выдумаем, а я переведу все.

Я с радостью стала писать на листе обо всех родственниках, кого помнила. К сожалению, своих родителей я почти не знала. Их не стало, когда мне было семь лет. Я помню, как плакала бабушка, как дядя Валера – папин брат и отец Семена и Ланы – смотрел на меня большими печальными глазами и гладил по голове. Первое время я ждала, что мама придет ко мне в комнату, чтобы поцеловать меня на ночь, что папа повезет меня гулять в парк. Я не хотела без них садиться за стол кушать, долго ночами не могла заснуть. На мои вопросы, где родители, бабуля не отвечала, переводила тему и давала мне конфетку. Однажды Лана, не выдержав моего тоскливого настроения, выдала мне:

– Перестань их ждать! Не будет больше у тебя мамы с папой, похоронили их!

Я не поверила ей. Что это значит – похоронили? Она просто меня не любит, вот и говорит гадости! Время шло.

Время шло. Я перестала их ждать. Скучала, конечно, безумно, плакала, но уже не ждала. Бабуля забрала меня к себе в дом, в котором выделила отдельную комнату. Устроила в школу рядом. Через год к нам переехали Сэм и Лана. Их родители получили работу в Лондоне. Они присылали приличную сумму каждый месяц на счет бабушки. На эти деньги мы и существовали.

– Мелкая, – голос Семена вывел меня из воспоминаний, – ты чего зависла?

– Ничего, – я смахнула непрошенные слезы и принялась за работу.

Через пару часов пришла Лана. Она хмуро заглянула к нам.

– Что, сама уроки вообще делать не можешь? – презрительно скривив губы, спросила она меня.

– Тебе какая разница? – огрызнулась я.

– Мне без разницы, – фыркнула она, – но в жизни кто тебе будет помогать, если ты знания не получаешь?

– Что ты пристала, – заступился за меня Сэм, – займись своими делами.

Она гордо удалилась.

– Лучше сделай нам чай, – вслед ей крикнул брат.

– Ага, щаз! – засмеялась она.

– Вот язва!

– А где бабушка? – вспомнила я.

– Вроде, к  подруге поехала, – пожал плечами Сема, – сказала, что завтра вернется. Иди пока ужин приготовь.

Я покорно поплелась на кухню. Готовить я умела, но не любила этим заниматься. Но куда деваться? Обещала же.

После ужина мы доделали обе мои работы по английскому. Я засела за другие уроки. Помощь Сэма мне уже была не нужна, поэтому он отправился на свидание. Лана тоже ушла по своим делам. Я осталась одна.

Во сне я металась по постели. Мне снилась какая-то ерунда. Я от кого-то убегала. Мне было безумно страшно. Этот страх гнал меня в неизвестном мне направлении. От кого я бежала, почему боялась, было не ясно. Важно было просто бежать. Проснулась я в холодном поту. Сердце колотилось словно сумасшедшее. Осталось неприятное послевкусие от моих сновидений. Меня колотила нервная дрожь. Да уж, нервы ни к черту! Я, шлепая босыми ногами, поплелась на кухню выпить воды. За окном уже светало. Я застыла, глядя на рождающийся день. Свежий ветерок чуть тревожил мои волосы у лица. Я глубоко вдохнула чуть холодноватый воздух, зябко поежилась и включила чайник. Совсем скоро нужно собираться на занятия, все равно уже не засну, так хоть кофе выпью.

Готовя завтрак, я немного отвлеклась от своих переживаний. При мысли о том, что теперь английский будет каждый день, и проводить его будет этот странный тип, настроение испортилось снова. Странный он какой-то и пугающий. Чего все девочки так на него пялятся? Да, красивый как бог, но при этом холодный как статуя, еще и надменный как аристократ. Кстати, очень даже может быть, что точно аристократ, он же из Лондона. Говорил всегда подчеркнуто вежливо, при этом я ощущала себя последним отбросом. Все мои инстинкты кричали в его присутствии – «Опасность!» Я тряхнула головой, прогоняя нарисованную услужливым воображением картинку разбегающихся в разные стороны маленьких человечков в майках с надписью «Инстинкт», рвущих на себе волосы и кричащих: «Опасность». Дурость. Всегда я так. Меня, например, отчитывает учитель за не выполненную домашнюю работу, а я представляю себе что-нибудь в этом духе и улыбаюсь. Ведь не объяснишь, что вовсе не над ним смеюсь.

Позавтракав, я потопала в душ. Там, стоя под теплыми струями воды, я немного расслабилась и успокоилась. Стоя напротив зеркала, вытирала волосы и критически себя рассматривала. Волосы – моя гордость. Густые и длинные, светло-русые с серебристым отливом, слегка вьющиеся, но совершенно непослушные. Стричь их было жалко, а выпендриваться с замысловатыми прическами вечно не было времени. Я их просто заплетала в косу. Глаза у меня самые обычные – серые с желтоватыми крапинками. Я показала своему отражению язык. Все, пора собираться.

Я уныло брела по коридорам колледжа, привычно кивала знакомым. Лельки нигде не было видно. Зато все девочки только и делали, что обсуждали нашего нового преподавателя. Ну конечно! В нашем захолустье и вдруг такой мужик. Ничего удивительного, что все с ума посходили. Глупые, они не понимают, что такие, как он, никогда даже не посмотрят на таких, как они. Зачем тратить на это свои силы и эмоции? Я в задумчивости вошла в класс. Колян радостно мне помахал:

– Привет, как дела?

Я хмуро ему кивнула:

– Нормально, не выспалась совсем.

– Чем ты таким занималась, что не выспалась?

– Готовила домашнее задание, – рявкнула я, но потом осеклась, в конце концов, Колян совсем не виноват, что происходит вся эта чертовщина, – прости, просто просидела вчера до ночи.

– Да ладно, – улыбнулся одноклассник, – я все понимаю.

Прозвенел звонок. Лелька, улыбаясь во весь рот, впорхнула в класс перед галантно ее пропустившим преподавателя английского. Подруга просто светилась, как лампочка. Она смущалась, краснела  и опускала глазки, но при этом от нее так и веяло радостью.

– Привет, – защебетала она, – как дела?

Я мрачно глянула на нее.

– Представляешь, – начала шепотом она, так как урок уже начался, – сегодня Рей пригласил меня прогуляться.

– С ума сошла? – я просто была вне себя. – Куда ты собралась с этим типом?

– Мисс Николаева, – бархатный голос заставил меня подскочить на месте, – я надеюсь, вы сейчас обсуждаете с соседкой по парте выполненное домашнее задание, иначе других причин для разговоров я не вижу.

Не знаю, какая муха меня укусила в этот момент, но я подняла голову, уставилась в малахитовые глаза и ответила:

– Нет, мистер Тиган, мы обсуждали вашу личную жизнь, – он вопросительно выгнул бровь, а Лелька залилась густой краской, – надеюсь, ваше предложение о встрече с вашей ученицей связанно с вашим уроком, иначе других причин для личных встреч я не вижу.

Зеленые глаза полыхнули на миг светом, но тут же вернули свой обычный цвет, слегка прищурились. Боже, как же мне в этот момент стало страшно! Зачем я вообще это сказала? В классе повисла тишина. А мы с преподавателем так и смотрели пристально друг другу в глаза. Внезапно он улыбнулся. Не усмехнулся, а улыбнулся по-настоящему. Он так умеет? Улыбка полностью преобразила его. Я услышала, как рядом Лелька всхлипнула. Да, теперь ее понимала даже я. Улыбка у него оказалась просто потрясающая. Она преобразила его лицо. Теперь он уже не выглядел столь надменным и высокомерным. Раньше он мне казался ледяной статуей, сейчас я увидела эмоции. В глазах плясали бесенята, красивые губы обнажили белые ровные зубы, а на щеках заиграли ямочки.

– Если вас это так беспокоит, – ответил он, – то мои личные встречи имеют вполне оправданные цели. Но, боюсь, сегодня мне придется отказаться от своих планов на вечер. Видите ли, я должен проверить все домашние задания. Вы, мисс Николаева, надеюсь, выполнили все и ничего не забыли?

– Все выполнила, – вздохнула я, ну вот кто меня за язык тянул, – и ничего не забыла.

– Отлично, – теперь он стал таким же, каким был всего минуту назад, может, его улыбка мне померещилась? А потом он меня добил, – останьтесь после урока, вы мне должны сдать работу, заданную на лето.

Я тяжело вздохнула и села на место. Лелька смотрела на меня так, что если бы могла, то убила бы на месте.

– Что? – не выдержала я.

– Я тебя прокляну когда-нибудь, –  зло зашипела она.

– Дура, – меня ее увлечение уже достало, – ты мне еще спасибо скажешь.

Слава богу, до конца урока он меня больше не трогал. Я старалась не отсвечивать. Лелька обиделась и вообще со мной не разговаривала. Тем лучше. Лишь изредка я ловила на себе задумчивый взгляд малахитовых глаз. Мне бы очень хотелось знать, о чем он в этот момент думал. Мистер Тиган лишь слегка улыбался своим мыслям краешком губ. Я втихаря наблюдала за ним из-под опущенной на глаза челки. Мне было крайне интересно, в какой момент его глаза начинали светиться. М-да! Кажется, у меня развивается паранойя. Дожила! Я почти не слушала, что происходило на уроке. Витала в своих мыслях.

Когда прозвенел звонок, я трусливо ретировалась из класса, предварительно положив на преподавательский стол свои работы. Ничего страшного, почитает сам, незачем мне ему все еще и пояснять. Лелька, разумеется, в классе осталась.

– Как дела, Николаева? – меня передернуло от этого голоса. Я обернулась. За моей спиной стояла Марьяна – первая красавица нашего колледжа. Столь же стервозная, как и прекрасная. За ней толпами бегали наши парни. Она редко кого осчастливливала своим вниманием. Простые студенты ей были совсем не интересны. Еще бы! Там столько запросов. По непонятной причине она считала меня своей соперницей. Может быть, виной всему верный мне Колян? Пока что он единственный, кто не терял дар речи при виде нашей красавицы. Видимо, ее это несказанно злило. Посему она не упускала момента меня как-нибудь задеть, а еще лучше – унизить.

Я скрипнула зубами и изобразила на лице улыбку. Вот только тебя мне не хватало для полного счастья!

– Прекрасно! – ответила я, гладя в ее карие глаза. Она презрительно повела плечом. Смахнула белокурый локон за спину.

– А я думала, что у тебя проблемы с английским, – ехидно заметила она.

– Ложь и наговоры, – не моргнув глазом, ответила я, – а почему вдруг такой интерес к моей скромной персоне?

– Забудь про мистера Тигана, – вдруг зло заговорила она, – он мой, ясно? Если я тебя еще раз с ним рядом увижу…

– Стоять! – я вскинула вперед руку, как же меня уже достал этот препод. – С чего вдруг ко мне такие претензии?

– А кто вчера после урока с ним оставался наедине в классе? – она прищурила глаза.

– А мне оно надо было? – я уже разозлилась окончательно. – Достали! По мне, так лучше бы его вообще не было в нашем колледже!

– Я предупредила!

Гордо вскинув голову, Марьяна прошествовала мимо меня. Я лишь головой покачала. Собралась было идти дальше, как натолкнулась на взгляд Рейнарда Тигана. Я втянула голову в плечи и вдоль стеночки бочком прошла мимо него. А он ни на секунду не отводил от меня глаз. Что ему надо?

– После уроков, – донеслось мне вслед, – я жду вас в кабинете иностранного языка на защиту вашей работы.

Вот влипла! Теперь на меня смотрели все присутствующие в коридоре. Марьяна, казалось, сейчас начнет метать молнии. Хуже всего, в дверях нашего класса стояла разъяренная Лелька. В следующую секунду меня осенило.

– Колян, – громко позвала я одноклассника, тот радостно вскинул голову, – на какой фильм ты меня хотел пригласить?

Теперь все выжидающе уставились на него. Он просиял мне в ответ.

– А на какой ты бы хотела? – радостно спросил он.

– На любой, – улыбнулась я в ответ. Лелька, Марьяна и мистер Тиган с интересом наблюдали за нами. Я вопросительно обвела их взглядом, мол, все, вопрос решен? Забирайте себе своего препода, а меня оставьте в покое. Теперь девчонки враждебно смотрели друг на друга, а препод, скрестив руки на груди, все так же продолжал смотреть мне вслед.

Как они мне все надоели! Я отправилась на следующий урок. Лелька со мной не разговаривала. Демонстративно отворачивалась от меня. Ну и ладно! Я ей ничего плохого не сделала. Зато Колян просто сиял от радости. Я ловила на себе его веселый взгляд, и кисло улыбалась в ответ. Зачем я вообще затеяла этот поход в кино? Просто, наверное, мне хотелось прекратить весь этот балаган со сценами ревности. Мистер Тиган еще со своими заданиями. Мысли плавно потекли в другое русло. Вот что он ко мне прицепился? Почему так ревностно относится к выполнению его заданий? Почему я вообще этого не помню? Странно все это. Когда он меня спрашивал о том, выполнила я его или нет, он как будто ждал отрицательного ответа. Почему? А теперь Лелька и Марьяна устраивают мне разборки.

В конце учебного дня я собрала свои вещички и постаралась тайком уйти из колледжа. Не тут-то было!

– Мисс Николаева, – услышала я мягкий баритон, – я вас жду.

Я тяжело вздохнула, кивнула Коляну, мол, подожди, и поплелась в кабинет иностранного языка. Меня галантно пропустили вперед и закрыли за спиной дверь. Я вздрогнула.

– Присаживайтесь, прошу вас.

Я села на свое место.                       

– Не надо так далеко, – зеленые глаза смотрели на меня выжидающе. Вот в этот самый момент они начали светиться. Я собрала всю волю в кулак, чтобы не подать виду. Послушно встала, пересела за первую парту, при этом продолжая смотреть себе под ноги.

– Ольга, – позвал он меня. Я подняла глаза, – вас что-то смущает?

Он еще спрашивает?

– Что вы, нет, конечно, – ответила я. Его глаза погасли. Я облегченно выдохнула. – Скажите, пожалуйста, а это надолго?

Он удивленно поднял брови.

– Почему вас это так интересует?

– У меня планы на вечер, – пробурчала я. Разумеется, Лелька видела, что он меня сюда забрал, теперь она меня не простит. Он криво улыбнулся:

– У меня тоже были сегодня планы, но мне пришлось их отложить, – ответил он, углубляясь в чтение моих работ. Ничего не оставалось, как просто ждать. Я старалась смотреть куда угодно, только бы не на этого жуткого типа. За окном еще по-летнему светило солнце. Деревьев лишь слегка коснулась желтизна. Я грустно вздохнула. Не люблю осень. А зиму тем более. Мистер Тиган покосился на меня.

– Что-то случилось?

В ответ я чуть не ляпнула: «Да – вы», но сдержалась.

– Жалею об ушедшем лете, – нехотя ответила я.

– Хорошо провели лето?

– Отлично! – неужели он думает, что я сейчас начну ему все рассказывать? Пусть работу мою читает и не отвлекается. Меня ждут, в конце концов.

– И даже не забыли работу сделать, – хмыкнул он.

– Нет, – улыбнулась я, – как видите, не забыла.

– У вас здесь ошибка, – перестал улыбаться мистер Тиган.

– Где?

Длинный палец указал в лист бумаги:

– Вот здесь, можете сами убедиться.

Я поднялась из-за парты. Где же я могла ошибиться? Шагнула по направлению к преподавательскому столу и споткнулась о ножку стула. Падая, взмахнула руками, вскрикнула и оказалась прижата к широкой груди. Ой, мамочки! Рейнард Тиган меня поймал. Теперь он продолжал меня удерживать, прижимая к себе. А я стояла, боясь пошевелиться. От него веяло таким теплом. Появилось стойкое ощущение, что я вернулась домой, так это было естественно и прекрасно. От него пахло лесом и морем. Свободой. Ладонями сквозь легкую ткань его рубашки я ощущала, как стучит его сердце. Эта мысль меня поразила. У него есть сердце? Я подняла голову и встретилась взглядом с малахитовыми глазами. Меня как будто молния ударила. Казалось, разряд прокатился от макушки и по позвоночнику в ноги. Я судорожно вздохнула. Рейнард, не отрываясь, смотрел мне в глаза, и взгляд его стал совсем уж странный.

 – Осторожнее, – хрипло проговорил преподаватель, – мисс Николаева, вы могли удариться.

Я кивнула, не делая при этом попытки вырваться. Да и он не спешил меня отпускать. Все так же вглядываясь мне в глаза, он чуть склонил голову вниз… Дверь в кабинет толкнули с такой силой, что, казалось, она вот-вот слетит с петель. Я пискнула и отпрыгнула от Рейнарда. Он нехотя меня отпустил. На пороге стояла разъяренная Лелька. Она переводила взгляд от препода ко мне.

– Николаева! – яростно зашипела подруга. Я беспомощно глянула на мистера Тигана. Его лицо снова стало бездушной маской. Может, мне это все только привиделось?

– Мисс Николаева, – проговорил он, – вы можете идти домой.

Я радостно схватила свои вещи, но Лелька заступила мне дорогу. Ее серые глаза горели злостью. Такой разгневанной я ее еще не видела.

– Пока, Лель, – пробормотала я. Но не тут-то было.

– Ах ты дрянь! – стала плеваться ядом подруга.

– Мисс Разумовская, – от бархатного голоса преподавателя Лелька слегка покраснела и улыбнулась ему, – потрудитесь взять себя в руки.

– Мистер Тиган, – подруга начала смущаться, – Николаева разозлила меня очень…

– Могу я узнать, что стало причиной подобной эмоции?

Я вопросительно уставилась на нее. Она сердито покосилась на меня, но не нашлась, что ответить.

– Я так и думал, – продолжил Рейнард, – Ольга, вы свободны. Вам высший бал. Так держать.

– Спасибо, – ура, можно домой! – До свидания.

Лелька посторонилась. Я вывалилась в коридор, захлопнула за собой дверь и прижалась к ней спиной. Мне нужно было немного успокоить сердцебиение.

Что это было сейчас в кабинете, пока не появилась Лелька? При воспоминании о моём падении и объятиях, последовавших за ним, меня бросило в дрожь. Ну, надо же, как меня накрыло! Казалось, между нами проскочил электрический разряд. А этот запах моря и леса! Я тряхнула волосами. Дурочка! Похоже, я такая же, как все девчонки в нашем колледже, которые потеряли голову из-за него. Даже Марьяна. И Лелька. От этих мыслей стало грустно. Внезапно я услышала за дверью:

– Мистер Тиган, а у вас линзы?

Я замерла, прислушиваясь. Последовала пауза.

– Что вас натолкнуло на эту мысль? – от его голоса у меня по спине побежали мурашки.

– У вас глаза светятся зеленым светом.

– Вы когда это увидели?

– Да только что, и еще раньше замечала. Думала сначала, что это просто отсвет ламп такой, но потом понаблюдала и поняла, что мне не показалось.

Я рванула от двери со всех ног. Едва завернула за угол, как услышала, что она открывается. Здраво рассудив, что они направляются вниз, на выход, я побежала по лестнице вверх. Потом я смотрела, как они вдвоем выходят из здания колледжа. Рейнард на ходу застегивает черную мотоциклетную куртку и подводит Лельку к огромному черному лакированному мотоциклу. Как я раньше его не замечала в нашем дворе? Он как будто из тумана вынырнул. Преподаватель протянул подруге шлем, себе натянул на голову другой. Я, затаив дыхание, наблюдала, как здоровенный байк уносит прочь мою лучшую подругу и нашего нового препода английского языка, от которого у меня подгибаются коленки.

А Лелька лиса! Запомнила, что я ей говорила про его глаза. Зачем она ему об этом сказала? Самое странное, он совершенно не удивился ее словам. Даже не стал отнекиваться. Все-таки что-то с ним не чисто. Я тяжело вздохнула. Надо оставить все мысли о нем. Не для меня такие. Да и теперь Лелька уверена в своей победе. Он у меня интересовался ею, она не скрывает своего отношения к нему. Мне просто нет места в этом треугольнике.

– Оленька, – я обернулась. За моей спиной стоял Колян. Совсем забыла про него. Настроения идти куда-либо у меня вообще не было, но он смотрел на меня такими глазами, наполненными надеждой, что у меня не повернулся язык сказать ему – «нет».

– Пойдем, – я вымученно улыбнулась и протянула ему руку. Колян просиял в ответ, взял мою сумку и мы побрели на выход.

По дороге я отзвонилась Сэму, предупредила его, что задержусь после колледжа. На его вопрос, куда я намылилась, ответила правду – в кино с одноклассником, на что мой невыносимый кузен глумливо захихикал:

– Ну, наконец-то!

– Да ну тебя, – сама не знаю на что, обиделась я.

– Мелкая, ты там повнимательней, – продолжал веселиться Семен.

– Все, пока, – не выдержала я и отключилась. Не хватало еще мне его поспешных выводов.

  Колян шел молча. Он, словно ожидая, что я передумаю, то и дело кидал на меня взгляды.

– Что? – не выдержала я.

– Ты не передумала? – было мне ответом. Я постаралась ободряюще улыбнуться:

– Все в порядке, Коль, просто настроение испоганили сегодня. Не обращай внимания. Сейчас все пройдет.

– У тебя проблемы?

Вот как ему это объяснить?

– С Лелькой поссорилась, – вздохнула я. Он удивленно выгнул бровь.

– Из-за чего?

– Она приревновала ко мне нашего нового красавчика-препода, – покаялась я.

– А у тебя правда с ним ничего нет?

От возмущения я даже споткнулась.

– В своем уме? – я остановилась, потирая ушибленную ногу. Колян смотрел на меня как-то виновато и растерянно.

– Прости, – только и выдавил он.

– Ничего себе, прости, – я была такая злая, что мне захотелось его стукнуть, – да с чего ты вообще это взял?

– Просто он иногда так на тебя смотрит…

– Как – так?

– Ну, как будто пытается понять, о чем ты думаешь, – надо же, интересная информация, – даже по поводу домашнего задания на лето он только к тебе прицепился. Сегодня вот заставил тебя прийти на защиту работы, а мы все просто сдали ему работы и все. Все девчонки только и говорят, что о нем, а он только на тебя смотрит. Что еще можно подумать?

– А мозги включить не пробовал?

Колян понуро опустил голову. Даже жалко его стало. Я немного смягчилась.

– Он меня вчера спрашивал про Лельку, – нехотя призналась я, – сегодня она мне похвасталась, что он ее куда-то пригласил. Сейчас они уехали на его мотоцикле вместе.

– На Лельку он никогда так не смотрел, как на тебя, – задумчиво произнес парень. Я лишь головой покачала. А у самой в ушах звучал чуть хрипловатый голос: «Осторожнее, мисс Николаева…». Воспоминание о случившемся в классе заставило целую толпу мурашек пробежаться по моей спине. Я еще раз тяжело вздохнула. «Дура!» – еще раз обругала я себя.

Мы дошли до кинотеатра. Коля вопросительно посмотрел на меня:

– Ну, так что будем смотреть?

– Давай на твой выбор, – пожала я плечами. Он кивнул и отправился к кассам. Я присела за столик, стала рассматривать пеструю толпу. Сейчас народу было не много. В основном школьники и студенты, да мамочки с детьми. Внезапно мой взгляд выхватил из толпы знакомое лицо. Не может быть! Я присмотрелась внимательнее. Нет, точно он. Глеб! Я не видела его с самого лета. Он совсем не изменился. Все такой же красивый, высокий и загорелый. Светлые волосы чуть взъерошены, белая футболка красиво облегает довольно-таки внушительную мускулатуру. Я невольно залюбовалась им. Он кого-то высматривал в толпе. Тут его голубые глаза остановились на мне. Он широко улыбнулся и направился к моему столику. Я как завороженная следила за его плавными движениями и не могла поверить, что он меня узнал.

– Привет, – радостно улыбаясь, сказал парень моей мечты.

– Привет, – еле выдавила я.

– Можно? – он присел на соседний стул. – Одна здесь?

Я отрицательно качнула головой. Боже, я веду себя как идиотка!

– С одноклассником, – продолжая смотреть на него вовсе глаза, ответила я. Он понимающе кивнул.

– Я ждал друга, но он так и не пришел. Потом смотрю, ты сидишь тут такая красивая.

Я зарделась и опустила глаза.

– А я думала, ты меня и не вспомнишь никогда, – призналась я.

– Шутишь? – голубые глаза смотрели серьезно. – Я тебя забыть не могу.

На миг я забыла, как дышать. А он все так же внимательно и без намека на улыбку рассматривал меня. Этого просто не может быть! Я зажмурилась.

– Ольга, – позвал он меня, касаясь подбородка. Я распахнула глаза и встретилась с ним взглядом. Он долго всматривался в мои очи, но тут неожиданно добавил:

– У тебя такие потрясающие глаза, – я  с шумом втянула воздух, – они как лунный свет, серебристые, а золотые крапинки делают их просто необыкновенными.

– Оля, это кто? – от голоса Коляна я подпрыгнула на месте. Длинные пальцы Глеба нехотя отпустили мое лицо. Я вскочила, виновато глянула на одноклассника, который сердито взирал на моего собеседника, перевела взгляд на Глеба. Тот вальяжно расположился за столиком и помахал Коле рукой.

– Знакомьтесь, – вымолвила я, – мой одноклассник – Николай, мой знакомый – Глеб.

Парни изучающе уставились друг на друга. Колян враждебно, а Глеб насмешливо.

– Я взял билеты, – проговорил мой одноклассник, – сеанс через десять минут.

– Отлично, – Глеб встал, – я с вами. Сейчас тоже возьму билет.

– Что это еще за тип? – спросил Николай, глядя в спину удаляющегося парня.

– Мой знакомый, – невольно улыбаясь, ответила я.

– Я это понял, – Колян хмурился, – кто он такой вообще?

– Не знаю, – действительно, я ведь ничегошеньки о нем не знала. С тех пор, как увидела его тогда в деревне, уже не могла ни о чем думать. Видела его улыбку и переставала воспринимать окружающий мир адекватно. Он просто появлялся в нашей компании и тут же завоевывал всеобщее внимание. Я просто любовалась им со стороны и даже мечтать не смела о том, что он когда-нибудь со мной заговорит. Поэтому то, что он сегодня сам подошел ко мне, заговорил, да еще и назвал меня по имени, для меня стало полнейшим шоком. Но, если честно, таким приятным.

– Чего ты так улыбаешься? – голос Коли вернул меня к действительности.

Я улыбаться перестала.

– Знаешь, что, – меня это уже начинало злить, – я рада его видеть, вот и все. Могу я хоть немного порадоваться сегодня хоть чему-то? Меня так все достали!

– Понятно, – грустно вздохнул он, – моя компания тебя уже совсем не радует.

Мне стало стыдно. В конце концов, Колян единственный, кто никогда меня не подводил. Он терпел меня любую: злую, нервную, грустную. Он просто всегда был рядом.

– Прости, – прошептала я, – просто он мне действительно нравится, я очень рада, что он меня вообще заметил.

– Дура ты, Оля, – вот тут я почти обиделась, – просто ты сама никогда не замечаешь, какое ты производишь впечатление на людей. Тебя трудно не заметить, тем более забыть.

Он опять вздохнул. Но тут к нам вернулся Глеб, и мы отправились в наш зал для просмотра фильма.

  Конечно же, кино оказалось про любовь. Я сидела между парнями и едва улавливала смысл всего происходящего на экране. Гораздо больше меня волновала рука Глеба, что лежала на подлокотнике соседнего кресла, и его поглаживание кончиками пальцев моей кисти. От подобных прикосновений электрические волны прокатывались по моей коже.

Внезапно он наклонился к самому моему уху и прошептал:

– Сходишь со мной на свидание?

На миг я перестала дышать. Подняла голову, посмотрела в это красивое лицо и потрясенно кивнула.

– Отлично, – в темноте его улыбка была все такая же притягательная, – тогда скоро увидимся. Сейчас извини, но мне пора идти. Я тебя найду.

Я даже не стала маскировать разочарованный вздох под другую эмоцию. В ответ герой моих снов еще раз улыбнулся, чуть сжал мою ладонь и ушел.

– Слава богу, – услышала я рядом голос своего одноклассника. Он тут же постарался взять меня за руку, но я положила обе свои кисти себе на колени и как ни в чем не бывало продолжила смотреть фильм. Теперь уже, когда меня ничего не отвлекало, постаралась вникнуть в сюжет, но это у меня плохо получалось. Шла какая-то муть, где героиня безумно красивая всегда попадает в беду, а ее спасает еще более красивый главный герой, и они вместе уезжают в закат. Почему-то на миг представился ветер в лицо, цокот копыт, синее небо и зеленый лес, летящий нам навстречу. Мои волосы развеваются сзади, словно плащ, а за талию держит сильная мужская рука. Сердце мое колотится как сумасшедшее от восторга, а пахнет от моего спутника морем и свободой. Я поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с глазами цвета малахита.

Я тряхнула головой. Настроение испортилось окончательно. Понятно еще было бы, если б в моем видении был Глеб, но какого черта в нем появился Тиган?

– Что за черт? – вслух озвучила я свои эмоции. От меня удивленно-обиженно шарахнулся Колян. Оказывается, он в этот момент попытался меня обнять.

– Да понял я уже, что тебе совсем не нравлюсь, – пробурчал парень, отстраняясь от меня, – чего так орать?

– Коль, прости, – растерялась я, – я вообще не тебе, я даже не видела твоего жеста, просто привиделось что-то…

Я виновато заглянула ему в глаза.

– Проехали, – махнул рукой он.

– Хочешь, я тебя поцелую? – у него удивленно округлились глаза, – потом, если захочешь, – я не смогла сдержать улыбки.

– Тебе все шуточки, – в ответ он тоже не удержался от смешка.

– Мир? – спросила я, протягивая ему мизинец. Коля хмыкнул, но взял меня за палец своим мизинцем.

– Мирись, мирись, мирись, – запели вместе детскую мирилку, – и больше не дерись, а если будешь драться, я буду кусаться.

Под конец мы уже хохотали в голос.

– Пошли домой, уроки еще делать надо, – вспомнила я. Он еще раз вздохнул, взял наши вещи, и мы пошли по вечереющему осеннему городу.

  Возле дома моей бабули мы остановились.

– Что, наша тихоня нашла себе мужчинку? – услышали мы насмешливый голос Ланы. От этих слов Колян сник совсем, а я разозлилась не на шутку. Просто этот суматошный день вымотал меня окончательно. Все эти разборки в колледже из-за нового препода, ссора с Лелькой, встреча с Глебом, а тут еще и сестрица насмехаться изволит.

– Что тебе не нравится? – враждебно спросила я у нее.

– О, какие мы грозные, – подняла вверх идеальные брови сестричка.

– Лана, – угрожающе произнесла я, – отвяжись по-хорошему.

– А то что?

– Оль, не надо, – попытался меня успокоить Николай, но был награжден таким взглядом, что заткнулся сразу.

– А то я перестану быть такой милой тихоней, которая все терпит.

– Ну-ну, – рассмеялась красотка, – уже боюсь. Ты бы лучше в салон сходила, да себя в порядок привела, а то так и останешься замарашкой.

– Ты поэтому все время по салонам мотаешься? Боишься, что все вокруг увидят, какая ты на самом деле гадкая, как жаба? Твоя отвратительная сущность рано или поздно вылезет наружу и все ее увидят. Жаба!

– Парагвайская! – заржал Семен, стоя на крыльце. Оказывается, он там стоял и все слышал. Мне стало стыдно за свой порыв.

– Идиоты, – прошипела Лана и, гордо вскинув подбородок, прошествовала в дом. Сема мне лишь подмигнул и тоже ушел. Я перевела взгляд на потрясенного Коляна.

– Ты меня не устаешь удивлять, – только и сказал он.

– Достали все, – вздохнула я.

– Ладно, давай, до завтра, – он вернул мне сумку и пошел домой. Я еще немного постояла у входа, пытаясь привести в порядок чувства и мысли, замерзла и пошла к себе.

Дома, поцеловав бабулю, пошла делать уроки. О том, что сегодня творилось целый день в колледже, старалась не думать. Казалось, у меня медленно едет крыша. Не может такого быть, что только я вижу все эти странности, касающиеся мистера Тигана! Его гипнотические глаза, горящие зеленым огнем, опять ворвались в мои воспоминания, вызывая трепетную дрожь. Одновременно с этим невольно вспомнилось ощущение от его теплых рук на моей талии. Я со злостью швырнула ручку на стол. Оказывается, все это время я сидела над тетрадью по биологии и не написала ни строчки. Боже, я такая же дура, как Марьяна! Не хватало мне этого! Я с силой оттолкнула стул от стола, встала, взяла халат, свою любимую книгу и направилась в ванную.

– Детка, – послышался голос бабули из кухни, – ты кушать собираешься?

– Спасибо, ба, я сыта, – дернув ручку в ванную комнату, с досадой поняла, что там занято, – черт.

За дверью весело журчала вода, и раздавалось фальшивое пение. Все ясно – Лана. Это точно надолго. Я вздохнула и поплелась на кухню.

– Передумала? – бабуля захлопотала вокруг меня.

– Там Лана купается, – пожаловалась я, вгрызаясь в ароматный пирожок.

– Все понятно, – когда бабуля улыбается, вокруг ее синих глаз лучиками разбегаются морщинки, – эта русалка там надолго.

– Скорее кикимора, – проворчала я.

– Когда же вы помиритесь?

– Я с ней никогда и не ссорилась, – опять я виновата, как всегда.

– Характер у твоей сестры, конечно, не сахар, но ты ведь такая хорошая, светлая девочка!

– Вот поэтому, – в дверях появился Семен, – Лана ее и третирует. Подвинься, мелкая.

Я показала ему язык и подвинулась.

– Она скоро выйдет, – по секрету сообщил Сэм, – у нее сегодня свидание. Так что недолго ждать тебе. – Он шутливо щелкнул меня по носу. В ванной перестала шуметь вода. Я подобралась, встала, направляясь к двери. Тут за ней послышался женский визг.