По нервам короля

Если день начался паршиво, следует непременно обвинить в этом кого-либо, кто, например, просто проходил мимо. Нет, серьезно, не стоит корить себя любимую!

Вот и я, проснувшись, запустила подушкой в левую сторону. Попала в Марту. Добрая тетка служила в нашем особняке палочкой-выручалочкой уже два десятка лет. Все умела: и шить, и готовить, и стирать, и слушать мои капризы.

А уворачиваться не научилась.

Хотя я никогда по утрам, сидя в постели, ничего не швыряла в правую сторону. Там, на подоконнике, вечно ворча и хрюкая во сне, спал Добряк. Этот котик редко пребывал в хорошем настроении. Видите ли, с такой хозяйкой не положено радоваться ежедневной рутине. А от него всего-то требовалось подпитывать меня энергией, что, кстати, происходило само собой в рамках привязки фамильяра к магу и никак не должно было утомлять ни того, ни другого.

Но Добряк, похоже, был не в курсе. Строил из себя запаханного до изнеможения упрямого осла.

— Ну когда уже папенька тебя выпорет? — лениво ухмыляясь, задал кот вопрос куда-то в стену.

Кстати, Марта, когда впервые увидела это лохматое нечто, способное улыбаться, хмуриться и закатывать глаза, категорически отказалась называть Добряка котом. А когда он заговорил, и вовсе хлопнулась в обморок. Что поделаешь, родом бедняга была из такого захолустья, где о магах лишь слышали. А о магических животных только сказки сочиняли.

— Папочка ценит мое душевное спокойствие! — ответила я коту.

— Зато ты не ценишь никого вокруг. Что опять? Ночью комарик укусил барышню в костлявую филейную часть? — Добряк принялся лениво покачивать пушистым черным хвостом из стороны в сторону.

— Нет, опять кошмары. Но тебе же все равно, ты-то спишь как перепивший старый трактирщик. И пахнешь так же, — я поморщилась, действительно мой кот сегодня больше походил на помойную крысу. — Где тебя носило?

— Я — кот, а не плюшевая игрушка. Не обязан сидеть около твоих пяточек и тратить лучшие годы жизни на всякую ерунду.

Поняв, что Добряк не настроен делиться секретами, я кинула в него очищающим заклинанием и перевела взгляд на Марту. Мне тут же поплохело. Бледная служанка, обладающая и без того неестественно огромными глазищами, сейчас растопырила их еще шире.

— Марта, что стряслось? — представила я самое худшее. Может, папенька с сердцем снова мучается?

— Добрейшая госпожа, кажется, вы сегодня замуж выходите...

— Етишкин корень, — ошарашенно проговорила я. А где-то за спиной со смеху рухнул с подоконника мой злобный котяра.

— Говоришь, папочка ценит твое душевное спокойствие? — вдоволь насмеявшись с моего горя, подал голос Добряк.

— Если нет ума решать мои проблемы, хотя бы просто помолчи!

— А в чем, собственно, проблема? Или ты надеялась, что этот день никогда не настанет? Планировала бездельничать до верной старости?

Не то чтобы я была явной противницей замужества, да и сверстницы мои уже давно обзавелись мужьями. А некоторые и парой детей. Но ведь у папеньки даже в разговорах эта тема не проскакивала. Когда он успел подыскать мне жениха? Ночью? Почему не спросил меня, почему свадьба состоится так скоро? Что-то тут было не чисто. Не мог он так со мной поступить.

— Марточка, душенька, — обратилась я к служанке, которая уже подготовила слишком нарядное для простого утра платье, — а ты часом ничего не перепутала?

— Да нет же, светлейшая госпожа! Вы вчерась вечером отдыхать уж легли, а к папеньке вашему гость нагрянул. Так они до утра почти беседу вести изволили. К рассвету разошлись, слегка лишь в дрему провалились. И вот уже опять беседы беседуют.

Марта, взяв щетку, принялась осторожно расчесывать мои волосы. Призадумалась.

— Ну, а свадьба-то откуда взялась? — поторопила я служанку, случайно дернув головой так, что аж пискнула от боли. Волосы мои все еще были у Марты в руках.

— Так папенька ваш приказал столы свадебные готовить. Сказал, дочь будет замуж выдавать. Мне кухарка поведала.

Это что же получается? Отец, жених, служанки, кухарки — все в курсе? А я узнала о рухнувшем на голову счастье самая последняя.

Вскочив с кровати, я втряхнула себя в первое попавшее платье, проигнорировав подготовленный служанкой наряд. Не зашнуровав толком корсет, не уложив волосы хоть в некое подобие прически, вылетела из своих покоев. Так я растрепанная и красная от ярости влетела в гостевой зал.

Там восседали за приятной беседой и чаем папенька с незнакомым мне мужчиной. Чуть старше меня на вид, широкоплечий, больше похожий на простого рабочего негодяй выглядел до тошноты спокойным и невозмутимым.

Оба перевели свои взгляды на меня, ибо ворвалась я в сопровождении оркестра из хлопнувшей двери и упавшей со стены картины. Воцарилась немая пауза.

— Что здесь происходит? — я постаралась спросить максимально вежливо и спокойно, хотя ситуация и не располагала к добродушной беседе.

— Амелия, — первым ожил отец, — я как раз хотел представить тебя достопочтенному королю Ардарии, Вильяму.

Отец встал с кресла, приблизившись, приобнял меня за плечи.

— Что за вид? — различила я едва слышный шепот папеньки у самого уха. — Ваше высочество, — обратился он уже к королю, видимо, мой ответ ему не требовался, — моя единственная дочь Амелия, маг высшего разряда, известный во всем городе ювелир, прекрасная хозяйка и просто красавица, рада приветствовать вас в нашем скромном имении.

Ага, так я была рада, что с трудом сдерживалась, чтобы не намагичить какую-нибудь пакость. Скромном имении? Да папенька один из самых богатых и влиятельных людей города. Даже король, пусть и с детства привык подтирать сопли расшитыми золотом платками, должен был заметить дорогое убранство особняка.

Наш гость медленно поставил чашку с травяным напитком, старательно заваренным кухаркой, на стол. Поднялся с кресла, одернул и без того идеально сидящий на нем камзол, подошел, слегка наклонил голову и бархатным, раздражающим голосом произнес:

— Рад, наконец, познакомиться с будущей женой, — при этом ни один мускул на лице его не дернулся, не выдал хоть что-то, напоминающее эмоции.

— Ваше высочество, — притворно ласково обратилась я к женишку, — а не пойти ли вам к черту! — крикнула я и вырубила короля сонным заклятием.

— Амелия!!! — никогда я не видела папеньку в таком гневе. Его ноздри раздувались, а волосы, кажется, стояли дыбом, слегка покачиваясь на сквозняке.

Король мирно посапывал, лежа на новом дорогущем ковре, который папенька недавно приобрел в гостиную.

— Ты хоть понимаешь, что ты наделала? Ты напала на короля!

Честно говоря, не многие могли похвастаться тем, что завалили на ковер самого короля. Во-первых, силенок не хватило бы. Все-таки у Его высочества магии в теле было побольше, на то оно и Высочество. Мне же помог лишь эффект неожиданности. Вильям никак не мог предположить, что невеста кинется драться с первой же секунды добрачного общения. Во-вторых, ни одна девушка, находясь в своем уме и добром здравии, не напала бы на короля. Да и не только девушка. Королей было принято либо уважать, либо бояться. Можно и любить, а ненавидеть — молча.

— А ты хоть понимаешь, что ты наделал? Ты продал меня! Предал. Мы же договаривались, что ты хотя бы посоветуешься со мной, перед тем как замуж выдавать. Я не хочу замуж сейчас, — пыталась я достучаться до отца, который, не отрываясь, смотрел на спящее Высочество.

— Амелия, я прошу тебя, сними проклятие, пока Его Высочество не увидел во сне твою казнь и она не показалась ему более привлекательной, чем свадьба.

В первую очередь я подбежала к шкафу, где всегда на самом видном месте стояли папенькины сердечные капли. Отмеряв нужное количество, поднесла стакан с вонючей жидкостью отцу, который уже рухнул на свое любимое кресло у камина. Убедившись, что он выпил лекарство, решила пока отставить попытки сопротивления, подошла к Вильяму и присела возле него на колени. Сонное заклинание считалось самым простейшим. Любой юный маг осваивал его на раз два. Оно не несло никакого вреда здоровью, снималось либо магом, наложившем его, либо теряло свою силу спустя пару часов самостоятельно. Любой желающий мог от него отгородиться, если, конечно, ожидал атаки. Но почему у короля Ардарии не было защиты, рассчитанной на внезапные нападения? Она стояла даже у простолюдинов, хоть немного обладающих магией. А тут такая важная шишка... И теперь на полу валяется...

Сняв сонное заклятие, я отошла в сторонку. Мало ли. Проснется сейчас и запоздало сдачи даст.

— Ваше высочество, вы меня слышите, — раздался уставший голос отца.

Вильям открыл глаза, сел и с легким недоумением на лице оглянулся на моего отца.

— Я вас слышу, Генрих. Все в порядке, — Его высочество слегка махнул рукой в успокаивающем жесте. — Знаете, в последнее время мне никак не удавалось выспаться, даже сонные зелья не помогали. А сейчас я чувствую себя на редкость отдохнувшим.

Он что, улыбается? Надо будет как-нибудь залезть к нему в голову и проверить здоровье. Не каждый человек обрадуется, когда его уронят на пол.

Король поднялся, вернулся к своему креслу и спокойно отпил уже остывший чай.

— Генрих, не могли бы вы оставить меня наедине с моей невестой?

— Да, конечно, — отец поспешил удалиться, кинув на меня грозный предупреждающий взгляд.

— Прошу, Амелия, присядьте, — предложил Вильям.

Мне ничего не осталось, кроме как повиноваться. В конце концов, простой разговор мог принести больше пользы, чем слепая ярость и швыряние проклятиями. Да, я это понимала, но не всегда получалось справиться с эмоциями.

— Амелия, я понимаю, что сегодняшний инцидент можно назвать полным недоразумением и готов закрыть глаза на столь... Хм, холодный прием. Но впредь не потерплю подобных нападений. Более того, это может быть опасно. Вам повезло застать меня в момент, когда защита была полностью отключена. В противном случае, мы бы сейчас готовились не к свадьбе, а к вашим похоронам. Надеюсь, вы меня поняли, ради вашей же безопасности.

Я нервно сглотнула. Вот уж действительно повезло. А в голове за секунду улетучились все мысли о мести о прочих пакостях. Сначала нужно хорошенько обдумать, какие из них не положат меня в гроб.

— Вы застали меня врасплох, Вильям. Я не собираюсь замуж.

— К сожалению, придется. В Ардарии во всю идет подготовка к свадьбе.

— Так отмените! — крикнула я.

— Не могу.

Прозвучало так твердо, что я лишилась дара речи. Не может? Он же король, черт его дери!

— Амелия, я так полагаю, ваши вещи уже собраны. То, что Марта не успеет взять с собой, приобретем в Ардарии. Мы отбываем через час. Советую вам взять то, что особо дорого, домой вы сможете вернуться не скоро. Все остальное обсудим по дороге, не теряйте времени.

Ах он уже и имя моей служанки запомнил! Хорошо, мы обязательно все обсудим, у меня получится убедить короля в том, что хорошей жены из меня не получится, а пока...

— Я НЕ ПОЕДУ!!! ТЫ РЕХНУЛАСЬ! ЗАМУЖ ТЕБЕ, А СТРАДАТЬ МНЕ! САМА ЕДЬ. РРРРМЯЯУУУУ!!!!

Истерика Добряка была абсолютно безосновательна. Не мог фамильяр жить вдали от своего мага. Но мой кот способен закатывать истерики по любому поводу. Вот и сейчас мы вдвоем с Мартой запихивали это чудовище в магическую клетку, слушая самые отборные ругательства в мире.

Все мои вещи Марта сложила в экипаж, по крайней мере те, которые мы успели запихнуть в чемоданы. Громко орущую магическую клетку пришлось передать солдатам короля, сопровождающим Высочество во всех путешествиях. Честно говоря, увидев бравых вояк, мне стало чуточку спокойнее, что наш путь будет безопасным. На Вильяма полагаться не стоило. Я вообще пока не представляла, как этот человек управляет целой страной. Внешне слишком спокоен, немногословен, а с магическим фоном вообще что-то странное вытворялось. Иногда я чувствовала исходящие от короля мощнейшие магические потоки, а иногда мне казалось, что Высочество абсолютно пуст. Но такого попросту не могло быть.

Мы уже стояли на пороге папенькиного особняка, собирались в путь, как вдруг над головой прозвучало пронзительное карканье. Огромный черный ворон плавно опустился на плечо Вильяма.

— Ср-р-рочное донсение для Его высочества, — произнес пернатый.

— Прошу меня извинить, — обратился к нам король и поспешил удалиться.

Я проследила взглядом за будущим супругом, они с вороном отошли не очень далеко, но разговаривали слишком тихо, чтобы можно было хоть что-либо услышать. Я послала в их сторону заклятие-прослушку, но оно молниеносно вернулось обратно, больно щелкнув меня по носу. Почесав ушибленное место, поймала на себе недовольный взгляд Вильяма. Так значит, восстановил защиту. Хорошо еще, что откаты от щита бьют слабо, если заклинания не слишком опасны для того, к кому направлены.

Разговор долго не продлился, однако после него вид у Вильяма стал каким-то хмурым и задумчивым. Мы быстро попрощались с отцом и двинулись в путь.

Уже сидя в экипаже, я пристально рассматривала короля. Темные брови и волосы делали его похожим на того самого ворона, принесшего, наверное, дурную весть. Грубые черты лица, острые скулы. Я могла бы посчитать его привлекательным, но этого было мало, чтобы смириться с помолвкой. Чужой, закрытый и холодный. Совсем не тот, о ком я мечтала.

— Спрашивайте, Амелия, — заметив, с каким вопросительным выражением лица я смотрю, сказал Вильям.

— Что сказал ворон?

— Не об этом.

— Пф, — фыркнула я от раздражения. — И вы хотите, чтобы я стала вашей женой. А как же доверие? Или думаете, я соглашусь сутками сидеть в своей комнате, а выходить в свет лишь в качестве приложения к вам?

— А вы хотите править? — на лице Вильяма появилась усмешка.

— Я хочу отменить свадьбу. Хочу самостоятельно выбрать мужа, которому смогу доверить свою жизнь. Который сможет доверить мне любую свою тайну. Который...

— Будет вас любить? — перебил меня Вильям.

— Возможно.

Король с задумчивым выражением лица отвернулся к окну. Помолчав какое-то время, вновь заговорил. И его холодный голос теперь стал ледяным настолько, что хотелось завернуться в шерстяное одеяло.

— Я мог бы доверить вам некоторые секреты, но только после свадьбы. Сейчас вы уязвимы для моих врагов. Но не просите меня о любви. Вы не представляете, на что сейчас похожа моя жизнь. У меня нет времени на чувства, я нужен своей стране. А для этого сейчас мне нужны вы.

— Но почему я?

— Вы самый сильный маг в Гестонии.

Я все еще не понимала, к чему он клонит, но мурашки на коже просто вопили об опасности.

— И я собираюсь забрать вашу магию.

Я почувствовала, как от последней фразы Вильяма вся магия во мне всколыхнулась, поднялась, приготовилась вырваться наружу. Да как он посмел? Нет преступления страшнее, чем отобрать у кого-либо магию. Любой вместо этого выберет смерть.

Не успела я снести королю голову, как почувствовала странную вибрацию в воздухе. Нет, не вибрацию, это был настоящий шторм. Тьма, способная стереть в пыль любого, кто попадется ей на пути. И исходила она от Вильяма.

Мы смотрели друг на друга, а во взглядах читалось противостояние. Я чувствовала, что сейчас у меня нет ни единого шанса даже волос с головы Его высочества уронить. И поэтому моя магия легкими теплыми волнами сворачивалась в клубок где-то внутри меня.

Теперь я понимала, почему именно Вильям стал королем Ардарии. Но почему его магия была столь нестабильна? В один момент ее словно и не было вовсе, в другой — она ужасала.

— Я никогда не смирюсь с этим, — гневно произнесла я, прервав затянувшееся молчание. — Лучше умру, но не позволю отнять свою магию!

— Амелия, подумайте. Вы станете королевой, самой желанной и неприкосновенной женщиной в Ардарии. Вы не будете ни в чем нуждаться и жить в царских условиях.

— Без магии! — крикнула я. — Я вам ни какая-нибудь простушка или нищенка! Речами о богатстве вы меня не купите.

— Не хотите богатства, придумайте что-либо другое. Я готов до конца жизни исполнять ваши капризы, чтобы загладить вину за то, что сделаю. Но я это сделаю. Это необходимо моей стране.

Да где это видано, чтобы стране требовалась кража чужой магии?! Но я не стала спрашивать, все равно ведь не ответит. Вместо этого у меня осталось еще два важных вопроса:

— Скажите, Вильям, почему именно я? И что вы наплели моему отцу? Он не согласился бы на свадьбу, если бы знал, что вы такой подонок.

На секунду на лице короля промелькнула эмоция, похожая на сожаление. Или мне показалось?

— Ваш отец не знает о моих планах. Я пообещал, что постараюсь сделать вас счастливой. Возможно, мы по-разному понимаем, что такое счастье. Но я выполню обещание и действительно постараюсь устроить вам счастливую жизнь. — Вильям смотрел мне в глаза, а в них я видела лишь пустоту. Как будто кто-то выкачал из короля все то, что делает нас людьми, и оставил пустую оболочку. — Мне необходима девушка, сильный маг. Я могу забрать ее магию только после заключения брака, того требует ритуал.

Ах, значит, король и тут нашел лазейку. Не хочет использовать преступное проклятие, отнимающее магию. Передача магии супругу считается нормой. С одним лишь но...

— Насколько я знаю, супруги могут передавать друг другу магию лишь добровольно, — я не сдержала ухмылки.

— Но не в королевских семьях. Есть одно условие, при котором, при необходимости, магия из королевы перетекает в короля даже без ее согласия.

— И что же это за условие?

— Угроза стране.

Так значит, в Ардарии сейчас неспокойно. Еще один повод ненавидеть эту страну. Почему, собственно, меня должны волновать их проблемы, когда есть моя любимая безопасная Гестония?

— Вы не ответили на мой второй вопрос, — настойчиво произнесла я. — Почему именно я?

— Мне нужна не любая девушка, а самый сильный маг. В Ардарии девушек с наибольшим магическим потенциалом всего три. Все они дочери советников. Ни один из них не согласится выдать их замуж за короля сейчас. Учитывая обстоятельства. А одна из них и вовсе слишком юна. С Болирией мы не в самых лучших отношениях. Остается лишь Гестония, насыщенная магией даже больше, чем Ардария. В вашей стране семь девушек с тем количеством магии, который необходим. Но как известно, они самые завидные невесты.

Это правда. В Гестонии зачастую браки заключались исходя из магического потенциала. Но не значит же это, что всех невест, подходящих Его высочеству, уже разобрали?!

— Не все из них замужем, — предугадал мой вопрос Вильям. — Лишь трое. И трое малы для брака. Остались лишь вы, Амелия.

— Может, вы плохо искали, Вильям?

— Да, это возможно. Но, если вы забыли, у меня слишком мало времени. Так что считайте это случайностью. Или судьбой.

Ардария практически ничем на первый взгляд не отличалась от моей родины. Деревушки помельче и покрупнее были расположены вблизи друг от друга. Я и не заметила, как мы проехали около десятка таких поселений подряд. Столица оказалась самой оживленной и многолюдной. Улицы были переполнены жителями городка, спешащими каждый по своим делам.

Мы с Вильямом сохраняли молчание почти на протяжении всей поездки. Все тот же ворон принес королю сверхважные бумаги, и Его высочество не поднимало от них своего носа. Я же вынашивала план, как отменить свадьбу.

Экипаж остановился перед огромным дворцом. И если в Гестонии королевский замок был построен из светлого камня, то этот на его фоне казался мрачным и больше походил на военную крепость.

Стоило нам остановиться перед самым порогом, как нас тут же окружила куча людей. Судя по важному виду некоторых, можно было предположить, что короля вышли встречать сами члены совета. У каждого в руках были какие-то бумаги и срочные вести. Вильям, слушая, казалось, сразу всех, поспешил удалиться внутрь дворца, не удостоив меня даже взглядом.

Не могу сказать, что меня это задело. Конечно, мечтай я действительно стать женой этого сухаря, стало бы обидно. Но я не мечтала.

Молодая девушка, одетая, видимо, в униформу прислуги, подбежала ко мне с вежливой улыбкой:

— Меня зовут Оливия, госпожа. Я провожу вас в ваши покои. Наверное, вы желаете отдохнуть с дороги?

— А как же мои вещи?

— Это не ваша забота, — махнула рукой служанка. — Невесте короля не положено таскать тяжести.

Так, значит, тут уже знали, в качестве кого я прибыла во дворец. Притвориться дурочкой не получится.

— Одну минуту, — обратилась я к Оливии и направилась обратно к экипажу, — у меня есть ценный груз, который нельзя тут оставлять.

Сначала перед нами показалась клетка, затем я опрометчиво сняла заклятие тишины, и послышались такие вопли вперемешку с ругательствами, что мне стало стыдно.

—Добряк, прекрати истерику! — пыталась перекричать я обезумевшего кота.

— Верни меня домой, иначе я спалю во сне твои волосы!

— Тебе запрещено как-либо вредить мне. Не разбрасывайся пустыми угрозами.

— Выходи замуж за кого угодно, но оставь меня в покое, — продолжал орать кот. — Куда ты меня притащила?

— Заткнись и помоги мне сорвать свадьбу! Тогда мы оба отправимся домой!

Кот навострил уши. Видимо, идея ему понравилась. Фамильяр, тряхнув хвостом, спокойной ленивой походкой направился внутрь замка, слово и не было никакой истерики. Вздохнув, я взглянула на служанку, о присутствии которой успела забыть. Круглые глаза смотрели на меня с ужасом и удивлением.

— Сорвать свадьбу, госпожа? Как можно?

— А как можно заставлять кого-либо выходить замуж поневоле? — возмутилась я.

Оливия немного растерялась.

— Но король хороший. Его высочество будет достойным мужем. Любая бы мечтала выйти за него замуж.

— Вот любая пусть и выходит. Я же собираюсь в ближайшее время отправиться домой.

На это Оливия промолчала, видимо, вспомнив, что не имеет права вмешиваться в дела господ.

Служанка, провожая меня в мои покои, размахивала руками направо и налево, показывала где что находится. Однако я так устала, что почти ничего не запомнила.

— Вот ваша комната, госпожа. Лучшая во дворце, — Оливия светилась от гордости, словно сама обставляла здесь каждый уголок. А может, так оно и было, откуда мне знать?

Покои поистине можно было назвать королевскими. Огромная просторная комната была украшена коврами и гобеленами. Окно во всю стену открывало вид на цветущий розарий. Около него расположился письменный стол и два кресла, а справа к стене прислонилась широкая кровать. На ней уже разлеглась массивная туша моего фамильяра.

— А здесь миленько. Может, мне даже понравится, — ухмыляясь, заявил Добряк.

Я же проигнорировала кота. Сил на перепалки не оставалось, хотелось помыться с дороги и привлечь отдохнуть. Со всеми водными процедурами мне помогла справиться Оливия. Однако я поспешила выпроводить ее за дверь. Не терпелось остаться одной и привести в порядок мысли.

За окном вечерело. Надев ночную сорочку, я расположилась за небольшим столиком, над которым висело зеркало. Взяла в руки щетку и принялась расчесывать все еще влажные волосы. И тут услышала, как дверь за моей спиной тихо приоткрылась.

— Вы еще не спите, — в комнату вошел Вильям. — Я боялся вас разбудить.

— Я сейчас совершенно не настроена на разговоры.

И правда, день был слишком долгим, а настроение скверным, что неудивительно в силу последних обстоятельств. Я ждала, что король покинет мои покои, но он, кажется, не спешил оставить меня в одиночестве.

— Вильям, прошу, уйдите.

— Но это моя комната.

— Служанка сказала, что это мои покои, — ответила я в полнейшем недоумении.

— Кхм... Я, наверное, не совсем понятно выразился. Теперь это наша с вами супружеская спальня, Оливия. Нет смысла жить отдельно. Мы уже помолвлены. Свадьба через два дня.

Помолвка... Свадьба... Еще и общая спальня. Последняя капля достигла дна. Я была не удивлена. Я была в бешенстве. Глаза заволокло красной пеленой. Где-то, словно вдали, послышалось кошачье "О черт!".

И комнату заволокло алым пламенем. Сжечь дотла, уничтожить, убить! Такое приятное чувство и, наконец, покой. А вокруг лишь запах дыма, пепел и чьи-то беспокойные крики.

Очнулась я в незнакомой комнате. Добряк сидел около моего плеча и размахивал огромным хвостом, как опахалом. Когда сознание немного прояснилось, а зрение вернулось в норму, посмотрела по сторонам. Вильям сидел на кровати около моих ног, уронив голову на руки, словно очень устал. Напротив него по комнате расхаживал незнакомый старик.

— Я считаю, свадьбу откладывать нельзя. Вы посмотрите, что она натворила, — услышала я скрипучий голос незнакомца и зажмурила глаза, притворяясь, что все еще нахожусь в отключке. — Заберете у нее магию, мы решим все проблемы, а девченке подарите парочку золотых побрякушек. Или что она там попросит.

— Ошибаетесь, Карл. Наши проблемы не исчезнут, как только я получу магию Амелии. И она ни за что на свете не согласится на, как вы выразились, побрякушки. Не забывайтесь, она сильнейший маг и будущая королева, а не девчонка с улицы.

Послышалось презрительное фырканье, и Карл продолжил беседу:

— Как несправедлив и нелогичен наш мир. Женщины вообще не должны обладать такими резервами. Их место подле мужа и детей.

— Это все пережитки прошлого. Сейчас наши женщины справляются и с семейными заботами и заменяют лучших магов в любых отраслях.

Мне стало даже немного приятно, что Вильям так яро отстаивает честь женщин-магов.

— Но они стали самонадеяны. Их наглость не знает границ. Эта девчонка спалила ваши покои. А что, если бы это произошло в момент сбоя вашей магии? Вы могли пострадать.

— Дворец защитил бы.

— Сомневаюсь, защита дворца трещит по швам. Барахлит так же, как и ваш магический фон. Нужно найти виновных, пока нас всех не перебили.

— Не будем обсуждать это сейчас. Оставьте меня наедине с Амелией.

Послышались торопливые шаги и дверной скрип.

— Я знаю, что вы очнулись.

Открыв глаза, я обнаружила на себе пристальный взгляд Вильяма. Сейчас он выглядел как никогда уставшим. Черные волосы были взъерошены на макушке, под глазами залегли темные круги.

— Зачем же вы позволили мне подслушивать?

— Добряк, оставь нас, — обратился король к моему фамильяру, и кот послушно испарился, ошарашив меня своим послушанием.

— Рано или поздно вы обо всем узнаете. А об опасности в замке должны знать уже сейчас.

— Опасность грозит и мне?

— Всем, кто находится во дворце. А нам с вами особенно. Как и членам совета. Пятерых уже убили.

— Почему барахлит защита? И ваш магический фон? — мне вспомнился недавний разговор короля со стариком.

— Кто-то травит меня. Опытный маг, возможно, не один. Заклятие накладывалось малыми порциями, постепенно. Вместе с моим магическим фоном начала сыпаться и защита дворца.

— Предатели? — предположила я, ведь никто посторонний в замок проникнуть не мог.

— Да, нам нужно найти их и подавить возмущения. Все это... — Вильям вздохнул. — Это догая история, Амелия. Как-нибудь я расскажу вам. Вы должны знать, как будущая королева.

— Я не хочу выходить за вас замуж.

— Просто постарайтесь смириться. У меня нет другого выхода, может пострадать народ.

— Вы притащили меня в чужую страну, полную опасностей. Силой хотите жениться на мне и забрать магию, и думаете, мне есть дело до чужого народа? — гнев заполнял все мое нутро. Казалось, я готова спалить дотла не только брачные покои короля, но и весь дворец.

— Давайте заключим с вами сделку. Я попытаюсь максимально отсрочить свадьбу. Но не обещаю, на меня давят обстоятельства и совет. А вы попытайтесь меня понять и смириться со скорой свадьбой.

— Нет уж, Ваше высочество. Это вы попытайтесь сделать так, чтобы я захотела выходить за вас замуж.

На следующий день я проснулась очень поздно. Вчерашний выплеск магии дал о себе знать. Чувство опустошения и полной апатии не давало подняться с постели, но я все же собрала себя в кучку и встала. Вечерний разговор с королем не принес никаких результатов. Он все еще должен на мне жениться, мне все еще было плевать. Печально, что в Ардарии возникли проблемы, но я не должна расплачиваться своей магией, чтобы помочь чужой стране, чужому народу. Чужому мужчине.

— И каков твой план? — спросил Добряк, который, конечно же, был в курсе всех событий.

— Убедить короля, что наш брак — плохая идея.

— Но это не так. Для него это не просто хорошая идея, а единственный шанс на спасение королевской задницы.

— А как же я? Я не смогу жить без магии, — даже мысль об этом была сродни мыслям о смерти.

— Ты станешь королевой, найдешь себе занятие поинтереснее.

— Стоять за спиной короля? Быть его тенью и красивой статуэткой?

— Это в Гестонии королевы только стоят около короля и рожают наследников. В Ардарии дела обстоят иначе. Мать Вильяма, например, занималась строительством сиротских домов. Именно во времена ее правления на улицах стало меньше беспризорников.

Этого я не знала. Честно говоря, я вообще ничего не знала об Ардарии. Даже если эта страна такая замечательная, она все равно чужая.

Надев легкое фиалковое платье и приведя в порядок волосы, я вышла из своей комнаты. Около двери стояли два стражника . Они предложили проводить меня в столовую, где уже был накрыт завтрак на одну персону.

— Почему в замке так пусто? — обратилась я к одному из них.

— Заседание Совета, госпожа, — коротко ответил мужчина.

Когда я закончила трапезу, рядом показалась Оливия.

— Я провожу вас обратно в ваши покои, — сказала служанка, и из меня чуть не вырвался протест.

В конце концов, я же не пленница!

— Я хочу погулять по дворцу или по двору. Не собираюсь сидеть в своей комнате весь день.

— Но сейчас это небезопасно, — Оливия округлила свои маленькие глазки. — Вам было позволено гулять по розарию, но после вчерашнего там нечего делать.

Розарий. То самое райское место, расположенное рядом с покоями, которые я вчера сожгла. Сразу же появилось желание взглянуть на него еще раз.

— А что случилось с розарием? — спросила я у служанки.

— Огонь добрался и до него. Там почти ничего не уцелело.

— Отведи меня туда.

Шли по коридорам замка мы в полном молчании. Оливия отличалась от Марты сдержанностью. Я привыкла к старой служанке, которая болтала без умолку и всегда чему-то удивлялась. Вспомнив о Марте, в памяти ожил и образ отца. Я скучала по дому, который почти не покидала с самого детства.

— Мы пришли, — Оливия остановилась перед почерневшей дверью сгоревших покоев.

— Можешь оставить меня одну? — не хотелось, чтобы кто-то увидел, как я покраснею от стыда, когда буду осматривать принесенный мною урон.

— Я позову стражу. Они будут прямо под дверью, — произнесла Оливия и поспешила удалиться.

Я вошла в сгоревшую комнату и просто ужаснулась. Обугленная мебель была переставлена и местами разбита, слово вместе с огнем тут бушевал и ветер. Такие всплески магии иногда случались. С другими, не со мной. С детства меня учили самоконтролю. И в Ардарии ему пришел конец.

Я прошла вглубь комнаты и оказалась возле входа в розарий. Еще вчера это место благоухало множеством ароматов, пестрело разными цветами. А сегодня больше походило на кладбище.

В конце розария на скамейке я увидела сгорбленный силуэт. Вильям.

— Я думала, вы на заседании Совета.

— Оно уже завершилось.

Я опустилась на скамейку рядом с королем.

— Красивое было место. Я сожалею, что так вышло.

— Я люблю приходить сюда. Здесь хорошо думается. Моя мать вложила всю душу в этот розарий, — на лице Вильяма показалась печальная улыбка.

— Ваша мать? — сердце пропустило удар.

— Она создала его, ухаживала за этими розами без всякой магии и любила всем сердцем. До самой смерти.

На глаза навернулись слезы, но я сдержала порыв заплакать. Сама виновата. Уничтожила дорогое королю место, оставшееся от покойной матери. Было стыдно и горько. Отвернувшись от Вильяма и стараясь успокоиться, я спросила:

— Какой она была?

— На мой взгляд, самой доброй на земле. Отец не заслуживал ее. Моя мать являлась дочерью советника. Это был политический брак, но она нашла в себе силы полюбить короля. Вот только отец ее не любил. И королева дарила свою любовь всем, кто ее окружал: своим детям, чужим детям, подданным. Этим прекрасным цветам, — Вильям сидел с закрытыми глазами и спокойной улыбкой, будто вспоминая, как тут все выглядело еще вчера. До моего приезда.

Я представила женщину, которая годами трудилась, выращивая цветы, способные даже после ее смерти напоминать о доброте королевы. В глазах снова защипало, но меня отвлек голос Его высочества.

— Простите меня.

Я уставилась на короля в полном недоумении.

— Я должен был извиниться еще вчера. Амелия, я не монстр. Я знаю, как тяжело девушке выйти замуж за абсолютно чужого мужчину.

Король взял мою ладонь в свою крепкую руку и продолжил:

— Обычно молодые леди мечтают влюбиться, долго мечтать о свадьбе. Самостоятельно принимать решения. Я прав?

Я кивнула, не в силах ответить, глядя в печальные глаза Его высочества.

— Поэтому сегодня я уговорил совет отсрочить свадьбу. Всего на неделю, но я надеюсь, вы согласитесь стать моей королевой. Вчера вы были абсолютно правы, я не имею права принуждать. Могу лишь надеяться, что удастся вас убедить.

Что-то екнуло в моей груди. Я увидела Вильяма с абсолютно другой стороны. Теперь передо мной сидел не черствый сухарь, а мужчина, готовый все взять в свои руки. Готовый попытаться решить проблемы, которым, казалось, и решения нет.

Если уж мне удалось убедить Вильяма отложить свадьбу, за неделю я придумаю, как уговорить его вернуть меня домой.

— Для него наряжаешься? Так и знал, надолго тебя не хватит.

Добряк сидел на туалетном столике, лениво наблюдая, как я собираюсь на встречу с королем.

— Не обманывай себя, — произнес котяра. — Не встреча это, а свидание.

— Я обещала, что попытаюсь сблизиться в Вильямом. Или сделаю вид, что попытаюсь. Главное, что ему удалось отсрочить свадьбу. За это время, может, Его высочество найдет другое решение своих проблем. Поймет, что я не подхожу ему.

— За это время, дорогая моя, ты и сама в него влюбишься. А затем будешь готова отдать королю всю свою магию до последней капли, — Добряк захохотал. — А Высочество хитер.

— Что ты имеешь ввиду? — насторожилась я.

— Неужели ты не понимаешь, — кот подошел ближе и взглянул на меня как-то даже осуждающе. — Как думаешь, если народ или члены совета случайно узнают, что король Ардарии ослаб настолько, что готов вынудить девушку выйти за него и отдать свою магию, не начнется ли полнейший хаос?

— Думаешь, члены совета не знают?

— О том, что ты не в восторге от свадьбы? Конечно, нет. Иначе тебя давно бы уже им представили. По законам Ардарии королева должна присутствовать на каждом заседании Совета.

Слова фамильяра заставили меня всерьез задуматься о том, в какую западню я попала. Можно ли доверять Вильяму? Во время последней нашей встречи в розариуме король показался мне вполне искренним. Я поверила в его желание сблизиться, дать мне шанс самой решить, согласна ли я на свадьбу. Я искренне надеялась, что в случае моего отрицательного ответа, Вильям не станет устраивать эту женитьбу. Но что, если Его величество лишь нашел способ меня запутать, дать мне привыкнуть и приручить, как дикую птицу, которая в дальнейшем окажется в золотой клетке?

Или же король и сам находится в этой ловушке?

Мы с Вильямом договорились пообедать в саду. Я испытывала легкое волнение перед встречей. Но сегодня у меня была цель, выяснить как можно больше подробностей об обстановке в Ардарии и этих странных сбоях магического фона короля.

— Не лучшее вы выбрали время для встречи, — отметила я, глядя на грозовые тучи, приближающиеся ко дворцу.

— Отчего же? Вам не нравится гроза? — спросил Вильям, задумчиво глядя в небо.

— Предпочитаю более солнечную погоду, — ответила я и поежилась от холода.

От внимательного взгляда короля не укрылось это движение. Он поспешил снять пиджак и накинул его мне на плечи.

— Благодарю, — вежливо сказала я. — Сегодня ваш магический фон снова нестабилен. Хотя вчера вы были в полном порядке.

— Вы правы, такое случается раз в несколько дней.

— Есть предложения, кто может желать вам зла?

— Многие, — коротко ответил Вильям, а я начала потихоньку выходить из себя от скрытности короля.

— Вильям, вы обещали быть со мной более открытым. Я должна вам доверять.

Воцарилась минутная пауза, вдалеке послышались первые раскаты грома.

— Амелия, это действительно может быть кто угодно. У меня много врагов.

— Как и у всех правителей? Или за этим кроется нечто большее?

— Мой отец правил слишком долго, — начал свой рассказ Вильям. — Он был слабым человеком и полностью подчинялся знати. Они вмешивались во всю внутреннюю политику страны. А я поменял некоторые законы. Коротко говоря, им это не понравилось.

— Что именно вы изменили?

— Дал больше прав простым работягам. Люди не должны работать за хлеб и крышу над головой. Теперь они имеют право выбирать, отказываться от работы, просить достойную оплату.

Вау, мне поистине нравилось это решение Вильяма. Ведь действительно, простые рабочие не должны страдать и терпеть скотские условия. Это очень благородно и человечно.

— Должно быть, народ вас очень любит.

— А знать ненавидит, — на лице Его высочества появилась хитрая ухмылка.

— Неужели никак не получается выследить главных зачинщиков?

— На самом деле мы напали на след. Но все не так просто, ведь враг работает чужими руками. Он очень хитер и изворотлив. Это не просто наемный убийца, это опытный маг с огромным резервом и, судя по всему, доступом к запретной магии.

От этих слов у меня по коже поползли мурашки.

— Вы совсем замерзли.

Я не поняла, как это произошло. Вот Вильям подвигается ближе, вот протягивает ко мне свои руки, а я бью по нему ослепляющей пылью.

Вопль короля.

Крики и топот стражи.

Мне связывают руки магической цепью.

Все что-то наперебой кричат.

Я пытаюсь вырваться.

Где-то на яблоньке ржет мой котяра.

— Остановитесь! — послышался усиленный магией рев Вильяма.

—О, вот и магический фон восстановился, — брякнула я с перепугу.

Все вокруг замерли.

— Оставьте нас, — твердый приказ короля тут же был выполнен.

Оказавшись наедине с Вильямом я буквально кожой почувствовала его ярость.

— Амелия, потрудитесь объяснить, зачем вы это сделали?

— Вы наклонились ко мне и... — растерянно забормотала я.

— И?

— Я думала, вы хотите меня поцеловать! — крикнула я.

— Я хотел застегнуть на вас пиджак! — еще громче заорал король.

Зато теперь я убедилась, что Вильям — точно не каменное изваяние. Нет, вполне живой человек с очень яркими эмоциями. Сейчас он все еще очень живенько протирал глаза от пыли и смотрел на меня злым взглядом. Жуткое зрелище, учитывая, что глаза Его высочества покраснели от заклятия.

— Так что, свадьба отменяется? — спросила я осторожно.

Ну а что, вдруг после такого инцидента король передумал?

— Не дождетесь! Завтра вы идете знакомиться с Советом! — бросил он и поспешил в сторону дворца, чеканя шаг с такой силой, будто представлял под ногами мою голову.