По следам магии: ведьма и тьма

Хранитель дома

Я видел многое: и хорошее, и плохое. Многие ведьмы этого дома ходили мимо меня. Я стар, и мне бы покоя, чтобы меня не трогали, а они пищат, кричат. 

“Ну что опять случилось?!”

Я заглянул внутрь дома и усмехнулся. Ещё одна ведьма обнаружила фамильяра, да какого! Метла двухэпостасная, повезло нашей Нинель. Да что уж, у нее и силы-то поболее будет, чем у остальных ведьм этого дома. 

Ведьмочка наша с характером, но глу-па-я-я. Она сразу же схватилась за биту и начала размахивать ею. 

„Ну что ты машешь? Это только призрак, коснись её! А потом маши своей битой!”

Конечно, она меня пока не слышит, бабка-то ее силы ещё в детстве заблокировала. Успокоились вроде. Следующий день меня поразил не меньше. Старая Урсула собрала совет, когда наша малышка была ещё в комнате. Совет так совет. Всех домашних хранителей, а я, конечно же, во главе. 

Нинель с метлой быстро подружились, этим же вечером с радостными криками и визгами они отправились на прогулку. Долго не было моей девочки. Но когда она вернулась, ой, что началось-то!

Кстати, я дверной звонок, точнее, корабельный колокол, хранитель этого дома. Я оберегаю покой дома вот уже почти триста лет.

И я вам расскажу о Нинель, она молодая и только сегодня открыла в себе дар, а что из этого вышло, смотрите сами!

Мой дом — место моей силы. Так говорят. 

Я всегда любила свой дом. Он для меня не просто место, в котором я живу, убираю, отдыхаю. Бабушка с детства учила меня домашней магии: как готовить чай с полезными травками, делать разные обереги. 

Она настаивала, что мне пригодятся эти знания, что мир наш не пустой, как думают люди. Ребенком я не понимала, о чем она говорит, и, понятное дело, я верила. Но, повзрослев, осознала — это всё бабушкины сказки. Думала так я до поры до времени. Жила своей жизнью, училась, работала, но однажды на мою электронную почту пришло загадочное письмо. Всё произошло, когда я вернулась домой после тяжёлого рабочего дня. От усталости я валилась с ног, казалось, такой разбитой не была никогда. Мне хотелось только одного — отдохнуть. Но ожидание важного для меня послания заставило включить ноутбук. 

Открыть или удалить папку с ним я смогла не сразу, а лишь после того, как выругалась на неизвестном мне языке.

Гермах амермах!

Почему я решила, что выругалась? Ну, это точно звучит не как «доброй ночи»!

— Что за чёрт? Как такое возможно? 

Я сидела в недоумении, рассматривая конверт, появившийся на моем столе.

На нем была сургучная печать с крошечной птичкой похожей на мифическое существо которое я видела в книге — феникс, бумага стилизована под старину и подписана каллиграфическим почерком. Мягко говоря, я была удивлена и заинтригована. В магию я верила только в детстве, но и тогда я представляла себе её немного иначе, а сейчас передо мной было доказательство обратного. Хм? Или это просто глюк от усталости?

— А-а, я поняла — это бабушкин очередной розыгрыш! Она у меня та ещё шутница!

Старушка в расцвете сил, которая совсем не выглядит как старушка. Урсула Маликова, мать моего отца, в свои семьдесят пять очень бодрая. Занимается спортом — ушу и тхэквондо, путешествует по всему миру с группой экстремалов, является активисткой-зоозащитницей. Я с раннего детства живу с бабулей. Мамы я не помню, а отец, Валдис Маликов, работает за границей и лишь изредка навещает нас. После окончания школы он предлагал мне поступить учиться в академию, где он преподает, но я отказалась, сославшись на то, что не хочу оставлять ба одну. На самом деле я просто боялась покинуть отчий дом и отправиться в неизвестность. Туда, где я никогда не была и где меня не ждали. Отец не в счёт.

Я отложила странный конверт и отправилась спать, решив, что утром разберусь с мудрёной посылкой. Приняла душ и улеглась в мягкую кровать, укутавшись теплым одеялом, моментально уснула.

А ночью проснулась от грохота — на кухне что-то разбилось. Животных у нас нет. Может, бабуля вернулась с курорта? Я на всякий случай взяла биту, хранившуюся в шкафу ещё со школьных времён, и крадучись пошла на кухню. Моя спальня находится на втором этаже нашего небольшого домика, но шум доносившийся был очень громки, забравшийся в дом явно не скрываясь. 

Сегодня полнолуние, и света, проникающего сквозь тонкий тюль в окна, было достаточно, чтобы разглядеть гостя… Когда вошла, то увидела, что в воздухе парит нечто: это был не человек и не животное — это была метла, но не обычная, а будто сотканная из лунного света — она мерцала и переливалась. 

Она медленно кружилась в воздухе и своими прутьями сбрасывала всё, что стояло на столе и в кухонных ящиках, словно приглашая меня прокатиться. Я испуганно взвизгнула и замахнулась битой, стараясь сбить незваного гостя. 

— А ну прочь, мерзкий призрак! — закричала я на ультразвуке.

Метла кружилась вокруг меня не чувствуя страха. Ну да, а что ей боятся-то, она же призрак! Она будто игралась со мной, а я продолжала махать своим орудием, не попадая в цель… Когда выдохлась, плюхнулась на мягкий стул, а призрачная утварь подлетела ко мне и пристроилась рядом.

— Ну что ты смотришь? Я не ведьма. Брехня всё это! И ты мне только снишься. В отпуск пора мне, понимаешь?

Она потрясла своим черенком, как будто говоря мне: «Нет, дорогая, я реальная».

— Ну и чёрт с тобой, летай, а я пойду спать.

Положила биту и отправилась в спальню.

На утро я обнаружила таинственный конверт лежащий у себя на подушке.

— И почему я не удивляюсь? — задала я риторический вопрос. — Ладно, посмотрим, что мне принесёт этот день.

Метла, к слову, парила над другой половиной кровати. Я вздохнула, это был не сон. Отмахнувшись от назойливого призрака, который так и норовил запутать свои прутья в моих растрёпанных волосах, я распечатала конверт и с первых же строчек впала в ступор.

«Уважаемая Нинель Маликова!

Ваш запрос на обучение в нашей школе магии был одобрен. Посему приглашаем приступить к обучению. Учебный год начинается через месяц.

С уважением, администрация ш.м. «Фениксор»».

Отложила письмо и хрюкнула в кулак. Школа магии? Да не-е, не может быть. Я потрогала свой лоб, ущипнула за руку. Температуры нет, не сплю. Так какого чёрта происходит?!!

Единственное, что мне пришло в голову, — это позвонить бабушке.

— Я же сказала меня не тревожить! — раздался в трубке не слишком старческий голос, на фоне громко играла музыка. 

— Бабуль, у меня непредвиденные обстоятельства. Кажется, у меня шизофрения… У меня в руках странное письмо…

В трубке повисла тишина.

— Ба ? Алло?

Послышались гудки.

Опустила голову на колени и хихикнула, но тут же почувствовала, как матрас подо мной прогнулся. А комнату наполнил цветочный аромат духов вперемешку с морским бризом.

— Ну что ты придумала, детка, какая шизофрения? Ты из-за письма встревожилась? Прости, я хотела устроить тебе сюрприз.

Подняла голову и увидела, как бабушка в купальном костюме сидит рядом, держа в одной руке письмо, а во второй бокал коктейля с зонтиком. Я открыла рот в немом вопросе.

— Не надо. Не кричи. Я всё объясню. Мы ведьмы. Ты потомственная ведьма, и я решила тебе сделать сюрприз и отправила запрос в школу «Фенкисор». Теперь понимаю, что поступила глупо… Нужно было сперва всё обсудить с тобой.

Маленькая тайна

Я сидела и хлопала глазами. Как это ведьмы? Я не ведьма!

— Бабуль, а ты как здесь оказалась? Ты вчера прилетела?

Она покачала головой, встала с кровати и исчезла. Я моргнула, покрутила головой, ища её по сторонам. Снова моргнула, а бабушка уже стоит рядом и протягивает мне подозрительный пузырёк. Нет, травить она меня не будет.

— Что за шутки?! — мои крепкие нервы начинали трещать по швам.

— На, вот, выпей, и всё сама поймёшь.

Я откупорила крышку и глотнула настойку. Она оказалась довольно мерзкой на вкус — горькая и кислая одновременно. Голова резко зашумела, глаза сперва заслезились, а затем я на мгновение ослепла. Зажмурилась, а когда открыла, то обомлела. Вся комната преобразилась, переливалась разными цветами, я видела нити или что-то похожее: красные, голубые, розовые. Они вились и вокруг моего хрупкого тельца, окутывая ноги и руки. Мне казалось, если я протяну руку, то смогу ухватить одну из них. Собственно, что я и сделала. Прикоснулась к синей, и в моей комнате тут же стало прохладно, а окна запотели, как после дождя. 

— Это магия, детка, ты потомственная ведьма. Я и твой отец тоже владеем силой, но не такой сильной, как ты, детка.

Вот так в двадцать три года мне открылась наша семейная тайна. Я почувствовала, как внутри меня что-то меняется.

Теперь я знаю, что магия в моём доме есть.

Мы долго разговаривали с бабушкой, она мне рассказывала о том, как нужно использовать наше волшебство и для каких целей, а как нельзя. Сначала я только слушала и убеждала себя в том, что всё реально, но после того как бабуля показала мне пару фокусов — она сама так назвала чудеса, которые творила, но для меня это было чудо-чудное, я перестала сомневаться.

Бабуля взмахнув рукой, что-то пробубнила, и цветы, которые я забыла полить в её отсутствие, ожили, снова набрали силу и зацвели. Потоки магии, которые я увидела, тоже были очень яркими, хотя она и научилась их скрывать. Ба назвала это магическим зрением.

— Нинель, дорогая, ты научишься всему в школе магии, — говорила бабушка и колдовала над моими волосами. — Сейчас я покажу тебе только самое необходимое.

А меня мучили два важных вопроса: что за зелье она мне дала и почему я раньше не могла колдовать и не замечала волшебства. О чем я её спросила за ужином, который она готовила на кухне.

— Бабуля, что за лекарство ты дала мне выпить, и почему я раньше не видела потоки магии?

Она оторвалась от приготовления блинчиков и ответила мне:

— Ты не могла управлять магией в детстве, никто не мог совладать с тобой — ты сильна, Нинель. Ты смогла оживить статую дракона в парке. Ох и навели вы шума, — Урсула улыбнулась. — На семейном совете было решено блокировать твои силы до совершеннолетия. Твой папа был против этого, но большинством голосов… 

— Но я ничего не помню, — потупила я взгляд.

— Заклинание забвения. Пришлось очистить твою память. Валдис и раньше хотел забрать тебя… — она замолчала.

— Куда, ба? — ее пауза меня насторожила.

— В школу магии «Фениксор». Он преподает в ней уже пятнадцать лет.

Здорово! Вот это мне совсем не по нраву. Семейный заговор против меня! Мы попили чай с блинчиками, ба рассказывала мне истории из детства, которые я совсем не помнила. Ближе к полуночи я отправилась в свою комнату. Нужно переварить случившееся. День пролетел незаметно, спать я не собиралась. Еще раз изучив письмо, тяжело вздохнула — опять учиться. Школа магии — всё звучит как сюр, но я в нем не одна. Со мной самый родной и близкий мне человек — моя бабушка.

Взяв телефон я набрала номер отца. он редко был на связи, и сегодняшний вечер не стал исключением. в трубке раздавались гудки, а мне так хотелось услышать подтверждение слов ба от него. Все же урсуле семьдесят пять…

Призрачная метла продолжала летать за мной хвостиком, куда я, туда и она.

— Тебе не надоело? – не выдержав, спросила я утварюшку.

Она отрицательно покачала головой-черенком.

— Ну что же мне с тобой делать? Я даже сесть на тебя не смогу, ты призрак… — ткнула я в её прозрачное тело.

Удар тока прошёлся по моему телу. Передернула плечами, ух, я взбодрилась. А метла вдруг заискрилась, засияла и в мгновение ока обрела твердую «плоть»: темно-коричневый деревянный черенок и длинные рыжие прутья.

— О! — воскликнула я. — Да ты огненная жгучая красотка.

Мне показалось, что она смутилась, склонила набок пушистую метелку. Чёрт, я говорю с метлой, куда мир катится.

— Ты будешь Марго, мне же нужно дать тебе имя! — и снова искры и яркий свет озарили мою комнату.

На месте метлы оказалась белка! Рыжая с пушистым хвостиком. Она ловко прыгнула мне на ногу, а затем забралась на плечо. 

— Ты имеешь две формы? Или я сбрендила?!

Белка что-то прошуршала мне на ушко и, ловко оттолкнувшись, прыгнула. И передо мной вновь оказалась метла. 

— Круто! — пискнула я. — Что дальше, чем займёмся?

Метла пару раз крутанулась вокруг себя, потом от меня к двери и выжидательно встала передо мной, её прутья разделились на две части, она шагала, изображая мою походку. Стукнула в дверь и кивнула мне. Предлагает мне покататься, но я даже на самолёте летать боюсь, а тут на неопознанном летательном аппарате ещё и без страховки!

— Э, нет, подруга, — я погрозила ей пальцем. — К такому я ещё не готова. 

Ты же шутишь, да? У тебя седла нет, как я буду на тебе сидеть?

Мне прилетело деревянным черенком в лоб, так что у меня искры из глаз посыпались и вокруг моей милой головки белки заплясали.

— Ты зачем дерешься? Без седла не сяду! — потерев лоб, грубо ответила я. 

Рыжая бестия снова меня стукнула. Стараясь скрыться от озверевшей утварюшки, я выскочила из комнаты и вбежала в ванную, заперев за собой дверь. Благо, метла стала реальная и не сможет сквозь стену проникнуть. М-да, здесь я сидеть долго не смогу. Где-то у меня была зелёная краска. Сейчас я покрашу эту поганку. Вот ещё! Драться со мной она решила. Я достала баллончик, встряхнула его как следует и, вытянув руку перед собой, открыла дверь навстречу будущим неприятностям. 

Хитрая мохнатая белка заскочила мне на плечо и спряталась в волосах. Я улыбнулась и убрала свое оружие, она своенравная и дикая, но такая милая.

— Ладно, перемирие. 

Но это был всего лишь обманный, хитрый, подлый маневр рыжей бестии! Она вновь стала метлой и, проскочив между ног, подняла меня в воздух. От испуга я завизжала, выронила баллончик с краской и вцепилась в черенок метлы, а эта хитрая злодейская утварюшка вылетела в открытое окно гостиной.

— Я тебя покрашу в зелёный!!! — визжала я в воздухе. — Все прутья повы-щи-пы-ва-ю-ю, Марг-о-о-о-о!

Она несла меня над спящим городом, многоэтажки смотрели лениво черными провалами окон. Я боялась, что мы запутаемся в проводах, и постоянно прижималась к черенку. Дороги были почти пустыми, лишь несколько машин такси проехали по своим делам. Мы летели над темным парком к порту, а я ругалась матом на неизвестном мне языке. На мгновение мне даже показалось, что прилетевшая мимо летучая мышь оглянулась на нас и активнее начала махать крыльями, удаляясь от двух сумасшедших на безопасное расстояние. 

Оказавшись у воды, у кромки моря, метла опустилась к берегу. А я встала трясущимися ногами на песок. Такой полет я не забуду никогда! Звездное небо затянуло тучами, вдалеке сверкали молнии, и пахнет озоном — начинается шторм. Нужно побыстрее убираться отсюда. 

— Домой я пойду пешком! Ты меня не заставишь лететь, — я дрожащими руками поправила длинные каштановые волосы, в которых, по всей видимости, запуталась несметная армия насекомых — моя личная армия. — Дурная ты белка! Нельзя же меня пугать, я нежная ведьмочка.

Метла понуро склонила черенок и вновь стала белкой, а я ругнулась.

— Трамба баракуль. Ой! Что же я сказала?

Позади меня послышался скрежет металла, я зажала уши и медленно развернулась.

Мои инстинкты вопили: «Беги, Нинель, беги!!!» Здесь не место для хорошенькой ведьмочки, и не важно, что эта ведьмочка я!

На пристани стояла статуя молодого юнги, спасшего триста лет назад наш город от нападения пиратов. Он вовремя заметил надвигающийся шторм и корабли с черными парусами, позвонил в сторожевой колокол, находившийся на пристани. И сейчас этот парень-статуя, оставляя глубокие следы на песке, шёл в мою сторону. Испуганно пискнула и добровольно вскочила на метлу, пытаясь пришпорить её, как коня, я крикнула:

— Валим, белка, мы накосячили!

Марго просить дважды не пришлось, она взлетела, а я прикусила губу, чтобы снова не ругнуться.

Но не тут-то было, мне пришлось кричать. Навстречу нам летел бронзовый дракон, он обычно стоит в парке, но сегодня почему-то парит в небе, как обычная чайка. Он летел прямо на нас и клацал огромными зубами. Я взвыла в голос:

— Бабуля! Помоги!

Мы обогнули ожившего дракона, едва не столкнувшись с ним. Он тут же повернул голову и клацнул своими зубами рядом с прутьями моей метлы. Обернувшись, я сразу же зажмурилась, погладила одной рукой черенок метлы, другой я крепко держалась за нее, боясь свалиться в неподходящий момент — сейчас!

— Марго, миленькая, быстрее! Нами собираются закусить!

Металлическая рептилия развернулась вся и летела за нами, а по земле мчались кони, два всадника размахивались мечами и огромный черный бык. Юнга, впрочем, тоже не отставал. Шторм гремел, приближаясь к городу: гром и молнии создавали много шума, поэтому скрежет металла и топот бронзовых копыт смешался со звуками бушующей стихией.

Когда подлетели к особняку, я спрыгнула, метла мгновенно превратилась в маленького зверька и прыгнула на меня, прячась в волосах. 

Глаз дёрнулся, а я нервно хихикнула, ну щекотно же! Но, вспомнив, что натворила, рванула в дом.

— Бабушка! — вопила я во всё горло.

Стройная женщина в пижаме выбежала в холл и вопросительно посмотрела на меня.

— Я оживила статуи, не знаю, как это вышло! Я что-то сказала, а он пошёл на меня, представляешь! А ещё дракон… Такой большой и страшный! Бабуль, ну что ты смотришь? Они все идут сюда! Кони! Всадники и здоровенный бык! За мной! — я хныкнула.

Бабушка обняла меня и ровным голосом спросила:

— Помнишь, что ты сказала?

— Что-то вроде “трамбля млямбля”, — шепнула я ей в волосы.

— Всё, успокойся, сейчас важно вернуть все статуи на места. Одевайся, пойдём, — Ба прислушалась. — По-моему, они уже стоят у дверей.

Выдернула поганку-фамильяра из своих волос и, держа её на вытянутой руке, ткнула пальцем в пушистое пузико, с серьёзным лицом сказала:

— Это ты виновата, и я всё же покрашу тебя в зелёный! Ты наказана! Так и знай.

Белка что-то пропищала и, свесив язык, упала на пол, притворяясь мёртвой, прикрыла глаза.

— Я ни за что не поверю, что ты раскаиваешься, хитрая рыжая бестия. Ладно, пошли помогать Ба разгребать бардак, который, кстати, мы устроили по твоей вине.

— То ли ещё будет, Урсула, — скрипучий голос вперемешку с колокольным звоном пробубнил ворчливо.

Бабушка подняла голову и взглянула наверх.

— Тихо, Поль, я сама вижу. Сейчас разберёмся с нежданными гостями.

— Поль? Ба, ты с кем говоришь?

Она ткнула пальцем в корабельный колокол, который был у нас вместо звонка. Этот раритет хранится в нашей семье уже почти двести лет. Он иногда звенит тихо и мелодично, а иногда так, как будто ворчит старый дед. Вот и сейчас тихая трель лилась по всему дому. Но ба ему отвечает, так будто говорит с человеком и отвечает ему. 

— Ты со временем тоже начнешь его понимать. Поль Жакович — наш хранитель, и в нем заключена древняя магия, еще более старая и таинственная, чем наша, Нинель.

Раскаты грома раздавались над нашим домом, сотрясая стены, хрустальные люстры и посуда на кухне истерично звенели, а ба продолжала переговариваться с хранителем.

— Я знаю, спасибо за подсказку, Поль… Нет, мы не будем ее бить розгами… Эти времена давно прошли… О, Поль! Ведьм на кострах уже не сжигают!

Я поёжилась. О чём они вообще? Я только оживила статуи! Я не причинила никому вреда, наверное…

— Ба, не надо меня на костре жечь. Может, мы её заблокируем, ну, магию. Мне она не нужна…

Ба повернулась ко мне и снова обняла

За дверью раздался скрежет металла и топот, Ба захлопнула дверь и сурово взглянула на меня. А я что, это всё белка! Я снова покосилась на рыжую плутовку, которая сидела на столе и поедала орешки, заботливо приготовленные для нее старой Урсулой.

— Ба, скажи, что делать-то надо, — я пошоркала ножкой, как пятилетний ребенок. — Я не знаю, как так получилось. У меня эти слова сами вылетают. Кстати, что это за язык?

— Это древний язык. Наша магия старинная, родилась в туманных лесах Англии. Никто из наших предков не знает, откуда она появилась. 

Бабушка прошла на кухню и достала из шкафа медное блюдце, украшенное разноцветными камнями, настолько сильно отшлифованное, что я раньше его зеркалом. 

Я показала пальцем на дверь и спросила:

— Может, нам их в дом запустить? А то мало ли соседи решат заглянуть…

Урсула вздохнула и, отложив блюдце, в которое уже начала что-то нашептывать, вернулась в прихожую.

— Пойдем, — она взяла меня за руку и потянула на улицу.

Выхода нет, опустив голову, пошла за ней.

А на террасе наши гости расположились кто как мог. Дракон лежал, свернувшись клубочком, как котик, только громадный. Рыцари сидели на своих конях и смотрели на меня в упор, мне даже показалось, что осуждающе. Я снова пошоркала ножкой.

— Прости.

Юнга сидел в кресле-качалке, которое от каждого его движения опасно трещало.

— Нинель, слушай внимательно.

Я судорожно закивала головой. А Ба уже запела странную песню. Закончив, она сдула с руки искрящуюся пыль и, громко хлопнув в ладоши, сказала:

— Авермах мимим!

Статуи засветились и стали уменьшаться. Через минуту всё закончилось. Ба открыла дверь и пригласила миниатюрные статуи к нам в дом.

— Ба, пожалуйста, ты только отцу не рассказывай, а. Он точно будет ругаться.

Она улыбнулась и погладила меня по растрепавшимся волосам.

— Не будет, он обрадуется. Валдис был против того, чтобы мы заблокировали твою магию.

Я вздохнула и села на диван.

— Ты уже это говорила, Ба.

Остаток ночи прошел относительно тихо. Дождавшись, когда успокоится буря, и усадив миниатюрки, которые постоянно ластились ко мне, мы отправили их по местам. Они обиженно смотрели, когда превращала их в статуи, тихие, холодные и недвижимые. Мне стало их жаль — грустные глаза смотрели мне вслед.

На рассвете я легла в кровать, обессиленная и морально вымотанная. Такого я не могла предположить даже после рассказа бабушки. Белка, притащила откуда-то небольшую кучку сена и орехов, соорудила себе гнездо на второй подушке. Я попыталась ее прогнать, мелкая засранка куснула меня за палец — не сильно, но ощутимо. Смирившись с новой соседкой, я уснула.

А утром меня звонок телефона.

— Алло, — сонно протянула я в трубку.

— Нинель, ты где? — грозно рычал мой наставник. — У нас крупная поставка, а кладовщика нет на месте.

— Скоро буду!

Скинув звонок, я вскочила и быстро начала одеваться. В комнату заглянула Ба.

— Не забудь уволиться, — наставительно сказала она. — Ты скоро отправишься в другой мир учиться. Не забыла?

Проигнорировав её вопрос, я выбежала из комнаты, на ходу вызывая такси к докам. Белка метнулась к двери, но я быстро захлопнула её и сбежала вниз по лестнице. Слушая, как что-то полетело в мою дверь.

— Зверюга неуправляемая, — рыкнула я. — Сиди дома, ты наказана!

Такси уже ожидало меня возле кованой калитки. Прыгнула внутрь и, назвав адрес, выдохнула. Я не смотрела в окно автомобиля, а зря…

Приехала на работу через двадцать минут и первым делом помчалась в свой офис. Через прозрачные окна я видела, как директор нашей компании пытается ответить сразу на несколько звонков. Снова вздохнула — он не обрадуется моему заявлению об уходе. На территории рабочие о чем-то громко переговаривались, но я не вникала в суть разговора и только дойдя до сотрудников, услышала часть разговора.

— …Макс, видел, что в городе происходит? После шторма объявлено чрезвычайное положение. Дорога, ведущая от пристани, почти разрушена…

— Да, слушал утренние новости. Не считая главной, еще и городские пострадали, и даже линии электропередач. Ну и ураганище был, кхе. Я ночью проснулся, чтобы в сортир сходить, на улице такой грохот раздавался, чуть не оглох…

Я на мгновение остолбенела, не мог шторм нанести такой урон… Возможно, тому причина я и моя неконтролируемая магия. Чёрт! Нужно что-то делать с этим, Ба права. Лучше мне отправиться в школу магии, пока я своими талантами весь город не разнесла. Спасибо шторму за то, что скрыл истинную причину разрушения. Я остановилась возле парней и спросила:

— Никто не пострадал?

— Нет, Нинель. Только городским службам много теперь работы предстоит, кхе, — ответил Рики.

Отвратительное ощущение — вина, вот вроде и не виновна, а сжечь на костре себя хочется, как истинную злобную ведьму. 

Выслушав от директора порцию негатива, ну а что сама виновата, проспала, я приступила к работе. Тонны товара, привезенные морем, никто не оформит лучше, чем я — таможенный работник Нинель Маликова.

День был поистине тяжелый, бумаги, печати, снова бумаги, подписи и скандальные клиенты, недовольные моей работой. Всё закончилось ровно в шесть вечера. Налив себе горячий кофе, я посмотрела на заявление, написанное днем в короткий обеденный перерыв. Мне нужно это сделать, я ответственна за разруху в городе, да и Ба настаивала. Куда мне переть против «власти».

— Ну что ж, пора сдаваться и прослушать еще раз о том, какая я беспечная, непунктуальная и ненадежная.

Собрав все свои вещи: фото семьи, то, где моя мама еще была жива, любимый цветок и кружку с надписью «Прорвемся, и не такое можем», отправилась к директору. Я написала два заявления: одно — отпуск без содержания на время обучения, а второе — отпуск с последующим увольнением. Что-нибудь да подпишет, а нет, просто уйду.

Коротко стукнув в последнюю дверь, вошла, директор всегда уходил ближе к полуночи, поэтому я точно знала, что он еще здесь. Распахнув дверь, удивленно вскинула бровь. Моя дорогая Урсула, как царица, восседала в директорском кресле, а господин босс бегал вокруг нее, предлагая разные десерты.

— Ах, дорогая Урсула, конечно же, я пойду ей на уступку. Да, я понимаю, что девочке нужно получить образование.

Ба молча кивала, соглашаясь с тем, что он говорил, и медленно пила чай из гостевой чашки, из той, что директор хранит в шкафу для особых гостей.

— А вот и Нинель, проходи, проходи. Твоя ба… — он запнулся на полуслове, поймав на себе укоризненный взгляд холодных глаз. — Прекраснейшая Урсула сообщила мне, что тебя, детка, приняли в один из лучших университетов, и ты должна отбыть немедленно.

Я молча кивнула, потому что слов у меня не было, только эмоции, и те неопознанные.

— Ты принесла заявление на отпуск?

Я протянула ему два листа бумаги, директор внимательно изучил их и, порвав один, второй подписал.

— Всё оформим в лучшем виде, не переживай, наимилейшая Урсула.

Ба встала и, подмигнув мне, направилась к выходу, стуча каблуками красных туфель по бетонному полу, на ходу вытирая салфеткой ладонь, которую смачно облобызал директор.

Какое именно заявление он подписал, для меня осталось загадкой, да, собственно, это уже не важно, через четыре года обучения я вернусь совершенно другим человеком. Если вообще вернусь. На пристани стояло два автомобиля: черный — директора и красный «Жук» — принадлежащий Ба. Я направилась к нашему авто, усаживаясь на пассажирское место. Вытянула ноги, но расслабиться мне не дали. Бабушка стукнула в окно и спросила, когда я опустила стеклоподъемник:

— Ты куда собралась?

— Домой… — тупо ответила я, не подозревая подвоха.

— На выход! — скомандовала старая Урсула. — Ты отправляешься в школу.

Я открыла рот, чтобы задать пару вопросов касательно вещей и моего фамильяра, но Ба, не дав мне произнести ни звука, рявкнула:

— Вещи в багажнике, белка в салоне.

Марго сонная вылезла из бардачка и, запищав, бросилась ко мне. Странно, но я тоже успела соскучиться. Она зарылась в моих волосах, устраиваясь как воротник на шее. Я вышла. А Ба обняла меня и хлюпнула носом.

— Здесь и простимся, я буду ждать тебя на каникулы, и если позволит, то и на выходные тоже. Береги себя, детка. Ба сунула мне чемодан в руки, надела шляпу на голову и взмахнула невесть откуда взявшейся палочкой.

— До встречи, дет…

Остаток фразы потонул в грохоте бушующих волн, с неистовством бьющихся о каменный остров, а я оказалась стоящей на маяке, расположенном за несколько километров от береговой линии, под проливным дождем.

— Белка, тебе не показалось, что она от нас просто избавилась, как от нежелательных гостей?.. — перекрикивая рев стихии спросила у своего фамильяра.