Поцелуй с откатом

— Три поцелуя и две пуговицы. Я веду, — самодовольно заявила Лис.

— Не засчитывается, — отрезала я, поправляя светлую прядь, которую навесное заклинание добавило к моей привычной тьме. — Один из них был преподавателем.

— На нем была форма! — возмутилась она, поднимая над головой вырванную эмблему академии света. — И вообще, у нас правило: поцелуй не считается, если ничего не забрать. А я забрала. Вот!

Мы стояли у витражного окна, в углу залитого светом зала, где в этот вечер собирались сливки светлой академии: сияющие в буквальном смысле студенты, заколдованные кристаллы под потолком, бесконечные волны бело-золотых мантий. И никто, абсолютно никто, не подозревал, что прямо среди них темные адептки.

— У тебя ещё двадцать минут, — лениво напомнила Таль, оглядывая зал. — Или проигрываешь.

Я скривилась. Проигрывать — не мой стиль, правда и целоваться с кем попало тоже. Но из ее трех поцелуев считается только два. Значит мне хватит и трех.

Среди танцующих я заметила троих: один — с лениво приподнятой бровью и мечом за спиной, второй — смеётся, склоняясь к девушке, а третий... в маске. Одержимо красивый. Загадочный. И, кажется, не отсюда.Такое могут и не засчитать…

— Хочешь всех троих? — хмыкнула Лис, заметив мой взгляд.

Я лишь усмехнулась. Игра началась.

Я шагнула в толпу, чувствуя, как заклинание маскировки мягко подрагивает на коже. Кажется, кто-то слишком пристально смотрит. Или просто я слишком хороша в этом облике.

Рядом смеялись, танцевали, кто-то запускал в воздух золотые искры — у светлых даже скука выглядела как фейерверк. Я выдохнула, ловя взгляд одного из студентов. Светловолосый, высокий, с идеальной улыбкой. Конечно. У них у всех идеальная улыбка.
Ну что ж. Идём.

— Привет, — прошептала я, подходя ближе, — у тебя, случайно, не найдётся кусочка света для бедной первокурсницы?

Он усмехнулся. Уверенно, самодовольно. Подумал, наверное, что я одна из фанаток.
Отлично.

Надо только не забыть, зачем я здесь.
Не ради забавы, не ради адреналина (ну ладно, чуть-чуть ради него).
А ради котла пятого уровня. Победительница получает его в качестве приза — зачарованный, самонагревающийся, с фильтрацией магических примесей.
Мечта любого зельевара из Темной Академии.

А пока... мы варим в том, что найдём. Кто-то — в медных тазах. Кто-то — в кастрюлях с дыркой, залатанных лягушачьей слюной. Темная академия не снабжает. Темная академия учит выживать. Так что крутимся, как можем.

— У тебя очень красивые глаза, — сказал он, подаваясь вперёд.
— Я знаю, — улыбнулась я и поцеловала его. Ну не столько поцеловала, сколько просто чмокнула в губы.

Коротко. Мягко. И в этот момент мои пальцы ловко расстегнули брошь на его мантии.
Одна брошь — один балл.

Я исчезла в толпе раньше, чем он понял, что случилось. Он вроде славный, но целовать его, даже так, неприятно.

Лис говорит, что я неправильная темная, а я просто хочу “чувствовать”… Что в этом неправильного?

 Я шла сквозь толпу, уже держа одну трофейную брошь в кармане, когда заклинание на коже зашевелилось. Кто-то пытается меня найти в толпе. Чёрт.
Нельзя, чтобы кто-то понял, что я не светлая. Времени — впритык. Энергии — едва хватает.

Меняю облик на ходу.
Цвет волос — светлее. Глаза — мягкий орех вместо льда. Форма лица — капелька магии в скулы. Платье чуть короче. Улыбка — чуть шире.
Теперь я уже не та, что целовалась в углу зала. 

— Простите, — сказала я кому-то, проходя мимо. Но разойтись нам не удалось, потому что вместо того, чтобы пропустить, он буквально сбил меня с ног. Руки — сильные, уверенные — подхватили меня, не дав упасть. Я подняла взгляд — и на мгновение забыла, зачем пришла.
Блондин. Красивый. Невероятно. Сияющий, как будто внутри него встроено собственное солнце. И что-то в его улыбке было… слишком горячим для светлого. Кажется, я засмотрелась. Нет, так не пойдет. Я обвила его шею руками — просто потому что захотелось. Не то, чтобы ситуация стала лучше, но с ним обниматься было приятно.
— Вот так сразу, малышка? — хмыкнул он, но руки тут же легли мне на талию… и ниже. Его ладони коснулись моей попы. Он не спешил убирать их. И я — не спешила отстраняться. Мы словно проверяли друг друга и почему-то это заводило.

— Ты против? — спросила я, подаваясь ближе.

— Я только за, детка.

И он поцеловал меня сам.

Без паузы, без лишних слов. Просто притянул — резко, уверенно — и его губы накрыли мои.
Сначала мягко. Но только на миг.

Потом стало жарко.

Его язык скользнул внутрь, требовательно, будто давно ждал этого момента. Губы — горячие, но приятные. Поцелуй был не просто сладким — он опалял, оставляя после себя дрожь в животе и желание податься ближе, слиться, раствориться в нём.
Он целовал так, как будто знал каждую мою слабость. Как будто пробовал меня на вкус — жадно, с наслаждением.

Мои пальцы вцепились в его волосы, тело само приблизилось. Его ладони сжали мою попу крепче — не пошло, не грубо, а так, что от прикосновения внутри вспыхнуло.
Я застонала ему в губы. Нечаянно.
Но он это услышал — и поцеловал ещё глубже, как будто именно этого ждал. И это было просто отвратительно чудесно!  Чёртов, божественный, бесстыдный поцелуй. Интересно, а если поцеловать его еще пару раз это зачтется?

— Эртан, кого ты там уже целуешь? — раздался за спиной ленивый, чуть насмешливый голос.

Блондин нехотя отстранился, но ладони не спешили покидать мою талию. Его глаза сверкнули, губы тронула ухмылка.

— Споймал очень сладкую золотую птичку, — сказал он, скользнув взглядом по моим губам, будто запоминая вкус.

Я почти выдохнула, пытаясь вернуть себе дыхание и здравый смысл. Почти. Потому что рядом появился второй.

Парень с тёмными волосами, высокими скулами и внимательным, слишком цепким взглядом. Он остановился в полушаге от нас, разглядывая меня.

— Не припоминаю, чтобы видел тебя раньше. Мы не знакомы? — спросил он, и в его голосе было нечто подозрительное. Но у меня не было времени на его сомнения.
Я бросила взгляд на зачарованные часы у стены.
Две минуты.
Всего две. Если я не поцелую ещё кого-то, — проиграю. И останусь без заветного котла, без права варить хоть что-то серьёзнее банального зелья бодрости.

Мои пальцы аккуратно скользнули вниз по мантии Эрта.
Незаметно — раз.
И маленький серебряный жетон перекочевал в карман.
Сувенир — есть.

Теперь осталось найти еще одну жертву для поцелуя. Хотя, зачем искать, если вот он смотрит на меня своими чернющими глазами. И губы у него такие притягательные, что есть надежда, этот поцелуй может быть не хуже предыдущего. Кажется, я начинаю понимать, почему Лис так любит целовать незнакомцев. 

Я подняла взгляд на брюнета и сделала к нему шаг.

— А ты хотел бы со мной познакомиться? — спросила, глядя прямо в глаза.

Он чуть приподнял бровь. 

— А ты, значит, смелая? Не боишься проклятья? 

— Это проклятья боятся меня, — хмыкнула и он улыбнулся.

— Если птичка сама летит в клетку, кто я, чтобы ей мешать.

 И в следующее мгновение его рука обвила мою талию, и он резко притянул меня к себе.

И он поцеловал меня сам.

О, боги.

Если первый поцелуй был огнём, то этот — бурей.
Он не целовал — он захватывал, как будто хотел оставить на мне отпечаток. Его язык прошёлся по моим губам, требовательно, почти грубо. Он пил меня, как жаждущий.
Губы тёрлись, прикусывали, ловили мои стоны, и я снова забыла, где нахожусь.

Я вздрогнула. Не от страха — от восторга. Мои колени подогнулись. Я вцепилась в его рубашку.

Я подалась ближе, уже не играя — забыв, кто я, зачем я здесь и что поставлено на кон. Где-то далеко пробили часы ровно полночь. Я успела. Котел мой. 

Прошла неделя.

Неделя мучений.

Я сидела на полу, окружённая обугленными перьями, и смотрела на тот самый победный котелок, в котором должно было быть зелье усиления концентрации. Должно. А получилось — вонючее, дымящееся месиво, которое к тому же ещё и пульсировало.

— Ну и что это, по-твоему? — буркнула я, поднимаясь.
— Эээ… — Лис выглянула из-за книги, — снадобье для отвращения от учёбы?

— Очень смешно. Я серьёзно. Я уже неделю не могу нормально использовать магию. Всё время какая-то ерунда выходит! Заклинания срываются, ингредиенты ведут себя как бешеные, а защитный щит на прошлой практике сработал... внутрь. Внутрь, Лис!

— Прокляли тебя всё-таки светлые, — сказала она и фыркнула.
— Не неси чушь. Как они могут кого-то проклясть? Они же светлые.

— Ну ты сама говорила, что тот темненький тебе что-то шептал насчёт проклятия.

— Мало ли, что он говорил. — Я махнула рукой. — Я, может, вообще не слышала.

— Конечно, — с ленивой усмешкой кивнула она. — Ты с ним так целовалась, что вряд ли вообще слышала хоть что-то.

Я закатила глаза, но промолчала.

— Но ты, конечно, смелая, — добавила она. — Сразу двоих. Подряд. За пару минут.

— Они были не против.

— Ой, интересно, чего ещё не против они бы были... — протянула Лис с тянущейся ехидцей.

— Прекрати! — огрызнулась я.

— Да-да, я помню, — пробормотала она. — У тебя же всё чётко. “Сначала отдам невинность высшему демону, а потом стану самой сильной тёмной магичкой в истории.” Великий, могучий план…

— У меня хотя бы есть план, — буркнула я, скрестив руки. — А ты тут страдаешь фигнёй, надеясь, что старшекурсник тебя заметит и сделает предложение.

— Вот только на чёрта ты высшему демону сдалась, если тебя лишили сил? — парировала Лис, но её успела перебить Кира, которая буквально влетела в комнату с горящими глазами.

— Девчонки! Вы слышали? Ректор открыл отбор для какой-то безумно крутой практики.
Говорят, пройдёт максимум трое, но кто сдаст её — автоматически на второй курс, без экзаменов!

Мы с Лис переглянулись.

— И что за практика? — прищурилась я.
— Никто не знает. Но туда берут только по личному собеседованию. В списке на участие уже почти все с факультета. Надо записаться сегодня.

Я встала, чувствуя, как внутри, под всей этой усталостью и злостью на себя, что-то шевельнулось. Сдать одну несчастную практику вроде как легче, чем пытаться понять что стряслось с моей тьмой. 

Записаться можно было на втором этаже административного корпуса, в комнате с внушительной табличкой: «Практика. Индивидуальный отбор. Вход по одному». Под ней — лист бумаги, висящий на зачарованной доске. Очередь уже выстроилась из тех, кто решил проснуться раньше солнца.

Я поднималась по лестнице, мысленно повторяя свой будущий план: спокойствие, уверенность, цель.
Только вот судьбе, как всегда, было плевать на мои планы.

Он стоял у списка. Высокий, в чёрной рубашке, расстёгнутой у горла. Взъерошенные волосы, насмешливый взгляд, вечная ухмылка.
Мой бывший.

— О, надо же, — протянул он, как только увидел меня. — Не думал, что ты и правда решишься. Хотя… если тебе нужна практика в провалах — ты по адресу.

— Заткнись, Крейн.

— А что? Я просто беспокоюсь. Такая хрупкая, неуверенная в себе, без толики самоконтроля... да ты разве выдержишь хоть один тур? — Он наклонился к списку и, не глядя, размашисто вписал своё имя.

Повернулся ко мне через плечо:

— Не обижайся. Просто будь реалисткой. У тебя ничего не выйдет.

Он бросил последнюю усмешку — и ушёл. Легко, беззаботно.
Точно так же, как когда-то ушёл из моей жизни, даже не попытавшись понять, что натворил.

Я стояла, смотрела на список, сжала кулаки.
Хрустнула костяшками пальцев.

— Чёрта с два, — прошептала я и взяла перо.
Резко. Ярко.
Вписала своё имя прямо под его.

Если Крейн решил, что я снова уступлю — он сильно ошибся.

В зале ожидания пахло старой бумагой, пылью и выжатой нервной системой. Кто-то дремал, кто-то пересматривал конспекты, кто-то тихо бубнил заклинания под нос. Я просто сидела, уткнувшись в стену, и считала, сколько раз сердце пыталось выскочить из груди.

Три часа.
Три.
Часа.

К тому моменту, когда наконец открылась дверь и произнесли моё имя, я уже начинала думать, что меня забыли.

Я вошла в помещение, где было холодно, как в подвале. За столом сидели трое — в мантиях, без выражений на лицах. Перед одним — аркускролль, зачарованный для быстрой записи. Перед другим — магический датчик, едва светящийся.
Третий просто смотрел. Неприятно.

— Назовите курс и факультет, — без приветствия сказал тот, что с аркускроллем.

— Первый курс. Зельеварение. 

— Когда вы в последний раз контактировали со светлыми?

— Неделю назад, — ответила я. Постаралась, чтобы голос звучал уверенно.

— Знают ли светлые, как вы выглядите?

— Нет. Я была под личиной.

— Какого максимального уровня контакта вам удалось достигнуть? — приподнял бровь второй, тот, что с датчиком.

Я замялась.
Лёгкое покалывание пошло по шее — от напряжения.
Ну уж если говорить правду…

— Поцелуй… — произнесла я неуверенно, но чётко.

Наступила пауза.
Первый хмыкнул, явно развеселившись, но не поднял глаз. Просто записал.

— Свободны, — произнёс третий, наконец. — Мы вас позовём, если вы пройдёте. Ждать здесь не нужно. Письмо с отказом придёт к утру.

Вот и всё.

Никакого «спасибо», «удачи» или хотя бы нормального взгляда.
Я развернулась и вышла, стараясь не показать, как сильно всё это бесит.

— Ну всё, — вздохнула я, рухнув на кровать. — Пора искать чемодан и карту. Желательно такую, где отмечены самые глухие и заброшенные деревни. Я выберу ту, где даже магия не ловит. Буду варить травки, разговаривать с козами и вспоминать свою бурную молодость, закончившуюся позорно на первом курсе.

— Потрясающий план, — протянула Лис, не отрываясь от зеркала. — Только если выберешь деревню у болота, убедись, что в нём есть хоть один симпатичный утопленник. А то ты же без поцелуев не можешь, как мы помним.

— Очень смешно. — Я закатила глаза и уткнулась лицом в подушку. — А у тебя, между прочим, всё идёт как по сценарию. Старшекурсник, свидание, цветы, хи-хи, ха-ха...

— Мм, да. Он сегодня даже пригласил меня на ужин в Южную башню. — Лис не скрывала довольной ухмылки. — Три блюда и магическая карамель в финале. Романтика уровня "у меня всё получилось".

— Не беси.

И вот в этот момент, как по заказу, что-то зашуршало у двери. Мы обе обернулись.

Два конверта.

Один — на имя Лис.
Второй — на моё.

— Ну, — сказала она, поднимая свой, — отказ. Как и думала. Всё по плану.
Она распечатала письмо, мельком взглянула и кивнула, будто проверила погоду:
— Угу. Отказ. Открывай свой, неудачница, и пошли гулять. Погода классная. Ты как раз впишешься в атмосферу трагедии среди цветов.

Я взяла конверт. Тяжёлый.
Руки дрожали. Немного. Совсем чуть-чуть. Но дрожали.
Разорвала печать.
Глянула.

И застыла.

— Меня… взяли.

— Что?

Я моргнула.

— МЕНЯ ВЗЯЛИ!!!

Лис едва успела отложить своё письмо, как я взвизгнула и вскочила, подпрыгнув прямо на кровати.

— Я прошла! Я прошла!!! — Я схватила Лис за руки и начала крутиться с ней по комнате, визжа как сумасшедшая. — Меня взяли! Взяли! Меня!!! Меня!!!

— Стой, подожди… — попыталась она что-то сказать, — куда взяли хоть?! За что взяли?! Они точно не перепутали адресата?!

Но мне было плевать.
Я танцевала, как одержимая, и чувствовала только одно:
наконец-то в этой чёртовой истории — победа была за мной.

— Так, посмотрим, что там за "практика мечты", — пробормотала я, вынимая из конверта тонкую папку с гербом академии.

Внутри был свиток с печатью, карта и... письмо с пометкой "строго конфиденциально".
Чем больше я читала, тем быстрее у меня поднимались брови.

— Ну... это, конечно, поворот.

— Что там? — Лис присела ближе, вырывая у меня из рук один из листов, но я перехватила.

— Меня… зачисляют на первый курс академии света. — Я перечитывала снова и снова, в надежде, что всё неправильно поняла. — Светлой.

— Чего?! — Лис подалась вперёд. — Это ошибка?

— Нет. Они пишут, что это "практика внедрения", строго засекреченная. Цель: проникнуть в академию света под видом обычной студентки. Задача: завоевать доверие и добыть артефакты, которые хранятся у разных лиц. Если я соберу все — миссия засчитывается. Если меня раскроют… — я опустила взгляд на строчку с жирной надписью. — "Академия не несёт ответственности и отрицает любую причастность к действиям участника".

— Типично, — хмыкнула Лис. — Сначала подставим, потом забудем.
Она вскинула на меня взгляд:
— Откажись. Это безумие.

— Не выйдет, — ответила я, уже прочитав приписку в самом низу. —
"Участие в отборе автоматически считается согласием на условия практики. В случае отказа студент подлежит отчислению без права восстановления."

Мы молчали.

Потом Лис тихо выдохнула:

— То есть, или ты идёшь к светлым, или — вон. Офигенно.

— Ага.
Я сложила бумаги обратно в конверт.
Сердце уже стучало глухо, где-то в районе горла.

Притвориться светлой. Втереться в доверие. Украсть. Словно я снова на той вечеринке… только теперь ставки куда выше.

Лис молчала с минуту, наблюдая, как я нервно снова и снова перекладываю бумаги, будто надеясь, что они исчезнут.

— Может, — протянула она наконец, — это, кстати, и есть шанс.

— Шанс на что? — буркнула я, не поднимая взгляда. — Быть отчисленной пораньше и сэкономить время? 

— На то, чтобы выяснить, что светлые сделали с твоей магией. Ты ведь до сих пор не восстановилась. Вдруг это связано?

Я фыркнула, резко отшвырнув бумаги.

— Очень удобно всё на них свалить. Может, я просто перегорела. Или, может, это ты варишь на моей подушке свои зелья на идиотскую любовь, и они влияют на мой мозг.

— Я ж не виновата, что у тебя нет личной жизни, а только катастрофы, — пожала плечами Лис. — Но ты всерьёз не думала, что светлый предупреждал тебя не зря?

— Я думала, что это должно быть весело. Ты же тоже там всех целовала.
— Весело? — хмыкнула она. — У тебя от поцелуев не только колени подкашиваются, но и магия утекает. А я ни одному из них не позволила засунуть язык в мой рот!

Я закатила глаза, но глубоко внутри всё равно засела её мысль.

Вдруг и правда…
Выбора у меня все равно нет, но я могу попробовать получить пользу…
Или хотя бы шанс выяснить, что они сделали. Кто из них. И забрать обратно свою магию…

— Ладно. Тогда пакуем вещи. Следующая остановка — Светлая Академия. 

🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥🔥

Приветствую вас, мои солнечные в нашем новом приключении в Магической Академии!

Нашу темную адептку ждет настоящее испытание. Ей предстоит не только почувствовать себя настоящей шпионкой, но и узнать, что же за проклятье свалилось на ее темную голову и как от него избавиться. 

Будет горячо, весело, но совершенно не просто! Особенно с некоторыми светлыми и крайне самоуверенными магами. 

Спасибо всем, кто поддерживает книгу звездочками и комментариями. Всех обнимаю и до встречи на страницах нашей истории!

 Приятного чтения! 🖤

Светлая Академия встретила меня… пафосом.
Высоченным фасадом, обвешанным золотыми вензелями, сияющими витражами и арками, которые кричали: смотрите, какие мы великие и просветлённые.
Я остановилась у главных ворот, выдохнула — и скривилась.

— Как же вычурно, — пробормотала я, глядя на это каменное чудо архитектурного самолюбования.

Каждый раз, когда кто-то из наших проходил мимо на практику в город, мы смеялись над этим зданием. У нас, в Тёмной, всё было проще: каменные стены, практичные башни, ничего лишнего. В ней было ощущение дела, магии, опыта. А тут…

Блеск. Помпезность. Позолота.

Мне всегда казалось, что светлые просто понтуются, прячут за этим фасадом пустоту и нарядную скуку.

И вот я здесь.
С чемоданом в руке, с практикой, от которой отказ невозможен, и с настоящим лицом.

Без личины.

Я долго думала. Очень долго. Но пришла к одному выводу: поддерживать заклинание внешности 24/7 — нереально. Рано или поздно оно соскользнёт. В ванной. Во сне. На тренировке. Где угодно. И меня сразу раскусят.

Поэтому я пошла вабанк. Я пришла в своём виде.

Поддельные документы оформила Тёмная Академия. Безупречно.
Они не стали менять моё имя — оставили всё как есть, чтобы при любой проверке ничего не вызвало подозрений. Просто... переписали мою магическую диагностику: теперь я официально Светлая, по результатам выявления дара в подростковом возрасте.

Уверена, в базе данных уже лежит красивая легенда о том, как "при первой проверке дар был нестабилен, но затем раскрылся в сторону Света".
Бред. Но убедительный.

Так что теперь я — новенькая на первом курсе Светлой Академии, с поддельной историей и настоящим лицом.

Я сделала шаг к зданию. Тяжёлые двери распахнулись сами, с лёгким магическим звоном.

Ну что, сияющие мои.
Познакомимся поближе.

Я стояла у входа. Слишком долго. Как будто ноги вросли в землю, а дальше за этими блестящими дверями меня ждало что-то, что точно сожрёт, прожует и выплюнет.

Чем больше я смотрела на это сияющее великолепие, тем сильнее хотелось развернуться и уйти. Назад — в холодные коридоры Тёмной, в потрескавшиеся лестницы, где пахнет пеплом и сыростью.
Домой.

— Эй, новенькая?

Я вздрогнула. Обернулась.

Передо мной стоял парень.
Выше меня на голову, с мягкими светлыми волосами и тёплым, чуть смущённым взглядом.
Миленький. Приятный. Совсем не похожий на тех, кого я привыкла видеть у себя в Академии. Ни тени насмешки. Ни давления. Ни показной силы.

— Ты заблудилась или просто боишься заходить? — спросил он с лёгкой улыбкой. Голос — доброжелательный. Настоящий.

Хочется отшить. Просто рефлекторно.
В Тёмной, если к тебе кто-то подходит «помочь», то через пару минут ты окажешься либо без кошеля, либо в каком-нибудь позорном списке, либо, в лучшем случае, с варёной жабой в кровати.

Но потом я вспомнила, где я теперь.
Светлая Академия.
Здесь, вроде как… никто не хочет тебе зла просто потому, что ты существуешь.

— Я… только перевелась, — осторожно сказала я. — Надо документы отнести, и я вообще пока ничего тут не знаю. Где что, кто куда… в общем, потерянный щенок, ага.

Он усмехнулся — искренне, не издеваясь.

— Меня зовут Элайн. Я на втором курсе, факультет целительства.
У меня как раз есть немного времени. Могу провести тебя, если хочешь.

Он чуть наклонился вперёд, как бы приглашая идти рядом, и добавил:

— Тут всё кажется запутанным, но только на первый взгляд. Потом привыкаешь.

Я смотрела на него ещё пару секунд, будто ожидая, что он вот-вот выдаст подвох.

Но подвоха не было.

— Ладно. Веди, целитель, — кивнула я, сдерживая кривоватую ухмылку. — Но если ты свернёшь куда-то не туда, я буду кричать.

Он рассмеялся, легко и светло:

— Договорились. 

— Значит, здесь у нас главный корпус, — сказал Элайн, жестом указывая на здание с колоннами, витражами и белоснежной лестницей, на которой вальяжно сидели студенты в светлых мантиях. — Там проходят все общие лекции. Ну и, конечно, зачарованные залы на четвёртом и пятом этажах — для тренировок и демонстраций.

Я шла рядом, кивая как можно спокойнее.
На деле же внутри у меня всё крутилось в голове, как сломанный компас.

Чистота. Тишина. Улыбки.

Никто не орал. Никто не метался по лестницам. Никто не плёл заклятие в затылок тому, кто случайно занял твоё место на кафедре. Даже ссорились тут, по ощущениям, как-то... вежливо.

— Это жилой корпус, — продолжил он. — Твоя комната должна быть в восточном крыле, для новеньких и переводников. Но сначала документы, да?

— Ага, — кивнула я. — Надо же подтвердить, что я настоящая светлая. 

Он усмехнулся, явно не восприняв это всерьёз. Ну и отлично.

Я краем глаза смотрела на проходящих студентов — и ловила себя на мысли, что выгляжу здесь... не как они.
Те — как будто сошли с глянцевого журнала для юных магов. Идеально ухоженные, с сияющими глазами, светлой кожей и лицами, на которых нет ничего, кроме дружелюбия и уверенности.

А я — как вырванная из теней. Вроде такая же, но... не такая.

— Ты вообще откуда перевелась? — спросил он вдруг.

Я чуть запнулась, но тут же подняла подбородок:

— С южного филиала.
Пауза.
— Там… строже. И без позолоты.

— А, — кивнул он. — Ну да, про него слышал. Говорят, он ближе к пограничным зонам, там всё серьёзнее.

Я хмыкнула. Пограничным зонам — мягко сказано. Но он кивнул с сочувствием, как будто это всё объясняло.

— Тебе тут понравится, — добавил он, когда мы подошли к небольшому зданию с гербом администрации. — Главное — не пытайся сразу всех понять. Мы тут… странные, но в хорошем смысле.

Пусть светлые и ведут себя как из книжки с красивыми картинками, но Элайн был… норм. Не липкий, не высокомерный. 

Пока.

Внутри административного корпуса царила тишина и порядок. Всё было таким идеальным, что я даже чувствовала себя грязной просто от того, что дышу.
Элайн шагал уверенно, явно зная, куда идти. Я — чуть позади, с глазами «допустить ошибку на ровном месте».

— Он сейчас свободен, — сказал Элайн, остановившись у массивной тёмной двери. На табличке было выгравировано:
Артайл Вейрен. Декан Первого Курса.

Он постучал и тут же открыл дверь, даже не дождавшись разрешения — как будто был здесь не в первый раз.

— Господин Вейрен, это Юкка Тальмер. Поступила сегодня. Я встретил её у входа, подумал, нужно проводить.

За столом сидел мужчина с пронзительным взглядом и холодной аурой. Он отложил перо и поднял глаза на меня.
В его лице не было ни неприязни, ни одобрения. Только сосредоточенность.

— Документы, — произнёс он.

Я подошла ближе, передала ему тонкую папку. Он открыл, пробежался глазами.

— Перевод из южного филиала. Дар светлый, нестабильность устранена, подтверждена повторной диагностикой, — он говорил так, будто комментировал прогноз погоды.

— Всё верно, — подтвердила я.

— Комната 2-47, восточное крыло, — кивнул он, делая пометку в журнале. — Элайн, раз уж вы её провели, прикрепляю Тальмер к вам до распределения по факультетам. После неё будет найден отдельный куратор.

— Конечно, — улыбнулся Элайн. — Не проблема.

Я удивлённо взглянула на него — он и правда не возражал. Наоборот, выглядел почти… довольным?

— Поможете ей с расписанием, приведёте на вводные лекции, — продолжил декан. — Если возникнут вопросы — пусть обращается через вас. Вам всё ясно, студентка Тальмер?

— Да, господин Вейрен.

— Свободны.

Когда мы вышли в коридор, я наконец позволила себе выдохнуть.

— Спасибо, — пробормотала я, чуть удивлённая тем, насколько это не было похоже на Тёмную Академию.

— Не за что, — улыбнулся Элайн. — Если честно, приятно хоть с кем-то новым пройтись по кругам ада адаптации. Поверь, в первый день тут все немного теряются.

Я хмыкнула.
Он, кажется, правда был нормальным.

Целитель оказался терпеливым и спокойным, с тёплым голосом и удивительной способностью говорить так, что даже самые тревожные мысли отступали. Он провёл меня по коридорам, объясняя, где находится столовая, какие этажи заняты общежитиями, где библиотека и как попасть в сад — оказывается, в Светлой Академии был целый живой сад с магическими растениями. На втором этаже в одном из крыльев мне выделили небольшую, но уютную комнату. Всё было аккуратно, светло и… слишком прилично по сравнению с привычным мне хаосом.

— Сейчас ты просто осматриваешься, — сказал он, кидая на кровать небольшую стопку бумаг. — Через пару дней будет распределение по факультетам.
— А пока? — осторожно уточнила я, чувствуя, как щекочет под кожей та самая тревога: «раскроют — и всё».

— А пока ты должна побывать на занятиях разных факультетов. Понять, что тебе ближе. Это часть адаптации. Иногда человек ощущает магию одного рода, но лучше раскрывается в другом направлении.

— И что, меня отправят на уроки к разным преподавателям? —
— Да, — кивнул он. — Уже завтра начнутся первые посещения. У тебя будет расписание. Хочешь совет? Не пытайся никому понравиться. Просто наблюдай. Но не теряй бдительность.
Он посмотрел на меня внимательнее.
— У нас тут всё вроде бы светлое и пушистое, но не все студенты такие уж… невинные. Понимаешь, о чём я?

Я хмыкнула. Эти светлые такие забавные. Не такие уж невинные. Ну-ну.

— Завтра я зайду за тобой, — сказал он у самой двери, уже на выходе. — В девять. Постарайся не опоздать, некоторые преподаватели не любят, когда врываются в середине занятия.

— А ты всё время сопровождаешь новеньких? — спросила я, будто между делом, хотя почему-то внутри ёкнуло.

— Нет, — пожал он плечами. — Просто ты — моя ответственность до распределения. И ты… хм, скажем так, довольно милая. Мне интересно, как ты проявишь себя.

Он ушёл, а я осталась одна в своей новой комнате. Слишком светлой, слишком правильной, слишком не моей.
Я положила бумаги на стол, подошла к кровати и плюхнулась на неё, уставившись в потолок.

«Новая жизнь, ага…»

На Тёмной я бы сейчас варила зелья или списывала домашку у Лис. А здесь — всё другое. Даже воздух.

Я встала, распаковала сумку, перебрала вещи. Переоделась в что-то простое. Попыталась немного почитать, но строки плыли перед глазами. Всё тело ныло от напряжения. Всё внутри жужжало: "ты среди врагов, не расслабляйся", — и одновременно тянуло к странному ощущению... будто я на пороге чего-то большого.

Когда погас свет, я долго ещё ворочалась, вглядываясь в потолок.

Тьма внутри шептала: они узнают.

Я проснулась рано. Даже слишком рано. Впервые за долгое время мне не хотелось валяться под одеялом и игнорировать реальность. Всё внутри сжималось от неизвестности, но одновременно в этом было что-то… захватывающее.

Я уже была полностью собрана, когда в дверь постучали. Открыла мгновенно.

— О, — удивлённо поднял бровь целитель. — Уже на ногах? Это редкость. Молодец.

— Я вообще-то серьёзная и пунктуальная, — усмехнулась я. Он улыбнулся, и мы тронулись по коридору.

— Сегодня первый урок — у нас, на целительском. Так что считай, тебе повезло. Мы не кусаемся. Ну… почти.

Он рассказывал что-то про структуру факультета, про принципы Светлого исцеления и то, как у них, оказывается, даже магия проходит через ритуалы очищения. Мне казалось это слегка театральным, но я слушала, делая вид, что всё дико интересно.

Когда мы вошли в аудиторию, пространство сразу окутало мягкое светлое свечение. В зале уже было несколько студентов — кто-то что-то настраивал, кто-то лениво перелистывал конспекты.

— Элайн, — раздался мужской голос. — Что за чудо ты сегодня с собой привёл?

К нам подошёл высокий парень с шаловливой улыбкой и светло-каштановыми волосами. Окинул меня взглядом, в котором было слишком много интереса.

— У тебя девушка появилась? Хорошенькая. Поделишься, где такую нашёл? Я тоже хочу.

Я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. Типичный. Даже слишком.

— Она новенькая, — спокойно сказал Элайн. Но в его голосе появилось холодное предупреждение.

— О, — тот протянул, подмигнув мне. — Новенькая, значит. Добро пожаловать. А имя у тебя есть?

Я приподняла бровь, но прежде чем ответить, Элайн шагнул вперёд, заслоняя меня собой.

— Остынь, Таир. Не та ситуация. 

— Ладно, ладно, — парень усмехнулся, подняв руки. — Просто шучу.
Но мне показалось — он всё ещё смотрел слишком долго.

Я тихо выдохнула и прошептала:

— У вас тут все такие… обходительные?

— Только те, кто ищут себе неприятностей, — буркнул Элайн, обернувшись ко мне. — Не переживай. Если что — я рядом.

Он сказал это спокойно, но в его взгляде мелькнуло что-то твёрдое. Видимо у него не первый раз конфликты с этим Таиром. Ну ладно, не мое дело.

Звонкий колокольчик — не настоящий, конечно, магический — оповестил о начале занятия. Аудитория заполнилась почти до отказа. Элайн сел рядом, а я устроилась чуть поодаль, стараясь выглядеть уверенно, хотя внутри всё дрожало, как студенистый состав неудавшегося зелья.

В класс зашла женщина лет сорока, высокая, с серебристыми волосами, собранными в идеальный пучок. Она была не просто красивой — в ней чувствовалась мощь. Но не грубая, как у наших ведьм-наставниц, а мягкая, обволакивающая, как шелк, скрывающий лезвие.

— Доброе утро, студенты, — прозвучал её голос, наполненный магией и… заботой? — У нас сегодня гостья. Надеюсь, вы проявите вежливость и любопытство в равной степени. Представься, милая.

Я встала.
— Юкка Тальмер. Перевод на первый курс.

— Юкка, — повторила она, будто пробуя имя на вкус. — Добро пожаловать. Сегодня мы будем работать с основами энергетической стабилизации. Тонкой, щадящей магией — идеальной для первого знакомства.

Она улыбнулась, и в любой другой ситуации это могло бы меня успокоить.
Но не сегодня.

— Попробуйте уловить вот эту нить, — она вытянула ладонь, и между её пальцами заструился свет — чистый, прозрачный, живой. — Представьте, что это ручей, а вы — берег, который его направляет.

Один за другим студенты начали повторять движение. В воздухе вспыхивали светящиеся волны. У кого-то ярче, у кого-то слабее, но у всех — получалось.

Я вытянула руку. Сконцентрировалась. Вдох. Выдох.

Ничего.

Я нахмурилась. Повторила. Снова.

На этот раз мою ладонь окутал тонкий дымок — но не светлый, как у остальных. Он был серым. И тут же исчез.

— Спокойно, — прошептал Элайн рядом. — Не волнуйся.

Я покосилась на него с досадой.
Как не волноваться, если моя магия снова не работает?

— Юкка, — голос преподавательницы был мягким, но внимательным. — Не спеши. Это не соревнование. Ты в безопасности.

Я кивнула, стиснув зубы. Безопасности здесь не было. Ни капли.

И если до конца дня я не почувствую хоть искру силы, мне придётся признать страшное: что-то внутри меня сломано.

Я не была удивлена, что у меня ничего не вышло. Исцеление — не моё. Никогда не было.

У нас в Тёмной Академии эту ветвь считали почти бесполезной, уделом слабаков. И пусть я понимала, что это предвзятость, всё равно… я не верила, что способна кого-то исцелять. Я разрушала — с этим у меня всегда всё было в порядке.

Но что за серая магия?

Скрыть природу магии — можно. Замаскировать поток, спрятать сигналы, даже изменить оттенок ауры.
Но то, что вышло у меня — это не была тьма.
И не свет.
Это было нечто… туманное, выцветшее, как размытая тень в утреннем свете.

И именно это было страшно.

Где моя тьма?
Куда она делась?

К концу урока я уже почти перестала делать вид, что участвую. Просто сидела с напряжённым лицом и пыталась не сорваться. Остальные разошлись по парам, практикуя потоки, а я просто смотрела в одну точку, будто в ней могла найти ответ.

— Не расстраивайся, — голос Элайна прозвучал рядом. Он подошёл, когда я поднималась со скамьи. — Не все рождены быть целителями.

Он хлопнул меня по плечу — легко, дружески, но от этого жеста внутри стало теплее.

— Ты не целитель, Юкка. Это очевидно. Но это хорошо. Потому что теперь ты на один шаг ближе к тому, кем должна быть на самом деле.

Я посмотрела на него и впервые за утро смогла выдавить что-то похожее на улыбку.

— Спасибо, — сказала я.

Потому что он был прав. Каждый провал — это отсеянный путь. И чем меньше их остаётся — тем ближе я к цели.

— У нас не так много факультетов, как в других академиях, — заметил Элайн, когда мы свернули с главного коридора в восточное крыло. — Но каждый — глубокий, специализированный и, как принято у светлых, абсолютно открытый. По крайней мере, в теории.

Я кивнула. Запоминать слова было легко, сложнее — не выдать раздражение.

— Артефакторика, — продолжил он, поднимаясь по винтовой лестнице. — Самый технологичный факультет. Работают с предметами, кристаллами, зачарованием. Самые молчаливые и вредные ребята, но если тебе когда-нибудь нужен будет артефакт, лучше быть с ними в хороших отношениях.

— Запомнила, — кивнула я.

— Общественная магия — они… хм… звучат мило, но на самом деле это факультет влияния. Все эти ритуалы, обеты, церемонии, заклинания убеждения — всё это там. Их много где недооценивают. Но зря.

Ага. Прекрасно помню, как один "общественник" чуть не лишил меня воли на соревнованиях. Правда, потом ему пришлось лечить ожог третьей степени.

— Боевые? — спросила я, и он хмыкнул.

— Конечно, есть и они. Факультет боевой энергетики. Щиты, удары, молнии, контроль. Всё по уставу. Очень гордятся своей дисциплиной. Хотя лично я не считаю, что заклинания работают только под барабанную дробь.

— А стихийники? — Я приподняла бровь.

— А вот туда мы как раз сейчас и направляемся, — он распахнул тяжёлую дверь, за которой уже слышался гул энергии. — Факультет Стихийной Магии. Там обучают взаимодействовать с огнём, водой, землёй, воздухом… иногда — с чем-то большим. Их профессора всегда слегка не от мира сего. Но уж точно не скучные.

Ветер ударил мне в лицо, как только я шагнула в аудиторию. Неудивительно — один из студентов прямо сейчас стоял в центре зала, поднимая вихрь над ладонью. Кто-то в дальнем углу создавал язык пламени, кто-то тренировался замораживать воду в стеклянной чаше.

Сила ощущалась в воздухе. И звенела. И тянула.
Но… не отзывалась. Не мне.

Я ещё раз посмотрела на Элайна.

— Ты остаёшься?

— Нет, — он качнул головой. — Здесь ты сама. Слушай внимательно. Запоминай. Удачи, Юкка.

Он исчез, оставив меня среди чужаков и стихий.

Как только я шагнула внутрь, мир словно сменил кожу. Аудитория — не комната, а настоящий полигон. Просторный зал, половина стены — из стекла, открывающая вид на сверкающий купол над тренировочным двором. Здесь пахло магией, огнём, озоном… силой.

Порыв ветра ударил мне в лицо, чуть не сорвав капюшон. Где-то в дальнем углу кто-то командовал потоками воды, рядом вспыхивали огненные сполохи, по полу бежали разряды.

— Эй, ты, — окликнул голос. Я обернулась.

Высокий мужчина с серебристыми волосами и жёстким прищуром вышел из центра зала. Он скользнул по мне взглядом, и в этом взгляде была не враждебность, но и не дружелюбие. Скорее — интерес.

— Кто ты?

— Юкка Тальмер, — отозвалась я, чуть выше поднимая подбородок. — Перевелась вчера.

Он кивнул, будто сверяя моё имя с каким-то внутренним списком.

— Хорошо. Попала на практику. Отлично. Так и проверим тебя.

Он хлопнул в ладони — звук отдался гулом, словно ударил колокол. Это был магический хлопок: звук раскатился по залу волной, и всё тут же затихло. Потоки стихли. Искры исчезли. Все головы повернулись к нам.

— Сегодня с нами новенькая, — проговорил профессор, обводя взглядом учеников. — Постарайтесь вести себя пристойно. Не пугать. Не пытаться впечатлить. Кто себя плохо поведёт — того я отправлю кормить земных червей. В буквальном смысле.

Послышались сдавленные смешки. Он не шутил.

— Задание вы уже знаете. Формируем пары. Два элемента на взаимодействие, один защитный барьер. Отрабатываете до тех пор, пока не получится. Если не получится — будете чистить полигон.

Он обернулся ко мне:

— Юкка, подойди.

Я сделала шаг вперёд. Он оглянулся в зал.

— Эртан, к нам.

Парень отделился от группы. Высокий. Светлые волосы. Улыбка лукавая. И глаза. Эти глаза… Я замираю.

Он.

Тот самый блондин. Его руки гладили мою попу, его губы…

Чёрт.

Он подходит ближе. Смотрит прямо на меня. Спокойно. Заинтересованно. И не узнаёт.

Конечно. В ту ночь я была совсем другой — личина, другой голос, другое лицо.

Я расправила плечи. Всё под контролем.

— Эртан, это Юкка. Новенькая. Поможешь ей.

Он хмыкнул и кивнул:

— С удовольствием.

А у меня внутри вспыхнуло нечто между паникой и азартом. Игра началась.

Он повёл меня в сторону, к одному из дальних секторов зала, где стояли тренировочные стойки, и пространство было расчищено под упражнения.

— Какой стихией ты лучше всего управляешь? — спросил он, не глядя.

Я замешкалась. Потупила взгляд. Тьма — первое, что всплыло в голове. Моя родная. Живая. Гибкая, как шёлк… Но сейчас — недоступная. Мёртвая, будто обрубленная. И точно не вариант для разговора здесь, среди светлых.

— Пока не знаю, — выдохнула я.

Он вскинул бровь, сдержал вздох, но явно был недоволен. Ага. Не любит слабых. Разочарование — почти физическое. Интересно, и где же та обещанная светлая доброта?

— Тогда начнём с воздуха? — предложил он после паузы.

— Ладно, — согласилась я, делая шаг вперёд.

Он продемонстрировал базовый пас — простое, элегантное движение рук. Я попыталась повторить. Сложила пальцы, потянулась вперёд — но он тут же замотал головой.

— Стой. Не так.

Подошёл. Обошёл. Встал за спиной.
И вдруг его ладони легко легли на мои руки — направляющие, тёплые, уверенные.

Я замерла. Он слишком близко. Его грудь почти касается моей спины, дыхание скользит по шее, ладони удерживают мои запястья в нужной позиции. Не объятия. Но почти. И это почти произвело совершенно неожиданный эффект. Моя кожа покрылась встревоженными мурашками. Стоять в этих почти объятиях было также приятно, как и целоваться с ним. Ерунда какая-то. 

— Вот так, Юкка, — произнёс он низко, чуть мягче, чем до этого. — Чувствуешь?

— Да… — прошептала я. Я чувствовала. Правда не то, что надо было… 

— Теперь. Призывай.

Я сделала вдох и выдох, едва соображая, что именно делаю. Мозг плавал где-то в его дыхании, в этой близости. Я не думала — я просто повторяла за ним. И когда последние слова слетели с губ — это случилось.

Из моих рук сорвался мощный поток воздуха — сильный, сырой, необузданный. Он ударил вперёд, сбивая со стойки тренировочную сферу и срывая плащ с манекена в дальнем углу.

Я взвизгнула и непроизвольно отшатнулась, не справившись с потоком.  Он поймал, точнее я буквально влетела в его грудь. Но на удивление он не отстранился.
Обнял меня крепче, удержал, чтобы я не упала, и мягко рассмеялся у самого уха:

— Хм… неожиданно.

Я чувствовала его руки на своей талии. И всё, что могла, — это дышать. Медленно. И не слишком громко. Чтобы не выдать, как сильно он действует на меня. Совершенно неадекватная реакция на парня. 

— Ты, знаешь… — Эртан всё ещё удерживал меня, его голос был удивлённо-весёлым, — интереснее, чем я думал, Юкка.

Он наконец отстранился, отпуская мою талию. Воздух между нами стал казаться холодным. Я не двигалась — только выдохнула, чуть дрогнув.

— Давай теперь попробуем пламя, — предложил он, делая шаг в сторону. 

Он задержал на мне взгляд — пристальный, внимательный. В его глазах не было насмешки или раздражения, только непроизнесённое: «Ты боишься». И он был прав. Я действительно боялась. Эта серая магия, что вырывалась из меня, была чужой, пугающей. Я не знала, чего ждать: пустоты, вспышки или хаоса. А может, и вовсе ничего — и это тоже был бы удар.

Эртан, кажется, всё понял, но не отступил. Его губы тронула лёгкая полуулыбка, и он неожиданно подмигнул:

— Ну же, не бойся. Я подстрахую тебя, Юкка. Хочу посмотреть, на что ты ещё способна.

Он подошёл ближе, настолько, что моё сердце сжалось от смешанных чувств. Я даже не шелохнулась, когда его аромат снова окутал меня, а спина коснулась его груди. Без лишних вопросов, без паузы, он просто положил ладони поверх моих. Его прикосновение было тёплым и уверенным, направляющим.

— Вот так, — сказал он тихо, и голос его стал чуть ниже, почти интимным. — Всего лишь зажечь факел.

Он поднёс мои руки к закреплённому на стенде факелу. Его движения были отточены, как у учителя, но при этом в них не было ни холодности, ни отстранённости. Наоборот — он был слишком близко. Я чувствовала, как тепло его тела струится сквозь одежду, как лёгкое дыхание касается моей шеи.

И запах… Он пах пряно и терпко, будто смесь тлеющих угольев, мёда и магии. Этот аромат будто окутывал, путал мысли, сводил с ума. Может, это действительно была магия. А может, просто со мной все окончательно не так.

— Вдохни глубже… и позволь огню выйти, — прошептал он мне на ухо.

Я закрыла глаза. Сделала вдох. Почувствовала, как всё напряжение собирается внутри грудной клетки, смешиваясь с чем-то горячим, странно живым. И в какой-то момент отпустила. Просто позволила — ему, себе, стихии.

Пламя вспыхнуло мгновенно — высоким, мощным столбом, который взметнулся над факелом, озарив всё золотисто-алым светом. Это был выброс, почти взрыв, слишком сильный, слишком дикий. В зале разом стихли разговоры, все обернулись. Кто-то ахнул.

Я замерла, испугавшись, что сделала что-то не так, что снова не справилась. Но Эртан наклонился ко мне, и его губы, почти касаясь уха, прошептали:

— Ты молодец.

От этих слов по коже пробежали мурашки, но он не дал мне расслабиться.

— А теперь сделай то же самое. Только направь пламя на меня. Ладно?

— Что? Нет! — я резко обернулась к нему. — Ты же видишь, что я не могу это контролировать!

Он усмехнулся, уверенно отступая на несколько шагов.

— Наше задание — не просто зажечь огонь, а научиться его останавливать. Я поставлю барьер. Не бойся. Ты не пробьёшь мои щиты, Юкка.

Он развернулся и встал напротив, в боевой стойке, готовый к удару. Я смотрела на него, не веря в происходящее, но он только кивнул, подбадривающе и спокойно.

— Давай.

Медленно, нерешительно я сложила пальцы в знакомый пас. Отклик огненной стихии я ощутила моментально. И это было странно. Я никогда не была стихийницей. Откуда во мне пламя? Но думать времени не было. Пламя внутри отзывалось слишком живо, как будто только и ждало случая вырваться наружу. Я вытянула руки, сосредоточилась… и позволила ему выйти.

Пламя сорвалось с ладоней почти с рёвом — яркое, живое, будто само знало, куда ему лететь. Эртан выставил руки, и между нами встал сверкающий щит, мощный, плотный. Он смотрел на меня через него и даже улыбался, но в следующий миг его лицо изменилось.

Пламя прошло сквозь барьер.

Будто его и не было. Ни искры сопротивления, ни вспышки отражения. Просто — сквозь.

Он едва успел отскочить, чтобы не обжечься. Его волосы взметнулись от жаркого вихря, и только быстрый щит в полсилы, выставленный на инстинктах, спас его одежду от огня.

Эртан выпрямился, ошарашенно глядя на меня. В глазах — ни страха, ни злости. Только шок.

— Какого черта?.. — выдохнул он.

К моему удивлению, первым ко мне подошёл не Эртан, а преподаватель. Его шаги были неторопливыми, взгляд — цепким и в то же время чуть прищуренным, словно он пытался прочитать меня до самых костей.

— Должен признать, — произнёс он, глядя то на меня, то на Эртана, — не ожидал, что один из моих лучших студентов не сумеет удержать щит.

Эртан слегка поник, но ни слова не возразил. Ни оправданий, ни раздражения — только лёгкий кивок в знак согласия.

Преподаватель перевёл взгляд обратно на меня и на губах у него появилась тень одобрения.

— Но, с другой стороны, я также не ожидал, что сегодня в моём классе появится ещё один сильный стихийник. Это… радует.

Я молча кивнула, не в силах пока что подобрать слова. Сердце всё ещё билось слишком быстро, а пальцы покалывало от отката магии. В груди бурлило всё сразу — и растерянность, и волнение, и странная, неуместная гордость.

Преподаватель удалился, оставив нас вдвоём, и тогда Эртан шагнул ближе. Его выражение лица смягчилось.

— Ты умеешь удивлять, Юкка.

— Не специально, — пробормотала я, всё ещё ощущая жар в ладонях.

Он чуть улыбнулся, а потом неожиданно поднял мои руки и развернул ладони вверх.

— Щит. Теперь ты защищаешься. Я покажу, как правильно.

Дальше он показывает как вести защитный символ. 

— Видишь, всё довольно просто, — сказал он, не отпуская моих рук. Его пальцы скользнули по запястьям — мягко, точно, будто ловили невидимые нити потока. Затем он отпустил, отступил на шаг, развернулся и стал напротив. Лицо вновь озарилось тем самой лукавой, до неприличия обаятельной улыбкой.

— Теперь я атакую, — сообщил он с игривой уверенностью.

У меня внутри всё сжалось.

— Нет уж, — покачала я головой. — После того, что только что произошло… Ты с ума сошёл?

— Юкка, — его голос стал мягким, почти бархатным, — я контролирую своё пламя. Если что — сумею уберечь тебя. Не бойся, девочка.

— Это плохая идея.

— Щит, Юкка. Хотя бы для тренировки. Я тебя не сожгу, обещаю.

Я недовольно вздохнула, но вытянула руки. Щит. Светлый щит. Не моя стихия, не мой путь. Но выбора нет.

Первый символ не вышел — просто вспышка, которая тут же рассыпалась. Второй — нестабильная дымка, которую он даже комментировать не стал. Только подошёл, взял меня за руки и, едва касаясь, поправил движение пальцев.

— Не дави, — сказал он. — Просто направляй.

Тепло от его ладоней успокаивало. Я повторила движение — и наконец на пальцах вспыхнуло ровное золотое свечение. Щит медленно развернулся передо мной, как тонкое поле янтарного света, округлое, живое.

Непривычно. У тёмных всё иначе — щиты теней, плотные, тяжёлые, как дым, не пропускают ни света, ни взгляда. Этот же сиял, пульсировал, будто дышал.

— Готова? — спросил он, уже принимая боевую стойку.

— Нет, — честно призналась я.

Он хмыкнул.

— Я так и думал.

И в следующий миг с его ладоней сорвалось пламя.

Я вскрикнула, но не успела даже отшатнуться — огонь встретился с моим щитом и… не прорвался.

Он не сжигал. Не обжигал. Он ласково скользил по светлому барьеру, будто тёрся о него мягкими, почти живыми языками, рассыпаясь золотыми искрами по контуру. Будто гладил меня — но не касаясь.

Я стояла, дрожа, не от страха — от чего-то другого, дикого и трепетного.

Эртан опустил руки, его пламя исчезло, а он посмотрел на меня с лёгкой, искренней улыбкой.

— Молодец, Юкка. Кажется, ты умеешь защищаться. Даже лучше, чем думала. Повторим? — спросил он, снова принимая стойку.
— Что, опять я в тебя стреляю? — прищурилась я.
— Именно. У нас с тобой равные права, разве нет? — он усмехнулся и поставил щит. — Давай, Юкка. Атакуй меня. 

Я подняла руки, стараясь не выдать напряжения. Он стоял спокойно, с лёгкой полуулыбкой на губах, будто всё происходящее — просто часть привычной рутины.
Перед ним вспыхнул ровный светлый щит — идеальный, как из учебника. Чистая, отточенная магия.

Я вдохнула. И позволила своей магии вырваться.

Поток пламени сорвался с моих ладоней — яркий, густой. Щит перед ним дрогнул… и развалился, будто его не было вовсе. Пламя пронеслось мимо, оставив в воздухе клубы тёплого света.

Он отступил на шаг, но не из-за страха — просто среагировал. Его лицо стало серьёзным.

А потом — шаг вперёд. Медленно. Точно.
Он подошёл почти вплотную, чуть наклонился — его дыхание коснулось моей щеки. И, не отводя взгляда, прошептал:

— Какая же ты всё-таки интересная…

Мне стало жарко. И вовсе не из-за магии.

Мы вернулись к практике почти без слов. Эртан отстранился, но взгляд его оставался всё таким же цепким, будто внутри он продолжал разбирать меня на детали.

— Ладно, — сказал он наконец, обернувшись к группе. — Кейн, можешь помочь?

К нему тут же подошёл парень — худощавый, тёмноволосый, с цепкими глазами и лёгкой улыбкой на лице. Он встал напротив меня, складывая руки в защитном жесте. Щит вспыхнул быстро: ровный, плотный, без единой трещины.

— Попробуй его, Юкка. — Эртан слегка кивнул мне. — Так же, как со мной.

Я вдохнула, собрала остаток силы и выпустила пламя — резким, почти злым выбросом. Огонь ударил в барьер и… замер. Щит даже не дрогнул. Пламя стекло по поверхности, рассыпаясь мелкими искрами, и тут же угасло.

Кейн усмехнулся:
— Не сегодня.

Эртан не выглядел разочарованным — наоборот, в его глазах что-то промелькнуло, как будто он только что подтвердил собственную догадку.

— Хорошо. Теперь ты, — обратился он к Кейну. — Попробуй пробить мой щит.

Парень пожал плечами, сложил пальцы в атакующем пасе. Эртан выставил руки и почти лениво соткал вокруг себя золотистый купол. Пламя Кейна сорвалось быстро — хлёсткий, мощный выброс, но Эртан даже не шелохнулся. Магия ударила в щит и мгновенно растеклась, не оставив ни следа.

— Спасибо, Кейн. Достаточно.

Студент кивнул и отошёл обратно к группе. В зале снова раздались тихие голоса, кто-то шептался и косился на меня.

А Эртан всё так же смотрел на меня. Прищуренный, задумчивый, с той самой странной полуулыбкой, от которой внутри у меня всё сжималось то ли от досады, то ли от чего-то другого.

— Знаешь, Юкка, — сказал он тихо, чуть наклоняясь ко мне. — Это даже любопытно. Ты каким-то образом пробиваешь только меня. Выборка, конечно, небольшая, но я почти уверен… 

В его голосе звучало не раздражение. Скорее… азарт. Что-то явно щёлкнуло в нём — и теперь он не собирался меня отпускать. А я не была уверена, хочу ли этого сама.

После странной истории с щитом Эртан не отпускал меня с полигона ещё добрый час. Он показывал мне новые связки — короткие связки атаки и защиты, как вплетать барьер в движение, как раскатывать пламя так, чтобы оно не рвалось наружу слишком дико.

У меня получалось… рвано. Магия словно жила отдельной жизнью, отзывалась с запозданием или вырывалась так резко, что я едва успевала её обуздать. Внутри что-то саднило от этого: это же не моя магия. Не моя родная тьма. Стихийная сила, чужая, странно сырая. Как шкура, надетая не на того зверя. Об этом ещё точно стоило подумать. И найти, куда делась моя настоящая сила.

К концу тренировки я чувствовала приятную усталость в руках и горячий гул где-то в рёбрах. Но хотя бы парочку приёмов я больше не ломала с первого раза.

— Неплохо, Юкка, — сказал Эртан и коснулся моих пальцев чуть дольше, чем требовалось, прежде чем отпустить. Он проводил меня взглядом и шагнул рядом, когда я сняла тренировочную мантию и подошла к выходу из полигона. — Идёшь в общежитие? Не против, если я провожу?

Но прежде чем я успела хоть что-то ответить, рядом раздался ровный, спокойный голос:

— Она против. Потому что уходит со мной.

Я обернулась — рядом стоял Элайн. Целитель. Он смотрел на Эртана спокойно, но в глазах у него скользнуло что-то холодное.

Эртан нахмурился — и это впервые за всё время выглядело не наиграно, а по-настоящему недовольно.

— Элайн, — протянул он, чуть сжав пальцы в кулак. — А ты что тут забыл?

— Пришёл за Юккой, — без тени улыбки сказал Элайн, не отводя взгляда. Потом посмотрел на меня, мягко кивнул. — Пойдём.

Я пожала плечами — внутри скользнула странная искра любопытства. Не то чтобы я собиралась влезать в их дела, но что-то между ними явно не срослось задолго до меня.

— Ладно, — сказала я просто и шагнула к Элайну. Его рука мягко коснулась моей спины, направляя.

Эртан не сказал больше ни слова. Но его взгляд скользил за мной, пока мы шли по коридору, и в этом взгляде было что-то цепкое, упрямое, как незавершённая фраза.

Что ж. Похоже, в Светлой Академии все же случаются интересные истории. 

Мы шли по коридору под гул голосов из соседних залов, когда Элайн вдруг заговорил — спокойно, как будто обсуждал что-то обыденное, но в его тоне слышалась твёрдая нота:

— Держись подальше от Эртана.

Я дернулась от неожиданности и посмотрела на него из-под ресниц.

— Почему? — спросила осторожно, хотя внутри всё сразу закололо странным любопытством.

Элайн чуть прищурился, словно взвешивал, стоит ли говорить дальше.

— В академии есть пара студентов, в чьих родах когда-то были пожиратели.

— Пожиратели? — переспросила я, будто пробуя это слово на вкус. Оно было тяжёлым, липким, каким-то… чересчур знакомым. — Кто это?

— Ты не знаешь? — он посмотрел на меня с лёгким удивлением.

— Нет. — Я пожала плечами.

Элайн вздохнул и посмотрел вперёд, будто отрезая лишние слова.

— Это светлые, которые предали свой дар. Они научились поглощать чужую магию — забирать силу у таких же, как они. Делали это через очень близкий контакт… чтобы стать сильнее.

Слова зазвенели в голове, колючим эхом разбиваясь о то, что я и так уже давно носила в себе.

— А тьму… они тоже могли поглощать? — спросила я так тихо, что он чуть не пропустил мой вопрос.

Элайн нахмурился.

— Не знаю. Говорят, они могли отбирать магию только у светлых. Я не думаю, что кто-то из наших… вступал в контакт с тёмными настолько близко.

Он произнёс это спокойно, почти буднично, будто рассказывал что-то из старых учебников. Но у меня внутри всё равно что-то дрогнуло неприятно, колко — прямо под рёбрами.

Я смотрела на его профиль и молчала. Потому что одну такую тёмную я знала очень хорошо.

— Не похож он на изгоя, — сказала я тихо.

Элайн коротко усмехнулся, не глядя на меня:

— Конечно нет. Потому что опасность всегда привлекательна. Вокруг таких, как он, всегда крутятся фанатки острых ощущений. Но ты будь умнее, Юкка.

— И что? — я чуть склонила голову, прищурившись. — У кого-то из этих… фанаток он уже что-то отобрал?

Он покосился на меня, будто хотел сказать что-то колкое, но лишь выдохнул:

— Нет.

— Значит, он не опасен? — я подняла бровь.

Элайн хмыкнул и вдруг слегка фыркнул, словно я напомнила ему о чём-то слишком наивном:

— Значит, тебе стоит сделать акцент на учёбе. И не совать нос туда, куда не просят.

Он произнёс это с ленивым спокойствием, но мне показалось — за его словами стояла не просто забота наставника. Что-то ещё. Но спрашивать дальше точно было нельзя.

Вместо того чтобы отвезти меня в общежитие, Элайн неожиданно свернул в другую сторону и кивнул на широкую арку:
— Пошли поешь. После тренировки тебе это нужно больше, чем одиночество.

Я не стала возражать. Честно говоря, сил ругаться не осталось.
Столовая Светлой Академии выглядела так, как я и ожидала: слишком чисто, слишком светло, пахло травами и чем-то свежеиспечённым. Мы взяли подносы, выбрали еду — что-то простое, суп, пирожки, какие-то сладости, которые он без слов положил на мой поднос, как будто знал, что я откажусь, но потом всё равно съем.

Он устроился напротив, положив локти на стол, но ел медленно, больше наблюдая за мной, чем за едой.

— Почему ты вообще со мной возишься? — спросила я, не выдержав паузы.

Элайн пожал плечами, будто этот вопрос его забавлял.

— Декан меня назначил. Вот я и «вожусь». Сказал же — ты моя ответственность до распределения.

— Всё так просто? — я чуть прищурилась, но он только отмахнулся, улыбнувшись краешком губ.

Прежде чем я успела раскусить этот его спокойный тон, к нашему столу подошёл парень, которого я видела утром на занятии у целителей. Каштановые волосы, доброжелательная улыбка.

— Можно? — он кивнул на свободное место.

Элайн махнул рукой — мол, садись. Парень сел, начал что-то рассказывать о том, как они на практике перепутали настойки. Мы почти рассмеялись, как вдруг подошёл ещё один — тоже с факультета целительства, я видела его в начале занятия. Присоединился, и уже через пару минут я сидела за столом в окружении троих целителей, которые болтали и подкалывали друг друга, а я просто ела, молча кивая и поглядывая на них украдкой.

Они были веселыми и совершенно точно светлыми. И эта лёгкость чужой болтовни странно грела, даже если мне нечего было добавить.

В какой-то момент я подняла голову и поймала взгляд. Эртан. Он проходил мимо, чуть замедлив шаг у нашего столика. Его взгляд скользнул по мне, потом на Элайна, и что-то у него в лице едва заметно дрогнуло.

К нему тут же подошёл другой парень — темноволосый, высокий, с ленивой ухмылкой.
Тот самый.
Еще один поцелуй на той вечеринке. Его рука легко легла Эртану на плечо, они перекинулись парой слов, и ушли куда-то вместе.

Я опустила взгляд в тарелку, слушая, как мои «соседи» смеются над чем-то своим.
И почему-то внутри было жарко и странно пусто одновременно.

Элайн откинулся на спинку стула и посмотрел на меня чуть внимательнее, отгородившись от шумного смеха двух других целителей.

— Ну и как прошёл твой первый урок у стихийников? — спросил он, будто между делом, но взгляд был внимательный, цепкий.

Я пожала плечами, ковыряя вилкой кусок пирога.

— Преподаватель вроде доволен, — сказала я нейтрально. — Сказал, что потенциал есть.

— Потенциал у неё, — подхватил один из парней с другого стола, явно подслушав наш обмен репликами, — ого-го какой! Стихийница — это вам не абы кто.

Целитель уже за нашим столом кивнул, ухмыляясь.

— Стихийники у нас на вес золота, Юкка. Особенно если хорошие. Они чаще всех с нами, целителями, работают. Договора, обмен потоками. Хороший стихийник может за семестр заработать больше, чем средний целитель за год.

— Зато все стихийницы потом за нас замуж выходят! — подхватил кто-то ещё, и за столом раздался дружный смех.

Я смотрела, как они шутят и подталкивают друг друга локтями, и не знала — улыбаться мне вместе с ними или нет. 

Элайн только покосился на эту стайку весельчаков и хмыкнул:

— Ешь давай, стихийница, — сказал он негромко, почти дружески. — С такими аппетитами у твоих «потенциальных контрактов» шансов не останется.

И всё вокруг снова наполнилось тихим смехом и ароматом тёплого пирога. Но внутри меня что-то шептало — слишком ярко и настойчиво: «Я не ваша. И никогда не буду.»

Когда смех за столом чуть стих, Элайн снова повернулся ко мне, чуть склонил голову, наблюдая, как я доедаю пирог.

— Только не расстраивайся раньше времени, Юкка, — сказал он тихо, так, чтобы слышала только я. — Быть стихийницей — это не приговор и не подарок. Это всего лишь один кусок твоей магии. Ещё рано делать выводы. Я вижу, что ты не очень рада.

Я подняла на него глаза, хмыкнула.

— А они думают, я сразу радостно побегу искать себе «контракт», — бросила я чуть насмешливо, но без злости.

Он улыбнулся — едва заметно, уголком губ.

— А я не думаю. Ты не из тех, кто кидается в объятия первым встречным. Но завтра тебе всё равно придётся попробовать ещё пару направлений. Я договорюсь с преподавателями — посмотрим, как поведёт себя твой поток на других направлениях. Два факультета, максимум три. Так будет честнее.

— Ты тоже со мной пойдёшь? — спросила я, кидая взгляд на этих двоих целителей, которые снова что-то оживлённо обсуждали.

— Конечно. Декан меня назначил, — с лёгким смешком отозвался он и поднялся с места. — Ешь, а потом — отдыхай. Завтра будет не легче.