Поцелуй в подарок

Это большая удача в жизни - найти такого человека, чтобы было приятно смотреть, интересно слушать, увлеченно рассказывать, не тягостно молчать, искренне смеяться, восторженно вспоминать и с нетерпением ждать следующей встречи.

Габриэль Гарсиа Маркес

POV Ася

- Это ваш багаж?

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на свой чемодан затем на водителя, киваю несколько раз для убедительности. Водитель автобуса закидывает его в багажное отделение, а я вновь смотрю на невысокую полноватую женщину на вид лет сорока. На деле так оно и есть.

Знакомьтесь, Наталья Семёновна Баброва - моя мама, и по совместительству бухгалтер. То, что мы родственники, видно невооружённым глазом. Светлые волосы, голубые глаза, маленький вздёрнутый носик.

- Может, ты всё-таки не поедешь, солнце моё?

- Ну, мама, - возмутилась я. В который уже раз? - поздно отступать. - Вспомни, как сложно было поступить в этот универ!

- Да, ты права. Но я так сильно волнуюсь. Вот, - она впихнула в мои ладони свои руки, - смотри, как они дрожат.

Мамины руки, действительно, очень холодные. Тряски я, конечно, никакой не чувствую, но ей виднее.

- Всё будет хорошо, - осклабилась я. - У меня ведь уже есть комната в общаге. Да что может случиться?

- Обещай, что если что-то пойдёт не так, ты сразу вернёшься!

- Хорошо, мам. - Я поднимаю кулачок к лицу. - Честно!

- Ну, с Богом, солнце! - Мама ещё раз прижимает меня к себе, чтобы смачно чмокнуть меня в раскрасневшуюся щёку.

Фуф, ну и жарень сегодня! Я вхожу в автобус, попутно зачёсываю волосы наверх, чтобы оголить вспотевшую шею. Эх, надо было ещё короче подстричь.

Уже конец августа, но лето не сдаётся, продолжая радовать нас тёплыми солнечными деньками. Надеюсь, что в этом автобусе есть кондиционер, хотя кого я обнадёживаю? То, что эта старушка вообще может передвигаться - самая что ни на есть большая удача.

Я пробираюсь по проходу в самый конец большой машины, чтобы занять своё место.

- О, привет, - здороваюсь я с неожиданной соседкой.

- Привет. - Она снимает наушники, убирает сумку с соседнего сиденья, чтобы уступить мне место. - Тоже решила вырваться из нашего захолустья?

- Ага, - киваю я, плюхаясь на мягкое сиденье. - Я ведь поступила.

- Правда, что ли? - Девушка удивленно захлопала наращёнными ресницами. - Ну, круто.

Видно, конечно, что она не особо за меня обрадовалась. А мне-то что? Мы ведь никогда близко и не общались. Да, годик проработали в небольшом супермаркете в одной смене - и только. Я уже тогда уверено начала готовиться к экзаменам, чтобы попасть именно в этот университет.

- Круто - не то слово, - хмыкаю я. - А ты на работу? Или просто погостить?

- Я еду к нему! - Вот теперь в её глазах блеснула радость.

- Да ладно?

- Да! Он позвал меня к себе!

- Ничего себе. - Я шокировано подняла брови, действительно удивляясь.

Кира Захарова - молодая девушка модельной внешности. Она старше меня года на два, насколько я помню. Она нигде после школы не училась, но мечтала разбогатеть, используя свою миловидность. Те полгода, что Кира работала в супермаркете «У Дуси», она только и твердила о каком-то столичном мальчике. Мол, он богат, красив и вот-вот позовёт её к себе.

Честно признаться, никто в это не верил. В том числе и я, точно так же, как они все открыто смеялись над моими планами. Но жизнь наполнена сюрпризами. И вот мы с Кирой едем в столицу. Она к своему богачу, а я буду учиться в лучшем Вузе страны.

- А жить ты там где будешь? - спрашиваю я.

- У него, конечно! - Кира кривит губы, считая мой вопрос ужасно глупым. - Где ж ещё?

- Ну, не знаю. А тебе не страшно? Ты ведь его даже не знаешь...

- Ещё как знаю! Полгода с ним переписывались, созванивались и по скайпу разговаривали.

- Это, конечно, всё меняет.

Я замолчала, понимая, что это, собственно, не моё дело. Смогла бы я вот рвануть к любимому, бросив всё? Смешно об этом даже просто думать, я ведь ещё ни разу не влюблялась. И в меня никто не влюблялся...

Внешность у меня, скажем прямо, не фонтан. Я уже говорила, что у меня маленький курносый нос, светлые волосы и голубые глаза? Добавьте к этому ещё бледную кожу, круглое лицо с вечно розовыми щечками и россыпью веснушек, яркие, но тонкие губы и густые брови. А также худощавую девичью фигуру и невысокий рост - на вид мне не больше пятнадцати. Это жутко раздражает, потому что из-за этого меня отказываются воспринимать серьезно, а я ведь уже не ребёнок и самостоятельно могу решать свои проблемы.

- Во сколько ты проснулась? - Я окинула её взглядом, не понимая, как она могла так выглядеть в семь утра.

Мало того, что она накрашена, так ещё и причёска праздничная - тщательно завитые локоны, обильно политые лаком для волос.

- Даже не спрашивай, - вздыхает она. - Пришлось встать в четыре утра.

В четыре утра? Да, это тебе не шубу в трусы заправлять...

- Ты собиралась на автобус три часа? - решаю просто уточнить.

- Какая же ты... - она не договорила, увидев, как я прищурилась. - Я ведь не просто еду в общагу заселяться!

Куда уж мне? Я, конечно, тоже немного подготовилась к встрече со столицей. Ну, там, маникюр сделала, педикюр. Но встать так рано, чтобы накраситься и уложиться - это выше моих сил. Да и не для кого мне так стараться, меня ведь никто не встречает.

- Ага, кончено, тебя ведь ждёт принц.

- Принцев не бывает, не будь наивной.

Это я-то наивная? Эм-м-м, а кто из нас двоих сейчас едет к неизвестному парню? Хоть и богатому, хм, поправочка, возможно, богатому...

Всё-таки это столица, кого там только нет. В том числе аферистов пруд пруди. И кто ещё из нас наивный?

Кира отвернулась к окну, я тоже потянулась за наушниками. Сделав пару кликов на своём смартфоне, услышала приятную мелодию.

H1GH - Я не хочу домой.

Я тоже не хочу домой. Моя мама чудесная, но она слишком сильно меня опекает. Это душит меня. Я хочу понять, могу ли я сама что-то сделать. Кто я? Что собой представляю?

POV Ася

Ехать пришлось весь день. Никаких признаков кондиционера, естественно, не наблюдалось. Я потихоньку смеялась в кулак, наблюдая, как от жары подтекает косметика на лице Кирки. Она и сама уже стала замечать, что что-то не так. Вон, потянулась в свою сумочку за зеркальцем. Ужас отражается на её лице, а я закусываю нижнюю губу, чтобы не разразиться диким ржачем.

Шок застывает на её размалёванном фейсе. Да-а-м, видок там, и правда, не ахти какой. А вдруг её богатый столичный хахалёнок увидит? Ай-яй-яй... сразу ещё откажется брать... и чего им своих девок в большом городе мало?

- Ну, емае! - причитает Кира. - Что теперь делать? У тебя есть мицеллярная вода? Хотя... да, кого я спрашиваю! Ты вообще не знаешь, что такое косметика!

- Эй, - возмущённо выдыхаю я, - ты чего это на меня наезжаешь? Я что ли тушь у тебя по лицу размазала?

- Блин! - взвыла она, не слушая меня.

Я залезла в свой бездонный рюкзак, который так усердно вчера собрала, достала гигиенический салфетки. Они, кончено, не для лица, а для совсем другого места... ну, вы поняли, зато хорошо очищают. Я протянула их Кире.

- Издеваешься?

- Не хочешь - ходи так, - хмыкаю я, прижимая руку к себе, распахивая рюкзак.

- Ладно-ладно, давай их! - Кира выхватывает пачку, достает одну, принимается вытирать круги под глазами.

Я вновь смеюсь, за что получаю пару едких взглядов. Кира неистовствует - ещё бы - буквально через полчаса мы прибудем на станцию.

- Теперь нормально? - спрашивает она.

По-моему раньше было лучше - я люблю панд. Но я лишь пожимаю плечами, распустив свои волосы, чтобы немного взбаламутить, а затем вновь замотать в култышку.

Я сегодня нарядилась и по погоде, и по цели. Простые джинсовые шорты с завышенной талией, заправленный в них бежевый топ, поверх которого короткая красная клетчатая рубашка. Обувь тоже подбиралась по главному принципу - чтобы было удобно. Обычные кеды. Кто ж знает, сколько мне сегодня придётся протопать пешочком? А что? Нормальный прикид! Мне ведь некого покорять. Ничье сердце сегодня не падёт к моим ногам.

Автобус подъехал к вокзалу. В попу моей соседке впилась иголка - не иначе. Она принялась подпрыгивать на сиденье, приклеившись к окну.

- Он здесь! Смотри! Аська, смотри! Вон он!

Я без особого энтузиазма глянула в том направлении, куда она указала, и никого там не увидела. Может, у неё тепловой удар?

- На выход! - крикнул водитель, словно мы сами не поняли, что приехали.

Кира собралась рвануть вперёд всех, но как бы не так. Народ у нас нетерпеливый, поэтому попробуй тут, протолкнись.

- Куда ты? - Я дёрнула её за руку. - Успеешь. Затопчут и не заметят. Дождётся тебя, любимый.

- Да ну тебя! - скривилась Кира, но всё же остановилась.

Настала наша очередь. Мы двинулись к выходу.

- Лёша! - взвизгнула Кира возле моего уха, отчего я подпрыгнула на месте, затем дёрнулась в сторону, запнулась о чей-то чемодан и чуть не приземлилась лицом на асфальт. Но передо мной возникла преграда в виде высокого парня, любезно подставившегося под удар моей головой о его грудь.

- Ай! - Я поднимаю голову, чтобы встретиться с голубыми глазами, удивленно взиравшими на меня сверху вниз. Я буквально распростёрлась на нем. Кажись, даже руками обняла - вот блин.

- Лёша?

Вопрос Киры эхом отражается в моей голове.

- Ох, - я шарахаюсь от парня, - простите, я не... это... случайно.

Парень ещё раз посмотрел на меня своими голубыми глазами, после чего тепло улыбнулся, а я почувствовала, как мои щёки превращаются во флаг СССР - такое же ярко-красное знамя.

- Бывает, - говорит он, обращая свое внимание на Киру. - Привет.

- Привет. - Та в ответ кокетливо захлопала ресничками. Я закатила глаза. - Ты не пострадал? Аська тебя чуть не сбила.

- Аська?

- Да, вот она. - Кира указывает на меня пальцем. Ну, спасибо! Вот она, хваленая женская солидарность. - Неуклюжая. - Это уже сказано мне.

Да, Кира в своём репертуаре. Что я могла ещё от неё ожидать? Она всегда первая бежала с жалобами к начальству, пытаясь выгородить себя путём превращения меня в злостного нарушителя.

Можно подумать, я рада, что так произошло? Я чуть самым тесным образом не познакомилась с этим городом! Лицом к лицу, так сказать.

- Вы знакомы?

- Да, мы работали вместе какое-то время, - лыбится Кира. А Леша кивает, ещё раз оглядев меня с ног до головы.

- Сумки свои забирайте, чего задерживаете? - окликает нас возмущенный водитель.

Я подхожу первая, чтобы забрать свой чемодан - тяжёлый он все-таки. Лёша берет чемоданы Киры. Она же стоит и сияет, как новогодняя гирлянда.

- Эм, не подскажете, - обращаюсь я к водителю, - как я могу добраться отсюда до...

- Девочка, - обрывает он меня, не дав задать вопрос до конца, - я что, похож на справочную? Такси возьми и езжай себе спокойно.

- Куда тебе надо? - мягко спрашивает парень Киры.

- Пушкина 126, общежитие *** университета.

- О, ничего себе! - удивляется он. - Ты там учишься?

- Нет ещё, я только поступила, - засмущалась я, наверняка, вновь покраснев.

- Бюджетница?

- Да.

- Пойдем, - кивает он в сторону серебристой машины. - Кира, давай подвезём студентку, раз она - твоя подруга.

- Мы не подруги, - хором отвечаем.

- Значит, землячки. Пойдем, нам всё равно по пути.

Кира тщательно скрывает своё неудовольствие, а я игнорирую её косые взгляды. Но, надо признать, вкус у этой стервочки очень даже ничего. Она столько много о нём рассказывала, и сейчас я немного пожалела, что пропускала её слова мимо ушей.

Парень очень красив. Кажется, в нём идеально абсолютно все. Светло-каштановые волосы зачесаны назад. Большие голубые глаза, окружённые добротными ресницами, смотрят приветливо. Губы обычные, а вот густые брови делают мимику более живой.

- И на кого собралась учиться? - обращается Леша ко мне, когда я расположилась на заднем сиденье.

- Филолог.

- По тебе и не скажешь, - улыбается парень.

- Почему? - хмурюсь я.

- Не знаю, я как-то по-другому представлял себе этих грамотеев.

- Как? Большие очки на носу? Юбка ниже колен, белая блузка?

- Именно так! - Он засмеялся, постучал пальцами по рулю, затем посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

- Ну, теперь твои стереотипы лопнули. - Я поджимаю губы. - Хотя кто знает, может, к концу обучения я и правда превращусь в очкастую грымзу, которая будет прыскать слюной вперемешку с ядом при слове «тортЫ».

Леша посмеялся, а Кира даже не улыбнулась.

- А твоя подруга с юмором, - говорит он ей.

- Ходячий цирк, - кивает она, а я даже не удивляюсь её ядовитому тону, ведь я невольно перетянула на себя всё одеяло при её встрече с любимым.

Больше Лёша не обращался ко мне. Его вниманием целиком и полностью завладела Кира. Я опрокинулась на сиденье шикарной машины. Все-таки кондиционер - прекрасная вещь. Краем уха слышу, как Кира спрашивает о магазинах, в которых можно обновить свой гардероб. Я тебя умоляю! Она ведь привезла два больших чемодана! Куда ещё-то?

Мы как раз въехали на центральную улицу города. Я так понимаю, моя общага находится не на окраине - здорово! На часах уже восемь, но город и не думает замолкать. Столько машин я в жизни не видела. Все куда-то торопятся, беспрерывно сигналят. У меня даже возникло желание заткнуть уши, чтобы избавиться от этих громких звуков.

Но когда немного попривыкла к шуму, приклеилась к окну. Боже, какая красота! Здания невероятно высокие, да ещё и различных причудливых форм. А люди-то какие! Все разные и интересные, у нас так не ходят.

Я даже чуть ли не подпрыгнула на месте - захотелось бросить всё - общага подождёт - чтобы пройтись по этим улочкам, вертя головой в разные стороны, раскрыв от удивления рот. Я должна почувствовать подошвами этих кед, что ощущаешь, ступая по этой брусчатке.

- Ты первый раз в столице?

- А? Что? - переспрашиваю я, поняв, что ко мне обращаются.

- Впервые в столице?

- Нет, второй, - отвечаю я, немного отодвинувшись от окна. - Первый раз была, когда мы с мамой подавали заявление на поступление. Но тогда я так сильно волновалась, что вообще ничего не замечала.

- Ничего, - смеётся Лёша, - у тебя ещё будет уйма времени, чтобы всё изучить.

- Будет, - согласно киваю.

- Мы почти приехали.

- Правда?

Я буду жить здесь? Офигеть! Моё сердце так сильно стучит, а живот стягивает узел. Я закрыла нос и рот пальцами, чтобы успокоиться. Надо сделать глубокий вдох - всё ведь хорошо. Я почти добралась до общаги. Сейчас расположусь, переоденусь и пойду гулять.

- Давай я тебе помогу? - предлагает Лёша, вытаскивая мой чемодан из багажника.

- Эм, спасибо.

Я открываю дверь, мы с ним заходим в здание общежития.

- Здравствуйте, - здороваюсь я с женщиной на входе. Она, видимо, и есть коменда. - Я - Ася Баброва, хочу заселиться в общагу.

- Факультет? - грубо спрашивает она, я даже растерялась.

- Филологический, - за меня отвечает Леша.

- Фамилия?

- Баброва, - вновь повторяю я.

- Паспорт, - квакает женщина.

Я протягиваю ей свой документ, она долго смотрит в него, затем переводит взгляд на список.

- Ты иди, - говорю я парню. - Я сама тут справлюсь, а тебя уже Кира заждалась.

- Окей, - отвечает он. - Ещё увидимся?

Я улыбаюсь ему, киваю. Он поворачивается, доходит до двери и уже открывает дверь, чтобы выйти, когда коменда резко заявляет:

- Нет такой.

- Что? Как это нет? Быть такого не может!

- Вот так вот, девушка. Нет тут никакой Аси Бабровой.

- Дайте-ка, я посмотрю, - вмешивается Леша, передумав уходить.

- Вы ещё кто?

- Брат, - уверено врёт он.

Коменда бросает на нас злобный взгляд, но список протягивает. Мы становимся рядом, чтобы пролистать глазами список.

- Вот же, - Лёша указывает пальцем на «Асю Боброву».

- Слепой? - коменда раздувает ноздри. - Там Боброва, а у вас Баброва.

- И? Но остальные ведь данные совпадают. Просто допустили ошибку при составлении списка. Можно ведь просто зачеркнуть...

- Я тебе зачеркну! Ишь чего придумал!

- Да ладно вам! - Леша разводит руками. - Она ведь есть в списке, просто небольшая ошибка в фамилии. Одна какая-то буковка.

- Ничего не знаю! - непреклонно заявляет женщина. - Идите в деканат, там и разбирайте, где и какая ошибка допущена. А пока не мешайте!

- Но универ ещё неделю будет закрыт!

- А мне какое дело?

- Понятно все с вами.

Лёша так упорно бился за мою комнату, а что я? Я просто застыла, как статуя. Вот вам и взрослая жизнь. Приехали. И что теперь делать?

Я рассеяно провела по волосам, почесала кожу голову, по ней словно забегали маленькие муравьишки. Нижняя губа предательски задрожала. Я опустилась на лавочку у стены, уткнулась лицом в ладони.

Леша принялся кому-то звонить, но никто, видимо, не ответил.

- Чёрт! - выругался он, опускаясь рядом. - У тебя есть здесь родственники или знакомые?

- Нет, откуда? - Стоило очень больших трудов сказать это и не разреветься. - Я, наверное, найду гостиницу, там переночую.

- Тебе там придётся жить неделю, универ сейчас закрыт.

- Ты тоже там учишься? - Я вынырнула из своих рук.

- Нет, я учусь в другом. Этот слишком понтовый для меня.

Я не поняла, что это значит, но не стала переспрашивать.

- А неделя в гостинице - это слишком дорого. Не думаю, что у тебя хватит денег.

- У меня есть деньги.

- Ты недооцениваешь столичные цены.

- И что же мне делать? - Я всё-таки всхлипнула.

- Эй, не реви. - Лёша положил руку мне на плечо. - Переночуешь у меня, завтра что-нибудь придумаем.

- Нет, я не могу, - замотала головой. - Как я могу теснить вас с Кирой. Вы сегодня впервые встретились, вам нужно пространство.

- Смешная ты, - хмыкает он. - Попала в такую ситуацию, осталась на улице, а переживаешь за наше неудобство.

- Я и... - шмыг носом, - на вокзале могу...

- Не можешь, - уверено заявляет он. - Там тебя ещё и обворуют.

Я всхлипнула, зажмурила глаза, сморщила нос и поджала губы - верный признак того, что сейчас не на шутку разревусь. В душу словно кошку подкинули, и она принялась там скрестись.

- Я ведь не в однушке живу. Конечно, планировал в этой комнате поселить Киру, но раз такое дело... да и ты ведь говоришь, что у нас с ней вечер встречи... как-нибудь переночуем...

- Свободная... - хлюп, - комната?

- Да, - улыбается Леша, - есть свободная комната. Пойдем.

Я на секунду остановилась, понимая, что поступаю сейчас ещё глупее, чем Кира. Она с ним хотя бы полгода переписывалась, а я только полчаса знакома. И уже собралась ехать к нему.

А какая у меня альтернатива? Вокзал? Леша прав, меня там обуют до нитки. Может, маме позвонить? Да нет - вообще не вариант. Её решение проблемы я и так знаю.

Мы выходим, Кира уставилась на нас, даже в окно вылезла.

- Что случилось? Что происходит?

- Сядем, объясним, - отвечает Леша.

- А она не можешь перекантоваться в гостинице? - Кира поворачивается ко мне, чтобы выразить свое несогласие с моим присутствием.

- Кира, мне не сложно помочь. Квартира большая, всем место хватит. Сегодня уже поздно об этом думать. Ася немного в шоке и очень расстроена. Целый день в дороге, и тут такие новости.

Я просто слушала их, ничего не говоря. Мне было и страшно, и стыдно. Всё так хорошо начиналось, и так нелепо закончилось. Как моя дурацкая фамилия привела к такому? Баброва! Через «а», да блин!

Мою голову затянул туман. Красоты города перестали меня привлекать, а высотки теперь лишь давят сверху. Я съежилась.

- Собираешься выходить, или как? - Кира стукнула в окно. - Вечно с тобой одни проблемы.

Кира, сузив глаза, наблюдала, как я вылезаю из машины. Я подняла голову вверх, чтобы увидеть очередное высокое здание. Леша вытащил наши чемоданы, направился к многоэтажному дому. Кира же поймала меня за руку, когда я шагнула следом.

- Только попробуй что-нибудь обо мне сказать, - шикнула она, - и ты вылетишь отсюда, даже не переночевав. Усекла?

- Да, - прохрипела я, не понимая о чём речь. Пусть только отстанет от меня.

Квартира находилась на седьмом этаже, и Леша не солгал, когда сказал, что она большая. Я бы даже сказала, огромная. Мы с Кирой в шоке застыли на пороге. С чего бы начать её описывать? Может, с того, что одна прихожая в этой квартире больше, чем наша с мамой квартирка? Или с того, что в этой квартире есть собственная лестница, которая ведёт на второй этаж?

Второй этаж! Куда я попала? И если я ещё больше напугалась, то Кира пришла в неописуемый восторг.

Прихожая была своеобразным стволом дерева, от которого расходились ветви - комнаты.

- Твоя комната на втором этаже? - ласково, словно кошка, промурчала Кира.

- Нет, - отрицательно помотал головой Леша, - туда нельзя подниматься. Моя спальня здесь.

Он указал на дверь, следующую сразу после кухни. Кира максимально старалась скрыть то, что ей этот факт не понравился. Леша ничего не заметил, а это не моё дело.

- Тебе сюда, - кивает он на соседнюю дверь. - Дальше ванная, туалет.

- Спасибо тебе, - тихо произнесла я, но Леша услышал.

- Да не за что. Готовить не умею, поэтому придётся заварить лапшу...

- Я могу что-нибудь приготовить, если у тебя есть продукты! - неожиданно предложила Кира. Я пожала плечами - не буду мешать девушке, зарабатывать себе очки.

- Если хочешь принять душ, то чистые полотенца в шкафчике возле душевой кабинки.

- Спасибо.

Я вошла в комнату, в которой сегодня проведу ночь. Комната небольшая, зато кровать больше, чем нужно одному человеку - двуспальная. Есть шкаф, письменный стол, окно, шторы и, собственно, на этом все.

А что ещё нужно?

Я открыла чемодан, достала махровый халат, отправилась в душ. Мне уже не было жарко, наоборот, по спине то и дело пробегал холодок.

Ванная огромная, но самой ванны в ней не было, лишь душевая кабина и два умывальника. Зачем ему два умывальника? Я быстро приняла душ, помыв засаленные душным автобусом волосы.

Ничего особенного Кира не приготовила. Макароны с фаршем - и на том спасибо.

- Так, значит, вы вместе работали? - спросил Леша.

- Да, - живо отозвалась Кира, - но не вместе, а в одном магазине.

Я часто заморгала, но ничего не сказала. Что это может значить?

- Ах, точно забыл. Ты ведь работала директором магазина и...

Я поперхнулась от его слов, затем закашлялась. Директором? Кто? Кира?

- Ася? - обратилась ко мне Кира. - Ты в порядке?

И её «в порядке» прозвучало так, словно она приказывает мне заткнуться. Теперь я поняла, почему она советовала мне помалкивать. Я исподтишка взглянула на неё, она подавала мне невербальные сигналы. Интересно, о чем ещё она ему не рассказала?

- Да, - киваю, - Кира у нас была директором.

Она сразу облегченно выдыхает.

- А ты кем работала?

- Продавцом, - признаюсь я.

Я работала, а не воровала, поэтому не стесняюсь правды. Что в этом постыдного?

- Ты ведь ещё в школе училась?

- Ага, поэтому работала неполный рабочий день.

Я ведь знала, где собираюсь учиться, поэтому деньги мне точно лишними не были. А тут подвернулась такая подработка, я не смогла отказаться.

- И как тебе Кира, как начальник? - продолжал поддерживать беседу Леша. И где она нашла такого хорошего парня? Они ведь на дороге нынче не валяются? Хотя, уверена, что и раньше тоже...

- Строгий, - подыгрываю я, - но справедливый.

Чёрта с два! На работе Кира больше напоминала того ленивца из мультфильма. Как там его звали? Блиц? А как напарник - и того хуже. Но это последнее, о чём я хочу думать.

- Как думаешь, может, ты и здесь сможешь стать директором?

Кира внезапно становится серьезной. Я чуть не прыснула, но вовремя спохватилась. Что, не ожидала, что и здесь придётся работать?

- Я пойду, спасибо за ужин, - говорю я, вставая со стула, прихватывая тарелку, чтобы помыть за собой. - Спасибо, Леша, что позволил у тебя остановиться. Большое спасибо.

- Без проблем, - улыбается он, а я ещё раз удивляюсь, какой он хороший - таких и у нас в маленьком городке не встретить, не то, что в столице. - Отдыхай.

Я позвонила маме, чтобы сказать, что все хорошо. Да, я доехала без приключений. Конечно, я заселилась в общагу. Да, уже поела и сейчас хочу поспать, потому что дорога вымотала. Да, и тебе сладких снов, мамочка.

Я легла, укрывшись одеялом. Грудь сдавило, в горле застрял ком, а из глаз тут же закапали слёзы. Я одна, в огромном чужом городе, без жилья.

- Что мне теперь делать? - спрашиваю я себя. Но вместо ответа потекло ещё больше слез.

Я не заметила, как уснула, наверное, усталость взяла свое. Беспокойный сон, словно кто-то мне что-то шепчет, а я не могу разобрать, чего от меня хотят. Мама? Ещё ведь не время просыпаться?

Я резко открываю глаза, когда рядом слышится странный шорох. Но в комнате жутко темно, и ничего не видно. Я вдруг вспоминаю, что не дома... и не в общаге. Я ночую у незнакомого парня, которого вообще не знаю. Сердце так сильно застучало, а в голове промелькнули кадры из фильмов ужасов.

- Детка, как сильно ты меня хочешь? Что ты готова сделать, чтобы я тебя взял? - слышу я незнакомый шёпот.

Никогда в жизни мне не было настолько страшно. Я резко подпрыгиваю на кровати, чтобы прижаться к стенке, но не успеваю. На меня что-то грохается.

- А-а-а-а-а! - отчаянно заорала я, придавленная к кровати чем-то очень тяжелым - чьим-то телом. - А-а-а-а!

POV Скиф

Из-за дыма вокруг практически ничего не вижу. Когда клубы превратились в кальянные? Ни черта ведь не видно.

Нет, я не жалуюсь - сам медленно, со вкусом, втягиваю дым в свои лёгкие, чувствуя, как он расползается по всем моим внутренностям. Я расслабленно откидываюсь на спинку кресла, закидывая голову назад. Закрываю глаза, чтобы насладиться этим ощущением внутреннего покоя.

Пошли все в жопу! И батя с его вечными лекциями, и маман, с её нытьем, и даже наш правильный малыш Лёха, названивающий весь вечер. Чего привязался? У меня осталась неделя свободного полёта, ха, надо подколоть этим Макса, он ведь у нас спец по полётам. Я даже улыбнулся, вспоминая тот случай.

И вот после этой недели всё, опять кандалы, называющие себя дорогой в высшее образование. Не то, чтобы она сильно меня напрягала. У нас с батей уговор. Я каждый день посещаю сие интереснейшее заведение, а он не вмешивается в то, чем я занимаюсь после пар.

- Скиф!

Я слышу, как меня окликает Лётчик, но не реагирую. Мне слишком хорошо, чтобы двигаться.

- Эй, дружбан! - Он толкает меня в плечо. - Скиф, блин! Приди в себя!

- Да чего тебе надо? - рычу я, не поднимая головы.

- Вон, глянь, какая цыпа на тебя уставилась!

Цыпа, говоришь? Выпрямляю спину, чтобы посмотреть в ту сторону, куда указывает Макс. Девочка, конечно, хороша, но...

- Гном, - кривлюсь я.

- Да ладно? Ну ты и зажрался, брат!

- Ты же знаешь, я люблю высоких, чтобы не надо было сгибаться в три короба. У меня после таких спина болит.

Лётчик ржёт, хватаясь за ручку шланга, затем присасывается к мундштуку.

- А я бы от такой не отказался, - выдыхает он вместе с дымом.

- Не вижу проблем, - хмыкаю я, выхватывая у него шланг. - А я вон той займусь.

Я направил мундштук в сторону высокой статной брюнетки.

- Эта? - хрюкает Лётчик. - Да она же дылда!

- Это просто ты - хоббит, - отвечаю я, делая затяжку перед тем, как встать с кресла. За нашим столиком ещё пару парней. Они заржали, как кони, услышав такой нелестный отзыв в сторону Маска. Он ведь у нас знаменитость.

Эта детка как раз по моему росту. Мне не нужно наклоняться, чтобы сделать ей пару предложений. Она улыбается, понимая, что именно я ей предлагаю. Она знает правила и готова по ним сыграть. Я уверен, что завтра утром эта крошка соберет свои манатки и тихо скроется ещё до моего пробуждения. Она не закатит мне историку, не будет никаких сцен ревностей. Я ещё на всякий случай отставлю пару купюр на прикроватной тумбе, чтобы обезопасить свой сон и нервы.

- Макс! - громко говорю я, проходя мимо, правой рукой обвивая новую и недолгую знакомую. - Я ушёл!

- О, Скиф, чё так рано? А-а-а, понятно, ясен пень, чё тянуть-то!

Я отмахиваюсь от друга, сильнее прижав к себе брюнету. Моя рука опускается на её мягкое место, затем самым наглым образом забирается под её коротенькую юбку. Она хихикает, сама теснее вжимается в мою ладонь. Чёрт, а цыпа не промах. Ну, что ж, сегодня будет очень весело.

Я ловлю такси, называю водителю адрес, не обращая внимания на сумму доставки наших тел до пункта назначения. Малышка зря время не теряет. Её пальчики с острыми ноготками скользят по моей груди.

- Без царапин, - предупреждаю я её, она в ответ смеётся.

На мне сегодня короткие чёрные джинсы с подранными коленями, обтягивающая белая футболка и яркие кроссовки. Можно задать вопрос, как эта красотка повелась на такого? Я отвечу, что она просто прекрасно знает, сколько стоит это тряпьё, что висит на мне. Одна только футболка стоит несколько тысяч иностранной валюты. А ещё, конечно же, у меня в руке промелькнул смартфон последней модели известной компании.

Девушки в клубах работают похлеще охранной системы. Они все видят, все замечают. И если ты думаешь, подходя к девушке, что ей сказать, не парься. Она уже давно заценила тебя и решила, ответит ли тебе. Будь ты хоть сто раз оригинальным - это не сработает.

Но с этими крошками приятно иметь дело, чего не скажешь о других представительницах бабьего царства. Это такие малышки снаружи божьи одуванчики. Они не прочь покувыркаться с тобой, но потом требуют от тебя взять за это ответственность. Они уверяют, что влюбились - ага, с первого взгляда - плачут, что ты наглым образом ими воспользовался, обманул. И плевать, что они тебя не любят, а просто понимают, куда попали и с кем переспали. Осознание выгоды блестит в их глазках похлеще, чем страсть накануне вечером.

В итоге, они несчастные жертвы, у которых разбито сердце, а ты - козёл, который только и делает, что пользуется девушками.

Проходили - знаем. Но по факту, почему я должен был в неё влюбиться, и когда я должен был это сделать? И вся эта чушь про любовь с первого взгляда - вы серьезно вообще?

Есть, конечно, ещё один подпункт в моей классификации. Но таких я на дух не переношу, даже вспоминать тошно... каждый раз, когда встречаю подобную, зубы сводит...

К чему мне эти сложности? Теперь я выбираю только первую категорию. Пусть мне придётся дать немного «на чай», зато нервы и ушные перепонки целы. И в лицо они мне ничего не выльют, выказывая свое презрение.

- Ты здесь живёшь? - крошка даже слегка присвистнула. - Богатенький парниша.

Я шлёпаю её по округлой попе, подталкивая к лифту. Двери закрываются, я вжимаю её в стену. Мои губы касаются её шеи, я провожу по ней языком и тут же отстраняюсь. Фу, какая гадость - горечь от духов, пусть они и дорогие, и французские. Я морщусь, но она не замечает, закидывает свои руки на мои плечи.

Я провожу руками вдоль её тела, отмечая, что формы у неё отменные. Она присасывается к моим губам, словно пылесос. Я слышу, как лифт сигнализирует о прибытии на нужный этаж. Брюнетка хватается за мой ремень, профессионально расстёгивает сложную систему. Я чувствую, как алкоголь, наконец, ударяет в голову. Я хватаю эту куклу, чтобы ускорить процесс. Мы вваливаемся в квартиру, она урчит мне на ухо.

Моя комната на втором этаже, но я не собираюсь вести её туда - слишком жирно будет. Да и зачем куда-то тащиться, если на первом же этаже есть вполне подходящая комната. Она и свободная, и кровать там большая. Я ногой распахиваю дверь. Темно. Так даже лучше. Меньше смотреть - больше чувствовать.

Я знаю, что бабам нравится, когда разговаривают во время секса. Они ведь все любят ушами. Пора так завести эту цыпочку, чтобы она не просто бревном лежала в моей постели, а делала все, как положено.

- Детка, как сильно ты меня хочешь? - шепчу я, но сам не узнаю свой голос. - Что ты готова сделать, чтобы я тебя взял?

Она рычит мне в ухо, я же толкаю её на кровать, после чего мои уши просто взрываются от дикого вопля.

- А-а-а-а-а!

Сперва я решил, что эта моя цыпочка обезумела, но потом комнату пронзил ещё один визг.

- А-а-а-а!

- Какого? - Я дергаюсь назад, чтобы стукнуть кулаком по выключателю. Картина, которую я увидел, в любую другую минуту меня бы непомерно рассмешила, но не сейчас, когда мои штаны готовы взорваться от напряжения!

Моя брюнетка лежит враскорячку. И лежит она не на матрасе. Своим телом она накрывает кого-то живого. Этот кто-то беспрерывно орёт и ёрзает.

Цыпочка резко отпрыгивает в сторону, изумленно взирая то на меня, то на этот комок, который, похоже, запутался в одеяле и никак не может выбраться. Но вот на свет показалась блондинистая голова, как из той шутки «я упала с сеновала, тормозила головой».

- Заткнись! - рыкаю я, потому что это чудо никак не затыкается.

- Ася! - В комнату врывается Лёха. - Ася!

Ася? Какая ещё, на фиг, Ася?

Взлохмаченный комок, хвала создателю, глохнет, и я могу рассмотреть его. Свет еще немного слепит, я прищуриваюсь и зависаю, натыкаясь на её пятирублёвые глаза. Они настолько ярко голубые, что, кажется, вот-вот в них проскользнёт луч солнца. Её рот открыт, она очень часто дышит, прижимая одеяло к своей груди. Она так сильно напугана, что готова в любую секунду вновь нырнуть под одеяло.

- Скиф! - накидывается на меня Лёха. - Ты что, мать твою, творишь?

- Я? - прихожу в себя, указываю на чудо. - Это кто?

- Ася, - он игнорирует мой вопрос, обращаясь к блондинке-врыв-на-макаронной-фабрике, - ты в порядке? Он ничего тебе не сделал?

Я? Это я что-то ей сделал? Это, между прочим, она мне тут обломала такой ништячный секс!

Моя брюнеточка вскакивает, смотря на нас, как на психов.

- Я пошла! - кидает она, обходя меня стороной. - Дурдом, какой-то!

- Лёха! - рычу я. - Что здесь происходит?

- Лёша? - ещё один сонный голос.

Я оборачиваюсь, вижу ещё одну заспанную блондинку. Правда, она очень даже ничего по сравнению с этой... Асей?

- Кира, всё в порядке, - отвечает Лёха, - иди спать. Я сейчас.

- Это ещё кто? - Я показываю пальцем на... Киру?

Лёха решил обзавестись гаремом? Плоха идея! Меня не было дома двенадцать часов, и тут за это время такая фигня произошла! Что это все вообще значит?

Я озвучиваю этот вопрос.

- Я бы тебе всё объяснил и предупредил, если бы ты соизволил взять трубку! - Это он меня ещё и виноватым делает? Серьезно? - Ася, не переживай. Мы сейчас уйдем, ты главное успокойся. Хочешь, я тебе воды принесу?

Ишь ты, смотри, какой заботливый! Водички он ей принесёт! А мне кто возместит мои потери?

Девушка напоминает побитого щенка. Она трясется, словно увидела приведение. Её глаза неотрывно следят за моими передвижениями. Боится? Правильно! Бойся меня!

- Ася, это Ярослав, - продолжает успокаивать её Лёха, - он тоже живет здесь, на втором этаже. Он сейчас поднимется к себе и тебя больше не побеспокоит. Хорошо?

Голубоглазая кивает, а я закатываю глаза.

- Пойдем, - Лёха толкает меня в плечо, направляя к выходу. Я ещё раз смотрю на это чучело, укутанное в одеяло. Она вообще умеет моргать?

POV Ася

Почему я сейчас похожа мышонка Джерри? Я тихо и медленно открываю дверь своей норки. В прихожей пусто. Я кидаю быстрый взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. Никого.

Фуф, позволяю себе расслабить спину. Из кухни доносится звук закипающего чайника. Я делаю два шага назад, но потом напоминаю себе, что не сделала ничего плохого. Лёша ведь сам предложил мне переночевать здесь, я не напрашивалась. Но всё-таки тому парню, завалившемуся ночью со своей подружкой, моё присутствие здесь пришлось не по вкусу. Ну, что ж, меня ведь не надо есть, так что...

На кухне только Лёша. Он стоит ко мне спиной, тщательно орудуя ложкой в небольшой миске.

- Доброе утро, - здороваюсь я.

Кухня в разы отличается от той, что у нас с мамой. Первое, что я отмечаю, - это отсутствие стола. Вместо него посередине круговая барная стойка, с отверстием в центре - непонятно для чего. Стена, находящаяся напротив входной двери и стена, прилегающая к ней справа, заняты встроенным, кухонным гарнитуром. Красивый чёрный глянец. Как по мне, так слишком темно, но, надо признать, что выглядит очень дорого. Хотя, наверняка, не только выглядит, но и стоит.

Я окинула комнату взглядом. Из техники здесь есть всё: холодильник невозможным размеров, варочная панель, духовка, микроволновка, тостер, соковыжималка, блендер, кофемашина и ещё куча всякой неизвестной фигни, которым я не знала ни названия, ни предназначения.

- О, уже проснулась, - Леша обернулся, чтобы улыбнуться мне. - Доброе утро. Не спится?

Да уж, поспишь тут. Не могу сказать, спала ли я после того, как вся честная компания удалилась из комнаты. Я слышала, как Леша что-то объяснял незнакомому парню, и как тот в ответ фыркал. Когда голоса стихли, я просто прислушивалась к каждому шороху, ожидая, что всё повторится.

Я немного поспала, когда начало светать. Но уже в шесть утра мой мозг пробудился, отказываясь признавать, что ещё слишком рано.

- Да, - киваю я, - что-то не хочется. Что ты делаешь?

- Хочу приготовить сырники, - Лёша шевелит ложкой, показывая, что дела идут не очень хорошо.

Я подошла к нему, встала рядом, чтобы заглянуть в миску, стараясь не обращать внимания на внезапно затрепетавшие ноздри, уловившие приятный хвойный мужской аромат.

- Жидко слишком, - говорю я, протягивая руку к ложке. - Дай мне.

- Ты умеешь? - удивляется Лёша.

- Конечно, - робко улыбаюсь я, потупив взгляд под его мягким взором. - Лучше всё-таки получаются оладушки или панкейки, но и сырники выходят сносные. Давай я приготовлю.

Лёша отпускает столовый прибор, отступая назад, освобождая мне доступ. Я беру ложку в руку - ого, горячая какая.

- Сильно же ты взбил творог, - против воли усмехаюсь я.

- А что не надо было? - хмурится он.

- Это же не блины. Творог не взбивают, достаточно просто размять комочки вилкой.

- Да? Чёрт!

Я подсыпала муки, снова перемешала. Достаточно.

- Можешь поставить сковороду на плиту, налить немного масла?

- А, - Лёша почесал макушку, видимо, вспоминая, где у него находятся сковородки, - сейчас.

Он выполнил мою просьбу. Я насыпала немного муки на разделочную доску, принялась катать творожные шарики, затем обваливать их в муке, придавливая, после чего уже опускать на скворчащую сковороду.

- Почему ты встал так рано? - спрашиваю я. - Тоже не спится?

- Нет, - хмыкает он, - я бы с удовольствием поспал. Но ещё неделю работаю, а потом снова за учёбу.

- Работал на каникулах вместо того, чтобы отдыхать?

Я почему-то думала, что обеспеченным парням, живущим в столице, не нужно работать. Они только и делают, что тусуются. Но Леша явно не такой - Кире повезло.

- Ну, мои родители не такие лояльные. Отец хочет, чтобы я сам понял, как зарабатываются деньги.

Я удивленно поднимаю брови, Леша смеется.

- Нет, не то, что ты подумала. Они меня обеспечивают, но и работать я должен.

Сложно все, и я даже не собираюсь в это вникать.

- И ты решил приготовить сырники перед тем, как уйдешь на работу?

- Ага, - улыбнулся Лёша, - хотел сделать Кире приятное.

Где-то глубоко внутри кольнуло. Блин, нельзя завидовать! Это нехорошо! И никакой пользы от этого чувства нет - оно только разъедает сознание. Ненароком можно свернуть не на ту тропу, двигаясь за кем-то, повторяя его движения. Я верю, что у каждого своя судьба и каждому уготована своя безумная любовь, поэтому нельзя смотреть на чужого мужчину, пусть он и красив, и добр, и умен.

- Ой, извини, я испортила твой сюрприз. - Я виновато поджимаю губы.

- М-м-м, - протянул Лёша, - как вкусно пахнет. Если бы не ты, то эта смесь отправилась бы в мусорку. У меня бы не получилось. А так хоть сырники все-таки окажутся на столе.

Я заботливо перевернула каждый сырничек. Они не успели сильно поджариться, но уже позолотели. Теперь у меня на сковородке шесть маленьких солнышек - отличное начало дня...

- Лёха, только не говори, что сегодня пятница! Твои кулинарные эксперименты вновь воняют на всю квартиру!

Беру свои слова обратно, это не отличное начало, и день, похоже, будет и того хуже. На кухню вразвалочку входит высокий парень. Вчера я плохо его рассмотрела, помешал испуг. И хотя при виде него я невольно сжалась, все же смогла ненавязчиво окинуть его взглядом.

Он выше Леши сантиметров на пятнадцать - не меньше. Сейчас на голове полный беспорядок, хотя я почти уверена, что его прическа называется Гитлерюген. Бока короткие, а основная масса волос должна быть зачесана вверх, набок, назад - тут уж кому как больше нравится. Сейчас же вся копна падает на его лицо. Но даже так можно увидеть, что глаза у него темно-карие, почти чёрные. Он недовольно взирает ими на меня и Лёшу.

У его носа вогнутая спинка и крупный закруглённый кончик. Его он сейчас очень усердно морщит, словно аромат сырников вызывает у него рвотные позывы. Подвижные брови и губы скорчены в гримасе неприязни.

- О, пардон, Леха, - парень останавливается, замечая меня у плиты, - ты ещё кто?

- Яр! - резко отвечает Леша. - Не прикидывайся! Я ведь знаю, что ты вчера не был пьян, поэтому всё прекрасно помнишь!

- А, так это твоя заморская принцесса? - Он сделал в воздухе кавычки. - Не ожидал от тебя, брат, не ожидал.

- Это не Кира, - выдохнул Лёша. - Это Ася, её подруга. Не заставляй меня повторять, Яр. Я тебе вчера уже объяснил ситуацию Аси. Отнесись к этому с пониманием. Хотя бы раз подумай не только о себе.

- А, - продолжает ехидничать Яр, садясь на барный стул, - так это она? Ну, мало ли! Может, пока я спал, ты успел ещё кого-то подобрать? Лёх, честное слово, ты меня удивляешь. Я терпеливо относился, когда ты приносил котят там или щенят. Но девушек... мы ведь не можем налить ей молока, пока выставляем объявление о том, что она ищет новый дом?

- Что? Это я бездомная? - вспыхиваю я, затем бледнею.

- Яр, твою мать, что с тобой? - рычит Лёша. - Ася, не обращай на него внимания! У него кретинизм обострился! Яр! Чтобы больше я такого не слышал!

- И что ты сделаешь? А? - хмыкает он, ничуть не раскаиваясь. - Позвонишь моим родителям? Ага, давай. Потом не забудь рассказать, что в этой квартире теперь обитают две деревенские девушки.

Он так довольно скалится, будто победил. Я испуганно посмотрела на Лёшу. У него будут проблемы из-за меня? Я открыла рот, чтобы спросить об этом и сказать, что сегодня же исчезну.

- Даже не думай, - обращается он ко мне, видимо, прочитав всё по моему лицу. - Мне пора на работу. Но я хочу видеть тебя здесь, когда вернусь. Дождись меня, хорошо? А его не слушай. Вот. - Он протянул мне ключи, лежавшие на столешнице. - Можете погулять немного с Кирой, посмотреть город. Только не уходи никуда. Договорились?

Я киваю, а Лёша еще раз бросает строгий взгляд на Яра, получая в ответ лишь кривую ухмылку, разворачивается и движется к выходу.

- Во сколько? - спрашиваю я, быстро выбежав за ним в прихожую. - Во сколько ты придёшь с работы?

- В шесть. Дождись.

- Хорошо.

Мне приходится вернуться на кухню, чтобы дожарить сырники. Я беру один из тех, что уже немного стыли, откусываю. М-м-м, совсем неплохо. И творог вкусный, хотя жуётся он с трудом из-за кома в горле.

- Хочешь? - спрашиваю я парня, дрожащим голосом. Мама учила меня быть вежливой даже с теми, кто выказывает явное недоброжелательство.

- Я не завтракаю, - кривится Яр, смотря на тарелку с сырниками. - Кофе мне налей.

Я сжимаю зубы, проглатывая раздражение. Мне ведь нужно с ним поладить - кто знает, сколько я здесь пробуду? Я беру чашку, наливаю кофе из кофемашины.

- Какая услужливая, - фыркает он. - Даже не думай подмазываться ко мне. Я тебе не добренький Лёшик, понятно?

Я вновь поворачиваюсь к сковороде, закусываю губу, чувствуя, как глаза уже щиплют слёзы.

- Вот только не надо строить из себя оскорблённую невинность! - начинает злиться Яр. - Приехала тут! Что? Все должны встречать тебя с распростёртыми объятиями? Здесь таких деревенских клуш навалом.

Ничего другого я и не ожидала от богатенького мальчика-мажора. Обидно не то слово. Я чаще моргаю, чтобы удержаться и не пасть в его глазах ещё ниже.

Я быстро скидываю последний сырник со сковородки, ставлю её в раковину, не обращая внимания на клубы пара, появившиеся от столкновения горячего металла и холодной воды.

- Сумасшедшая, что ли? - Рычит возле моего уха Яр, выхватывая шипящую сковороду из моих рук. - Я не собираюсь отвечать за твои травмы! У нас есть посудомоечная машина!

Он отталкивает меня, чтобы добраться до техники, встроенной в нижний шкаф, открывает машинку, закидывает туда сковородку, после чего со всей силы захлопывает. Я наблюдаю за ним сквозь пелену непролитых слёз. Как только он вновь смотрит на меня, поворачиваюсь, быстро обхожу островок барных стоек, чтобы скрыться в комнате.

Я плачу словно маленький ребёнок, размазывая сопли по лицу. Прошли всего сутки после того, как я с радостью выпорхнула из родительского гнезда, и уже была бы не против вернуться обратно.

- Нет! - хриплю я. - Нет! Я не буду звонить маме!

Рассказать маме, попросив у неё помощи - это равносильно признанию того, что сама я ничего не могу. Мама не станет мне помогать, она просто заберёт меня домой. Я навсегда останусь под её мягким крылышком. Осознание этого не даёт мне сдаться - я отбрасываю от себя телефон, затем делаю глубокий вдох, вытирая слёзы ладошками.

Ася Баброва не сдастся!

Папа всегда говорил, что бобры не только добры, но ещё и сильны!

И никакие слова мажорчика меня больше не зацепят!

POV Скиф

Это существо, я даже не могу назвать её девушкой, будет похлеще похмелья.

Да, да, Лёха пытался вчера объяснить, что у девушки проблемы с общагой и всё такое, но мне-то какое дело?

Таких девушек дофига, и я вижу их насквозь. Они прикидываются бедными овечками, но на самом деле это лисы, выбравшиеся из ледяной избушки, чтобы попасть в лубяную. То, что Лёха этого не видит - не значит, что и я слепой. Эта затравленная деваха себя ещё покажет.

- Я сам предложил ей здесь переночевать, - говорит мне Лёша, как только мы вышли из комнаты, где осталась незваная мною гостья. - Если надо будет, то она здесь останется, пока не разберётся с общагой, или пока не найдет другое нормальное жилье.

- С чего это? - возмущённо пыхчу я.

- Эта комната всё равно пустует.

- Но ведь я...

- А ты можешь начать чпокать кукол в своей кровати. Не обязательно использовать эту комнату.

- С чего это ты мне указываешь?

- Яр, послушай, я просто хочу помочь этой девочке. Она впервые в столице, попала в такую беду. Не мог же я оставить её там, в общаге.

- Почему? Именно так и следовало поступить! А не тащить в квартиру не пойми кого!

- Иди спать, Яр! То, что эта девочка будет здесь, решено.

- И кто это решил?

- Я.

А вот это мы ещё посмотрим. Я не собираюсь мириться с такой несправедливостью. Почему это я должен терпеть неудобства в своей собственной квартире? Не порядок!

Аська... Ну, надо же! Давно не слышал таких смешных имён. Она вся такая неряшливая - ну на, прям вылитая деревенщина.

Блондинистые волосы растрёпаны, чуть ниже плеч. Никакой ухоженности, укладки, никаких признаков косметики - мда, у такой шансов устроиться в столице нет и быть не может. Это огромный город, который и встречает, и провожает, глядя на твою внешность.

Я остаюсь на кухне, когда девчонка убегает в слезах. Либо она умело манипулирует своими эмоциями, либо её действительно зацепили мои слова. Второй пункт может, наоборот, сыграть мне на руку.

Ася недолго остаётся в комнате. Девочка решает принять душ. Хм, попробуй. Я слышу, как хлопнула дверь, зажурчала вода, затем жду минут пять. Уверен, она уже успела намылиться. Я открываю дверь шкафчика, скрывающего газовый котел, нажимаю кнопку, отключая подачу горячей воды.

Жалко только, что ледяная вода не мгновенно окатит её. Она будет постепенно остывать, пока не станет совсем холодной.

Я подхожу к двери ванной комнаты. Ничего не слышно. Я ожидал хоть какой-то реакции. Не знаю, там, писк или визг, но нет. Вода продолжает литься, словно ничего не произошло. Я уже даже хотел вернуться на кухню, чтобы проверить, действительно ли отключил котел. Но вместо этого прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, ожидая, что будет дальше.

Вот девочка выключает воду - не сладко мыться в ледяной воде, и тут же вылетает из ванной комнаты, по пути сбивая меня. Я отшатнулся, покачнувшись на месте, преграждая ей дорогу. Ася останавливается, быстро вскидывая голову, сильнее вцепившись в полотенце, обёрнутое вокруг её худобы.

С её волос стекает вода, превращая пряди в склеенные сосульки. Бледная кожа сейчас порозовела от циркуляции крови. Глаза широко открыты так же, как и вчера. Рот тоже приоткрыт - я могу увидеть, как зуб не попадает на зуб. Да она вся дрожит от холода... но молчит, словно так и надо.

Я как ошалелый стою и пялюсь на её пальцы, сжимающие край полотенца. Какие длинные и тонкие они у неё... Я делаю шаг ей на встречу, девочка делает несколько шагов назад.

- Как водичка? - невинно спрашиваю я, но в моих глазах блестит победа.

- Тонизирует, - говорит она, едва справившись со стуком зубов.

- Понравилось, значит? - уже недовольно напираю я.

- Очень бодряще. - Она растягивает дрожащие губы в улыбке. - Каждое утро бы так. Всем советую.

Я презрительно усмехаюсь. Советует она! Я ещё раз окидываю взглядом её фигуру - ничего интересного. Даже глазу не за что зацепиться. Она переминается с ноги на ногу, поглядывая на дверь комнаты у меня за спиной. Я делаю ещё пару резких шагов ей навстречу, она шарахается.

Боится? Я что, похож на маньяка? Ещё было бы, что хотеть!

Я быстро сворачиваю в сторону лестницы, ведущую на второй этаж, слыша, как девочка облегченно выдыхает. Секунда, и её подростковое тельце, прикрытое лишь мокрым полотенцем, скрывается в спальне.

Я не остаюсь дома. Привычно уложив волосы, надеваю дырявые джинсы, майку, подхватываю ключи от машины, чтобы быстрее убраться отсюда.

Я залезаю в свой Гелик черного цвета. Папа подарил мне его год назад на день рождения, когда я заявил, что мне надоело шкрябать столичный асфальт своей жопой - у всех предыдущих машинок были до жути низкие посадки. Я наигрался, обычные гонки меня больше не интересуют, сейчас у меня другие увлечения.

- Скиф? - отвечает Летчик поле двух гудков. Этот парень никогда не выпускает телефон из рук - геймер фигов.

- Ты где?

- Как обычно, бро.

- Сейчас буду, - даже с закрытыми глазами приеду к хате Макса.

Я подъезжаю к очередной топовой многоэтажке, но не поднимаюсь, а наоборот спускаюсь в подвал. Максу Лётчику нельзя жить выше нулевого этажа.

Подвал переоборудован в квартиру, где постоянно тусуются различные непонятные типы. Сам Макс называет это место приютом потерянных душ. Здесь можно и переночевать, если ушёл из дома (сам Лётчик постоянно сбегает от опеки своих родителей), и поиграть, и просто потусоваться. В этой хате постоянно устраиваются вечеринки, превращая всё вокруг в абсолютный хаос. Вот вам ещё одна причина, почему это место находится в подвале, а не в одной из квартир.

На входе дремлют два непонятных чувака - обкуренные что ли?

- Это ещё кто? - спрашиваю у хозяина сего бардака.

- А это, - Макс снимает огромные наушники, отодвигается от компьютерного стола, - Лёлик и Болик.

- Кто? - удивленно поднимаю брови.

- Братья по несчастью.

- Харе говорить загадками, колись, где подобрал этих негритят?

- Они не негритята.

- Да вижу я, но они словно никогда не умывались. Бомжи по сравнению с ними благоухающие цветочки.

- Короче, я познакомился с ними у Федьки...

Внутри что-то ухнуло.

- Ты ходил к Ростоману? - вскидываюсь я. - Опять?

- Хей, брат, не наезжай. - Макс примирительно поднял руки. - Ты смылся вчера, я решил немного затусить...

- С Ростоманом? Макс? Ты не помнишь, чем закончилась твоя с ним тусовка в последний раз? А в предпоследний? Я думал, что прозвище будет тебе хорошим напоминанием! Что, Лётчик, снова полетать захотелось?

Федя Ростоман не просто наркоман, он - дилер с идеей и манией величия. Шапка и дреды - имеются; позеленевшая кожа, как у всех ростоманов игры «Sims», свидетельствовавшая вовсе не о его особенной сущности, а скорее о необратимых процессах в его организме - имеется; прокуренная холобуда - также присутствует.

- Скиф, ты что мне предъявляешь? Я просил тебя мне помогать? Я всё контролировал!

- Ах, вон оно что! - рычу я, разозлившись не на шутку. В последний раз, когда Макс завис с этим нариком, его сначала откачивали, а потом месяц лечили в психдиспансере! И ему хоть бы хны! Снова туда попёрся - идиот. - Когда в следующий раз попадёшь в дурку, или приземлишься голой задницей в сугроб, мне не звони! Понятно?

Я резко развернулся, направился широкими шагами к выходу.

- Скиф! Стой! Прости, брат! - кинулся за мной Макс.

- Федя теперь твой брат!

- Яр, емае, постой! - Летчик удерживает меня за плечо. Я резко дергаю рукой, смахивая его.

- Макс, вот скажи мне, я похож на лопуха? Ты постоянно ездишь мне по ушам, а я ведусь! Мы для чего этот подвал отгрохали, а? Сколько сил мы сюда вложили? Ты втирал, что теперь здесь твой грёбаный мир!

- Так и есть! - Макс встал передо мной.

- Я тебя предупреждаю последний раз, Лётчик! Еще раз что-то подобное повторится - на меня не рассчитывай! Я больше не буду напрягаться из-за тебя и напрягать кого бы то ни было! Хочешь укуриться - проваливай сейчас!

- Хватит, Скиф! Я понял.

- Тогда убери отсюда этих пентюхов, чтоб я их не видел!

Макс увел их. Я схватил бутылку энергетика, плюхнулся в глубокое кресло, успокаивая себя. Лётчик не просто мой друг, он мне дороже и ближе собственного брата. Мы выросли вместе: детский сад, школа, теперь универ. На какой-то вечеринке Макс познакомился с этим Ростоманом, и понеслась душа в рай. Я не уследил, всё могло закончиться плачевно.

- Ты сегодня просто злой, или что-то случилось? - Макс сел на высокий стул, прислонившись к барной стойке.

- Лёха привёл домой двух девок, - сказал и скорчил гримасу.

- И в чем проблема? Пусть развлекается. Ты тоже временами таскаешь двух...

- Если бы! Они теперь живут в моей квартире.

- Чего? - скептически прищурился Макс.

- Ага, - я отпиваю немного напитка, пузырьки газа ударяют в нос, - я тоже так подумал. Одна - значит, его новая любовь. Ну, помнишь, он с ней переписывался.

- Из русской глубинки? - припоминает друг.

- Да, - киваю я. - А вторая - её подруга.

- А подруга-то зачем там? Мы с Тамарой ходим парой?

- У неё какие-то проблемы с общагой, я не вникал. И ей типа негде жить. Вот Лёха, наивная душа, и оставил её у нас.

- Зачётная хоть детка? - Макс вальяжно развалился на стуле, чуть ли не распластавшись по барной стойке.

- Глаз закрой! - резко говорю я.

- Что? Зачем? - Но глаз все же закрыл.

- Размечтался, одноглазый. - Я заржал, а Макс кинул в меня что-то. Я не понял что, потому что до меня оно так и не долетело. - Какая, на фиг, зачетная? Обычная деревенщина.

- Не повезло. И что ты думаешь теперь делать?

Макс встал, прошелся по комнате, схватил мяч для пинпонга, кинул его в мини баскетбольное кольцо. Промазал.

- Я скажу тебе, что я точно не собираюсь делать. - Я выдержал паузу, опустошив банку одним большим глотком. - Я не собираюсь терпеть её присутствие.

- Почему? - Друг оборачивается, что пристально посмотреть на меня.

- Ты бы её видел! Она раздражает. Смотрит, как затравленный зверёк. Либо она умело притворяется такой невинной, либо - ещё хуже - именно такая и есть. Только этого мне и не хватало для полного счастья!

Перед глазами мелькает её силуэт с растрёпанными жёлтыми волосами, меня аж передёргивает.

- А подружка Лёхи?

- До неё мне нет дела, - отмахиваюсь я. - А эта птичка должна выпорхнуть из моего жилья.

- Так это проще простого, - фыркает Макс.

- Есть идеи?

Я встаю, отбираю у парня шарик, отправляю его в кольцо - бинго! Макс усмехается. А я довольно улыбаюсь.

- Да ради такой даже не нужно напрягаться. Пройдись по стандарту, - предлагает Лётчик, заставляя меня задуматься.

- Думаешь? Не нужно изощряться?

- А зачем? - Макс поднимает мячик, вновь пытается попасть в кольцо, но промахивается. Он морщится. - Лишние хлопоты.

POV Ася

Это сделал он! Он специально отключил горячую воду, пока я была в душе. Как он это сделал, я не знаю, но я даже не сомневаюсь, что сделал это специально. Если он надеялся, что после холодного душа я с криком убегу из квартиры, то ошибся. Ой, как ошибся. Мне не впервой. Я ведь из маленького городка, где отключение горячей воды так же естественно, как и дожди осенью.

Я слышала, как хлопнула входная дверь. Неприветливый парень покинул свою обитель. Несмотря на то, что мылась я в холодной воде, моя кожа вся пылает. Может, в этом виновато кровообращение, а может, к этому причастен стыд. Я ведь предстала перед ним в одном полотенце! Да ещё и таком коротком!

Назовите меня недалекой или старомодной, но я считаю, что это постыдно - щеголять перед посторонними в таком вот виде.

Я выскользнула из спальни, чтобы прибраться на кухне пару часов спустя. Готова поспорить на что угодно, что парень не стал там прибираться. Как там его зовут? Яр, кажется? Яр - это Ярослав?

Да, я была права. На кухне полный кавардак. Я подняла волосы в высокий пучок, надела фартук и принялась за уборку. Вода всё такая же холодная. Не могли же в столице просто так её отключить? Он где-то перекрыл вентиль? Ничего даже близко похожего не было. Я уже почти смирилась с неизбежной встречей с ледяной водой, когда решила открыть самый большой шкаф.

Вот оно что! Газовый котёл. Ну, здесь не сложно разобраться. Я нажала кнопочку и, вуаля, снова цивилизация.

Кира проснулась часов в девять - эх, мне бы так спать. Её нисколько не страшила и не смущала возможная встреча с незнакомым парнем. Она появилась в мегакоротком шёлковом халатике. Если присмотреться, то можно увидеть её трусики.

- Золушку из себя строишь? Или отрабатываешь ночлег?

- Хочешь - можешь сама этим заняться.

- Ещё чего, - фыркнула Кира.

Она с удовольствием уплела половину сырников, залила их огромной чашкой кофе, после чего закинула ноги на соседний стул.

- Так, почему ты ещё здесь? - спросила она, достав из кармана халата пачку тонких сигарет.

- А ты уверена, что здесь можно дымить? Может, хозяева не курят?

- Да брось, - хмыкнула она. - Сейчас все курят.

- Я не курю, - мотаю головой.

- Да-да, - протянула Кира.

- Что? Это вредно и некрасиво.

- А некоторые считают это сексуальным.

- Что сексуального? Прокуренный голос? Или чёрные зубы?

- Не лечи меня. Ты вся такая правильная. - Кира делает затяжку. - Лёша вчера много о тебе спрашивал - мне это не нравится. Когда ты уйдешь?

- Лёша сказал, чтобы я его дождалась.

- Не слишком ли ты злоупотребляешь его добротой.

- У меня нет выбора, - пожимаю плечами. - Либо злоупотреблять, либо ночевать на вокзале.

- Хм, а ты не собираешься наведаться в универ?

- Собираюсь. Сейчас только приберу кухню и поеду.

- Я с тобой, - неожиданно говорит она.

- Зачем?

- Просто хочу убедиться, что ты не прикидываешься.

- Чего? - прищурилась я.

- Кто тебя знает? Вдруг ты специально всё это мутишь.

Она скинула свои длиннющие ноги со стула. Я поставила последнюю тарелку, после чего обернулась.

- И для чего мне это?

Кира удивлённо поднимает брови, делая последнюю затяжку.

- Тебе надо объяснять? - Она нарочито обводит кухню глазами, а я снимаю фартук и вешаю его на крючок.

- Это не мне нужно, а тебе. - Я указываю на дорогой кухонный гарнитур. - Это ты приехала сюда за лучшей жизнью, без трудностей и напряга. Я же приехала учиться. Я приложила слишком много сил, чтобы поступить в этот универ. И сейчас не собираюсь хитрить, понятно?

Я ушла, чтобы собраться. В университет мне действительно стоит съездить. Страшно находиться в таком подвешенном состоянии и жить в квартире с тремя людьми, двое из которых не хотят, чтобы ты там находилась.

Я почему-то уверена, что холодная вода была просто предупреждением. Что будет дальше, и что можно от него ожидать, я понятия не имею.

- Ты скоро? - спрашиваю я, заглядывая в комнату Лёши.

Красивая комната. Сразу видно, что она мужская - преобладают синие и бордовые цвета. Большая кровать с синим постельным бельём, рабочий стол красноватого оттенка, на котором лежит ноутбук. Огромный шкаф-купе, напротив кровати висит плазма. И все так чисто и аккуратно, ничего лишнего, ничего не валяется, даже страшно ступить на этот паркетный пол из красного дерева.

Кира сидит на кровати в кружевном нижнем белье - красиво, надо признать. У меня тоже есть один такой комплект, но я ни разу его не надевала и не думаю, что когда-нибудь решусь на это.

- Стучать не учили? - спрашивает она, размеренно нанося яркую помаду на губы.

Мы с Кирой полные противоположности. Единственное, что у нас общее - это цвет волос. Правда, у меня они свои, и сейчас темного желтоватые, из-за того, что я много времени провела под летним солнышком, и они выгорели. А у Киры они платиновые, видимо, только покрашенные.

Она высокая и стройная, я - маленькая и худощавая. У неё большая грудь и смачный зад, я же не могу похвастаться ни тем, ни другим. У неё чистая загорелая кожа, а я бледная, словно поганка - загар на мне не держится из-за моей природной бледности. Я просто краснею.

К тому же по всему моему телу разбрелась целая куча родинок и в придачу к ним на лице - конопушки. Зимой они бледнеют, но стоит солнышку хорошенько согреть землю, они расцветают ярким пламенем.

В любовных романах говорится, что парням нравятся такие милые особенности, но на деле это вранье. Я не встречала ни одного представителя мужского пола, за исключением моего отца, конечно, которому бы понравились мои конопушки.

Все они только и делали, что обзывали меня. Я свыклась с тем, что в школе никому не нравилась, но меня не оставляет надежда, что в университете все изменится, и я встречу своего любителя веснушек. Не все ведь такие, как этот Яр! Возможно, я встречу такого же хорошего парня, как Леша?

Кира надела короткую юбку и открытый топ. Она скептически посмотрела на мой наряд. А что такого? На мне молочный сарафан, длина которого достигала колен, а верх полностью прикрывал грудь. Я ведь в универ иду, а не на пляж!

Кира тщательно расчесала волосы, затем сделала небольшую укладку утюжком. Я же заплела свои в косу, чтобы не мешались.

- Выглядишь как деревенщина, - фыркает она.

- На себя посмотри, - не остаюсь я в долгу, - вынарядилась, словно в ночной клуб собралась.

Кира зло запыхтела, но ничего не ответила.

Лёша был прав. Нет, университет не был закрыт, но вот секретари в деканате и сам декан, и его заместитель находились в отпуске. А кроме них, мне никто не мог помочь. Я чуть не разревелась. Кира же разозлилась. Она попробовала повозмущаться, но её никто и слушать не стал.

- Домой? - спросила я её, когда нас буквально вытолкнули из здания.

- Ага, щас, - фыркнула Кира. - Пойдем лучше погуляем по городу, сходим в торговый центр.

Других дел у меня не было. Леша придёт с работы только через шесть часов. Почему бы и не прогуляться по ЦУМу?

И я пожалела о своем решение уже через пару часов, когда Кира заставила меня сидеть и смотреть, как она выбирает одежду. Она перемерила уже тонну вещей, и ей нравилось всё и ничего. Она хотела купить всё, что мерила, но её заставлял остановиться ценник. Её запросы и кошелёк явно не ладили. Видимо, Лёша не оставил ей никаких средств. Это предположение заставило меня усмехнуться - пока её надежды не оправдались.

А чего она, собственно, ожидала? Что достаточно приехать к парню, провести с ним ночь, и всё? Его кошелёк в твоем распоряжении? Серьёзно? Это так работает?

- Почему ты не хочешь ничего примерить?

- А смысл? - отвечаю я, наблюдая, как она вертится перед зеркалом в очередном платье. - У меня нет на это денег. Мне бы с жильем определиться.

- Думаешь, Лёша позволит тебе остаться в квартире?

Я думаю, что он не будет против. В отличие от его жуткого соседа. Я ему явно не понравилась. Вот только не понимаю, почему? Что я ему такого сделала? Вроде бы ничего не сказала, ничем не оскорбила...

- А почему ты не взяла с собой Арину?

Кира застыла, услышав мой вопрос. Она резко обернулась, шагнула в мою сторону, чтобы нависнуть надо мной. Я подняла голову, увидела, как в её глазах вспыхнула злость и... страх.

- Только попробуй заикнуться о ней при Лёше! Или её имя произнести! - процедила она точно так же, как тогда у машины. - Только попробуй не сдержать за зубами свой грёбаный язык!

Интересно, когда я делала иначе? Ей напомнить, кто из нас кого сдавал в магазине?

- Я обещаю, что ты сама убежишь обратно к мамочке!

Угрожает? Чего-чего?

Я резко встала, чтобы если не сравняться с ней, то хотя бы уменьшить давление.

- Хотела бы сказать, сказала бы вчера! - Я тоже умею огрызаться. - Это не моё дело, поэтому я не собираюсь вмешиваться! Это касается только вас! Но советую тебе не скрывать, рано или поздно Лёша всё равно о ней узнает! И лучше рано, чем поздно. Не думаю, что ему понравится, что ты скрывала от него такой значительный нюанс своей биографии. То, что ты соврала ему насчет своей работы - я еще могу понять, но это...

- Заткнись!

- Кого ты пытаешься собой показать? Кого ты строишь? Думаешь, Лёша такой лопух, что не догадается, кто ты такая и какие твои цели? Ха! Готова поспорить, что уже через месяц всё поймёт! И вот тогда ни я, а ты полетишь обратно домой.

- А ты, значит, останешься в этой квартире?

- А при чем здесь квартира? Мне она не нужно. Я перееду сразу, как только разберусь с общагой. Я здесь не для того, чтобы жить за чужой счёт. Сколько можно повторять? Я приехала, чтобы получить диплом самого престижного универа нашей страны.

Я оставила её в магазине. Мне надоела её компания. Я не понимала её и не собиралась даже пытаться. Как так можно? Неужели это так приятно - лгать, обманывать, недоговаривать? Зачем люди корчат из себя невесть кого? Тоже мне директриса погорелого театра!

Я погуляла по проспекту, любуясь ухоженными улочками, наблюдая за людьми, которые вечно куда-то спешат. Здесь бешенный ритм жизни. Смогу ли я к ней привыкнуть?

Я немного посидела на лавочке, съела клубничное мороженное-рожок, затем решила отправиться домой. Хм, ключи-то были у меня, а не у Киры. Но я не переживала по этому поводу. Она точно связалась с Лёшей.

И да, я была права. Мы как раз встретились у входной двери.

- О, а вот и ты, - улыбнулся Лёша. - Как погуляла?

- Отлично, - я ответила ему тем же, на что Кира нахмурилась.

- Я заказал пиццу. Пока ждём её, можно переодеться.

Я кивнула, открыла дверь в комнату и обомлела...

Это не та комната, которую я оставила несколько часов назад. Это какой-то хламосборник! Даже шугу ступить некуда! Откуда ни возьмись появились шкафы, тумбочки, старые компьютеры, гора книг, журналы, различные коробки, даже спортивный инвентарь: начиная с мячей, заканчивая тренажёрами. И ещё куча всякого барахла. Больше напоминает кладовку, в которую люди обычно спихивают то, что не нужно, но выбросить жалко.

- Ася? - спрашивает Лёша за моей спиной, замечая мой шок. - Что это?.. Яр!

Дальше из его рта посыпалось то, что я никогда в жизни не слышала. Я даже подумать не могла, что такие слова существую, и Лёша их знает.

- Яр! Тащи сюда свою задницу! Иначе я сам поднимусь, и тогда тебе не поздоровиться!

- Что за шум? - доносится невинный голос с лестницы.

- Что это значит? - рычит Лёша. - Что ты тут устроил?

Яр нарочито медленно спускается вниз, и я невольно слежу за ним. Сейчас он выглядит по-другому. На нём мягкие чёрные трико, в карманы которых он сложил свои руки, и светлая свободная майка. Его волосы уложены гелем вверх, открывая высокий упрямый лоб.

В стороне замечаю движение, отвлекаюсь от лицезрения этого наглого парня. Сразу видно, ему нравится всеобщее внимание. Я смотрю на Киру. Она стоит с широко раскрытыми глазами и чуть приоткрытым ртом. Ну да, согласна, этот Яр очень красив. И его красота - проклятие для женских сердец. Уверена, он разбил не одну сотню хрустальных сердец, воплощая собой девичьи надежды на безграничную любовь. Встреться я с ним при других обстоятельствах, возможно, тоже не осталась бы равнодушной, а так... нет уж, увольте.

- А что я такого сделал? Ты ведь сказал, что эта комната пустует. Больше нет. Теперь это очень нужная комната. Она хранит в себе много всякого... и для твоей приживалки здесь нет места.

- П-п-приживалки? - начала заикаться я, хотя никогда за собой такого не замечала.

- Ася не приживалка! - возмутился Лёша. - Она просто попала в беду!

- Что ж ты так её защищаешь? - хмыкает Яр. - Заботься лучше о своей девушке. Она тоже здесь на птичьих правах.

Кира возмущённо выдыхает, Лёша злится ещё больше.

- Ты оставишь Асю в покое! Она останется здесь, пока не найдет жилье! Это не обсуждается, Яр!

Я боюсь пошевелиться, чтобы ненароком не привлечь к себе внимания. Так стыдно мне ещё никогда не было. Лёша яростно отстаивает право на мое пребывание здесь, а ведь я ему никто. Такими темпами ему придётся бороться ещё и за Киру.

- Лёша, я лучше пойду, - пропищала я.

- Куда это ты собралась? - опешил он.

- Я не... я найду, где можно...

- Ася, даже не думай! Ты из-за него? - Лёша кивает в сторону Яра. - Он ничего тебе не сделает, можешь его не бояться.

Яр фыркает, но улыбается.

- Он не мерзавец, хоть и пытается такого показать. А комнату мы сейчас разберём.

- Но Лёша! - неожиданно приходит в движение Кира. - Мы ведь собирались в кино! Ты обещал, что сегодня у нас будет настоящее свидание.

- Ой, прости, - нахмурился он, - совсем из головы вылетело. Давай завтра сходим?

Кира тут же надулась, после чего принялась швырять в меня разъярённые взгляды. Я поёжилась. Интересно, кто-нибудь, кроме меня, видит какое раздутое у неё самомнение, и насколько она эгоистична?

- Нет, не надо, - быстро произнесла я. - Если проблема в уборке комнаты, я сама справлюсь. Мне вечером все равно нечем заняться.

Лёша хмурится, смотрит на меня с сомнением. А Кира, наоборот, победно задирает голову.

- Правда, - я постаралась придать голосу как можно больше энтузиазма, пусть и напускного. - Я сама справлюсь.

Яр усмехнулся. Ему смешно? Лёша обратил свое внимание на него.

- Раз этот бардак устроил ты, значит, и разгребать его тебе.

- Мне? - опешил Яр. - С чего бы это?

- Потому что я так сказал! - процедил Лёша.

- А я не собираюсь тебя слушать! Кто ты такой, чтобы мне указывать? - распетушился Яр.

Я сделала шаг назад, отдаляясь от всех троих.

- Ты сейчас же очистишь комнату! Или я...

- Или ты что? - Яр поднимет свои густые брови вверх. - Что ты сделаешь?

Он приблизился к Лёше.

- Я поделюсь с твоим братом одним очень занятным фактом...

- Ты мне сейчас угрожаешь?

Яр значительно выше Лёши. Он угрожающе навис над ним, но Лёша не испугался, наоборот лишь шире расправил плечи.

- Да, угрожаю. Ты знаешь, что Глеб меня послушает. И твои родители тоже. Посмотрим, насколько всеми любимым ты останешься после этого. Твоя свободная жизнь закончится, и ты...

Ой, ой, не нравится мне всё это... Когда в дело вступают чужие секреты, ничего не может закончиться хорошо.

- Хватит! - прерывает его Яр. - Хватит говорить об этом! Я всё понял! Девочка останется здесь, но даже не надейся, что я оставлю попытки от неё избавиться. Посмотрим, как долго ты будешь за неё заступаться, и как долго она сможет вытерпеть!

Яр уходит на второй этаж, тяжело ступая, словно пытаясь продавить ступени. Кира поворачивается к Лёше, когда дверь в комнату Яра хлопает так сильно, что, казалось, на первом этаже задрожали окна.

- Почему ты не можешь просто его выселить? - абсолютно беспардонно спрашивает она.

- Выселить? - переспрашивает Лёша. - Я не могу.

- Почему? - настаивает Кира.

- Это его квартира.

- Что?

Я вижу её фирменный прищур. Она разочарована, но пытается справиться с шоком. Мне же становится ещё страшнее. Яр - хозяин. А это значит, что я не могу здесь оставаться.

- Я - друг семьи, поэтому также свободно могу распоряжаться этой квартирой, как и Ярослав. - Леша поворачивается ко мне. - Ася, не бойся. Яр лает, но не кусает. Он может напугать тебя, но по факту ничего не сделает.

- Но ты из-за меня можешь...

Лёша усмехается:

- У меня достаточно денег, чтобы в случае чего найти другое жилье. Для меня свет клином не сошелся на этой квартире. И Яр меня никогда не выгонит. Он не посмеет.

Зазвенел домофон, Лёша пошёл забирать пиццу. Я на секунду прислонилась к стене. Всего сутки в столице, а уже влипла по самое не хочу.

Я невольно смотрю на Киру. Она темнее тучи. И я, кажется, понимаю почему. Раз эта не квартира Лёши - значит, он не местный. Раз он не отсюда - у него нет тех денег, на которые она рассчитывала.

Я вижу, как усердно крутятся шестерёнки в её голове. Кира размышляет, нужно ли ей продолжать этот спектакль. Или она уже может послать его ко всем чертям, чтобы отправиться на поиски достойной кандидатуры. Но Кира не так глупа. Она понимает, что если сейчас уйдёт, то не факт, что сможет остаться в столице. И вот её взгляд скользит вверх, на второй этаж. Кажется, флюгер направился в другую сторону.

Я закусила щеку, чтобы не сказать ей пару ласковых. Леша вносит пиццу.

- Давайте поедим. Кира поставь, пожалуйста, чайник.

Но чайник пошла ставить я. Кира же направилась переодеваться. Мы ели молча. Пицца оказалась очень вкусной. Намного вкуснее, чем делали у нас в городке. Здесь она пышная, с невероятным количеством сыра.

Кира снова удалилась собираться. Лёша встал, чтобы убрать чашки со стола.

- Я сама, - остановила я его. - Иди, собирайся.

- Точно справишься?

- Я что, не смогу помыть посуду?

- Я не об этом, - улыбается Лёша, - а о комнате.

- А-а-а, - протянула я. - С этим я тоже справлюсь. Я в магазине ещё и не такие тяжести таскала - мне не впервой - так что, не волнуйся.

Лёша усмехается, но ничего не отвечает. Я отворачиваюсь к раковине. Леша выходит с кухни.

Кира в этот раз собиралась гораздо быстрее - ещё бы, боялась, что Лёша может передумать. Я помыла посуду, протерла столешницу. Кира вошла на кухню в облегающем черном платье.

- Мы уходим. Веди себя хорошо, не вздумай показывать свой нрав Яру.

- Без сопливых знаю, - отвечаю я.

Кира хмыкает, Леша останавливается возле неё.

- Готова?

- Ага. Пойдем.

Они уходят. Я выбрасываю коробку из-под пиццы в мусорное ведро, ещё раз оглядываю кухню. Ничего не забыла? Что ж, пора приниматься за спальню, иначе спать мне не на кровати, а на куче всякого...

- Почему ты не сказала Лёхе, что утром пришлось принимать холодный душ?

Я резко остановилась. К стене возле двери в мою комнату прислонился Яр. Он скрестил руки на груди, наблюдая за мной исподлобья.

- Почему не настучала на меня?