Почему он? - читать бесплатно онлайн полную версию книги автора West Darina (самиздат)

Я резко подхватилась и села. Дыхание сбивалось, грудь часто вздымалась, а в висках стучало. Несколько секунд я просто смотрела в темноту комнаты, приходя в себя, пока сознание не начало различать реальность от сновидения.

Сон. Это был всего лишь чёртов сон. Но настолько явный, что в груди все ещё дрожало эхо ощущений.

Я вытянула руки из-под одеяла, взглянув на них. Они дрожали.

Я сжала пальцы в кулаки, пытаясь унять этот предательский эффект сна. Всё тело горело, и я слишком хорошо осознавала, что не только руки выдавали моё состояние. Соски болезненно напряглись, трусики были мокрыми от возбуждения и желания.

— Чёрт… — глухо прошептала я, зажмуриваясь и с силой прижимая ладони к глазам.

Я повернула голову, сердце тут же сбилось с ритма. Спина Максима была расслабленной. Ровное дыхание выдавал его глубокий сон

— Чёрт-чёрт-чёрт, — снова прошипела я сквозь зубы и резко легла обратно, накрывая лицо подушкой.

Хотелось закричать от злости, разочарования и от того, что это был всего лишь чертовски реальный сон. Хотелось снова оказаться там, в этом безумии, где разум не был нужен, а тело знало чего хочет.

Я убрала подушку и задумалась: было ли это ошибкой, согласиться на предложение Ильи? И я уже знала ответ. Три раза «ДА».

Я снова посмотрела на Макса, на этот раз пристальнее. Сглотнула и медленно протянула руку, едва касаясь тёплой кожи его спины. Тело Макса вздрогнуло, но он не проснулся.

Я придвинулась ближе. Меня трясло, а напряжение внутри не отпускало. Я осторожно провела ладонью ниже, к его пояснице, затем скользнула пальцами в его боксёры. Мне нужно было успокоиться.

Хотя бы так.

Макс зашевелился, медленно повернувшись на спину, и, не открывая глаз, опустил свою руку на мою, давая понять, что он тоже хочет. Я сжала сильнее и начала медленно водить рукой. Он уже возбудился, пошевелился и сонными глазами посмотрел на меня.

Я, не отрывая взгляда сняла с себя ночной топ и мокрые трусики, а он в это время снял свои боксёры. Приподнявшись и медленно опускаясь на него, я направила его в себя, закрывая глаза, но перед мысленным взором снова возник он.

Не Макс.

А тот, кто преследовал меня во снах, заполняя собой всё пространство моего разума.

Я наклонилась, находясь на грани между явью и иллюзией, и прижалась губами к губам своего парня, отчаянно желая представить, что сейчас я с другим.

Я сидела на работе, сосредоточенно разбираясь со светом в проекте. Экран монитора слегка мерцал, а мне нужно было подогнать параметры так, чтобы всё выглядело идеально. Рядом шумно стучали клавиши, кто-то лениво постукивал ручкой по столу, погружённый в раздумья, а кто-то вполголоса обсуждал новые фичи.

— Ребят, скоро обед. Мы куда-то двинем или доставку закажем? — раздался голос Стаса, одного из моих коллег.

Дима буркнул, что не против доставки, другие поддержали его. Я тоже откинулась на спинку стула и, не отрываясь от экрана, сказала:

— Я тоже за доставку. Не хочу никуда идти, нужно многое доделать.

Началась небольшая дискуссия, кто что хочет, но я быстро выпала из неё, снова уткнувшись в монитор. Работа была интересной, хоть и требовала максимальной концентрации.

Я работаю в IT-компании, занимающейся полным сопровождением международных заказчиков. По сути, мы занимаемся всем — от проектирования интерфейсов до финальной реализации продуктов. Я UX-дизайнер, моя задача — делать так, чтобы пользователям было удобно и приятно взаимодействовать с нашими продуктами. Компания у нас довольно-таки большая.

Наш офис — один большой кабинет, где сидят все разработчики и дизайнеры. У нас есть фронтендеры, бэкендеры, DevOps-инженеры, тестировщики, продукт-менеджеры, и, конечно, UX-дизайнеры вроде меня. Работаем мы слаженно, не смотря на то, что каждый занимается своим делом. Атмосфера в офисе своя: со своими приколами, внутренними мемами и специфическим юмором, понятным только нам. Я чувствовала себя здесь комфортно. Работала уже полтора года, и, в целом, меня всё устраивало — и коллектив, и задачи, и начальство.

Помимо нас, основной команды, в компании есть так называемый «обслуживающий персонал», как мы в шутку их называем. Это бухгалтерия, HR-отдел, ну и, конечно, наши биг боссы. Вернее, биг босс Никита и его второй партнёр, Олег.

Видим мы их редко, потому что с ними в основном общается наш непосредственный начальник Лёша, и, честно говоря, это даже к лучшему.

Пока я сосредоточенно разбиралась с проектом, на запястье завибрировали часы, оповещая о новом сообщении; взглянув на экран, я увидела уведомление из Telegram — от Ильюхи.

Если есть человек-праздник, так это точно Илья. Он ходячее доказательство того, что стереотип об угрюмых, замкнутых айтишниках — полная чушь. Весёлый, общительный, энергичный, всегда пропадает на тусовках. Катается на новенькой Tesla, потому что боженька наградил его не только харизмой, но и убийственными мозгами. Он зарабатывает, скажем так, неплохо.

Мы познакомились с ним ещё на первом курсе. Учились в одной группе и быстро сдружились. В целом, я со всеми отлично ладила, но с учётом того, что у меня тоже, как говорит моя мама, «шило в одном месте», я частенько зависала с Ильёй в клубах и на разных тусовках. «Своя в доску», так он меня называет.

Я открыла сообщение.

Илья: «Хей, как дела? У меня есть суперновость, набери, как будешь свободна!»

Не скрывая удивления, я приподняла бровь — умеет мой бывший одногруппник заинтриговать. Быстро заблокировав экран компьютера, вышла в коридор и сразу набрала его. Ответ не заставил себя ждать.

— Мэ-э-ри! — протянул он с характерным ударением, как всегда. — Ты что, не работаешь?

Я усмехнулась.

— Привет, Илья. Ты меня заинтриговал, так что давай, выкладывай свою бомбическую новость.

— Короче, Маш, — заговорил он с явным азартом в голосе. — Не так давно я побывал в одном очень улётном месте. Не рассказывал тебе, потому что, во-первых, я был там по приглашению. А во-вторых… — он выдержал театральную паузу, — я не знал, пригласят ли меня туда ещё раз.

— Подпольное что-то? — усмехнулась я. — Учти, Илья, я против криминала.

— Нет-нет! — поспешил он успокоить меня. — Это вечеринка. Просто скажем так, она не для всех.

— В смысле?

— Ну… — он говорил быстро, увлечённо, будто боялся, что я его перебью. — Не все могут туда попасть. Это не обычная тусовка.

Я задумалась.

Не сказать, чтобы я горела желанием выбираться куда-то, но, если честно, это было бы неплохо. Последние два месяца у нас с Максом были сложными. У меня завал на работе, у него проблемы с криптой — рынок нестабилен, он нервничал. Вырваться, потанцевать, выпить и добавить хоть каплю сексуальности в наши отношения — почему бы и нет?

Я вздохнула.

— Окей, Ильюха, уговорил. Когда мероприятие?

— В эту пятницу. То есть уже завтра. Начало в ровно в двадцать три. Я скину тебе адрес, встретимся прямо там.

— Договорились.

Вечер следующего дня не заставил себя долго ждать.

Пятница всегда пролетает незаметно, потому что в этот день обязательно происходит какая-нибудь жопа. Кто-то не доделал отчёт, кто-то внезапно вспомнил, что дедлайн был не через неделю, а сегодня. И ты, судорожно размахивая руками, пытаешься всё это разрулить, мечтая о том, чтобы день уже закончился.

Вечер пятницы, хоть и с опозданием, наконец наступил.

После того как Макс забрал меня с работы, мы заехали в один из наших любимых ресторанчиков и взяли суши на вынос. Наевшись до отвала, мы лежали у меня на диване, ведь ещё днём решили, что на вечеринку удобнее поехать от меня — девушкам всё же нужно гораздо больше времени, чтобы собраться, чем парням.

Я повернула голову и посмотрела на Макса, который увлечённо листал новости в телефоне. Симпатичный засранец.

Мы познакомились год назад. И, кстати, на одной из тусовок Ильи. Он с Максом уже был знаком, а я всегда придерживалась правила: знакомый моего знакомого, как известно, тоже становится знакомым.

В тот вечер я была открыта, общительна и готова к новым знакомствам. Макс понравился мне сразу: темноволосый, кареглазый, уверенный в себе и, что самое важное, с хорошим вкусом в одежде. В моих глазах он сразу заработал пять баллов из пяти.

Наше общение быстро перетекло из нейтрально-приятельского в романтическое, ведь я видела в его глазах интерес.

Я знаю, что я симпатичная. Плюс, у меня отличное чувство юмора и мозги на месте (что, к сожалению, редкость в наше время, особенно среди девушек, с которыми он обычно общался). Всё это дало мне фору и весомое преимущество.

Сначала мы просто переписывались, потом решили встретиться в баре, а второе свидание закончилось сексом в его квартире.

С того дня мы вместе, но, несмотря на то что оба жили на съёмных квартирах и без соседей, оставили за собой право сохранить личное пространство. На это было несколько причин:

Во-первых, Макс снимал студию и работал из дома. Для нас обоих это был бы ад, ведь несмотря на то, что я в основном работаю в офисе, дома у меня тоже есть рабочее место, и иногда я беру удалёнку.

Во-вторых, мы просто не задумывались об этом — нам и так было отлично вместе.

— Чёрт, я хочу спать, — протянул Макс, откидываясь на подушку.

— Так поспи, — я улыбнулась и поцеловала его в нос. — До одиннадцати ещё куча времени.

Он лениво прикрыл глаза, а потом внезапно выдал:

— Может, откажемся?

Я фыркнула.

— Ты так сказал, как будто тебе уже за тридцать, у тебя двое детей и нелюбимая работа, на которую надо вставать в шесть утра.

Макс усмехнулся, чуть приоткрыв один глаз.

— Я же вижу, что ты тоже не хочешь идти. Просто упрямство тобой движет.

Я вздохнула.

— Потому что мне всего лишь двадцать шесть лет. Да, мне лень. Но я знаю, что когда мне будет тридцать пять, ничего не изменится, а может быть, даже станет хуже, и все мои вечера будут проходить лёжа на диване. И, что самое ужасное, я буду корить себя за то, что, пока могла и была молода, отказывалась от развлечений.

Макс засмеялся.

— Маш, ты как будто себя уже хоронишь.

— Ну извини, жизненная философия у меня такая.

— Ладно, тогда так. Я посплю, потому что у меня, между прочим, пусть и любимая работа, но я встал сегодня в три утра, так как торги начались рано. Разбуди меня за час до выхода, я ещё в душ схожу.

— Окей, босс, — усмехнулась я.

Макс зевнул, потянулся и через минуту уже дышал ровно, провалившись в короткий, но такой нужный ему сон.

Я решила показать своему парню — да и себе самой — что действительно хочу пойти на эту вечеринку. Поэтому, вместо того чтобы валяться рядом с ним, я встала и направилась в ванну. Зажгла свечи, набрала горячую воду и устроила себе настоящий релакс — «отмокание» с любимой книгой. Ванильный аромат свечей смешивался с паром, создавая ощущение уюта и спокойствия.

Когда кожа достаточно распарилась, а я успела прочесть несколько глав, пришло время собираться. Я занялась макияжем и укладкой.

Но с выбором одежды всё затянулось: я минут тридцать стояла у шкафа, прокручивая в голове возможные образы. А потом ещё час перемеривала одежду, убеждаясь, что мне «нечего надеть».

В итоге выбор пал на белые кожаные штаны – они обтягивали, словно вторая кожа, подчёркивая линии тела. Сверху – чёрный топ с открытой спиной.

Я выпрямила свои каштановые волосы и собрала их в низкий хвост, аккуратно заколов по бокам серебряными заколками. Стрелки, помада, блеск и любимая туалетная вода завершили образ.

И, конечно, каблуки.

Когда я будила Макса, было безумно приятно видеть его реакцию.

Он открыл глаза, его взгляд тут же скользнул по мне – сначала лениво, но быстро сменился голодным, заинтересованным выражением.

— Маш… — его голос звучал чуть хрипло. — Предлагаю не идти. Я включу музыку и устрою тебе вечеринку прямо здесь, со всеми вытекающими последствиями.

Я лишь покачала головой, едва заметно ухмыляясь.

— Нет, Макс, — я наклонилась к нему ближе. — Я потратила слишком много времени на сборы, и теперь у меня появилось желание поехать.

Я медленно провела пальцами вдоль резинки его штанов, наслаждаясь тем, как его дыхание на секунду сбилось.

— Так что беги в душ. — Я подняла на него взгляд и, чуть прикусив губу, добавила: — И, может быть, я разрешу тебе зажать меня в каком-нибудь укромном уголке.

Я увидела, как его лицо напряглось, как заострились черты. Он определённо возбудился, и я, если честно, тоже. Чтобы продлить эту игру, дразня его и себя, я наклонилась ближе к его уху и прошептала:

— Беги, Макс.

А затем развернулась и пошла на кухню, чтобы сварить ему кофе.

Когда мы подъехали к месту, я сразу заметила высотку, в которой была размещена всеми известная гостиница нашего города. Огромное, стильное здание с подсвеченными окнами.

Макс хмыкнул, лениво скользнув взглядом по зданию.

— Это чтобы из клуба не нужно было везти домой. Удобно.

Я приподняла бровь, посмотрела на него с интересом.

— У тебя был такой опыт?

Он развернулся ко мне и перед тем, как ответить, поцеловал в щёку.

— Скажем так, у меня не было такого опыта с того дня, как мы начали встречаться.

Я улыбнулась, подошла к нему и слегка прикусила его губу.

— Правильный ответ.

Макс потянулся ко мне, чтобы углубить поцелуй, но в этот момент раздался голос Ильи.

— Ну наконец-то, ребята! Что-то вы долго!

Я повернула голову и увидела друга — всегда уверенного, стильного, с лёгкой усмешкой на губах.

— О, Мэри, ты выглядишь отпад. — Он одобрительно кивнул и, не сбавляя темпа, поприветствовал Макса: — Привет, бро.

Они пожали друг другу руки, и Макс тут же спросил:

— Так что за вечеринка, Илюх?

В это время я быстро пробежала глазами, отмечая, в чём был одет Илья, и не могла не заметить, что, как всегда, одногруппник выглядел стильно: чёрная рубашка, идеально сидящие брюки, лёгкий запах парфюма. Они с Максом всегда умели одеваться со вкусом, балансируя между элегантностью и расслабленной непринуждённостью.

— Сейчас сами всё увидите. Но сразу скажу: это чума, как круто.

Мы с Максом переглянулись — интрига нарастала. Мы пошли за Ильёй, вошли в лифт и снова обменялись взглядами, когда был выбран 40-й этаж.

Лифт мягко двигался вверх, и я, опираясь на стенку, осматривала людей вокруг — одеты они были по-клубному, вечернему, но без чего-то откровенно выбивающегося. Когда двери открылись, я испытала настоящий ВАУ-эффект.

Огромный зал, окружённый панорамными окнами. Город расстилался внизу, будто миллионы маленьких огней. Вид был потрясающий.

Музыка была идеальной — ощущалась всем телом, но не била по ушам, а вокруг царила расслабленная атмосфера: кто-то пил у бара, кто-то танцевал, и всё выглядело дорого и красиво. Мы подошли к бару, заказали коктейли, и Илья, перекрикивая музыку, указал на свободный столик.

— Место у нас уже есть. Пошли.

Я посмотрела в ту сторону, куда указал Илья, и увидела за столиком троих — двух девушек и парня. Мы взяли коктейли и подошли к ним. Через пару минут, после того как Илья представил нас своим друзьям, вечер пошёл своим чередом: мы смеялись, шутили, выпивали, и мне стало легко и спокойно, я даже немного расслабилась.

Ближе к часу ночи диджей поставил отличный сет, и я уже собиралась пойти на танцпол, как заметила кое-что. Сначала это не бросалось в глаза, но чем дольше я всматривалась, тем больше деталей вырисовывалось. Я повернулась к Максу, чтобы спросить, не кажется ли мне это? Но он был увлечён разговором. Тогда я придвинулась ближе Илье, и прошептала прямо в ухо, не скрывая удивления:

— А теперь говори, что это за вечеринка!

Он, не скрывая хитрого блеска в глазах, с улыбкой спросил:

— Правда улёт? Ты только посмотри, Маш. Все и так знают, зачем люди ходят на такие мероприятия: оторваться, потрахаться или найти кого-то дольше, чем на одну ночь.

Он сделал паузу, а я напряглась.

— Но все всегда делают вид, что пришли не за этим. Разве не так?

Я молча продолжала смотреть на него.

— Здесь же все об этом знают и не скрывают.

Я сжала бокал крепче, а Илья продолжал.

— И самое классное, что здесь запрещена съёмка. Тут столько датчиков, что, если ты достанешь телефон — тебя сразу выведут. Именно поэтому это место так отличается от других вечеринок.

Я нахмурилась и снова окинула взглядом людей. Сначала ничего не казалось странным, но сейчас эта вечеринка приобретала другой оттенок.

Я стала замечать детали: пары, которые целовались, прикосновения, слишком откровенные, движения, намёки — это напоминало старый Рим, где все табу просто исчезали. Макс тоже это заметил, замолчал и начал прислушиваться к нашему разговору.

Я выдохнула.

— Ты не думал, что нас стоило хотя бы предупредить?

В моём голосе слышалось напряжение — я это понимала, а ещё осознавала, что это открытие меня разозлило.

— Чёрт, Илья, я не пуританка, — сказала я, повернувшись к Максу и, указывая на него, добавила: — Макс подтвердит, что я абсолютно не пуританка!

Макс кивнул, но молчал.

— Но быть участником или свидетелем групповухи? Увольте.

Илья засмеялся. Он положил руку мне на плечо.

— Так тебя никто не заставляет участвовать. — Я сжала губы, а друг продолжил: — Вы с Максом вообще можете быть только вдвоём. И кто знает, может, у вас откроется второе дыхание?

Макс резко ответил.

— Бро, а кто сказал, что у нас с дыханием проблемы?

Илья поднял руки вверх, будто сдаваясь.

— Ребят, реально, в прошлый раз тут было весело, — затем он выдохнул с таким видом, будто этих объяснений нам должно было хватить. — Никто сексом не занимался прямо передо мной.

Я перевела взгляд на парочек, которые, разместившись на диванчиках, уже не стеснялись и позволяли себе слишком многое.

Я любила секс и всегда была готова экспериментировать в постели.

Но так? На виду у всех?

Я не была против свободы, но в этом плане оставалась старомодной. Я хотела, чтобы моё оставалось моим.

Я посмотрела на Макса и сказала:

— Давай допьём и поедем домой.

В ответ я получила одобрительный кивок.

Расслабиться уже не получалось. Я медленно допивала коктейль, но мысли были уже далеко. Когда я поняла, где нахожусь, мой взгляд стал внимательнее, высматривая детали, и внезапно я наткнулась на знакомый профиль.

Господи.

Я подавилась коктейлем. Настолько резко, что горло сжалось, а лёгкие отказывались принимать воздух. Я закашлялась, чувствуя, как ледяная жидкость жжёт меня изнутри.

— Ты как? Всё нормально? — Макс тут же развернулся ко мне, его рука мягко похлопала по моей спине.

Я с трудом сглотнула и выдохнула.

— Да, всё нормально, — прохрипела я, чувствуя, как внутри продолжает колотиться сердце. — Не обращай внимания.

Макс внимательно посмотрел на меня, но потом лишь кивнул и повернулся к ребятам, однако руку со спины не убрал, продолжая легко и медленно поглаживать.

А я не могла оторвать взгляда.

Чёрт.

Не было никаких сомнений, что прямо передо мной, буквально на расстоянии нескольких диванчиков, сидел младший партнёр нашей фирмы — Олег.

Как я уже говорила, у нас есть Биг Босс и его младший партнёр. Если Никита — это харизма, обаяние, уверенность и желание улыбнуться в ответ, то Олег был его полной противоположностью.

И пусть они были лучшими друзьями и ровесниками, казалось, что их разделяет не одно десятилетие. Олег — это грубые черты лица и холодные серые глаза, в которых никогда не увидишь ни единой эмоции. Он не был красавцем и даже не симпатичным: высокий, габаритный, в нём было что-то тяжёлое, мощное, подавляющее.

Мне никогда не нравился такой типаж мужчин. Горы мышц? Бррр. Я всегда предпочитала жилистых парней — именно аккуратная мускулатура меня возбуждала.

Но различия касались не только внешности. Если с Никитой можно было перекинуться парой слов, например на кухне, то с Олегом это было невозможно. Вариант всегда был лишь один — развернуться и уйти в противоположную сторону. А если пути отхода не было, оставался единственный выход: уткнуться в чашку кофе и стоять, как идиот. Это всё же было лучше, чем нарваться на безэмоциональную стену.

И теперь перед моими глазами — Олег, который, мать вашу, сидит на диванчике, а на его коленях — брюнетка, которая его оседлала.

Первым порывом было закрыть глаза, чтобы не видеть то, что моё зрение успело выцепить среди всей этой толпы, которая, не стесняясь, придавалась своим утехам. Но паршивая память подбрасывала образы, которые успели сохраниться.

Коря себя и своё любопытство, я открыла глаза и нашла того, кто меня так заинтересовал в этот момент.

Невольно я сжала сильнее стакан, который держала в руке, потому что картина перед моими глазами уже была другой. Я видела, как его огромная рука медленно подняла край её платья, а вторая схватила её за подбородок, притягивая ближе.

Секунда.

Он её целует.

Нет. Он не целует — это было похоже на нечто иное, но только не на поцелуй. Олег будто бы её пил.

Секунда.

И я почувствовала, как внутри меня что-то сжалось.

Я моргнула. Раз. Второй. Но всё равно продолжала смотреть.

Теперь Олег сжимал её затылок. Я видела, как он оторвался от неё, но тотчас, чтобы вновь припасть ко рту. Его язык прошёлся по её губам, прежде чем снова поцеловать.

А девушка уже была возбуждена. Это было слишком очевидно. Она без конца тёрлась о его ширинку, будто секс уже наступил, будто он уже был в ней.

А потом… его рука, сжимавшая её попку, медленно переместилась к задранному платью и скрылась внутри.

ОН ЛАСКАЕТ ЕЁ ПРЯМО ЗДЕСЬ???

Я не могла оторвать взгляд от этой чертовой сцены. Его острые черты лица под софитами стали ещё более жёсткими, ещё более неприглядными и одновременно до безумия притягательными. Казалось, я вижу мужчину, который именно так должен выглядеть, когда до безумия хочет свою женщину.

Я почувствовала, как мои трусики стали мокрыми. Продолжая смотреть на него, я уже представляла, будто это его руки…

Я вздрогнула, потому что именно в этот момент ладонь Макса снова начала гладить мою спину — тихо, спокойно, лениво.

Я резко повернулась к тому, о ком, к своему стыду, забыла. Макс внимательно посмотрел на меня, чуть прищурившись, а потом наклонился ближе, и я почувствовала его губы на своей шее — дыхание скользнуло по коже, вызвав лёгкую дрожь.

Подняв голову, он тихо, чуть хрипло прошептал:

— Ну что, поехали?

Я заторможенно кивнула.

Еще в такси я потянулась к Максу, ловя его губы в поцелуе. Горячо, требовательно, без остановки. Я не могла с собой ничего поделать, но внутри всё горело, пульсировало внизу живота, и мне безумно, до дрожи, хотелось именно такого секса. Такого, какой, судя по всему, будет у шефа.

Макс тут же подхватил мой настрой, его руки сжали мои бёдра, пальцы скользнули по талии, оглаживая кожу под топом. Он был возбужден. Может, какая-то картинка тоже запала ему в голову, может, просто чувствовал меня. Но это уже было неважно. Всё, что имело значение, – это как сильно нас тянуло друг к другу.

Такси затормозило у моего дома. Мы поспешно расплатились, вывалились на улицу, Макс притянул меня за талию ближе, не прекращая целовать. Дыхание сбивалось, тела уже прижимались, будто пространства, между нами, не существовало вовсе.

Мы вошли в подъезд, едва дождались лифта. Двери квартиры захлопнулись за нами.

Я потянулась руками к его рубашке, нырнула и дотронулась до его кожи. Макс одной рукой держал меня за затылок, а второй рукой сжимал за попку. Я хотела, чтобы он больше был ненасытен.

Я начала расстёгивать пуговицы и как только увидела ключицу, дотронулась губами, а затем прикусила его сосок, сжав зубами. Я услышала его стон. Он развернул меня лицом к стенке, запустил руки в штаны и дотронулся до меня там.

- Блять, ты вся течёшь.

А я лишь на это простонала, потому что хотела, чтобы он прямо сейчас взял меня жёстко. Я покрутила своей попкой и уперлась в его пах в то время, как он целовал мою шею.

Следом потянулась к шеринге его штанов.

- Хочу тебя, Макс, ну же…..

Я услышала звук молнии. Он одной рукой спустил штаны и боксёры, и я сразу обхватила его, сжала сильнее и начала дрочить. Он застонал, и в этот момент я почувствовала, как его палец вошёл в меня. Теперь была моя очередь стонать.

Я хотела большего.

Судорожно расстёгивая свои штаны, я спустила их. Я понимала, что нужно снять и каблуки, чтобы полностью избавиться от штанов.

Зачем я вообще надела эти штаны, которые так ужасно снимаются?

Я бесилась от осознания, что не чувствую того, что было там… в клубе, будто желание проходит.

Я наклонилась, уперлась руками в стену. Я знала, как выглядела в этот момент, но всё было неважно.

- Макс, давай, хочу сейчас. Прямо сейчас возьми меня.

Господи, я готова была умолять его, лишь бы он вошёл в меня. В этот момент я почувствовала, как его головка скользит по моим складкам. Я хотела сейчас — резко, до чёрных точек, до крика — но он медлил.

- Бля…..Маш, ты вся течёшь, ты так прекрасна….

И он вошёл. Макс двигался быстро, и я схватила его ягодицу одной рукой, подталкивая двигаться быстрее, жёстче — сама до конца не понимая, чего хочу.

Я закрыла глаза и представила…

Боже, я представила, что сзади меня стоит не Макс, а он. Тот, кто так страстно целовал девушку.

Его черты лица — ужасные, несимметричные. Я опустила руку вниз и начала массировать клитор.

- Да, давай детка, ласкай себя.

Я почувствовала, как к моим пальцам присоединились пальцы Макса, и я улетела.

После нашего с Максом секса мы пошли в душ, а затем снова занялись им в кровати. Всё было привычно, естественно, отработано до автоматизма. Его руки скользили по моей коже, его губы прикасались к моему плечу. Мы лениво переговаривались, шептали друг другу что-то расслабленное, несущественное.

Но мыслями я была не с ним. Не здесь.

Мой разум был где-то в другом месте. В каком-то параллельном измерении, где всё было иначе. Где желания не нужно было искать, где оно накрывало волной, без предупреждения.

Я прикрыла глаза, пытаясь успокоить себя, но не помогало.

Одна мысль.

Неправильная.

Ненужная.

Но она не отпускала.

Я сглотнула, пытаясь абстрагироваться, найти хоть что-то, что вернёт меня в этот момент, сюда, к Максу, но не могла. Внутри что-то глухо скреблось, напоминая о том, чего я не хотела признавать.

Я чувствовала стыд.

Глубинный, липкий, цепкий.

Но за что?

За то, что во время секса я мысленно была не здесь?

Или за то, что мой оргазм случился не от Макса, а от образа Олега Воронцова?

Даже произнесённое про себя его имя казалось чем-то запретным, словно я совершаю преступление. Я попыталась выкинуть это из головы, но не выходило.

Как можно выбросить то, что вцепилось в тебя мёртвой хваткой?

С той вечеринки прошла неделя — неделя, в течение которой я изо всех сил пыталась вернуть всё, как было.

Я старалась убедить себя, что это просто обычная апатия, что усталость берёт своё, что я просто вымоталась, но это было неправдой.

Я чувствовала это на уровне тела. Макс тоже почувствовал.

Сперва он просто наблюдал, потом начал задавать вопросы.

— Ты в порядке?

— Устала?

А потом, в один из вечеров, он внимательно посмотрел на меня и прямо спросил:

— Маш, у тебя всё в порядке с гормонами?

Я не помню, что ответила — возможно, просто рассмеялась или отшутилась.

Я понимала, что начала двигаться в другом направлении.

Да, у нас был регулярный секс, но это уже было не то. Я старалась. Честно старалась.

Я хотела вернуться в тот момент, когда всё было нормально, когда мне было хорошо с Максом, когда желание не приходилось искать — оно просто было.

Я всё пыталась найти те былые ощущения.

И не выходило.

Я проснулась в десять. У нас в офисе свободный график, главное — отработать свою норму часов, поэтому многие коллеги приходят только к обеду. Продуктивность почему-то ночью всегда выше, но я проснулась поздно не потому, что работала допоздна, а потому что только под утро наконец уснула. Меня замучили эти сны. Сны, в которых Олег берёт меня жёстко. Сны, где это я сижу у него на коленях, а не та девушка, и где его пальцы ласкают не её, а меня.

Я резко выдохнула, потёрла лицо руками и пошла в душ, надеясь, что вода смоет из головы всё ненужное, но холодный поток лишь освежил кожу, не затронув мысли. Завтрак тоже не помог — я механически жевала тост, но вкус казался каким-то пресным. Собравшись, я остановилась на секунду, посмотрела на спящего Максима и вдруг ощутила странное, липкое осознание. Я сплю с чужим человеком.

Как? Как я дошла до такого?

Еще недавно мне казалось, что мы идеально подходим друг другу, а теперь я чувствовала что-то вроде отстранённости, будто мы просто стали привычкой.

Я помешалась, иначе как объяснить, что меня тянет к тому, кто вообще не входит в рамки моего вкуса?

Я схватила телефон и, пока ехала на работу, машинально забивала в поисковик, существует ли что-то вроде «бешенства матки». Браузер, кажется, уже не знал, как реагировать на мою смену интересов. Если раньше там были статьи про UX-дизайн, подборку лучших мест для отпуска и рецепты пасты, то теперь в выдаче соседствовали вопросы типа «как понять, что мужчина хочет тебя», «почему снятся эротические сны» и «можно ли вылечить секусальную зависимость от человека».

Пробежавшись глазами по результатам, я выключила экран и открыла мессенджер, сразу набрав сообщение своей лучшей подруге.

Маша: «Привет, Саша. Надеюсь, ты уже прилетела и отсыпаешься? Напиши, как будешь свободна, я соскучилась и хочу встретиться».

Отправила, отложила телефон.

Саша — Александра, или просто Сашка. Мы знакомы с девятого класса, и с того самого момента она стала моим человеком, тем, кого называют родственной душой. У нас обеих нет ни братьев, ни сестёр, поэтому мы сами стали друг для друга семьёй, компенсируя отсутствие настоящих родственников крепкой дружбой.

Саша вот уже, как три года работала бизнес-аналитиком: разбирает процессы, настраивает системы, помогает клиентам привести хаос в порядок. Иронично, но именно она мне сейчас была нужна, потому что в своей голове я ощущала настоящий беспорядок. Последнюю неделю я ждала её прилёта даже больше, чем, признаться честно, своих ночных фантазий про Воронцова.

Подруга наконец-то выбралась в долгожданный отпуск со своим мужем. Два года назад она сменила статус с «single» на «с одним и надолго». Конечно, я была подружкой невесты, и это был единственный день в моей жизни, когда я плакала как белуга. Тогда я поняла, насколько сильно её люблю и насколько она для меня важна.

За её любовь мы с Егором, её мужем, сражались как в древних эпосах: я проверяла его всеми возможными способами, но в итоге должна была признать — он её достоин. Если любовь, то только такая: уверенная, спокойная, настоящая.

Я задумалась и почувствовала глухое разочарование. Чёрт возьми, я думала, что уже нашла свою любовь. Думала, что это был Макс.

Когда я подходила к нашему офису, не могла не ощутить лёгкий мандраж, который, словно быстрый разряд, пробежал по всему телу. Это стало моим постоянным состоянием: «Здравствуйте, я Маша, и у меня скоро будет нервный срыв».

Я выдохнула, попыталась успокоиться и вошла внутрь. Коридор был привычно пуст, разве что кто-то из ребят проскользнул в переговорку, на ходу договариваясь о встрече с клиентом.

Пока шла, ловила себя на мысли, что надеюсь увидеть его.

И снова провал.

Его я видела редко, вернее — практически никогда, чего не скажешь о Никите, которого встречала уже дважды, и оба раза на общей кухне, где я теперь медитативно пью кофе подолгу, с неподдельной надеждой на случайную встречу.

Угадайте, кого я всё это время надеялась увидеть?

Верно — самого несимпатичного мужика в нашем офисе.

Первое время я ломала голову: как такое вообще возможно? Даже Сергей, мой коллега, который собрал в себе все клише про самого «задротного задрота», по которому, кажется, писались стереотипы об айтишниках, выглядел симпатичнее и куда более располагающе, чем Олег.

Вот уже который день я повторяла про себя, как мантру: «Выбрось его из головы». Но всё было тщетно, и каждый раз мне приходилось сжимать зубы, заставляя себя сосредоточиться на работе.

К обеду, более-менее обуздав свои гормоны, я получила сообщение от Саши.

Саша: «Я жду тебя сегодня у себя. Бутылка испанского вина уже готова. Егор уезжает, так что весь вечер наш. Приходи».

Ну, песня!

Я быстро отписалась, что обязательно буду, и параллельно отправила сообщение Максу:

Маша: «Сегодня не получится встретиться, я у Сашки, приду поздно».

Он не стал уточнять подробности. Мы давно привыкли к такому формату: 100% доверие.

Сегодня я была настроена на серьёзный разговор — со своей подругой, с самой собой и с бутылкой вина. Я перестала узнавать себя: та Маша, которая всегда плохо переносила одиночество, будто бы исчезла, уступив место другой — той, которой хотелось побыть одной. Я мечтала вернуться в пустую квартиру, без лишних разговоров, без вопросов, без попыток Макса понять, что со мной происходит.

К шестнадцати часам, поняв, что мыслями я давно с подругой, решила закругляться. С отработкой часов не должно было возникнуть вопросов, поскольку я всегда могу их отработать или взять работу на дом. Собравшись, я пожелала коллегам удачи, взяла сумку и направилась к выходу — и в этот момент столкнулась с ним.

Олег.

Он как раз проходил мимо, а я почти вылетела из кабинета. Столкновение было неизбежным, и в последний момент я успела затормозить.

Почти касание.

Секунда.

Я судорожно вдохнула, посмотрела на него и, чуть запинаясь, произнесла тихо:

— Простите.

А он…

Он даже не посмотрел.

Он кивнул и спокойно пошёл дальше, в их с Никитой кабинет. Я осталась стоять, вцепившись пальцами в ремень сумки, и провожала его взглядом, даже не дыша.

В который раз в голове проскользнул вопрос: «Ну почему ты?»

Спустя час я уже сидела на кухне у подруги, и встреча выдалась бурной. Мы долго обнимались, затем она отстранилась, посмотрела на меня и усмехнулась. В свою очередь я не могла не заметить, что Сашка выглядела великолепно: загорелая, посвежевшая, а её светлые волосы идеально оттеняли кожу. Всё-таки морской воздух и солнце — лучшее комбо.

Мы, не теряя времени, сразу расположились на кухне. Саша к моему приходу подготовилась: на столе уже стояла нарезка сыров и фруктов, рядом красовалась бутылка испанского вина. Подруга разливала вино, на ходу рассказывая, как они с Егором отдохнули в отпуске.

— Отель просто шикарный, я серьёзно. Всё чисто, красиво, обслуживание на высоте, завтрак с видом на океан, каждый день свежие морепродукты. Вода кристально прозрачная, температура идеальная — кажется, я родилась для жизни у моря. Егор, как всегда, уговорил меня на кучу активностей: серфинг, дайвинг. В итоге я вернулась не только загорелой, но и с парой новых синяков.

Я слушала её, кивала, но, не дождавшись нашего чёканья, взяла бокал, отпила вино и, чувствуя, как оно согревает горло, сказала то, что рвалось наружу и что пугало до чёртиков.

— Я мысленно трахаюсь с Олегом Воронцовым.

Молчание.

Я оторвала бокал от губ, посмотрела на Сашу, а она замерла с приоткрытым ртом и просто смотрела на меня, словно я только что призналась, что собираюсь выйти замуж за маньяка.

Только теперь я поняла, что вино действительно вкусное, и подумала про себя: «Умеют же испанцы его делать».

Подруга медленно взяла свой бокал, сделала глоток и, спустя непродолжительную паузу, с лёгким прищуром уточнила:

— Мысленно?

Я усмехнулась. Вот она, дружба.

— Да. Я мысленно вот уже неделю получаю оргазмы при мысли, что эти оргазмы мне дарит… Олег, — сказала я, делая ещё глоток.

Саша, продолжала задумчиво смотреть на меня. Было видно, что она старается переварить услышанное, а я, почувствовав внезапный прилив храбрости, добавила:

— Я имею в виду того, который страшненький.

Саша тихо хмыкнула и покачала головой.

— Он вовсе не страшненький, Маш. Просто не твой тип.

Я почувствовала, что моя маска, которую я держала несколько дней и которая должна была показать всем, что у меня всё под контролем и меня ничто не трогает, начала трещать по швам. Отбросив все страхи, я посмотрела на подругу с жалобным взглядом.

— Сань, он не просто не мой типаж. Я вообще не понимаю, как это со мной случилось!

Подруга, будто не услышав моей последней реплики, продолжила:

— Он просто... мужик. Такой, знаешь, из девяностых. Ему бы ещё кабуру на пояс — и всё, образ завершён.

Я склонилась над бокалом, сжимая его в ладонях.

— Я схожу с ума, Саша. Я Макса изнасиловала за эту неделю.

Подруга чуть не подавилась вином, быстро прикрыв рот рукой.

— Что!?

— Честное слово, я уже сегодня гуглила про бешенство матки, — добавила я, осознавая, что этим признанием полностью подрываю своё чувство собственного достоинства.

Саша не смогла сдержать смеха — он был громким и заразительным. Она потянулась за салфеткой, чтобы вытереть слёзы, уже выступившие на глазах, но, взглянув на меня, снова рассмеялась.

Минуты тянулись, и я успела опустошить свой бокал. Саша, всё ещё смеясь, наконец спросила:

— Ладно, но с чего это всё началось? Или ты хочешь сказать, что просто ни с того ни с сего начала хотеть другого?

Она положила руку на мою ладонь, сжала пальцы, и в её взгляде читалось понимание.

— И сразу тебе скажу: я не осуждаю.

Я вздохнула и начала рассказывать.

К тому моменту, как я закончила описывать свою реакцию на него в клубе, мы уже прикончили первую бутылку и без зазрения совести откупорили вторую, которая предназначалась для родственников. Я так вовлечённо описывала свои ощущения, что Саша периодически восклицала что-то вроде:

— Боже!

— Ахренеть!

— Ох, Маш, ты, кажется, вляпалась.

Мы всегда откровенно говорили на такие темы, и, честно говоря, я считаю, что именно благодаря этому наш с ней опыт по лишению девственности прошёл менее травматично и болезненно. Как говорила Сашка: «Вооружён — значит предупреждён».

Я сделала ещё глоток, закусила виноградом и вздохнула:

— И даже сегодня. Мы встретились в офисе, а он, как всегда, даже не заметил меня.

Саша кивнула, отпивая вино.

— Так он вроде ни на кого у вас в офисе не смотрит.

Я зло уставилась на неё, как будто она была тем самым Олегом.

— Ты должна быть на моей стороне, забыла?

Саша закатила глаза, театрально всплеснула руками.

— Ох, прости. Сейчас исправлюсь. Да как он посмел?! Козёл! У тебя упругая двоечка, попка как орех...

Я рассмеялась, а потом вдруг резко замолчала, чувствуя, как внутри нарастает напряжение.

— Ладно-ладно. Так вот, я смотрела на него и жалела только об одном.

Саша приподняла бровь, наклоняясь ко мне ближе.

— О чём?

Я поставила бокал на стол, провела пальцем по ободку и тихо произнесла:

— О том, что так и не дотронулась до него.

Мы с Сашей в тот вечер прикончили две бутылки вина. Разговоры текли плавно, а смех становился громче с каждой новой порцией откровений. Я вернулась домой пьяная, но не расслабленная, а наоборот — с ещё большей бурей внутри. Мы перебрали все возможные варианты, но ответа так и не нашли. Как с этим жить? Что делать дальше? Никаких решений, только алкогольный туман в голове и зудящее желание, которое не проходило, а лишь накапливалось.

Я прошла в спальню, стянула одежду, бросила её на пол и улеглась на кровать, ощущая, как её прохладные простыни контрастируют с жаром моей кожи. Закрыла глаза, задержала дыхание и попыталась заставить себя ни о чём не думать.

Не получилось.

Перед глазами снова встал он.

Олег Воронцов.

Его руки — большие, грубые, сильные.

Его взгляд — холодный, безразличный, и именно этим сводящий меня с ума.

Его голос — низкий, спокойный, такой, что кажется, он никогда не повысит его даже в порыве злости.

Я перевернулась на живот, прижалась к подушке, дыхание сбилось, мысли путались, но тело знало, чего хочет. Рука скользнула вниз, прошлась по животу, медленно, лениво, словно дразня себя саму. Я провела пальцами вдоль внутренней стороны бедра, не касаясь самого главного, растягивая ожидание, как в мучительной пытке.

В голове не было Макса.

Только он.

Я представляла, как его пальцы скользят по моей коже, как он медленно раздвигает мои ноги, касаясь меня без лишних слов, без вопросов просто потому, что он берёт то, что хочет.

Я выдохнула, почувствовала, как тепло разливается по телу, напряжение растёт, разгорается внизу живота. Провела пальцами по своей влажной коже, представила, что это он, что это его рука, грубая, твёрдая, не оставляющая мне выбора, и сжала губы, подавляя стон.

Я чувствовала, как пульсирующее желание накрывает меня, растягивает каждую секунду в целую вечность.

Олег.

Чёртов Олег.

Он бы не был нежным.

Он не стал бы спрашивать.

Просто бы взял.

Я провела пальцами по чувствительной точке, сильнее, быстрее, почти как в трансе, представляя, как он наклоняется к моему уху, шепчет что-то низким, властным голосом, а потом делает то, чего я так жду.

Волна накрыла резко.

Я выгнулась, ногти вонзились в простыни. Судорожный вздох сорвался с губ, тело сотряслось от накатившего оргазма.

Боже.

Я легла на бок, закрыла глаза, пытаясь замедлить бешено колотящееся сердце.

Дыхание сбивалось, кожа горела, но вместо облегчения пришло осознание.

Это не проходит.

Так прошло две недели. Две мучительных недели, когда я пыталась убедить себя, что всё это временно, что всё это можно переиграть, передумать, забыть. Но правда была в том, что ничего не изменилось. Всё, что поменялось за это время, — это моя одержимость, которая только усилилась. Мне, наверное, нужен экзорцист, способный изгнать из меня демона по имени Воронцов.

И ещё кое-что произошло: я всё же решила поставить точку и расстаться с Максом.

Это было тяжело. Очень.

Я тысячу раз прокручивала наш разговор в голове, надеясь найти слова, которые сделают это менее болезненным, но каких слов не подбери — всё равно было больно. Макс не мог понять, что произошло, а я и сама толком не могла объяснить.

Я не могла просто сказать, что думаю о другом, когда мы занимаемся любовью, или признаться, что меня терзает желание, которое невозможно подавить.

Я продолжала чувствовать к нему нежность, но между нами больше не было искры. Не было той страсти, ради которой хочется оставлять синяки от ногтей на спине, писать сообщения с требовательным «приедь сейчас же». Не было этого дикого желания быть с ним каждую минуту.

Расставание не было лёгким. Как сказала Саша, чтобы хоть немного облегчить мои муки совести: «Макса никто не бросал, Маш, он всегда уходил первым. Поэтому сейчас он так раздавлен».

В тот вечер подруга была рядом. Она держала меня за руку, пока я плакала и пила — пила и плакала, по кругу. Бутылка пустела, а боль не уходила. Но даже в тот момент, когда я сидела, уткнувшись лбом в её плечо, я понимала: плачу я не только из-за расставания.

Дело было в Олеге Воронцове.

Моё отношение к нему не изменилось. От слова совсем.

За две недели я видела его в офисе пару раз, но каждый раз это был тот же холодный, отстранённый Воронцов, который не замечал меня так же, как и всех остальных.

Саша была права. Он мало на кого обращал внимание в офисе. Казалось, он вообще не понимал, что у него есть своя компания, что он один из руководителей, что можно хотя бы раз появиться на общей планёрке и узнать, как идут дела. Почему он не может взять пример с Никиты?

За эти две недели я несколько раз сталкивалась с ним, и наше общение уже длилось чуть дольше, чем обычно. Он был приятным, открытым, интересным, но не он меня интересовал.

После двух недель размышлений и терзаний я поняла одну простую вещь — я не могу так больше жить.

Я в конце концов девушка или нет?

А если девушка чего-то хочет, она это должна получить!

С этими мыслями я взяла телефон, набрала Илью и, как только услышала его голос в трубке, с притворной радостью в голосе сказала:

— Привет, Илюх! Как жизнь?

— У меня отлично, — голос одногруппника звучал расслабленно, но в нём всё равно слышалась лёгкая усмешка. — Зато я слышал, у вас с Максом не очень, правда?

Я не смогла не поморщиться на этот брошенный комментарий. Конечно, было бы глупо и даже немного самонадеянно думать, что Илья мог не знать. Я понимала, что Макс у него в друзьях, но выбор уже был сделан — и дороги назад не было.

— Да. И в этом виноват на самом деле ты.

Я прошипела это с таким раздражением, что на том конце провода повисло молчание на пару секунд.

— Стоп-стоп, Мэри. Что я-то сделал?

Я не успела ничего ответить, потому что Илья, по-моему, включил мозг, и я услышала лишь:

— Ааа… да ладно!

А затем в трубке раздался хохот такой силы, что мне пришлось отвести телефон от уха.

— Чёрт, Маш! Я ведь говорил, что вечеринка зачётная, правда?

Я поморщилась, но не сказала ни слова, а он продолжал говорить:

— Кажется, ничего нового, но открывает такие грани…

— Замолчи, Илья. Хотя нет. Говори.

Я глубоко вдохнула, крепче сжимая телефон в ладони.

— Когда будет ближайшая вечеринка?