Под твоей защитой

Стою у окна своей берлоги и разглядываю улицу. Вид не радует. Осень, темень, дождь. Примерно так же у меня на душе. Не зря подчиненные за глаза называют айсбергом. Четыре месяца назад я наконец сделал то, что давно собирался. Ушел с прежней работы. Авдеев, у которого я был начальником службы безопасности, не хотел отпускать. По должности я знал слишком много грязных тайн. Но главное: он подозревал меня в помощи его дочери. В том, что помог ей сбежать. Я, действительно, помог. И не жалею. Ангелу не место в клетке. Как обычно воспоминания о ней нагоняют тоску. До сих пор задаюсь вопросом, что было бы, если бы я ушел вместе с ней. (*)

Отгоняю ненужные сомнения. У Ангелины теперь есть свой защитник. Держу с ними связь. А мне нужно заниматься собственным охранным агентством. После увольнения предложений о работе хватало, специалисты моего уровня всегда в цене. Но я больше не хотел подчиняться. Тридцать восемь уже, хватит. За плечами военное прошлое. Все высокопарные мечты о защите родины выбили еще в учебке. А потом такого дерьма навидался, что никаких иллюзий вообще не осталось. Все власть имущие одним миром мазаны. Что те, кого мы защищаем, что те, от кого. У всех разборок в основе одно: деньги, амбиции, власть. А о той самой родине и простых людях ни одной завалящейся мысли нет.

Из армии я ушел в частную охрану. Просто ничего другого не умел. И понял, что везде одно и то же. Поставил себе цель: чтобы надо мной было как можно меньше начальства. И добился. У Авдеева я подчинялся только ему. Накопил достаточно опыта и связей. Заработал кучу бабла. Только тратить некуда. Родителей давно нет. Из родни — один брат, Кир. Но мы с ним не ладим. Он младше на десять лет. И характером тот еще поганец. Мать с отцом не слушал, а потом и вовсе чудил. Гонки эти, авантюры дурацкие. Зато денег у меня никогда не просил, сам как-то справлялся. Хотя я предлагал. В гости заявляется редко, на мои запоздалые попытки воспитания ухмыляется и язвит. Последний раз виделись два месяца назад. Позвонить, что ли? 

Смотрю с высоты на двор и хмурюсь. Тесно тут, народу много. Хотя жилье у меня хорошее, пусть и с минимумом мебели. Давно бы себе дом в пригороде построил. Но одному как-то незачем. А своей семьи у меня нет. И, наверное, не будет. Не умею чувства изображать. А бабам это нужно. Только Ангелина затронула что-то в душе. Но я сам это задавил, не дал ему родиться. Не подходил ей ни по возрасту, ни по остальному. Женщины у меня есть, но все случайные. Точнее, временные. Устаю от их болтовни и претензий. Не выдерживаю долго. Кир в последний раз издевался: если за полчаса общения с женщиной я не сбегу, можно в загс тащить. Не попадались такие пока. 

Взгляд привлекает смешная оранжевая машинка, что пытается втиснуться на свободное место. Как бабы на таких катаются? Хотя у этой ловко получилось. Приехала, наверное, к кому-то. Для жильцов у нас подземная парковка, мой джип там стоит. А это типа для гостей. Ко мне гости не ходят. Вечерами совсем тоскливо. Днем хотя бы на работу выбираюсь. Но и там уже все налажено. Людей самых лучших к себе переманил. Зам у меня толковый. Заказчики есть. В общем, работа пошла. А я вроде как опять не у дел. Пока раскруткой бизнеса занимался, времени свободного не было. А сейчас полно. Сижу тут как кощей в своей берлоге, над златом чахну. Может, куда еще это золото чертово вложить? Зачем мне вообще оно? 

Звонок в дверь отрывает от мрачных мыслей. Становится интересно, кого ко мне принесло. Тем более, без предупреждения. Включаю видеодомофон. Осторожность не помешает, врагов я успел нажить. На площадке женщина. Лица толком не разглядеть. Открываю и офигеваю. Первая мысль: вот оно, золото! Волосы у незнакомки с похожим отливом. Сливочно-белая кожа. И огромные голубые глаза. 

— Ты кто? — от удивления забываю о вежливости. Впрочем, вежливость — вообще не мое.

— Злата, — растерянно отвечает девушка, делая шаг назад и кусая сочные губы. Не сразу понимаю, что неприлично пялюсь на них. Пытаясь представить их вкус. А потом до меня доходит, какое имя она назвала. Злата! Опять золото. — Мне нужен Александр Белов. Это вы?

— Ну, заходи, — отодвигаюсь, пропуская гостью в прихожую. Не спешу уточнять причину ее появления. Почему-то кажется, как только она озвучит ее, сразу исчезнет. А я хочу это Золото удержать рядом с собой. Хотя бы ненадолго. 

Девушка хмурится и внимательно изучает мое лицо. Будто сомневается. Хотя сама ко мне пришла, а не я к ней. Но все же решается и переступает порог. Только дальше не идет. Открывает сумочку, достает мятый лист бумаги и протягивает со словами:

— Это вам. 

Разворачиваю и недоуменно рассматриваю странную абракадабру, нарисованную рукой то ли ребенка, то ли пьяницы. С обратной стороны — мое имя и адрес.

— Что это? — спрашиваю, хмурясь. И получаю еще более странный ответ:

— Вам лучше знать.

_________________
Дорогие, приветствую вас в новой серии!
Очень рада, что этот литсериал пришелся вам по душе) 🧡🤎🧡
Лучшая ваша поддержка — добавление книги в библиотеку, лайки и комментарии! 
(*) история Ангела в романе ""

Опять идет мелкий дождь, заливая стекла кофейни. С одной стороны, снова их мыть. С другой, в такую погоду количество посетителей всегда увеличивается. Гораздо приятнее смотреть на пасмурную погоду из тепла, попивая кофе. Скоро конец рабочего дня, но сразу уехать домой не смогу. Еще полчаса уйдет на то, чтобы привести все в порядок. Промыть кофемашину, протереть столы, убрать небольшое помещение всего на пять столиков. И убирать тоже буду я. Да, я здесь и хозяйка, и бариста, и уборщица в одном лице. Так уж получилось.

Кофейня досталась мне в наследство от бывшего мужа. Вместе с разочарованием в семейной жизни и вообще в мужчинах. Мы с Виктором оба приехали в столицу из маленьких городов. Учились в одном вузе, стали встречаться. И перед моим выпуском поженились. Год я успела поработать по специальности, пока муж пробовал себя в разных сферах. И однажды предложил открыть собственное кафе. С большим энтузиазмом рассказывал, что все просчитал. Ну и в конце концов уговорил.

Название тоже придумал Виктор: «Вторая чашка». Я хотела что-то по-романтичнее, но спорить не стала. Мы сделали это нашей фишкой. Регистрировали посетителей и каждую десятую купленную чашку удваивали. Бизнес шел, но очень слабо. Даже не получалось вернуть взятый на открытие кредит. Он тоже достался мне в наследство. Как и съемная квартира, в которой мы жили. Как-то незаметно все заботы о кофейне легли на мои плечи. Муж быстро остыл к своей идее. И где-то постоянно пропадал, объясняя, что ищет новые способы заработать. Получалось у него не очень, но попыток он не оставлял.

А за месяц до третьей годовщины нашей свадьбы Виктор сообщил, что встретил другую женщину. Новости шокировали. Не потому, что была сильно в него влюблена. К этому времени я уже примирилась с тем, что не способна терять голову от любви. Но к мужу испытывала искреннюю симпатию. Да и в постели у нас все было неплохо, Виктор стал моим вторым мужчиной. А потрясена я была, потому что не подозревала ни о чем. Просто некогда было поднять голову и оглянуться по сторонам. Я пыталась удержать на плаву кофейню. 

Мучило осознание, что у Виктора параллельно со мной была другая женщина. Он ведь не прекращал спать со мной. И отнюдь не потому, что я этого требовала. Я не стала устраивать сцен и даже гордилась тем, как стойко пережила развод. Но когда бывший муж вскоре женился на дочери бизнесмена и пошел к нему работать, испытала острое разочарование. Оказалось, я была всего лишь ступенькой в его жизни. И меня легко променяли на первый попавшийся шанс подняться чуть выше. Единственное, что радовало — детей мы не успели завести. 

С тех пор прошло два года. Я все-также снимаю квартиру, но уже поменьше. Выплатила один кредит и сразу влезла в новый — за машину. Без нее управляться с кофейней совсем сложно. Да, я от нее не отказалась. Есть у меня одна черта, которая иногда вылезает мне боком: упрямство. Уходя, Виктор хотел закрыть «Вторую чашку». Был абсолютно уверен, что без него я не потяну. Ну а я решила доказать, что смогу. 

И вот, уже второй год доказываю. С переменным успехом. Не так давно пришлось уволить уборщицу и бариста. И самой в них переквалифицироваться. И в курьера тоже. Лично забирать заказы для кофейни получается дешевле. Моя маленькая машинка оказалась в этом незаменимой помощницей. С мужчинами в моей жизни все обстоит еще хуже. Один раз я попробовала встречаться, но ничего хорошего не вышло. Не смогла преодолеть недоверие и подозрительность — еще одно «наследство» от бывшего мужа. Старательно искала подвохи там, где их не было. Мужчина не выдержал. 

Отогнав неприятные воспоминания, осматриваю помещение. Из посетителей осталась только Ксюша. Мы не то чтобы подруги, но иногда болтаем ни о чем. Она младше меня лет на шесть. Совсем молоденькая. А мне через две недели уже стукнет тридцать. У Ксении тоже все сложно, хотя подробностями не делится. Мы с ней обе довольно закрытые. Знаю только, что зарабатывает она через интернет. И часто зависает у меня в кафе с ноутом. Видимо, дома обстановка не располагает. Ксюша очень симпатичная. Белые волосы до лопаток и зеленые глаза. С ней пытаются знакомиться прямо здесь, в кафе. Но она всех отшивает.

Прикидываю, будут ли еще посетители или по такой погоде все спешат домой. И тут над дверью звякает колокольчик. В помещение заходит мужчина, останавливается на пороге. Вертит головой, осматриваясь. И двигается ко мне. Но по пути странно пошатывается. В груди расползается холодок: пьяный? Мне уже приходилось вызывать полицию, когда в кафе ввалилась компания поддатой молодежи и устроила потасовку. Сдвигаюсь чуть в сторону, ближе к тревожной кнопке, установленной под столешницей. 

Мужчина подходит и неловко наваливается на стойку. Это молодой парень, высокий, симпатичный. Но вид у него не очень. Бледное лицо, такие же губы, тени под глазами. Одет в толстовку и распахнутую куртку. На голове капюшон. И алкоголем от него не пахнет. А еще он явно нервничает. Постоянно оглядывается на дверь. Хрипло просит чашку кофе, но мне самой приходится выпытывать, какой. Получив в ответ «на твой вкус», иду готовить эспрессо. Кажется, ему это подойдет. 

В процессе замечаю, как парень берет рекламные буклетики, что лежат у кассы. Их мало кто смотрит. Закончив с приготовлением, ставлю перед ним чашку и озвучиваю цену. Но он не спешит доставать карту или кошелек. Оглядывается еще раз. Наклоняется над прилавком сильнее, приближая ко мне лицо. Кидает в мою сторону один из буклетов, который благополучно слетает на пол. И хрипит:

— Отдашь ему в руки… Запоминай: зеленый, сорок три. Запомнила? Никому не говори. Никому… Сама поймешь, когда будет пора…

Не обращая внимания на кофе, этот псих разворачивается и идет к выходу. Странной, шаркающей походкой. У двери сталкивается с выходящей из кафе Ксенией. Толкает ее плечом. Она возмущается. Какое-то время они смотрят друг на друга. Дальше этот тип молча выходит на улицу. Ксюша недоуменно закатывает глаза, машет мне рукой и тоже уходит. А я остаюсь одна и в полном ступоре. Это что сейчас такое было? 

Книгу Иоанны Хмелевской «Что сказал покойник» я читала много раз. И могла бы посмеяться совпадению. Особенно учитывая, что парень покойником не был. К счастью для меня и моей кофейни. Но все равно как-то неспокойно. И тут замечаю темные пятна на прилавке. Там, где непонятный посетитель навалился на него. Промакиваю их салфеткой и вижу кровь. По телу проходит озноб. Он ранен?! Выбегаю на улицу, ежась от холодного ветра. Боюсь увидеть валяющееся на земле тело. Но рядом никого нет. 

Захожу обратно, запираю дверь. На пятнадцать минут раньше, чем нужно, но ладно. Можно сказать, у меня стресс. Начинаю убираться, стараясь не думать о том, что произошло. С пола за прилавком подбираю брошенный парнем буклет. Из него вываливается сложенный лист бумаги. Разворачиваю его. Вижу какие-то странные рисунки, набросанные нетвердой рукой. Совершенно непонятные. А с обратной стороны имя и адрес. Что сказал парень? Отдашь ему в руки? Он этот листок имел в виду? Не уверена. Но что еще я могу кому-то отдать? 

Убрав бумагу в сумочку, быстро заканчиваю с уборкой. Ставлю кафе на сигнализацию. Сажусь в машину, и пока она греется, думаю, что делать. Я очень хочу домой. Укрыться пледом, завалиться на диван, включить какой-нибудь фильм. Но непонятное происшествие напрягает. А если парню нужна помощь? Вдруг каракули на листке значат что-то важное? Я не могу разобрать. А тот, кому они предназначены, наверное, сможет? Набираю на навигаторе адрес. Не близко, но и не очень далеко. Тяжело вздыхаю и решаюсь.

Дом оказывается из современных и так называемых элитных. Снова ощущаю неуверенность. Идти вот так к кому-то незнакомому. Но раз уж приехала, надо попробовать. Пристроив машину на стоянке, шагаю к подъезду. Одновременно с пожилым и очень элегантным мужчиной. Он улыбается мне, открывает дверь и придерживает, пропуская внутрь. Консьерж, хмурый парень, переводит взгляд на пожилого мужчину, что идет рядом со мной, и отворачивается. Видимо, решив, что мы вместе. Оказавшись у нужной двери, делаю глубокий вдох и нажимаю на звонок. А когда она открывается, невольно пячусь.

Передо мной высокий и мощный мужчина в домашних штанах и футболке. Тонкая ткань подчеркивает развитые мышцы рук и груди. Во всем его облике ощущается сила. Но главное не это. Глаза у мужчины красивые: светло-серые. А взгляд холодный, пронизывающий. Будто разбирает тебя на кусочки и каждый пристально изучает. А еще от него веет опасностью. Ее невозможно не почувствовать. Ловлю себя на том, что хочу сбежать. Вот прямо сейчас развернуться и сделать вид, что ошиблась квартирой. Останавливает только одно: его неуловимое сходство с раненным парнем. 

За время моих метаний взгляд пугающего мужчины немного теплеет. Будто на лед попадает солнечный луч. Не успеваю удивиться странным ассоциациям, как слышу жесткий, чуть хриплый голос:

— Ты кто?
Злата

Чувствую, что девчонка готова сбежать, и пресекаю попытку на корню. Во-первых, я ничерта не понял. Во-вторых, ну не могу так просто ее отпустить. Чем-то она цепляет. Или моя интуиция подсказывает, что с ней все не так просто. Загадки я люблю. Особенно, такие нежные и вкусные. Впрочем, взгляд у моей гостьи далеко не нежный. Скорее, колючий, недоверчивый. Хорошо представляю, какое впечатление произвожу на таких, как она. Лет двадцать пять или около того. Стройная, как статуэточка. Ростом даже в обуви едва дотягивает мне до подбородка. Ощущаю, как во мне вдруг просыпается дремучее желание самца. Спрятать эту женщину от всего мира и охранять. Удивляюсь, с чего меня так ведет. 

— Все-таки проходи, хм, Злата. С этим нужно разобраться, — заявляю, не давая ей опомниться. Беру за руку и втягиваю в коридор. Одновременно захлопываю дверь за ее спиной и поворачиваю замок. Девчонка вздрагивает и напряженно косится на дверь. — Давай, не стесняйся, — киваю в сторону кухни. — Приготовлю тебе кофе. А ты пока все расскажешь. Не беспокойся, надолго не задержу. 

Забалтывая ее, помогаю снять куртку и легонько подталкиваю в нужном направлении. На пороге кухни она тормозит и осматривается. Морщит хорошенький носик на мой холостяцкий хай тек и минимализм. Голую столешницу, пустой стол и два табурета. Ну да, так я живу. Мне хватает.

— Садись, — подтягиваю к ней табуретку. Злата обжигает взглядом, поджимает пухлые губки и все-таки садится. Недовольна, что просьба прозвучала как приказ? Мой тон явно грубее, чем нужно. Ну привык я командовать. А с женщинами у меня вообще все сугубо по делу. Максимум, ресторан, где больше молчу, пропуская мимо ушей чужую болтовню. А потом койка и адью. Наверное, и учиться поздно. Тянусь к навороченной кофемашине, которую включал всего несколько раз. И слышу:

— Можно мне чай? Кофе на сегодня уже достаточно, — голос у девчонки удивительно красивый. Глубокий, с легкой хрипотцой. Проходится лаской по коже, отзываясь дрожью внутри. Не привык я к таким реакциям. Оттого не расслабляюсь, а наоборот, настораживаюсь. Вот такие, как Злата, легко забираются мужикам в душу и вертят ими, как хотят. А у меня профдеформация. Не умею верить людям. Красивым женщинам, особенно. И сейчас разрывает надвое. Голова ищет подвох, а что-то внутри тянется к ней. 

— Работа сложная? Нужно поддерживать тонус? — интересуюсь ненавязчиво. По привычке собираю всю доступную информацию. 

— Не слишком сложная, скорее, утомительная, — пожимает плечами моя гостья. — Я в кофейне работаю. — И опять меня удивляет. Не похожа она на официантку. Вот совсем. — Кстати, там все и произошло.

Пока завариваю чай, Злата четко и подробно пересказывает события сегодняшнего вечера. Без излишних эмоций, характерных для женщин. Радует своей наблюдательностью, вспоминая много деталей. И смелостью — не каждая рискнула бы связаться с такой историей. Уже с первых слов становится понятно, кому я обязан ее визитом. Все же прошу описать внешность парня. Но не сомневаюсь — это Кир! На этот раз паршивец влез во что-то серьезное. Особенно напрягает, что он ранен: кровь, шатающаяся походка. Мозг тут же просчитывает варианты действий. Первым делом обзвонить ближайшие к кофейне больницы. Если брат все же потерял сознание, его туда отвезут. 

Дальше проверить камеры на улице. Посмотреть, куда Кир ушел. Один или нет? Есть транспорт или пешком? Ну и попутно разбираться с абракадаброй. Судя по всему, это зашифрованное послание прочесть смогу только я. А значит, брат опасался, что оно попадет в чужие руки. Но сначала задаю Злате дополнительные вопросы. Люди часто не догадываются, сколько мелочей способен запомнить мозг. Кое-что она дополняет. 

— Это все? — наконец уточняю у нее. 

— Да, все, — отвечает твердо. Но перед ответом все же тормозит на долю секунд. И этого достаточно, чтобы понять — она соврала. Сомнения накатывают с новой силой. Не исключено, что ее визит — тщательно продуманный спектакль. Только в чем его цель? 

— Этот парень вам знаком, да? — вдруг спрашивает девчонка. — Родственник? 

Не слишком ли много интереса для случайного свидетеля? 

 — Брат, Кирилл, — отвечаю, хмурясь. Эту информацию все равно не скрыть. Тон у меня нейтральный. Но Злата мгновенно улавливает идущий от меня холод и выпускает колючки. Прямо вижу, как она закрывается. Поспешно встает из-за стола и говорит:

— Я, наверное, пойду. Больше все равно ничего не знаю, — обращаю внимание, что к чаю она не притронулась. Осторожная. Не пьет ничего дома у незнакомых мужиков. Это и плюс в ее пользу. Но и минус тоже. Если моя теория о ее причастности к неприятностям брата верна. 

— Хорошо. Но сначала мне нужно взглянуть на твой паспорт.

— Зачем? — спрашивает нервно.

— Возможно, придется подключать полицию. Им понадобится имя свидетеля, — путаю ее. Вмешивать органы точно не собираюсь. Неизвестно еще, что там Кир натворил. Сам буду разбираться. 

Девчонка вздыхает и лезет в сумочку. Протягивает мне документ. Внимательно изучаю все страницы. С возрастом я ошибся, она выглядит моложе своих лет. В разводе. Брак расторгнут три года назад. Запоминаю имя бывшего и адрес ее прописки. Возвращаю паспорт. 

— Одна живешь? — задаю вопрос. Опять жестко, как привык.

— Это к делу не относится, — вызывающе сверкает синими глазищами. — Откройте, пожалуйста, дверь. Мне пора. — Быстро ретируется в коридор. Напугал я ее. Неожиданно опять накатывает недавнее ощущение: хочется успокоить ее, пообещать защиту. Но кажется, так только больше испугаю. А еще совсем уж странное: тянет попробовать эту колючку на вкус. Уверен, внутри там нежная мякоть. Даже слюна скапливается во рту. Двигаюсь в прихожую за девушкой, не в силах отвести взгляд от обтянутой джинсами аппетитной попки. Нужно срочно выпускать гостью на волю. А то я уже совсем в неадеквате. На женщин готов кидаться. Наверное, пора на очередное «свидание». 

Перед тем как открыть дверь, наглею еще раз. И прошу у нее телефон. Девчонка не спешит выполнять мой полуприказ. Приходится объяснить:

— Я только вобью свой номер. Если снова увидишь Кира или еще что-то странное, сразу звони.

Она колеблется, но все же отдает мобильник. Добавляю свой контакт и тут же делаю дозвон. Слышу, как отзывается трелью где-то в квартире мой сотовый. Все, теперь у меня тоже есть ее номер. Злате это не нравится. Но она лишь хмурится. Неловко прощается и с явным облегчением покидает мою жилплощадь. Рассчитывает, что мы больше не увидимся? Это вряд ли. Завтра я буду знать всю ее подноготную. И установлю за ней слежку. Мысли возвращаются к брату. Кир, голова бедовая! Где ты сейчас? Куда влез? Почему сам ко мне не пришел? Я бы тебя вытащил. А теперь придется тратить время на поиски и разгадывать дурацкие головоломки. 

Очередной рабочий день в разгаре. А я никак не могу сосредоточиться. Мысли все время возвращаются к вчерашнему происшествию. И к пугающему мужчине, который оказался братом раненного парня. Александр Белов — странный человек. В его квартире я ощущала себя как в логове зверя. И дело не во внешнем сходстве, а в энергетике, хищной и опасной. Чего стоят только его глаза, холодные как льдинки. Хотя иногда в них мелькало что-то непонятное. А еще мощное тело, готовое к прыжку. И допрос он вел профессионально. Я не стала спрашивать о его работе. Любопытство, конечно, разбирало. Еще одна моя черта, что не раз втягивала в авантюры. Но с этим мужчиной — как в пословице: меньше знаешь, крепче спишь. 

А он обо мне уже почти все знает. И паспорт изучил, и номер телефона выяснил. Если, и правда, в полицию обратится, еще и с ними придется общаться. Совсем не весело. Я до сих пор не уверена, что поступила правильно. Не тогда, когда к нему пришла. А когда не рассказала про слова, которые заставил меня запомнить «не покойник». Но ведь парень четко просил не говорить никому. Кто знает, может, у него веские причины. В результате, я промолчала. Но до сих пор чувствую себя шпионкой какой-то. 

Народу сегодня немного, даже Ксюша не пришла. Сижу, скучаю, и голову мыслями ненужными забиваю. Поворачиваюсь на звяканье колокольчика и вижу двоих мужчин. Не знаю, откуда, но сразу становится понятно: неприятности пришли. Плечистые мордовороты подходят к прилавку и ощупывают меня взглядами, от которых хочется передернуться. Даже не делают вид, что зашли выпить кофе. Суют под нос мобильник с открытой на экране фоткой. Пусть она плохого качества, но вчерашнего парня узнаю сразу. Изображаю удивленное лицо.

— Видела его? — спрашивает тот, что слева. Старается говорить нормально, но не получается у него. Не умеет. Зато рычит наверное хорошо. Но проверять не хочется. Внимательно разглядываю фото. Потом со вздохом качаю головой. Мол, я бы рада помочь, но…

— Нет, не видела. 

Две пары подозрительных глаз сверлят меня, пытаясь пробраться в голову.

— Точно? — теперь в тоне отчетливо слышна угроза. 

— Конечно, — отвечаю спокойно, хотя внутри уже все трясется. — У меня память хорошая. Кофе будете? 

— Сколько человек тут работает? — интересуется все тот же тип, игнорируя мой вопрос. 

— Больше нисколько. Я одна справляюсь. У меня маленькая кофейня, — смотрю на них честными глазами. Морщатся и продолжают допрос:

— Камеры есть?

— Что вы, — ужасаюсь натурально, — какие камеры? Мне такое не по карману! 

— А на улице?

— Насколько знаю, рядом нет. Это лучше у других арендаторов спросить. В этом здании есть крупные. 

— Спросим, — отрезает. И я не сомневаюсь, что спросят. Очень уж решительно они выглядят. Еще раз внимательно осматривают зал и уходят. А у меня от переживаний ноги подгибаются, плюхаюсь на стул. Но быстро спохватываюсь и шагаю к большому окну во всю стену. Делая вид, что убираю столик, изучаю улицу. Мордовороты подходят к большой, черной машине. Тот, что разговаривал со мной, наклоняется и что-то обсуждает с водителем. Потом они заходят в соседнюю дверь. Там у нас салон красоты. А чуть дальше аптека. Наверное, всех обойдут в поисках парня. 

Смещаюсь, чтобы разглядеть номер машины. Запоминаю. Усиленно тру тряпкой стол, но не отхожу от окна. Из салона типы выходят быстро. А вот в аптеке задерживаются. Точно, парень же был ранен! Мог и зайти в аптеку. Очень хочется узнать. У меня там знакомая провизор работает, часто в кофейню заглядывает. Так что есть с кем поболтать. И повод удачный: ходят тут всякие, криминальной наружности. С вопросами пристают. Но сбегать смогу только после закрытия кафе. 

А пока нужно срочно звонить Белову. Вдруг он успеет приехать и застать этих типов. Правда, сомневаюсь, что у них получится плодотворный разговор. И кстати, я бы поставила на Белова. С виду он не такой накачанный, как мордовороты. Но в его умениях почему-то не сомневаюсь. Набираю нужный номер. Мужчина отвечает быстро. Голос в трубке мягкий, вкрадчивый. Ну точно хищник. Быстро рассказываю, кто ко мне приходил и чего хотел. Подробно описываю внешность гостей. Не зря же на них так старательно пялилась. И номер машины называю. 

Кажется, моя активность Белова удивляет. В трубке стоит недолгая тишина. Потом он говорит:

— Так, Злата, я понял. Спасибо, что позвонила. Ты там спокойно сиди, никуда не лезь. Поняла? 

— Поняла, — отвечаю недовольно. Чего он команды раздает? По-другому общаться не умеет? Вчера, у себя, тоже командовал. Но я этого с детства не выношу и никому не позволяю. Мужа бывшего быстро приучила, а то тоже пытался. Скидываю звонок. Обслуживая посетителей, поглядываю на окна. Но никакого шума не слышу. Еле выдерживаю, чтобы не закрыться пораньше. Выручку нельзя терять. Мой недобизнес и так на ладан дышит. Но потом быстро справляюсь с уборкой и спешу в аптеку. Благо, она круглосуточная. Выясняю очень интересные подробности. И понимаю, что надо опять набирать Белова. Вот только не хочется. Он же сказал сидеть тихо. А я не усидела. 

Решаю пока не звонить. Выхожу на улицу, иду к машине. В этот раз припарковаться получилось подальше. Не успеваю дойти до конца здания, как замечаю ту самую черную тачку мордоворотов. Она медленно ползет вдоль улицы и сворачивает в темный переулок. Там, вроде бы, проезда нет. Это странно. Поворачиваю и я. Только посмотреть. Прохожу несколько шагов. Машины не видно. И вообще ничего не видно. Очень темно. Наверное, лучше убраться отсюда. Но не успеваю повернуться, как меня сзади стальным объятием обхватывают поперек груди и прижимают к каменному телу. А тяжелая рука закрывает рот.