Подари мне цветочек аленький

Глава 1

- Открываем дневники и записываем домашнее задание, – голос профессора фальцетом уходил ввысь, а затем опускался басовитым эхом и пробегал среди немногочисленных учеников. – Выучить заклинание для призыва истинной пары!

- Достопочтенный Ираклий, а зачем оно нам сейчас нужно? – раздался тоненький голосок с задней парты. Стекла в окнах жалобно завибрировали от пронзительного звука. – Жениться нам можно будет не раньше, чем через десять лет. Тогда и выучим!

Наследник Аленьдьерского престола был высоким, очень худым и нескладным отроком. Поэтому и посадили его на самый верх аудитории, чтобы он своей спиной не загораживал обзор одноклассникам.

- Байд Рихард, вам за оставшиеся десять лет учебы предстоит столько всего выучить, что потом на это заклинание просто не хватит сил, времени и вы не сможете провести ритуал, когда возникнет необходимость! – тут ж возразил профессор. Он был очень стар и мудр. И считал, что лучше всех знает потребности души юных наследников влиятельных семей. – А пока вы не слишком загружены, поэтому извольте его вызубрить!

Мальчишки тяжело вздохнули и покорно записали требуемое в дневники. Кто-то исправно делал домашнее задание, кто-то постоянно забывал про него. Но когда над твоей душой стоит строгий гувернер, отвертеться не получится. Байд Фалько обязательно проверит выполнение домашки и может даже нажаловаться отцу. А юному Рихарду этого совсем бы не хотелось. Ему было обещано, что если он закончит семестр на отлично, то родители разрешат съездить на каникулах в гости к лучшему другу Эдгару Фраю.

Когда уроки завершились, ученики разошлись по домам, пообедали, и пришло время самоподготовки, Рихард Горн с тоской открыл учебник на странице с заголовком: «Вызов истинной пары» и тяжело вздохнул, взлохматив пятерней и без того торчащие в разные стороны волосы. Заклинание оказалось очень длинным. Вместе с описанием ритуала все занимало целых два листа. А когда на улице месяц цветень, природа просыпается и дарит первое тепло, то учиться совсем не хочется.

- Шерд, - ругнулся он, пока гувернер не слышал, - и как я это все запомню?

Фрай сегодня делал уроки вместе с ним, так его родители были в отъезде. Он с точно таким же видом обреченно разглядывал рунную вязь, на которой писались особо важные тексты.

- Парни, у меня есть идея! – третью парту в индивидуальном классе дворца базилевса  замка занимал Зигфрид Лоял. Парнишка не был аристократом. Но родители Риха разрешали им дружить, считая, что наследнику идет на пользу общение с простолюдинами, особенно такими умненькими, как отпрыск знаменитой ученой фамилии. И пока байд Фалько вышел по своим делам, ребята дружно развернулись в его сторону. – Учить нам его все равно придется, так как у вас просто не получиться жениться без него.

- А может без жен обойдемся? – внес предложение Эдгар. – Зачем мне чужая тетка в доме?

- А тебе-то оно зачем? – в унисон с ним грустно скривился Рихард. – Ты можешь жениться на любой байде, которая понравиться.

- Так интересно, что же с этим заклинанием получится! А вдруг ко мне тоже какая-нибудь роскошная невеста выпрыгнет? – глаза Зига светились воодушевлением. – И с первого взгляда покажется, что мы знакомы всю жизнь!

- Жди, выпрыгнет и подзатыльников надает! – фыркнул Эд.

- За что? – возмутился Зиг. – Это же моя истинная будет!

- А помните, профессор на прошлом уроке рассказывал, что истинная дается такая, чтобы уравновесить наши недостатки и возвеличить достоинства? И иногда случается так, что сгладить их может лишь вылитая мегера, что ни один мужчина в здравом уме и трезвой памяти не то что не женится, даже смотреть в ее сторону не будет, - философски изрек наследник. - Вдруг тебе такая попадется?

Но юный Зиг в уныние не впадал практически никогда и тут же выдал очередную идею:

- Поэтому я предлагаю, вызвать наших истинных прямо сейчас, чтобы повлиять на их развитие. И в жены нам достались нормальные благовоспитанные дамы, которые не показывают языки в ответ на каждую фразу, и не бьют портфелем по голове.

После своих слов оглядел товарищей с видом победителя.

- А что мы скажем Фалько? Почему не выучили заклинание? – скептически отнесся к предложению Эдвард.

- Во-первых, основную часть придется все же вызубрить. Без нее ритуал не получится. Вот ее мы гувернеру и прочтем. А остальное пообещаем выучить к уроку через неделю. Когда мы учили все в тот же день? – тонкие губы Зига растянулись в щербатой улыбке. – И пока мы ритуал проводим, то основную массу информации запомним.

Парнишка склонил голову на бок, разглядывая притихших друзей. Они же усиленно просчитывали, что делать. Учить тело заклинания совершенно не хотелось. Но без этого ритуал точно не пройдет. И если не выучишь, то сорвется такое замечательное приключение. А приключения они все трое просто обожали.

Когда байд Фалько вернулся в класс, то с удивлением заметил, что все подопечные усердно зубрили заклинания, водя по рунам грязными пальцами, а затем повторяли фразы, прикрыв глаза.

- Слава Вседержителю! – возвел глаза к небу в молитве гувернер. Давно у подопечных не было такого прилежания. Теперь нужно, чтобы его всемогущество базилевс не пришел с проверкой и не увидел, какими грязными руками те трогают страницы учебников. И ведь ему не объяснишь, что сегодня была практика по некромагии. А после нее руки очень плохо отмываются.

Минут через пятнадцать ученики дружно прочитали тело заклинания наизусть, пообещав выучить сам ритуал ближе к занятиям. И были отпущены довольным гувернером на все четыре стороны.

В обычные дни они тут же бы умчались играть во двор. Но только не сегодня. Компания поднялась в комнату к наследнику и с видом заговорщиков расселась за столом.

- Зиг, идея твоя. Вот давай и читай, что там нужно делать! – велел Рихард. Он с детства уже умел повелевать, впитав это умение с молоком матери. Читать обычный текст они с легкостью могли все. А вот рунную вязь озвучить было непросто. И если тело заклинания было дано в переводе на нормальны алфавит, то ход ритуала, как обещали ученые маги, от перевода терял силу. Будущий ученый владел этим умением лучше остальных.  Он вздохнул и покорно начал читать:

- Для ритуала призыва истинной пары вам потребуется следующее:

1) котелок медный, одна штука;

2) лягушачьи лапки, шесть штук;

3) глаз водной крысы один;

4) лепесток цветка алого цвета – один.

Воду для зелья следует собрать с лепестков цветов и травы, покрытых утренней росой.

Парни озабоченно переглянулись.

- Росу собирать с ума сойдешь! – с видом знатока сообщил Фрай. – У меня старшая сестра ее однажды собирала для какого-то снадобья, улучшающего внешность.

- Ой, твоей Ритке вряд ли что-то поможет! Глаза на выкат, как у горной гремучки, нос курносый, а губы толстые, что лепехи матушки Оглы, - скривился Зигфрид.

Ребята давно подозревали, что Зиг тайно влюблен в старшую сестру друга. А сегодняшнее высказывание только это подтвердило. Они переглянулись и ехидно ухмыльнулись, но вслух ничего не сказали. Иначе Лоял мог просто отказаться читать текст.

- Согласен, что сложно и нужно, - высказал свое мнение Рихард. – Но зато вполне реально и под силу любому. Только где брать лепесток аленького цветка?

- У твоей же матушки в саду растет! – удивленно вскинул брови Эдгар. Он даже не сомневался, что другу ничего не стоит подойти и сорвать один из них.

- Расти-то он растет, но там на все листья подвешены охраняющие чары. И если мы сорвем хотя бы один, на весь сад раздастся звон сирены.

- Постойте, - возразил Зиг. – Там же сказано, что лепесток алого цвета. И нет ни слова про аленький цветочек. Так что можем воспользоваться кровавым котовником, который обитает неподалеку.

Друзья на секунду задумались, а затем дружно закивали в ответ. Котовник никто не охранял, да и кому нужен цветок, вызывающий ужас лишь у местных крыс? Осталось наловить лягушек и всего лишь одну водную тварь. Котовник, кстати, и здесь мог отлично помочь. Самым сложным в итоге оказалось своровать с королевской кухни котелок и набрать в него росы.

Ранним утром ее всемогущество базилина Маргарита Горн с умилением наблюдала, как ее старший отпрыск с двумя лучшими друзьями занимаются утренней гимнастикой на дорожках сада. Правда, упражнения были несколько однообразными: шаг, наклон, шаг, наклон, шаг наклон… И так до бесконечности.

- Видимо, магистр Фалько придумал новую систему воспитания физической силы и выносливости! – решила базилина, оторвалась от созерцания и поспешила заниматься своими монаршьими делами.

Спустя час вся компания дружно сидела в столовой, пила чай со сдобой и бурно обсуждала сбор необходимых ингредиентов:

- Ты меньше меня росы собрал! – Эдгар возмущенно ткнул пальцем в Зига.

- А ты не смог поймать крысу! – фыркнул Лоял в ответ обидчику. -Пришлось мне за ней в грязную воду лезть!

- Стоп! – сверкнул глазами Рихард, которому надоело слушать препирания друзей. – Вы еще чего-нибудь из штанов достаньте и меряться начните, у кого больше вырос!

Парни пристыженно замолчали. Рих умел и командовать, и когда нужно мог остановить всего лишь словом.

- Сегодня нарушений дисциплины не допускать! Все должно пройти гладко, - продолжал говорить его могущество. - Иначе, кто-то так и не сможет посмотреть на ту, кто станет его женой! Будете жениться на чужих тетках!

Угроза подействовала. Друзья замолчали, доели свои булки и весь день радовали учителей послушанием и усердием.

А вечером Зигфрид тайно пробрался на кухню и взял во временное пользование котелок. Послали именно его потому, что простолюдинам прощалось больше, чем аристократам. Его в случае неудачи могли просто выпороть. А вот родовитым друзьям грозили более серьезные наказания вплоть до лишения наследства.

Все было готово. И без десяти минут полночь они пробрались в классную комнату. Это было единственное доступное помещение с защитой от спонтанного выброса магии. Мало ли какие девицы полезут к ним с изнанки вселенной?

Зиг достал из шкафа спиртовую горелку, развел огонь и подвесил котелок. Затем друзья вылили в него содержимое трех пузырьков с росой, бросили лапки и глаз, подождали пока закипит.

Первым лепесток котовника должен был бросить принц. У него истинная имелась в наличии точно. Принцы без истинных не бывают. Рихард встал рядом с бурлящим котелком и начал монотонно читать заклинание:

Мауро-киору, бумс…

Все неожиданно позеленело и забурлило. Эд тоже почему-то позеленел и резко выскочил из класса. Рих дернулся, обернувшись на друга.

- Не отвлекайся! – шикнул на него Зиг. И наследник продолжил монотонно бубнить вызубренный текст.

Через три минуты он бросил в варево лепесток котовника, и над котелком пошел пар, закрутившийся в небольшой смерч. А затем этот самый смерч стал преобразовываться в призрачное тело с шикарными формами.

- А как мы ее из котла вытаскивать будем? Вдруг она там пятой точкой застрянет? – испуганно уточнил принц.

- Не должна! – отмахнулся от него Зиг, во все глаза разглядывая уплотняющийся силуэт голой женщины.

- Ты чего на мою голую жену пялишься? – вдруг дошло до Рихарда, и он со всей дури заехал другу в глаз.

А женщина уже стала похожа на реального человека, но все также крутилась над котелком, подняв руки вверх, бесстыдно выпятив вперед две сочные груди и мерно покачивая крутыми бедрами. Но мальчишкам был не до нее. Они дружно мутузили друг друга рядом с варевом.

В этот миг вернулся Эд. Он ошалело посмотрел на парней, затем на вызванную даму и испуганно вскрикнул:

- Она же демон! Вон знак на спине! – и ткнул пальцем в силуэт дракона, кокетливо выглядывающий из ложбинки чуть пониже спины.

Драчуны, успевшие в пылу борьбы упасть на пол, остановились, сели на пол и недоуменно переглянулись. А дама вдруг открыла глаза, поразив присутствующих их синевой.

- Не смотрите! Утянет за собой в преисподнюю! – взвизгнул Зиг, как наиболее подкованный с научной точки зрения. Только проверить теорию им не дали. С воплем:

- Чем у вас тут воняет! – в класс ворвалась Ритка, тоже сегодня ночующая в королевском замке.

Она толкнула двери с такой силой, что воздух сбил пламя горелки и дама тут же исчезла, не причинив никому вреда. Девушка сморщила свой вполне аккуратный носик и недовольно проворчала:

- Чего дурью маетесь?

- Домашнее задание делаем, - хором ответили парни.

- Точно чего-то опять не доучили, раз ваше задание так воняет! – добавила Ритка и, развернувшись, вышла вон, плотно прикрыв за собой двери.

- Разве воняет? – удивился Рихард.

- А что она на мужской половине делает? – растерянно уточнил Зиг.

- На твой зов примчалась! – Эд похлопал друга по спине. – Просто она уже рядом, вот и не вызвалась.

 Глава 2

Двадцать лет спустя

 Рихард довольно потянулся в постели. Он прекрасно выспался, что последнее время ему удавалось редко. Рядом сладко посапывала Эмилия, подарившая наследнику страстную ночь. Он в начале поглядел на нее с благодарной нежностью, но затем нахмурился, вспоминая вчерашний разговор.

- Рихард, мы с тобой уже три года вместе, но ты до сих пор не сделал мне предложения! – красавица капризно надула губки. Обычно этого вполне хватало, когда она желала что-то получить от Горна. Но не в этот раз.

- Ты же прекрасно знаешь, что это невозможно! – поморщился он. – Мы с тобой обо всем уже говорили и не раз.

- Но почему? – ее голосок походил на крик раненой горлицы. – Я из древнего знатного рода, отец за меня дает богатое приданое. И, главное, мы же любим друг друга?

В последнем предложении мужчина услышал вопрос, скривился, прежде чем ответить:

- Да, любим.  Но ты никогда не сможешь родить мне наследника, - жестко припечатал он. – А для правящей династии - это непозволительная роскошь.

- С чего ты взял, что не рожу? – возмутилась она. – Вот возьму и нарожаю тебе кучу маленьких Горнов!

- Так роди! И вопросов больше не будет! – вспылил мужчина.

- Ага, чтобы все королевство говорило, что Эмилия Вигас забрюхатила до брака? Ты хочешь моего позора?

В итоге они сильно и громко поругались. Правда, спустя полчаса долго и страстно мирились. Да бурный секс принес удовольствие, но проблему не решил. И сейчас, глядя на девушку, мужчина подумал, что совсем не желает продолжения вчерашнего скандала.

Зачем им всем нужен этот пресловутый брак? Он же ей обещал, что после свадьбы на истиной, Эма все равно останется его любовницей. Самой любимой и желанной. Он будет дарить ей жаркие ночи и драгоценности. А если она захочет замуж, найдет достойного мужа, который будет закрывать глаза на их связь. Только байда Вигас категорически отказалась от такого, по его мнению, идеального расклада.

Он постарался как можно более осторожно выбраться из кровати, чтобы не разбудить девушку. И ему это почти удалось, как в двери опочивальни раздался сильный стук и голос старшины охраны позвал:

- Ваше могущество!

 Эмилия тут же встрепенулась и протянула к возлюбленному руки:

- Рих, ты куда? А поцеловать?

Он недовольно дернулся, накинул на ее хорошенькое личико одеяло, под которым она лежала, и негромко добавил:

- Спрячься! Ко мне охрана пришла, - а затем уже в полный голос разрешил войти охраннику.

- Ваше могущество, вас срочно вызывает к себе в кабинет его всемогущество, ваш отец!

- И что ему с утра не спится? – недовольно проворчал Рихард, натягивая штаны и сапоги, понимая, что старшина ответа ему не даст. Однако тот неожиданно усмехнулся и добавил:

- Дак уже десять утра, ваше могущество!

Это получается до скольки они с Эмой вчера ругались, а затем мирились? А он еще удивлялся, что так хорошо выспался.

Байд Горн бегло посмотрел на себя в зеркало, быстро причесался пятерней, собрал волосы в низкий хвост и посчитал, что готов явиться под грозный взгляд отца. Только так и продолжал недоумевать, что тому срочно понадобилось?

Старшина проводил его до тяжелой дубовой двери, коротко поклонился, положив правую руку к сердцу, открыл двери, но сам в кабинет не пошел, оставляя наследника престола один на один с базилевсом.

Отец стоял передо окном и молча смотрел в даль. Сын перешагнул порог и застыл у входа, ожидая дальнейших действий или слов.

Базилевс развернулся, тяжелым взглядом смерил великовозрастного ребенка, криво усмехнулся и сказал:

- Проходи, сын. Что стоишь в дверях как не родной?

- Как скажете, отец, - Рихард коротко кивнул, закрыл за собой дверь и подошел к дубовому столу, который был рабочим местом правителя Аленьдьера.

Отец упругим шагом прошел на свое место и сел в тяжелое кресло с резной спинкой. Но сыну присесть не предложил. И это было плохим знаком.

- Ругать будет! – со вздохом решил наследник. Но вслух ничего не сказал, лишь с грустью подумал, что дни какие-то ругательные у него пошли.

Хозяин кабинета не смотрел на сына, а задумчиво изучал календарь, лежащий перед ним, да барабанил пальцами по столешнице. Затем поднял взгляд и спросил:

- Ты знаешь, что это такое? – и потряс пергаментным листом с таблицами дней, месяцев и годов.

- Календарь, ваше всемогущество! – Рихард постарался ответить, как можно более вежливо и по-деловому, все еще надеясь, что очередного скандала все же удастся избежать.

- Да я без тебя знаю, что это календарь! – неожиданно вспылил старший Горн. – Вот это что такое?

С этими словами он ткнул пальцем в одно из чисел, обведенных красными чернилами.

Рихард с умным видом взял пергамент в руки и воззрился на дату в календаре, соображая, о чем он успел позабыть. И чтобы выиграть немного времени, откашлялся и произнес:

- Восьмое число месяца цветеня пять тысяч десятого года от воцарения мира.

- И я не дурак, это тоже знаю! – фыркнул отец, недовольно теребя ус. – Что ты был должен сделать в этот день?

- В этот день? – Рихард испуганно дернулся, соображая, что там могло быть. – Отец, пять лет прошло с того времени, я не помню.

- Такие вещи не гоже забывать! – буквально взревел базилевс. – Ты должен был в этот день жениться!

-  Жениться?  - вопрос получился глупым и жалким. Рихард прекрасно знал, что это его святой долг перед империей. Только почему он так рано его настиг?

- Да, жениться! – сурово припечатал отец. – Только я не вижу толпы твоих истинных у стен дворца. Почему ты до сих пор не провел ритуал? Возможно, боги решили покарать тебя и ее просто не существует в природе.

- Она точно есть! – возразил молодой мужчина, потупив взгляд и залившись розовой краской, словно был юной девицей. Они с друзьями были совсем несмышленышами, когда проводили тот глупый пробный ритуал, когда он побил Эдгара Фрая, решив, что не положено другу смотреть на его будущую жену в обнаженном виде.

Столько лет с той поры минуло. Зигфрид даже жениться успел на байде Фрай, о чем долго мечтал. А он пока так и ходил неженатым, наслаждаясь пышными и роскошными телами своих любовниц. Особенно давно он был в связи с Эмилией. И, кажется, даже ее любил.

- И позволь узнать, почему ты так в этом уверен? – отец присел за стол, откинулся на спинку кресла и взял в руки самопишущее перо, играя им в длинных пальцах. – Я ее не вижу, хотя тебе вот-вот стукнет тридцать лет. Ты же знаешь, что для детей базилевсов это критический возраст.

- Когда мне был десять лет, мы с друзьями провели пробный ритуал. И она появилась передо мной! – возразил отцу Рихард.  – Ее тело было очень похоже на тело Эмилии Вигас. И я не теряю надежды, что она и есть моя истинная.

- Эмилия Вигас, говоришь? – глаза отца недовольно сверкнули. – Ты три года волочишься за ее юбкой. И где наследники, которых она должна тебе родить?

- Она не может этого сделать без свадьбы. Ты же знаешь, какие злые языки могут быть у наших подданных!

- Да пусть только родит, я заткну глотку любому! – усмехнулся отец. – ты меня понял? Три дня тебе на то, чтобы твоя дражайшая Эмилия забеременела. Или ты проводишь ритуал и вызываешь свою будущею жену!

- Три дня? - попытался возразить принц. – Но как мы узнаем о том, что она носит дитя?

- Для этих целей твоя мать даже лепесток алого цветка пожертвует! Ты же знаешь, как она хочет внуков.

Рихард молча кивнул. Он знал, что отец безумно любит свою жену и его мать. И готов ради нее на все. И, похоже, что этот спектакль разыгран был именно по ее указке. И раз она даже готова пожертвовать драгоценный лепесток, дело обстоит серьезно.

- Иди! – отец манул рукой в сторону двери. -  И не забывай, что у тебя всего лишь три дня.

Эмилия сегодня отправилась по магазинам. И убедить ее, что нужно срочно заняться воспроизведением потомства не получится. Поэтому он поднялся в башню к Зигу. Тот верно служил империи, выдавая все новые и неповторимые магические артефакты.

Рихард зашел в овальную комнату с тремя окнами под потолком без стука. Друг удивленно поднял на наго глаза, оторвавшись от своих чертежей:

- Рих, что случилось? На тебе лица нет, - участливо поинтересовался он.

- Матушке срочно понадобились внуки, - поморщился наследник престола. – А Эмилия без брака отказывается рожать. Боится пересудов и сплетен.

- И не факт, что сможет это сделать, - друг покачал головой. – Обремененные властью прокляты жениться не по любви, а по подходящим параметрам полового партнера. И у тебя есть такая женщина.

- Я помню ее тело! – возразил принц. – Оно очень похоже на тело байды Вигас.

- Возможно, я же не спорю, - покачал головой молодой ученый. – Только восприятие десятилетнего мальчишки сильно отличается от восприятия взрослого мужчины.

-  Что делать? – вздохнул горестно Рихард. Он действительно не знал, что предпринять в данном случае.

- А давай мы проведем еще раз пробный ритуал. И если ты увидишь свою байду, то женишься на ней безоговорочно. А она потом нарожает тебе кучу маленьких Горнов, - Лоял с улыбкой смотрел на сына правителя, прекрасно отдавая себе отчет в том, что Рихарду обязательно нужна верная и любящая спутница жизни. И дело не в наследниках. Жена – это твой тыл и поддержка при любых обстоятельствах. И будущему правителю она будет очень нужна.

Рихард тут же взбодрился:

- Точно! И тогда же прибежала Ритка! А ты в итоге на ней женился. Может и ко мне Эмилия ворвется, и мы сможем с ней уже никогда не разлучаться?

- Все может быть! – улыбнулся ученый. – Ты только ей заранее ничего не говори. А то она точно явится в самый неподходящий момент.

- Да я, что, маленькой что ли? – фыркнул Горн. – Пойду Фрая найду. Втроем все же сподручнее пробный ритуал проводить.

- Ага, - рассмеялся Зиг. – И крыс да лягушек не придется одному ловить!

- Да ладно лягушек, - покачал головой наследник. – Я как вспомню, как мы по цветам лазили за росой, так до сих пор оторопь берет. Жаль, что все нужно делать самим. Слуг не заставишь.

- Возможно, им и стоит отдать такой приказ. Да только никто не даст гарантию, что все получится достоверно. В прошлый раз во время призыва появилось две барышни сразу: та призрачная и моя Ритка. Одна была соткана из магии, вторая из плоти и крови. И поди разбери, кто для кого!

- Естественно, - пожал плечами Рихард. – Эме тогда было два месяца. И боги посчитали, что показывать мне младенца в пеленках не стоит. Зато показали, какой роскошной женщиной она станет в будущем! Но ты, наверное, прав. Будем все ловить и собирать сами.

- Меня увольте, - рассмеялся Лоял. – Мне жена такой ритуал устроит, что мало не покажется!

- Можешь не присутствовать, - согласился Рих. – Ты, главное, помоги нам ингредиенты собрать.

- Ты хочешь, чтобы я пропустил самое интересное? – хмыкнул ученый. – Нет, мой дорогой, за лягушками и крысами ты пойдешь сам. А ритуал я провести помогу.

 - А это у вас, голубушка, самая натуральная анорексия! – пожилой врач внимательно смотрел на меня пытаясь предугадать реакцию. – И на данном этапе уже показана госпитализация. Иначе вам и до кахексии немного осталось.

- Доктор, какая анорексия? Вы сума сошли. У меня работа, гастроли, - я смотрела на мужчину и не верила в столь чудовищный диагноз. Я всего лишь немного похудела, пытаясь приобрести идеальные формы. Работа накладывала отпечаток. Артист всегда должен быть в форме, чтобы радовать своим внешним видом зрителей. И сейчас, когда меня рекомендовали для участия в конкурсе в Италии, я особенно старалась.

- Скажите, кто вас сюда направил? – не сдавался доктор, пристально меня разглядывая. Было чувство, что он не просто смотрит, а сканирует, проверяя буквально каждую клеточку, каждый участок тела.

- Директор цирка. Он сказал, что у меня нездоровый цвет лица, - было непонятно, к чему светила медицины клонит. Что-то скрывать я не собиралась. Просто немного передернула факты. Вчера Серей Михайлович вызвал к себе в кабинет и строго сказал, что я стала походить на живой труп, поэтому мне пора заканчивать свои эксперименты с внешностью. Такими темпами я поеду не в Милан на конкурс, а на Ваганьково с почетным эскортом. В тот момент я решила, что он уже старый и просто ничего не понимает в женской красоте.

- А мне он позвонил и сказал, что вы, Варенька, извели себя до такой степени, что на арену вас уже и выпускать страшно! – доктор не отступал от своей линии.

- Хорошо, - пришлось согласиться. Петр Владимирович был тем доктором, который ставил итоговое заключение на справке, которую выдавали каждый полгода работникам арены. И без его размашистого автографа меня просто бы не допустили до работы. – Я готова недельку потратить на вашу больницу.

- Эко, какая вы быстрая! – рассмеялся он, качая головой.

- Хорошо, хорошо, две недели! – согласилась я, натянуто улыбаясь. Госпитализация в мои планы совершенно не входила.  Конкурс требовал большой подготовки и много сил. Нет, номер я не собиралась репетировать. От меня там требовалось лишь широко улыбаться и творить чудеса памяти и мозговой деятельности. А они у меня были уникальными от природы. Годам к восемнадцати я наконец-то научилась отсекать в своей памяти ненужное. Помнить абсолютно все далеко не приятный приз.

Например, когда мне было десять лет, мы ехали в автобусе с теткой и ее малолетним сыном. Тетке с ребенком уступили место, чтобы они сели. А она предложила присесть мне и взять Костика на руки, что я и сделала. Но не успела взять двоюродного брата на колени, как одна пассажирка накинулась на меня с обвинениями, что место освобождали не для меня, а для женщины с ребенком… Скажите, зачем мне об этом помнить? Из размышлений меня вырвал голос Петра Владимировича:

- Варвара Ильинична, на лечение анорексии уходит лет пять. В редких случаях чуть меньше, но в последнее время все больше и больше, - доктор нахмурился и буквально припечатал меня суровым тоном. – Вы на прошлом медосмотре были очень худой. Но грани еще не перешли. Я вам что говорил? Усиленно питаться, белки, жиры, углеводы. Все нужно разумно сочетать! А вы что сотворили? Я бы понял, если были бы там какой-нибудь воздушной гимнасткой. Но зачем болезненная худоба артистке разговорного жанра?

- Да что вы понимаете в женской красоте? – вспылила в ответ, чувствуя, что слезы на подходе. Что он ко мне привязался? Я очень достойно выгляжу.  Просто доктор и Сергей Михайлович уже пожилые мужчины, и взгляды у них совдеповские. Они успели пожить в Советском Союзе. А там, как известно, любили дам в теле. – Когда мимо тебя пробегают такие вот стройняшечки в блестящих купальниках, а ты стоишь, словно многотонная матрона в платье в пол и смотришь им в след… Вы не переживали такого ужаса!

- Нет, слава Богу! Бесполезным страданиям я не подвержен. Зато переживал ужас, когда сообщают, что очередная анорексичка отдала богу душу. Поверьте, Варя, это намного страшнее! Скажи пожалуйста, сейчас в моем кабинете холодно или жарко? – он ехидно прищурился и выжидательно на меня посмотрел, неожиданно сменив тему разговора.  Хотел надо мной поиздеваться? Только я никак не могла уловить его мотивов.

- Вы, наверное, надо мной насмехаетесь? Сами все окна пооткрывали, несмотря на дождливую погоду, а теперь задаете глупые вопросы! – вспылила в ответ. В обиду я себя не дам.  Тем более в кабинете дуло изо всех щелей точно.

Петр Владимирович молча встал, взял меня за плечо, поднял со стула и подвел к окну, где, к моему стыду, весело светило солнце:

- Дырку мне покажи, в которую дует? - почти весело уточнил мужчина и застыл в ожидании.

Я растерянно посмотрела на стеклопакет, который плотно отгораживал помещение от улицы. Что-то здесь не так. Попытаемся отбить атаку по-другому:

- У вас кондиционер сильно работает! – постаралась объяснить свое зябкое состояние и ощущение ветра в помещении.

Тогда он молча протянул мне термометр, на котором красная стрелка показывала 28 градусов, а затем со вздохом сказал:

- Увы, мы еще не дожили до тех времен, когда в кабинетах врачей будут ставить кондиционеры. Просто постоянный холод - первый признак болезни. А скажи-ка мне, как доктору, когда у тебя была последняя близость с мужчиной? Тебе уже давно двадцать два исполнилось, – и взгляд в этот момент стал очень серьезным, словно вопрос о близости с мужчиной был делом жизни и смерти, а мои годы - критическим возрастом для начала сексуальной жизни.

Я покраснела от столь интимного интереса и возмутилась:

- Петр Владимирович, вы уверены, что имеете право задавать подобные вопросы? У вас специальность несколько иная, вы всего лишь терапевт, а никак не гинеколог или сексолог! – не рассказывать же ему, что я до сих пор являюсь девственницей. Мне мама всегда говорила, что сексом нужно заниматься тогда, когда у тебя появиться желание. А у меня его просто никогда не было. Что я все же и озвучила под  пристальным взглядом хозяина кабинета.

- Отсутствие либидо – второй признак, - констатировал доктор. – Еще перечислять?

Почему-то аргументов против у меня не нашлось, и я отрицательно покачала головой.

Он же твердой рукой в карточке записал: диагноз – нервная анорексия. После, правда добавил:

- Варенька, мне искренне жаль! – и посмотрел на меня взглядом побитой собаки, будто это он был виновен в том, что я, по его мнению, болею.***

Вот так я оказалась в специализированной клинической больнице №2, расположенной в тихом парке за городской чертой и высоким забором.

В приемном покое сняв одежду, сложила ее в специальный выданный мне мешок и сдала на хранение санитарке, натянула на себя застиранную казенную ночную рубашку и халат в полосочку.

И когда хозяйка приемного покоя уточнила:

- Больная, вы готовы? - жалостливо посмотрев на меня, я тяжело вздохнула и ответила:

- Да! – но разве к этому можно быть готовой?  Появилось стойкое предчувствие, что против меня создали особый заговор. Правда его истинные цели и задачи остались непонятными. В итоге прошла в отведенную палату. Две недели можно и потерпеть. На пять лет здесь я точно не останусь. Хотела съездит домой за одеждой, гигиеническими принадлежностями, однако Петр Владимирович не разрешил. Сказал, что госпитализация экстренная, по домам разъезжать времени нет. И отправил меня по месту назначения с бригадой скорой помощи.

Улыбчивая медсестра проводила новую пациентку до места, показала отведенную кровать и все с той же неизменной улыбкой сказала:

- Располагайтесь, отдыхайте!

Я понимаю слово «отдыхайте», как пляж, солнце и, хотя бы, Черное море. Но точно не загородный стационар среди унылых полей в дали от цивилизации.

Но даже отдыха на больничной кровати мне не светило. Тут же пришла другая сестричка с капельницей, заставила лечь на кровать и воткнула иглу в вену со словами:

- Вот сейчас, больная, мы с вами кушать будем!

В смысле кушать? Это что, нас готовят лететь в космос и учат питаться через зонд, вставленный в вену?

Только отвечать на мои вопросы никто не собирался. Медичка еще раз проверила, как идет процесс, удовлетворенно кивнула и покинула палату. А так как я лежала одна, даже обсудить происходящее было не с кем. Хоть бы кто-то разъяснил, что здесь происходит и зачем надо мной так издеваются эти люди в белых халатах? Оставалось лишь размышлять и отсчитывать капли, падающие внутри трубочки.

С тоской вспомнила собственное отражение в зеркале, когда проходила мимо в коридоре. Несмотря на недостаток света и изрядно потрепанные створки старинного трельяжа, я увидела себя и поняла, что почти достигла того совершенства, к которому стремилась последние два года. Благо рубашка с халатом хорошо меня обтягивали, да и пояс я затянула потуже. Правда санитарка ворчала, что приходится доставать запасы детской одежды. Мне бы еще полкилограммчика скинуть, и это был бы дзен. Да вот кормят через зонд, достигнуть полного согласия души с телом не дают.

Жалела я себя минут пять. На этом жалостливые мысли закончились. Стала задумываться о будущем. Я пришла в цирк сразу после школы. Глупо даже как-то получилось. На представлении мой бывший коллега Вася Крикуль отгадывал мысли и читал наизусть тексты, которые давали ему зрители. Отгадывание мыслей происходил через подставных лиц. Это я потом узнала. А вот тексты он запоминал сам, обладая феноменальной памятью. И как оказалось, моя память была нисколько не хуже.

Еще в школе я удивлялась, почему одноклассники жалуются на проблемы с запоминанием. Согласна, что математику, химию и физику нужно понимать. Там на одной памяти и зубрежке не выплывешь. Но не выучить историю или литературу? Мне казалось просто невозможным. Все, что я хотя бы бегло просматривала, оставалось в моем мозгу навсегда.

И когда артист Крикуль совершил две незначительные ошибки, я не выдержала и поправила его во всеуслышание. Вася покраснел, но как-то выкрутился. А меня после представления пригласили к директору цирка.

До этого я пыталась доказать родителям, что поступать в институт мне совершенно не обязательно. Зачем, если я и так все знаю? Только убедить людей, что золотая медалистка не хочет получить высшего образования было практически невозможно. И предложение работы на арене показалось отличным выходом! Вася к тому времени начал попивать, что не могло не сказаться на качестве его номера. Мной сначала дополнили, а в последствии совсем заменили пожилого артиста.

В итоге я лежу на больничной койке, хотя работаю всего лишь языком, и понимаю, что, если меня выгонят с работы, я даже не представляю, куда пойду. Ничего иного я просто не умею. Поэтому придется смирить свои амбиции и пройти хотя бы минимальный курс лечения и испортить свою фигуру. Работа артиста требует жертв.

Я не знаю, чем меня там накачивали, но в животе вдруг внезапно засосало, и я поняла, что хочу есть.

- Как самочувствие, больная? – капельница подходила к концу, и ко мне заглянула медсестра.

- Кушать очень хочется! – пожаловалась я. Давно, честно говоря, не испытывала этого забытого чувства.

- Сейчас капельницу завершим и вам ужин принесу, - кивнула она, доставая иглу из вены.  

- А это обед был? – скривилась я, показав глазами на бутыль с раствором.

Сестра рассмеялась и согласилась со мной:

- Можно и так сказать! Пусть будет обед.

В итоге мне принесли стакан какой-то белесой бурды. Я подобное и в лучшие времена не любила. Но сегодня пришлось выпить. Сказали, что возвращаться к полноценному питанию пока рано. Мой желудочно-кишечный тракт отвык работать. Вот так взял и отвык.

Но после этого импровизированного ужина аппетит снова пропал. И я, пережившая кучу неприятных моментов за сегодняшний день, благополучно заснула. Правда перед отходом ко сну вспомнила бабушкину поговорку:

- На новом месте приснись жених невесте!

И то ли в ответ на мое пожелание, то ли по иной причине ночью мне приснился странный сон. Вернее, это было продолжение сна, который я видела в далеком детстве. Тогда я во сне влетела в странную голубоватую воронку. Какое-то время летела в непонятном пространстве, а потом вдруг зависла над странным котелком, в котором что-то варилось и булькало. Я хотела закричать от ужаса, но ничего у меня не получилось. И успела лишь заметить трех растрепанных мальчишек, которые стояли по кругу и глазели на меня. Особенно мне в душу запали одни черные глаза, которые, казалось, заглядывают тебе не то что в душу, а прямо в сердце. Хозяином их был долговязый парнишка с растрепанными темными вихрами и странной бляхой на груди.

И в какой-то миг этот черноглазый крикнул что-то на непонятном языке и заехал кулаком по лицу второму, более щуплому. Я хотела возмутиться, собралась крикнуть и позвать на помощь, как вдруг оказалась в собственной кровати.

Странным было то, что на тот момент мне исполнилось лишь два года. Но я все помнила досконально, словно это было не двадцать лет назад, а вчера. Тогда, видимо, и проснулись мои уникальные способности. И все годы черные глаза иногда маячили передо мной, словно смотрели как я расту, чем живу, о чем мечтаю. И, честно говоря, возможно именно этот взгляд мешал мне заводить более близкие отношения с парнями. Всегда казалось, что между нами стоит кто-то третий.

Сегодня меня снова словно утянуло в непонятную воронку, а очнулась я в незнакомом месте.  Я вдруг осознала, что снова нахожусь там же. Только вместо пацанов по кругу стояло трое взрослых мужчин. И я с удивлением узнаю того, что первым полез драться. Его выдал шрам через правую бровь и загадочные карие глаза с поволокой. Забыть их оказалось невозможным. А он смотрел и смотрел на меня. И мне даже показалось, что губы мужчины шептали одно слово:

- Приди!

Честное слово, я бы лучше к нему отправилась, чем в больнице лежать.

Только вот тот чернявенький и самый симпатичный, на мой вкус, снова замахнулся кулаком. Окончания я не увидела. Меня внезапно выдернуло обратно.

Только очнулась я не в палате, а в реанимации. Вокруг пищали приборы. В руке опять торчал катетер. А Петр Владимирович укоризненно качал головой и повторял:

- Варя, ну как же так-то?

 Я посмотрела на доктора и вдруг поняла, что делаю это не со стороны кровати, а откуда-то сверху. Такое впечатление, что я парю под потолком. Похоже, что я просто на просто померла… Именно так описывали те, кто побывал в состояние клинической смерти. Но почему? Я совсем не хочу умирать!

- Сердце на выдержало! – печально констатировал доктор и натянул простынку мне на лицо. Только она совсем не мешала смотреть по сторонам, словно я и не в теле была. Моем совершенном теле. Че-е-ер-т! Он же предупреждал, что я могу умереть от этой самой анорексии!

И никакие мои уникальные способности не помогли. Я беспомощно барахталась под потолком, разглядывая, как мой холодный труп увозят два санитара. И тогда я закричала. Я так многое не успела в этой жизни! Не то, что замуж не вышла и детей не родила, даже мужскую ласку в полной мере не познала. Лишь с Сашкой Агафоновым в десятом классе целовалась.

Дайте мне еще один шанс! Я клянусь, что пересмотрю свои взгляды на жизнь, на идеальную фигуру, на работу, на учебу… Что вы там еще хотите, боги? Вы же всемогущие? Только никто уже мои потуги не слышал и не видел. Поэтому я не нашла ничего лучшего, как усесться на шкаф в углу реанимации и ждать развития событий. Про то, что душа выходит из тела и смотрит за происходящим сверху, я читала. Но вот что делать дальше, не писал и не рассказывал никто и никогда.

Я почти окончательно упала духом, как внезапно мое тело или душу куда-то стремительно потянуло, словно снова затягивая в неведомую трубу. Что, все? И иначе никак?

 Трое молодых мужчин застыли над выкипевшим котелком с зельем истинной пары. Это было всего лишь пробное зелье, которое они уже варили двадцать лет назад. И результат бы почти тем же. С той лишь разницей, что Ритка больше не прибежала. Она к этому времени стала венчаной женой Лояла и на такие провокации не поддавалась.

Две минуты назад они снова увидели призрачный силуэт, повторяющий шикарные очертания богатого женского тела. Эд вовремя вспомнил, как в прошлый раз ему прилетело кулаком в глаз, и решил отвернуться. Но сегодня Рихард поменял свое мнение:

- Да смотрите уж! Там все равно деталей не видно. Но мне нужны свидетели, что это Эмилия!

Парни переглянулись и с интересом стал разглядывать призрачную даму. Да вот только очертания тела так и остались бестелесными, словно сотканными из дыма. И они действительно походили на щедрые формы возлюбленной друга. И тут стало уплотнятся лицо.

Вот стал различим высокий белый лоб девушки, темные брови в разлет. А под ими сверкнули, словно две ночные звезды, два огромных синих глаза.

- Синие? – растерянно произнес Эдгар Фрай.

- Синие, - как-то обреченно повторил Зигфрид.

- Но у Эмилии глаза зеленые! – сжал кулаки основной виновник проведения ритуала.

- Значит, это не Эмилия! – просто пожал плечами сын ученого.

- Я не хочу, - мрачно сообщил друзьям Рихард. – Шерд!

С ругательством, которое не пристало говорить наследнику престола, он провел рукой по лицу, словно пытался убрать неугодное изображение. Только ничего не изменилось. Появился точеный носик, затем пухлые губки.  Её личико сердечком обрамляли каштановые кудряшки, делая удивительно молодой. Но раз ее показали боги двадцать лет назад, то ей минимум эти двадцать и были. И она казалась очень красивой.

- Могло быть и хуже! – хохотнул Фрай. А Горн все же не выдержал издевательств и снова заехал другу кулаком в глаз. Изображение тут же исчезло.

- Вот за что? – возмутился Эдгар. – Разве я виноват в том, что ты влюбляешься в неподходящих девиц?

Лоял тут же развернул друга к себе и пустил к его многострадальному глазу пучок целительской магии, чтобы глаз не разболелся и на нем не вырос смачный фиолетовый фингал. А затем со вздохом сказал:

- Рих, за что ты его ударил? Назови мне хоть один весомый аргумент.

Только Горн ничего не сказал, махнул рукой и пошел прочь от друзей. Ему предстояло пережить и переварить открывшуюся неприятную правду. Хорошенькая совсем не равно хорошему характеру. К минусам Эмилии он давно привык и вполне мог с ними сосуществовать. А что ему принесет незнакомка?

Наследник престола буквально выбежал из лаборатории друга, где они проводили ритуал и широкими шагами направился к морю. Водная стихия с ее мощной энергетикой всегда подпитывала его и успокаивала. Вот и сегодня ему нужна была ее помощь. Самому было бы не справиться.

Молодой мужчина подошел к кромке воды и стал смотреть в даль, словно ждал, что на небесном своде появиться ответ на все его вопросы. Да только высшие силы предпочли оставить свои мысли в секрете.

Когда особо нетерпеливая волна постаралась и облизала носки его сапог, Рих наклонился, выбрал плоский камешек, взвесил его в руке, приноравливаясь, и запустил «лягушкой» в волны. Камень начал забавно прыгать.

- Если прыгнет двадцать раз, то все проблемы разрешаться сами собой! – загадал Рихард. Да только все просто так не случается. И словно насмешка богов его «лягушка» на девятнадцатом прыжке пошла ко дну.

- Шерд, за что? – эмоционально выругался он, желая, чтобы стихия забрала дурные мысли. Однако стихии было глубоко наплевать на его мысли и лакомится ими она не собиралась. Не осталось ничего иного, как идти к отцу и просить лепесток аленького цветка для проведения ритуала.

Ритуал был не самым страшным. Тем более он успел за свои тридцать лет провести два пробных. Наследника гораздо сильнее страшил разговор с Эмилией. Он даже боялся представить какой поток яда и слез польется в ответ. Хотя, возможно она немного поскандалит и поймет, что иного не дано? И в итоге согласиться стать его любовницей. Хотя для этого ее придется выдать за кого-нибудь замуж. И этот факт отражался в его душе острой болью.

Любил ли он Эму? Рих задумался. Если смотреть на отношения Зига и Ритки, то у них с девушкой не было ничего подобного. Друг с женой мирно не жили. Между ними постоянно кипели страсти. Они яростно спорили, ругались и мирились. Но если кому-то из пары грозила неприятность или опасность, тут же вставали плечом к плечу.

- Я готов пойти с ней в разведку! – утверждал Лоял. А Ритка ему вторила очень странно мыслью:

- Если против моего мужа восстанет весь мир, я встану за его плечом и буду подавать стрелы.

С Эмилией наследник в разведку бы точно не пошел. И не то, что он ждал от нее предательства. Просто избалованная аристократка подняла столько бы шума, что врагам и думать бы не пришлось, кто наведался на их позиции. И любила бы она его если он был бы не принцем, а простым, скажем, графом или даже простолюдином, каким был Зиг? Ритка даже не побоялась отказаться от титула ради него.

И мужчина в итог сделал печальны вывод, что любви у него нет. Да, ревность есть. Есть похоть и страсть. Он всегда считал, что этого вполне достаточно для счастливого брака. Но стоило лишь немного подумать, как все посыпалось прахом.

          Первоначально он хотел пойти к Эме. Но затем решил, зачем ему еще одна проблема на сегодня? С любовницей можно объясниться и потом, когда все немного уляжется. Возможно, узнав, что он призвал свою истинную, она все правильно поймет и больше не будет ему докучать. Хотя, кого он обманывает? В ее характере было поднять еще более сильную бурю возмущений, которая все равно ни к чему не приведет. Поэтому и решил оставить пустое сотрясания воздуха на потом, когда будет к этому морально готов. А сейчас пошел к матушке.

    - Рихард, неужели ты решил почтить меня своим присутствием? – буквально пропела высокая моложавая женщина. Издали она выглядела лет на двадцать пять, не больше. И лишь мудрость в глазах, да морщинки вокруг них выдавали ее истинный возраст. Однако простых смертных на короткие расстояния к жене базилевса не подпускали. – Вот состарюсь, умру, а ты и не заметишь!

 - Матушка, то вы такое говорите? – широко улыбнулся он, целуя мать в щеку. Он уже точно знал, что сейчас она начнет ему пенять, что не успеет понянчить внуков. А очень этого хочет. Такое происходил уже не в первый раз. Поэтому не стал дожидаться продолжения и сразу взял быка за рога:

- Я вот тут жениться решил. Ты мне для ритуала лепесток аленького цветочка дашь? – стараясь не расплыться в глупой улыбке, осторожно поинтересовался сын.

- Да не ужели я этого дождалась! – встрепенулась мать, вскакивая с кресла с несвойственной для ее возраста прытью. – Я тебе готова не то что лепесток дать, я тебе весь цветочек отдам!

- Весь, наверное, не надо, - немного растерялся он под напором ее энтузиазма. - Можно не один, а пару лепестков так, на всякий случай.

Базилина тут же подхватила сына под руку и потянула в садик, располагавшийся прямо за дворцом. Небольшая клумба с редким цветком располагалась в дальнем углу подальше от любопытных глаз. Ее даже специально отделили от дорожки зарослями кустарников, чтобы нечаянный прохожий не заметил и не решил поживиться растением, исполняющим желанием.

И тут дело было даже не в жалости. Красный цвет – это цвет правителей. И подчинялось волшебное растение только им. Для остальных оно было простой травой, ничего особенного из себя не представляющей. Так по крайней мере писали в древних манускриптах. И поэтому держали цветок под усиленной охраной, да еще и снабжали магическими маячками.

Но никто и никогда не проверял, как лепестки действуют на простой люд. И проверять боялись. Цветок исполнял не просто желание, а лишь истинные: не то, что ты загадывал. А то, что изначально жило в твоем сердце.

Говорят, что прапрадед Рихарда просил у цветка здоровья батюшке. А вместо этого у дворца внезапно выросла центральная башня. Получается, что башню он желал сильнее.

Базилина же всю дорогу не замолкала ни на секунду. Она расписывала сыну какими цветами украсит храм на его венчание. Какой камзол он должен будет надеть. А какое платье она пошьет для себя.

- И как бы я хотела, чтобы твоя будущая жена пошла под венец в моем венчальном платье из вургунских кружев! Оно настолько красивое, что его до сих пор вспоминают наши подданные, - вещала мать. А когда перешла на наряд сына:

- А тебе я думаю, лучше надеть небесный камзол, а чулки украсить розовыми подвязками! – Рихард не выдержал и все же осадил мать:

- Мне, помоги нам Вседержитель, жену бы для начала найти. А там посмотрим, в каких подвязках я пойду к алтарю. Возможно, будет лучше надеть доспехи и закрыться от людей забралом.

- Ты что говоришь! – возмутилась венценосная байда. Но дальше тему развить не получилось. Они завернули за ограждение из шаровидной туи и оказались на полянке с чарующим ароматом чудо-растения.  Почуяв рядом с собой кровь правителей, цветы мгновенно повернули головки в их сторону, расправили все листочки и приветственно закивали.

 Рихард застыл, разглядывая это творение природы и магии. Раньше к цветку он не подходил. Просто не считал нужным. Тайных истинных желаний у него не было. Для наследника престола не было ничего невозможного. Только пожелает, как тут же получал желаемое.

Пятерку за контрольную по математике? Да, он долго бился над этой наукой, которая никак не хотела раскладываться по полочкам в голове у наследника престола. Но, слава Вседержителю, здесь сумел обойтись собственными силами и помощью Лояла.

И сейчас он с удивлением рассматривал это божье творение. Листики магического цветка были прозрачными, с темными прожилками. А внутренности словно заполнены алым каленым стеклом. А серединка казалась похожа на настоящий королевский бархат, темнее, чем ночь середины зимы. И лишь прозрачные капельки росы походили на крохотные бриллианты, переливающиеся всеми цветами радуги.

А вокруг полянки разливалась тихая музыка. Музыкантов нигде видно не было. Получалось, что пел сам цветок.  

- Потрясающе! – выдохнул Рихард. – Никогда не думал, что в мире может быть что-то такое прекрасное!

- Давно надо было тебя сюда привести! – заулыбалась базилина. – Пусть и твоя жена будет такой же красавицей!

С этими словами она сорвала два тончайших лепестка и передала их сыну.

 Рихард под впечатлением увиденного и услышанного принял лепесточки из рук матери как самую величайшую ценность, спрятал их за пазухой и с видом победителя отправился к друзьям. В этот раз предстояло провести самый настоящий ритуал.

Те уже ждали его в условленном месте. Необходимо было поймать лягушек, водную крысу и собрать росу. На все про все у них было три дня. Настоящий ритуал лучше проводить при полной луне. Это время всегда считалось самым колдовским. А уж призвать в этот мир истинную пару  было высшим магическим ритуалом.

Наследник престола видел, что Ритка с его другом, хоть и скандалили каждый день, однако жили душа в душу. Это был брак равных по силе и темпераменту людей.

И как говорил совсем уже старый магистр Ираклий:

- В браке главное смотреть не на друг друга, а в одну сторону.

И Рих тоже так хотел, чтобы женщина стала не только украшением его спальни, но и радостью для души и соратницей для сердца. Он точно знал, что его истинная существует. Не зря же призывал ее образ уже дважды. Теперь предстояло дождаться полной ее материализации. А следом получит и радость, и соратницу, и украшение. С истинными просто иначе быть не может.

Лягушек парни наловили быстро. Эти глупые создания толклись у края воды. А с похолоданием становились сонными и медлительными. С крысой пришлось повозиться. Они были умными и хитрыми тварями и никак не хотели заходить в ловушку.

- Давайте капкан поставим? – в итоге предложил Эдгар. – Положим в него что-нибудь очень вкусное. Да ту же лягуху. Крысе редко удается их поймать. А головастики давно закончились. У нас же все равно останутся целые тушки, когда мы лапки отрежем.

- Не знаю, как в загашнике у Фраев, у нас среди охотничьего арсенала самый маленький капкан на зайца. Я боюсь, что он крыску пополам разрежет, - поморщился наследник, живо представив неприглядную картину.

- У нас лишь на медведей, - вздохнул друг. – Мы не настолько богаты, чтобы мелочится по мелким грызунам.

- Или ленивы, чтобы ими заниматься, - покачал головой Лоял.

- Что поделать, - фыркнул Эдгар, - Ритка теперь живет в вашем клане, подгоняя и подпинывая весь ваш ученый род. А нас, бедных, и подгонять не кому.

- Могу на денек вернуть, так скажем для профилактики! – все также меланхолично ответил Зигфрид.

- Давайте Маргариту Лоял-Фрай вы будете делить после того, как призовем мою истинную! – возмутился Рихард, когда его терпение закончилось. – Я сейчас пойду в сарай за капканом. А вы подготовите лягушачьи тушки, не забыв освежевать их и отделить лапки.

Парням осталось лишь переглянутся. Дружба дружбой, однако, когда наследник престола начинал разговаривать приказным тоном, им иного не оставалось, как подчиняться.

А через два часа они все разом склонились уже над пустым капканом. Крысы в нем не было, как, впрочем, и лягушек. И лишь в дыре капкана лежал чей-то одинокий глаз.

- Бери, это точно Вседержитель тебе благословение прислал! – предложил Лоял, как самый умный.

- А вдруг это не крысиный глаз? – наследник с сомнением потер подбородок.

- Тебе мать лепестков больше не даст? – фыркнул Фрай. Ему до жути уже надоели все эти поиски и охоты. Он очень сильно желал завершить подготовку к ритуалу. Тем более у него истинной не было. А зачет по призыву Эдгар сдал давным-давно.

- Наверное, даст! – согласился Рихард, все еще с сомнением разглядывая глаз-бусинку. Он действительно был похож на крысиный. 

- Так что, если что-то пойдет не так, повторим! – Фрай сладко потянулся, сплюнул через плечо и заложил большие пальцы рук за широкий ремень на поясе, давая понять друзьям, что больше никуда не пойдет и ловить никого не будет.

Рихард достал из кармана пакетик, в котором уже лежали лягушачьи лапки. Двумя пальцами, чтобы не повредить, подцепил глаз и отправил следом в пакет:

- Утром за росой пойдем!

- А вот и нет! – дружно завопили друзья, поднимая руки вверх. - Жену ты себе призывать будешь. Поэтому и росу должен собирать сам.

- Я и сейчас, рискуя жизнью, пошел, - покачал головой Зигфрид. – Жена если узнает, что я готовлюсь к ритуалу призыва истинной, точно встретит меня самой большой скалкой в доме.

У Эда не было такого веского аргумента в виде скалки жены, поэтому он скромно промолчал, сделав вид, что все важное уже сказал.

- Предатели! - махнул рукой на них Рихард и грустно побрел на кухню. Заготовки нужно было положить в ледник, чтобы до ритуала ничего не протухло.

- Ты на ритуал-то нас позовешь или будешь в гордом одиночестве проводить? – окликнул его Лоял. Ему было некомфортно, что друг, вроде как, на них обиделся.

- А зачем вы мне там нужны? - хмыкнул Рихард. – Мою жену в голом виде разглядывать? Так за это можно и головы лишиться. Все же как ни как будущая базилина.

- Да мы в самый ответственный момент отвернемся! – тут же пообещал Фрай.  – Голова важнее. Мы же не просто так хотим там присутствовать, а оказать посильную помощь, если что-то вдруг пойдет не так.

- Если я сам завтра росы наберу, то и с женой справлюсь, - грозно сверкнул на них глазами наследник. – Помощнички!

Он ушел. А друзья заговорщически переглянулись, кивнули друг другу и с довольным видом, что удалось отвязаться от росы, отправились по домам.

Следующий день Рихард ходил сам не свой. Он все никак не мог поверить, что уже ночью призовет девушку, которая будет с ним и в горе, и в радости до конца жизни.

Первые зачатки невроза проявились утром, когда он росу собирал. Проклятые капли так и норовили соскользнуть мимо бутылочки. В прошлые разы это лучше всего получалось у Зигфрида. Но друга сейчас рядом не было. Хочешь-не хочешь, справляться приходилось самостоятельно. Раз пять появлялось непреодолимое желание закинуть бутылку подальше, чтобы глаза её больше не видели. Можно, конечно, было и слуг заставить. Но ведь в манускрипте было черным по белому написано, что росу жених должен собрать собственноручно. И если в пробных ритуалах и были какие-то косяки, он их не заметил. А сейчас так рисковать просто не мог.

В обед кусок в горло не лез. Да и матушка своими наставлениями все уши прожужжала:

- Рих, солнышко, ты все подготовил? – взволованно уточнила базилина.

- Да, мама!

- А пузырек чисто помыл? – не унималась она.

- Да, мама!

- А лягушачьи лапки на ледник положил?

Тут не выдержал сам базилевс:

- Марго! Отстань от сына. Он уже не маленький и надеюсь понимает, что от качества ритуала зависит не только его будущее, но и судьбы всего государства.

- Но он же такой… - базилина не успела договорить, как муж прервал ее:

- Маленький? Ростом или возрастом? – и с усмешкой посмотрел на здоровенного детину, сидящего напротив них. – Протри глаза, дорогая. Наш сын вырос окончательно и бесповоротно.

Рихард с благодарностью посмотрел на отца. Иначе он боялся, что не выдержит до конца обеда и позорно сбежит.

И вот священно время наконец подошло. Молодой мужчина начал приготовления. Повесил котелок на крюк, привычным уже жестом разложил все в полагающемся порядке и щелкнул пальцами, зажигая огонь в грелке. Лишь ему из троих подчинялась огненная магия. И если бы не это умение, предыдущих вызовов точно бы не было. Артефакты стоили слишком дорого. А пальцы ничего не стоили.

 Рихард выдохнул и начал проводить ритуал. Вылил содержимое пузырька с росой в чан, бросил лапки и глаз и начал помешивать, мерно повторяя слова заклинания.

Как ни странно, они намертво засели в его голове, хотя выучены были двадцать лет назад. Не зря байд Фалько вдалбливал их в мальчишеские головы.

И вот над котелком стал образовываться туман, который постепенно уплотнялся, приобретая женские черты.

И тут раздался негромкий шум. Он на секунду оторвал взгляд и заметил, что в комнату тихо вошли Эдгар с Зигфридом. Он им беззлобно погрозил кулаком, но ничего не сказал. Заклинание нельзя было прерывать другими словами.

Туман все сгущался и сгущался. Вот уже стало проступать что-то похожее на кости скелета. Заклинание к тому времени было уже прочитано, поэтому он мог позволить себе разговор хотя бы с самим собой.

- Странно, - прошептал Рихард. – Я был просто уверен, что истинная проявиться вся целиком и сразу, а не будет собираться по слоям, начиная с внутренностей.

Наследник, присмотревшись, понял, что по крайней мере кишки у девушки не просвечивают. Только пышные формы так и остались туманом. Он упорно ждал, когда заполнятся все очертания и он сможет получить именно ту истинную, о которой мечтал.

И тут очень некстати подал голос Зигфрид:

- Рих, она сейчас в котёл свалится и обвариться!

Мужчина дернулся, оценивая результат ритуала. И убедился, что тонкие пальчики на ножках вот-вот коснуться бурлящей в котелке жидкости. Ему не оставалось ничего иного, как схватить ее на руки и вырвать из пасти обжигающего марева.

Да только вместо роскошного тела в объятиях оказалось какое-то чудовище, действительно похожее на скелет, обтянутый кожей. Рихард содрогнулся всем телом и скинул его с рук на пол. Благо на полу лежал густой аврийский ковер. Потому существо ушибиться или что-то сломать себе было не должно. Оно тут же все сжалось и что-то заверещало на незнакомом языке.

Язык звучал очень твердо, с раскатистой буквой «р» и очень странным звуком «Ы-Ы-Ы». Так плакали ночные чудовища в лесу. Между тем это явно были слова разумного существа. Именно слова, а не сплошной вой или рык лесного зверя. Да и лицо было почти человеческим. Два огромных синих глаза прикрывали тяжелые веки с длинными и редкими ресницами, которые быстро хлопали, словно оно хотело вот-вот разреветься.  Передняя стенка брюшины практически прилипла к позвоночнику. А бедренные кости и скулы существа были настолько острыми, что казалось о них можно порезаться.

Как и положено призванной, эта недодевушка была абсолютно голой. И лишь крохотные, как у ребенка грудки да отсутствие некоторых важных мужских причендалов позволяло догадаться о ее женском происхождении.

Друзья встали рядом со Рихом, открыв рты от удивления. Такого чуда они все не видели никогда. А у него даже мысли не возникло, что это его будущая жена, и что ее стоило бы прикрыть от чужих взглядов. Прикрывать там попросту было нечего!

- А где у нее волосы? – недовольно скривился Эдгар. – Ни на голове нет, ни в других положенных местах.

Ее тело действительно было безволосо.

А Эдгар продолжил, наступая этими словами другу на любимую мозоль:

- Волосы прилично байды должны быть такой длины, чтобы она могла на них сесть. А у этого чуда вместо волос два крысиных хвостика.

- Фрай, ты бы по осторожнее выражался, - хмыкнул Лоял. – Все же пред тобой никто иная, как будущая базелина!

- Не приведи Вседержитель! – тут же отмахнулся друг и для пущей важности нанес на себя крестное знамение. - Лучше сдохнуть, чем служить под началом такой правительницы.

- Военноначальником при любом раскладе все же я останусь! – покачал головой Рихард. Однако, положа руку на сердце, он уже обдумывал, куда бы деть это мерзкое существо.

- Если переживешь первую брачную ночь! – фыркнул неугомонный Фрай.

- Будешь веселиться над чужой бедой, - наследник свел брови к переносице, - я тебе ее уступлю. И доказывай всем тогда, что это не твоя истинная.

- Это не я, это Зигфрид раньше времени заставил ее из-под заклятия достать. Вот она и не успел нарастить себе мяса! – зачем-то решил оправдаться Эд.

- Хочешь сказать, что истинные проявляются послойно? – усмехнулся Лоял. – Боюсь тебя разочаровать, мой друг! Твоя сестра досталась мне сразу вся целиком. Еще не ясно, что у тебя проявиться, когда ты свою истинную призывать станешь! А ты, твое могущество, все же чем-нибудь бы прикрыл ее. Не хорошо, если кто-то ее вот такую увидит.

Рихард тяжело вздохнул и оглянулся в поисках подходящей одежды для чудовища. И тут же его взгляд упал на покрывало, которой он сам приготовил заранее. Он же уже знал, что истинные появляются в обнаженном виде. Хотел спрятать ее от похотливых взглядов окружающих. А придется прятать, чтобы их не напугать.

Он небрежно бросил покрывало призванной и стал с интересом наблюдать, как она поведет себя. По крайней мере, попытается определить, разумна девушка или нет. Он искренне хотел, чтобы это оказался дикий зверек, лишь внешне походивший на человека и по насмешке судьбы доставшийся ему. Но она ловко подхватила порывало и, зябко поежившись, закуталась в него, сверкнув своими неестественно синими глазищами.

А дальше произошло невозможное: девушка склонила голову в благодарственном поклоне и что-то сказала на незнакомом языке. Шерд, разумна! Такую в ближайшей канаве не прикопаешь. И раз ее призвал он, то и отвечать должен тоже он.

Наследник беспомощно оглянулся на друзей. Фрай лишь растерянно покачал головой, разводя руки в стороны. А Зигфрид весь скривился. Но не от отвращения. Подобная гримаса появлялась на его лице в моменты самых серьезных раздумий. Затем выдохнул и, наконец, изрек:

- А не отправить ли ее в Черные скалы, в твой фамильный замок? Там ее никто не увидит.

- Но там же постоянно случаются прорывы, - поморщился теперь уже Горн.

- И что? – удивился Лоял. – Если она погибнет при нелепом стечении обстоятельств, то ты со спокойной душой женишься на своей Эме. Детей, правда, она тебе так и не родит. Или заделай своей нареченной ребенка и уже после этого отправь. Можешь потом выдать младенца за вашего с Вигас дитя.

- Ты думаешь я смогу провести с этим ночь любви? – наследник ткнул пальцем в сторону существа и сморщился так сильно, что казалось, что сейчас заплачет.

- Решать лишь тебе! – дружно сделали вывод друзья и позорно сбежали, оставив его наедине с истинной.

 Варя

Я влетела в большой и светлый тоннель и понеслась по нему с огромной скоростью, боковым зрением замечая, что на стенах словно транслирую картинки из моей жизни. Вот я пухлая первоклашка иду в школы с огромными бантиками и букетом гладиолусов, которые заботливо вырастила для меня мама.  Вот выиграла олимпиаду по математике и даже была направлена в Москву. Но не поехала. Оказалось, что не подхожу возрастом. Вундеркиндов нигде особо не любили и старались притушить. Вот в первый и последний раз в жизни целуюсь за кустом сирени.  И вдруг это все пропало, а меня выплюнуло в каком-то странном месте. Вернее, даже не выплюнуло, а мое тело выдернули. И никто иной, как мужчина из сна. Высокий черноволосый красавец подхватил на руки, не дав обжечься о котел с каким-то варевом, над которым, я, как выяснилось позже, кружилась.

- Благодарю за спасение! Вы спаси меня от ожогов! – поблагодарила незнакомца. Он же смотрел во все глаза и ничего не отвечал.

Мать моя женщина, неужели все же сказки про ад и рай оказались совсем не сказками? И я попала в первый. И меня планировали засунуть в котел. Но в последний момент передумали. Красавец держал меня н руках и беспомощно оглядывался по сторонам, соображая, что дальше делать с моим бренным телом. Кстати, отлично! Сюда переместилась не только душа, но и мое почти идеальное тело! Красавчик скорее всего просто задохнулся от восторга.

Однако буквально через секунду я поняла, что жестоко ошиблась. Он что-то пробормотал на незнакомом мне языке и банально кинул вниз. Благо стоял до этого на пушистом ковре, который хоть как-то амортизировал и уберег меня от переломов рук и ног.

Я подняла глаза и поняла, что в этой комнате мы не одни. Рядом смущенно толклись еще два молодых человека. Немного полноватый блондин с добродушной улыбкой и огненно-рыжий с задорными вихрами на макушке. Мой брюнет сказал что-то резкое, похоже, что ругнулся, развернулся и кинул на меня тяжелое шелковое покрывало с райскими птицами и золотыми кистями по углам. Все же окружающий мир на ад не походил. Здесь было достаточно свежо. Поэтому я еще раз поблагодарила мужчину и закуталась плотнее, оставив наружу лишь нос и глаза, чтобы понимать, куда попала и что твориться вокруг. И что очень странно, я не испытывала стыда, хотя была голой перед тремя мужиками. Да я в прошлой жизни с ума бы сошла, осознав что-то подобное. Может я стала призраком, потому и не испытываю таких эмоций?

Компаньоны перекинулись парой фраз и ретировались. Мы остались один на один. И он, наверное, сейчас решит воспользоваться моим беспомощным положением.

Лежа в реанимации, я сожалела, что не успела познать мужскую ласку, про которую написано столько песен и рассказов. Однако, поняв, что еще поживу, отдаваться первому встречному, который швыряет меня на пол, совсем не хотелось.

Я читала, что лучшим средством от насилия будет разговорить насильника. Он даже может проникнуться бедственным положением жертвы и в итоге не тронуть. Легко сказать! Особенно, когда мужчина не говорит ни на одном из знакомых мне языков. Построение фраз оказалось не похожим ни на германо-романские языки, ни на турецко-арабские. Но и, судя по внешности, на африканца или индейца он совершенно не походил. Типичный индоевропеец.  Что-то сказать я не могла, несмотря на то, что в разной степени знала практически все земные языки, которые хотя бы раз слышала.  Они все каким-то образом трамбовались в моей памяти.

Я ткнула себя пальцем в грудь и четко произнесла:

-  Варвара!

Мне все же удалось привлечь его внимание. Он с удивлением смотрел на мою руку. Я еще раз ткнула в грудь и по слогам повторила:

- Я – Ва-ря!

- Яваря? – удивленно повторил он.

- Нет же, - досадливо поморщилась и снова показала на себя:

- Варвара! – а затем ткнула его в грудь и спросила:

- А ты?

Мужчина ощутимо вздрогнул, словно я в него не пальцем тыкала, а каким-то огнестрельным или холодным оружием, и посмотрел на меня с любопытством. Такое ощущение, что он видел перед собой не девушку, а говорящую обезьянку. Что пробормотал, совершенно непонятное. А затем также ткнул пальцем в меня и повторил:

- Варвара!

Я, честно говоря обрадовалась. Контакт начинал налаживаться. Он еще раз окинул меня пронзительным взглядом, ткнул себя в грудь и четко произнес:

- Рихард!

- Надо же, - непроизвольно вырвалось у меня, - совершенно немецкое имя!

Мужчина вскинул брови, не понимая моей речи. Затем пришел к какому-то согласию внутри себя. И, ткнув в меня пальцем, отчетливо произнес: «Варвара», а затем перевел палец на себя и сказал: «Рихард». Я улыбнулась как можно шире (с потенциальными союзниками нужно налаживать контакт. Они еще пригодятся) и кивнула в знак того, что поняла.

Затем решила идти дальше и повторила уже полностью:

- Варвара Брановицкая.

Если честно, это не фамилия, а мой сценический псевдоним.  Все из-за того, что  фамилия Мерзликина как-то не смотрится на афише.

Глаза мужчины расширились от удивления. Он, наверное, о моих выступлениях слышал?  Однако презрительно скривленные губы опровергли подобный вариант. Но он все же меня понял, и ткнув себя в грудь четко произнес:

- Рихард Горн.

Вот и познакомились. Но что же дальше-то? Я все еще сидела на полу, закутанная в одно покрывало. Копчик получил свою порцию удара и начал поднывать.

И тут в комнату ворвалась очень красивая молодая женщина и начала быстро махать руками и что-то говорить.

- Неужели любовница? - стрельнуло в мой мозг. – Не хотелось бы с ними встречаться.

У моего идеального тела был серьезный недостаток: малая физическая сила. Девчонки-гимнастки все были сотканы из мышц. А у меня их не осталось. Они взяли и растаяли вместе с жировыми отложениями. Я даже себе слово дала, что как достигну нужного мне предела, пойду в спортзал мышцы качать. Да видно не суждено.

И сейчас, если меня решит кто-то побить, оказать сопротивление я просто не смогу.

Рихард

Наследник смотрел на это странное существо и не мог поверить, что оно - его суженая. От всего, что он видел раньше, остались лишь синие глаза, которые не дали жениться на Эмилии. Он просто не знал, что делать дальше.

И вдруг это существо попыталось с ним заговорить. Девушка ткнула в себя пальцем и четко произнесла:

- Варвара, - что на древнеилимском наречии означало «Иноземка».

Она и была иноземкой, судя по виду и способу появления перед ним. Ему даже стало немного стыдно, что он так бесцеремонно скинул ее с рук. Но вновь глянув на это уродливое тело, загнал стыд куда подальше, правда предварительно извинившись за свою бесцеремонность.

Она что-то ему ответила. Однако те слова ни в какой мере не походили на его родной альендский. И он решил представиться:

- Рихард! Рихард Гор.

Кстати, его имя и имя рода тоже происходили с древнеилимского. Имя Рихард – имело значение «храбрый, мощный». Не зря же его титул значился как могущество. А имя рода «Горн» было ничем иным, как «рог» или «гора». И носили его исключительно правители. Мужчина предполагал, что если девушка владеет илимским, то должна проникнуться его величием. Однако она несколько раз произнесла «сибо». А это было очень неприличное ругательство, что даже мужчины из высшего сословия употребляли его крайне редко. Не то что девушки.

Слава Вседержителю, на пороге ритуального зала вдруг возникла базилина. Маргарита  внимательно осмотрела все вокруг, слегка поморщилась, заприметив истинную собственного сына и, бесцеремонно ткнув в нее пальцем, уточнила:

- Рих, это что такое? – быстрым шагом подошла к существу и, сдернув покрывало, бесцеремонно развернула ее.

Покрывало мягко соскользнуло на пол, являя взору живого скелета. Иначе ее назвать было нельзя. Все, что у людей должно быть выпуклым, у девушки провалилось. Вместо волос на голове была настоящая пакля.

- Я так понимаю, что это и есть моя истинная, на которой по вашим мечтам я должен срочно жениться! – усмехнулся наследник. – И которая должна родить мне детей.

Базилина отрицательно затрясла головой и замахала руками:

- Сын, произошла чудовищная ошибка! Какая свадьба, какие дети? Она же даже захудалого ребенка выносить не сможет, не то что начиненного могучей магией.

- Ошибка? – младший горн задумался. А может это боги послали ему подсказку, как выпутаться из нежелательной ситуации? Перевел взгляд на иноземку. Она испуганно пряталась за спинкой кресла и смотрела на него этими самыми синющими глазами, которые он уже видел дважды. У жителей Альендорского королевства такой синевы во взгляде не встречалось. Нет, раз он ее вызвал, то он за нее и отвечает, как бы там не сложилось. Жениться он пока не жениться. Но позаботиться о девушке должен. – Нет, мама, это не ошибка. Мы с парнями дважды проводили пробный ритуал. И каждый раз появлялась именно она. До плотного тела, конечно, ни разу не доходили. Хотя туманные очертания были очень богатыми. А глаза всегда были одни и те же.

- Раз ты за нее заступаешься, следовательно, это действительно твоя истинная. Я бы ее просто прибила и прикопала, как неудачную шутку природы, - базилина развернула свой любимый кружевной веер и дважды им обмахнулась, показывая, что в зале слишком душно.

- Мама, ты с ума сошла, что говоришь такие вещи? – округлил от возмущения глаза сын.

- Я бы никогда этого не сделала, - рассмеялась женщина. – Но могу хоть изредка перед своими близкими высказать истинные эмоции? Что ты с ней собираешься делать?

- Честно говоря, даже не представляю. Не оставлять же ее здесь? – сын пожал плечами и с надеждой посмотрел на мать. Мама умная, мама всегда что-нибудь придумает. – И мы не знаем причины ее худобы. Вдруг девушка попала в трудную жизненную ситуацию? Тогда я просто обязан ей помочь.

- Что ж, для начала просто попытаемся ее накормить. По тому как она поведет себя, будем решать, что с ней делать дальше, - с этими словами базилина повернула перстень на пальце.  В комнате тут же проявилась Матильда, ее личная служанка и помощница. Она равнодушно окинула взглядом хозяйского сына и присела в легкий книксен перед правительницей и проскрипела:

- Что прикажет душа моя?

Когда Рихард был маленький, это обращение полуженщины- полуприведения его пугало. Ему казалось, что Матильда заберет у матушки тело. И каждое утро он испуганно разглядывал Маргариту, боясь увидеть там черты лица призрака. Но время шло, а она все так же продолжала преданно служить базилине, временами пугая ее врагов, охраняя и помогая.

Базилина задумалась на секунду, бросила еще один взгляд на пришелицу и велела:

- Мотя, ты ее накорми чем-нибудь легким. Мы же не знаем, из-за чего бедняжка так вся исхудала. Подбери какую-нибудь одежонку, а там посмотрим, что делать с ней дальше. И чтобы ни она живая душа…

Призрак засмеялась смехом, похожим на крик вороны и хриплым голосом перебила:

- Никто о ней не узнает! Не волнуйтесь, душа моя.

 Варя

Я была материалисткой до мозга костей. Даже никогда не задумывалась над тем, как поведу себя, если встречу привидение. И вот такой шанс мне только что представился.

Я спряталась за высокой спинкой массивного кресла, когда энергичная дама буквально ворвалась в комнату и сдернула с меня покрывало. И хотя она была женщиной, а предмет моих мечтаний успел уже все разглядеть, я все же почувствовала себя неуютно. Если бы еще полкило скинула, наверное, не боялась бы стриптиза. А так лучше убрать обнаженное тело с глаз долой. Из сердца вон не получилось. Они явно меня обсуждали. Даже успели оба представиться. Красавчика звали Рихард Горн. Очень так по-королевски. Имя было скандинавским вариантом Ричарда. И он походил на настоящего викинга. Только отсутствие бороды делало его другим. А еще он походил на даму, которая, скорее всего, была его матерью. И сейчас разглядывала меня, скривив брезгливо лицо.

Эх, красавчик! А ты, оказывается, маменькин сынок.  И маменька боится передать тебя в руки такой красавицы как я? Вдруг со мной он забудет про родительницу? Ей подобный вариант точно не нравился. И тут появилось оно или она? Привидение было женщиной среднего возраста. Даже, можно сказать, приятной внешности. И лишь ее прозрачность да просвечивающая сквозь тело мебель, давали понять, что это нечто потустороннее.

Призрак медленно подплыла ко мне и потянула за руку. Рука оказалась ледяной, но достаточно плотной. Я просто была уверена, что привидения могут проходить сквозь людей, не доставив им ни малейшего дискомфорта. Ошиблась, однако.

Я пристально посмотрела на призрака, вздохнула и спросила:

– Мне идти за тобой?

– Пойдем! – неожиданно ответила она на чистейшем русском языке.

Смешно сказать, но я обрадовалась. Все оказалось не столь безнадежно. Появлялся шанс быстро выучить местный язык. Если с предметами было все просто: показывай пальцем и спрашивай, что это такое, то с глаголами дело обстояло серьезнее. Не все из них можно вот так банально продемонстрировать. А тут человек… или не человек меня понимает, да еще и говорит.

Я наклонилась, подхватила свое покрывало. Не идти же мне нагишом по коридорам? Я, конечно, не знаю, кто здесь живет. Но все же не хотелось щеголять своими телесами перед прислугой. По надменному выражению лица мамаши и приказным ноткам в голосе, я поняла, что она привыкла всеми командовать.

Прошли мы недалеко. Пол в коридоре был ледяным, и мои ноги начало буквально покалывать, как бывает перед отморожениями. Только этого мне не хватало! Сама о себе не позаботишься, никто не позаботиться. Показалось, что хозяйка дома звала привидение Мотей. Это, кажется сокращенный вариант от аристократического «Матильда». Мне когда-то директор цирка предлагал поменять не только фамилию, но и имя. Только Мотя даже Брановицкая не звучит. И я отказалась. Сейчас же решила рискнуть и позвала:

– Матильда!

Призрак затормозил свой полет и медленно развернулся в мою сторону, удивленно вскинув брови вверх:

– Что?

Я очень обрадовалась на положительную реакцию и попросила:

– Нельзя ли мне какую-нибудь обувку раздобыть? Очень ноги мерзнут.

Однако я радовалась рано. Она строго посмотрела на меня и ответила как всегда коротко:

– Нельзя, – и поплыла дальше. Мне же осталось лишь вприпрыжку припустить за ней следом. Больше вызвать призрак на разговор у меня не получилось.

Когда я думала, что останусь без ног и рухну в этом безлюдном месте, мы неожиданно подошли к двери, из которой дунуло теплом. Я переступила порог и застонала от удовольствия: пол был почти горячий.

Дальше моему взгляду предстал самый настоящий бассейн с небольшим водопадом. От воды шел пар. О, это был предел мечтания для бедной попаданки! А в том, что я попала, уже не сомневалась. Книг я прочла в свое время множество. И прекрасно знала, что такое явление, хоть и редко, но встречается в нашем мире.

Привидение стояло и молчало. Соваться головой в горячую воду с разбегу я не решилась. Мало ли, нырну, а вода закипит? Поэтому спросила:

–  Могу искупаться?

– Можешь, – кивнула головой моя полупрозрачная собеседница. И тогда я, аккуратно сложив покрывало на стоявшую рядом лавочку, с блаженным стоном спустилась в воду по мраморной лестнице.  Воды было примерно мне по грудь. При желании можно было присесть на ступеньку. Никогда в жизни я так не радовалась возможности искупаться и погреться. Смущало лишь то, что дальше снова придется идти по ледяным полам коридора.

Привидение вдруг исчезло, чтобы через пару секунд проявиться вновь. Оно принесло корзинку, в которой лежало нечто похожее на мыло и мочалку. Я попробовала. Белый брусочек имел потрясающий аромат и прекрасно мылился. В итоге вымыла волосы, потерла тело и сполоснулась под водопадом. Довольная и согревшаяся вылезла на бортик.

Я уже и не помнила, когда в последний раз мне было жарко. Последние несколько недель я все время мерзла. Все же доктор оказался прав. Мои стремления оказались пагубными. Надо брать себя в руки и каким-то образом от них отказываться.

Я потянулась к покрывалу, однако Мотя меня опередила. Схватила его и отрицательно покачала головой.

– Что такое? Мне голой ходить? – рискнула уточнить.

– Грязно! – ответила дама и, снова нырнув куда-то, принесла мне юбку, кофту, подобие нижнего белья и грубые деревянные башмаки.

Я видела, что хозяйка ходит в мягких кожаных туфельках. Но и на том спасибо. Так точно ноги мерзнуть не будут.

С удивлением повертела две трубы с завязками и кружевами на одной из сторон. Порывшись в своей памяти, поняла, что это не что иное, как панталоны. Еле-еле разобравшись с завязками, натянула их на себя. Сверху полагалось подобие обычной майки из льняной ткани. Все это великолепие я спрятала под бордовой шерстяной юбкой и бежевой кофтой. Точно Вермееровская средневековая молочница. Чепца с крылышками лишь не хватало.   

Матильда оглядела меня, удовлетворенно кивнула и потянула дальше.

Меня привели в столовую и усадили за большой дубовый стол с массивными деревянными стульями вокруг него. Молоденькая служанка, подчиняясь приказанию призрака, принесла еду. Мой обед или завтрак, смотря как посмотреть, лежал в огромной тарелке. Там издавали умопомрачительные ароматы куски мяса, похожие на курицу, и какие-то овощи. Мясо было отварным со специями.  У меня в кои-то веки рот наполнился слюной. Рядом стоял густой желтый соус, похожий на наш бешамель с куркумой. Я же не всегда стремилась к стройности. Были времена, когда даже пыталась готовить.  Овощи, похоже, запекли не то на гриле, не то на костре. Они попахивали легким дымком и имели на себе чуть пригорелые отметины в виде сеточки. И я друг почувствовала давно забытое чувство голода. Но вот так с ходу набрасываться и есть?

Прекрасно помнила, какой бурдой еще вчера меня кормили в больнице. Медсестра однозначно сообщила, что другое мне пока есть нельзя. А память моя сохранилась в первозданном виде. Возможно, конечно, что ничего плохого не случится. А вдруг мои кишки так и не заработают? Но как объяснить это слугам? И будут ли они слушать меня?

Впрочем, имеется в наличии Мотя. Я уже успела понять, что говорить просто так она не станет. Однако отвечает на вопросы. И для начала я решила хотя бы немного изучить язык. Так с чего начнем? Уточним названия имеющихся в моем распоряжении предметов обихода и мебели.

Подняла вверх некоторое подобие двузубой вилки и спросила:

– Это что?

Приведение растерянно хлопнуло глазами и сказало:

– Вилка!

– Нет, – поморщилась я, – на вашем языке?

Кажется, у нее сломался компьютер в голове. Или что там у них находится? Соображала Мотя долго. Наконец пришла к какому-то выводу и четко и ясно сказала:

– Шюрдь.

Так слово за словом я набралась некоего минимума. Призрак больше не зависал и сразу отвечал на все мои вопросы. До этого я уже знала, что для сносного объяснения достаточно и трехсот слов. А для моей мгновенной памяти изучение их оказалось плевым делом.

Потом я встала и стала изображать простейшие действия. Призрак почему-то плохо понимала глаголы в моем исполнении. Пришлось их изображать.  Минут через двадцать мучений я пришла к выводу, что, пожалуй, смогу поговорить.

Огляделась по сторонам и подозвала девушку в чепце, стоящую неподалеку. Она подошла и уточнила:

– Что байда желает?

Я честное слово, чуть не рассмеялась. Я с этой «байдой» встречалась у бабушки в деревне. Правда, там ударение на последний слог, а здесь на первый. И самое приличное, что оно означало, была небольшая лодка. Но молодежь чаще всего использовала его в значение «ерунда», «глупость».

– Какую ты байду несешь! – было вполне привычной фразой в их общении.

А еще говорят, что иногда так описывали гулящих женщин. И как ни крути, ни одно из этих значений ко мне не подходило. А ведь она имела ввиду меня? Поэтому решила уточнить у бестелесного переводчика:

– Мотя, что означает «байда»?

– Вежливое обращение к женщине, – монотонно ответил призрак. У меня сложилось стойкое ощущение, что я разговариваю с искусственным разумом. Эти нейросети примерно таким же голосом отвечали на заданные вопросы.

Хотя я лично однажды поругалась с маминой умной колонкой по имени Алиса. Она меня некомпетентной обозвала. А вот предмет нашего спора я просто выкинула из головы. К двадцати годам я научилась таким образом хоть что-то забывать.

Итак, проанализировав, я поняла, что могу уже вести коротенький диалог. Показала пальцем на мясо и произнесла, стараясь подражать мягкому звучанию неизвестного языка:

– Мне это нельзя есть. Для меня это несъедобно!

Призрак со служанкой удивленно переглянулись. И девушка растерянно спросила:

– А чем байда питается?

И вот тут я растерялась. Реально, а что мне можно есть? Я же два года сидела на голодном пайке. И в больнице мне сказали, что мой желудок разучился переваривать пищу. Ставить капельницу с питательным бульоном? Однако, глядя на окружавшее меня позднее средневековье, вряд ли в этом мире найдется не то что система, а даже банальный одноразовый шприц. И вообще, какой тут уровень развития науки? Думаю, что служанку об этом расспрашивать бесполезно. А призрак явно ничем не лечится.

Тогда решила начать с простого:

– Вода от вареного мяса есть? – слово «бульон», а еще лучше «куриный бульон с яйцом», который всплыл в моей памяти, я не знала, как перевести.

Девушка изобразила что-то наподобие книксена и уточнила:

– Сейчас принесу!

В итоге мне принесли котелок! К котелку был прицеплен деревянный половник. Служанка открыла крышку и выжидательно на меня посмотрела. Слава богу, сверху бульона не плавало сало. Иначе я бы не смогла его съесть. А он оказался удивительно вкусным. Я уже успела забыть вкусовые ощущения и аромат еды. Моя уникальная память распространялась лишь на знания, но никак не на чувства. И теперь мне предстояло открывать их по новой.

– А что здесь варилось? – решила, что услышу незнакомое слово и спрошу у призрака перевод. Но она ответила сама все так же без эмоций:

– Каша для собак базилевса.

Что ж, Мерзликина? Сама напросилась, сама и ешь! Тем более служанка торопливо попыталась объяснить, что животные из этой кастрюли не едят. Им по отдельным мискам еду раскладывают.