поДАРочек от дракона

 Дело выглядело крайне легким, но, конечно, не для новичка. Но от того, провалю я это задание или нет, зависело мое будущее, а точнее - будет ли у меня крыша над головой, кроме вокзальной, и смогу ли я наконец насытить желудок.
Итак, картины на стенах. Я осмотрела все. Фигня. Дешевые репродукции. Хоть где-то мое неоконченное художественное образование пригодилось. Тернеев слыл недалеким типом, не доверяющим ячейкам в банке... значит… половица скрипнула.
Мадам Роза намекнула, что тайник должен был быть там, где Тернеев видит всех тех, кто ниже его по статусу. Не могла сказать прямо? Это, конечно же, чтоб проверить мою сообразительность в деле. Санька предупреждала, что так будет.
Под половицей было пусто. Я глянула на плинтус возле нее. Осторожно отодвинула кусочек, он легко поддался. Да, я обнаружила, что в этом месте есть незаметный такой разъем. И… в моих руках оказалось небольшое полотно, тридцать на сорок. Пейзаж с березками и речкой, такими на рынке торгуют в каждом втором ларьке с картинами. Так и не скажешь, что этот шедевр стоит около миллиона рублей... Довольная, я уже хотела было спуститься через окно, как, в общем-то, и вошла незваным гостем в сии хоромы. Но тут в комнате вспыхнул свет. Заорала сигнализация. Кинулась к окну - прямо перед забором полицейская машина. Там, в кустах за ней, моя тачка, ну никак не обойти. В дверь постучали. Что же делать? Я обняла картину, как родную, и заметалась по комнате. Шторы были раздвинуты, полицай наверняка видел меня во всей красе в свете софитов. Кинулась к другому окну - разбить? Нет, я далеко не убегу.
Мужик в форме стоит у входа, держит руку на поясе, вероятно, там оружие. Выхода два: либо через дверь, либо схорониться. Метнулась вниз по лестнице. Кинула взгляд на ванную комнату... миг - и я родила план по спасению своей жопки.
- Здравствуйте, сигналка сработала, а я был рядом. Решил проверить, Валентин Иваныч дома? - спросил моложавый полицейский, окинув мой халатик непристойным взглядом.
- Оу, нет, сегодня его не будет. Я его племянница, приехала погостить из Алупки. Даже не знаю, куда нажала, и включилась эта, как ее... сигнализация…Это ведь так называется? - косила я под дурочку.

- Да, она самая. А я уж подумал - воры, - усмехнулся полицай.

- Было б, что брать, - засмеялась  в ответ, - вещи-то толком не завезли, разве что душевую, кровать и эту самую сигнализацию.

- Ну да, ну да, - продолжал, улыбаясь, остолоп и почему-то не уходил.

- Надо смыть маску, уже щиплет, - указала себе на лицо. «Надеюсь, под этой пеленой меня не опознаешь».

- И очень хочу спать, устала с дороги, - продолжила вслух.

Парень, наконец, понял намек.

- Ах, да, конечно. Доброй ночи…

- Василиса, - подсказала  первое имя, что всплыло в голове.

- Редкое. Я запомню, - подмигнул полицай и, наконец-то, потопал к машине.

Дверь захлопнулась, и я оперлась спиной к прохладной поверхности стены. Надо же - сработало. Кожу от мятной пасты, которую  нанесла на физиономию, и правда, начало щипать, и я поспешила смыть самодельный грим.

***
Тачку, что брала напрокат, я уже оставила, дальше до Москвы нужно добираться на самолете, иначе не успею к сроку. Лететь меньше часа. Я сидела в кафе и ждала рейс, сонно попивая крепкий кофе. Вспоминала те полтора года, за которые моя жизнь изменилась до неузнаваемости. Перед глазами всплыло лицо Светланы Борисовны. Вспоминаю его по частям: заплывшие жиром глазки, причёска, съехавшая на бок, рот, то и дело гневно брызжущий слюной.Так и не скажешь, что в молодости она была красоткой. В детстве я от нее фанатела и собирала вкладыши с ее героиней, которую актриса играла в сериале.
- Ты, деточка, не реви! Меня не разжалобишь. Я тебя насквозь вижу. А ты, Глеб, чем думал, когда притащил ее в дом? Девка без роду и племени. И вот, пожалуйста, пропали все мои драгоценности! Фамильные, между прочим.
- Ну, не горячись так, милая, - принялся утешать ее Захар Егорыч. Лысоватый муж и по совместительству известный режиссер - Может, ты зря винишь Анюту. А их взял кто-то другой…
- Кто?! - взвизгнула мать моего парня. - Застала ее вчера в своей спальне! Служанка приходит по четвергам, так что это не вариант.
- Я ошиблась дверью! - пискнула я в оправдание.
- Надо признать, очень удачно ошиблась...  Куда ты их дела, паршивка?! Уже продала?
Я посмотрела на Глеба. Но он потупил взор и вдруг буркнул:
- Я видел: когда мы уходили, Аня что-то прятала в кармане. Ну, мало ли, может носовой платок, не стал уточнять.
С ужасом взглянула на парня. Что он такое несёт?! Зачем?!
- Ага! А в этот платок завернуты мои серьги! Все тридцать штук, - вскинула руки Светлана Борисовна.
- Ну, тогда, Аня, либо ты вспоминаешь, кому отдала или куда спрятала наши вещи, либо тюрьма. Мы постараемся засадить тебя ой как надолго, - проговорил отец Глеба все тем же спокойным тоном. Будто советовал одевать шапку в метель.
Как же хотелось кинуться в окно, свалить от этой семейки! Чувства к Глебу как-то сразу прошли, когда парень затеребил воротник. Он всегда так делал, когда врал, приметила привычку с начала наших отношений. Глеб хотел свалить вину на меня, это же очевидно!
Хотя нет, все это я поняла позже, когда отдала адвокату все свои деньги, что остались от родителей, когда состоялся суд, и меня посадили подумать о своем поведении на пять долгих лет…
****
- Булочку? - улыбнулся подошедший шатен с наглой улыбкой. Мысли о прошлом отступили.
- Нет, спасибо.
- Я угощаю, - продолжил парень тем же задорным тоном, протягивая мне сдобную плюшку.
- Я не беру угощения от незнакомцев, - пробурчала под нос. Вот же свалился на мою голову!
- Так давай познакомимся, - проговорил он, поставив свой чемоданчик рядом с моим.
- Нет желания, - сказала я, демонстративно отворачиваясь к окну. Ну, когда там рейс уже?
Думала, парень будет настаивать дальше, но он замолчал. Повернула голову - незнакомца и след простыл. Тут же посмотрела на пол - фух, чемоданчик на месте. Переместила свою поклажу на колени, машинально погладила кожаную поверхность сумки. Нет, что-то не так. Помню, с этого боку была небольшая вмятинка, а теперь ее нет. Осторожно приоткрываю замок. Какие-то тряпки, кажется, мужские носки...
Вскакиваю из-за столика, бешенно верчу головой. Нет, это невозможно! Вор украл у вора!
Напрягаю глаза, во что он вообще был одет? «Спортивная фигура, синий брючный костюм, темно-русые волосы», - тут же шепчет подсознание. Взгляд ложится на полицая, хоть беги к нему с описаниями. Что я сделать, конечно же, не могу. Есть! Вон, козлина, уже спешит к очереди в Воркуту.
Мчусь и кладу руку шатену на плечо.
- Кажется, вы взяли кое-что мое, - говорю сдержанно, кивая на чемодан.
- Разве что ваше плохое настроение. Я спешу, - буркнув это под нос, парень отворачивается, переставая обращать на меня внимание.
- Верните чемодан, - стискиваю его плечо сильнее. - А я верну ваши носочно-чулочные изделия, - протягиваю чужой саквояж и натужно улыбаюсь, потому что некоторые прохожие начинают оглядываться на наш дуэт.
- О, я понял, это попытка начать знакомство. Какие нынче пошли продвинутые девушки.
Очередь движется, и я понимаю, что еще немного - и хмырь отдаст бортпроводнику билет, а я смогу лицезреть пропавшую картину лишь в сводках новостей.
- Полицейский! - машу я человеку в форме, и он тут же спешит к нам. Отчаянные времена требуют отчаянных мер.
Шатен смотрит на меня, округлив глаза. Он явно не хочет знакомиться со стражем правопорядка. Но полицай уже рядом.
- Что-то случилось? - осведомляется блюститель закона.
- Гражданка ко мне пристает, - сухо вставляет аферист.
- Но только для того, чтоб поблагодарить вас, - я обезоруживающе улыбаюсь. Точно так, как учила меня Санька.
- За что это? - удивляется наглец.
- Вы меня звали, зачем? - нетерпеливо уточняет полицай.
- А затем, чтоб показать вам человека, который делает работу за вас, - сменяю я улыбку на укоризненный тон, обращаясь к мужику в форме.
- Чего? - приподнимает бровь шатен.
- Да, ваша скромность не знает границ. Все-таки вы наш ли мой багаж, который у меня некто стащил из-под носа. А я уже хотела писать заявление. Вижу, вы спешите, и больше не хочу вам действовать на нервы, лишь скажу, что безмерно благодарна.
- А это чей? - кивает полицай на чемодан возле моей ноги. - Очень похож на тот, что у гражданина в руке.
- Это мой. Да… я просто перепутал их. Никакой я не герой, - пожимает плечами олух и возвращает мне картину.
- Так, надо проверить. Откройте их, чтоб мы удостоверились, что этот багаж принадлежит девушке, - хмуро выдает страж порядка. Шатен поднимает свой и открывает.
- Видите, тут мужское белье. Значит, мой.
- А тут женское белье, поэтому я светить им не собираюсь, - делаю обиженную мордочку.
- Что ж, раз я больше не нужен, удаляюсь, - буркнув это, полицай уходит, все еще косясь на нас подозрительным взглядом.
- Ты б смотрела почаще под ноги, а то и туфли сопрут. Дилетантка, - хмыкает шатен и, вместо того, чтоб передать билет стюардессе, поспешно покидает очередь.

          
- Ты опоздала. Ровно на 3 часа 30 секунд, - проговорила Роза, поджав тонкие губы.
Пришлось рассказать о побеге чемоданчика, из-за чего я пропустила свой рейс, и мне пришлось лететь иным самолетом.
- Впредь знай: наша работа схожа с искусством ювелира, никаких косяков. Одно неверное решение - и алмаз в миллион фунтов распадётся на множество осколков.
- Но ведь я выполнила наш уговор, картина у нас. Значит…
- Да, ты принята, - спокойно сообщила Роза, убирая саквояж под стол.
Мадам эта была весьма похожа на цыганку, но не из тех, что трудятся в подворотне и просят милостыню. Она была той, что имеет статус, несколько галерей и подпольный бизнес. Той, что поднялась со дна и играет  по-крупному. Конечно же, я для мадам была всего лишь пешкой, но меня на данный момент устраивала такая роль. Это лучше, чем вовсе отсутствовать на доске. К тому же, появился шанс развиваться профессионально. У меня не было особого выбора: либо иметь в руках метелку дворника, либо картины на миллионы долларов и хороший гонорар. Первое я уже пробовала, и мне не понравилось.
- У тебя будет всего два месяца на обучение. Покажут все: от нанесения правильного грима и соблазнения мужчин до вскрытия сейфов и изучения новейших охранных систем. А потом получишь первое дело за границей.
- Всего два месяца? - удивилась я.
Все, что она перечислила, для меня было сродни китайскому языку. И я не слышала, чтобы кто-то начинал на нем свободно говорить в такие сроки.
Мадам Роза пожала плечами и протянула мне увесистый конверт.
- Твоя доля.. Это даже с запасом, по трудовому договору практически везде стажировка длится тридцать дней.
- Но вдруг я не успею усвоить все прелести сей науки? - проговорила я, стараясь, как можно незаметнее, глянуть на свой заработок. Да… примерно столько я и отстегнула в свое время адвокату.
Мадам Роза наклонилась через стол и глянула своими маслянистыми глазами.
- Запомни, Аня, есть два вида людей: топор и полено. И если ты из вторых, то топор рано или поздно тебя порубит на щепки. Так что не тупи.
***
Санька - золотая ручка, вот как ее звали. Мою первую наставницу.
Мы познакомились в казенном доме, это если на зэковском языке. Только Санька не была неопрятной полуженщиной в татуировках. Именно такими мне представлялись дамы, крышевавшие в тюрьмах.
Санька была хрупкой блондинкой с бездонными голубыми глазами и самой трудноуловимой воровкой.
Мне повезло с сокамерницей. К ней, а заодно и ко мне, никто и близко не смел подойти.
К еще большему моему удивлению, Санька казалась довольно чутким человеком.
- Да не реви ты, рано вешаться на соплях, - говорила она вроде как ласковым тоном.
- У тебя же такое личико! Радоваться надо…
- Ага, я и радовалась, думала, ну, точно хороша собой. Иначе с чего на меня позарился самый завидный жених курсаааа, - ныла я ночью.
- У тебя лицо, словно чистый лист! Идеально неприметное, даже мое уступает.
Так себе комплимент, если честно.
- Чуть грима и другой цвет волос - и тебя не узнать… Нда. Выйдешь отсюда - иди к мадам Розе, она всему научит! - повторяла сокамерница вновь и вновь.
Саньку я как-то видела в соответствующих объявлениях. Она была то роскошной брюнеткой, то загадочной шатенкой. Я, конечно, слышала, что косметика меняет человека до неузнаваемости, но чтоб настолько… Сама максимум пользовалась тушью для ресниц.
- С чего взяла, что скоро выйду? - удивлялась я почти каждый вечер.
- Интуиция меня еще не подводила. Да и я тут не задержусь, это как пить дать.
И ведь права была подруга по несчастью - я и двух месяцев не отсидела. Помог случай.
Глеб напился и на какой-то светской вечеринке проболтался репортеру в прямом эфире, что украшения, за которые меня посадили, продал его собственный отец.
- И не фамильные они. Ик... Это матери любовники надарили, по молодости еще. Ик…У отца фильм провалился в прокате, даже актерам нечего платить было, - выдал он и под конец облевал видеорежиссера.
- Я же сказал, что вас вытащу, - заявил мне пришедший после интервью адвокат. - Обещал и сделал.
Да уж, защищай я себя в суде сама, результат и то был бы лучше.
Вскоре я вышла за забор, сжимая в кармане Санькин подарочек - кусок черной ламинированной бумаги. Визитку загадочной мадамашны Розы.
- Сейчас ты думаешь, что легко устроишься в жизни, забудешь всё, как страшный сон. Но это не так, для общества мы прокаженные. Есть люди топоры, а есть… В общем, не важно, скажи, что от меня, и все будет путем. Роза не грабит бедных, мы по богатеньким, таким, как твой Глеб, а то и хуже. Мы высшее воровское сословие, - проговорила Санька на прощание, а потом ее увели.
Так я осталась без копейки в кармане, без родственников и в чужом городе.
***
Родительскую квартирку я продала. А так как деньги ушли на суды, то и в учебе  восстановиться не сумела. Да и на работу меня не брали, даже в продавцы. «Ну и что, что оклеветали, а вдруг Глеб соврал, ведь есть риски», - вот как думало общество, и мне не было оправдания.
Целый месяц я мела дворы за каморку в подвале жилого дома, пока у одной женщины не обчистили квартиру. Конечно, полицаи первым делом взялись за меня. Преступников нашли, но старушки при виде моей метлы и затылка разве что не кудахтали.
Так я поняла, что не хочу такой жизни, так оказалась в воровской элите.
***
Два месяца промелькнули со скоростью света, а я прослыла весьма способной ученицей.
- Завтра вылетаешь в Каир. Не думай, что это отпуск, но иногда можешь и расслабиться, - ухмыльнулась Роза, протягивая мне билеты.
- Но неужели буду проворачивать все дела одна? - забеспокоилась я.
- Уж не надеялась ли, что Я буду твоим сопровождающим? - фыркнула моя, так сказать, начальница. - И меня укачивает на любом виде транспорта, так что я не выездная.- призналась мадам, тяжко вздохнув. - Ты будешь получать четкие инструкции - что, где и куда. Так что не напрягай свою милую головку проблемами понапрасну.

Таинственный восток и любовь в книге  уже ждут вас!