Подарок для Морока, или кто здесь невеста Дракона?!

Это была квинтэссенция всех ужасных понедельников в моей жизни. Как будто кому-то сверху было скучно, и он решил устроить для меня квест: "Как не сорваться на работе и не дать покупателю по голове замороженной курицей".

Вот я, Лебедева Екатерина, двадцать пять лет, сижу за кассой номер три в супермаркете "Всё для вашего дома". Да-да, магазин с говорящим названием, где можно купить всё, кроме счастья. Снаружи люди толкутся, будто здесь объявили акцию "Кто купит больше, тому бонусный килограмм сахара!". А у меня перед глазами бесконечный поток товаров: хлеб, молоко, ещё хлеб… кто-то купил двадцать банок сгущёнки. Зачем человеку двадцать банок сгущёнки? Создаётся впечатление, что люди знают что-то, о чём я не догадываюсь.

Касса пищала. Лента крутилась. А я мечтала только об одном: чтобы меня кто-нибудь вызволил из этого "ада в четыре смены".

— Спасибопакетнужен? — автоматически выдала я очередному покупателю.

Тот даже не посмотрел на меня, просто кивнул и продолжил щёлкать что-то в телефоне. Вот он, клиент нашего времени: живой, но душой где-то в TikTok’е.

Скука давила. Она давила так, что я начала мысленно представлять, как выглядела бы моя жизнь, если бы я… ну, скажем, не работала здесь.

Я должна была стать кем-то! Писателем! Снимать фильмы про миры, которые создаю сама, придумывать персонажей, которые никогда не услышат "Ваш товар не пробивается". Или путешественником: ходить с рюкзаком по заснеженным вершинам, делать шикарные фото и выкладывать их с подписью "Свобода". Или хотя бы актрисой — блестеть на сцене, собирать овации, надевать платье не из магазина "Скидка-70%".

Но нет. Я Лебедева Екатерина, кассир, профессионал в произнесении фразы "Спасибопакетнужен?" и в умении улыбаться так, будто мне не хочется залезть под ленту и притвориться товаром.

"Товар не пробивается". Ха. Это про меня.

Очередь двигалась медленно. Очень медленно. Был момент, когда я наивно подумала, что время просто остановилось. А потом в зал вошла она — старушка в клетчатом пальто.

Её походка была медленной, но твёрдой. Глаза — прищуренные, будто она оценивала всех вокруг и находила недостатки. Тележка, которую она толкала, выглядела как её верный боевой друг: скромно, продуктов кот наплакал. Хлеб, масло, крупа… консервированные персики.

Старушка подошла ко мне. Я уже потянулась к сканеру, чтобы пробить её покупки, как вдруг заметила: она медленно считает мелочь, складывая монетки в стопки прямо на кассе.

— Эх, не хватает, — пробормотала она с таким видом, будто это не она проиграла войну с ценами, а наоборот, просто решила временно отступить. — Хлеб оставить? Персики я сто лет не ела…

У меня внутри что-то кольнуло. Вот знаете, бывают такие моменты, когда ты стоишь на грани: не вмешивайся — и всё будет нормально, вмешайся — и потом будешь жалеть. Благими намереньями устлана дорога в ад. Но нет. Я всегда вмешиваюсь. Потому что, видимо, у меня вместо мозга какое-то странное кашеобразное вещество.

— Не нужно оставлять. Я добавлю, — сказала я, доставая деньги из своего кармана.

Старушка замерла, подняла на меня глаза, в которых светилась такая благодарность, что я тут же почувствовала себя рыцарем. Или идиоткой. Это иногда похоже.

— Спасибо, девочка, — сказала она. — Спасибо тебе огромное.

Она сложила в пакет свой скарб, но не торопилась уходить. Вместо этого она открыла своё клетчатое пальто, сунула туда руку и… вытащила оттуда кота.

Да-да. Кота.

Чёрный, пушистый, с зелёными глазами, которые смотрели прямо на меня. Причём смотрели так, будто он уже знает, что я за человек, и ему это не очень нравится.

— Это тебе, — сказала старушка, протягивая его мне.

Я застыла.

— Простите… что?

— Это кот. Он исполняет желание. Увы одно. А я… скоро помру. За ним присматривать некому будет.

Я моргнула. Потом ещё раз. Потом посмотрела на кота. Кот устало закатил глаза, будто и сам был не в восторге от происходящего.

— Вы серьёзно? — спросила я, всё ещё сомневаясь, что это реальность, а не сон.

— Серьёзно, — подтвердила старушка.

Она аккуратно вложила кота мне в руки. Я чуть не выронила его, но он ловко зацепился когтями за мой передник, посмотрел на меня и фыркнул.

— Ну что? Бери, девочка, не пожалеешь! — добавила старушка с довольной улыбкой и направилась к выходу, будто только что передала мне не кота, а какую-то семейную реликвию.

А я стояла посреди супермаркета, держа в руках это пушистое проклятье, и не знала, что сказать.

"Что ж, Лебедева. Теперь у тебя есть кот. И понедельник, кажется, официально стал ещё хуже."

Кот был тяжёлым. Очень тяжёлым.

— Ты чем питаешься, хвостатое недоразумение? Кирпичами? — буркнула я, пытаясь его удержать.

Он посмотрел на меня так, будто я не просто его новая хозяйка, а главная причина всех бед в мире. Его зелёные глаза прямо говорили: «Ты? Серьёзно? Меня мог бы взять кто угодно, но вместо этого судьба выбрала тебя? Ну ладно. Выживать так выживать».

Это был не взгляд питомца, не взгляд милого котика, которого ты должен прижать к груди и носить как самое ценное в своей жизни.

Вы когда-нибудь видели животное, которое явно вас презирает? У него был именно такой взгляд: «Ты слишком ничтожная, чтобы быть моей хозяйкой, но выбора у меня нет."

— Ну, если у меня теперь есть ты, то тебя хотя бы надо назвать, — пробормотала я. — Может быть… Мурзик?

Кот презрительно прищурился.

— Ладно, не Мурзик, поняла. Может… Барон?

Он отвернулся.

— А может, ты будешь Мрак? Потому что с тобой у меня, кажется, уже началась чёрная полоса.

И тут он, клянусь, ухмыльнулся. Настоящий, пушистый ухмыляющийся почти чеширский кот.

Ну, Мрак так Мрак.

Дальше начались ещё более странные вещи. Вместо того чтобы мило сидеть у меня на руках или, как нормальный кот, пытаться сбежать, он просто залез в мою сумку и удобно в ней устроился. Как в люксовом пятизвёздочном отеле. Мрак распластался там всем своим весом, посмотрел на меня так, будто я обязана ещё и одеяло принести, и… заснул.

Да-да. Заснул.

— Удобно тебе там, хвостатый?! — прошипела я

Ответа не последовало. Только лёгкое урчание, будто этот нахал был на седьмом небе от счастья.

Кое-как я доработала смену. А потом, с котом в сумке, как с секретным грузом, я поплелась домой.

Моя квартира была… ну как квартира. Небольшая, съёмная, с диваном, который кряхтел при малейшем моем движении, и телевизором, который показывал только три канала, если на антенну наклеить фольгу. Но это было моё пространство. И именно здесь я собиралась отдохнуть после этого ужасного дня.

Первым делом я достала Мрака. Тот не дал мне даже шанса поставить его на пол, быстренько сам прыгнул на диван и занял своей жирной тушей половину. Половину! Я теперь понимаю почему старушке денег не хватало. Вот кто все сжирал.

— У тебя совесть есть? — спросила я.

Кот не ответил. Но его взгляд говорил: "Нет. И не предвидится".

Телефон зазвонил, когда я только присела на второй край дивана. Экран мигнул, показывая имя "Денис" — мой парень. Вернее, бывший, как выяснилось через три минуты разговора.

— Катя, — начал он своим пафосным тоном, от которого у меня закипала кровь. — Я подумал…

Ох, Денис, как же я "люблю", когда ты думаешь.

— Ты хорошая. Очень. Добрая, красивая. Я тебе не подхожу. Мы слишком разные. Понимаешь? Ты работаешь в магазине, а у меня… большие планы. Я скоро в Париж.

В Париж?! В ПАРИЖ?!

— Короче, — продолжил он, не заметив, как у меня начинает дым валить из ушей. — Мы должны расстаться.

Я молчала. Не потому что была шокирована, а потому что пыталась понять: швырнуть телефон в стену или всё-таки вытерпеть потому что на новый нет денег?

— Катя? Ты меня слышишь? — раздалось из трубки.

— Ага, слышу, — выдавила я.

Положила телефон на стол. Посмотрела на стену. Посмотрела на тапок. Швырнула тапок в стену.

Тапок с жалким звуком упал. Радости это не добавило, но помогло чуть-чуть разрядиться.

— Ах, у него большие планы! — вскипела я, теперь уже обращаясь к Мраку, который с интересом наблюдал за мной с дивана. — А я, значит, в них не вписываюсь? Вот так, да? Свадьба — не планы, мои мечты — не планы, я — вообще никто!

Кот продолжал молча смотреть, словно ждал, что я скажу ещё.

— Ну и пусть катится к чёрту! — наконец выпалила я.

Кухня встретила меня холодным светом старой лампы и тишиной, которая кричала о том, что Новый год приближается, а я... сижу в гордом одиночестве. Отлично. Просто идеально. Ну, хоть шампанское есть. Редкий деликатес из нашего же супермаркета естественно раздобытый по скидке.

С диким усилием принялась открывать деликатес. Пластиковая пробка вылетела с лёгким хлопком, и я торжественно плеснула пузырящееся золото в бокал.

С бокалом в руках вышла в комнату.

Картинка там меня встретила… Маслом. Этот кот, которого я, кажется, должна была пожалеть, устроился на моём диване так, словно этот диван купили для него и исключительно для него.

Развалился. Лапы вытянул. Мордочка — довольная, будто он только что заполучил весь этот мир, а я просто прислуга.

— Тебе удобно, да? — язвительно спросила и уселась рядом.

Кот даже не пошевелился. Только лениво, на долю секунды, открыл один глаз. Взгляд его был красноречивее слов: "Вопрос глупый. Конечно, удобно. А тебе?"

Я вздохнула и одним глотком осушила полбокала.

— Ну, Мрак, ты как? Исполнишь моё желание? Ха! Да кто вообще в такие сказки верит? — усмехнулась я, хотя внутри вдруг стало тепло от собственных слов. А что если?

Мрак даже ухом не повёл.

Я задумалась. Желание. Что бы я загадала? Миллионера? Хм, звучит заманчиво, но неинтересно. Принца? Ну, если с акцентом «бонжюююггг-абажюююггг» и замком во Франции, то, возможно. Чтоб на Дениса в Париже из лимузина плюнуть. Хотя, если честно, мне просто хотелось чего-то… другого. Чего-то не скучного.

— Вот если бы на мне женился миллионер, я бы поняла, — рассуждала я вслух. — Пусть хоть страшный и опасный, но не такой, как этот придурок.

И тут меня прорвало. Я рассмеялась. Знаете, так, как смеются в фильмах, когда у героини на фоне разрушается вся жизнь, но это уже не имеет значения, потому что что ещё может пойти не так?

Подняла бокал и, глядя прямо на кота, добавила:

— Что там у нас? Год Дракона кончается… Оооо… Пусть на мне женится дракон! Ахахаха! Богатый! С замком! Лорд какой-то!

Мрак открыл один глаз, очень медленно. Взгляд был… странный. Знаете, как смотрят люди, которые знают о вас слишком много и заранее осуждают все ваши жизненные решения? Вот так он и смотрел. Как будто хотел сказать: "Ты не понимаешь, с чем шутишь".

Но я не придала этому значения.

— Чего таращишься? — хихикнула я. — Спи дальше.

Кот демонстративно закрыл глаз, всем своим видом показывая: "Живи, как знаешь. Но я предупреждал".

Пока пузырьки шампанского радостно играли в бокале, я вдруг ощутила что-то… странное. Как будто воздух вокруг меня стал чуть теплее. Или это моё воображение?

Я снова сделала глоток. Тепло усилилось. Оно словно разливалось изнутри, обволакивая каждую клеточку тела.

— Вот так допилась, — пробормотала я, прислушиваясь к ощущениям.

Голова слегка закружилась. Кухня будто начала наклоняться. Нет, это явно не шампанское — я же выпила всего два бокала. Три максимум.

— Шампанское по скидке — это смерть, — заключила я.

С трудом поднявшись, я поплелась к кровати. В голове гудело, в животе пузырился алкоголь, и, честно говоря, я была уверена, что это моя усталость решила напомнить, кто здесь хозяйка.

Я рухнула на кровать, укуталась в одеяло и… вдруг…

Нет, мне показалось? Или я действительно слышала?

— Ох, ты ещё не знаешь, куда вляпалась, человечка, — пробормотал кто-то тихим и явно саркастичным голосом.

Мрак?

Я приподняла голову. Кот спал. Или притворялся.

— Это всё шампанское, — пробормотала я и снова упала на подушку.

Мрак лениво открыл один глаз, посмотрел на меня с лёгкой усмешкой и снова закрыл его.

Если не сложно, добавьте пожалуйста книгу в библиотеку, чтобы получать уведомления о выходе новых глав, и поставьте сердечко)))

Проснулась я под ёлкой. Да, прямо под ней. Лежу, значит, на чём-то мягком, холодном и… сверкающем?! Первая мысль была: "Ну всё, Лебедева, приплыли. Шампанское со скидкой оказалось смертельным, и теперь тебя встретили не в аду, а на новогоднем корпоративе для чертей-миллионеров".

Ёлка была просто… нереальная. Огромная, метров шесть в высоту, усыпанная золотыми гирляндами и шарами, которые блестели так, будто их только что окропили волшебным сиянием. А светлячки, явно магические, кружились между веток, как миниатюрные звёзды. Всё это великолепие сверкало так, что даже мне, лежащей в позе "просыпайся и бойся", захотелось шёпотом сказать: "Я здесь случайно, не бейте".

Но это было только начало.

Когда я чуть подняла голову, мне открылся весь зал — и тут же захотелось обратно под ёлку. Не спрятаться, а именно свернуться клубком и притвориться потертым подарком. Мраморные колонны с золотыми узорами уходили высоко под потолок, а огромные люстры свисали так низко, что их свет отражался в идеально отполированном полу. Мраморный пол, между прочим, был настолько чистым, что можно было увидеть своё отражение. Увидеть — и ужаснуться.

Видеть себя босой, в розовой футболке "I need coffee" и таких же розовых спортивках, в окружении такой роскоши, — это был тот ещё момент самоунижения. Особенно когда я поняла, что мои растрёпанные волосы скорее напоминают гнездо какой-то птицы, чем что-то, с чем можно появляться в обществе.

Воздух был прохладным, но от мерцания огоньков на ёлке казался уютным. Словно замок — а это точно был замок, другого я просто представить не могла — пытался убедить меня, что он добрый и гостеприимный. Хотя в этот момент замок выглядел слишком роскошным, чтобы меня вообще принимать.

И знаете, вот бывают такие места, где с первого взгляда понимаешь: ты здесь не в своей тарелке. Так вот, этот зал буквально орал мне это в лицо. "Ты тут чужая, детка. Собирай свою задницу и вали обратно, откуда пришла".

Но "валить обратно" как-то не входило в мои планы. Во-первых, я вообще не помнила, как сюда попала. Во-вторых, судя по взглядам, которые бросали на меня девушки вокруг (да, вокруг были девушки, но об этом позже), мне бежать-то было некуда.

Я медленно села, оглядываясь, и мне стало ещё хуже. Потому что этот зал был, кажется, одновременно создан для праздников и убийств. Слишком идеальный, слишком роскошный, и слишком — ОЧЕНЬ СЛИШКОМ — не для таких, как я.

Среди всей этой роскоши стояла я. Ну как стояла… сидела. На полу. В футболке без лифчика…хорошо хоть в трусах под спортивками. Кажется черный понедельник продолжается.

А вот девушки вокруг меня... Ох, это был уже не понедельник. Это был, пожалуй, какой-нибудь сказочный бал, где каждая из них смахивала на принцессу. Нет, не смахивала — была принцессой. Высокие, статные, каждая с осанкой, будто у них с детства была встроенная корона. Их платья были такими роскошными, что даже на них смотреть казалось дорогим удовольствием. Золотые и серебряные ткани, блестящие кружева, тончайшие линии вышивки. Каждое движение этих девушек словно подтверждало: «Мы на этой вечеринке главные героини, а ты — где-то из обслуги которая моет унитазы».

Украшения на них сияли так, что я чуть не зажмурилась. Казалось, что эти ожерелья, серьги и диадемы вылепили вручную маги ювелирного искусства, и каждая деталь кричала: «Дорого. Очень дорого. Положи свои лапы обратно». А их волосы… Ах. Волосы у них были такими, будто ветер существовал только для того, чтобы развевать их локоны. Они сияли. Как?! Шампунь с магией? Волшебные расчески? Или, может, они продали душу дьяволу за этот идеальный блеск?

Ну, а я. Ну... я выглядела как случайно забежавшая в замок мышь, которая тут же потерялась в королевской кладовой.

И, конечно, одна из них это заметила. Девушка — высокая, с безупречными черными волосами, уложенными в такую сложную прическу, что там, наверное, можно было спрятать пару драгоценных камней (или магических кинжалов), — медленно повернулась ко мне. Она смерила меня взглядом. Таким взглядом, от которого, кажется, мои спортивки потеряли последнюю надежду быть достойными.

— Кто это вообще? — фыркнула она.

И вот тут я поняла, что уже официально ненавижу её.

Кто я?! Да я-то знаю, кто я! Но вот объяснить это всем этим идеальным… существам в идеальных платьях? Это задача не для одного утра. Тем более для утра, где ты ещё даже кофе не выпила. И, блин, понедельник должен был окончиться!

Я была готова ответить что-то едкое — ну, хотя бы «А ты кто такая, мисс Кружева-со-всех-сторон?» — но, видимо, мой внутренний процессор ещё не успел перезагрузиться после шока. Поэтому я просто… ничего не сказала. Просто подняла бровь, пытаясь изобразить холодное безразличие, хотя внутри меня уже била истерика.

И, знаете, это сработало. Правда, не на неё. Она фыркнула ещё раз, отвела взгляд, а я почувствовала себя так, будто только что выжила после магического урагана.

Но вот остальной зал — а точнее, его сверкающая, вычурная часть, — продолжал смотреть на меня. Это был не просто взгляд. Это был «оценочный» взгляд. Знаете, когда люди (или кто они тут?) смотрят на тебя так, как будто одновременно ставят отметки в трёх номинациях: «безвкусно», «дешёво» и «зачем ты здесь?»

И, если честно, этот взгляд мне не нравился.

Я вздохнула и мысленно поклялась: "Выживу. Невзирая на это шоу идеальных кукольных лиц, локонов и платьев, выживу. Пусть все ваши магические шампуни отправятся в ад."

Пока я пыталась осознать, что вообще происходит и почему я под ёлкой, в центре роскошного зала раздался громкий голос. Его обладателем оказался высокий старик в парике из фильма про средневековье такой с буклями в рядочки и роскошной мантии с золотой отделкой, который выглядел так, будто каждое его слово весит пару тонн и стоит целое состояние.

— Добро пожаловать всем претенденткам, — провозгласил он с таким пафосом, что я чуть не прикусила язык от удивления.
Он сделал эффектную паузу, как актер перед финальным монологом, и продолжил:
— С левой стороны — те, кто были выбраны в качестве подарков для великого лорда-дракона Морока и будут предназначены для великого жертвоприношения!

Жертвоприношения? Простите, что?

Моё сердце буквально рухнуло куда-то вниз, и, кажется, я даже услышала характерный глухой "тук". Это было либо оно, либо последний кусочек моей здравой логики, который, похоже, сбежал без оглядки.

Жертвоприношение? Подарок? Подношение? Простите, но я не заказывала этот пункт в своём новогоднем списке желаний! Кто вообще решил, что я готова становиться чьим-то подношением? Это не обсуждалось!

Я хотела взмахнуть рукой, встать и сказать: "Извините, произошла ошибка. Я просто… просто прохожая. Туристка. Наблюдатель! В крайнем случае, доставщица ёлок!" Но, судя по тому, как советник даже не взглянул в мою сторону, говорить было бесполезно.

"Я в аду? Это ад? Где дьявол?" — подумала я, и тут же осмотрелась по сторонам. Нет, ну логично ведь! Если ты просыпаешься под ёлкой, окружённая идеальными девушками в платьях, а потом тебе говорят, что ты подарок для какого-то дракона, это точно что-то из категории «горячие туры в преисподнюю».

Мои ноги медленно стали подгибаться, но я быстро встряхнула головой, чтобы не рухнуть на блестящий мраморный пол. Нет, Лебедева, нельзя терять самообладание. Кто-то же должен разобраться в этой каше. И, похоже, этот кто-то — я.

А старик тем временем продолжал. С таким энтузиазмом, будто объявлял не то победителей конкурса красоты, не то финалистов на лучшую роль в постановке:
— Благодарим всех, кто пришёл на великий праздник драконьего клана. Жертвоприношение станет символом новой эпохи!

"Эпоха, говорите? Ну, знаете, спасибо, конечно, но я тут совсем недавно и, кажется, со мной даже не здоровались и не советовались. Если это какая-то игра, шоу, то я на это не подписывалась!"

Медленно подняв руку, я посмотрела на свои пальцы. Они не дрожали — пока. Это радовало. Но что не радовало, так это огромное желание повернуться и сбежать из зала, желательно через ближайшее окно.

— Простите, — прошептала я себе под нос, не зная, куда смотреть, чтобы не сойти с ума. — Я точно подписывала на это согласие? Потому что… вроде нет.

В этот момент советник, наконец, закончил свою пламенную речь, а я осталась сидеть с одним единственным желанием: "Как отменить участие?!"

И вот в этот момент в зал вошёл он. О! А вот и Дьявол!

Высокий. Очень высокий. На фоне его роста даже самые статные претендентки начинали казаться миниатюрными, а я, с моими метром с кепкой, вообще выглядела как местный сувенир под ёлкой. Его шаги были медленными, уверенными, будто он просто прогуливается по своему личному миру. И, знаете, это ощущение присутствовало в каждой детали: он действительно был хозяином этого зала, этого замка… и, кажется, самой реальности.

Одет он был в чёрную одежду, расшитую золотом, так искусно и тонко, что мне сразу захотелось узнать, кто его портной. Хотя нет, не захотелось. Потому что глупо тратить мысли на портного, когда ты не можешь отвести взгляд от самого дьявола. Да, именно дьявола. Идеального, мрачного, величественного — настолько, что, глядя на него, я чувствовала себя одновременно заворожённой и обречённой.

Его волосы были длинными, чёрными, как ночь, блестящими, как шёлк. Казалось, они двигались вместе с ним, струились по его плечам, подчёркивая хищные, резкие линии лица. А лицо… Ох. Это было то лицо, на которое смотришь и думаешь: "Всё, я пропала." Потому что у таких мужчин есть только два варианта: или спасти тебя, или разрушить. И, судя по выражению его лица, этот мужчина выбрал второй вариант.

Но больше всего притягивали его глаза. Огненно-жёлтые, как если бы в них поселилось само пламя. Они не просто смотрели — они прожигали. Казалось, что этот взгляд мог сразу увидеть всё: все твои страхи, секреты и, наверное, даже меню твоего вчерашнего ужина.

И тут я заметила, что я не одна так реагирую. Все претендентки замерли. Замерли так, что можно было услышать, как падает воображаемая булавка. Воздух в зале изменился — он стал прохладнее, и я почувствовала, как мелкие мурашки побежали по коже. Это было не от страха. Это было от магии. Его магии. Она будто гуляла по залу, заставляя всех затаить дыхание.

И это дыхание затаила даже ёлка! Огоньки на её ветвях вспыхнули чуть ярче, словно даже она решила подыграть драматичному эффекту его появления.

Он остановился в центре зала и медленно, лениво — как хищник, который только что вышел на охоту и знает, что ему некуда торопиться, — обвёл всех взглядом. Точнее, не всех. Каждую. Одну за другой.

Я ожидала, что претендентки будут падать в обморок от одного его взгляда. И знаете, их едва заметное дыхание и дрожащие пальцы говорили, что они были близки к этому. Но они держались. Просто стояли, словно стадо газелей перед львом.

И да, красив он был. Красив, как грозный бог, который собирается уничтожить целый мир. Но его взгляд… Это был не взгляд обычного мужчины. Не взгляд человека, которому можно улыбнуться и надеяться на ответную улыбку. Нет. Этот взгляд был холодным, оценивающим и настолько острым, что мне захотелось испариться.

Я честно старалась не выделяться. Стояла за спинами девушек, пытаясь слиться с ёлкой. Но нет. Его взгляд скользнул по залу и остановился. На мне.

И всё. Я перестала дышать.

Его жёлтые глаза задержались на мне чуть дольше, чем на других, и я отчётливо почувствовала, как земля под ногами исчезает. И тут же вернулась, но уже с ощущением, что вот-вот рухну. Он ничего не сказал. Даже не поднял бровь. Просто посмотрел. Но этот взгляд, господи, этот взгляд! Будто он пытался решить, что со мной делать: оставить, как есть, или превратить в пепел.

Я стояла, как вкопанная, с одной мыслью: "Не шевелись, Катя. Если не двигаться, возможно, он не заметит, что ты существуешь."

Но мой мозг тут же выдал другую мысль: "И зачем ты вчера говорила про драконов, Лебедева? Вот он. Твой дракон. Прямо перед тобой. Ну что, довольна?"

Его взгляд скользнул по залу, как сканер, словно он выбирал, что достойно его внимания, а что — нет. И снова остановился на мне. Конечно, на мне. Я почти физически почувствовала, как этот огненно-жёлтый прожектор впился в мою душу.

Я не уверена, но мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то вроде: "Что это за недоразумение?" Или это просто моя паника нарисовала такие слова? Потому что давайте будем честными: с учётом моей футболки с надписью «I need coffee», спортивок и растрёпанных волос, на фоне этих принцесс я действительно выглядела как ошибка системы.

Я инстинктивно попыталась выпрямиться. Выглядеть хоть немного лучше, чем чувствовала себя. Знаете, как это бывает, когда пытаешься изобразить из себя "всё под контролем", хотя внутри только что взорвалась фабрика нервов.

И тут он заговорил.

— И это тоже подарок? — спросил он, окинув меня взглядом.

О боже, этот голос. Низкий, спокойный, как раскат далёкого грома, и в то же время отстранённый, холодный. Он звучал так, будто каждое слово могло заставить вас упасть в обморок, и лучше бы никто не смел с этим законом спорить. От одного этого голоса по спине пробежал холодок, но не от страха. Скорее от осознания, что перед тобой стоит человек, который одним взглядом может разрушить твой мир.

Мой внутренний монолог сломался. Я смотрела на него, как кролик на удава, и в голове была только одна мысль: "Почему ты такой красивый? И почему ты сразу такой страшный?!"

Подарок? Простите, какой ещё подарок? Кому? Зачем? И главное, за что?! Я была готова закричать, что произошла какая-то ошибка, но замерла. Потому что от его взгляда хотелось не говорить, а просто исчезнуть. Испариться. Слиться с мраморным полом и притвориться, что меня тут никогда не было.

И вот в этот момент я заметила его. Мрак.

На одном из сундуков уютно устроился мой пушистый "друг", который и втянул меня во всё это. Он спокойно вылизывал лапу, полностью игнорируя происходящее. Выглядел он так, будто абсолютно ни при чём.

— Ты что наделал?! — прошипела я, шагнув к нему так быстро, что чуть не споткнулась о край своей гордости. — Почему я тут?!

Мрак лениво зевнул, вытянул лапу и посмотрел на меня своими яркими зелёными глазами, полными того самого "ты серьёзно сейчас?".

— Ты же сама хотела мужа-дракона, — произнёс он с таким видом, будто всё это было не просто очевидно, а записано где-то в конституции. — Вот и получай. Всё честно.

Я задохнулась от возмущения. Честно?! Этот пушистый предатель осмелился называть всё это честным?! И… я даже не удивилась, что эта мохнатая сволочь разговаривает.

— Честно?! — я практически задохнулась от смеси гнева и паники. — Ты меня в виде подарка засунул?! Подарок, который, между прочим, он сейчас рассматривает и даже в качестве жертвы не представляет!

— Слушай, человечка, — протянул Мрак, лениво сворачиваясь в клубок прямо на сундуке. — Такие желания, как ты загадала, требуют жертв.

— Так жертвуй собой! — яростно зашипела я, едва не сорвавшись на визг.

Кот только фыркнул.

— Я вообще-то уже пожертвовал своим спокойствием и даже пошел с тобой. Так что разберись тут сама, ладно?

Я уставилась на него, а в голове медленно вызревал план. Он включал злость, разочарование, немного истерики и, возможно, попытку использовать этого пушистого "друга" как щит против дракона.

Но, к сожалению, я не успела ни на кого наброситься, потому что осознала: он — Морок — продолжает смотреть на меня. И это было хуже всего.

В тот момент мой мозг сделал отчаянный рывок. Ну, знаете, тот самый момент, когда уже не до логики, не до страха, и ты делаешь что-то такое, за что тебе потом будет одновременно стыдно и гордиться. Это был именно он.

Ну раз я "подарок", а эти девушки — "претендентки", то мне остаётся только одно… переквалифицироваться. Потому что подарком быть я, честно говоря, не собиралась.

Я шагнула вперёд. Ноги дрожали так, будто я стояла на краю ледяного обрыва, но я заставила себя поднять голову. Даже осанку выпрямила! Ну, насколько вообще можно выпрямиться в футболке и штанах на фоне этих блестящих королев.

И, несмотря на паническое «Ты что творишь, Лебедева?!» где-то на фоне моего разума, я громко заявила:

— Я не подарок. Я… претендентка на роль вашей невесты!

Весь зал замер. Замер так, что, кажется, время остановилось. Да что время — даже ёлка, эта гигантская волшебная красавица, перестала мерцать огоньками. Воздух вдруг стал неподвижным, плотным, как будто я случайно активировала магический щит неловкости.

И тут я поняла, что все смотрят на меня.

Советники на своих золотых креслах выглядели слегка… озадаченно. Будто в их головах загорелись лампочки с табличками «Ошибка. Неизвестная команда». Претендентки… О, их взгляды были острыми, как ножи. Каждая из них явно мысленно задавалась вопросом: «Кто эта дама в футболке и почему она ещё жива?»

И, конечно, его взгляд.

Морок.

Он медленно, очень медленно, как бы подчёркивая, что у него вообще-то бесконечное терпение для таких спектаклей, поднял бровь. Одну. Левую. Идеально очерченную, черную как уголь. Но это было так выразительно, что я даже захотела взять мастер-класс по бровным унижениям.

Его губы чуть дрогнули, и я на секунду подумала, что он улыбнётся. Но нет. Это не была улыбка. Это был намёк. Тонкий намёк на то, что прямо сейчас я устроила ему представление уровня дешёвой комедии.

— Ты? — протянул он с ленивым любопытством, словно смаковал слово. — Претендентка?

Я уже хотела что-то сказать, чтобы защитить своё (почти разрушенное) достоинство, но он продолжил, медленно окинув меня взглядом с головы до пят:

— В пижаме?

Кажется, моя гордость умерла прямо там. Он просто выбросил её из зала этим вопросом.

Я открыла рот, пытаясь найти слова. Хоть какие-нибудь слова. Хотела ответить, что у меня был сложный день, что никто не предупреждал о дресс-коде, и вообще, мне не дали времени подготовиться. Но… ничего. Ноль. Ноль идей. Единственное, что я смогла — это молча закрыть рот, решив, что молчание — золото.

Он смотрел на меня ещё пару секунд, а потом коротко бросил:

— Ты не продержишься и дня. И вообще. Твое участие можно оспорить. Что это за ошибка?

И развернулся. Просто так. Развернулся и направился к Совету, словно я была не стоящей внимания мелочью, которую он милостиво решил проигнорировать.

Я смотрела ему вслед, и где-то глубоко внутри всё кипело от обиды и злости.

"Не продержусь и дня?" — думала я, сжав кулаки. — "Ну, лорд-дракон, давай проверим! Я не ошибка! Я Катя Лебедева и я никому не позволю себя унижать!"

Один из советников, седой мужчина с лицом, будто вырезанным из камня, медленно поднялся. Его мантия с золотыми узорами колыхнулась, словно он двигался в замедленном режиме, только чтобы добавить весомости своим словам. А когда он заговорил, голос его был настолько торжественным и низким, что у меня даже на секунду мелькнула мысль: "Может, он не человек, а каменный голем, оживший для таких вот пафосных речей?"

— Если она заявила желание участвовать в отборе, по закону мы обязаны её принять, — произнёс он с такой важностью, будто только что открыл какой-то древний магический закон, о котором я понятия не имела.

В зале снова наступила тишина. Такая, что я почти услышала, как от моего собственного сердца отвалился кусок. Принять?! Меня?! В отбор?!

Мгновенно ощутила на себе взгляд. Его взгляд.

Морок повернулся ко мне, и я почувствовала себя мышью, которая случайно оказалась на территории особо раздражённого хищника. Нет, не просто мышью — мышью, которая умудрилась напортачить в чём-то очень важном. Его глаза, огненно-жёлтые и пугающие, впились в меня так, будто хотели прожечь дыру в моей душе.

И этот взгляд говорил чётко: "Ты даже не представляешь, что тебя ждёт, человечка".

— Хорошо, — медленно произнёс он. Каждое слово будто скатывалось с его губ с холодной насмешкой. — Пусть участвует.

"Участвует"? Простите, это вы сейчас про меня или про мышку, которую бросили в клетку к тигру?

Но он не остановился. Морок смотрел на меня, медленно прищурившись, словно выверяя каждую деталь. Будто пытался решить: мне стоит просто поиздеваться или сразу отправить на съедение кому-нибудь страшному.

— Но если ты думаешь, что тебе этот трюк сойдёт с рук, — его голос стал ещё ниже, холоднее, и я буквально почувствовала, как мурашки пробежали вдоль позвоночника, — ты глубоко ошибаешься.

В этот момент я серьёзно задумалась: может, это всё сон? Или розыгрыш? Ну кто так разговаривает с бедной, случайно оказавшейся здесь человечкой?! Он что, пытается сделать из меня сосульку одним взглядом? Потому что если да, то у него почти получилось.

Но знаете, что хуже всего? Я не могла показаться слабой.

Я заставила себя выпрямиться, несмотря на то, что колени буквально ходили ходуном. Заставила себя выдержать этот взгляд, хотя всё внутри меня кричало: "Катя, хватит! Катя, беги! Катя, прячься за ёлку!"

— Ну, посмотрим, кто из нас пожалеет, — сказала я. Сказала так, как могла: чуть дрогнувшим голосом, но с вызовом.

И знаете, в этот момент я поняла, что это была самая глупая фраза за всю мою жизнь. Потому что его глаза чуть сузились, губы дрогнули в намёке на злую улыбку, и я почувствовала, что только что подписала себе не смертный приговор, но что-то гораздо хуже — подписала договор на выживание.

Морок ухмыльнулся. Легко, лениво, как будто уже решил, что игра началась, и я в ней — не игрок, а игрушка.

А я стояла и думала: "Лебедева, ты идиотка!".

 ------

Дорогие читатели представляю вам шикарную МОЮ новинку. Тоже врач, тоже сюмором

Встречайте

18 век. Приключения, война, любовь, ребенок!

ВИЗУАЛЫ

ВИЗУАЛЫ

После объявления о допуске в отбор я ожидала всего, кроме… этого.

Меня привели к двери, которая больше напоминала ворота в какой-то мини-замок. Высокая, из тёмного дерева, с золотыми узорами в виде драконов, она словно так и кричала: "Ты здесь случайно, человечка". Но, прежде чем я успела обдумать, стоит ли входить, двери открылись, и…

Я переступила порог и остановилась. Нет, не просто остановилась — встала, как вкопанная.

Комната оказалась настолько роскошной, что у меня появилось острое желание развернуться и выйти обратно. И знаете почему? Потому что я поняла: я тут ничего не смогу трогать! Всё, что находилось в этой комнате, выглядело дороже, чем вся моя жизнь.

Начнём с кровати. Кровать! Нет, это даже не кровать — это была целая сцена. Огромная, с высокими столбами по углам, на которых висел полупрозрачный белый балдахин, слегка мерцающий. Постельное бельё — из шёлка, настолько блестящего, что я на секунду подумала: "Тут что, можно спать в вечернем платье?"

Полы из чёрного мрамора с золотыми узорами отражали всё: от свечей, стоящих в изящных подсвечниках, до моего ошарашенного лица. А ещё я заметила, что на полу не было ни пятнышка, ни пылинки. Всё блестело так, будто здесь живёт кто-то, кто не ходит, а парит над поверхностями.

Шкафы… О, эти шкафы! Эти шкафы выглядели как декорации для королевы: огромные, с резными дверцами, украшенные золотыми вставками и крошечными драгоценными камнями.

Мелочи. Казалось бы, мелочи — вазы, зеркала, свечи — но каждую деталь я изучала так, словно смотрела на экспонаты в музее. Вазы были фарфоровыми, с тончайшими узорами вылепленных драконов и цветов, которые будто светились изнутри. Зеркало в золочёной раме с хитросплетёнными завитками стояло у стены, так и маня подойти и посмотреться. Хотя я чувствовала, что если посмотрюсь, увижу надпись: "Ты тут не вписываешьсяи черный экран."

И вот эта мысль не отпускала. Я огляделась ещё раз, сдерживая порыв дотронуться до чего-нибудь, и подумала: "Мне в этой комнате даже двигаться страшно — вдруг что-то сломаю, и мне это выставят счётом."

Хотя нет, это не просто мысль, это была уверенность. Ну а что? Зная мою удачу, я умудрюсь упасть на эту шёлковую кровать и порвать балдахин, споткнуться о мраморный пол и оставить следы, а ваза — о да, одна из этих дорогущих ваз — точно окажется у меня в руках в момент, когда я случайно чихну.

Я медленно повернулась к сопровождающему меня стражнику, чтобы спросить: "Это точно моя комната? А может, ошибка? А то мне тут даже дышать страшно." Но, видимо, мой потрясённый вид был настолько очевиден, что он просто хмыкнул:

— Да, это ваша комната, человечка. Вы же в отборе, значит, всё по стандарту.

По стандарту? Вот это стандарт!

Мне стало одновременно весело и грустно. Весело — потому что я явно оказалась в месте, где меня решили превратить в картинку из фантазий принцессы. Грустно — потому что чувствовала себя гостьей в доме, где все ждут, когда я что-то сломаю и выставят мне счет и это точно будут не деньги.

И пока я стояла посреди этой роскоши, стараясь не наступить не туда, мои мысли завертелись: "Ладно, Катя, это твой шанс. Хоть раз почувствовать себя частью чего-то великого…."

Меня отправили в ванную. Нет, не в ванную, а в какую-то святая святых водных церемоний.

Сначала я подумала, что ошиблась дверью, но стражник только толкнул меня внутрь с видом "не тупи, человечка, иди уже". И я пошла. И встала. И снова почувствовала себя… нет, не просто мышью, а мышью, случайно заползшей в ванную богини.

Комната была огромной, размером с мою квартиру, если не больше. Полы из белого мрамора со сложными золотыми узорами блестели так, будто их не просто мыли — их, возможно, полировали. В центре этой сказочной роскоши находился бассейн. Огромный, овальный, с тёплой водой, которая лениво клубилась паром, словно говоря: "Ну, давай, прыгай, смертная. Ощути себя частью чего-то большего."

Вода выглядела так заманчиво, что я почти поверила, что это не просто вода. Скорее какая-то магическая субстанция, которая не только смывает грязь, но и проблемы, комплексы и, возможно, даже долги. На поверхности плавали розовые лепестки, кружась в воде, как маленькие волшебные лодочки. А пар… Ох, этот пар пах так, что я невольно вдохнула глубже. Что-то сладкое, расслабляющее, с лёгкими нотами магии (ну, я так решила, потому что обычная вода не пахнет так).

Я стояла и разглядывала это великолепие, пока в поле зрения не появились они. Служанки.

Четыре девушки с идеально уложенными волосами, в одинаковых серебристых платьях, которые были проще, чем вся эта роскошь, но всё равно выглядели так, будто их сшил самый модный дизайнер мира. Они двигались бесшумно, слаженно, и на их лицах было написано что-то вроде: "Мы привыкли к такой роскоши. А вот ты тут явно не в тему."

И знаете, как я это поняла? По их взглядам. Они посмотрели на меня с головы до ног, остановились на моей футболке с надписью "I need coffee" и все дружно фыркнули…но как-то вежливо

— Раздевайтесь, — сказала одна из них, совершенно невозмутимо, как будто это была обычная часть их работы.

Я моргнула. Потом ещё раз.

— Простите, что? — переспросила я, не до конца понимая, почему в этой фразе было так много власти.

— Мы подготовим вас для отборочных этапов, — добавила другая, уже подходя ко мне и, как мне показалось, готовая меня лично раздеть, если я не пойму намёк.

Ну всё, Лебедева. Теперь ты не просто подарок. Теперь ты будешь чистый, ароматный и блестящий подарок. И тебя потом завернут в золотую бумагу.

Мне не оставалось ничего, кроме как подчиниться. Они сняли с меня всё, включая моё достоинство (шучу, его я спрятала за маской "всё нормально, я в порядке"), и буквально сплавили меня в воду. Ну ладно, не сплавили, а аккуратно ввели. Но для меня это всё равно было слишком.

— Расслабьтесь, — сказала одна из служанок, и её тон был настолько профессиональным, что мне захотелось расслабиться просто из чувства вины.

Вода была настолько тёплой, что я на секунду замерла. Пахло всё так же волшебно, а лепестки роз мягко касались моей кожи, как будто были живыми. Я посмотрела на это совершенство вокруг и подумала: "Ну, если меня тут и собираются принести в жертву, то хотя бы в чистом и сияющем виде."

Меня обтирали мягкими полотенцами, которые сами двигались, словно были зачарованы. Волосы вымыли какой-то магической пеной, которая благоухала, будто содержала весь цветочный сад. И когда они, наконец, закончили, я подумала, что теперь могу появиться даже на обложке какого-то магического журнала. Боже! Как хорошо, что я сделала лазерную депиляцию. Конечно я все еще выплачиваю зверский кредит, но я хотя бы не шокировала их своей волосатостью. Одна из них даже поразилась.

- Гладкая кожа, нежная, ни одного волоска.

- Дааа, Волшебная кожа. Перламутровая.

Это они про меня? Точно?

Но на этом дело не закончилось. После ванны они вытащили меня к огромному зеркалу (тоже в золотой раме, ну конечно) и начали одевать. Вначале нижнее белье ослепительно белое. Нечто кружевное, воздушное. Какие-то панталончики, корсет, блестящие чулки с тонким вкраплением люрекса, кружевной пояс. О Боже. Я не верю, что все это надето на меня. Бантики, тесемочки, веревочки, кружевные ленточки. Точно упаковка для подарка.

Щеки вспыхнули…вдруг пришло в голову, что все это увидел бы лорд Морок…Морок имя какое нереально подходящее. Сводит с ума, морок красоты. Его глаза вспыхивают…когда он смотрит на меня, челюсти сжимаются…он приоткрывает свой невероятно чувственный рот. А его руки, эти божественные руки с кольцами. Стоп! Катя! Ты о чем думаешь? Этот Морок красоты явно хочет тебя сожрать!

А потом на меня надели платье. И…Блин, ну я же девочка. Я обо всем забыла. Даже о Мороке.

Ох, это платье.

Оно было нежно-розовым, с тончайшими золотыми узорами, которые, казалось, светились в полумраке. Ткань была лёгкой, струящейся, словно шелковая магия. Оно идеально село на меня, подчёркивая всё, что можно подчеркнуть, и скрывая всё, что лучше не показывать. И еще я люблю розовый цвет. Да, я безвкусная, точнее у меня вкус Перис Хилтон. Ну вот так вот. И живите с этим.

Я посмотрела на своё отражение и тихо ахнула.

— Это магия? — вырвалось у меня.

Одна из служанок сдержанно улыбнулась, поправляя ткань на плечах.

— Нет. Это мастерство.

Ну-ну. Магия это или нет, но выглядело я… потрясающе.

И пока я разглядывала себя, моё отражение тихо нашёптывало: "Ну что, Лебедева, готова стать королевой бала? Или хотя бы жертвой с самым шикарным видом?"

И как только я подумала, что этот магический квест под названием "Преображение Лебедевой" закончен, служанки подхватили меня под руки и усадили на мягкий, бархатный стул перед зеркалом.

— А теперь займёмся волосами, — сказала одна из них с таким деловым видом, будто собиралась создавать шедевр на конкурс лучших причесок вселенной.

Мои волосы… Ах, мои волосы. Обычно они были мягко говоря "свои": светлые, чуть непослушные, платинового оттенка, который чаще напоминал мне выгоревшую солому, чем сияющий блонд. Но теперь, под их ловкими пальцами и магическими щётками, с которыми они работали, мои волосы начали превращаться в нечто совершенно другое.

Магические расчески двигались сами, словно были зачарованы, расчесывая каждую прядь, словно полировали её до блеска. Я видела, как из тусклых и немного растрёпанных прядей мои волосы становились гладкими, шелковыми, струящимися потоками платинового света. Они блестели, будто я не в ванной только что побывала, а в волшебной лавке красоты, где продают волосы богинь.

Служанки начали укладывать мои локоны. Две тонкие пряди аккуратно оставили у лица, остальные собрали в сложную причёску с плетением, которое напоминало замысловатую корону. Несколько локонов каскадом спускались на спину, нежно обрамляя моё лицо. В завершение этого волшебства в волосы добавили миниатюрные золотые шпильки в форме цветов. Они мягко сияли, как будто источали внутренний свет. На голову надели золотую диадему. Абалдеть! Она и правда золотая? А вдруг потеряю. Даже если потом меня разобрать на органы я не расплачусь.

Но на этом не закончилось.

— Теперь макияж, — заявила одна из них, пододвигая небольшой столик, полный баночек и кисточек.

Прежде чем я успела возразить, они уже начали колдовать надо мной. Словно миниатюрные феи, служанки ловко скользили кистями по моему лицу, добавляя лёгкий румянец на щеки, подчёркивая мои голубые глаза тонкой золотой подводкой и делая губы мягкого розового оттенка.

Я не могла удержаться и украдкой посмотрела в зеркало, пока они возились. И, знаете, я не поверила своим глазам.

Передо мной сидела не Катя Лебедева. Передо мной сидела… фарфоровая кукла. Или героиня какого-то глянцевого фэнтези-журнала.

Моё лицо сияло, как будто я не просто человек, а какое-то магическое создание. Кожа — ровная и гладкая, как полированный мрамор. Глаза — ярко-голубые, будто с ними тоже что-то сделали, что они начали светиться. Губы выглядели так идеально, что я боялась облизнуть их языком.

Служанки отступили назад, довольные своей работой, и я просто сидела, ошеломлённо смотря на себя.

— Я… это… я? — вырвалось у меня.

Одна из девушек, поправляя локон на моей прическе, улыбнулась:
— Конечно. Просто раньше вы этого не замечали.

Ну-ну. Если я раньше не замечала, что могу так выглядеть, значит, всё это макияж, платье и причёска — магия уровня "богиня".

Я снова посмотрела на себя и подумала: "Так вот что чувствуют люди, которых одевают для бала или коронации. Ты сидишь и думаешь, что перед тобой в зеркале дорогая, тщательно расписанная кукла, которую жалко трогать."

Я медленно встала, чувствуя, как ткань платья скользит по коже, как будто обнимая меня, а волосы тяжело покачиваются при каждом движении. Я выглядела великолепно. Так великолепно, что мне даже стало немного страшно.

«Ну что, Лебедева, теперь ты не просто подарок. Ты прям драгоценность...Да, только наверное где-то там есть часы, которые тикают и 24:00 точно нагрянет и все превратится в тыкву и крыс…»

Я сделала шаг к двери, вдохнула глубже и подумала: "Если это мой момент, то я хотя бы буду выглядеть потрясающе, когда всё пойдёт наперекосяк."

Меня ввели в зал, и я сразу поняла две вещи. Первая: это то, то ничего не изменилось и каждая стенка кричит: «Ты здесь чужая, Лебедева». Вторая: от этого количества красоты и напряжённости у меня сейчас отвалится мозг.

Зал был огромным, таким, что мой взгляд сразу потерялся в высоте потолка, где висели огромные люстры, сверкающие магическим светом. Стены были украшены сложными золотыми узорами, напоминающими какие-то древние символы, и от всего этого веяло силой, властью и… осознанием, что ты здесь лишняя.

Но главной проблемой были не стены. Не потолок. И даже не люстры. Главной проблемой были они.

Мои «соперницы».

Всё, что было на мне — моё потрясающее нежно-розовое платье с золотыми узорами, мои укладка и макияж, даже шпильки в волосах — всё это меркло рядом с их абсолютной, непоколебимой уверенностью в себе. Они выглядели так, словно родились в мире магии, силы и красоты, а я… Ну, я всё ещё оставалась Катей Лебедевой, случайно попавшей на бал богинь.

Первое, что я почувствовала, — это странную тяжесть в груди. Нет, не от страха. От понимания, что я здесь… как инородное тело.

По залу, с непринуждённой грацией, как будто это их дом, прогуливались несколько девушек. И они были настолько разные, настолько яркие и поразительные, что я почувствовала себя невзрачной серой мышкой в углу сказочного бала.

Первая. Стройная, с плавными движениями, которые напоминали волну. Её волосы, длинные и светящиеся, будто пена моря, мягко касались плеч, а платье переливалось, как струящийся водопад. Каждый её шаг был таким лёгким, что казалось, она не идёт, а скользит. Но что заставило меня задержать на ней взгляд — это её глаза. Холодные, оценивающие. Она посмотрела на меня так, будто мысленно уже вынесла вердикт: "Лишняя."

Вторая. В ней было что-то… огненное. Волосы — ярко-рыжие, сверкающие так, будто каждый локон впитал солнечный свет, а платье… Господи, платье! Оно двигалось. Двигалось. Красное, как пламя, с золотыми искрами, оно обвивало её фигуру так, что даже я на секунду забыла, что нужно дышать. Она лениво улыбалась, глядя на окружающих, и её взгляд был таким… игривым, как у хищника, который только что нашёл себе игрушку.

Третья. Холодная. Слишком холодная. У неё были белоснежные волосы, собранные в строгий узел, и такое же холодное, почти ледяное лицо, словно вырезанное из мрамора. Её платье напоминало зимний лес: тёмно-зелёное с серебряными узорами, похожими на снежинки. Но главное — это её глаза. Они были острыми, как лезвия, и, когда она посмотрела на меня, я невольно поёжилась, будто от сильного мороза.

Четвёртая. Она выделялась из всех своим ростом. Высокая, даже слишком высокая, с осанкой, словно она привыкла смотреть на всех сверху вниз. Её волосы, золотисто-красные, напоминали языки пламени, заплетённые в тугую косу, а платье… это было не просто платье. Это было словно броня. Красное, украшенное золотыми чешуйками, которые блестели так, будто она только что вышла из битвы и теперь готова завоёвывать ещё больше. Её взгляд задержался на мне всего на мгновение, но этого хватило, чтобы почувствовать, как моё сердце сжалось.

А я… Ну, а я всё ещё оставалась Катей Лебедевой, одетой в розовое платье, которое вдруг стало казаться слишком простым на фоне всей этой "богоподобной" красоты.

Я стояла, глядя на них, как ребёнок, случайно попавший на показ высокой моды. Каждая из них была настолько невообразимой, что я почти услышала голос в голове: "Ну всё, Лебедева, выход тут только один. И даже он не для тебя."

Но, что ещё хуже, они тоже меня заметили.

Первая (та, что с волосами, как морская пена) скользнула взглядом по моему платью и с едва заметным фырканьем отвернулась.
Вторая — огненная — лениво посмотрела на меня, словно обдумывала, стоит ли я хоть капли её внимания.
Третья холодная взглянула на меня так, будто уже просчитала, сколько секунд мне потребуется, чтобы сбежать отсюда.
А четвёртая… Четвёртая просто подняла одну бровь, что почему-то ударило по моему самолюбию сильнее любых слов.

"Лишняя. Ты здесь лишняя," — говорили их взгляды.

Я сглотнула, постаравшись выпрямиться. Всё-таки они выглядели, как принцессы, богини, властительницы мира…

"Ну ничего, Лебедева. Ты не первая, кого недооценивают. Главное — дожить до конца этого бала."

А потом началось.

— Человечка? — протянула та что в платье как волны, слегка наклонив голову. Её голос был мелодичным, словно она не говорила, а пела. — Серьёзно? У неё даже магии нет.

— Может, она просто украшение? — добавила золотистая, лениво осматривая меня с ног до головы. — Ну, знаете, для контраста.

— Нет, она не украшение, — вмешалась Снежная. Её ледяной голос пронзил меня, как острый кинжал. — Украшения должны быть красивыми.

И это был конец. Я уже собиралась выдать что-то едкое, но не успела, потому что Огненная посмотрела на меня и тихо добавила:

— Человечка в отборе? Это глупо. Я уверена, её готовят для жертвоприношения.

Жертвоприношения? Опять? Мы ж с этим покончили и, кажется, это осталось в прошлом?

Моя голова пошла кругом, а в груди начало подниматься что-то странное. Может, это было унижение. А может, злость. Но я сделала то, что должна была: выпрямила спину, подняла голову и подумала: "Ну что, Лебедева, ты здесь. Хотя бы сделай вид, что ты знаешь, что делаешь."

Среди всей этой толпы сверкающих платьев и напряжённых взглядов я вдруг заметила девочку. Маленькую, бледную, но... такую, что отвести глаза оказалось невозможно.

Ей было лет двенадцать, не больше, но её присутствие ощущалось сильнее, чем всех этих идеальных претенденток вместе взятых. Она стояла чуть в стороне, наблюдая за происходящим с таким видом, будто всё это её не касается, будто она — зритель, но одновременно и судья. И вот этот судья явно не был мной доволен. А еще рядом с ней два стража. Два черных волка с красными глазами. Они злобно смотрели на всех вокруг. И в радиусе нескольких метров возле девочки никого не было.

Какая она красивая. Кожа белая, как фарфор. Длинные чёрные волосы, распущенные по плечам. А глаза…

Глаза карие. Но иногда мгновениями огненно-оранжевые. Как у...

Я резко отвела взгляд, почувствовав, как меня пронзила догадка. Ну нет, это совпадение. Конечно, совпадение. Мир большой, мало ли у кого такие глаза. Верно? Верно?!

Я заставила себя вдохнуть и снова взглянула на неё. Всё-таки глаза не могут быть доказательством, правда?

Она смотрела прямо на меня. Нет, не просто смотрела. Она изучала. Так, как вы смотрите на что-то, что попало к вам на стол по ошибке: вроде и выбросить жалко, но что с этим делать, непонятно.

Мне почему-то захотелось сразу спрятаться за ёлку.

Её взгляд был таким тяжёлым, что я буквально почувствовала, как по моей спине пробежали мурашки. И это в комнате, где тепло, как в бане.

Она не сказала ни слова, но её выражение лица говорило громче любых слов: "Ты недоразумение и от тебя надо избавиться."

Решив не отступать (и когда я только успела набраться этого странного самоубийственного упрямства?), я сделала шаг в её сторону.

— Привет, — выдавила я, натянув самую доброжелательную улыбку, на которую была способна.

Она не ответила. Только чуть склонила голову набок и прищурилась, как кошка, изучающая мышь, которая вот-вот перестанет быть проблемой.

— Странно, что тебя еще не съели, — вдруг сказала она. Её голос был тихим, но в нём звучала такая уверенность, что я на секунду замерла.

И снова этот взгляд. Чёрт, да ей даже не нужно было говорить ничего больше. Она своим тоном уже вынесла мне приговор.

Я моргнула. Потом ещё раз. Ну а что тут скажешь?

— Ну пока что нет, — пробормотала я, больше чтобы не молчать.

Она чуть заметно хмыкнула, словно мой ответ только подтвердил её слова. И тут, как по волшебству, я уловила шепоток рядом.

— Это же дочь его сиятельства, — прошептала одна из девушек неподалёку, стараясь сделать это как можно тише. — Морена.

— Она такая же, как он, — ответила другая. — Только хуже.

Дочь?! Морена?!

Я судорожно вдохнула, стараясь не выдать своего шока. Вот и всё. Теперь стало ясно, откуда этот взгляд. Эти огненные глаза. Эта аура абсолютного превосходства. Она не просто похожа на своего отца. Она — его маленькая копия. Только, возможно, даже страшнее. И имя говорящее – Морена. Почти хищная рыба.

Она стояла неподвижно, не сводя с меня глаз. Её тонкие губы чуть дрогнули, будто в насмешке, и я снова почувствовала себя крошечной, незначительной... и абсолютно не готовой к этому миру. Встряхнись, Лебедева. Ты была самой красивой девочкой в классе. Ты чего? Давай, нос кверху.

Но знаете, что было хуже всего? Я не могла придумать ничего, чтобы исправить это первое впечатление.

В итоге я просто отступила назад. Не убегая, конечно. Ну, почти. Но всё же сдалась и направилась к противоположной стороне зала, чувствуя её взгляд, будто он пронзает меня насквозь.

"Ну что, Лебедева, поздравляю. Теперь ты точно нажила себе еще одного врага…ну или претендента на твою тушку. А я говорила себе надо худеть…были б одни кости никто б не позарился."

Когда я уже была готова спрятаться где-нибудь за ёлкой (сдалась мне эта елка) и до конца жизни избегать всех этих идеальных созданий, в центре зала появился мужчина. Высокий, важный, с бородой, больше похожей на лесной куст. В руках у него был свиток, который он развернул с таким видом, будто сейчас будет читать древнее пророчество о конце света.

Глашатай. Конечно, глашатай. Почему бы и нет?

Он поднял руку, требуя тишины, хотя в зале и так было тихо, а затем громогласно произнёс:

— Внимание! Настало время представить претенденток, которые будут участвовать в отборе за право стать избранной для нашего великого лорда Морока!

И конечно же его Сиятельство вошло…вошел… в зал и все головы повернулись в его сторону и моя тоже…

Визуал Морена

________________________________________________________________
Не забудьте на меня подписаться, поставть книге сердечко и добавить в билиотеку. Буду безумно рада вам! Приходите

___________________________________________________________________________

 История от и