Подельница для драконьего принца

— Красота требует жертв, — бормотала Саша, пробираясь по обледенелой дорожке, — Дрожи, а форс держи.

Присказка про форс принадлежала любимому, недавно умершему деду, и Саша дорожила ею, как частичкой дедова наследства.

А гнусным ноябрьским вечером, под мелкой моросью и порывами ледяного ветра присказка вполне годилась и в качестве утешения.

Чем еще утешаться, если ты сама себе дура? Напялила сапоги на высоченном каблуке, не заглянув в прогноз погоды. Теперь вот ползи едва ли не на карачках, растопыривайся будто краб, цепляйся за ненадежную земную поверхность.

Если не брякнешься — будет хорошо. Но, будем честными, шансы невелики.

К середине ноября Питер делался труднопроходимым для любительниц каблучков. Саша знала об этом, но сегодня был особенный день: Пашка позвал ее в ресторан, и многозначительно объявил, что есть разговор.

Они встречались уже полтора года, поэтому Саша решила, что любимый созрел на предложение руки и сердца. Поэтому нарядилась в любимое шелковое платье, сапоги, будь они неладны, и новенькую дубленку цвета «кофе с молоком».

Выглядела она во всем этом отлично, но вот передвигаться оказалось совсем непросто.

На повороте дорожки девушка едва не рухнула навзничь. Но ее поймали под локоть и водворили обратно в вертикальное положение.

— Оу, какая красотка! — вокруг нее топтались трое парней вида самого подозрительного. — Пойдем с нами, оттянемся.

— Не зря ты нам попалась, тяпница ж сегодня.

— Пошли, пивка треснем, не пожалеешь!

— Отпустите! — Саша попыталась высвободить руку, но для решительных действий слишком боялась упасть.

Гопники ухмылялись, полагая, что жертва никуда не денется. Может, еще и удовольствие получит.

Саша затравленно оглядывалась, но вокруг, как назло, больше никого не было. И что делать, она решительно не понимала.

Но в паре шагов от нее вдруг замерцал золотистым светом прозрачный проем, и на ледяную дорожку парка шагнул симпатичный рыжий парень. Одет он был странно: в распахнутую на груди белую рубашку, отделанную кружевом, обтягивающие штаны из чего-то, похожего на замшу, и высокие сапоги из тисненой кожи. На боку парня болтался нож или кинжал в золоченых ножнах.

Пока Саша завороженно созерцала неведомого пришельца, он взглянул на нее с явным раздражением и произнес непонятное:

— Ну вот хотя бы и эта не хуже других. Девушка, пойдем со мной.

— Э, чувак, — возмущенно загалдели Сашины обидчики, — чего командуешь? Это наша девушка, мы с ней первые познакомились!

Препираться с гопниками чувак не стал. Он быстро толкнул Сашу себе за спину и повел перед гопниками ладонью. И вслед его жесту перед ошалевшими парнями выросла стена пламени. Выросла и пошла в их сторону.

Двигалась стена неспешно и величественно, а потому догнать хулиганов никак не могла бы — они кинулись врассыпную, как только ее увидели.

Пара минут — и на дорожке остались только Саша и гость из… зеркала? Или портала?

— Что стоишь? — неприязненно обратился он к ней. — Давай руку, я проведу тебя.

Саша и не подумала протягивать руку. Она уже опаздывала, к тому же спаситель ее выглядел тоже как-то… небезопасно. Кривился еще, будто только что сжевал лимон.

 — Не надо меня проводить, — фыркнула девушка. — Мне тут недалеко.

И повернулась, чтобы уйти. Но уйти ей не позволили. Пальцы пришельца (а как его еще назвать?) вцепились ей в локоть, как железные крюки. Саша даже ойкнула, так больно было.

— Стой, девица! — неожиданно властно велел рыжик. — Я выбрал тебя, значит, ты уйдешь со мной.

— Как это… выбрал? — вопрос прозвучал запоздало.

Пока Саша договаривала, парень ступил обратно в проем, и потянул ее за собой. Дорожка вывернулась из-под ног, в голове как будто взорвалась крошечная граната, и все исчезло.

Очнулась она совсем не там, где лишилась чувств. Стоило осторожно приоткрыть глаза (в голове все еще шумело, будто от сотрясения мозга), как выяснилось, что она лежит на огромном бархатном диване в круглой комнате с высокими потолками.

Дубленку и сапоги с нее снимать никто не подумал, поэтому становилось жарко. Да и вообще, чем больше Саша рассматривала обстановку, тем больше понимала, как мало ей соответствует.

Повсюду было какое-то… Средневековье. Шерстяные ковры, атласные подушки, тяжелая, резная мебель и везде, где только можно, — позолота. Дорого-богато, что и говорить.

У одного из высоких окон, забранных ажурной медной решеткой, стоял давешний парень. А на плече его сидел… Саша даже глаза потерла, но это не помогло. На его плече сидел дракончик, маленький и такой же рыжий, как хозяин.

Он что-то дружелюбно курлыкал, а похититель (ведь ее же похитили, правда?) отвечал ему так, будто разговаривал с человеком.

— Ну вот, Дзотто, я нашел какую-то девицу. Будет мне женой. И тогда уж они не смогут отказать мне в исполнении желания. Как думаешь, неплоха будет у меня супруга?

Дзотто покосился в сторону Саши и неодобрительно грюкнул. Так, минуточку, это про нее? «Будет мне женой»?! Какого это… он придумал? Пусть немедля возвращает ее туда, где взял.

— Эй, как тебя? Поговори-ка и со мной тоже! — потребовала Саша, садясь на своем антикварном ложе и спуская ноги на пол.

Парень нисколько не удивился. Он подошел поближе, отвесил ей изящный поклон и представился:

— Я Тано из дома Корнаро. Последний из этого дома.

Саша церемонии разводить не стала. Просто кивнула этому Тано и тоже назвалась:

— Александра Данилова. Ты должен немедленно вернуть меня домой.

Он только криво усмехнулся.

— Увы, прекрасная. Это невозможно. Тоннель времени уже закрыт.
Если вы любите истории о драконах - нажимайте на картинку, и попадете на страницу участников литмоба #драконьи_страсти. Каждый день к литмобу присоединяется новый участник. Вас ждет множество горячих романтических историй, целый драконий хоровод. Приятного вам чтения, дорогие читатели!

Саша считала себя реалисткой. И собиралась жить обычной жизнью, как у всех. Если бы Пашка вправду сделал ей предложение, она бы согласилась. Семья — дело хорошее, стабильное.

Поженились бы, взяли квартиру в ипотеку, а там и о детях можно было подумать. Саша детей любила, и хотела себе не меньше двух. Что за семья без детишек?

С работой тоже все складывалось удачно. Она доучивалась в аспирантуре и готовилась защититься будущим летом. Научный уже звал ее остаться работать на кафедре. Так что она могла продолжать заниматься своими драгоценными мультиферроиками. Может, и докторскую написала бы потом, попозже.

Если бы не этот проклятущий Тано, последний из дома Корнаро. Сирота, что ли? И ведет себя, между прочим, очень странно.

Раз уж ему так занадобилась жена, почему он не поискал ее среди знакомых? Зачем нужно было тащиться в ее мир (от мысли, что этот мир — другой, не ее, у Саши похолодело в затылке) и красть первую попавшуюся тетку?

Ей очень хотелось заплакать. Только в рыданиях не было никакого толку. А поскольку Саша гордилась своей выдержкой, то независимо сопнула носом и велела:

— Рассказывай… будущий муж. Зачем тебе все это понадобилось.

Тано осмотрел ее с уважением. Дракончик тоже проклекотал что-то одобрительное.

— Ты сильна духом, Сандра. Это хорошо, потому что тебя ждет непростая жизнь.

— Да ладно?! — картинно изумилась будущая госпожа Корнаро. — А я-то думала, ты попер меня из Питера, чтобы обеспечить мне райское наслаждение и сплошную безмятежность.

Тано продолжал молча рассматривать ее, и Саша продолжила наезд:

— Тебе не кажется, что ты, по крайней мере, должен обрисовать мне картину нашего будущего супружества? Или ты предпочитаешь, чтобы я барахталась тут у вас наугад? Давай, гони расклады. А то жениться не буду.

В этот момент дракончик победно засвистел и спикировал Саше на колени. Видимо, признал все-таки свою.

— Хороший, хороший ящериц! — девушка огладила бархатную шкурку, почесала дракошке подбородок, после чего тот свернулся калачиком и мирно засопел. — Слушай, Тано, почему ты не представил мне своего питомца?

— Это Дзотто, — отмер наконец жених. — И он не совсем питомец. Скорее, часть моей души, которая пока что может оставаться свободной.

Саша насторожилась.

— Так. А что с остальной душой? Почему она не свободна? У тебя есть… то есть, ты в кого-то уже влюблен? Но вам не суждено быть вместе?

Тут Тано засмеялся — правда, тихо и совсем не весело.

— Дело совсем не в любви. Ты пока не заметила, но я несвободен. Из этих покоев мне нет выхода без особого разрешения Алфео Дориа, государя Фиренцы. Только Дзотто может иногда вылетать на прогулку. А сам я давно не обращался и не летал. Скоро совсем забуду, как это — быть драконом.

Все это звучало совершенно непонятно, и потому особенно страшно. Набор слов, которые, если подумать, складывались в какую-то совершенно несуразную картину. Саша нахмурилась. Плакать хотелось все сильнее, но не могла же она распускать сопли перед этим… женихом!

— Знаешь что? Давай с самого начала. Прямо от печки. А то я что-то ничего не могу понять. Ты разве не человек?

— Конечно, нет, — передернул плечами Тано. — Я дракон.

— Только этого не хватало! Хочешь сказать, что превращаешься вот в такого… как твой Дзотто? Ты ненормальный? Поэтому тебя держат под замком?

— Да нет же! — жених потер лоб и решился: — Ладно, я расскажу тебе все по порядку. Словно ты из другого мира, и в нашем ничего не знаешь.

— Так оно и есть! — возмущенно вставила Саша.

— Ну да, — Тано механически кивнул. — Да, конечно.

Он сел на диван рядом с Сашей, погладил сладко спящего Дзотто, и принялся рассказывать.

У этого мира и без попаданки Саши была непростая история.

В королевстве Фиренца не было никакого наследственного королевского права. Все потому, что правили в нем драконы. Когда под правителем начинал шататься трон, отпрыск любого высокого рода мог вызвать слабеющего государя на поединок.

Велся он в обоих ипостасях (человеческой и драконьей), до того момента, пока один из сражающихся не признавал свой проигрыш. Исход поединка был непредсказуем. Дело могло пойти по-разному.

Бывало, старому королю удавалось победить, и тогда он продолжал править с честью. Но случалось, что прежний государь уступал новому, власть менялась, а вслед за ней менялось многое другое.

Именно это около двадцати лет назад произошло с семьей Корнаро. Алфео Дориа, любимец аристократической молодежи, вызвал на бой отца Тано, Сильвио Корнаро. Этот бой Дориа выиграл, Корнаро-старший погиб.

Убитая горем вдова, Лукреция Корнаро, не захотела жить без любимого мужа, и взошла вслед за ним на погребальный костер.

Самое интересное, что о единственном ребенке, последнем из рода, женщина даже не вспомнила. И Тано остался при дворе Дориа. Вначале на него не обращали внимания. Но когда принц подрос, его поместили под домашний арест.

Под арестом он и остался. Насколько было возможно, последний из Корнаро старался сохранять свою драконью силу. Однажды придворный маг подарил ему Дзотто — искусственно выведенного фамильяра. Между зверьком и принцем провели ритуал, и Дзотто стал хранителем драконьей ипостаси Тано.

Иногда дракончику удавалось выбраться полетать над морем. Только поэтому драконья сила Тано еще не покинула его. Самого принца ни разу не выпустили за пределы дворца.

— Кошмар, — искренне посочувствовала парню Саша. — Но ты так и не рассказал, зачем тебе понадобилась я?

— Прошло много лет, — хищно улыбнулся Тано. — Алфео стареет. Я хочу вызвать его на поединок. Вернуть себе трон своего отца. И честь — роду Корнаро.

Саша смотрела вопросительно. Ну и вызывал бы, раз у них тут такие порядки. При чем тут она?

— Совет отказал мне! — будущий супруг стукнул себя по колену. — Заявили, что я недостаточно зрел для поединка. Что у меня даже нет семьи. И что я должен сперва обзавестись супругой, а уж потом претендовать на трон Фиренцы.

— Ааа, — вроде бы Саша начала что-то понимать. — Местные дев… драконицы не хотят за тебя замуж, потому что у тебя… хм… неустойчивое положение?

— Нет, — Тано поморщился от несообразительности невесты, — Драконы вообще не вступают в браки между собой. По давней традиции они берут в жены человеческих женщин из других миров. От таких союзов рождается крепкое, здоровое драконье потомство.

— Погоди, — как все сложно в этом мире! — А драконицы, что же, остаются без мужей? Почему?

— Потому, что они носят в себе недуг, который в браках с драконами передается их детям. Смертельный недуг, Сандра. Дети в таких браках никогда не выживали, и в конце концов их запретили. Но если драконица выходит замуж за человека — их ребенку ничего не угрожает.

— Странно, — удивилась Саша, — Ну, пассивный ген болезни — это понятно. Но почему он не действует на человека?

— Не знаю, — Тано мотнул головой. — Я вообще не знаю, что такое «ген». Однако, это так. Теперь ты понимаешь, почему я вынужден был отправиться в ваш мир, и привести тебя сюда?

Нет. Если честно, Саша все равно не понимала, отчего это драконье счастье досталось именно ей. Что ему стоило отправиться в любой другой мир? Или даже пусть в Питер, но что б ему было не выбрать там себе другую девчонку?!

— Ты… безответственный эгоист! — воскликнула девушка так громко, что Дзотто вздрогнул во сне. — Что нужно тебе — я поняла. Но почему ты не подумал о том, на что обрекаешь меня? На что обрек бы любую девушку, которую привел с собой?

Тано на это холодно усмехнулся.

— Я все же принц, красавица. Последний из знатного рода. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Может, тебе даже разрешат свободно передвигаться по Фиренце… с охраной, конечно, но все равно… Чем это ты так уж обеспокоена?

— Ты находишься в заточении. И я, раз буду твоей женой, останусь там же, — в ужасе выговорила Саша. — А если они вздумают пришить тебе какое-то обвинение? Не знаю… государственную измену, например? Выходит, я буду считаться твоей подельницей, так, что ли?

— Что значит «пришить» и кто такая «подельница»? — удивился принц.

— Пришить — это значит обвинить тебя в чем-то, чего ты не сможешь опровергнуть. А подельница — это я. Я буду твоей женой. Если обвинят тебя, то меня наверняка обвинят вместе с тобой. Понял?

— Да, понял, — Тано раздраженно передернул плечами. — Ты можешь не беспокоиться. Тебя никто не тронет. Мне дали слово.

— Это их слово, — терпеливо, как убогому, разъяснила невеста. — Захотели — дали, передумали — взяли обратно. Я не буду беспокоиться только тогда, когда мы с тобой окажемся в полной безопасности.

— Я не знаю такого места, — губы жениха искривила горькая улыбка.

— Поищем. Подумаем. Может, и найдем, — обнадежила его Сандра.

Кого ей больше хотелось успокоить — она и сама не понимала. Не то будущего мужа, не то саму себя.

Тано смотрел на нее в изумлении. Откуда эта девица могла знать безопасные места Фиренцы? Кроме того, он сказал ей правду — для последнего из дома Корнаро в ней вообще не было таких мест.

— Ладно, — Саша погладила спинку Дзотто. — Как бы там ни было, теперь в твоей истории появился неучтенный фактор.

— Какой еще фактор? — настороженно полюбопытствовал принц.

— Ты знаешь про эффект бабочки? — нахмурилась девушка.

— Какой эффект может быть от бабочки? — Тано постоянно слышал от Сандры что-то новое, необычное даже на первый взгляд.

Удивительно, как столько интересного помещалось в ее очаровательной и на вид довольно легкомысленной головке.

— Не знаешь, — печально резюмировала девица. — В нашем мире есть такая… эмнэ… легенда. Однажды человек отправился в прошлое. Просто посмотреть, как оно там устроено. И единственным условием для него было не сходить с тропы, проложенной для таких путешественников. Но он оступился. Всего один раз. И раздавил маленькую, яркую бабочку.

— И что же? — принцу почему-то стало не по себе.

— С ним, вроде бы, ничего не случилось. Но когда он вернулся домой — вокруг был совершенно другой мир. Раздавленная бабочка потянула за собой нить изменений, и понемногу все стало другим. Вот и я тоже, как та бабочка.

— Ты боишься, что тебя раздавят? — понял ее по-своему принц.

Саша независимо фыркнула, хотя ей все еще очень хотелось заплакать.

— Нет, — помотала она головой. — Надеюсь, что нет. Но с моим появлением в этой вашей Фиренце многое может измениться. И твоя жизнь, кстати, тоже.

Тано задумчиво кивнул. Все, что сказала его странная, непохожая ни на одну знакомую ему женщину невеста, следовало хорошенько обдумать.

В Сашиной голове в этот момент мелькнула мысль, что раз все прояснилось, хотя бы частично, то можно и отдохнуть. Она чувствовала себя очень уставшей от всех этих взаимных объяснений.

Но ни подумать, ни отдохнуть они не успели.

Дверь принцевых покоев внезапно распахнулась, через порог ступил слуга, одетый в темное, со смешным, оранжевым беретом на голове, и провозгласил:

— Первый советник короля, благородный сьор Витторио Ринальди с визитом к высокорожденному принцу Корнаро!

«Почему бы благородному сьору не заглянуть к благородному принцу, вот так, запросто», — ехидно подумала Саша.

Тано между тем встал, приветствуя посетителя, и вид при этом имел очень напряженный. Будто этот советник принес ему какую-то судьбоносную весть.

Внешне сьор Ринальди вполне тянул на вестника судьбы. Высокий костистый дядька с суровым выражением длинного, морщинистого лица и удивительно светлыми серыми глазами.

— Принц Оттавиано, — церемонно поклонился он. — Мне доложили, что вы благополучно вернулись из путешествия за невестой. Могу ли я просить представить меня ей?

Стало быть, полное имя ее жениха — Оттавиано? Саша навострила уши. Вдруг она услышит еще что-нибудь полезное? Надо понимать так, что друзей у нее тут нет. Так что информацию придется извлекать по случаю буквально отовсюду.

Советник Ринальди казался ей подозрительным. В первую очередь потому, что был совершенно бесстрастен и непроницаем.

Свои тайны он точно хранил где-то очень глубоко внутри собственной натуры.

— Моя невеста, сьорина Сандра Данилова, — представил ее между тем Тано. — Сандра, это сьор Ринальди. Король высоко ценит его мудрые советы.

Саша вспомнила о приличиях, поднялась и изобразила что-то вроде реверанса. В ответ ей достался поклон — вежливый и низкий, как будто она и впрямь была важной персоной.

Хотя… она же невеста принца? Пусть и сидящего покуда под замком. Так что все правильно, надо привыкать. И требовать к себе уважения там, где его вздумают недодать.

— Рада познакомиться, сьор Ринальди, — пропела девушка как могла дружелюбно.

Но больше ничего не сказала. Пусть сами беседуют, а она побудет молчаливой свидетельницей разговора. Однако оказалось, что беседа касается ее напрямую.

— Его величество дал свое позволение на вашу свадьбу, принц Оттавиано. Я пришлю за вашей невестой дам, они проводят ее на женскую половину дворца.

Тано нахмурился.

— На какое время назначена свадьба?

— Согласно традиции, вы со сьориной Сандрой вступите в брак в храме Единого через три дня. До этого времени для невесты подготовят достойный свадебный наряд. Кроме того, поскольку сьорина Сандра прибыла к нам из другого мира, ей потребуется наставление в вере. Настоятель придворного храма Единого, отец Маурицио, готов преподать ей основы вероучения, принятого в Фиренце.

Саша только глазами хлопала, слушая, что ей предстоит. Какие-то совершенно чужие дамы уведут ее от принца, который уже казался ей немного своим! Да еще какой-то священник явится преподавать ей основы веры. Только этого не хватало!

Она чуть было не брякнула, что никогда не верила в бога, и не планирует начинать. В последний момент ей удалось промолчать. Во-первых, это было бы очень опасное признание. А во-вторых, священник, кроме основ здешнего вероучения, вполне мог рассказать что-нибудь полезное. Значит, стоит держать язык за зубами и не портить отношения с теми, кто может принести реальную пользу.

Пока Саша размышляла о насущном и поглаживала безмятежно спящего Дзотто, разговор мужчин свернул на новую тему.

— Как вы думаете, сьор Витторио, после свадьбы я наконец смогу сделать то, что задумал?

Советник смотрел на Сашиного жениха так, словно тот был уже приговорен к смерти.

— Сперва пусть ваша свадьба совершится, принц. А уж тогда мы поговорим и обо всем остальном. Сейчас я должен удалиться, меня ждет с докладом государь. Позвольте откланяться, принц, сьорина Сандра.

Когда за советником захлопнулись двери, Саша дернула Тано за рукав.

— На такое я не подписывалась! Не хочу никакой женской половины! И отца Маурицио не хочу с его наставлениями. Что это за китайские церемонии вообще? Они что, не могут просто взять и объявить нас мужем и женой? В храме, если уж им так хочется.

При виде ее возмущения принц развеселился. Правда, это было мрачное веселье человека, который не может распоряжаться своей жизнью.

— Что такое, бабочка моя? Ты утратила свою стойкость? Не бойся, здесь никто не причинит тебе вреда. Драконы издавна следуют законам чести, и государь, который посмеет их преступить, будет немедленно низложен. Тебе и в самом деле место в женских покоях. Сьора Конкордия Нери, статс-дама ее величества Альды Дориа, позаботится о тебе. Если ты понравишься ей — она не позволит даже волосу упасть с твоей головы.

Не то, чтобы Саша верила ему. Уж сколько она книг прочла о бесконечных интригах разнообразных королевских дворов! Во всяком случае, достаточно для того, чтобы понимать: сейчас жизнь невесты принца-пленника не стоит и ломаной здешней монеты.

«Соберись, Данилова!» — скомандовала она себе мысленно. Надо было искать союзников и собирать информацию. Если найдется то и другое, — значит, у них с Тано есть шанс уцелеть.

— Ты можешь пока собраться, — эхом ее мыслям проговорил принц.

Саша хмыкнула.

— Я пока не обзавелась имуществом. Так что, как говорят на моей родине, голому собраться — только подпоясаться.

— Верно сказано, — усмехнулся Тано. — Я пока не успел ничем тебя обеспечить. Однако надеюсь, что такое положение дел продлится недолго. Скоро мне должны привезти налоги с моих земель. Тогда ты сможешь ни в чем себе не отказывать.

Елинственное, чего по-настоящему хотелось Саше, — это вернуться домой. Но тосковать по дому ей не позволили.

Двери снова растворились, и в них вбежал маленький человечек в пестром наряде и огненно-рыжем берете. Он оглушительно звонил в колокольчик, подпрыгивал, и вообще вел себя так, словно находился в самой гуще какого-нибудь праздника.

— Свадебный колокольчик, свадебный колокольчик! — голосил он что было мочи. — Где прекраснейшая пришелица, будущая принцесса Корнаро? Свет слепит мне глаза, я ничего не вижу!

— Прекрати орать, Джузи, — весомо перебил шута (это же был шут?) низкий женский голос. — Ты совсем оглушил наших голубков.

На пороге воздвиглась пышно разодетая дама, габаритами напоминающая крейсер. Саша тут же решила, что это и есть статс-дама Конкордия Нери, — кто ж еще будет выглядеть так величественно и в то же время по-деловому? Сьора Конкордия проплыла на середину комнаты, оглядела Сашу, мельком улыбнулась открывшему глазки Дзотто и провозгласила:

— Я сьора Нери, девочка. Ты станешь женой нашему принцу, не так ли? Бери свои вещи и пойдем со мной — у королевы Альды для тебя найдутся чудесные, просторные покои.

— И отличные подружки, ядовитые, словно сотня змей…шшшш, — тут же добавил шут, не забыв в который раз звякнуть колокольчиком.

Статс-дама возмущенно фыркнула.

— Ну конечно, Джузи прав, дамская компания всегда требует осмотрительности. Однако, думаю, ты прекрасно с ними уживешься. Ты не похожа на безответную овечку.

— Сьора Нери, а не могла бы я до церемонии остаться здесь? — решилась попросить Саша.

— Сьора Конкордия, может, моей невесте безопаснее будет остаться со мной? — почти одновременно с ней предложил Тано.

Саша заметила сожаление, сверкнувшее в этот момент в его глазах — что это, получается, ему жаль с ней расставаться? Даже ненадолго?

Сьора Нери на их просьбы только головой покачала.

— Уж будто ты не знаешь, мальчик, что от королевской милости не отказываются. Это большая честь — готовиться к свадьбе в королевских покоях. Трех дней не пройдет, как тебе вернут твою красотку, так что хватит городить чушь. Ну, прощайтесь, дети, и помните, что это ненадолго.

— … и молитесь, чтобы не навсегда! — вдруг трагически взвыл Джузи.

Потом расхохотался, позвенел колокольчиком и скрылся за дверью.

Саша смотрела вслед шуту, и думала, насколько он может оказаться прав. На Тано она старалась не оглядываться. Что за жизнь, только успела немного привыкнуть к будущему мужу, и вот уже приходится с ним расставаться?!

— Пойдем, пойдем, не грусти, — сьора Конкордия решительно потянула девушку за руку. — Прогуляешься немного, развлечешься, а там и отец Маурицио пожалует, побеседует с тобой. В вашем мире, я слышала, не знают и не чтят Единого? Как же они обходятся?

— Как-то обходятся, — равнодушно пожала плечами Саша.

Чувствовала она себя препаршиво. И как-то очень… неуверенно. В ее родном мире у нее было законное, устойчивое место, и она всегда знала, как ей быть и что делать. Может, всего пару раз в чем-то сомневалась, да и то не всерьез.

А в этой Фиренце ей постоянно казалось, что она идет по тонкому льду. Того гляди провалится в какую-то невообразимую беду, от которой не будет спасения.

— Бабочка моя, — проговорил ей в спину Тано прежде, чем закрылась дверь, — я буду считать дни до нашей новой встречи.

От этой его неожиданной теплоты у Саши на глаза навернулись слезы. Заметив, что подопечная совсем расстроилась, статс-дама остановилась и развернула девушку к себе.

— Ну-ка посмотри на меня, девушка, — велела она и вытерла Сашины слезы невесть откуда извлеченным огромным белым платком. — Понимаю, что сейчас тебе невесело. Но не позволяй никому этого заметить. Меня не бойся, ты мне нравишься, и я тебе помогу. А вот остальные… могут сожрать, если слабость почуют, так и знай.

— А ваш шут… он всегда такой ехидный? — Саше понравился человечек в несуразном берете.

— Ну да, — отмахнулась сьора Нери. — Дело его такое: под видом шуточек правду говорить. Не то верхушка Фиренцы вовсе зажрется, совесть потеряет. Джузи тоже можешь не опасаться. Он всегда все в лицо скажет, в спину не ударит, если что.

Саша кивнула и постаралась думать о хорошем. Сейчас она увидит дворец правителей Фиренцы. Познакомится с королевой. Может, даже удастся прогуляться…

Статс-дама как раз вела девушку по крытой галерее, и Саше удалось рассмотреть, какая красота царит кругом.

Дворец стоял на самом берегу моря, и с галереи было отлично видно, как бьются о набережную волны, как носятся над волнами крупные чайки, и как ярко цветут розы в дворцовом саду.

От здешних запахов у Саши аж голова закружилась: морская соль мешалась с ароматом цветов и со свежим дуновением ветра.

Подумав, она твердо решила, что попросит у королевы позволения гулять в саду. А может быть, даже выйти к морю. Если, конечно, этого не запрещает дворцовый этикет.

По пути им встретилась стайка веселых, разодетых в легкие и прекрасные туалеты девиц. Саша уже собралась дружески улыбнуться им, как вдруг одна, светловолосая и голубоглазая (прямо Барби, мечта поэта!), усмехнувшись, проговорила:

— Смотрите, сьорины, принц Тано нашел-таки себе смертницу. Надеется, наверное, бедняжка, что она успеет поработать производительницей и родить ему здорового наследника.

Остальные с готовностью расхохотались.

«Подружки, ядовитые, словно сотня змей», — вспомнила Саша слова шута.

И кто-то очень надменный холодно произнес ее голосом:

— Смотрите, сьора Нери, какие невоспитанные девки. Вероятно, каждая из них мечтала прилечь в постель к моему Тано. Только ему не нужны женщины с ядом в крови. Он любит обычных, безопасных. Вот извращенец, правда, сьора?

Статс-дама от неожиданности замедлила шаг. Потом осмотрела онемевших девиц и расхохоталась от души.

— Да тебе палец в рот не клади, девочка! Так их, нахалок. Ты сказала чистую правду. Теперь они поостерегутся тебя задирать. Пойдем, я представлю тебя королеве. Она тоже из ваших. Очень может быть, что вы с ней поладите между собой.
Дорогие читатели. хочу представить вам участницу нашего драконьего междусобойчика. Встречайте: ,

Когда окружающий мир начал рушиться, надо было быстро принимать решение. И я его приняла, отказавшись быть куклой в руках мачехи. Я верила, что могу всё исправить сама. Но для этого мне пришлось ступить на скользкий путь. Однако одна случайная встреча изменила всю мою жизнь. И как я не пыталась уберечь своё сердце, дроку удалось его похитить.

Что значит «из ваших», Саша поняла тотчас же, едва взглянула на королеву Альду. Все обитатели Фиренцы, которых она успела увидеть, чем-то неуловимо походили один на другого.

Сплошная эпоха Возрождения, Ренессанс, как он есть. Много пышной красоты, скрывающей жестокость, интриги, тайны и прочее. Зная историю своего мира, Саша пугалась этого второго дна до холодеющих пальцев и ледяного ручейка вдоль позвоночника.

Альда Дориа была другой. Саша не смогла бы сформулировать эту инаковость в словах, если бы ее спросили. Королева выглядела… клинком из булатного железа, завернутым в шелк. Не агрессивным, но в то же время откровенно опасным существом. Она ничего не скрывала.

Но улыбалась вполне доброжелательно.

— Подойди ко мне, дитя, — велела она, когда сьора Нери втолкнула Сашу в парадный зал. — Говорят, ты прибыла из другого мира?

— Да, это правда, государыня, — девушка даже сумела изобразить подобие реверанса. — Тано… принц Корнаро привел меня из мира Земли.

— Не знаю такого места, — слегка пожала плечами королева. — И что же, ты пошла с Оттавиано по своей воле?

— Нет, ваше величество, — честно ответила Саша, потому что не видела смысла врать. — Я просто не поняла, что происходит. А как это случилось с вами? Вас ведь тоже… привели сюда, в Фиренцу?

За Сашиной спиной тихо охнула статс-дама. Наверное, это было вопиющим нарушением приличий. Однако Альда Дориа приняла его с пониманием. Возможно, ей самой хотелось поговорить о путешествиях из одного мира в другой, да все не с кем было.

— Мы с тобой сестры по несчастью, дитя… — задумчиво произнесла королева. — Алфео тоже забрал меня из моего мира. Но при этом он спас меня от неминуемой и очень жестокой участи. Мой мир захватывали неупокоенные мертвецы. И всякий живой, попавшийся им на пути, становился их пищей либо вступал в их ряды.

Подумать только! У себя дома Саша, бывало, смотрела ужастики про живых мертвецов. Но даже подумать не могла, что такое бывает на самом деле.

— Какой ужас! — ахнула она, прикрывая рот рукой, чтобы не наболтать чего-нибудь уж вовсе несуразного. — Как же вам удалось спастись?!

Скупая улыбка Альды была совсем короткой.

— Несколько поколений моей семьи воевали с неупокоями. Меня готовили в солдаты с десяти лет. В двенадцать я уже умела отрубать голову нечисти одним ударом. Это было единственным способом уничтожить их. Но однажды их сила перевесила нашу во много раз. Вся моя семья погибла, один за другим. Я осталась одна, и тоже готовилась подороже продать свою жизнь. Тут за мной и пришел Алфео. Как ему удалось вытащить меня тогда — я и сама не знаю. Так что я благодарна ему. Я живу непростой жизнью. Но я живу.

Тут Саша вспомнила тех придурков, которые пристали к ней в парке. Кто знает, может, она тоже должна была умереть? Тогда ей следует благодарить Тано, что он спас ей жизнь. Хоть, возможно, и довольно дорогой ценой.

— Простите, ваше величество, за эти печальные воспоминания, — попросила девушка, еще раз приседая в глубоком реверансе. — Я не должна была говорить с вами о том, как вы...

Альда посмотрела на нее внимательнее, чем до этого.

— У тебя понимающая душа, дитя мое. Ты не должна ни о чем тревожиться. У тебя будет хороший муж. А пока я приглашаю тебя погостить на моей половине дворца. Тебе покажут твою комнату. Оглядись, отдохни немного и возвращайся — мы отправимся на прогулку.

Саша едва успела отвесить третий реверанс, как сьора Конкордия буквально выволокла ее из залы.

— Я не пойму, ты бессмертная что ли, девочка? — трагическим шепотом спросила она, стоило им оказаться в коридоре. — Как ты посмела так прямо говорить с королевой?!

— Да я понятия не имею, как надо разговаривать с королевами! — взорвалась и Саша. — В жизни не видела ни одной!

— Ах, вот оно что… — успокоилась статс-дама так же быстро, как и рассердилась. — Ладно, Альда вроде бы отнеслась к тебе благосклонно. Но не дай тебе Единый вызвать ее гнев.

— Сразу убьет? — вздохнула Саша.

Видит этот их Единый, она снова чувствовала, как ступает по тонкому, ненадежному льду. И даже примерно не представляла, каким должен быть ее следующий шаг.

— Убьет, — согласилась меж тем сьора Нери. — Ей случалось вызывать на поединок министров. Наша королева — боец получше иного дракона, так и знай. У нее нет ни единого врага при дворе. Я имею в виду, ни единого живого врага.

Саша только уважительно кивала. Да уж, эта монаршая особа не очень-то походила на нежных красоток Ренессанса. Но вот львицу Романьи Катерину Сфорца она напоминала преизрядно. Так что все равно отлично вписывалась в тот мир, в котором оказалась.

Комната, которую ей отвели, Саше понравилась. Большая, светлая, с балконом, уставленным вазонами с розовыми кустами и выходящим на море, — в ней можно было протянуть три дня до свадьбы. Впечатленная историей королевы, Саша решила не капризничать без толку. Жива — вот и ладушки.

А немного погодя она станет законной супругой принца. Это уже совсем другие права и полномочия. Непохоже, чтобы женщин в Фиренце затирали на вторые роли. Не при такой королеве, это уж точно.

Саша так задумалась, стоя на балконе, что не слышала стука входной двери.

— Что, сьорина Сандра, я вижу, вы понемногу осваиваетесь? — перед ней стоял сьор Ринальди и рассматривал ее с интересом. — Говорят, королева Альда была благосклонна к вам?

— Я очень признательна ее величеству за теплый прием, — нейтрально отозвалась Саша, гадая, сможет ли вот так запросто входить к ней в комнату любой, кто пожелает.

Советник слегка искривил рот, что, видимо, надо было считать улыбкой.

— Прямо сейчас вы сможете убедиться в том, что царствующая чета Фиренцы согласна в своих чувствах. Вас ждет к себе король Алфео Дориа. Следуйте за мной, сьорина.
Сегодня я хочу познакомить вас с еще одной участницей драконьего литмоба. Это и ее книга

Я попала в книгу, и меня выдали замуж за дракона. Он злодей, и уничтожит этот мир, но меня убьёт ещё раньше, как и всех предыдущих жён!
Подождите... этот маленький, больной дракончик и есть ужасный тиран-убийца?! Какой милый! Хочу взять на ручки.
Дракон: что она себе позволяет?! Убью! Когда-нибудь...

Король принял Сашу не в тронном зале, а «по-домашнему», в личном кабинете. Он даже не потрудился надеть корону, и темным с проседью кудрям ничего не мешало торчать во все стороны. Алфео Дориа улыбался, но разглядывал Сашу очень пристально.

Делать было нечего, пришлось демонстрировать почтение — Саша в который раз за сегодня присела в низком, вежливом реверансе.

— Позвольте, государь, представить вам невесту принца Оттавиано Корнаро, Сандру. Она пришла в Фиренцу из мира Земли, — советник тоже поклонился.

— Очаровательная Сандра будет лучшей женой нашему мальчику, и покажет придворным змеючкам, где раки зимуют! — из-под стола вылез Джузи и победно затряс своим колокольчиком.

От крика и резкого звука король слегка поморщился. Но затем заулыбался снова. Саша подумала, что в юности он, наверное, пользовался большим успехом у женщин, раз до сих пор уверен в своем чарующем воздействии на прекрасный пол.

— Что ж, расскажи нам, Сандра, счастлива ли ты оказаться в прекрасной Фиренце, — голос короля звучал любезно, но рассматривал девушку он по-прежнему очень внимательно.

Интересовался реакцией? Ждал, где она «проколется»? Саша начала сердиться — опасный признак. Хорошенько разозлившись, она начинала реагировать на любые вопросы со всей пролетарской прямотой.

Бабка ее за это очень ругала. Но отучить внучку от пагубной привычки так и не смогла.

— Я признательна Оттавиано за его приглашение и устройство моей судьбы, — пропела Саша приторно-сладким голоском. — Но, если бы предварительно в газетах моего мира сообщили, что к нам едет за невестой гость такого уровня… я бы вымыла шею и попарила шнурки. Заранее.

Конец ее маленькой речи получился совсем не таким благонамеренным, как начало. Зато все было честно. В повисшей тишине советник многозначительно кашлянул, Саша задрала подбородок повыше, король смотрел на девушку еще с минуту, а потом засмеялся.

— Ты не поверишь, сьорина, но примерно так же ответила мне Альда, когда я спросил, довольна ли она переселением в мой мир. Она брыкалась и возражала решительно на все мои предложения, — король мечтательно вздохнул. — Сам не знаю, как я терплю ее столько лет.

— Спроси лучше, как она терпит тебя, добрый господин! — опять встрял в беседу Джузи. — Святая женщина! Святая!

Король даже не подумал разгневаться на это рискованное замечание — должно быть, пребывал в добром расположении духа.

— Возможно, так и есть, дурень, — он потянул Джузи за уголок берета, отчего головной убор съехал шуту почти на самый нос. — Надо будет спросить отца Маурицио, что он думает по этому поводу. Кстати, о религии. В вашем мире, конечно, никто и слыхом не слыхивал о Едином, — так, девушка?

Саша кивнула. Объяснять Алфео основы христианства ей совершенно не хотелось. Тем более, здешний Единый может совершенно не походить на Христа.

— Тогда, — распорядился тем временем король, — отец Маурицио должен наставить тебя в нашей вере. Иначе Единый не примет ваших обетов.

— Ученье — свет, а невежество — тьма, — внес свои пять копеек в беседу Джузи, позвякивая колокольчиком. — Она и так умница, а уж когда свет истинной веры воссияет в ее душе... никто не сможет противостоять совершенству новой принцессы Корнаро!

Насчет совершенства Саша помнила песенку из старого детского фильма. И не собиралась примерять на себя эту сомнительную роль. Предпочитала любить свои несовершенства.

Королю идея насчет Сашиного совершенства тоже не понравилась: он покосился на шута с видом крайнего неудовольствия. Саша решила, что надо срочно исправлять положение. И лучше всего упирать при этом на благочестие.

— Я с удовольствием побеседую со служителем Единого, ваше величество, — смиренно проговорила она. — Нет ничего хуже невежества. Разве только нежелание познавать новое.

К счастью, мнение попаданки вполне удовлетворило Алфео. Видимо, он решил, что принцу Корнаро попалась страстная любительница самообразования, которая вряд ли будет интересоваться политикой.

— Похвальное тяготение к знаниям, — благодушно отметил он. — Мы будем довольны вами, девушка, если вы займете науками и своего будущего мужа. Вместо… кхм… стремления к насилию.

Ага. Вот теперь Саша догадалась, что нужно королю. Он рассчитывал, что, увлеченный новобрачной, Тано откажется от своей затеи с поединком. Интересно, он всерьез опасается наследника прежнего правителя или просто не желает публичного скандала?

— Невеста устала! Отпусти невесту, Алфео! — потребовал Джузи, мельком глянув в сторону Саши.

Как ни странно, король и тут послушался шута. Аудиенция на этом завершилась, и вызванный слуга отвел Сашу в ее комнату.

На пышной, широкой постели ее дожидался сюрприз: букет белых роз, обвязанный голубой лентой. Цветы благоухали просто одуряюще. Саша вдыхала нежный аромат и мечтательно улыбалась. Она решила, что цветы прислал Тано — оказывать ей такие знаки внимания здесь было больше некому.

Девушка взяла букет в руки и поискала глазами вазу… но ничего не нашла. Один из шипов больно уколол ей палец. Саша ахнула и собралась выглянуть в коридор — ходят же там какие-то слуги. А ей как раз нужна ваза с водой и какой-нибудь лоскут, чтобы вытереть с пальца кровь.

Но тут комната закружилась перед ее глазами, запах роз из нежного стал тошнотворно-приторным, Саша поняла, что не может вздохнуть… а потом и вовсе погрузилась в темноту.

В завтрашнем блоге я познакомлю вас с некоторыми персонажами этой истории. Не переключайтесь)))
А сегодня хочу представить вам еще одну "драконью" историю нашего литмоба. 
.

Потеряв всю семью в борьбе за власть, я сбежала в отчужденные земли. По слухам, там обитает могущественный дракон, победить которого не смог ни один рыцарь. Ослепленная местью я готова на все. Но вместо нее я нашла нечто неожиданное — любовь. Будет ли у меня шанс отомстить за гибель близких? Смогу ли я обрести свое счастье в объятьях дракона, или же наши чувства станут для нас обоих роковыми?

Она пришла в себя на удивление быстро — лежа на полу, рассматривала расписанный цветами потолок и думала о том, кому вздумалось ее отравить.

Подозревать Тано не получалось: если бы она показалась ему неподходящей кандидатурой, он просто не потащил бы ее в Фиренцу, и все.

Король тоже вроде бы был ни при чем. Он только что попытался склонить невесту последнего Корнаро к правильному поведению, и вряд ли стал бы убивать ее, не дождавшись результатов своей интриги.

Советник Ринальди наверняка вел какую-то собственную игру. Но о нем Саша вообще почти ничего не знала.

В общем, список врагов составлять было рановато. Да и сознание все еще путалось, мысли ускользали, как будто были живыми и хотели избежать обдумывания.

Саша потихоньку рассуждала, глядя в потолок, и даже не сразу услышала резкий голос сьоры Нери:

— О Единый, Сандра! Что с тобой случилось?

— Я взяла букет, — обстоятельно доложила Саша, — и уколола палец. Хотела выйти, поискать вазу, но вот… кажется, потеряла сознание.

— Охрана! — рявкнула сьора Конкордия в коридор, одновременно сноровисто перетаскивая Сашу с пола на постель.

Ее голос с легкостью перекрыл шум моря, крики чаек за окном и гомон слуг, тут же столпившихся возле места происшествия. Когда нарастающий топот солдатских сапог стих перед моей дверью, она тоном командующего велела:

— Выставить здесь караул из двоих солдат, не оставлять пост до моего распоряжения! Сменяться дважды в сутки. При попытке кого-то под любым предлогом попасть в комнату сьорины Сандры один задерживает этого желающего, другой отправляется за мной. В любое время суток. Ясно?

— Так точно, сьора Нери! — гаркнул, видимо, старший в карауле.

— И зовите Ливио, — устало выдохнула статс-дама. — Без лекаря здесь не обойтись.

Она упала в кресло, оглядела Сашу и спросила:

— Как ты? Что чувствуешь? Где-то болит?

Девушка честно прислушалась к себе. Нет, ничего такого, — никакой боли, и даже головокружение почти пропало. Разве что палец саднило по-прежнему. Она поднесла пострадавшую руку к лицу — на пальце в месте укола виднелась небольшая язвочка. Но и она, как будто, успела уже немного затянуться.

— Дай-ка взглянуть, — статс-дама пересела на постель, осмотрела палец, ранку на нем, и вдруг очень побледнела.

— Да где же этот Ливио?! — громко возмутилась она. — Вечно его не дозваться!

— Я здесь, почтенная сьора, — в дверях появился удивительно тощий молодой человек в черном, сердитый и взъерошенный, словно вспугнутая птица. — Что стряслось в вашем ядовитом цветнике? Опять у кого-то слишком болит голова, чтобы выполнять фрейлинские обязанности?

— Ты такой злоязычный, Ливио! — при появлении лекаря статс-дама несколько успокоилась. — Хватит отбивать хлеб у Джузи. А у нас на сей раз серьезный случай. Похоже, эту девушку пытались отравить кантареллой. Пытались… но не смогли.

Ливио взглянул на Сашу и явно удивился. Даже раздражение его несколько улеглось.

— Если бы ее травили кантареллой, то отравили бы до смерти, можете не сомневаться, почтенная сьора. А она, насколько я вижу, жива, и даже не так чтобы сильно нездорова. Но сейчас мы проверим… сьорина, дайте руку.

Он взял протянутую Сашей руку, бегло осмотрел место укола, нахмурился и очень внимательно прислушался к чему-то. Потом молчал, обдумывая что-то. И наконец признал:

— Да, в ее организме была кантарелла. Солидная доза, способная отправить на Смертные пустоши молодого, крупного мужчину. Но яд почти сразу исчез под воздействием магии жизни. Скажите, сьорина, давно ли в вас открылся магический дар?

От всех этих новостей Саша вытаращила глаза и совершенно утратила способность рассуждать здраво. Ее хотели отравить, и не чем-нибудь, а страшной кантареллой, о которой она читала еще в том, прежнем мире. Что же получается — мир другой, а яд тот же самый?

Мало этого, она еще как-то справилась с отравлением сама, вывела яд с помощью… магии жизни? У нее есть магический дар? Да ну, этого не может быть.

— Вы… ничего не путаете, сьор? — тихо спросила девушка. — Ну… насчет магии?

— Не сомневайтесь, сьорина, — лекарь улыбнулся ей неожиданно теплой, дружеской улыбкой. — Я сам маг жизни, и уж родственный дар в человеке вижу сразу. Странно только, что сами вы ничего о нем не знаете.

— Да откуда бы мне о нем узнать? — Саша не могла поверить в то, что внезапно сделалась магом.

Не бывает такого. Потому что не бывает никогда.

— Вас разве не учили? — от удивления Ливио отпустил ее руку и смотрел теперь недоверчиво.

Саше стало смешно. Учили, как же. Дома, в Питере.

— Я выросла в мире, лишенном магии, — весело фыркая, пояснила она. — У нас нет магов. Нисколько. Никаких.

Тут в разговор решительно вмешалась сьора Конкордия.

— В мир, где совсем не бывает никаких магов, Сандра, — наставительно заметила она, — невозможно проложить туннель времени. Кроме того, в таком мире ты не могла бы появиться на свет такой, какая ты есть. Поверь, девочка, тут нет никакой ошибки. Если Ливио видит в тебе дар магии жизни, — она есть. И тебе придется совладать с ним, если не хочешь, чтобы он однажды тебя уничтожил.
Дорогие читатели, предлагаю вашему вниманию еще одну историю нашего драконьего литмоба:
,

Кто-то попадает в другой мир случайно, а я желала этого всей душой. И у меня получилось! Теперь я – мать дракона. Снова молода и красива. И, кажется, влюблена. Но у избранниц драконов в этом мире незавидная судьба. И как мне ее избежать?
*  *  *
А еще сегодня больше двух десятков авторов решили поиграть с читателями. Если желаете получить подписку на историю Саши и Тано бесплатно - милости прошу .

— Если дар проснулся в вас недавно, вам придется обучиться владеть им, сьорина, — серьезно подтвердил лекарь. — Иначе когда-нибудь он выплеснется бесконтрольно, и я не знаю, кому от этого придется хуже: вам или тем, кто окажется рядом с вами.

Саша нахмурилась. Последствия отравления исчезли полностью, как будто ничего такого с ней и не происходило. Но никакого волшебства она в себе не чувствовала тоже.

Поэтому ей казалось, что это какая-то затянувшаяся шутка. Сейчас строгий Ливио засмеется и скажет, что они просто решили пошутить. А на самом деле никакого чудесного дара Саше не досталось.

Она было собралась огорчиться от того, что не находит в себе никаких признаков магического таланта. Но тут в коридоре зазвенел знакомый колокольчик, забухтела стража и в комнату вкатился Джузи, на ходу трагически заламывающий ручки и корчащий печальные рожицы. Да что там, даже края его огненного берета свисали печально, словно траурный убор.

— Какое горе! — возопил он, не глядя в Сашину сторону. — Какой злодей посмел посягнуть на невесту принца Корнаро?! О, какая утрата для сияющей Фиренцы!

Шут голосил, колокольчик звонил, и на душе у Саши отчего-то становилось легче.

— Эй, Джузи! — подала она голос, приподнявшись на постели. — Я жива. Злодеи облома… потерпели неудачу.

При первых звуках ее голоса Джузи потешно завертелся на месте, нашел девушку взглядом, и прослезился, теперь уже от радости.

— О красавица, как хорошо, что ты уцелела! — и в знак своей радости он зазвонил в колокольчик, что было сил.

Сьора Конкордия схватилась за голову и заорала в полный голос:

— Ты смерти моей хочешь, маленький негодяй?! Сколько я тебя просила бросить эту свою звенелку, будь она неладна?!

На лице шута отразился комический ужас. Он проворно бросил колокольчик на стол, а сам полез под Сашину кровать, испуганно причитая:

— Спаси меня, сьорина Сандра, ради Единого! Я боюсь эту женщину больше, чем всех демонов темной стороны, вместе взятых!

От всей этой суеты Саша развеселилась окончательно.

— Не бойся, Джузи, в моем присутствии никто не посмеет обидеть тебя! — смеясь, объявила она.

Вслед за ней расхохоталась сьора Нери, и даже лекарь Ливио широко улыбнулся.

— Я даже знаю, чем ты можешь отплатить Сандре, прохвост, — решила статс-дама. — Нам надо знать, кто желает ей смерти. Слушай в оба уха, смотри в оба глаза, но вызнай мне, что за отравитель завелся во дворце.

Шут высунулся из-под кровати, несколько раз кивнул и на всякий случай спрятался обратно.

— А что делать мне? — Саша и впрямь не понимала, как ей теперь себя вести.

Оставаться в комнате? Или сделать вид, что ничего не произошло? Или уже бежать куда-то жаловаться (знать бы еще, куда)?

— Побудь здесь пока что, — распорядилась сьора Конкордия. — Попозже, когда все разойдутся по комнатам, я зайду за тобой, и мы немного прогуляемся.

— А я должен увидеться со сьором Ринальди, — озабоченно проговорил лекарь. — Ему следует знать, что творится в королевстве. Кантарелла — это очень серьезно.

— Сейчас вы его не достанете, Витторио на королевском совете, — отмахнулась сьора Нери. — Опять решают что-то насчет Поющего замка. Подозреваю, опять будут сидеть до поздней ночи. Придумывать, как протащить туда камень и провести рабочих.

Название звучало так красиво, что Саша не сдержалась.

— Поющий замок? В Фиренце есть и такое?

— Ах, девочка, чего только нет в Фиренце! — вздохнула статс-дама. — Тебе понравилось название? Увы, это все, что в нем есть хорошего. Реликвия, легенда, символ прошедших времен, чтоб его. Вот и носятся с ним, словно курица с яйцом.

— А что с ним такое? — Саша была очень любознательна.

Поэтому ее и занесло после универа в науку. И перспектива магического обучения чем дальше, тем пугала девушку все меньше и меньше. Это ж сколько принципиально нового она могла узнать! Правда, неясно, к кому здесь можно попроситься в ученицы, но это же можно решить, наверное?

И замок Сашу тоже очень заинтересовал. Прямо сердце чаще забилось, едва она услышала его таинственное название.

— Это одна из древнейших драконьих легенд, — принялась рассказывать сьора Конкордия, поудобнее устроившись в кресле. — Когда-то на заре времен стоял на берегу моря замок. Кто его построил, осталось неведомым. Наши умники считают, что это был чародей невиданной мощи, способный двигать мирами, как фигурами на доске чатранга.

Так или иначе, но замок имел особое свойство: он впускал через ворота лишь тех, кого признавал годным хозяином. Для прочих же оставался неприступной твердыней.

И вот однажды младший сын одного благородного, но бедного семейства, путешествующий в поисках лучшей доли, остановился перед воротами. Прежде он, конечно, наслушался от окрестных жителей о том, что войти в замок невозможно.

И каково же было его удивление, когда створки ворот распахнулись, стоило ему подойти к ним поближе. Юноша вошел и вскоре убедился, что кроме него в замке никого нет. Однако кладовые были полны припасов, а в одной из башен путешественник обнаружил кровать, застланную свежим бельем.

Он ни за что не опустился бы до мародерства. Но уж слишком заманчиво выглядело все вокруг. Словно замок уговаривал юношу погостить некоторое время в своих стенах. Идти бедолаге было некуда, и он решил остаться.
Драконий литмоб растет и ширится! Сегодня я предлагаю вам познакомиться с книгой

Если кто-то пожелает вам, чтоб за вами парни бегали, бойтесь! За мной вот бегает один эльф, утверждает, что я — его Истинная, без меня ему полноценным драконом не стать, и что мне угрожает смерть. Хуже всего, что он не сумасшедший, и на меня, действительно, открыли охоту. Но кто и почему? Похоже, выяснить это я смогу только с помощью излишне самоуверенного жениха! Если он, спасая, сам же меня не прибьет. Но это не значит, что я за него замуж выйду. Нет, я сказала, никакой свадьбы! Или... да?

— Ну, что замок был… как бы это… отчасти живой, я поняла, — вклинилась в рассказ сьоры Нери Саша. — Но почему теперь он называется Поющим?

Дама строго погрозила девушке пальцем, и тут же снисходительно улыбнулась.

— Ты нетерпелива, как все молодые, Сандра. Слушай, и ты узнаешь, в чем было дело. Юноша прожил в замке несколько дней в свое полное удовольствие. Ему не хотелось думать о будущем — он желал просто отдохнуть. И надеялся, что решение о том, как жить дальше, придет к нему само собой.

Должно быть, боги услышали его. Как-то поутру с моря пришел не просто ветер, а настоящий ураган. Он вился вокруг замка, оглаживал стены, стучался в окна… и замок ответил ему.

Каждая щель в камнях, каждая бойница в башнях, все до одной оконные рамы вдруг запели удивительную песню. Потрясенный юноша слушал и думал о силе и верности, о долге и свободе, о том, насколько он властен над своей судьбой.

Он и не заметил, как поднялся на самый верх одной из башен, раскинул руки и прыгнул через парапет. И вместо того, чтобы разбиться насмерть о камни замкового двора, вдруг поднялся в небо, обратившись могучим драконом.

До самого вечера дракон летал над морем и горами, взмывал к самому солнцу, опускался к морским волнам, играл с дельфинами и чувствовал себя счастливым, как никогда. А вечером приземлился перед замком и снова обернулся человеком.

Рассказывают, что от этого первого дракона пошли двенадцать высоких родов Фиренцы. В придачу ко второй, драконьей, ипостаси, каждый из этих родов получил в дар природную магию. Одни властвуют над водой, другие над воздухом, третьи над землей… род твоего будущего мужа — огненные драконы.

Вспомнив, как Тано прогнал шантрапу, приставшую к ней в парке, стеной пламени, Саша завороженно кивнула.

— А почему замок нужно все время ремонтировать? — уточнила она. — Он разрушается от времени?

— Какая ты въедливая девица! — сьора Конкордия шутливо фыркнула. — Ну да, Поющий замок стар и понемногу ветшает. Может быть, ему и дали бы постепенно разрушиться и пропасть с лица земли… если бы не предсказание.

Господи, как у них тут все сложно! И Сашу еще ругают за дотошность. Да если бы она не задавала все время вопросы, один за другим, так и не знала бы вовсе ничего про свой новый мир. В котором ей, между прочим, нужно как-то устраиваться!

— Еще и предсказание? — ну как было не спросить еще и об этом?

— Представь себе, любопытное создание! — засмеялась статс-дама. — Один из пророков Единого сказал однажды, что покуда стоит Поющий замок, — будет стоять и Фиренца. И драконы из высоких родов будут все так же подниматься в небеса. Но стоит замку исчезнуть — вслед за ним исчезнет и наша страна. Вот и ремонтируют этот памятник древности из года в год.

— А… — Саша спросила бы еще что-нибудь, но сьора Нери поднялась и решительно направилась к двери.

— Джузи, вылезай, и пойдем! — велела она. — У меня есть неотложные дела. И у тебя, если помнишь, тоже. Сандра, я приду за тобой перед сном. Прогуляемся и еще поговорим. А пока отдохни. И ничего не бойся.

В опустевшей комнате стало как-то грустновато. Саша посидела на постели. Потом полежала. Постояла на балконе, послушала крики чаек и надышалась запахами моря. Подумала о Поющем замке и о том, как было бы здорово проверить, впустит он их с Тано за ворота или нет.

Ей отчего-то ужасно хотелось посмотреть, как огромный рыжий дракон (они же большие, правда?) взлетает в небо с замковой башни. И еще она очень жалела, что летать вместо ее будущего мужа пока что может только малыш Дзотто.

— Скучаешь? — в комнате снова появилась сьора Конкордия. — Пойдем прогуляемся немного. Только возьми шаль, с моря уже дует холодом.

Пока они неспешно шагали по садовой дорожке, Саша думала о том, сколько запахов дарит ей новый мир. Питерские ароматы осенью были однообразны: сырость, горечь и городские примеси, вроде бензина, например.

А Фиренца благоухала… разнообразно. Аромат роз, от нежного до тяжеловатого, морская соль, свежий ветер и еще что-то такое, неуловимое, чему Саша не могла пока что найти названия.

Что же это, ей следовало благодарить принца Корнаро за то, что он привел ее сюда?

Девушка поискала глазами башню, в которой, по ее расчетам, томился под арестом ее жених. Нашла, и, к своему удивлению, обнаружила, что вокруг башни носится кто-то юркий, маленький и рыжий.

— Дзотто! — закричала Саша и помахала дракончику рукой.

Тот присмотрелся, и спикировал вниз, к новой знакомой, весело курлыкая. По-свойски приземлился ей на плечо и слегка укусил за ухо.

— Хулиган! — засмеялась Саша и почесала дракончику горлышко.

Тот закурлыкал еще громче, да еще и лапками переступал от удовольствия.

— Ну все, — засмеялась сьора Нери, — лети к хозяину, малыш. Скажи, что его невеста скучает и ждет встречи.

Дзотто согласно грюкнул, даже вроде бы головой слегка кивнул, и снова взмыл в небо.

Саша почувствовала, как горят ее щеки. Ведь она в самом деле скучала, сьора Конкордия как будто мысли ее прочла. Надо было срочно перевести беседу на другой предмет — незачем всем вокруг знать, какие чувства она питает к жениху, правда ведь?

— А почему здесь все в беретах? — невпопад спросила девушка.

На самом деле, эти несуразные головные уборы не давали ей покоя с тех пор, как она увидела их впервые. Да все как-то к слову не приходилось спросить. А тут они прогуливались со сьорой Нери только вдвоем, и было не стыдно спрашивать глупости.

На Сашин вопрос статс-дама улыбнулась.

— Это любимый головной убор жителей Фиренцы. Так уж сложилось, что его носят все, от мала до велика.

— А цвета? Ну, у всех разные?

— Какая ты все же любопытная, — сьора Конкордия шутливо дернула девушку за локон. — Цвет берета — это знак принадлежности. К одной из гильдий, или к слугам королевского дома, или к роду войск. Прежде чем ты спросишь о размерах фирентийских беретов, скажу, что чем они больше, — тем выше ранг того, кто его носит. 

— Они такие забавные, — осторожно заметила Саша.

Обижать добрых фирентийцев не хотелось, но ее и правда смешили их головные уборы.

Сьора Нери хмыкнула.

— Это ты еще не видела министров. Или гильдейских старшин. Их береты поддерживают идущие сзади слуги, чтобы не свалились с головы.
Запас драконьих историй у нас пока не иссяк. Встречайте новую книгу:
.

С детства я мечтала выйти замуж за дракона, которых, увы, истребили еще до моего рождения. А вместо этого привлекла внимание влиятельного графа, что угрозами заставляет меня стать его женой. И только мой друг, сын простого цветочника, готов протянуть мне руку помощи. Но сможет ли он вырвать меня из лап этого чудовища? Или я обречена жить с человеком, пережившим уже трех своих жен?

После вечерней прогулки Саша продрыхла до самого утра, что называется, без задних ног. Никакие сны ее не тревожили, и утром она проснулась с ясной головой и удивительно отдохнувшей.

Будто и не было накануне никаких отравлений. Однако ее здоровье не оставили без присмотра.

Едва Саша успела допить местный аналог кофе и съесть теплую булочку с корицей в сахарном сиропе, в двери постучали, и на пороге появился лекарь Ливио.

— Доброе утро, сьорина, — он снова был чем-то озабочен и, похоже, торопился.

Но Сашу осмотрел очень внимательно. Водил руками вдоль ее тела, считал пульс, шевелил губами, проговаривая не то диагноз, не то какое-то заклинание, и наконец объявил:

— Браво, сьорина, вы совершенно здоровы. Организм полностью изгнал яд. Я доложу об этом его величеству Алфео. А вы смело можете приступать к выполнению программы на сегодня.

— Программы? — недоуменно переспросила Саша.

Она и думать забыла, что за три — нет, уже за два! — дня должна успеть многое. И между прочим, в список дел теперь нужно включить обучение магии.

Знать бы еще, как его всунуть в расписание.

— Ну да, — не без сочувствия покивал лекарь. — В коридоре ждет модистка, чтобы снять с вас мерки для свадебного платья. Потом вы должны побывать на утреннем приеме у королевы Альды. После обеда явится отец Маурицио, чтобы наставить вас в вопросах веры.

— Откуда вы все это знаете? — подозрительно прищурилась загруженная делами по самую маковку невеста. — Вы же не мой секретарь.

Тут Ливио засмеялся.

— Горничные, которые тоже ждут за дверью, вовсю обсуждают, как вы управитесь с таким количеством дел за столь краткий срок.

— Да уж, — Саша вздохнула. — Кстати, сьор Ливио, не знаете ли вы случайно человека… то есть, мага, который согласился бы научить меня управляться с даром… ну, хоть немного?

Лекарь улыбнулся чему-то своему и пообещал:

— Я непременно представлю вас одной особе, которая прекрасно разбирается в тонкостях магии жизни, и будет рада помочь вам освоиться с новыми… гм… умениями.

Ну конечно, небось эта дама только и мечтает повозиться с бестолковой девицей, едва осознавшей себя магом.

— Вы так уверены, что она будет рада? Кто эта дама?

— Моя матушка, сьора Велия Манфреди, — отчитался Ливио. — Между прочим, она приходится родной сестрой покойной королеве Лукреции Корнаро.

— Ооо, — Саша даже не знала, как реагировать на такие новости. — У нас любят говорить, что мир тесен. Ваш тоже тесен, похоже.

— Еще как тесен, сьорина Сандра, — с готовностью подтвердил лекарь. — Вы даже не представляете, насколько. Что ж, мне пора. Я позову горничных и модистку. А позже сообщу, когда моя мать готова будет встретиться с вами.

Саша не успела хорошенько обдумать, как утрясти свое плотное расписание. Все потому, что в комнаты просочились горничные, а вслед за ними — модистка с помощницами.

Маленькая, толстенькая, румяная сьора не испытывала ни малейшего смущения и сразу взяла невесту в оборот.

— Ох, до чего же вы хорошенькая, сьорина! У принца Корнаро острый глаз. Встаньте-ка… так… теперь повернитесь… ручки поднимите… повыше… хорошо! Бьянка Веспуччи знает, какой наряд сделает вас самой прелестной невестой в Фиренце.

Саша послушно поворачивалась, поднимала руки и все пыталась вставить свои пять копеек в обсуждение платья. Однако попытка поучаствовать в обсуждении вопросов моды позорно провалилась.

На робкий вопрос, какой фасон будет у платья, сьора Веспуччи разразилась целой канонадой сведений:

— Ну как же, сьорина! Все в лучшем виде будет, можете ни секунды не сомневаться. Камизу пошьем из чинского шелка. Такого, знаете, словно паутинка. Нижнее платье — из парчи с рисунком, верхнее — из бархата с вышивкой. Кружева из Серениссимы, я только что закупила большую партию. Все белоснежное, разумеется. Прическа, я думаю, — фирентийская коса. Ну, золото, жемчуг, — уж как полагается. Помяните мое слово, сьорина — Фиренца еще не видывала такой невесты, какой вы будете. Все просто ослепнут, а уж жених-то ваш — в первую голову!

Саша пока не очень понимала, в самом ли деле могут ослепнуть свидетели ее выхода в свадебном туалете. Но вот сама она почти оглохла от непрерывного стрекотания модистки, аж голова закружилась.

Правда, дело свое та знала хорошо: не переставая уверять клиентку в ее неотразимости, она сняла мерки, что-то там пометила себе в тетрадке, приложила к Сашиному плечу одну тряпицу, другую, третью… что-то отбрасывала в сторону, что-то прикалывала в ту же тетрадь, удовлетворенно кивая сама себе.

Потом что-то зарисовала на отдельной странице и показала Саше.

— Такая прическа подчеркнет вашу юность и красоту, сьорина. Вот здесь и здесь мы вплетем белые ленты, тут поместим жемчуг. На лбу у вас будет золотая ферроньерка с бриллиантом, ее сегодня принесли от королевы Альды. Поблагодарите ее величество за роскошный подарок на свадьбу.

Весь Сашин характер куда-то подевался — ни спорить, ни отстаивать собственное мнение ей не хотелось. В конце концов, из нее собираются сделать красивую невесту, так пусть и делают. Что тут плохого?

Все равно она ни черта лысого не смыслит в здешних модах, нарядах и прическах.

— Я непременно принесу мою благодарность королеве, — согласилась девушка, падая в кресло. — А пока хочу поблагодарить вас за старание. Я расскажу жениху, как вы трудились, чтобы доставить всем нам удовольствие.

Модистка расплылась в улыбке.

— Вот верно говорят, сьорина, что воспитание в карман не спрячешь. Вы-то там, откуда пришли, тоже, поди, принцессой были. Уж так благородно изъясняетесь, что просто мое почтение! Девицы мои будут шить так быстро, как смогут. Да и пара магичек среди них найдется, чтобы дело шло поскорее. Завтра поутру, стало быть, примерка. Подгоним, если что не так будет. Ну а к послезавтрашнему дню получите свой наряд как есть готовый.

Кланяясь, сьора Веспуччи удалилась. А Саша, совершенно лишенная сил, доползла до кровати и развалилась на ней, как морская звезда.
Сегодня я хочу познакомить вас с еще одной историей из драконьего литмоба.
, .

Каждая девушка с раннего детства приучена бояться драконов. Они сильны, богаты, статусны и невероятно опасны, ведь свою силу они черпают из жизненной энергии юных девушек. Мне предстоит это узнать лично, ведь один из драконов как раз с этой целью забрал меня с невольничьего рынка. Что, если это все сказки? Или нет?