Покорённый зверь

Тени плясали в отсветах пламени на белой стене, которая в сумерках казалась серой. Воздух сочился горько-сладким ароматом крови, впитавшимся в каждую травинку небольшой заросшей поляны возле входа в заброшенную веками назад церковь.

Багровые всполохи на горизонте провожали уходящее солнце. Тьма приближается. Скоро наступят чёрные времена, пора закончить начатое и отомстить. У него получится. Он обязательно справится с тем, что не успел закончить отец.

Крики чаек в отдалении заставили его поднять голову. Он усмехнулся, достал из конверта полароидную фотографию и встретился с пустым взглядом ярких зелёных глаз, смотревших на него с фото.

«Они должны умереть. Оба»

Смяв записку, он остервенело кинул её в лужу волчьей крови, бумага мигом впитала багряную влагу.

— Как скажешь, отец.

Его грубый голос колокольным звоном прогремел в тишине, спугнув призраков леса.

Он подкинул в костёр дров, а затем, когда пламя поднялось на высоту его роста, закинул в огонь сверток одежды, прядь белоснежных волос и залил их свежей кровью убитого им тут же белого волка.

Достав из кармана куртки маленький кинжал, он полоснул им по ладони. Капли густой теплой крови завершили ритуал.

— Я уже иду за тобой, Мусонни. На этот раз ты от нас не спрячешься.

«Каждый чистокровный оборотень обязан предоставлять сведения о своих сексуальных связях с людьми для того, чтобы ищейки могли проконтролировать появление полукровок и поставить их на учёт».

— статья 16 Кодекса оборотней от Элгариума.

Быть оборотнем в современном мире та ещё проблемка. Нужно скрывать свою сущность от окружающих, не связываться лишний раз с людьми, чтобы не породить от них полукровок. Притворяться нормальным, когда Луна зовёт попрыгать по травке и побегать за белками по лесу.

Часто в людском обществе оборотни слывут шизанутыми, изгоями или теми самыми ребятами, в ком каждый второй видит будущего маньяка. Так что, столетия существования вместе с человеческими особями сделали нас, оборотней, осторожными. Мы создали резервации, куда простому смертному хода нет, приняли Кодекс и строго подчиняемся его законам. Потому что отличаться в нашем мире — чревато не только для тебя лично, но и для всех, кто тебе дорог.

Однако, иногда оборотни всё же переходят грань дозволенного и порождают на свет нечистых. Их трудно вычислить среди обычных людей, если родитель-оборотень не поставил отпрыска на учёт, чтобы ищейки смогли проконтролировать его и уберечь.

Думаете, я всё это рассказываю о себе? Потому что я — полукровка, и не такая, как все? Вовсе нет. Просто за одним из таких индивидов я сейчас охочусь, чтобы затащить в резервацию и спрятать от ненужных глаз.

Ах да, этот полукровка, к тому же, является моим лучшим другом с детства.

Неплохо, правда? Судьба иногда смеётся над нами, а иногда угорает.

Сквозь глухую лесную чащу я пробиралась в поисках друга, тело которого накануне полнолуния вдруг решило, что пора напомнить о себе и явить настоящий облик.

Мне-то всё равно, кем он является: человек или зверь, без разницы. Но кто бы мог подумать, что этот засранец умудрится найти в густонаселённом городе места, где не ступала нога человека. Всю куртку и джинсы ободрала о колючки и ветки. А волосы теперь вообще похожи на гнездо, настолько много в них листьев и всякого лесного мусора.

Как бы то ни было, я приближалась к цели. Я чувствовала запах страха, отчаяния, злости, боли — весь тот букет, что присущ новообращённым. Раньше аромат Джуна перемещался, однако сейчас застыл в пространстве, видимо, парень набегался и устал. Но я совсем не ожидала, где именно его застану.

Задрав голову и едва сдерживая смех, я крикнула:

— И зачем ты залез на дерево? Вспомнил, что человек произошёл от обезьяны, или как?

Джун вздрогнул от неожиданности и соскользнул с ветки, но инстинкты не дали парню упасть. Он вцепился в ствол и ошалело уставился на меня. Ну, спасибо, хоть не голый. Такого потрясения моя психика бы не выдержала.

— Онни, нашла время для шуток, — затараторил Джун. — Всё тело горит, чешется, хочется бежать, прыгать, да что угодно, лишь бы не сидеть на месте. Что со мной творится? Я ничего такого не употреблял.

Да, предвестники обращения не особо приятны старичкам, а что уж говорить о новеньких. Даже представить не могу, что у него в голове происходит. К счастью, у меня было с собой средство, которое ненадолго притупляет инстинкты и саму суть зверя. Злоупотреблять им не стоило, но сейчас главная задача для меня: доставить недооборотня в безопасное место.

— Слезай. Дам тебе кое-что, чтобы облегчить симптомы.

Джун недоверчиво посмотрел вниз, прикидывая, сколько метров лететь до земли. По моим расчётам: около пяти. Затем с нелепой осторожностью он принялся спускаться, и через десять минут уже стоял передо мной, не зная, куда деть руки и взгляд. Его трясло, он переступал с ноги на ногу, покачивал головой и легонько постанывал. Жалкое зрелище, учитывая, что Джун под два метра ростом, да и комплекции не маленькой. С другой стороны, в свой первый раз я выглядела, наверное, не лучше.

— Онни, что со мной происходит? — у него задрожал подбородок. — Мои пальцы, они же совсем как у какого-то зверя.

Я перевела взгляд на руки Джуна. Длинные когти, тёмно-коричневая шерсть цвета осенних листьев на пальцах. Всё развивается своим чередом, тело потихоньку начинает принимать форму волка. Но для Джуна все эти обыденные для меня вещи, словно ночной кошмар.

— Что со мной? Я болен?

В его ореховых глазах с зелёными крапинками застыл ужас.

Я немного помолчала, не зная, как сказать правду. Но, долго тянуть не было смысла, всё равно рано или поздно он всё узнает. Либо сам, натворив кучу дел, либо от меня.

— Ты оказался не простым человеком, а существом с нестандартной физиологией.

Джун нахмурился, былой страх, как ветром сдуло.

— Онни, мне сейчас охренеть как не смешно. Если ты что-то знаешь, то скажи мне.

— Ты оборотень, Джун.

Слова сорвались с языка быстро и уверенно. Я даже глазом не моргнула. На мгновение показалось, что лес притих, ожидая ответа Джуна. Он снова нахмурился и раздражённо бросил:

— Я же попросил, Онни.

Однако, увидев моё серьёзное лицо, парень засомневался. Кинул взгляд на свои руки, потом снова на меня. Осознание блеснуло в его взгляде.

— Серьёзно? Твою мать. Но это же сказки, так не бывает в реальности. Это же полная дичь. Если бы я сейчас не видел руки своими глазами, то подумал бы, что это какая-то шутка.

Он помолчал, схватившись за голову. Я сочувственно похлопала друга по плечу.

— Головные боли мучают? А ещё звон в ушах и ощущение собственного пульса.

Джун кивнул, не отнимая рук от лица.

— Держи, — я достала из кармана небольшую пластиковую баночку с таблетками блокиратора. — Одна штучка и станет легче. Больше не дам, так что потихоньку привыкай к ощущениям.

Он опустил руку и взял пилюли, сощурился от боли, покрутил упаковку, с трудом открыл крышку когтями, и без колебаний проглотил одну капсулу. Я потянула Джуна за рукав, чтобы он присел на землю, так как действие блокиратора быстрое, и от облегчения может закружиться голова. Присев рядом, я откинулась на ствол дерева и подняла взгляд к небу. Оно едва пробивалось сквозь густые кроны, но тут и там виднелись чистые голубые проблески весеннего неба.

Только сейчас я поняла, что устала бегать. С тех пор как Джун почувствовал себя плохо и начал терять контроль, прошло уже десять часов, и за всё это время у меня не было ни секунды на отдых, пока гонялась за ним по всему городу. Тот ещё денёк выдался.

— Лучше?

Джун открыл глаза, взгляд его стал яснее. Он огляделся по сторонам, посмотрел на руки, которые вернули прежний человеческий вид, и кивнул.

— Да. Будто ничего и не было.

— Супер. Но через сутки все ощущения вернутся. Так что, не привыкай к хорошему.

Он впервые взглянул на меня со всей серьёзностью. Наверное, со дня нашего знакомства в далёком детстве Джун никогда так на меня не смотрел.

— Онни, что, чёрт возьми, происходит? И откуда ты вообще про это знаешь?

Мягко улыбнулась, предвкушая реакцию.

— Я тоже оборотень.

Джун выглядел озадаченным, но не шокированным.

— То есть это я от тебя заразился?

Я засмеялась, спугнув белку, которая решила стать свидетелем странной сцены в её лесу.

— Нет, это не так работает.

— А как?

— Кто-то из твоих родителей, мама или папа, оборотень. А ты — полукровка.

Джун замотал головой, и без того лохматые рыжие волосы парня растрепались и торчали во все стороны. Тот ещё видок у нас обоих сейчас, как будто мы сражались с кустом.

— Не может быть. Они же обычные люди. Разве человек может породить «такое»? — он презрительным жестом указал на себя.

— Нет. Так не бывает.

— А как бывает?

— Ты сейчас серьёзно хочешь поговорить о генетике? — я попыталась пошутить, но Джун скривил губы.

— А у меня есть ещё темы для разговора? Можем о погоде, например, поболтать.

Я закатила глаза. Мне не раз приходилось сталкиваться с полукровками, так как я ищейка, это моя работа искать тех, о ком позабыли нерадивые родители-оборотни, и всегда у них реакция одинаковая. Это нормально, для полукровок всё в новинку, страшно и необычно, ведь они не росли среди себе подобных. Но я так устала от этого всего, что зубы сводит. Однако ради друга я засунула своё недовольство куда подальше и постаралась объяснить понятно.

— Оборотень может родиться только от оборотней или, если хоть один родитель — чистокровный, то есть — не полукровка. В остальных случаях рождается просто человек.

Джун сделал вид, что всё понял, но его мысли явно витали в другом месте, судя по его вопросу:

— И что мне с этим делать теперь?

Голос его прозвучал размеренно и спокойно, да и по лицу нельзя было сказать, что он удивлён или расстроен. Полное безразличие. Но лёгкая дрожь рук и мои личные наблюдения за характером Джуна за годы знакомства помогли понять, что он едва сдерживается над пропастью отчаяния. И только у меня был ключ к спасению.

— Тебе нужно поехать со мной в резервацию. Там тебя научат контролировать силы, чтобы ты потом мог жить в обществе, как обычно.

— Резервация? Как у индейцев?

Джун рассмеялся, он прислонился спиной к дереву и прямо посмотрел на меня. Вот таким я его и знаю: уверенным, насмешливым и добродушным.

Я улыбнулась в ответ и расслабилась. Самая трудная часть позади. Смириться с новым положением достаточно сложно. Джун держался на удивление хорошо. По крайней мере, рядом со мной.

— Нет, индейцы тут ни при чём. Точнее, не совсем причём. Нам так удобнее называть. Резервация — это просто тихий городок в лесу, где живут одни оборотни.

— И сколько я там пробуду?

Так, а вот сейчас последует отрицание и немного торга.

— Год.

— Ты с ума сошла? — Джун резко посмурнел. — Я не могу просто так выпасть из жизни на целый год.

— Ты должен пройти двенадцать циклов обращений, чтобы научиться себя контролировать.

— И что потом?

Я поднялась на ноги, отряхнула джинсы и протянула руку Джуну. Блокиратор уже вступил в активную фазу, первичный шок прошёл, так что пора выбираться в цивилизацию.

Он потянулся в ответ и встал с моей помощью. Слегка покачнулся и сразу же вернул равновесие. Что ж, Джун точно не омега, раз так быстро собрался. Альфа или бета — ещё предстоит узнать.

— После того как пройдёшь обучение, поезжай куда хочешь, живи как хочешь. Правда, придётся соблюдать Кодекс, ты с ним скоро познакомишься. Но это легко, правила Кодекса ты и сам не захочешь нарушать. Поверь мне.

Джун верил. Он медленно кивнул моим словам, поднял голову и взглянул на небо. Жизнь его в один короткий день перевернулась вверх дном, а моя же пополнилась очередной проблемкой, которую предстоит решить.

Мусонни

Джун