Полярная звезда

День был на редкость дождлив. Черные тучи заволокли небо, а звонкая дробь капель отдавалась в висках ноющей болью.

— Госпожа, прошу, не печальтесь, — сказала служанка, поправляя подол свадебного платья.

— Как я могу, Тилли? Ты ведь и сама понимаешь, к чему это все может привести.

Сегодня — день свадьбы Астерии. Через несколько мгновений она принесет клятву верности существу, способному убить ее в любую минуту по одной лишь прихоти — герцогу северных земель Империи Драконов. От этой мысли девушку пробрала дрожь, и она едва сдержала слезы отчаяния. Для драконов брак был священным: они выбирали спутника лишь раз и навеки. Такой союз нерушим, а брачная клятва страшнее проклятия — тот, кто дерзнет разорвать ее, обречен на смерть.

Тилли кривовато улыбнулась, однако руки ее дрожали, выдавая страх. Она служила Астерии с детских лет, и они всегда были вместе. Но отныне их пути вынуждены разойтись: войдя в чертоги драконов, ее госпожа навсегда оставит мир людей позади.

— Вы ведь не знаете, что будет завтра. Вдруг все слухи о герцоге — лишь выдумки?

— Очень надеюсь на это.

Раздался стук в дверь, прозвучал голос: «Госпожа, пора». Нервно сглотнув, Астерия направилась к выходу. Отчаяние сжимало ей горло: эта свадьба стала роковой случайностью, перевернувшей жизнь их семьи. Год назад драконы свергли короля людей, но вместо того, чтобы захватить земли, возвели на трон его внебрачного сына и заключили мирный договор. Согласно условиям, империя получала доступ к торговым путям и алмазным шахтам королевства, а люди — гарантию ненападения. Герцог Севера, ключевая фигура переговоров, выдвинул особое требование: брак с человеческой женщиной. Говорят, он велел составить список всех знатных семейств с незамужними дочерьми, а затем... метнул нож, выбирая невесту по воле слепого случая. Быль это или вымысел — не знает никто.

Когда Астерия подошла к дверям церемониального зала, отец уже ждал ее. Мужчина старался выглядеть спокойным, однако напряжение, исходившее от него, было ощутимо даже издалека.

— Астерия, доченька, — он крепко обнял ее, — прости меня.

— Почему вы извиняетесь, отец? Это вовсе не ваша вина.

Барон тяжело вздохнул. Он был одним из немногих аристократов, не спешивших выдавать дочерей замуж, но в итоге именно его дочь должна была заключить брак сразу после совершеннолетия. Когда пришла весть о выборе Астерии в невесты герцогу, мужчина изо всех сил пытался оспорить это решение, а несчастная баронесса днями не выходила из храма, молясь о спасении любимой дочери. Драконы слыли жестокими варварами, чья честь основывалась лишь на придуманном ими же кодексе. Они были сильнейшим народом среди всех семи континентов, а жизнь человека, самого слабого существа, для них не стоила и гроша.

— Я не сдамся. Обещаю, я найду способ вернуть тебя домой.

От его слов слабый лучик надежды замерцал внутри девушки, но она не желала, чтобы родители подвергали себя опасности.

— Не переживайте, все будет хорошо. Как только прибуду в империю, сразу же напишу вам.

Не успел мужчина ответить, как двери распахнулись, и десятки глаз устремились на невесту.

Несмотря на то что в Империи Драконов белый цвет считался символом смерти, герцог настоял на соблюдении человеческих традиций. Все вокруг тонуло в белизне: алтарь, усыпанный лилиями, одежды жениха, даже ленты, свисавшие со сводов. Зал ослеплял роскошью. Платье Астерии из шелка и атласа искрилось вкраплениями драгоценных камней. От тяжести алмазных серег пульсировали ноющие мочки ушей, а массивное ожерелье впивалось в шею. О таком великолепии она и мечтать не смела, и все же благодаря герцогу оно стало явью.

У алтаря барон с явной неохотой вложил руку дочери в ладонь жениха. Однако, едва коснувшись его, она вздрогнула и почти отшатнулась. Ладонь дракона оказалась невыносимо горячей, словно раскаленный металл. Казалось, еще миг — и кожа девушки начнет плавиться. К счастью, мужчина резко отдернул руку, чем вызвал заминку у священника. По традиции жених и невеста должны были держаться за руки, и подобный жест мог счесться оскорблением. Для Астерии же он стал спасением: даже просто стоя рядом, она ощущала исходящий от него удушающий жар.

— Астерия, ты согласна?

— Да... я согласна.

— Теперь скрепите же свой союз поцелуем.

Наконец девушка обернулась и впервые встретила взгляд своего мужа. Дракон оказался высоким и поразительно красивым. Лицо тонкое и мужественное, кожа бледная, тело крепкое. Густые черные волосы оттеняли золотистые глаза, неподвижно устремленные на нее. В их бездонной глубине не отражалось ничего живого — лишь холодная пустота, от которой пробегал невольный озноб. Казалось, этот взгляд выражал усталое равнодушие существа, для которого происходящее было лишь краткой, наскучившей игрой.

Когда герцог неожиданно наклонился и коснулся ее губ, Астерия снова вздрогнула. Поцелуй был коротким, почти формальным, но от этого не менее пугающим: его губы тоже оказались горячими, словно тлеющий уголь, оставляя жгучий след, будто клеймо.

— Что ж... отныне я провозглашаю вас мужем и женой.

***

Вечером того же дня все было готово к отъезду. Церемония бракосочетания промчалась быстро и тягостно. Свадебный зал теснился от людской толпы, но среди гостей почти не было драконов — лишь сам герцог и его свита.

Когда пришло время покидать родные стены, Астерия никак не могла оторваться от прощаний: снова и снова она обнимала родителей, уверяя их, что беспокоиться не стоит. Даже прислуга столпилась у окон, махала и кричала пожелания счастливой жизни, совершенно позабыв о приличиях перед герцогом. Но, что удивительнее всего, сам дракон стоял в стороне и молча наблюдал за этой трогательной сценой, не делая ни малейшего замечания их вольному поведению. Ни тени раздражения, ни намека на недовольство.

— Прошу Его Светлость простить нашу прислугу, — баронесса низко поклонилась. — Они были рядом с Астерией с самого ее рождения и теперь слишком тронуты разлукой.

— Я понимаю, не стоит беспокойств.

— Также мы приносим свои глубочайшие извинения за столь скромное при...

— Приданое меня не волнует, — резко прервал герцог, и в голосе на миг прозвучала сталь. Но уже в следующую секунду он смягчился: — Для меня является честью уже то, что леди Астерия согласилась стать моей женой.

Девушка мысленно фыркнула, изо всех сил стараясь скрыть недовольство. «Согласилась»... как будто у нее был выбор.

— Прощайтесь, сколько потребуется. Я подожду, — сказал мужчина и отошел в сторону.

Вопреки зловещим слухам, герцог проявлял сдержанность и благородство. В его поведении не было ни агрессии, ни высокомерия — только холодная, безупречная вежливость. Да и к родителям невесты он обращался с тем же почтением, что и к равным себе, хотя для драконов человеческая знать была не выше простой черни.

Как только мужчина удалился, родители тут же заключила дочь в крепкие объятия.

— Доченька... мы очень любим тебя и будем скучать.

— Помни, что я тебе говорил. Обещаю, я найду способ.

Кивнув, Астерия попыталась улыбнуться, но губы предательски дрогнули — пришлось зажмуриться, чтобы сдержать набежавшие слезы. В груди все сжалось от ужаса перед дорогой в неизвестность, но девушка упрямо выпрямилась. Она не могла позволить себе показаться слабой — не сейчас, когда родители и без того едва держались. Пусть дрожит сердце, пусть колени подкашиваются, но они должны видеть в ней силу, а не испуг.

Выпустив мать и отца из объятий, Астерия помахала слугам на прощание. Тяжесть в груди звала обратно, к родным, но шаги неумолимо вели ее вперед — к экипажу, у которого уже ждал ее супруг.

— Ты можешь навещать их, когда только пожелаешь, — вдруг произнес он, будто уловив мысли девушки.

Астерия замерла.

— Правда? Но король запретил мне покидать империю после свадьбы... — голос ее дрогнул, выдавая растерянность.

— Ты больше не его подданная. И у меня нет намерения удерживать тебя в империи. Я ведь не варвар, — ровно ответил герцог.

Затем он надел перчатки и подал руку. Жест был безупречно вежливым, отстраненным — и все же, когда его пальцы коснулись ее ладони сквозь ткань, Астерия ощутила, как напряжение в груди слегка отступает. Она по-прежнему не доверяла ему, но впервые за последнее время смогла вдохнуть чуть свободнее. Мужчина помог супруге подняться в карету и тут же вскочил в седло, чтобы возглавить процессию.

Путь предстоял долгий — три дня в дороге. Королевство людей, простиравшееся на всем континенте, казалось значительным, но и оно меркло рядом с просторами Империи Драконов. Та раскинулась на величайшем из семи материков, превосходя соседей и силой, и богатством земель. Северное герцогство, куда держался путь, занимало едва ли не треть имперских владений. Для драконов было бы проще всего подняться в небо и сократить расстояние за несколько часов, но человеческое тело не вынесло бы такой тяжести. Потому герцог избрал иной путь — медленный, но безопасный для молодой герцогини.

Укутанная в многослойные шубы, Астерия наблюдала, как за окнами кареты мелькали однообразные зимние пейзажи. Знания об Империи, почерпнутые из книг и рассказов, создавали в голове противоречивые образы. А что, если все окажется иначе? Возможно, ее страхи — всего лишь плод предвзятости, и впереди не ждет ничего, чего стоило бы опасаться.

— Хоть бы все оказалось так... — пробормотала она, закрывая глаза. Усталость взяла свое: сон накрыл девушку почти мгновенно.

Когда на горизонте показалось герцогское поместье, Астерия не смогла сдержать удивленный вздох. Даже издали оно поражало размерами: белоснежные стены и позолоченные купола ярко выделялись на фоне зимнего пейзажа. Север встречал суровыми морозами, и хотя девушка была укутана в плотные шубы и одеяла, холод пробирал ее до костей.

— Приехали, — сказал герцог, отворяя дверь кареты и протягивая руку. — Снаружи очень холодно, поэтому давай быстрее зайдем внутрь, там теплее.

На улице ледяной ветер хлестал по лицу, словно острыми лезвиями, проникая в саму кожу, но даже дрожа от стужи, Астерия не могла оторвать глаз от поместья. Белый камень, из которого оно было построено, переливался под декабрьским солнцем, словно гигантская жемчужина. И, как обещал герцог, внутри было тепло: едва переступив порог, девушка почувствовала приятное, обволакивающее тепло.

— Приветствуем герцога и герцогиню.

Прислуга поместья уже выстроилась в вестибюле, встречая своего господина и его молодую супругу. Астерия украдкой оглядела собравшихся, пытаясь прочесть их отношение к герцогине-человеку, но тревожных сигналов не заметила. Наоборот, на лицах играла благосклонность, а легкие улыбки выглядели искренними. Это дало ей возможность немного расслабиться.

— Я очень благодарна вам за гостеприимство. Отныне давайте позаботимся друг о друге, — сказала девушка и приветливо улыбнулась.

Слуги тут же склонились в почтительном поклоне. Но внезапно перепад температур дал о себе знать: по спине Астерии пробежала непроизвольная дрожь, и она чуть пошатнулась, едва удержав равновесие. Крепкая рука герцога тут же подхватила ее под локоть.

— Анна, покои герцогини готовы?

Пожилая женщина вышла вперед и низко поклонилась:

— Да, господин.

— Астерия, это Анна, экономка поместья. С этого дня она будет помогать тебе, — сухо сказал герцог, на что девушка благодарно кивнула.

Однако мужчина не спешил отстраняться. Вместо этого он снял перчатку и коснулся ладонью лба супруги. Астерия затаила дыхание, чувствуя, как его ладонь, уже не обжигающая, как на свадьбе, приятно согревала кожу, медленно и осторожно скользя к щеке.

— Очень холодная, — тихо пробормотал дракон, будто размышляя вслух, затем обратился к Анне: — Растопи камин в покоях.

***

Комната герцогини оказалась просторной и светлой. Все в ней говорило о том, что к приезду новой хозяйки готовились заранее и с особой тщательностью: ткани были свежими, покои вымыты до блеска. Такое же ощущение царило и во всем поместье — оно сияло чистотой, а в каменных держателях мерцали десятки свечей, еще даже не начавшие таять.

— Госпожа, мы подготовили ванную, не желаете умыться? — спросила Анна.

— С удовольствием.

Когда женщина помогла Астерии освободиться от дорожной одежды, девушка погрузилась в горячую ванную и глубоко вздохнула от нахлынувшего наслаждения. Анна осторожно помогала ей мыться: движения были удивительно медленными и аккуратными, словно она боялась коснуться госпожи лишний раз. Откинув голову на бортик, Астерия едва сдерживала сонливость. Служанка неторопливо растирала ее кожу душистым мылом и поливала вспененные волосы водой. Руки женщины были столь же горячими, как и у герцога.

— Я заметила, температура тел драконов выше, чем у людей, — вдруг произнесла герцогиня.

— Прошу прощения, госпожа, вам некомфортно?

— Нет, я не это имела в виду... прости, если мои слова прозвучали грубо.

— Госпожа, вы не должны извиняться!

Хотя теперь Астерия была женой герцога, она все же оставалась человеком, и Анна, будучи драконом, могла обращаться к ней без всяких формальностей. Этот факт неизменно заставлял девушку чувствовать себя неловко.

— Я имела в виду, что на Севере стоит такая стужа, но для драконов она словно обычная прохлада.

— Вы правы, госпожа. Температура наших тел очень высокая, а кожа крепкая и плотная. Согласно легенде, народ драконов был создан из частички сердца Богини Огня, потому холод нам нипочем, а некоторым драконам даже сам огонь подвластен...

Астерия завороженно вслушивалась в каждое слово Анны. С каждым новым фактом о народе драконов в ее голове складывалась целая картина: могущественные существа, почти неуязвимые для холода и огня, обладатели силы, о которой простым людям оставалось лишь мечтать. Страх постепенно уступал место любопытству, а ледяная тревога, что преследовала девушку с самого отъезда, словно оттаивала под теплом голоса экономки.

— Но в поместье очень тепло, значит, вы все же иногда мерзнете?

Анна мягко улыбнулась и покачала головой:

— Это было сделано для вас, госпожа. Хозяин распорядился отопить поместье к вашему приезду, ведь у вас слабое здоровье.

Действительно, по сравнению с драконами, Астерия, человек, была словно хлипкая фигурка из бумаги. Но даже среди людей она с детства выделялась болезненностью: девушка всегда очень легко заболевала, особенно в периоды смены сезонов, а выздоравливала всегда дольше и тяжелее остальных.

«Наверное, Анна все же намекает на то, что я человек», - подумала девушка.

— Также хозяин распорядился подать обед в ваши покои, чтобы вы смогли поесть и отдохнуть.

Астерия нахмурилась:

— Разве мы не будем обедать с герцогом?

Внезапно Анна застыла, и в ее глазах мелькнуло изумление, будто она услышала нечто немыслимое.

— Вы желаете этого?

— Ну конечно... мы ведь теперь супруги... — неуверенно произнесла герцогиня, пытаясь понять, почему простой вопрос вызвал у экономки такую реакцию.

«Неужели это как-то неуместно?» — мелькнула мысль.

Заметив недоумение во взгляде госпожи, женщина засуетилась, торопливо подбирая слова:

— Простите, ваша светлость! Дорога была утомительной, и хозяин счел лучшим дать вам покой. Но если прикажете... Позвольте хотя бы помочь вам освежиться.

Астерия кивнула, все еще слегка озадаченная тем, насколько заботливо и одновременно тревожно Анна относилась к каждой мелочи.

Пока экономка аккуратно обтирала тело девушки мягким полотенцем — так же медленно и бережно, как умывала — две молодые служанки уже сервировали стол. Изумительный аромат блюд наполнил комнату, вызывая предвкушение. За окном снежинки лениво опускались на землю, а огонь в камине тихо потрескивал, создавая атмосферу уюта. Лишь одно оставалось тревожным для Астерии: брачная ночь. Союз с герцогом должен был быть скреплен слиянием тел — только тогда они станут настоящими супругами.

Анна поставила перед девушкой чашку дымящегося чая с медом, затем пододвинула грибной суп — его насыщенный аромат мгновенно наполнил комнату, навеяв воспоминания о домашней кухне. Первый глоток растопил остатки дрожи, и герцогиня ощутила, как тепло разлилось до самых кончиков пальцев. Постепенно ее разум успокоился, уступив место сладкой истоме. Она подумала о том, что не стоит торопить события: со своим супругом Астерия была почти не знакома, а о брачной ночи и вовсе лучше пока не задумываться — пусть все идет своим чередом.

«Надо написать письмо родителям», — также подумала она. Пусть знают, что с дочерью все в порядке. Перед отъездом все, включая саму Астерию, были уверены: Север не оставит человеческой жене и шанса. Конечно, пока предсказания не сбылись, но расслабляться было рано.

Анна молча дождалась, пока герцогиня закончит трапезу, затем помогла ей лечь и аккуратно укрыла одеялом, заправив края.

— Большое спасибо, Анна, — пробормотала Астерия, чувствуя, как слипаются глаза.

— Ну что вы, госпожа, это моя обязанность. Мы вас очень долго ждали.

Едва сомкнув веки, девушка провалилась в глубокий сон. День действительно был очень длинным.