Помощница эспера в Академии Зодиака

Под столом было тесно.

Но хуже того, под дубовой столешницей проректора нас было двое: я и спящий Бальтазар.

Ну не совсем и спящий. Оглушенный... мной.

Я выпустила в него свою водную волну нечаянно. Я не хотела...

Хотела! Ох, как я хотела отхлестать его по щекам за то, как он надо мной издевался! Ну вот и отхлестала своей водной магией, что теперь, как преступница, прячусь под столом уважаемого Гюнтера фон Дира. И хвала Зодиакальному Кругу, он — Стрелец, но с сильной стихией Воздуха и не сразу сможет заметить мою обволакивающую водную магию. Если бы у него был бы истинный дар Огня в его соляре, а не Воздух, который появился у него из-за сильного влияния Весов, то я могла бы пользоваться своей Водой почти не таясь.

Дар у меня, назло мачехе и сестре, был намного сильнее, чем у них. Он был посильнее даже моих однокурсниц, но об этом знала лишь я, прикидываясь неумехой.

А все почему?!

Да вот из-за этого мерзавца!

Я посмотрела на спящего Бальтазара, который неподвижно лежал подо мной, и постаралась сдержаться, чтобы не расцарапать ему лицо от злости.

Как он мог!

Как он мог запросить мой перевод на должность его помощницы?!

Решил убить за то, что не смогла ему помочь с поступлением в Академию Зодиака? Так он тут, да еще стал абсолютно неприкосновенным.

И я же все объяснила ему, что не было у меня злого умысла обмануть его. Он будто не видел мою семейку на нашей фиктивной помолвке.

Сделал из меня какую-то злодейку, а себя — жертвой моих козней выставил. Да еще и пригрозил, что вылечу отсюда в каталажку. Ух, гадина змеиная!

Я глубоко вдохнула и снова выдохнула.

Надо успокоиться и что-то придумать.

Проректора сегодня не будет, но есть его помощница, боевая подруга, невеста и секретарь — фрау Лиза. Она нас своей магией в прямом смысле в землю закопает и слушать не будет, что я там лепечу.

Мне снова оставался только один вариант — договариваться с Баалом.

Только вот один нюанс — я упустила эту великую возможность, разозлившись на обвинения, совершенно не обоснованные, в свой адрес. И теперь сижу на самом сильном темном эспере Академии Зодиака, который по моей вине в отключке.

Чуть-чуть «захлебнулся» до бессознательного состояния.

Обычно стихийники Воды могли удушить своей магией противника, перекрыть ему кислород, будто он тонет, но такое срабатывало на совсем слабеньких и хиленьких магах, кто даже щит не мог выставить. Оттого Водные знаки считались не особо умелыми бойцами — больше же талантов к нападению не было. Мы, в основном, прекрасно лечили; все по той же причине — воды в нашем теле было предостаточно. Поэтому то, что я провернула с Баалом вряд ли кто-то в стенах этой Академии видел.

Но это был не уникальный навык, а мое методичное оттачивание комбинирования водных техник. Мой знак — Рак — наделил меня тем самым упрямством, когда я не могла бросить дело на полпути.

Вот и способности все свои самодисциплиной наточила, словно колчан стрел. Жаль, что поддалась эмоциям и продемонстрировала все это добро на Баале, который, как откроет глаза, так под зад коленом меня вышвырнет из Академии Зодиака.

Нет, не вышвырнет. Не сразу. Сначала он опустошит мой магический резервуар, как темный эспер, а вот потом и вышвырнет.

Надо было срочно как-то смягчить его.

Как-то задобрить.

Я зажмурилась, а потом в ужасе распахнула глаза, услышав тихий, и уже недовольный, стон под собой. Бальтазар завозился, нахмурился, раздул ноздри, втягивая воздух, а потом резко распахнул свои темные злые глаза.

И я снова поддалась эмоциям, а что хуже — со страха сделала то, что меня окончательно сгубит.

Я. Его. Поцеловала.

Вот так взяла и прижалась к его сухим тонким губам. Целомудренно.

Но Баал вдруг перехватил инициативу: положил ладонь на мой затылок и впился в рот, как жаждущий живительной влаги. Я попыталась вырваться, но он прижал сильнее, явно демонстрируя мне, кто тут хозяин положения.

И я его укусила за губу.

Дернулась и наконец-то освободилась.

Он облизал ранку и усмехнулся.

— Не знал, что ты такая страстная, Элли. Всегда думал, что рыба полудохлая, а не Рак.

— А я думала, что ты не Телец, а козел криворогий.

Ну вот и обменялись любезностями. Все, как в первую встречу.

— Как бык могу и затоптать.

— Как рак могу и клешнями лишить достоинства.

Мы уставились друг на друга, и я заметила, как что-то странное промелькнуло в его почти черных глазах. Удовлетворение? Радость? Я не поняла эту эмоцию, да и не хотела я копаться в голове Бальтазара фон Анхасса.

Сдался он мне!

— Так ты меня оглушила... чтобы поцеловать? Или убить?

Я сглотнула. Чертова Луна, которая вечно вносит в мои эмоции такой раздрай. Ну что я опять-то натворила?

— Поцеловать, — буркнула и завозилась, чтобы вылезти уже из-под стола проректора, но Баал перехватил меня за талию и придавил к себе. Я сидела на его каменном прессе, и каждой клеточкой ощущала, насколько он сильный.

Телец. Бык. Стихийник Земли. Они всегда были очень сильные. На них пахать можно было.

Я же со своей изящной русалочьей конституцией стихийника Воды смотрелась рядом с ним, как фарфоровая куколка. И даже сопротивляться не могла — магии не хватит его сейчас побороть.

Я и оглушила его только потому, что он не ожидал.

А теперь знает, что от меня ждать и держит крепко со своей ухмылочкой на лице.

— Ну что ты, Элли, не стесняйся. Целуй еще. Я полежу. А кстати, почему под столом? Боишься, что нас обнаружат? Так эсперам можно в стенах Академии и не такое. Могу помочь даже юбку снять и все пуговки на блузке расстегнуть. Для моей стихии телесный контакт идеален для передачи магической энергии.

Я еле сдерживалась, чтобы не обрушить на него цунами!

Это будет мой последний раз, зато какой!

Но рациональность Рака наконец-то начала брать вверх над эмоциями, и я тоже растянула губы в ядовитой улыбке.

— Давай договоримся, Баал. Я — тебе, а ты — мне. Что мне нужно сделать за твое хорошее отношение ко мне и молчание про этот случай?

Он сделал вид, что думает над моими словами, а сам спустился руками к пояснице и принялся ее наглаживать через ткань юбки. Униформой в Академии для девушек служила длинная шерстяная юбка и плотная белая блуза под горло. Строгий и благопристойный вид.

Только сейчас эта юбка задралась до колен, а я сидела на парне, которому записывали девиц — стихийников Воды — для утех и пополнения магического резервуара, чтобы его собственная темная сила, дарованная вторым знаком Змееносца, не вышла из-под контроля.

Не Академия, а публичный дом для избранных.

Но об этом, конечно, все молчали.

Так что шансов у меня против Баала не было. Меня даже ректор не защитит, если Бальтазар решит мою юбку сорвать прямо сейчас.

А он явно на взводе после моей «пощечины».

Я продолжала сверлить его злым взглядом, а Баал вдруг подтянулся, сев чуть выше, и прижал меня к своему торсу.

— Чтобы доказать свою лояльность ко мне, Элли, залечи раненую губу. — проговорил вкрадчиво и выдвинул подбородок вперед, намекая, что снова ждет поцелуй.

Мы, как стихийники Воды, лечили через жидкую субстанцию, а на теле человека — через слизистую. Так что он знал, что для моментального эффекта мне действительно надо его поцеловать, тем более и ранка прямо на той самой слизистой.

Я вздохнула и добровольно подписала свою капитуляцию перед ним.

Теперь он будет делать со мной, что вздумается.

Чтобы не смотреть в эти насмешливые глаза, я прикрыла свои и мягко коснулась его нижней губы, где кровоточила ранка. Провела по ней кончиком языка, выпуская голубоватые искорки, чтобы усилить лечебный эффект, и задержала дыхание, чтобы не сдуть их. Дальше мне нужно было отдать немного своей витальной живительной магии, чтобы усилить способность к регенерации моего пациента.

И когда я уже собиралась разорвать наш телесный контакт, Баал вдруг с дикой жадностью впился в мой рот, вжимая меня в себя, не давая вздохнуть.

Он пил меня!

Я почувствовала эти ледяные иголки по всему телу, словно оно немело перед огромным хищником. Он поглощал меня, высасывал, не давал себя оттолкнуть. Его жажда была такой темной и такой страшной, что у меня потекли слезы из глаз.

Я будто умирала.

И в миг это все пропало.

Баал резко отстранил меня от себя, тяжело дыша.

В глаза он мне не смотрел, но я знала, что там будет.

Бездна.

— Прости. Я потерял контроль. Ты... — тут он метнул на меня злой взгляд и сразу опустил. Но, похоже, злился он не на меня, потому что его голос звучал слишком виновато для парня, которому плевать. — Ты ничего мне должна, Элли. Как и я тебе. Забудь. Я отзову прошение о твоем назначении помощницей эспера. Разойдемся, будто друг друга никогда не встречали. И... спасибо за лечение. Ты очень заботливо и ласково его проводишь, — договорил Баал и одним рывком снял меня с себя, усадив на пол рядом со столом. Сам он поднялся почти одним литым движением и помог встать мне, поправляя юбку. — Пошли отсюда. У меня еще куча дел. Завтра ты будешь свободна от меня и от других эсперов. Учись и не переживай.

Что это еще за благотворительность?!

Бальтазар фон Анхасс меня отпускает просто так?!

Моих сил хватало, чтобы моргать и пытаться переварить сказанное им.

Не верилось в такую щедрость, но сейчас мне хватит мозгов не выкинуть что-нибудь безрассудное, а принять столь великолепное предложение, ведь Академия Зодиака была моей мечтой.

И в этих стенах я нахожусь, потому что пошла на подлог со своей семьей, вернее, с мачехой, которая категорически не хотела отправлять мою сестрицу сюда, боясь, что ее определят к эсперу в помощницы.

И правильно боялась. Так бы и сделали. И шансы выгодно женить нашу прекрасную Сесси упали бы на следующий день, ведь даже если девушка не теряла свою сокровенную девственность, то все без исключения знали, что ей приходилось делать для пополнения магического резервуара эспера — самого ценного мага во всей империи Рокнесс.

Они были неприкасаемыми и бесценными, словно боги, способные спасти этот мир. Защищали нас от тварей из Белых Разломов, что появлялись то тут, то там из-за неуемного желания нашего королевства использовать порталы: не только на другие острова, но и в другие миры, с которыми мы успешно торговали.

Полотно мира трещало, а латали его темные эсперы.

Ну а помощницы со стихией Воды лечили их раны и восстанавливали силы.

И потеря шансов на хорошего жениха у таких помощниц никого не волновала, потому что стабильность эспера была превыше всего.

Но ежели девица после выпуска собиралась работать и жить не за спиной мужа, то диплом Академии Зодиака открывал почти все двери. Так что плюс тоже был, а для меня — самый главный.

Я собиралась после выпуска окончательно уйти из моей семьи и стать независимым целителем.

И столь щедрое предложение Баала я не могла не принять.

Что может быть лучше — спокойно учиться и быть невидимкой для эсперов?!

Да, ничего!

Но все мои планы продолжили с треском ломаться о камни реальности.

На следующий же вечер все опять поменялось.

Знакомьтесь, наша парочка):
Баал
Бальтазар фон Анхасс
Телец, второй знак Змееносец
Темный эспер
Стихия Земли

Элли
Сэнтэль Фриш
Рак, Целительница
Стихия Воды

Как вам?

С Гюнтером фон Диром я встретилась уже на следующий день после моего грехопадения с Баалом. Он вызвал меня по селектору с лабораторной работы, которую мы всем потоком проводили около внутреннего озера нашего кампуса. Оно было искусственным и предназначалась исключительно для отработки стихийниками Воды своих навыков и новых заклинательных рун.

Ну или для утопления своего бренного тела в мутноватой воде главного кампуса империи Рокнесс, например, из-за глупости, которую я совершила вчера — поцеловала самого неуравновешенного и опасного эспера всей Академии Зодиака. Да куда там! Всей империи. Про Баала уже легенды начали слагать за его свирепость и лютый нрав.

Ничего общего с тем парнем, с которым у нас была фиктивная помолвка, не осталось. Тогда он мне показался спокойным и вдумчивым. А еще настоящим воспитанным лордом.

Неужели второй знак Змееносца перекрывает вообще все черты «родившегося» эспера?

«Нет, он усугубляет только негативные», — подумала я и тоскливо принялась выводить записи в блокноте для рун. Они всегда были компактного размера, чтобы мы могли брать их собой и точно проговаривать нужную вязь, если та понадобится.

Тут Водные ничем не отличались от остальных стихийников. Одни и те же приемы усиления, только нам для отработки навыков приходилось искать большой резервуар воды. Вода из-под крана особо не работала. Проще всего было, конечно, стихийникам Воздуха. Вот у кого раздолье так раздолье для демонстрации магии.

Их в парах с эсперами и отправляли чаще всего на зачистку Белых Разломов. Левитация, воздушные ямы, ураганы, смерчи — огромный арсенал воздействия на монстров, и неоценимая помощь эсперам, которых чаще всего направляли на тварей, как таран.

От Водных никогда ничего не ждали, кроме лечения. У нас даже в дипломе отсутствовала графа — боевые навыки.

До вчерашнего дня.

«Адептка Сэнтэль Фриш, явитесь в кабинет проректора фон Дира для дальнейшей беседы. Адептка Сэнтэль Фриш явка незамедлительна!» — голос Лизы Гэльс, звонкий и сильный, разлетелся над нашими головами, и весь Водный поток уставился на меня во все глаза.

Потому что к Гюнтеру фон Диру вызывали только для наказаний.

«Неужели обнаружил наши магические следы в кабинете? Или чего хуже — смог сделать слепок события?»

Мое лицо только силой воли не стало пунцовым.

Вчера я пришла к проректору на своих двоих, чтобы попробовать отменить запрос в Помощницы, который накалякал Баал. Кто ж знал, что и он там окажется, парнокопытный козел!

Я сжала свой блокнот до скрипа страниц, но сразу же попыталась успокоиться — на меня же все смотрят. В том числе наш преподаватель Практической рунологии, мадам Лутц.

— Сэнтэль, что-то случилось? — спросила она шепотом, когда махнула на адептов рукой и дала задание тренироваться самостоятельно. — Давай я тебя провожу. — А потом обратилась к старосте — высокому, худому, как спичка, адепту Дитриху Шоссену — вот кто был отражением выражения «водный змей». Дитрих даже цветом волос пошел в героя старой легенды: такие же сине-черные, с ярким отливом, словно темные морские глубины. И глаза, яркие-яркие, словно сапфир. Он по-своему был красив, и наши девчонки по нему вздыхали, кроме меня. Может быть, поэтому, мы начали так близко общаться — не боялся, что я его окручу. Многие из наших бойких русалок мечтали зажать его в углу, а там уже и свадебные колокола зазвенят...

Когда я поступила в Академию Зодиака, в которой было огромное количество желающих на место, то неприятно удивилась, что девушек тут считают лишь соискательницами богатого мужа.

Странная логика, конечно, хотя и не лишенная фактов.

В общем, с Дитрихом мы были союзниками: я прикрывала его мнимым статусом «его девушки», а он помогал с учебой и книгами из библиотеки, которые выдавались только высокородным.

Вот такая учебная дискриминация!

Но я нашла выход. И из ситуации с Баалом тоже найду. Как истинное дитя Воды. Протеку между щелями и прорехами.

Мадам Лутц повела меня по дорожке ко входу в главный корпус Академии, где на третьем этаже находился этаж администрации. Хоть я и знала, в какой кабинет мне нужно явиться, но присутствие преподавателя меня успокаивало.

— Сэнтэль, не волнуйся, я думаю, что это плановый вызов, — успокаивала меня мадам Лутц, хотя какой мог быть плановый вызов к проректору, кроме какой-то проблемы со мной. Делать ему нечего — тратить свое драгоценное время на адептов.

А вот на возмутителей порядка — самое то.

— Конечно, мадам Лутц. Я тоже думаю, что это формальная процедура.

Когда мы поднялись на нужный этаж, использовав резной лифт, то нас встретили тишина и спокойствие в приемной проректора фон Дира. Фрау Гэльс бросила на меня нечитаемый взгляд, будто вчера не видела, как я шла в кабинет проректора вместе с Бальтазаром.

Вот, как я и боялась, остался всплеск моей магии, так заинтересовавший проректора, ведь на этом этаже хорошие защитные руны, а я их обошла.

«Обтекала», — мысленно поправила использованный глагол у себя в голове. Именно, что обтекла.

И сейчас очень хотела просочиться в какую-нибудь дыру вместо того, чтобы стоять и обтекать перед проректором.

Не хватало мне еще вылететь отсюда!

— Проходите, адептка Фриш, — указала на дверь кабинета секретарь Лиза Гэльс, а второй рукой оттеснила мадам Лутц. — Только Фриш, фрау Лутц. Вы можете вернуться на рабочее место.

— Но, позвольте, Лиза, как так. Мою ученицу вызывают к проректору, а я не могу присутствовать?

— Именно так, — кивнула ей Лиза и подогнала меня рукой.

— Не переживайте, мадам Лутц, с ней только поговорят.

— Все в порядке, мадам, — это уже я попыталась успокоить свою преподавательницу.

Она недовольно поджала губы, но замерла, наблюдая, как я захожу в кабинет. Дверь за мной с грохотом закрылась от порыва ветра.

В кабинете нас было трое: я, Гюнтер фон Дир и Бальтазар.

— Присаживайтесь, Сэнтэль, — обратился сразу по имени проректор и указал на кресло рядом со своим столом и с креслом Баала. Ясно, ничего хорошего мне не ждать.

Я уселась в кресле и сложила руки на коленях. Глядя на мою смиренную позу, Баал громко хмыкнул и проговорил:

— Да, я хочу отменить прошение по поводу помощницы. Смените мне кандидатку.

Гюнтер фон Дир посмотрел, сощурив глаза, сначала на Баала, потом на меня.

— А я повторю — я его не аннулирую.

— Тогда я ведь могу воспользоваться правом вето, герр фон Дир?

— Право вето дается раз в жизни, Сэнтэль. Вы серьезно потратите его на такой пустяк? У вас по Зодиакальному кругу и Натальным картам отличная совместимость. Дайте мне реальную причину отказа.

— Мы... — Баал прочистил горло, — ненавидим друг друга. И мы бывшие жених и невеста. Можно как-то подойти к нашей ситуации индивидуально?

— А что еще сделать? Молоко за вредность выдавать? — раздраженно спросил проректор. — Уважаемые адепты, вы в стенах самой престижной Академии. Здесь ведется самая подробная и продуктивная научная работа в области пробуждения эсперов и их контроля. Мы подбираем помощниц для эсперов не ради галочки, а только с научной и магической сторон. Вы — идеальная двойка. Одна лечит, другой калечит. Что мне еще надо сказать, чтобы вы поняли? Ваши личные проблемы никого не интересуют. Ваша магическая совместимость великолепна. Бальтазар, ты думаешь я буду рисковать твоим состоянием, из-за того, что у вас есть прошлое с Сэнтэль. Ну не маленькие, переживете. Со своей стороны я могу обещать, что буду соединять вас в двойку только по необходимости.

«Но, герр Гюнтер не договорил про то, что Баал может лично вызывать меня в любой момент. Это право темного эспера», — сказала я мысленно за него.

Речь проректора казалось зрелой, циничной и дающей компромисс. Но у меня его не было — Баал получит по этому прошению полную власть надо мной. Даже больше, нежели, чем мы были бы супругами.

Вот такой парадокс.

И реальность империи Рокнесс с ее темными эсперами.

— Я все равно хочу использовать право вето.

Проректор покачал головой.

— Сейчас ничего не приму. Дам вам неделю, чтобы разобраться. Свободны.

Я кивнула и встала, следом встал Баал. Он пропустил меня вперед, открыл дверь и увидел, что в приемной ждет моя преподавательница.

— Я зайду к тебе вечером, Элли, тогда и поговорим еще раз.

— Нет, встретимся в кафетерии, в восемь вечера.

— Ладно, — буркнул Баал, коротким кивком поприветствовал мадам Лутц и удалился из приемной.

— Ох, — выдохнула моя преподавательница, — милая моя, так на тебя подали прошение в помощницы?

Я молча кивнула, не желая рассказывать подробности, но мадам Лутц их и не желала. Она погладила меня по предплечью и повела обратно к озеру, чтобы я закончила свою лабораторную.

Я была ей благодарна, потому что не хотела, чтобы меня жалели.

В кафетерий я прибежала за минуту до назначенного времени. Неслась как угорелая, чтобы только не выслушивать претензии, что он меня прождал пять минут.

И как в воду глядела — Баал сидел за самым удобным столиком в нише около французского окна и что-то читал в своем блокноте.

Я подбежала и упала на соседний стул, пытаясь отдышаться.

— Ты почти опоздала, — сказал Баал вместо приветствия и перелистнул страницу, продолжая пробегать глазами по строчкам.

— Почти не считается, — натянуто улыбнулась и вызвала магическое меню, прижав большой палец к чуть выпуклому топазу. Такую роскошь могла себе позволить только Академия Зодиака, которая одаривалась не только из казны, но и из кошельков знатных семей. Папа тоже делал в свое время пожертвование, так мы и получили квоту на место... для Сесиль.

Не меня.

В семье все знали, что я хочу поступить сюда, но «Сесиль должна первой найти себе мужа». Даже моя фиктивная помолвка с Баалом тянулась бы до замужества сестры. Несусветная дикость! Учитывая, что у нас разница всего четыре месяца! Моя сводная сестрица унаследовала по своему соляру рождения знак Рыб, и вобрала в себя все негативные черты знака — тревожность, рассеянность, вечную жалость к себе, капризность. А мачеха еще все усугубляла в дочери, подпитывая ее несбыточные мечты о статусе жениха, о том, что она — самая красивая, самая умная.

Сесиль была обычной. И не особо интересной.

Но эта гиперопека и помогла мне попасть сюда — меня просто кинули на съедение системе.

И самый главный болт сейчас сидел напротив меня.

Я молча ждала своего заказа — чашку ароматного черного чая, которая как раз левитировала на подносе в мою сторону. И как только я поставила поднос на стол, то сразу проговорила:

— Баал, мы хотели поговорить.

Он захлопнул блокнот и убрал его во внутренний карман учебного кителя.

— Я не разрешаю тебе использовать вето. Оно действительно дается раз в жизни и больше не восстанавливается. Прибереги его для важных жизненных решений. Как ты помнишь, им можно даже остановить приказ императора.

— И предлагаешь мне стать твоей помощницей?

— Я постараюсь убедить Гюнтера в замене.

Гюнтера... Будто это не проректор! Да, герр фон Дир был достаточно молод для такой должности, но звать его просто так по имени...

— Он — мой куратор, — усмехнулся Баал, прочитав недоумение по моим глазам. — Мы общаемся на «ты» вне его кабинета.

Я громко хлебнула из чашки, демонстрируя свое недовольство такими привилегиями, чем еще больше развеселила Баала.

— А если он откажет?

— Будешь моей помощницей. Целоваться ты уже начала. А там и до другой помощи недалеко.

Я сделала второй глоток еще громче.

— Скотина рогатая, думаешь, я тебе позволю надо мной измываться молча? Буду портить тебе настроение хоть каждый день!

Я поставила чашку на столик и соединила на весу большой и указательный палец, изобразив клешню. Схвачу за самое чувствительное место и не отпущу.

Брови Баала взметнулись вверх, а его рот так искривился, что я не поняла сначала, что он сдерживает хохот. Но он сдержался и наклонился ко мне, прошептав:

— Какое интимное и откровенное предложение, моя бывшая невестушка. Я заинтригован.

— Хватит! — не выдержала я. — Мне надоели твои скабрезности. Да, я не помогла тебе поступить, не передала конспекты, но лишь потому, что после разрыва помолвки меня заперли. Я тебе говорила об этом! Зачем мне было тебя обманывать? Ты же свою часть сделки выполнил.

— Может, потому, что у тебя ничего не было, на самом деле. И ты меня вокруг пальца обвила, чтобы получить свободу?

— Ну и не верь, твое дело, — буркнула обиженно. Мне действительно надоело ему что-то доказывать.

— Покажи конспекты, и я тебя сразу прощу.

— Их сожгли.

— Как удобно, — ухмыльнулся Баал и вдруг взял мою чашку и сделал из нее глоток. — Хм, я думал, он будет сладкий.

— Я не люблю сладкое. И не люблю ходить в должницах.

— Тогда стань моей помощницей на этот учебный год, и я сниму с тебя должок. Не забывай, что их у тебя два, моя бывшая невестушка.

Я пристально посмотрела в темные глаза Баала.

— О чем ты говоришь?

— Ты забыла, что квота на место в Академии не твоя, а твоей сестры? Я проверил все документы. Как удобно — написать два имени в заявлении. Можно сказать, гениально. И не надо откликаться на Сесиль, ведь всегда есть второе и любимое имя Сэнтэль. А хороший взнос от семьи Фриш прикрыл кому надо глаза.

— Я поступила сюда самостоятельно, — произнесла я, чеканя каждую гласную.

— По чужой квоте, — добивал меня Баал.

Это не было преступлением, но за такое отец получит солидный штраф и подмоченную репутацию.

— Бальтазар, ты не посмеешь...

— Выкинуть тебя из Академии? Почему? Год только начался, а ты уже нос воротишь от назначения помощницей ко мне. Я могу обидеться. Я же козел криворогий, скотина рогатая, что еще там, тупой парнокопытный? Знаешь, какие Тельцы упрямцы? А хочешь узнать?

— Ладно, — подскочила я со своего места — Я согласна. Год, значит год.

Год действительно только начался, и мне нельзя было влипать в скандалы.

Баал победно улыбнулся и уже собирался дать свое второе согласие со сделкой, как из ниоткуда появился Дитрих.

Он замер около меня и холодно спросил:

— Он тебя обижает, Сэнтэль?

— Дитрих, привет, а что ты тут делаешь? — испуганно спросила я в ответ, краем глаза наблюдая, как встает со своего места Баал.

— Он тебя обидел? — повторил Дитрих злее.

— А если да, то, что ты сделаешь? — небрежно просил Баал и сложил руки на мощной груди.

— Я вызову тебя на дуэль.

Вот только этого не хватало!

Бальтазар прыснул со смеха, но сразу же прекратил, зло оскалившись.

— Я смотрю ты время зря не теряешь, уже второго лошка себе нашла в женихи? Не советую, — сказал он Дитриху и процедил сквозь зубы: — Эта кусачая креветка очень хитрая и изворотливая. Обманет и глазом не моргнет.

Я побелела от злости. Креветка, значит! Хитрая и изворотливая!

Ох, как хотелось еще раз его оглушить и надавать пощечин!

— Завтра в шесть утра около старой часовни Стихий, — сухо проговорил Дитрих, и схватив меня за руку, повел прочь от столика.

Я оглянулась на Баала и увидела, как горят его глаза, а черные электрические всполохи вырываются из тела.

Дитрих довел меня до женского корпуса, и всю дорогу не отпускал мою руку. Встреченные нам мои сокурсницы тихонько шептались, прикрыв рот рукой. Все до единой обратили внимание на наши руки.

Я не рискнула выдергивать, чтобы не унизить Дитриха своим резким поведением, да и держаться за руки могли не только парочки. Правда теперь сплетни понесутся быстрее ветра.

И про завтрашнюю дуэль.

Что-то нужно было решать.

Дитрих замер около дверей моего корпуса, рядом с маленьким фонтаном и цветущим розарием, и посмотрел на меня встревоженно.

— Что тебя связывает с фон Анхассом?

«Уже ничего», — хотелось бы мне ответить так, но...

— Он — мой бывший жених, а сейчас — эспер, к которому меня закрепят.

— Вот урод, — выругался Дитрих. — Откажись, наложи вето. Сэнтэль, он же все это творит из злости. Не позволяй ему манипулировать тобой, — в сердцах проговорил Дитрих и сжал мои плечи.

Он так искренне переживал за меня. Неужели я ему интересна, как девушка?

— Дитрих, я безмерно тебе благодарна за участие в моей судьбе, но я могу попросить тебя отказаться от магической дуэли. Это же... это же сумасшествие! Баал — темный эспер, говорят, один из сильнейших...

— Сэнтэль!

От его резко голоса я вздрогнула. Дитрих смотрел на меня взглядом, полным недовольства, словно я непослушный маленький ребенок, который перечит старшему.

Возможно, он хотел этим взглядом меня остановить от дальнейших речей, в которых я волей-неволей начала бы приводить доводы в безрассудстве поступка. Но ведь так и было! Дитрих рисковал понапрасну. Ему не одолеть Баала — слишком большая разница в силе.

— Я тебя не уговорю?

— Нет. Я принял решение. И я докажу тебе, что и на таких выскочек найдется управа.

— Подожди, Дитрих, успокойся. Бальтазар, возможно, выглядит опасным парнем, но он всегда был рассудительным прагматиком. Он не станет вредить своей помощнице. Мне никто не угрожал, — тут я попыталась снизить градус напряжения между мной и Баалом, но фактически он мне все-таки угрожал и делал это крайне грубо.

Но это наши с ним дела.

Дитрих тут был ни при чем.

— Не обеляй этого урода. Он заслужил и такое отношение к нему, и дуэль, — зло проговорил Дитрих, а я вдруг ощутила своей рачьей интуицией, что дело тут не только в защите моей чести. Дитрих слишком агрессивно реагировал на Баала, и так яростно попытался меня защитить.

Нехорошая догадка всплыла в моей голове: а не делает ли он это все специально, чтобы очернить репутацию Баала. Чтобы показать эспера с негативной стороны, при которой тот творит беспредел?!

— Дитрих, успокойся, я тебя очень прошу. Ты что-то слишком зло реагируешь на Баала, но он, повторюсь, личность прагматичная, поэтому налево и направо он бы своей властью не раскидывался. Я сама решу свой вопрос с ним, а тебя очень прошу — отмени дуэль.

— Нет. Завтра ты увидишь, что и темный эспер может получить под зад, — отчеканил Дитрих и навис надо мной. — Отдыхай, Сэнтэль, а утром я прибуду к твоему корпусу с хорошими новостями.

Но я опередила Дитриха — это я устроила на утро настоящий информационный взрыв для всей нашей Академии.

***

Я вошла в холл нашего женского корпуса и сразу прильнула к большому окну, низ которого был заставлен зелеными растениями, а по центру журчал небольшой искусственный водопадик — все для восстановления сил стихийников Земли и Воды. Для Воздуха и Огня зона релакса располагалась на террасе, что разместили на крыше. Там была не менее уютная беседка с костровищем, который был укрыт магией, а потому горел даже в дождь и открытые части беседки, чтобы ветер свободно гулял по большой площади.

А эти самые силы нужно было восстанавливать после каждого занятия. Нагружали нас учебой от души.

Я позволила водной стихии проникнуть в меня, впитываясь через пальцы, которые я опустила в емкость с журчащей водой, и принялась думать, что же мне делать дальше.

Дитрих по натальной карте был Скорпионом. Единственный из водных знаков, кто олицетворял лед, а не воду. Он мог не только «утопить», но и «заморозить», погрузив тело в лед. Водный опасный змей. И хоть он не сделал мне ничего плохого, но почему-то сегодняшняя выходка меня насторожила.

Скорпионы всегда были себе на уме. Яд их скрывался за словами и продуманными манипуляциями. Рыб они умели окрутить, но вот Раков... не всегда. Из-за врожденной мнительности последних Скорпионы порой попадали сами в ловушку, забыв, что Раки не менее хорошие стратеги и интуиты.

Вот моя интуиция вопила, что Дитрих не так прост.

— Надо отменить эту дурацкую дуэль, — выдохнула я и пробубнила себе под нос, как вдруг позади раздался веселый голос:

— Элли, я тут такие сплетни про тебя услышала, ты будешь в шоке!

Голос принадлежал моей однокурснице, с которой я делила комнату, Нине, по натальной карте получившей Козерога и стихию Земли. И была очень здравомыслящей особой, так что сплетни она собрала и отфильтровала, но мне пока некогда было их слушать. Нужно срочно встретиться с Баалом.

— Нина, — подняла я ладони вверх, — пожалуйста, давай обсудим это завтра. Мне нужно бежать.

Яркая шатенка уставилась на меня в молчаливом удивлении.

— Так ты правда, что ли, крутишь сразу с двумя?

Я закатила глаза. Не хотела же этого слышать, но не увернулась. И даже гадать не надо, кого мне приписали.

— Вот, от кого-кого, а от тебя я не ожидала, что ты поверишь в эту ерунду. Ни с кем я не кручу.

«Но дуэль из-за тебя завтра состоится, если не поторопишься!»

— Я не поверила, но... ты сегодня и правда была какая-то нервная, понеслась в кафетерий, а потом тебя с Дитрихом видели. С Дитрихом и Бальтазаром.

Ничего скрыть нельзя! Что за ужасное место!

— Нина, какие отношения?! Мне нужно учиться, чтобы не вылететь на первом курсе.

— Да ты точно не вылетишь! Сама подумай, — наклонилась ко мне моя подруга, — как могут выгнать помощницу Бальтазара фон Анхасса, м-м? Кто будет им заниматься?

— Им будет заниматься любая, родившаяся под стихией Воды, — не удержалась от язвительного ответа. Ну честно, уж девиц, готовых пинком скинуть меня с этой должности пруд пруди. Все хотят получить доступ к телу молодого герцога, чтоб рога у него отвалились и копыта пообломались!

Нина закатила глаза и отрицательно покрутила головой, давая мне четкий ответ на мои слова.

Я сама знала, что если бы так и было, то проректор не рычал на нас обоих по поводу отказа в обоюдном сотрудничестве. Стихия Воды — не панацея для восстановления магического баланса у эспера. Даже совместимость знаков Зодиака — не стопроцентная гарантия.

Должны совпасть и асценденты, и лунный знак.

И у нас с Баалом все совпадало, да так, будто нас соединили в Зодиакальном круге при нашем рождении, хоть у нас и было два года разницы.

У обоих асцендент в Стрельце, отсюда и тяга к знаниям, любопытство и легкость усвоения любой информации. У меня лунный знак в Деве, поэтому я была такой педантичной и любящей порядок. А еще я была приземленной, как и все стихийники Земли.

А у него лунный знак был Рыбы. Правда, от Рыб я у Баала могла выделить лишь желание одиночества, граничащее с аскетизмом. Он никого к себе не подпускал.

В общем, по Зодиаку мы были идеальной парой. Именно парой, в том самом семейном значении, которое любят продавать дурочкам на новогодних ярмарках. Потому что даже за этими сухими сводками нашей совместимости были мы сами, как личности. И вот наши с ним личности терпеть друг друга не могли.

— По глазам вижу, что сама в это не веришь. Бальтазар фон Анхасс, великий герцог Рокнесса абсолютно, совершенно точно, самый сумасшедший темный эспер королевства. И никакая стихия Земли не выравнивает его вспышки ярости и силы. А ты смогла все погасить, просто посидев тогда рядом с его койкой.

— Ага, и подписала себе приговор в виде этого назначения. Овнова практика в нашем лазарете! Овново стечение обстоятельств!

— Змееносцево стечение, — поправила меня Нина, и мы с ней прыснули со смеху. Вот уж точно, астральное невезение! Знала бы, бежала с практики в тот день быстрее «добра» по канализации.

— Мне пора, завтра договорим, — напомнила я Нине, что на самом деле спешу, когда нас отпустил смех. А она напомнила, чтобы я не опаздывала к комендантскому часу.

О том, что я не смогу вернуться в свою комнату на ночь, я еще даже не догадывалась.

***

Я бодро шагала в сторону кафетерия, как на середине пути вдруг остановилась, осознав, что я это бессмысленно — искать Баала там, где мы расстались. Он давно оттуда ушел. И скорее всего он направился в библиотеку. Где еще будет тихо и малолюдно?!

Я сама любила там сидеть и готовиться к зачетам, до ажиотажа, который наблюдала при первом промежуточном тестировании. Аккурат за день до дня зачета в библиотеке не было свободного пяточка, чтобы стоять, не то, что сидеть. Тогда был первый месяц учебы — апрель, знак Овна и стихии Огня, вот нас преподаватели и жарили на вертеле своих тестов, задач, зачетов, не давая нам расслабиться.

Сейчас, в мае, было уже полегче, видимо, потому что многие преподаватели уже жили в ожидании летней практики, которые в Академии Зодиака проводили в шикарном месте — в Золотой Поляне — в горах Рокнесса, где было древнее озеро Гольдат и великолепный курорт с термами.

Май! Точно!

Я встала, как вкопанная.

Когда там день рождения у Баала?

Я пыталась вспомнить его заявление, где он заполнял данные, и с ужасом поняла, что этот день сегодня! Тринадцатое мая — день появления на свет темного эспера.

И я снова понеслась в кафетерий к фрау Катье, чтобы попросить ее испечь пирог. В свой выходной я помогала ее сыну с предметами для поступления в Академию, так что в ее помощи я не сомневалась. Забежав внутрь, быстро нырнула на кухню и вытерла пот со лба.

Здесь уже все потихоньку завершали смену, но время еще было.

Фрау Катья повернулась ко мне и широко улыбнулась:

— Элли, что-то случилось?

— Да! Мне очень нужен пирог: яблочный, ягодный, шоколадный — все, что можно приготовить сейчас. Мне жизненно необходимо поздравить одно человека с днем рождения.

Фрау Катья удивленно заморгала, а потом крикнула своему помощнику по кухне:

— Ганс, яблоки остались?

— Да, штук пять-шесть, — крикнул он откуда-то из кладовой.

— Неси сюда. А ты, — тут фрау Катья вытянула руку с передником в мою сторону, — мне поможешь. Мой руки и бери разделочную доску для фруктов.

Готовить решили яблочный рулет с медовой карамелью. Дома у нас сладости всегда покупались, и мачеха никогда ничего не пекла, поэтому я строго выполняла все указания поварихи Катьи, а она успевала меня и поругать, и похвалить. Но через полтора часа я уже стояла с подносом, укрытым тканевой салфеткой, и укладывала его в переносную корзину.

— Вот, не забудь обсыпать сахарной пудрой, как поставишь на стол. И еще... вот. Надо будет обязательно зажечь.

Она выдала мне красивую красную свечку, которую втыкали в праздничные торты для загадывания желаний, но я сомневалась, что Баал оценит такую детскую романтику.

Оставалось самое сложное — попасть в их общежитие.

— Ты сможешь донести? Может, позовешь подруг, — предложила фрау Катья.

— Да мне в мужской корпус — вздохнула я, погруженная в свои мысли. За окном начало смеркаться. Вечернее солнце плавно опускалось за горизонт.

— Тогда бери с собой Ганса. Ганс! Ганс, иди помоги Элли. Ей надо донести пирог на день рождения в мужской корпус.

Из той кладовой выглянул худой и длинный, как жердь, рыжий парень весь в веснушках, и переспросил:

— Чего? У меня вода шумела.

— Говорю, помоги Элли донести пирог до мужского корпуса.

— А, ладно. Сейчас переоденусь.

Когда он ушел в раздевалку, а другие сотрудники кухни начали один за одним прощаться с Катьей, я поблагодарила ее за помощь и пообещала позаниматься с ее сыном не час, а два.

Фрау Катья расплылась в улыбке от слов благодарности, но выгнала меня сразу, как увидела Ганса на улице.

— Беги быстрее, пока комендантский час не наступил.

Благодаря Гансу добежать-то я добежала, но вот выйти из комнаты Баала не смогла до самого утра.

И все из-за этого яблочного пирога! Решила поздравить его на свою голову. Думала, он будет добрее, но, похоже, стало только хуже.

Уговорить коменданта удалось за пять минут. Годами выученные уроки общения с теми, кто тебя терпеть не может.

К моему удивлению, как только отец перевез меня в дом мачехи, в пансионе, куда меня определили с большим пожертвованием, мне никто не верил. Даже учительницы.

А говорила я про свою стихийную водную магию, и что она способна творить.

Но, что меня — еще девочку — пугало больше всего, так это то, как менялось ко мне о отношение.

Меня называли лгуньей при отце, а мачеха (когда была без него) могла дать мне и пощечину, за то, что позорю ее. Хотя Сесиль всегда могла подтвердить у меня больший дар. Могла, но ни разу не встала на мою защиту, потому что ей вбили в голову, что она — лучше всех.

И поэтому она никак не могла стать невестой Бальтазара фон Анхасса — ублюдка семьи Анхасс без сильного дара эспера. Она же — великолепная морская русалка, которая способна подарить успокоение любому эсперу, и нельзя, чтобы такое дарование досталось позорному пятну семьи фон Анхасс, да еще и бесталанному.

Поэтому меня сделали невестой Баала. Поэтому я зачислена в Академию Зодиака, как расходный материал.

А Сесиль живет в непонятных грезах и ждет принца. Но, бьюсь об заклад, мачеха уже запыхалась искать ей лучшего из лучших. Поскорее бы сестру выдали бы замуж за великого мага всего Рокнесса, а от меня отстали окончательно.

Мне, главное, продержаться в Академии до выпуска.

Поэтому я включила все свое обаяние, чтобы комендант не смог отказать мне в просьбе.

Сухой, небольшого роста, седой мужчина осмотрел нас с Гансом с ног до головы по два раза. Изучил содержимое подарка, даже артефактом, позволяющим находить яды, провел по три раза над корзиной.

— Пусть идет только адептка Фриш. Она — ученица, а ты — служка. Руны на верхнем этаже могут на тебя среагировать, и не дай Стихиям, испепелить. Проверять сие предположение я не хочу. А учащихся руны не трогают.

Испепелить?!

У нас такого в женском корпусе не было.

— А почему считаете, что меня не постигнет сия участь? — решила я уточнить у коменданта, который уже отворял нам дверь во внутренний холл с небольшим резным лифтом. Ганса он придержал рукой, чтобы парень, забывшись, не пошел за мной.

— Так они ж девок... кхм, адепток-водянок часто на верхний этаж водят, эсперы-то наши. Лечатся. Ни одна еще не пострадала.

— А, — только и выдавила из себя. Я же забыла, что верхний этаж был этажом эсперов, и помимо Баала там их было штук шесть — заносчивых, наглых и опасных парней с сильнейшей магией.

И куда я решила залезть? В логово хищникам?

Я перехватила корзину у Ганса и, чтобы не передумать, зашла в лифт, чтобы подняться на пятый этаж. Там я, перебирая ногами через силу, дошла до комнаты номер «Пять», потому что это был месяц рождения Баала. И судя потому, что у цифры не было дополнительных букв, Баал был одним Тельцом в этой банде темных магов.

Я остановилась напротив двери, сглотнула и громко постучала.

За дверью стояла тишина.

Ждать Баала на этаже эсперов мне совершенно не хотелось, но что оставалось? Я должна была остановить эту дурацкую дуэль.

Я снова постучала в дверь уже громче, и на этот звук открылась дверь.

Под номером «Шесть».

Красивый эспер с длинными светлыми волосами и невероятно обаятельной улыбкой оперся на косяк двери и низким приятным голосом произнес:

— Привет, красавица. Может быть, ты ошиблась дверью? Мне как раз нужно восстановление.

Я посмотрела прямо в светлые глаза, цвета высокого летнего неба, и скисла. Терпеть не могла Близнецов за их врожденное умение разболтать любого. А еще за цепкий интеллект.

Все, что я сейчас нечаянно произнесу, он запомнит.

Надо было как-то снизить его бдительность.

— Добрый вечер! А меня попросили доставить пирог для адепта фон Анхасса. Вы не подскажите, где он? — с милой улыбкой произнесла я свою речь, изо всех сил стараясь не показать своего истинного отношения к эсперу, но светловолосый красавчик не дал мне пространства для маневра:

— Подскажу, но это не бесплатно, милая русалка. Ты же... — тут он прищурился и пристально осмотрел меня, наверняка, отмечая все нужные значки на униформе, — первокурсница. И еще такая красавица. Тебе обязательно нужно найти своего защитника. Хочешь, я стану им? Мое имя — Арик.

Арик фон Хеур. Второй сын семьи промышленников Хеур, тех самых, что в свое время пытались захватить торговый путь отца., чтобы стать монополистами в поставке специй, что использовались для наших паротранов — больших паровых поездов, чьи рельсы пересекали всю империю и соседние государства.

Как им повезло — в семье настоящий эспер.

— Сэнтэль, и мне не нужен защитник герр Арик. Здесь меня никто не обижает.

«Кроме одного высокомерного рогатого парнокопытного».

Арику мой ответ не понравился. По глазам увидела, как он постарался удержать лживую улыбку.

— Так вы не знаете, где адепт фон Анхасс?

Он вдруг схватил меня за запястье и притянул к себе. В другой руке у меня была корзина с пирогом, поэтому, чтобы удержать равновесие, мне пришлось качнуться к нему ближе. И Арик моментально воспользовался ситуацией, обвив меня за талию.

— Я же сказал, что мой ответ не бесплатный, милая Сэнтэль. Один поцелуй и я расскажу все, что захочешь, — тихим голосом успокаивал меня Арик, наклоняясь все ближе.

Выхода не осталось — придется бить корзиной с пирогом.

Я дождалась, когда он наклонился к моим губам и, перехватив плетенную ручку крепче, замахнулась и ударила прямо по голове эспера.

— Отвали, воздушный пердеж!

Арик взвыл, выпустил меня из рук и отшатнулся. И почти сразу упал навзничь, разбив нос об пол.

Я так испугалась, что обняла сломанную корзину и не сразу заметила, что нас в коридоре стало трое.

— Элли, я смотрю, ты просто свадебная хищница! Вокруг тебя одни парни, готовые залезть тебе под юбку!

Я глянула на задравшуюся юбку униформы и быстро пригладила ее рукой, тяжело сглотнув.

— Не придумывай, Баал. Меня не интересует брак, тебе ли не знать! И вообще я пришла к тебе. — Тут я протянула ему сломанную корзину с пирогом. — Поздравить с днем рождения! И попросить о личной просьбе.

Баал удивленно приподнял брови и забрал помятую утварь. Приоткрыл крышку и расхохотался.

— Боюсь представить, что ты подаришь тому, от кого тебе ничего не нужно.

И будто окончательно издеваясь, развернул мне открытую корзину, в которой вместо красивого румяного пирога была масса с кусками яблок. Такое даже свиньям стыдно было подавать на завтрак.

— Это... прекрати ржать, как конь. Я защищалась.

— Кстати, об этом. — Тут Баал поставил корзину и присел к лежащему Арику, дернул его за шиворот, приподнимая разбитое лицо, а потом дал пощечину. Арик замычал, разлепил глаза, которые моментально налились злостью и тьмой.

— Я тебя прибью, Бальтазар! Сотру в порошок! — Он попытался встать, но Баал не отпустил ворот униформы.

— Да что ты говоришь, Арик. Уже в штаны от страха наложил. А не боишься вылететь за домогательства?

— Она — глупая стихийница Воды, зачем она еще нужна, если не для снятия стресса?

Вот же дерьмо бычье! Я даже дар речи потеряла от такой грубости.

Баал вдруг дернул Арика назад, усаживая на пол, а потом просто взял и вправил ему сломанный нос под громкий вопль.

— Она — моя невеста, говна кусок. Я тебе не только нос сломаю, если криво на нее посмотришь. Понял, Хеур? Не забывай, какой класс у тебя и у меня. Тебе лучше на меня не бычить. Могу сильно боднуть в ответ.

Невеста? Вот же врун! Но я не стала его поправлять, пусть этот Арик держится от меня подальше.

— Да понял я, — промычал в нос Арик, закрывая его рукой. — А ты! — тут он бросил на меня злющий взгляд. — Могла бы и сказать, что к жениху пришла!

О! То есть, по его мнению, это я виновата, что он получил по морде.

— Ничего она тебе не должна, Арик. Иди в лекарскую, пока не залил тут все своей кровью.

Баал помог подняться эсперу, и тот, кинув на нас недовольный взгляд, ушел к лифту. А меня подтолкнули в спину к двери его комнаты.

— Заходи. Поздравишь меня более лично.