Помощница генерала-дракона. Лавка в придачу!

- Вам осталось жить меньше полугода, - врач произнёс это так буднично, будто сообщал прогноз погоды.
«Ожидается дождь, возможны грозы. Ах да, а ещё вы скоро умрете».
Я сидела и тупо смотрела на его лицо: аккуратную бородку, очки в тонкой оправе, безупречно выбритые щёки. Полное безразличие во взгляде. Он выглядел как человек, который только что предложил мне выбрать цвет гроба.
- То есть... совсем ничего нельзя сделать? - голос предательски дрогнул.
- Поддерживающая терапия поможет незначительно продлить срок жизни, - он пожал плечами. - Но, знаете, если отметите следующий день рождения - вам очень повезёт.
«Срок жизни! - возмущение поднялось в груди. - Он как о гарантии на холодильник рассуждает!»
Я зачем-то поблагодарила врача и вскоре покинула клинику, не помня себя от шока. Мир вокруг внезапно стал слишком ярким. Люди смеялись, разговаривали, куда-то спешили. А я стояла посреди улицы, глупо думая: «А кому оставить мой фикус и три фиалки?»
Какой-то бред. Я же не могу вот так взять и умереть?..
Хотелось разрыдаться, но не получилось. Слезы будто застопорились где-то в горле. Эмоции отступили. На их место пришло полное равнодушие.
Дома я залезла в интернет с твердым намерением найти ну хоть какой-нибудь способ продлить свой «срок жизни». Перед глазами плыли форумы, статьи, отчаянные посты таких же обречённых.
«Попробуйте травки», «Акупунктура!», «Мой дед дожил до ста лет, потому что пил чай из борщевика!»
Спасибо, ребята, очень помогли.
И тут - как луч света в кромешной тьме:
«Экспериментальное лечение. Требуются добровольцы. Проживание и работа гарантированы. Бесплатно».
Я прочитала объявление три раза. Пахло какой-то аферой и тем, что, скорее всего, мои органы продадут на черном рынке. Но, чёрт возьми, я и так вот-вот умру. Так что терять мне особо нечего.
Через два дня я стояла перед дверью в сомнительного вида подвал, который гордо именовался «Клиника инновационных медицинских решений». Меня встретили, провели в полупустой кабинет и вручили многостраничный договор.
- Вам нужно подписать здесь, здесь и вот здесь, - тараторил улыбчивый молодой человек в белом халате.
Я мельком глянула на текст. Мелкий шрифт, куча пунктов, подпунктов и где-то в середине - странная фраза: «Исполнитель не несёт ответственности за возможные побочные эффекты, включая, но не ограничиваясь: временную потерю личности или её расщепление, кому, смерть…»
- Вы серьёзно? - я подняла бровь.
- Стандартная формулировка, - он махнул рукой. - Юристы перестраховываются. Послушайте, вы же и так умираете. Неужели вы боитесь комы?
Действительно. Сложно поспорить с таким весомым аргументом.
Я вздохнула и подписала.
«Операция» была назначена через четыре месяца. К тому времени я закрыла все вопросы, написала друзьям несколько прощальных писем, на всякий случай попрощалась с квартирой (вот так и бери ипотеку на тридцать лет).
В день «икс» меня вновь привели в кабинет и вручили непрозрачную бутылочку.
- Наркоз, - улыбнулся всё тот же молодой человек.
- Его разве не вкалывают?
- Конкретно этот - достаточно выпить.
- А что будет потом?..
- Вы подписали договор. Пункт 5.4.2 указывает на то, что мы не имеем права разглашать подробности операции до её проведения.
Кажется, я попала…
Меня точно разберут на запчасти и продадут на черном рынке.
Но деваться было некуда. Моё время и так на исходе. Других вариантов всё равно не нашлось. Потому я храбро отхлебнула из бутылочки.
- Отлично! Теперь считайте вслух: десять... девять... восемь...
На «семи» я отключилась…
…и очнулась в другом мире.

[несколько месяцев спустя]

Дела в лавке магических трав и отваров в последнее время шли плохо.
Во-первых, хозяйка лавки внезапно отошла к праотцам в начале года (насколько слово «внезапно» применимо для той, которой исполнилось сто два года), и на её место свалилась я. Без опыта. Знаний. Навыков.
Свалилась в прямом смысле слова - рухнула из операционной прямо в лавку из другого мира полгода назад.
Во-вторых, в канун новогодних праздников жителям столицы не до зелий. Они скупают имбирные пряники, меховые накидки и травы, только не магические, а те, с помощью которых можно наварить глинтвейна.
Я уже даже подумывала: а не переквалифицировать ли мне лавку?
Вот вам зелье от чахотки. А вот вам пунш, сваренный в том же котле. Ну, чтоб вкуснее был.
В-третьих…
Я не успела подумать насчет «в-третьих», потому что дверь приоткрыли, но внутрь не вошли. Как будто засомневались, а надо ли оно вообще.
- Открыто! - вяло отозвалась я, кроша ножом петрушку.
Оказывается, эта самая петрушка неплохой такой энергетик, главное - соблюсти правильные пропорции и не настругать лишнего. Веточки нужно отделить от стебля, а листочки резать строго перпендикулярно, чтобы не мять, а разрезать вдоль волокон.
Молодой человек ввалился в лавку, глянул на меня выпученными глазами и попытался что-то сказать, но внезапно схватился за горло и рухнул к моим ногам.
Я уставилась на лежащее у прилавка тело и обреченно застонала.
А вот и в-третьих.
Жмурик на пороге моей несчастной лавки.

Я грустно посмотрела на бездыханного молодого человека. Тот в ответ не менее грустно таращился на меня безжизненным взглядом.
- Хэй, поднимайся давай! И дверь закрой с той стороны, холодно же! - произнесла я в надежде на то, что человек сейчас передумает и начнет вести себя прилично.
Тот приличным становиться не торопился, и мне пришлось выйти из-за прилавка, отряхивая руки от петрушки. Впрочем, нож я оставлять на столе не решилась и сжала его покрепче, направляясь к телу. А то мало ли... От местных жителей можно ожидать чего угодно, по улочкам всякий люд бродит. И нелюдь тоже.
Я осторожно потыкала носком ботинка молодого человека. Тот, к сожалению, не пошевелился и не торопился избавить от своего прекрасного общества.
Он был совсем молодой. Одет в обычную зимнюю мантию и такие же черные брюки. Только почему-то босой. Сумасшедший! Как можно в такой лютый холод бегать по снегу без обуви?
А, наверное, это коренной лакорец, а местные жители тут все с прибабахом и столь устойчивы к морозу, что могут даже подолгу в проруби купаться. Я когда в первый раз такие ледяные заплывы их увидела, мне чуть плохо не стало.
Хотя... Нет, все равно странно, просто так по сугробам босиком тут никто не бегает. И уж тем более - не падает замертво чуть ли не в ножки прекрасных леди. Я была не то чтобы леди, но мысленно к ней стремилась. Мечтать не вредно, все дела...
Я задумчиво потерла подбородок, размышляя, как мне поступить дальше. Надо, наверное, позвать на помощь? А кого? За несколько месяцев пребывания в этом мире я как-то не сталкивалась со столь щекотливыми ситуациями и не понимала, как мне правильно действовать. Одно было ясно точно: надо было для начала оттащить его куда-то, чтобы закрыть дверь, потому что я уже начала подмерзать. А пока местных стражей правопорядка дождешься, то я окончательно превращусь в сосульку, а заодно отпугну всех возможных покупателей.
Я тяжело вздохнула, дунула на мешающую прядь волос, спадающую со лба, и сначала потянула незваного гостя на улицу, потом представила, как эпично буду выглядеть со стороны, вытаскивая бездыханное тело из своей лавки, и потащила его обратно.
За сим чудесным занятием меня и застала Эля, как раз вернувшаяся с рынка с корзинкой в руках, из которой доносился приятный аромат выпечки.
Подруга и моя помощница в одном лице смерила меня тяжелым взглядом, глянула на нож в моей руке, потом посмотрела на тело и снова на меня. Осторожно произнесла:
- Ди, когда я говорила, что нам нужно придумать способ привлечь внимание к нашей лавке, чтобы вытащить ее из плачевного положения, я немного не то имела в виду…

______________

примечание автора Леси Филеберт: драгоценные мои, приветствую вас в новой истории!)) Она пишется совместно с автором Татьяной Новиковой, история будет очень легкой, развлекательной, юмористичной, с хулиганистыми подругами, обаятельным героем и загадкой, которую мы с вами будем вместе разгадывать)) продолжение будет выходить каждый день рано утром по Мск времени, без выходных. Буду рада вашим сердечкам ♥ и комментариям))

- Это не то, о чем ты подумала, - произнесла я фразу, которую сотню раз слышала в дешевых фильмах.

Теперь же она вырвалась сама по себе. Без моего на то желания. Потому что другого объяснения у меня не было от слова «совсем».

Эля скептически хмыкнула.

- А что я, по-твоему, подумала?

- Что я убила этого человека и теперь пытаюсь спрятать тело.

Она одобрительно кивнула.

- Ну, допустим, я именно так и подумала. Ход мысли угадан тобой верно. А что же происходит на самом деле?

- Он… того…

Я развела руками.

- Я вижу, что не этого. Можно как-нибудь поподробнее?

 Пусть не сразу, но у меня получилось объяснить, откуда тело взялось в лавке и почему мы с ножом к его кончине не причастны. Подруга слушала внимательно, абсолютно без эмоций. Я даже позавидовала её выдержке. Не девушка - кремень.

- Ясно, - подытожила она. - Так, бери нашего гостя за ноги, я за руки, вместе потащим.

- Куда?

- Ну, для начала - подальше от зала. А то он слишком уж красноречиво пялится на будущих покупателей. Мол, смотрите, я тоже отведал зелья этой прекрасной дамы, а после окочурился. Берите, не пожалеете.

- Точно! Надо закрыть дверь, чтоб больше никто не вошел! - я метнулась к защелке, но Эля дернула меня за рукав.

- Стоять! Подозрительно будет выглядеть. Мы лавку никогда раньше семи не закрываем, а тут не работаем как раз в момент, когда кто-то изволил подохнуть неподалеку. Нет уж. Потащили в подсобку, пока поблизости никого.

Вскоре многострадальный мертвец  лежал среди мешков с сушеными травами, печально сложив на груди руки. Это он не сам. Это мне показалось, что валяться с широко расставленными как-то негоже. Я ещё и глаза подумывала ему прикрыть, но не решилась.

Что же нам делать?..

- Слушай. Надо, наверное, вызвать следователей? - внезапно осенило меня.

- И что ты им скажешь? - в голосе помощницы слышался явный скептицизм. - «Это не то, о чем вы подумали»? - передразнила она меня.

- Ну-у-у, да. А что не так?

- Предположим, тебе поверят и не казнят. Но ты хоть представляешь, как сильно это ударит по нашей репутации и отразится на продажах? Следователи оцепят лавку и запретят сюда ходить, пока не завершится расследование. Это могут быть недели, а то и годы.

- Не понимаю. При чем тут наша лавка и расследование? Его же не здесь убивали.

- Но окочурился он - здесь. От этого и будут плясать.Тебе оно надо?

В её словах, к сожалению, была огромная доля истины. Лавка - единственный мой способ дохода. Я и так особо не шикую, но денег, полученных с продажи трав, хватает на жизнь.

Я уже говорила, что однажды просто рухнула сюда из другого мира?

Когда это случилось, денег «на первое время» мне никто не спешил вручить. На столе лежал договор, в котором значилось: отныне я - полноправная владелица «Трав и зелий», как незамысловато назывался местный магазинчик.

Прежняя хозяйка умерла, наследников после себя не оставила. Поэтому получи и не жалуйся, теперь это всё твоё. Осталось поставить закорючку.

Ну, я и согласилась. От безысходности.

А куда деваться?

Кругом - снега. Мир незнакомый. Возможности выбраться - никакой.

Позже обнаружила среди завалов увесистую книженцию, в которой моя предшественница долгие годы описывала разные рецепты отваров и способы заготовки всяких корений. Торговать стало чуть проще.

Жила я на втором этаже этой же самой лавки.

В общем, лишаться покупателей - не в моих интересах.

Я тяжело вздохнула и нагнулась над молодым человеком, от стеклянного взгляда которого мурашки бежали по спине. С мертвецами я никогда не сталкивалась и век бы еще их не видела. И внимательно разглядывать не хотелось, но пришлось.

Никаких увечий на нем видно не было, подозрительных пятен и признаков страшных инфекций-болезней - тоже.

- Как думаешь, от чего он помер? - спросила Эля, тоже внимательно разглядывая паренька.

Я пожала плечами.

- Не знаю. Он за горло хватался, когда в лавку влетел. Может, просто конфеткой подавился? - предположила с надеждой.

- Ну тогда тем более нельзя стражам правопорядка сообщать о том, что мы у себя в лавке труп нашли! - решительно произнесла Эля, тряхнув копной рыжих волос. - А то со стороны будет выглядеть так, будто к нам за помощью пришел человек, а мы даже помочь откашляться ему не смогли! Ну и кто какие травы у нас будет покупать? Разве что курительные смеси для похорон.

- Ну... переквалифицируемся в похоронную лавку тогда, - мрачно предложила я. - Глядишь, там лучше дела пойдут.

- Ди, ну что ты такое говоришь! - всплеснула руками Эля.

Я снова вздохнула, нервно комкая ткань своего простенького платья. В этом мире в таких преимущественно ходили травницы и всякий простой люд, местная одежда напоминала мне странную смесь из средневековой одежды и платьев Викторианской эпохи моего мира. Я предпочитала одеваться попроще, не привлекая к себе особого внимания, а вот Эля, напротив, любила выпендриться яркими красками. Она и сейчас щеголяла ярким желтым платьем, в котором любила прогуляться до рынка. Эля жевала пирожок с капустой, судя по вкусному аромату, и не отрывалась при этом от разглядывания трупа. Отменный у нее аппетит, однако. У меня вот желание обедать напрочь пропало, и я покачала головой, отказываясь от протянутого пирожка.

Мне сейчас сильно беспокоила вся эта ситуация, мне было не до еды.

- Ну и что с ним делать? Не оставлять же его тут в качестве новомодного декора.

Эля задумчиво потерла подбородок, а потом самодовольно прищелкнула пальцами.

- О, слушай, есть у меня одна отличная идея!

Я с сомнением посмотрела на подругу, нервно подергивая себя за кончик пышной каштановой косы.

Эля и отличные идеи - это понятия были немножко не совместимые. Точнее, совместимые, но так... местами. Редкими и не всегда адекватными.

Но делать было нечего: в окошко было видно, что к лавке приближаются люди.

- Ладно, сделай что-нибудь с... этим... А я пока покупателей обслужу, - бросила я подруге и поспешила встать за прилавок.

- Сейчас я всё сделаю! - уверенно произнесла Эля, показывая мне большой палец.

Мой левый глаз нервно дернулся.

В лавку вошла миловидная женщина средних лет и маленький ребенок с большой сосулькой в руках. Сосульку он облизывал, как леденец, и с интересом глазел по сторонам.

- Добрый день! Что вам будет угодно? - улыбнулась я.

Женщина поздоровалась и попросила внушительный набор травяных чаев, я поторопилась найти всё нужное и расфасовать по бумажным пакетикам.

Я вообще заметила, что местные жители очень любят всякие бодрящие травяные чаи или что-нибудь такое. И кофе любят, но пьют реже, так как он достаточно дорогой, простые люди им балуются нечасто. Лако́р - страна вечных снегов и морозов, здесь все фрукты и овощи являются либо тепличными, либо привозными, а штуки вроде кофе доставляют из далекого жаркого Тиро́ля и в первую очередь уходят к аристократам, чтоб им там всем икалось на их деньгах.

Коренные лако́рцы болеют редко, их морозами и ледяными ветрами пробрать тяжело. Так что всякие травяные сборы от простуды здесь популярностью не пользуются. Я этого поначалу не знала, потому здорово ошиблась, когда в первое время делала ставку на продажу всяких антипростудных трав и зелий, логично размышляя, что раз тут круглогодично снег и холод, то желающих испить целебное зелье у меня отбоя не будет. Как бы не так!

- Мам, я хочу что-нибудь вкусненькое! - заканючил тем временем мальчишка с сосулькой в руках, дергая женщину за рукав.

- Это не кондитерская лавка, милый, - с теплой улыбкой покачала головой женщина. - Сейчас мы с тобой отправимся на рождественскую ярмарку и возьмем тебе там что-нибудь вкусненькое.

- Ура, вкусненькое! - глаза малыша загорелись чистым восторгом.

Я улыбнулась. Надо мне тоже будет добраться до рождественской ярмарки... Полюбоваться на красивые огонечки, съесть имбирный пряник, выпить горячий айлино́р, похожий на глинтвейн из моего мира... Может, так и новогоднее настроение появится, а? А то пока из новогоднего у меня была только одинокая гирлянда при входе в лавку. И то, хорошо, что я на ней еще не висела от безысходности.

Посетители ушли, а я еще некоторое время занималась взвешиванием трав и их расфасовкой. Из подсобки не доносилось ни звука. Кажется, Эля вышла через черный ход, чтобы не привлекать внимание к лавке с главной улицы. Вот и хорошо. Надеюсь, она действительно знает, что делает.

Подруга вернулась через несколько минут, сияя, как начищенная золотая монета.

- Ну вот и всё! - громко заявила она, довольно хлопнув в ладоши и плюхнувшись в скрипучее кресло у окна с видом победителя. - Я решила нашу проблему, Ди!

- Ты избавилась от трупа? - восхищенно произнесла я, счастливо глядя на подругу.

- Именно!

Я облегченно выдохнула.

- Ну, хвала небесам! А куда ты его дела?

- Подкинула в соседнюю лавку, к нашим конкурентам, - широко улыбнулась Эля.

Ч-ч-ч-что?!!

- Здорово я придумала, да? - подруга прямо-таки светилась счастьем.

Нож выпал из моей ослабевшей руки, я нервно сглотнула, шумно втянула носом воздух и перевела взгляд на окно. С улицы донеслись чьи-то вопли ужаса.

Внутри меня похолодело всё, что могло похолодеть, и упало то, что каким-то чудом до сих пор стояло. Я ведь лапала это тело… а если у местных следователей есть возможность проверить мои отпечатки каким-нибудь магическим образом?!

Всё, мне конец. Я закончу своё существование в темницах этого холодного, не особо гостеприимного мира. На каторгах. В кандалах. Черт его знает, как наказывают местных преступников. Особо не интересовалась. 

Ну, вот и узна́ю на живом примере. Наглядно, так сказать. 

Да и вообще. Я, конечно, терпеть не могу старуху Гризольду, которая заведует соседней лавкой зелий (такую мерзкую каргу ещё поискать надо), но мертвецов ей точно не желаю. Вдруг у неё сердце слабое (ну-ну, ты сама-то в это веришь, Ди?), не выдержит такого стресса.

Вон как орет истошно.

Будет на моей совести два хладных тела. Один подавился и издох. Вторая не пережила кончины первого.

- А как ты его подкинула?.. - севшим голосом спросила я. - Через главный вход?

Почему-то в голове четко нарисовался образ: Элька входит в лавку, говорит “Драсьте!” бабке Гризольде и демонстративно укладывает труп ей на порог. 

- Что за странные вопросы ты задаешь? - обиделась подруга. - Разумеется, через задний двор. Бросила в её мусорный бак. Если честно, я удивлена, что она так быстро заметила. Она ж мусор неделями копит.

- Помогите!!! - раздалось совсем рядом с нами, и дверь открылась. 

Старуха Гризольда сейчас выглядела не лучшим образом. Волосы её, и так напоминающие воронье гнездо, растрепались. Лицо было белым от страха. Глаза - навыкате. За её спиной уже виднелась толпа тех, кто ещё ничего не понял, но уже с интересом ходил неподалеку. 

У местных развлечений немного. А тут бабка бегает и орет. Круче любого телевизора.

- Ч-что случилось?

- Там человек… - запинаясь, произнесла она, хватаясь за сердце. - Он… помогите… 

“Ему уже не поможешь”, - скептически подумала я, но внешне изобразила волнение.

Но помогать, по всей видимости, требовалось нашей конкурентке. Кто б мне сказал в другой день, что я кинусь с успокаивающим бутыльком к ней - не поверила бы.

Мы с Гризольдой соперничали с первого дня моей жизни в этих краях. Лавки наши стояли по соседству, стена к стене. Раньше их хозяйки дружили, а потом перессорились и стали кровными врагами. И когда владелица моей лавки ушла на вечный покой - Гризольда решила мстить мне. По старой памяти.

Но сейчас случай был исключительный, поэтому мы с подругой не колебались.

Элька усадила старуху на пол, я влила снадобье ей в горло. Бабка прокашлялась и изрекла вполне нормальным голосом:

- Ну и гадость. Мои зелья стократ лучше твоих помоев. 

В эту секунду я подумала, что не так уж и плохо придумала Эля с тем, куда деть мертвеца. Вот прям не жалко. Прям милости прошу, господа следователи, заходите в соседнюю лавку. 

- Так что произошло? - елейным тоном уточнила я, пытаясь изобразить искренние переживания. - На вас лица нет. 

 - Там... Там... - нижняя губа Гризольды подрагивала.

Артистка, да и только.

- Что у вас случилось? Проблемный посетитель? На вас напали? Вам нахамили?

Гризольда посмотрела на меня, как на идиотку.

Ну да, ну да... Этой старухе попробуй нахамить или напасть на нее. Она сама кому угодно нахамит и какое-нибудь слабительное зелье в чай подольет.

- Там человек! - наконец, выпалила старуха.

- Удивительное рядом, - театрально ахнула Эля.

И я с трудом удержалась от желания прыснуть от смеха.

- Да вы не понимаете! - всплеснула руками Гризольда.

- Ну так вы объясните нормально, - с вежливой улыбкой попросила я.

- Там труп! Настоящий! - прошептала Гризольда, дико вытаращив на меня глаза и цепляясь за рукав моего платья.

- О, небеса! Вы кого-то убили? - не менее заговорщическим шепотом произнесла Эля.

- Я похожа на убийцу?! - тут же вспылила Гризольда.

Ну, вообще-то, да, особенно учитывая ее немного бандитское выражение лица.

- У меня на заднем дворе лежит труп! И я понятия не имею, как он там оказался, и что мне делать, - убитым голосом добавила Гризольда.

- Вы уверены, что труп? - как можно более скептично произнесла я. - Вы его осматривали, пульс проверяли?

- Упаси боже, милочка! - Гризольда аж перекрестилась. - Не буду я эту мерзопакость трогать!

- Ну так пойдемте для начала проверим наличие признаков жизни у этого молодого человека, вдруг он вполне живой и просто отдохнуть решил? - предложила я и уверенно потянула Гризольду за собой. - Ну же, идемте, покажите нам, где вы обнаружили сию неприятность.

Потому что рассудила так: это отличный повод полапать жертву на глазах у других, чтобы потом следствие не нашло ранее оставленные наши с Элей отпечатки пальцев, аур или чего там еще, и не заподозрило нас убийцами.

- А с чего вы взяли, что именно молодого человека? - с подозрительным прищуром спросила Гризольда.

Я прикусила язык, ругая себя за болтливость.

Но вслух сказала только:

- А что, там, правда, юноша лежит? Ну ничего себе! Я-то просто для красного словца это сказала, не более... Но, видимо, сыворотка для улучшения интуиции, которую я сварила поутру, оказывает удивительно положительный эффект. Не то что ваши леденцы, которые только для развлечения малышей годятся!

Гризольда недовольно скрипнула зубами, но промолчала и повела нас на задний дворик своей лавки.

Следом за нами потянулась солидная толпа горожан. Мне это было только на руку. Пусть видят, что мы тут мимо проходили, по глупости трогали, зла не помышляли.

Элька заглянула в бак первой и тут же театрально отшатнулась. Не знай я, что она сама тащила мертвеца сюда (и это с её птичьим весом!), искренне бы поверила в её праведный ужас.

- Мамочки! - ахнула подружка. - Он же…

Она начала картинно заваливаться. Мне пришлось её подхватить и тоже глянуть в бак. Бабка всё это время держалась чуть поодаль, бормоча молитвы к местным богам. Нас уже подпирали остальные желающие “прикоснуться к прекрасному”. Поэтому пришлось действовать быстро. 

Я начала шарить в карманах тела, комментируя:

- Должны же быть какие-то вещи… документы там…

Про “документы” я, конечно, загнула. Паспорта в Лакоре не выдают. Но вдруг бы нашлась какая-нибудь долговая расписка или другая бумажка, которая сообщила бы имя и статус нашего нового знакомого.

Я-то, конечно, знала, что не найдется. Сама же обыскивала его десять минут назад. Но щупала очень уверенно. Эля, переборов “приступ страха”, присоединилась ко мне.

- Смотрите, а куртенка-то у него новенькая, чего добру пропадать…

К нам потянулись ещё чьи-то руки.

- Как не стыдно, мертвого обирать! - ругнулась Эля и встала на защиту “нашего” тела грудью.

- Дык ему не нужно уже, - смутился кругленький мужичонка, на которого эта одежка при всем желании не налезла бы.

Кто-то голосил, кто-то строил догадки на тему того, как Гризольда умудрилась прибить юношу. Сама старуха, услышав поклеп в свой адрес, кинулась с кулаками на тех, кто обвинял её, саму невинность, во всяких грехах.

В общем, скучно не было. Веселье с торговой площади перекочевало сюда, на задний двор лавки.

А потом появился немолодой, чуть уставший от жизни следователь в компании трех стражников. Те начали разгонять толпу от бака, пока народ не оторвал от тела по кусочку на память. Следователь со знанием дела осмотрел умершего паренька, что-то бормоча себе под нос. Затем пошел опрашивать свидетелей, начав со старухи.

Нам всем запретили расходиться.

Я поежилась. У меня природной устойчивости к холоду не имелось, поэтому тело быстро продрогло. Начался снегопад. Волосы мигом припорошило белым пухом. 

Бабка Гризольда рыдала и заламывала руки так, что я почти уверовала. Ну, чисто божий одуванчик! Даже слезу пустила.

- Может, он сам умер? - предположила Гризольда. - Забрался ко мне в бак и издох, окаянный. Я ж туда очистки всякие выбрасываю, могла и от дикого картофеля шкурку кинуть. Ох, а если плодоножкой мухомора подавился?

- Экспертиза установит, - печально ответил следователь. - Вы лучше не догадки стройте, а расскажите детально, что и как произошло. 

- А можно мы пойдем? - спросила Эля у одного из стражников. - Моя подруга не местная, она вон посинела уже вся. Ща у вас будет второе тело.

- До особого распоряжения расходиться не велено, - отчеканил тот.

- Так мы недалеко, в лавке отсидимся, - мотнула головой подруга.

- Там запрещено находиться до выяснения всех обстоятельств, - заявил стражник, имея в виду лавку Гризольды.

- Так мы в своей. Вот она. Там никаких преступлений не совершалось, тел не было. Гарантирую. Обещаем никуда не уходить.

- Хорошо, - кивнул он.

- А можно мы тоже там посидим? - спросил кто-то в толпе. - Я тоже не местная, холодно тут очень.

- А я стоять устала. 

- Да и снег в лицо летит.  

Стражник кивнул, видимо, посчитав, что больше народу спровадит в лавку - меньше улик затопчут.

- Конечно, проходите, - улыбнулась я. - Заварю какой-нибудь травяной чай на всех.  

- Чай абсолютно бесплатный для всех свидетелей сегодняшнего кошмара! Но к нему придется купить по пакетику со зверобоем, для поддержания нашей гостеприимной лавки, - тут же проявила подруга чудеса торговли.

И добавила тихим шепотом:

- А то мы его сбагрить уже три месяца не можем.

Желающих попить бесплатный чай, пусть даже с добровольно-принудительной покупкой мешочка со зверобоем, нашлось столько, что я даже как-то растерялась. В нашей лавке столько посетителей никогда не было! Пришлось даже выставить две скамьи и организовать что-то вроде импровизированного чайного столика, прямо на сундуке, заполненном орехами.

Все галдели, обсуждали неожиданное происшествие, кто-то жалел Гризольду и ее лавку, кто-то ее ругал, а кто-то божился, что совершенно точно видел, как именно она всё утро бегала около лавки, подозрительно помахивая ножом.

Лакор - в целом, довольно насыщенное событиями государство, многие владеют магией, так что различных инцидентов, связанных с расшалившимся волшебством, хватает, но вот убийства происходят редко. И уж тем более - на нашей улочке, на которой в основном располагаются лекарские и кондитерские лавки. Обычная такая спокойная улица, ведущая к ярмарочной площади, у нас даже каких-нибудь бешеных очередей в дни праздничных распродаж не бывает.

В общем, повода для пересудов сегодня появилось столько, что местные еще нескоро угомонятся.

Но сегодня нам это было даже на руку: Эля чувствовала себя в своей стихии, болтала без умолку, подливая всем чай, и умудрялась продавать к нему дополнительные товары. Конечно, вкусняшек типа кексов и шоколадных конфет у нас не имелось, зато Эля разрекламировала медово-травяные леденцы, которые я вроде как бестолково делала «от простуды», но подруга подала это как «для поддержания нервной системы». А еще у нас имелось много сушеных ягод и яблочных пастилок, которые были «богаты клетчаткой и так необходимым фаренцидо́лом»! Что такое фаренцидол, думаю, не знала сама Эля, и вообще, придумала это слово на ходу, сохраняя умный вид. Но посетители лавки важно кивали и поддакивали, мол, да-да, они тоже это прекрасно понимают и всячески поддерживают, очень вкусно, а можно добавки? За болтовней, да в состоянии нервного возбуждения посетители готовы были уминать вприкуску с чаем что угодно. И я даже слышала шепотки на тему «надо почаще так разнообразить, а то эти рождественские кексы уже надоели».

- Ди, у меня листья брусники для чая закончились, принеси еще! - с горящими глазами обратилась ко мне Эля, заваривая очередную порцию чая.

Я кивнула и с облегчением сбежала в подсобку, чтобы хоть ненадолго скрыться от толпы. Мой внутренний интроверт был в шоке от событий сегодняшнего дня и желал закопаться во-о-он в тот ящик с сухоцветами.

Но побыть одной даже в подсобке мне не удалось, так как там я столкнулась с Э́рбисом, лежащим как раз в том самом ящике.

Я уперла руки в боки и возмущенно уставилась на белого пушистого кролика с голубыми глазками, который разлегся на мешках с травами с видом обожравшегося зверька.

- Ну сколько тебе говорить, не надо лежать в этом ящике! Мы же специально для тебя лежанку сделали, ну чем она тебе не нравится?

- Мне здес-с-с-сь удобнее, - услышала я писклявый голосок кролика. - Тут всё по фен-ш-ш-шую.

Вот же, понабрался от меня словечек!

Эрбис - это некто вроде фамильяра, который раньше принадлежал хозяйке этой лавке. Хозяйка-то померла, а вот кролик почему-то никуда уходить не захотел, пожелав остаться здесь. Я не знала, что с ним делать, но он был вполне милый и даже помогал. Правда, иногда помощь заключалась в прогрызании мешков с нужными ингредиентами, ну да это мелочи, пользы от него было больше. Один раз он даже расшумевшуюся Гризольду за ногу цапнул - чем не польза?

- Так, - я возмущенно топнула ножкой. - Я тебе, знаешь, какой фен-шуй сейчас устрою? А ну, марш на свое место, не мешай работать! И без тебя день нервный выдался!

Видимо, видок у меня был достаточно грозный, потому что Эрбис аж подпрыгнул на своем травяном ложе и юркнул в сторону лежанки. Из его лапок при этом что-то выпало. Я пригляделась и поняла, что это имбирный пряник.

- А это у тебя откуда? - спросила, поднимая его с пола.

- Здес-с-сь нашел. Наверняка вы от меня с-с-спрятали, негодницы!

Я покачала головой.

- У нас пряники в лавке не водятся. А, видимо, из корзинки Эли, выпало, пока мы тут, хм... заняты были, в общем, - закончила тише, не став произносить вслух «пока мы тут возились с трупом».

- Но на прянике не ее имя! - возразил Эрбис.

- Имя?

Я недоуменно вскинула брови и покрутила пряник в руках. А и правда, пряник в виде новогодней ёлочки был именной. Я не сразу разглядела внизу надпись - «Мара».

С одной стороны, вряд ли подруга будет покупать пряник с чужим именем, разве что по большой скидке и с голодухи. С другой стороны, скидки и голодуха в нашей жизни - состояния постоянные. И какая разница, чья имя уплетать за обе щеки под вечерний чаёк?

- Эй, ты чего там застряла? - окрикнула меня Элька. - Ты за брусникой в лес пошла, что ли? Гости ждут! Это не брусника, Ди, это пряник. Успеешь ты поесть. У нас тут раз в жизни пруха пошла, народ скупает всё подряд, а ты жрешь! - скептически добавила она, заметив в моих руках елочку.  

- Это твое, - я положила её на одну из многочисленных полок подсобки. - Ты из корзинки обронила, а Эрбис чуть диатез себе на попе не заработал от счастья.

- Что не заработал? - в один голос спросили и кролик, и подруга.

Эх, иногда даже грустно, что некоторые - без сомнения! - смешные реплики приходится объяснять, иначе до местного населения они не доходят. 

Я отмахнулась:

- Да так. Не обращайте внимания.

- Ага, не обращаем. Я вроде такого пряника не покупала, - сказала Эля и сама достала листья брусники, а заодно набрала ягод клюквы.

Ей от бабушки досталось множество рецептов просто невероятных настоев и отваров. Я как-то даже шутила, что нам бы по совместительству открыть кофейню и продавать крафтовые чаи. Но Элька не знала ни что такое “кофейня”, ни что такое “крафтовые”. Поэтому от идеи мы отказались и баловались вкусностями сами. 

Например, в этот требовалось по две ложки сушеных листьев брусники и ягод клюквы, литр воды и ложка меда. Заваривать пятнадцать минут травы, потом процедить, добавить мед - напиток получался таким ароматным, что аж слюнки текли. 

- Ну, это либо твой, либо мой, либо нашего недавнего гостя, - заметила я, указав на пряник. - Если не твой и не мой, то…

- Кто это к вам приходил? - любопытно высунулся Эрбис. - А почему я не в курс-с-се?

Про “курс-с-с” - он тоже от меня нахватался. Надо признать, я знатно засорила речь кролика.

Это вы еще не слышали, как филигранно он матерится, ударившись лапкой об угол стола. 

- Он уже ушел, - ответила я, поморщившись.

- Слушай, кажется, пряник действительно принадлежит ему. - Элька с интересом глянула на лежащую елку. - Видимо, купил своей девушке на ярмарке и…

Она высунула язык, изображая удушение. 

Ага, и не донес. А где-то скорее всего его ждет возлюбленная по имени Мара. Только им не суждено увидеться вновь. Точнее - она-то его увидит, но сугубо в момент похорон…

Бр-р-р. 

- Тогда выкинем, да?

Не есть же его теперь, и не искать эту Мару по всему городу, чтоб отдать потерю. Ей точно в ближайшее время будет не до имбирных пряников. 

- Ага. Давай я…

- Девушки! У нас закончились ваши вкусные пастилки! Есть ещё что-нибудь? - донесся до нас женский голос. - И чаек тоже тю-тю, у вас если больше ничего нет, то мы пойдем, наверное…

Эля тотчас засуетилась, чтобы не упустить клиентов, я присоединилась к ней. 

В общем, к вечеру у нас имелись: куча монет в “кассе”, полупустые полки и такая усталость, будто мы марафон отпахали. 

Следователь допросил нас в числе последних, без особого интереса. Чисто: где были, что видели. Убедившись, что у нас обеих есть приблизительное алиби (и что Гризольда сама позвала нас к своему мусорному баку), он ушел. 

Элька откинулась на стуле и выдохнула.

- Уф… 

Я перекладывала деньги по мешочкам. Серебряные монеты - в правый, медные - в центральный, а золотые - в левый.  

- Не хочу ничего сказать, - заявила подруга, наблюдая за мной. - Но нужно поблагодарить нашего мертвеца. Благодаря его смерти у нас недельная выручка. 

- Угу. Как думаешь, его все-таки убили или…

И тут в дверь постучались. Элька отодвинула защелку - мы уже закрылись, как и другие лавки на улочке, - и внутрь влетела Ви́тта. 

- Девочки, а правду говорят, что рядом с вами… - она приложила ладошку к губам и произнесла шепотом: - …нашли тело?..

- Ага, нашли, - весело кивнула Эля. - У Гризольды в мусорном баке.

- Что?!

- А перед тем как нашли у нее, то сначала это самое тело, еще живое, упало замертво на нашем пороге, - тяжело вздохнула я.

- ЧТО?!

У Витты был такой вид, будто она сейчас грохнется в обморок.

А вот нечего было весь день по делам бегать - пропустила всё самое интересное!

Пришлось усадить ее в кресло, всучить в руки кружку с травяным чаем, которым сегодня напрочь пропахла вся лавка, и начать рассказывать всё как есть.

Витта - это наша подруга, она тоже в лавке с нами работала и занималась главным образом закупкой редкого сырья для изготовления снадобий. Наш человек, в общем, так что мы с Элей выложили всё как на духу, не скупясь на эмоции. Разве что про пряник не сказали - как-то вылетело из головы. Да и не важен он особо, мало ли что могло выпасть из кармана.

Витта слушала нас с открытым ртом, даже про чай забыла. А еще она нервно накручивала на палец прядь длинных светлых волос, водилась за ней такая привычка, когда Витта нервничала.

- Какой ужас, - прошептала она, когда мы с Элей закончили рассказ. - Нас же теперь всех посадят!

- Мы-то тут вообще ни при чём!

- А тебя-то за что посадят? - фыркнула Элька.

- Так вы меня сами сделали сообщницей, когда рассказали детали! - вздохнула Витта.

- Глупости. Если у кого теперь проблемы и будут, так это у Гризольды, но, положа руку на сердце, так ей и надо, - усмехнулась я. - Учитывая, сколько она нам пакостей делала, то будем считать, что это ей такой бумеранг прилетел. Пусть понервничает, ей полезно.

- Зря вы тело ей подкинули, - покачала головой Витта, поставив на столик остывший чай, к которому так и не притронулась. - Когда узнают, что тело сначала в нашей лавке было, а мы об этом ни слова не сказали, то влетит нам всем по полной программе.

- Да как узнают-то? - беспечно пожала плечами Эля. - Нас точно никто с телом не видел, а мы все следы пребывания в нашей лавке несчастного молодого человека убрали!

- А если бы даже не убрали, то у нас тут столько людей за день прошло, что все оставшиеся следы затоптали бы, - хмыкнула я.

- Но магические-то следы никуда не делись! - возразила Витта, нервно комкая ткань темно-синего зимнего платья.

- Магические... следы? - я недоуменно вскинула брови. - Эль, ты что-нибудь о таком слышала?

- Не-а. Я в магии вообще особо не разбираюсь. 

- Любой человек, и особенно волшебник, оставляет за собой такие особые следы, - пустилась в объяснения Витта. - Они не видны обычным глазом, но висят в воздухе некоторое время, и опытный в этом деле следователь легко поймет, что вы соврали.

 - К нам следователь заходил, но он не проявил к нам никакого интереса.

- Да, но если к нам отправят какого-нибудь нюхача из Имперского сыскного войска, то он мигом поймет что к чему!

- Ой, брось, Ви, ты просто перечитала книжек, тебе надо поменьше увлекаться своими глупыми детективчиками, - отмахнулась Эля.

- И ничего они не глупые! - тут же вспыхнула подруга.

Я возвела глаза к потолку.

Препирательства подруг и бесконечные подколки на тему детективов, которые пачками читала Витта, уже порядком набили мне оскомину.

- Ладно, давайте не будем ссориться и паниковать на пустом месте, лучше пойдем нормально поужинаем, а то я даже не обедала и завтракала одним бутербродом с чаем, - предложила я. - Ну что, вы со мной?

Подруги согласно закивали, но двинуться в сторону кухни нам не дали, потому что в лавку постучали. Да так настойчиво постучали, что я хмуро уставилась на входную дверь, почему-то подумав о том, что совсем не хочу открывать ее.

Успела только обратить внимание, что дверь в месте дверного замка покрылась странным инеем, а потом вздрогнула, когда замок щелкнул, как обычно щелкает при открывании изнутри, и дверь с грохотом распахнулась. В лавку ворвалась метель, пахнуло морозной свежестью.

На пороге стоял высокий широкоплечий мужчина, от одного только взгляда которого у меня кровь стыла в жилах.

Он излучал такую мощь, что казалось, будто сам воздух под его взором густеет. Черты лица были строго очерчены: изогнутый в осуждающей полуулыбке рот, острые скулы, и глаза, беспощадные, холодные. В них не было ни капли света. Лишь колючий лед. 

Он шагнул в нашу сторону - и мир вокруг будто замер в ожидании.

- А мы уже закрыты… - зачем-то сказала я, хотя мужчина явно и так это понимал, раз уж магией взломал нашу дверь.

Сомнений быть не могло: защелка открылась не сама по себе. Он просто вероломно вторгся в лавку.

Да кто он такой?!

Словно услышав мой немой вопрос, мужчина безо всяких эмоций сказал: 

- Представлюсь. Верховный следователь главного управления его императорского величества Ричард Эйденгер. Придется вас потревожить.

Витта приоткрыла рот и забыла, как его закрыть. Я напряглась всем телом. В груди отбивало чечетку сердце. Это конец. Всё. Можно паковать чемоданы на каторгу. Я явственно представила, как этот мужик за пару минут выведет нас на чистую воду. Только Элька оставалась в своем характере. Она закрыла дверь за спиной мужчины, смахнула с плеча нападавшие снежинки и ответила:

- Приятно познакомиться, господин верховный следователь. У вас к нам какие-то вопросы?

- А у меня могут быть к вам вопросы? - изогнул он бровь.

Его тон мог показаться любезным, но я чувствовала в нем холодный яд. Перед нами не просто ищейка, а лучший среди лучших. Любое лишнее слово - и мы втроем поедем обживаться в местных темницах. 

- Вроде нет. Нас уже допрашивал ваш коллега, - пожала плечами я. - Мы всё рассказали, что знали. Если вы, конечно, пришли из-за того, что случилось днем.

- Ну, тело в мусорном баке, - подсказала Эля, а то мало ли что на нас еще повесят.

- Да, отчасти я здесь по этому поводу. Пускай вы и общались с моим коллегой, - он поморщился, будто одно лишь словесное сравнение с тем следователем вызывало у него зубную боль, - но я вправе уточнить дополнительные детали.

- Может, чаю? - мило улыбнулась Эля, сохраняя оптимизм.

- Не будем тратить время на ерунду. Присядьте. 

Он общался с нами как с преступниками. Властно. Грозно. Так, как будто точно знал, кто притащил мертвеца в бак Гризольды. 

А если так и есть?..

В горле пересохло. 

***

Никто из нас не пошевелился. Вернее, Витта и так сидела, я застыла на месте, как околдованная, а Эля сначала только замерла, а потом заулыбалась еще радушнее:

- Ой, да мы постоим, мы же...

- Я сказал - присядьте, - коротко оборвал ее Ричард.

И голос его был такой холодный и жесткий, что больше никому улыбаться и возражать не захотелось.

Эля села прямо на подоконник у двери, я присела на скамью около Витты, напряженно глядя на мужчину, который не торопился продолжать разговор и теперь вышагивал перед нами, сцепив руки за спиной.

Он был хорош собою. Высокий, широкоплечий, спортивного телосложения, с ровной, как штык, спиной, одетый в зимний темно-синий камзол и мантию, наброшенную на плечи. А еще - на плечах его красовались золотистые генеральские погоны.

Я нервно сглотнула, осознавая масштаб неприятностей, в которые мы случайно вляпались. Вряд ли этот мужчина пришел погладить нас по головушке...

Он выглядел по-настоящему опасным. И я заметила, что от его ботинок по полу расползается морозный узор.

Какое-то время он молча вышагивал так перед нами, цепким взглядом оглядывал каждый уголок лавки. С подозрительным прищуром заглянул в подсобку и задержался около прохода в нее, но заходить не стал. Только ноздри его раздулись, будто он тщательно принюхивался.

Боже, а если он и есть тот самый имперский нюхач, о котором говорила Витта?.. Панические мысли подруги вдруг перестали казаться мне бредом.

Нас посадят. Точно посадят. Всех троих! А потом казнят, да!

Или как тут поступают с преступниками вроде нас?..

Молчание затягивалось и стало здорово напрягать, а на фоне слов мужчины «не будем тратить время на ерунду» это вообще выглядело странно.

Поэтому я кашлянула в кулак и решила поторопить события:

- Вы, наверное, хотите из наших уст узнать подробности сегодняшнего происшествия в соседней лавке?..

- Меня не интересует вся эта шелуха, которой занимаются мелкие следователи, - оборвал мужчина.

Он развернулся на пятках, остановился напротив и вперился в меня взглядом.

- Имя Крис Фло́йсер вам о чем-нибудь говорит? - резко спросил Ричард.

Мы с подругами недоуменно переглянулись.

- Нет, - ответили все трое нестройным хором.

- Так зовут жертву серийного убийцы, которого вы сегодня обнаружили в мусорном баке соседней лавки.

Я нахмурилась, сердце отбивало рваный ритм.

- Серийного убийцы? - шепотом переспросила Витта.

- То есть, были еще жертвы? - охнула Эля, прижав ладошку ко рту.

- Да. Вчера. Жертва вбежала в обувной магазин на Зо́ргинской улице, держась за горло и задыхаясь непонятно от чего. Впоследствии было выявлено, что её отравили ядом неизвестного происхождения.

- Огось! - не удержалась от восклицания Эля. - Прямо как у...

Под моим грозным взглядом подруга заткнулась и быстро исправилась:

- Прям как у того персонажа, про которого ты мне рассказывала, Ви! Ну, помнишь, из того детективного романа, про который ты мне все уши прожужжала?

- А? А... Агась. Помню, - охотно закивала Витта.

Ричард с нехорошим прищуром глядел на каждую из нас, и я нервно облизнула пересохшие губы.

 - А это точно серийный убийца? - произнесла с сомнением в голосе. - Может, просто совпадение?

- Вы сомневаетесь в моей компетентности, мисс Леви́цкая? - холодно спросил Ричард.

Он знает мою фамилию… Мамочки…

Я смутилась и потупила взгляд.

Захотелось немножко провалиться сквозь землю.

- Ну, мало ли сколько человек в Лакоре каждый день убивают, откуда я знаю, - пробормотала я. - Я человек простой, у меня статистики нет! Ну и... у серийных убийц есть какой-то особый почерк... вроде как. А тут? Разве что-то есть? Ядом они могли и сами где-нибудь травануться... Ну... Наверное...

- Возможно, что-то и есть, - задумчиво произнес Ричард.

Он достал из кармана камзола небольшой предмет и продемонстрировал его нам:

- Вы сегодня ближе всего были к жертве и непосредственно контактировали с ним некоторое время. Мисс Гризольда, кажется, вообще ничего не помнит, ее показания бесполезны, остальные свидетели происшествия находятся в полной прострации и ничего внятного сказать не могу. Возможно, вы видели около тела что-нибудь похожее на это?

В руках он держал имбирный пряник в виде елочной игрушки.