Помощница темного фейри

Я шла по длинной анфиладе коридора, ощущала прохладу ночного воздуха и мысленно закипала. Слушая легкое завывание ветра, я жаждала собственноручно вскрыть глотку его высочеству. А приятные переливы сумеречной канарейки, призванные убаюкивать беспокойные души, вызывали лишь желание вцепиться темному гаду в лицо.

Туфли на толстом, удобном каблуке отстукивали чеканный ритм. Складывалось впечатление, что это идет генерал всея армии Темных фейри генералус Розедалиум, но на самом деле это шла невысокая и хрупкая на вид я — помощница его высочества Дарканата, принца Неблагого Дома, одного из сильнейших фейри нашего времени. Моя должность вызывала откровенную зависть у женщин-фейри, понимающую ухмылку у мужчин, искренне убежденных в том, каким именно образом я помогаю их господину преимущественно в ночное время, и злобное скрежетание зубов у меня.

Я добралась до огромной резной двери его высочества, инкрустированной драгоценными камнями и слоновой костью, глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Теперь на моем лице нельзя было прочесть ничего: ни желания оторвать ему голову, ни желания вырвать сердце. Я была само спокойствие. Прислушалась, чтобы точно знать, в какое время зайти — ни минутой раньше, ни секундой позже. Затем усмехнулась, четко понимая, что настроение будет испорчено не только у меня, но и у моего господина, и скрыла довольную ухмылку. Положив ладони на дверные полотна, я резко толкнула их. С большим удовольствием в душе и недрогнувшим лицом я наблюдала, как Ларанелиель искусно трудилась у ног его высочества, как она вскочила, вытерла ниточку слюны с губы и тут же заорала. А принц — всея ужас и страх Неблагого Дома — свирепо вперил в меня мрачный взгляд и подобрался. Он был зол. Хотя нет, не так. Он был в ярости, ведь я его прервала как раз в паре шагов от истинного удовольствия. Едва проступившее удовлетворение от этого у меня на лице пришлось срочно спрятать. Я прикусила щеку, чтобы отыграть свою роль до конца. Но ведь его темнейшество был бы не темнейшеством, если бы не уловил то, что я так старалась скрыть.

— Вон отсюда, мерзавка! Кто тебе позволил без стука врываться в покои его высочества?! — заорала Ларанелиель, успевая не только размахивать руками в желании указать мне на дверь, но и прикрывать свою обнаженную грудь.

А принц молчал, просто щелкнул пальцами и тут же привел себя в подобающий вид. Только черную шелковую рубашку так и не потрудился застегнуть. Он откинулся на спинку кресла в расслабленной позе, уложив локти на подлокотники, и, не мигая, посмотрел на меня.

— Вон, уродина! Как ты смела побеспокоить нас! Дарканат, выстави эту полукровку за дверь! — надменно прокричала молодая фейри.

— Ваше высочество, — как ни в чем не бывало обратилась я к принцу, слегка склонив голову, недостаточно низко для его статуса, но слишком учтиво для собственного самолюбия.

И он это знал. А затем я повернула голову к Ларанелиель и как можно благожелательней проговорила:

— Прошу тебя, ослепительная Ларанелиель, не сорви свой прекрасный голос. Что может сказать Шантанат, если в следующий раз у него в покоях ты не будешь такой эмоциональной и не сможешь порадовать своим дивным голоском нашего достопочтенного второго принца? Признаться, я удивлена, что у тебя еще остались силы на посещение и моего… господина.

Раскрасневшееся лицо фейри стало заметно бледнеть. Кончики ее длинных ушек нервно дернулись, а я с трудом удержалась от того, чтобы растянуть губы в нахальной улыбке. Злое, раскатистое и животное рычание заставило меня оторваться от испуганной Ларанелиель.

— Ты была у него? И посмела явиться ко мне?! — пророкотал Дарканат.

Фейри аж затряслась, но не позволила себе двинуться с места. Надо признать, я бы тоже испугалась, если бы не добивалась такой реакции намеренно. Я точно знала, насколько болезненно мой господин отнесется к тому, что его любовница только что вышла из спальни его злейшего врага. Дарканат медленно встал и навис огромной темной тенью над сгорбившейся фигуркой фейри:

— Отвечай!

— Я… не… Почему ты ей веришь? — предприняла она последнюю попытку оттянуть от себя внимание и уличить меня во лжи.

Многие этого жаждали, ведь я появилась при дворе всего месяц назад, можно сказать, из ниоткуда и сразу стала личной помощницей его высочества. Меня не знали, презирали, недолюбливали и… опасались. От меня пытались избавиться наговорами, выставить виноватой, сделать предательницей, отравительницей и еще бездна знает кем. И я с большим удовольствием примерила бы на себя одну из подобных ролей, только вот эти недалекие идиоты, обитающие при дворе, не знали о нашей «особой связи» с его темнейшеством. Поэтому потуги Ларанелиель изначально были обречены на провал.

Принц резко, по-звериному отвернулся от фейри, схватив ее за шею. Ларанелиель встала на цыпочки, еще чуть-чуть и засучит по отполированному коричневому полу носочками своих эксклюзивных туфелек. К бледности ее лица добавилась синева. А я ощутила себя художником, руководящим процессом и подмешивающим те или иные пугающие оттенки красок в чужую картину.

— Где ты была?

— Выполняла поручение, мой принц, — выплюнула я последние слова ему в лицо.

Вот не смогла удержаться. Темнейшество поморщился, уловив мое отношение к нему и нашему союзу, если, конечно, можно так охарактеризовать наше с ним сотрудничество.

— Я ждал тебя раньше, — угрожающе проговорил Дарканат.

Его настроение катилось в бездну не только из-за моего опоздания, но и от того, чего я его лишила. Я лишь пожала плечами и, не удержавшись, ухмыльнулась ему в лицо.

— Специально, значит, тянула, — понимающе прорычал Дарканат и оттолкнул от себя задыхающуюся фейри. Та упала на пол и попятилась задом от него, вжавшись в переливающуюся черненым серебром гардину. — Проваливай! Отчитаешься позже! — и, прежде чем я ушла, мне в грудь прилетел сложенный листок. Я схватила его, но не развернула. — Твое задание! — Он отвернулся, а я поспешила на выход.

— Мой принц, я… не хотела, — запинаясь, пролепетала эта дура.

— Вот и посмотрим, чего ты хотела, а чего нет, Ларанелиель.

— Я… пойду…

— Ложись на кровать. Теперь тебе некуда спешить, — это было последним, что я услышала.

Довольно оскалившись, я захлопнула дверь. То, что его настроение было безвозвратно испорчено, — однозначно. То, что он был в бешенстве, — стопроцентно. Наше противостояние не закончится никогда, и пусть я обязана работать на него, это не значит, что нам будет легко. И тот, кто окажется между нами, станет инструментом в моих руках. Милая Ларанелиель нескоро еще встанет на ноги.

В коридоре я развернула позолоченный лист и пробежалась по острому почерку принца, а затем дернула уголком губ. То, что нужно после такого вечера. Как раз сброшу пар. Мои клинки сегодня напьются крови.

***

Месяц назад

Дарканат

Я стоял в тени и наблюдал за тем, как мой друг и по совместительству начальник гильдии наемников отчитывается перед какой-то пигалицей-полукровкой. И это Эштаран, который убивал врагов не моргнув глазом, крушил целые отряды разбойников, сражался с тварями бездны, и вдруг осторожничает с какой-то девчонкой. Именно что осторожничал, ведь я его хорошо знал. Он — один из немногих, в чьей преданности я был уверен, каким бы странным это не казалось. И то, что сейчас происходило, было забавным и неоднозначным. Я прислушался к их разговору, чтобы уловить смысл.

— Лаурея, это твое новое задание, — проговорил друг.

— Я же только что отчиталась о предыдущем. Отдай новое другому. Рейдан как раз свободен и сидит внизу, ожидая твоей милости, — дерзко произнесла девчонка.

Потом она обошла стол и, небрежно сдвинув бумаги, запрыгнула на него. Друг слегка отодвинулся, давая ей место для маневра. Наемница положила его руки себе на бедра, и тот сжал их, а потом начал гладить. Взгляд Эштарана поплыл, но вдруг резкий, хищный поворот головы девчонки в мою сторону заставил меня усомниться в собственной невидимости. Она четко смотрела в угол, в котором я стоял, словно почувствовала чужое присутствие. Эштаран тут же пришел в себя, притянул ближе ее подбородок, разворачивая лицо, и впился в губы жестким поцелуем. А я не заметил, как облегченно вздохнул. Да какой бездны?! Чтобы я чего-либо боялся?! Поцелуй превращался в остервенелый, все набирая обороты. А я стоял и не понимал, что друг нашел в этой… уродине.

Да, фигурка была ничего. Тонкая талия, широкие округлые бедра. Грудь явно небольшая или просто утянутая тканью, раз она наемница. Но тонкий шрам, протянувшийся грубой горизонтальной чертой по скуле к линии роста волос, был ужасен и так отвратителен по сравнению с тем, к чему мы привыкли. Мы ценили красоту наравне с нашими Темными богами, а все, что выходило за рамки идеального, считалось ущербным. Эштаран схватил разгорающуюся страстью наемницу за талию и сдернул со стола одной рукой. Другой же откинул ее пышный хвост, и я снова увидел половину ее обезображенного лица, а еще заметил ее уши. Короткие, словно передо мной человечка. А когда присмотрелся, то понял, что кончики ушей срезаны. Я нахмурился, ничего не понимая. Зачем? Для чего? И почему она не восстановится? Не хватает магических сил? Выходит, она слабая. Друг, под ноги которого падали лучшие женщины нашего Двора, собирается совокупляться на моих глазах с… этой? Думал, что меня в тот же момент вывернет. А еще я не понимал, для чего он меня позвал к себе. Должен же понимать, что я мог появиться в любой момент и застукать их.

— Лаурея, я хочу, чтобы за это дело взялась ты, — Эштаран проговорил это отрывисто, схватив девицу за длинный темный хвост и оттягивая его.

— Нет. Я устала и не собираюсь выходить на задание, — та сбросила руки Эштарана и сложила свои на груди.

Сразу возник вопрос, кто здесь хозяин положения. Напряжение моментально вспыхнуло между любовниками.

— Лаурея... — опасно и предостерегающе проговорил Эштаран.

Его зеленые раскосые глаза недобро сузились, а длинные серебряные волосы, заплетенные в тонкие косы на висках, угрожающе зазвенели металлическими наконечниками.

— В контракте любого наемника прописано, что между заданиями должен быть перерыв, — не оценила его сурового тона девчонка.

— Я знаю, ведь сам составлял его, — голос Эштарана едва не дрогнул от сдерживаемого напряжения. Только вот в одну секунду на его лице проскользнул испуг и тут же исчез. И если бы я не смотрел в его глаза, то даже не заметил бы этого. Сразу возник вопрос: что, бездна, тут происходит? — Но здесь главный я. И я решаю, кому и когда браться за задание. Мое слово нерушимо. Если ты не возьмешься за это дело, то можешь проваливать из гильдии, — жестко закончил он.

Тишину между этой парой можно было резать ножом, настолько плотной она была. А искрившееся напряжение готово было разить наповал, стоило только выпустить им ситуацию из-под контроля. На мгновение мне даже показалось, что в комнате перестало хватать кислорода, стало нечем дышать и начало темнеть в глазах.

Но вдруг все вернулось на круги своя, а непонятное ощущение пропало. Только зазвеневший сталью голос девчонки заставил напрячься. Не думал, что меня проймет от пары ее слов.

— Вот как? Что ж. Похоже, выбора-то нет, — закончила она тоном, полным презрения к собеседнику.

А затем, взяв черный конверт, наемница повернулась. В ее глазах были вселенская усталость и обреченность. Она покинула кабинет. А друг, как мне показалось, печально выдохнул.

Я вышел из тени. Эштаран дернулся на мое внезапное появление и тут же осунулся. Затем он молча прошел к бару, плеснул гномьего торха в два бокала, протянул мне один и сел за свой стол. Я расположился в кресле напротив него. Эштаран отпил и спросил:

— Давно ты тут?

Я кивнул и тоже сделал глоток.

— Значит, все слышал. Хорошо. — Его спина ссутулилась еще сильнее. Он отставил бокал, протер лицо руками и отчаянно проговорил, ввергнув меня в шок: — Я хочу, чтобы ты забрал Лауру себе, — слова, которые ему дались тяжело, обескуражили меня.

— Ты хочешь отдать мне свою любовницу? — вскинул я бровь и покатал янтарную жидкость в бокале. — Ты же знаешь, я не подбираю за друзьями и врагами девиц. Да и она не в моем вкусе.

— Ты не понял. Я настаиваю. И нет, не в качестве любовницы, а как наемницу. Возьми ее к себе. Привяжи магически, в конце концов, — отчаяние, сквозившее в голосе Эштарана, продолжало настораживать.

— Ты сбрендил, друг мой. На последнем задании тебе тролль явно хорошенько дал по голове, — попытался отшутиться я, ведь ни бездны не понимал. — И на кой мне она?

— Я люблю ее. Лучше пусть она будет у тебя.

— Что? — нахмурился я, поднес бокал к лицу и понюхал пойло. Мало ли, может, гномы добавили туда секретный ингредиент, от чего мой друг решил отдать мне свою любовницу, к которой у него возникли чувства. — Бред. У тебя что, нет денег поправить ей личико и остаться с ней, если, конечно, дело во внешности. Поиграешься, да и пойдешь дальше. Зачем пристраивать свою девочку мне? — я открыто издевался над выдержкой Эштарана, но тот не повелся на это.

— Ты не понимаешь. Я просто не вынесу ее. Она… В общем, возьми ее к себе, заставь служить тебе. Сама она не пойдет на это.

— Только если в качестве рабыни, — я хищно сузил глаза.

— Ладно. Пусть так, — плечи друга совсем поникли.

— Какой бездны, друг, тут происходит? Твоя протеже вряд ли будет рада такому повороту дел.

— Ты провернешь все это и заставишь ее стать зависимой от себя.

— И ты так просто об этом говоришь? В конце концов, ты трахался с ней и мог бы быть более милосердным, что ли. Хоть это не то качество, которое нам присуще.

— Она может быть опасна для себя самой и для остальных. Поэтому я хочу, чтобы ты удержал ее личность в случае чего. — Я мгновенно подобрался, понимая, что Эштаран что-то утаивает. — Ты видел ее уши?

Я кивнул.

— Но не видел ее глаз. Она — фейри.

А я рассмеялся. Знатная шутка.

— Ну, фейри — это слишком громко звучит. Максимум полукровка, хотя и четверти наших генов для этого создания многовато будет.

Но мой друг не поддержал моего веселья:

— Я не знаю, что она за создание. Но многих ли ты знаешь, у кого глаза светятся фиолетовым?

— Интересно, — я задумался. — Продолжай.

Друг тяжело вздохнул:

— Я чувствую, что ей меня мало, понимаешь? А значит, я, как бы ни хотел, не подхожу ей энергетически. Она последние месяцы стала агрессивной, так же, как и наши женщины, когда мужчины не могут полностью обеспечить их сексуальной энергией. И так, по мелочи, в ней много странностей, всего и не упомнишь. Да и мне показалось, что она учуяла тебя.

— Никто не может почувствовать находящегося в тенях, — озвучил я проверенный факт, хотя сомнения закрались и у меня.

Ведь ее пронзительный взгляд заставил меня напрячься, пока Эштаран не отвлек ее.

— Однажды я застал ее расправу над главарем разбойников в Сумеречном лесу и видел, как она вцепилась тому в горло.

— Ну, мало ли. Значит, в ней повадок фейри гораздо больше. Наши женщины тоже так могут.

— Да, только они не пьют кровь.

Я снова нахмурился.

— Ты уверен?

— Да. Абсолютно. Видел своими глазами, как она впилась клыками ему в шею, осушая вены, а потом хладнокровно свернула ему шею. О том, что я ушел от нее еле живой той ночью, не буду рассказывать. Она опустошила меня, досуха, выжала все соки, — Эштаран запустил в свои распущенные серебряные волосы пальцы и потянул за них.

— Значит, у нее в родословной оказались еще и вампиры. И о чем только думают наши сородичи, спариваясь с этими низшими, полумертвыми и ледяными тварями? — скривился я, нарисовав в голове образы совершенной фейри и худощавого, бледного, с непропорционально длинным руками до колен вампира с черными патлами, красными глазами и полным частоколом острых, как спицы, зубов. Меня чуть не вырвало от своей разыгравшейся фантазии. — Откуда она? Где ты вообще нашел ее? — я подался вперед.

— Еще одна загадка, на которую я не нашел ответа.

— Серьезно? Есть что-то, что ты не смог разузнать?

— Представь себе, — проворчал Эштаран. — А я искал, тщательно искал.

— И… — поторопил его я.

— В общем, я случайно наткнулся на нее в подворотне пять лет назад. На нее напали отморозки и решили повеселиться. Только вот…

— Что? — я в нетерпении подался к нему.

— Она… отодрала двоих так, что на них места живого не было. Я видел, что девчонка обучена боевому искусству, и решил взять ее в наемницы. Но она совершенно ничего не помнила о своем прошлом. Даже нынешнее имя ей придумал я. Кто она и откуда? — Эштаран пожал плечами и залпом выпил содержимое бокала. — Неизвестно. А не так давно ее глаза начали светиться.

— Она знает?

— Нет. Но Лаурея не пойдет к тебе по доброй воле. Но ты можешь ее приструнить в случае чего и помочь ей.

— Я что, должен найти ей любовника? Ты хоть слышишь, о чем просишь?

— А что, по-твоему, я должен делать?! — вскрикнул друг, ударив кулаком по столу, и тот заскрипел.

— Да откуда мне знать?! Зовешь меня и выкладываешь, что у тебя в подчинении непонятная девица.

— Дарканат, я понял тебя. Ты не горишь желанием помогать мне. Понимаю, насколько бредово звучат все мои слова, но ответь… У меня мало времени. Я отправил ее на задание не просто так. Это не первое задание, которое она выполняет без отдыха, — зачастил Эштаран.

Я нахмурился.

— Я загоняю ее намеренно, — подтвердил мои мысли друг.

— Ты знаешь, что ей некуда идти, и шантажируешь этим, — прищурился я, не узнавая своего друга.

— Да, я спасаю ее, как могу! — вызверился тот. — Ну так что?

— Ладно, — скрипнул я зубами.

В конце концов, мне самому было интересно, что за неведомую зверушку подобрал мой друг.

— Она — профессионал своего дела, — добавил Эштаран.

— Ну да, видел я, какой она профессионал, — я резко оттолкнулся от кресла, встал и одернул камзол.

— Она сейчас полезет в дом Гараздата. Я послал ее за артефактом памяти.

— Ты сдурел! Это же моя тайная резиденция! Ее там разорвут мои тварюшки, да и дом полон ловушек. И она что, сумасшедшая, чтобы идти туда? Ты ведь наверняка сообщил, чья это резиденция?

— Утаил. Ведь ты ее поймаешь, возьмешь за горло и пригрозишь смертной казнью или другими карами бездны. А потом вынудишь стать твоей тенью.

— У меня нет слов, — проговорил я, будучи в шоке от того, во что друг меня втягивал.

Вдруг на наручный артефакт пришел сигнал о том, что кто-то проник в мой дом. Новейшая разработка моего отдела разведчиков еще только проходила испытания. И первый такой образец был только у меня. Значит, Лаурея уже в моем доме.

— Ее сейчас порешат, и я даже не успею с ней познакомиться, — покачал я головой, буравя взглядом браслет.

— Сомневаюсь, — устало протянул Эштаран и откинулся на спинку кресла. — Увидимся, — тихо прошептал он, когда я растворялся в тенях.

Из теней я вышел только в квартале от гильдии наемников. Никто не знал, что я вожу дружбу с их начальником. Там меня ожидал меня мой верный верп — демонический конь. Он всхрапнул, узнав хозяина, и замер. Я мгновенно вскочил на него, поддал шенкеля и поспешил в свою резиденцию. Надеюсь, что не пожалею о своем решении. Хотя… интуиция просто вопила, что все будет не так просто.

***

Лаурея

Я передвигалась тихо и незаметно по ночным улицам, минуя освещенные участки. Я не торопилась, постоянно прокручивая в голове последние слова Эштарана. Я знала, что рано или поздно работа встанет между нами, тем более он в последнее время стал слишком странно себя вести. Вот и сейчас это было четвертое задание подряд, которое Эштаран поручал именно мне. А стоило немного взбрыкнуть и потребовать свой законный выходной, как он поставил меня перед выбором. Отвратительным, надо сказать, ведь Эштаран отлично знал, что мне некуда идти. Я совершенно ничего не помню о своем прошлом и уже привыкла к жизни в гильдии и к Эштарану. Но, видимо, пора двигаться дальше…

Я приняла решение, что это будет моим последним делом под его предводительством. Эштаран сам поставил точку в наших отношениях, хотя мог бы это сделать более нормальным способом, а не обрекать меня на провал в миссии. Горькая улыбка скользнула на моем лице. Я задрала голову и поймала первые капли холодной влаги, упавшие мне на лоб. Следовало поторопиться. День и так паршивый, не хватало еще и промокнуть.

Вскоре я стояла в тени вековых деревьев. На мое удивление особняк Гараздата находился в очень удобном месте. Соседей нет, огромные деревья с ветвистой кроной прямо нависали над высоким забором, и было очень удобно проникнуть на его территорию. Либо этот Гараздат тупой как пробка, либо слишком уверен в собственной безопасности. Я забралась на дерево и как раз наблюдала за главным входом. Два фейри в экипировке охранников прохаживались туда и обратно. Я усмехнулась. Сейчас выпустить бы пар с этими громилами, но… я была слишком измотана. Затем я скривилась, так как не любила быть слабой. На подсознательном уровне меня начинало трясти, когда я понимала, что ситуация выходит из-под контроля. Не знаю, быть может, этот страх связан с моей прошлой жизнью? А ведь я даже не знаю, сколько мне лет. На вид не более двадцати пяти лет человеческой жизни. Осталось только выяснить, к какой расе я принадлежу, так как мне могло быть и пятьдесят по меркам фейри. Ведь они живут до пятисот лет и остаются молодыми почти до самой старости. Эштарану, например, около сотни.

Вдруг мне пришлось прервать некстати возникшие мысли. Завыли порождения бездны, что, оказывается, охраняли территорию вместе с фейри. Я тихо присвистнула. Нужно обладать недюжинной силой, чтобы покорить и заставить служить этих ящероподобных тварей, передвигающихся на четырех лапах, с красными, горящими лавой глазами и пастью, полной острых клинков. Беру обратно свои слова о тупости хозяина дома. Напролом теперь точно не пойду. Лучше как можно тише пробраться в здание. Я натянула маску с шипами на нижнюю часть лица, оставив открытыми только глаза. Накинув широкий капюшон на голову и скрыв волосы, я стала медленно перебираться с дерева на дерево, прячась в густой кроне, обходя резиденцию таинственного Гараздата по кругу и выбирая, где бы лучше пробраться внутрь.

Твари бездны уже занервничали. Это не к добру. Пусть я и отбила свой запах особым нейтрализатором, который мне делал старый фейри-лавочник, но эти создания могли чувствовать меня на интуитивном уровне. А это был плохой знак. Вскоре они могут поднять тревогу. Следует поторопиться и начать действовать быстрее. К счастью, я уже определилась с местом проникновения. Позади дома, когда один фейри прошел вперед, а другой еще не дошел до меня — я, словно тень, перепрыгнула через забор, приземлившись на полусогнутые ноги, сделала кувырок, чтобы компенсировать воздействие на нижние конечности, и пригнулась к земле. Затем я еще раз окинула взглядом территорию, быстрой перебежкой добралась до стены особняка и достала острые крюки, с помощью которых начала ловко взбираться по кирпичной кладке особняка. Я лезла сразу на второй этаж. Достигнув окна, я прорезала круг, достаточно большой для того, чтобы проникнуть, и тут же выдавила его вперед, удерживая на присоске с длинной веревкой, чтобы стекло не разбилось о пол и не привлекло внимание раньше времени. Скользнув внутрь, я, наконец, выдохнула с облегчением. Внизу как раз засуетились порождения бездны, а охранники начали просматривать окна. Я подтянула часть выдавленного стекла и разметила его точно в отверстии, не оставляя не единого шанса к моему обнаружению. Довольно улыбнувшись за шипастой маской, я не сразу осознала, что рано расслабилась. А когда раздался душераздирающий писк какой-то неизвестной мне твари, ударивший по ушам, словно кувалдой, я упала на пол, прижав ладони к ушам, дабы хоть так уменьшить губительное давление звука на перепонки. Затем я почувствовала, как по рукам потекло что-то липкое. Мракова бездна! Кровь! Еле совладав с конечностями, я плечом выдавила стекло, уже не заботясь о конспирации. Если задержусь тут, то просто сдохну. С трудом преодолев окно, хотя до этого играючи лезла в него, я в последний момент зацепилась крюком за выступающий карниз, просто упала вниз и только в конце успела затормозить с помощью веревки. Крик из особняка стал терпимым, я потрясла головой, приходя в себя. Я была дезориентирована, но точно увидела, что три твари уже стояли напротив меня. Выдохнув, я медленно поднялась, опираясь на лепнину дома. Затем встала на нетвердые ноги и извлекла два меча из-за спины. Умирать сегодня я точно не собираюсь.

Мои клинки «запели», желая крови соперников. Я начала порхать вокруг тварей, пробираясь к высокому забору. Звери обходили меня по кругу, рычали и скалились, но не давали сделать и шага в сторону свободы. Умные гадины. Пришлось напасть первой. Пока я рассекала пузо одной, другая тварь прыгнула мне на спину. Я развернулась, скинув ее с себя, и сразу полоснула, но тварь успела уклониться, и клинок рассек не плоть, а воздух. Другая вцепилась в сапог, но я почувствовала ее клыки, пробившие даже самую прочную кожу из дикого данги, которые выделывали местные мастера. Припав на ногу, я все никак не могла дотянуться до гадины, чтобы снести башку, и безуспешно пыталась насадить ее на свой клинок. Повернув голову, я увидела фейри-охранников перед собой, сразу вскочила и тут же ушла от атаки последней зверюги. Фейри обнажили мечи и начали наступать. Силы были неравны. Я с трудом смогла избавиться от непредсказуемой твари, когда клинок фейри разрезал куртку на моей спине, практически там, где до этого оставались следы от когтей порождения бездны. Я вскрикнула, не в силах терпеть боль, и упала на колени. Удар под живот, и вот я уже лежала на раненой спине.

Ну нет, парни… Подыхать я не планирую. Только после вас.

Пока один подходил проверить и выбить у меня из рук оставшийся клинок, я выбросила руку вперед и вонзила ему в плечо короткий кинжал из сапога. Тот злобно сверкнул глазами, а я обнажила клыки, только из-за моей маски их не было видно. Я поднялась, сжимая рукоять меча, но тут что-то изменилось.

Удар в спину, и я снова упала на колени. Но ведь там никого не было. Я сделала поворот на коленных чашечках и тут же разрезала клинками пустоту.

Резкий рывок меча из руки, и вот я уже стояла безоружная и тяжело дышащая. Мужчины упали на колени так же, как и я. Только если для меня это было поражение и конец, то для них — демонстрация подчинения.

Рывок — и мои волосы сильно натянули, сорвав маску с лица, а руки сковали сильной магией. Не вырваться, не противостоять.

— Отпусти! — прорычала я и начала биться в крепких путах.

— Ты убила трех порождений бездны, ранила моего охранника, проникла в мой особняк и пыталась меня убить. Как думаешь, какое наказание ждет тебя? — спокойно, но холодно проговорил высокий фейри, который тут же скинул глубокий капюшон и показал мне свое лицо — слишком знакомое…

Мои глаза округлились от удивления.

— Не может быть… — надрывно произнесла я и закашлялась.

Мне стало тяжело дышать. Неподъемная плита навалилась разом на меня, когда я поняла, что передо мной его высочество Дарканат, принц Неблагого Дома Темных фейри.

Злая и циничная усмешка была мне ответом.

— Итак, как же мы поступим? М-м-м, — глумливо протянул он и снова безжалостно дернул меня за хвост, заставляя еще больше задрать подбородок в желании избежать боли.

Его искривленные в презрении губы я не забуду никогда, как и гримасу отвращения, когда он, внимательно меня осмотрев, заострил свое внимание на тонкой полоске шрама на скуле и отрезанных кончиках ушей.

— Дерешься ты неплохо, — принц оттолкнул меня от себя, словно я была мусором.

Не удержавшись, я упала назад и почувствовала себя жалкой, как никогда, и одновременно разозлилась за свою слабость и за то, что оказалась в таком положении. Но ведь в задании даже не было указано, чья именно это резиденция, а я ни за что не поверю, что Эштаран не знал. Он решил таким образом избавиться от меня? Жаль, что я уже не спрошу об этом…

— А знаешь, пожалуй, я дам тебе шанс, — задумчиво оскалился принц и прожег меня черным взглядом, возвышаясь надо мной, словно бездушная гора. — Ты станешь моей тенью, — жестко проговорил он.

В его словах не прозвучало ни толики вопроса. Только суровое утверждение, словно моя жизнь уже расписана по минутам и зависит только от настроения господина. И тем тверже был мой ответ, хотя я и понимала, что упускаю шанс на жизнь.

— Нет. Я не буду твоей рабыней, — прохрипела я и вздернула подбородок.

Пусть и смотрела на него снизу вверх, и моя жизнь полностью принадлежала ему, но рабыней я не стану. Потому что смерть предпочтительнее, чем во всем повиноваться безжалостному Темному принцу Неблагого Двора. Свобода — это все, что осталось от прежней меня, кем бы я ни была. Да и все мое нутро поднималось против того, чтобы от кого-то зависеть.

Хриплый и жестокий смех стал мне ответом. А в следующее мгновение, которое я даже не смогла уловить, две головы фейри-охранников покатились по траве. Принц, не моргнув и глазом, наклонился ко мне, сорвал с шеи маску и демонстративно вытер ей свой клинок с огромными зазубринами. Я невольно дернулась.

— Не в твоем положении отказывать мне. Тем более я не спрашиваю, а констатирую факт. Ты станешь моей зависимой, моей тенью, моей рабыней и еще кем только я пожелаю. Согласишься добровольно, отчаянно убеждая жалкие крохи своей магии, что твое тело и разум искренне этого желают. Принесешь клятву и закрепишь чарами. В противном случае ты даже не сделаешь и пары шагов, как будешь заключена под стражу за покушение на меня и за смерть моих фейри.

— Но я не убивала их! — попыталась возразить я, но принц меня даже не услышал, так и продолжил отчищать свой клинок от крови моим платком.

— Я прилюдно тебя освежую прямо на площади на потеху тем, кто еще так необдуманно решит влезть в мой особняк. Я отрежу тебе руки по локти, пока ты еще будешь в себе, а потом и ноги. Добавлю на твое уродское лицо еще по паре шрамов для симметрии… Мне продолжать? Да, кстати, ты можешь не рассчитывать на легкую и быструю смерть, — цинично оскалился он. А мне стало страшно. Оказывается, есть что-то еще страшнее смерти — это попасть к одному из самых жестоких Темных фейри. — Так что ты скажешь? И знай, я теряю терпение.

— Я согласна, — едва прошептала я.

— Не слышу.

— Я согласна! — прокричала я и поняла, что моя жизнь уже не будет прежней.

А дальше был ритуал, который связал меня с принцем. Теперь я не смогу обмануть его, навредить или помыслить что-либо, что будет угрожать его жизни. Я стала его рабыней, покуда бьется мое сердце. Добровольно. Принц сделал то, что давно уже не практиковалось, что считалось варварским пережитком древних времен. Народ фейри превыше всего чтил силу, красоту и независимость. В этот самый момент я потеряла все, добровольно отдала свою свободу.

Но кто сказал, что фейри будет очень просто со мной?

Уже этим же вечером господин отпустил свою рабу залечить раны, с условием, что утром я прибуду к нему во дворец, представившись личной помощницей его темнейшества. Оставалось только привести себя в более-менее достойный вид, насколько это возможно по его словам.

Ночь же была за мной… Поэтому, уйдя на своих двоих, я первым делом отправилась на свою бывшую работу, чтобы посмотреть в глаза тому, кто предал меня.

Огонь в кабинете все еще горел, а Эштаран уже вовсю предавался плотской любви со жрицей мадам Лави. Я смотрела в его затуманенные глаза, пока он, распластав девицу на столе, врезался в нее с пошлыми шлепками, и понимала, что вся злость куда-то делась. Пока я, измученная ритуалом и израненная от последнего, явно подставного задания, ползла сюда за объяснением, этот мерзавец отдыхал, изменял мне и сжег все мосты. Я смотрела на него, а он на меня. Дернувшуюся от моего неожиданного и бесцеремонного визита девицу Эштаран просто впечатал лицом в стол и шлепнул по оголенному заду, даже не прерываясь.

В этот момент во мне что-то разорвалось и умерло. Почему-то возникло чувство дежавю, словно я уже была в таком положении: как на столе, так и в качестве наблюдателя. Только тот фейри не был похож на моего бывшего любовника. Появилось ощущение, что он был более опасным, и я четко осознала, что в прошлом его боялась до животного страха, сковывающего и разъедавшего душу.

На какой-то миг я потерялась под напором мимолетных, но таких острых воспоминаний. В последний раз я взглянула на Эштарана, который десять лет назад нашел меня, принял к себе в гильдию и стал не только моим любовником, но и единственным якорем в жизни. Он дал возможность встать на ноги и стать сильной, а потом предал. Сейчас я понимала, что этот урок тоже усвою и соберу себя по частям.

Мужчинам нельзя верить. Рано или поздно они предадут, растопчут и даже не заметят этого. Затем спляшут на чувствах убийственный танец смерти, размажут морально в лучшем случае, а в худшем — сделают рабыней и лишат свободы.

Преподнесенный урок я выучу. Только почему-то память шептала, что я его усвоила еще давно, в прошлой жизни. Просто забыла об этом… И что я должна быть сильной для чего-то… для кого-то… Но для кого?

Легкое движение руки — и две метательные звездочки вонзились точно в плечи Эштарана ровно на пике его удовольствия. Они вошли и прорезали его плоть, глубоко увязнув. Кровь полилась ручьем, да только чокнутый подлец рассмеялся — горько, отчаянно и почти навзрыд. Или, быть может, мне хотелось услышать это в его смехе?

И я ушла безвозвратно, не оглядываясь и даруя ему жизнь. Он знал, что если бы я захотела, то убила бы его одним движением.

***

Наши дни

Я сжимала в руке тонкий золотистый пергамент. Желание убивать никуда не пропало, но явно стало тише. Я поспешила в собственные покои, которые мне выделил его милейшество Темный принц. Сбросила с себя длинную полупрозрачную юбку с невообразимым разрезом и короткую блузу с рукавами, наглухо закрывающую спину. Обычный наряд фэйри во дворце. Сняв туфли на высоком каблуке, я поспешила надеть свой любимый костюм наемницы. Никак не могла с ним расстаться. Хорошо выделанная кожа приятно льнула к телу. Я влезла в узкие брюки, зашнуровала высокие сапоги, надела кофту с длинным рукавом и сверху куртку с многочисленными заклепками, высоким горлом и глубоким капюшоном. На лицо повязала платок, который открывал доступ только к моим глазам. Высоко собранный хвост тут же спрятала под капюшоном. Самым последним — вставила крест-накрест клинки за спину. Я была готова.

Открыв окно, я уже проторенной дорожкой собралась покинуть покои. Свесив ноги на широкий выступ под окном, я наклонилась и зацепила крючок с плотной нитью за штырь, который до этого заранее туда закрепила, и, отталкиваясь от стены, спустилась вниз. Затем, оставив веревку висеть, я ловко перепрыгнула через колючие кусты. В этой части сада обычно никого не было. Принц специально поместил меня здесь. Вроде бы недалеко от его покоев, но с другой стороны именно этот угол никогда не обследовала охрана. В глубине парка находилась небольшая конюшня. Оттуда я вывела своего коня, которого мне даровал принц. Черный, огромный демонический конь. Помню, как поила его кровью и боялась, как бы он не откусил мне руку. Но на удивление все прошло замечательно, и теперь конь слушался меня беспрекословно. Я взлетела на него и направилась вглубь парка, который плавно перетекал в густой вековой лес. Оттуда я могла спокойно и незаметно уехать с территории дворца.

Спустя час езды, постоянно сверяясь с картой, я наконец-то добралась до нужного места. Деревенька, находящаяся на окраине западных земель Темных фейри. Мне нужно было разобраться с тем, что мелкие и пакостливые гоблины стали нападать на местных жителей. Зеленые существа разрушали хижины, выпускали домашний скот и чудили, как могли.

Когда я прибыла на место, то ужаснулась. Запах гари я услышала еще за несколько сот метров, и это сразу насторожило. Безусловно, гоблины, как низшие представители Неблагого Дома, не были подарком, но желанием разрушать они никогда не славились. Поэтому когда принцу стали приходить донесения о том, что они творят, в это было сложно поверить. Обычно гоблины занимались тем, что были на подхвате у гномов. Помогали тем прокапывать туннели в горах или рыли подземные ходы. Сами же гномы специализировались на обработке драгоценных камней и переработке руды, которую извлекали гоблины, вполне себе мирные существа. Что могло послужить тому, чтобы орда гоблинов напала на поселение и сожгла его?

Я спешилась и привязала коня на окраине деревни под покровом леса. Затем медленно и осторожно начала продвигаться вглубь, осматривала разрушенное и практически выгоревшее дотла поселение и недоумевала. Что же могло здесь произойти? Сейчас не было слышно ни криков, ни плача, ни каких-либо других звуков, говорящих о том, что здесь есть кто-то живой. Вокруг валялись мелкая утварь и разбитые черепки. Повсюду были обугленные, обгоревшие крыши домов, просевшие черные балки, а окна все в копоти.

Я достала клинки, чувствуя неясную тревогу. Нужно быть готовой ко всему. Обычно в центре таких деревень всегда находился дом старосты. Именно туда я и направилась. Конечно, он тоже пострадал. Ну, мало ли. Ни зверья, ни домашней птицы — ничего не было. Деревню как будто бы просто стерли с лица земли. Я прошла насквозь и ничего не обнаружила, а затем углубилась в лес. Следов тоже никаких не нашла: ни человеческих, ни гоблинских. Здесь явно происходила какая-то чертовщина. Словно твари бездны появились из ниоткуда, поглотили всех и сожгли все. Куда делись люди? Живые существа? Минуя небольшую полоску леса, я вышла в поле. Урожай стоял нетронутым. Словно жизнь здесь замерла. Кошмар, произошедший в деревне, никак не вязался с тем, что на полях не было абсолютно никаких следов нападения. Словно посевы никого не интересовали.

Хрустнула ветка, и я резко обернулась. Как раз в этот момент на меня напал зеленый мелкий гоблин с длинными мускулистыми руками, острыми черными когтями и горбатым, широким носом. Он был лысым, с отогнутыми острыми ушами и полным мелких зубов ртом. Из-под верхней губы торчали два изогнутых желтых клыка. Он прыгнул на меня. Я тут же крутанулась и рассекла ему живот. Зеленая кровь мигом хлынула из тела. Показался еще один гоблин и тотчас бросился на меня. Пока отбивалась от нападения гоблинов, которые стали друг за другом выпрыгивать из леса, я никак не могла взять в толк, что же произошло с ними, что они пошли настолько открыто в атаку. Первый раз столкнулась с этим. Гоблины, словно обезумевшие, лезли и лезли на меня. В какой-то момент я почувствовала укус в плечо и повернулась. Одна мерзкая зеленая тварь уже висела на мне и пыталась выдрать клок из моей куртки. Хорошо, что куртка специально выделанная и ей не страшны челюсти разных тварюшек. Определенно, повезло, что гоблины — не твари бездны. Я схватила того за ухо, просто отцепила от себя, отбросив его в сторону, и продолжила кромсать мелких паразитов, наступавших на меня. Их количество просто поражало. Не знаю, сколько продолжалась эта вакханалия, но вот все прекратилось.

Я стояла вся в зеленой крови и с трудом справлялась с рвотными позывами. Вокруг меня была просто гора зеленых трупов. Невероятное безумство. Здесь явно что-то не так, и я в одиночку вряд ли смогу во всем разобраться. Еще одного такого нападения я точно не переживу, поэтому лучше вернуться за подмогой. Но сначала нужно захватить с собой небольшой сюрприз для моего господина. Я достала пространственный мешок и запихнула туда парочку трупов.

Пусть его специальный отдел по внутренним расследованиям займется изучением этих гоблинов. Мало ли, может, что-нибудь там и найдет. Да, кстати, я хотела сделать приятное принцу. С трудом оттерев клинки от зеленой крови, я сбросила с себя маску. Лучше подышу гарью, чем жутким смрадом от трупов.

Вскоре я прыгнула на своего коня и отправилась обратно во дворец. Путь домой занял гораздо больше времени. Я была уже изрядно уставшей, а в голове билось только одно желание: упасть в ванную, залечь на дно и не шевелиться. Но кто позволит мне это сделать? Да и лицо принца очень хотелось увидеть на ночь глядя. Как я могу отказать себе в том, чтобы на отлично выполнить его поручение? Поэтому, забравшись обратно по той же самой веревке в свои покои, я сразу же отправилась по коридору к принцу. Хорошо, что его комната находилась всего в десятке шагов от моей. Охраны не было — принц не очень жаловал, когда в его крыле были посторонние. Но я же не посторонние, хотя долго думала: постучать или нет.

Впрочем, зачем ему привыкать к хорошему? Поэтому резко толкнула дверь. Она, как обычно, врезалась в стену, открываясь с громким стуком. Подхватившийся принц с заспанным лицом был мне отрадой. На удивление в постели он был один. Неужели выгнал Ларанелиель?

— Что опять ты здесь забыла, Лаурея? Я же дал тебе задание. Какой бездны ты творишь? Почему снова вторгаешься ко мне посреди ночи без приглашения и стука?

— Я же постучалась, мой господин. Разве ты не слышал? Мне кажется, половина дворца уже услышала.

— Ты снова издеваешься надо мной? И что с твоим внешним видом?

Принц откинул с себя тонкое шелковое одеяло и встал. Играя гибким жилистым телом, он смахнул иссиня-черные пряди волос назад, хищно блеснул темным взглядом и, презрительно поджав губы, встал. Черные шелковые штаны сидели на нем слишком низко. Он подошел к небольшому столику, налил себе в кубок воды и отпил, а потом развернулся. Раздувая ноздри, принц больше походил на тварь бездны, чем на фейри. Но страха я не испытывала, а наоборот — предвкушала. Поэтому, недолго думая, я стянула мешок со своего плеча и вывернула содержимое на его дорогущий эльфийский ковер. Небольшие зеленые тушки с громким чваком приземлились на высокий ворс.

— Какого мрака ты делаешь?! Что за тварей ты сюда притащила?! — раздраженно прорычал принц и в одно неуловимое движение оказался рядом со мной.

Задрав мой подбородок, он впился черными когтями в мою нежную кожу, причиняя боль и пуская тонкие струйки крови. Я смотрела в его глаза и не опускала взгляда, как будто была загипнотизирована тьмой, полностью затопившей его радужку. Поразительное зрелище.

— Это то, за чем ты меня посылал, мой принц. Стая бешеных гоблинов напала на меня. Я с трудом смогла отбиться. Жителей в деревне больше нет. Да и сама она сожжена дотла. Никаких следов живых существ я не обнаружила, только этих мелких, обезумевших тварей.

После моих слов принц сделал шаг назад и отпустил меня. Затем он развернулся, посмотрел на два трупа под ногами, сел на корточки и начал осматривать их. А после поднял на меня глаза.

— Что-нибудь еще выяснила? — уже более спокойно спросил принц.

— Нет. В любом случае нужно гораздо больше существ, чтобы разобраться во всем.

Принц согласно кивнул.

— Думаешь, гоблинов кто-то отравил, поэтому они себя стали так вести?

— Возможно. Другого объяснения у меня нет. Ты же сам знаешь, что гоблины не нападают просто так. А сейчас они словно сорвались с цепи и, как твари бездны, напали на меня. Сложилось впечатление, что если бы я не смогла отбиться, то они просто сожрали бы меня со всеми потрохами.

— Я понял тебя. Можешь быть свободна. Дальше я сам, — его высочество повелительно махнул мне на дверь и, казалось, даже забыл о собственном недовольстве, вызванном моим появлением.

А я была рада, что подкинула ему проблем на ночь глядя. Что ж поделать, такова моя работа. С чистой совестью я отправилась в свою комнату. Там сбросила одежду на пол, налила в ванну приятную лавандовую смесь, включила воду и смотрела, как она наполняется. Затем с большим удовольствием залезла в ванну и окуналась, задерживая дыхание настолько, насколько хватило сил. Только когда легкие начало жечь от нехватки кислорода, я вынырнула, провела ладонями по лицу, стряхивая лишнюю влагу, и откинулась на бортик, наслаждаясь теплой водой и приятным лавандовым ароматом. Я точно знала, что, в отличие от принца, смогу наконец-то выспаться.

С трудом добравшись до постели, я упала в нее и, казалось, отключилась, не успев коснуться подушки. Только вот зря я надеялась на спокойный сон.

Во сне я видела маленькую девочку с глазами цвета ясного неба. Маленькое белокурое создание кого-то мне напоминало, но при этом точно было мне неизвестно. Ее глаза казались отражением моих собственных, но ведь этого не может быть. Возникла мысль, что это я в детстве. Может быть, мои детские воспоминания прорываются? Но почему тогда я сама себя зову на помощь? Маленькая девочка тянула ко мне руки. На вид ей было лет пять, а может быть и семь. Я плохо разбираюсь в детях. Ее длинные ушки, заостренные скулы, маленькое и миленькое лицо выдавали в ней фейри. Мое сердце так трепетало при виде нее, словно она — моя пропавшая частичка души. Но кто эта девочка — я не знала, не помнила, но очень хотела ее найти.

Сон прервался так же быстро, как и начался. Однако каждую такую встречу я ждала с нетерпением. Ведь только во сне мне удавалось заглушить чувство одиночества, и я верила, что не одна в этом мире. А еще я почему-то четко знала, что мне нужно быть сильной. Но для чего и зачем — непонятно.

Если раньше с уходом девочки я просто проваливалась в глубокий и спокойный сон, то сегодня что-то пошло не по сценарию. Дыхание сперло, комок воздуха застрял в горле и вдруг перестало хватать кислорода. Я закашлялась и резко распахнула глаза. Его темнейшество принц Неблагого Дома стоял, нависая надо мной, и гадко улыбался в лицо. Его заплетенные на висках косички касались моих обнаженных плеч. Я приподнялась, и принц едва успел отойти. Темный фейри сложил руки на груди и наблюдал за тем, как я отплевываюсь от воды, которой он меня окатил.

— Что ты делаешь? Почему не мог нормально меня разбудить? — негодование так и сквозило в моем голосе.

— Ты не можешь предъявлять мне претензии. Ты — моя тень. И я делаю с тобой то, что считаю нужным и должным. Ты, по всей видимости, забыла об этом, когда без разрешения являлась ко мне. Или, наоборот, заставляла меня ждать.

Все понятно, видимо, он решил тем самым поставить меня на место и снова обозначить мой статус. Что ж, забылась.

— Одевайся. Ты отправляешься со мной через полчаса в ту деревню. Прочешем ее вместе с парнем из моего ведомства.

— А без меня нельзя там обойтись? Я не ищейка.

— Не ищейка, но ты — моя помощница. А если будешь громко выступать, то прилюдно станешь рабыней. Тогда посмотришь, в чем разница между моей помощницей и рабой, ползающей у моих ног, — принц цинично дернул уголком губ.

А мне захотелось вцепиться ему в горло, вгрызться клыками, чтобы рвать его кожу и захлебываться в крови.

— У тебя пятнадцать минут на сборы, — и он просто молча ушел, не дожидаясь от меня ответа или каких-либо действий.

Принц даже не дал мне время на то, чтобы позавтракать. Сволочь! Как же я его ненавижу! Сама не заметила, как мои ногти удлинились, и я вцепилась в простыню, разрывая ее на тонкие ленты. Последнее время ярость и злость стали моими вечными спутниками. Так и свихнуться недолго.

Я бегом отправилась в душ, потому что с его темнейшества станется выволочь меня за волосы в чем мать родила, прямо на потеху своим подчиненным, как он выразился. Поэтому, наскоро почистив зубы и заплетя высокий хвост, я облачилась в еще один комплект походной одежды, точно такой же, какой был на мне вчера, который безвозвратно испортился. Спустя полчаса мы уже галопом неслись в сторону разрушенной деревни. Я, принц и трое его доверенных фейри. 
_______________________________ 
Вам понравилось? Поставьте, пожалуйста, сердечко 💗. Поддержите автора.
чтобы не пропустить мои новости.
С любовью, ваша Е.Г.

Мы спешились и оставили своих демонических коней на том же месте, где вчера это сделала я.

— Что за тварь бездны здесь пробежала? — спросил один из фейри.

Не оборачиваясь, принц ответил:

— Это нам предстоит узнать и найти виновного, покусившегося на мои земли.

Мы обходили каждый дом в деревне, заглядывали в едва ли уцелевшие постройки. Никаких следов или признаков того, что жители сюда возвращались после пожара, не было. Это было странно, потому что существа всегда стремятся вернуться на старое место и посмотреть, что же можно будет взять с собой в новую жизнь.

— Последнее нападение гоблинов было зафиксировано пять дней назад. С тех пор никто не сообщил о том, что здесь произошло, — проговорил принц.

— Меня ты не берешь в расчет, — в пустоту проворчала я. — Может, просто-напросто это некому было сделать. Ты же видишь, здесь нет ни следа живого существа.

— Продолжаем искать, — отрывисто скомандовал принц и пошел вперед, держа наготове длинный широкий меч, инкрустированный камнями и украшенный тонкой вязью эльфийских символов.

Я, как его верная помощница, шла за ним по пятам. Другие фейри шли в паре шагов от принца и тоже смотрели по сторонам. Так незаметно мы дошли до вчерашнего побоища. Только вот от него практически ничего не осталось. Разве что огромный участок земли, заляпанный кровью. Ни тел, ни их остатков просто-напросто не было.

— Ты же сказала, что здесь была целая гора трупов гоблинов? — повернулся ко мне принц.

— Да, именно так и было. Я вчера еле унесла ноги отсюда. Высота холма трупов доходила мне до груди. Сложилось впечатление, словно все их племя, проживающее на территории твоего темнейшества, обезумело.

— Если бы не знал, что ты не врешь… — прищурился принц и отвернулся, снова изучая кровавое поле битвы.

— Может, здесь проходила тварь бездны и сожрала все, что осталось от гоблинов? — предположил один из фейри, подойдя ближе к нам.

Было не понять: то ли он шутит, то ли говорит всерьез. Принц задумчивым взглядом посмотрел на него, а я нервно рассмеялась:

— О чем мы сейчас говорим? Глупости какие. Не знаю ни одной твари, которая могла бы сожрать все подчистую, и не только мертвую падаль, но и жителей вместе с одеждой.

Фейри наградил меня неприязненным взглядом, а я усмехнулась ему в лицо.

— Но никакого другого рационального объяснения у меня нет, — огрызнулся он в мою сторону.

Со мной вообще мало кто разговаривал, считая меня неизвестно откуда взявшейся безродной выскочкой.

— Хватит спорить. Давайте обойдем все вокруг. А вы трое отправляйтесь вместе. Возвращайтесь к деревне и обследуйте прилегающий к ней лес. Будьте осторожны. — Фейри, поклонившись, отправились выполнять поручение. — Мы же с тобой отправимся на запад от деревни и изучим все там.

Я держала свои клинки наготове. Мы медленно брели, озираясь по сторонам. Зловещая тишина, в которой не было слышно ни воя лесного зверья, ни клекота дневных птиц, ужасно нервировала. И это было очень странно, учитывая, что мы находились на землях Темных фейри, где леса кишели кровожадными животными.

По мере того как мы углублялись в лес, становилось все темнее. Кроны переплетались плотней, не давая лучам солнца проникнуть вниз. Свет дня сменился лесными сумерками. Ветки хрустели под ногами. Однако следующий хруст выбился из привычного, издаваемого нашими шагами, и я поняла, что… сейчас что-то произойдет. В следующее мгновение я увидела, как с дерева стремительно упало небольшое зеленое создание, раскинув руки и ноги в стороны, и спикировало прямо на принца. Он едва успел отскочить и пронзить гоблина мечом. Затем принц с осуждающим взглядом повернулся и, уставившись на меня, холодно спросил:

— Где были твои глаза? Ты что, решила стоять и смотреть, пока на меня нападают эти мелкие отродья?

— Ну, я подумала, что ты сам справишься, — неуверенно ответила я.

— В следующий раз будь более внимательной, — но не успел он и закончить, как в тот же миг уже с другого дерева прыгнул еще один гоблин.

Я на подлете снесла ему голову и обернулась.

— Зачем было его обезглавливать? Не могла поймать? — с претензией поинтересовался принц и недовольно толкнул ногой голову мерзкого создания.

— Мой принц, да вас не поймешь: то убивать их, то не убивать.

— Разумеется, одного нужно взять живым, чтобы до конца изучить и понять, что с ними произошло. Могла и сама додуматься до этого, — и пока принц меня распинал, на нас уже обрушилось целое полчище гоблинов.

Ловко орудуя мечом, Темный фейри крутился на одном месте. Я не отставала от него, встав спина к спине, и прикрывала его, как и он меня. Но гоблинов было в разы меньше, чем вчера, поэтому мы справились быстро, даже слишком. Последнее, прыгнувшее из-за трупов своих сородичей, существо получило сильный удар в висок от его высочества.

— Этого свяжи. Заберем его с собой. И рот заткнуть не забудь, а то покусает.

Я опустилась на колени и начала связывать гоблину ноги и руки. Какая-то мысль невнятно стучала в голове, что-то не давало мне покоя вчера и сегодня. Не удержавшись, я приоткрыла глаза пленника. Обычно у гоблинов янтарно-золотистые глаза, но у этого были с какими-то странными зеленоватыми прожилками.

— Дарканат, посмотри сюда.

— Что там? — спросил он.

— Взгляни на его глаза. У гоблинов не может быть таких, насколько я знаю. Они же все желтоглазые. А здесь какие-то зеленые вкрапления. Что если их намеренно заразили?

— Может быть, заразили. Только я не могу никак понять, кому это нужно. Эта деревня находится на западе наших земель. Она не самая крайняя, между прочим, если бы кто-то хотел посягнуть на наши территории.

— Почему, мой принц, вы не берете в расчет Светлых фейри?

В ответ принц выгнул бровь и усмехнулся:

— Потому что они не собираются с нами воевать. Им нет смысла нападать на эти территории. Наоборот, они давно хотят заключить с нами мир и объединить наши два дома. Скорее, поверю, что кто-то неизвестный действует против объединения Светлых и Темных фейри.

— Но что может вызвать такое помешательство?

— Есть одна идея, — снова холодно бросил принц и пошел вперед.

Взвалив мешок с телом гоблина на спину, я потащила его. Хорошо, что он был легким. Мы прошли чуть в сторону и там как раз таки обнаружили то, что искали. Небольшая поляна неизвестных мне доселе цветов бледно-голубого цвета. Они одуряюще приятно пахли. Я втянула глубоко воздух и поняла, что совершенно не хочу выпускать его из легких. Я вдохнула еще раз, бросила гоблина на землю, упала на колени, протянула руки к прелестному цветку и тут же получила пощечину. Встрепенувшись, я моргнула и возмущенно уставилась на принца. Его темнейшество злобно буравил меня взглядом.

— Отойди немедленно от этих цветов! — грубо проговорил он.

Я попятилась и потянула за собой гоблина. Затем отошла как можно дальше и сразу сообразила, что причина моего странного отупения именно в этих цветах.

— Что это за растения? — со злостью процедила я, слабо понимая, что медленно начинаю выходить из себя.

Мне надоело, что принц обращается со мной, как с рабыней, что не видит во мне существа, что может ударить тогда, когда ему заблагорассудится. Эти темные глаза так и хотелось выколоть, чтобы он больше никогда не смотрел на меня столь пристально.

— Это цветы разлоники. Их запах сначала вызывает чувство эйфории и расслабленности, а затем неконтролируемую агрессию.

— Но откуда они здесь?! — прорычала я.

Меня стало бесить абсолютно все: его надменный вид, хитрые глаза и искривленные в пренебрежении губы. Желание наброситься на него и вырвать ему сердце вмиг возобладало надо мной. Почему, в конце концов, я должна себе отказывать в этом?

В следующий миг я обнажила клинки и бросилась на принца, желая изуродовать его лицо. Замах, и принц ловко ушел от моего удара. Затем Дарканат развернулся и тут же ударил меня по ногам. Я перепрыгнула и замахнулась снова. И он, отклонив мой удар, увернулся, а я опять замахнулась. Ни о каком холодном расчете и речи быть не могло. Мне казалось, что я умру, если не убью его. Еще один удар, и я получила стрелу в плечо, пробившую его насквозь. Резко развернувшись, я поняла, что это один из сопровождающих принца выстрелил в меня. Кровь потекла тонкой струйкой, а пелена злости еще сильнее накрыла меня. Я достала сюрикен из нагрудного кармана и отправила его точно в цель. Фейри вскрикнул и посмотрел на свою руку, сжимающую до этого тетиву лука, а по запястью бурным потоком полилась кровь. «Звездочка» угодила в сухожилия, и лук выпал из рук фейри. Другой уже начал натягивать тетиву, но принц что-то ему крикнул. Я развернулась, чтобы заткнуть его темнейшеству рот и снова атаковать, но не успела. Удар по голове эфесом меча отправил меня в темноту.

Мне снилась девочка. Она с улыбкой тянула ко мне руки, звала и просила спасти. Сон резко оборвался, и в голову, словно удары наковальни, ворвался звук. Что-то стучало по моим вискам, вызывая дикую, жуткую головную боль. Я с трудом разлепила глаза, повернула голову и увидела ненавистное мне лицо. Рядом с моей кроватью сидел его высочество принц Неблагого Дома и держал серебряный бокал, методично стуча им по деревянной тумбочке. Так вот что за звук действовал на нервы! Складывалось впечатление, что в коре головного мозга забился дятел. Похоже, приносить мне страдания — это излюбленное блюдо его высочества.

— Не стучи, — прохрипела я, а затем еле выдавила из себя: — Можно воды?

— Можно. Графин на столе, — проговорил он отсутствующим голосом, не моргая, продолжил буравить меня взглядом и стучать по тумбе.

Пришлось смириться с тем, что мне никто не подаст воды. Особенно принц. Вот если бы я попросила глоток яда, то, возможно, он удовлетворил бы мое желание. Свесив ноги с кровати, я посмотрела на себя. Никто даже не потрудился меня раздеть. Но, может быть, это и к лучшему. Не хотелось бы сверкать перед принцем обнаженным телом. Боюсь, его внутренний эстет не переживет этого.

Заляпанная кровью одежда давно высохла и покрылась мерзкой коркой. Запах зеленой гнилой крови вызывал тошноту. Башка раскалывалась. На нетвердых ногах я подошла к небольшому столику, стоявшему у окна, и налила себе стакан воды. Половину графина расплескала, поскольку мое состояние было таким, словно я выпила три литра горного гномьего пойла. Затем снова дрожащими руками наполнила бокал и тут же осушила его. Немного полегчало.

— Что это за цветы такие? Мне казалось, что я сдохну, если не убью тебя, — честно призналась я его высочеству.

После моего заявления он медленно повернулся. Я обошла его и вернулась на кровать, сев напротив.

— Я уже выясняю, откуда в моем лесу растет эта дрянь. — Он отставил наконец-то серебряный бокал, но начал отбивать ритм мягкими подушечками пальцев, лишь изредка касаясь острыми когтями деревянной поверхности подлокотника.

Принц по-прежнему был задумчив и смотрел не на меня, а куда-то выше, словно плавал в каких-то воспоминаниях.

— Ну, если их не было на твоих землях, то кто тогда смог их вырастить? Разве что дриады.

— Разве что дриады… — задумчиво повторил принц.

— Представители низшего клана Благого Дома фейри. Светлых фейри, — уточнила я то, что принц и так знал.

Он, наконец, вынырнул из собственных мыслей, перевел на меня свой темный взгляд и поджал губы:

— Одевайся. У тебя час на сборы. Если ты не забыла, то сегодня бал. Приглашены все высшие дома фейри.

— Как? Уже? Сколько времени я была в отключке?

— Практически пять часов.

— Мое плечо? Я вспомнила, что меня ранили!

— Тебе его залечили. И остался только красный рубец. Но, думаю, это меньшее из зол, что тебя должно беспокоить, — и снова циничная улыбка набежала на его пухлые губы.

Мне сразу захотелось стереть ее с лица принца.

— Можно я не пойду на этот бал? — процедила я.

— Нет, нельзя, — безапелляционно заявил Темный фейри. — Мне нужны глаза и уши, пока я буду занят. Наблюдай за остальными. Потом доложишь, если тебе что-то покажется необычным.

И он встал, не дожидаясь ответа или дальнейшей моей реакции. А затем просто вышел из комнаты, а я хрустнула пальцами и сжала кулаки. Как же бесило то, что он может мне приказывать.

Я встала с кровати, стиснув зубы. Его темнейшество, конечно, сволочь, но я это и так знала. Впрочем, я сама виновата в том, что нанюхалась «прекрасных» цветочков. Вот теперь пожинаю плоды своей неосмотрительности. Доковыляв по стеночке до личной ванной комнаты, я содрала с себя местами прилипшую одежду и бросила под ноги. Затем забралась в ванную, налила себе под ноги пену, включив воду, и откинулась на бортик, переводя дыхание. Дурман в голове постепенно начал рассеиваться. Жаль, что полежать как следует не удастся. Уже через час я должна стоять возле принца. Наскоро вымылась, подсушила волосы и, как была, пошла в сторону гардеробной. Выбрала платье под стать своему настроению — черное, бархатное, полностью закрывавшее не только мои грудь и шею, но и руки чуть ниже запястья. Только лишь слишком высокий разрез, демонстрирующий стройную ногу, выбивался из образа монахини. Длинные волосы с трудом затянула в высокий хвост. Затем надела высокие каблуки и уже в конце нанесла легкий макияж. Выдохнув, я направилась на бал. Благо поесть там смогу. Это, пожалуй, единственный положительный момент.

Яркий свет, вспышки магии и переливчатый звон музыки радовали собравшихся в зале. Столы ломились от разнообразных закусок и напитков. Живые цветы, которыми было украшено все, одуряюще пахли. Напомаженные, утонченные женщины-фейри, словно восхитительные яркие бабочки, кружились по залу, а долговязые и жилистые мужчины были так же прекрасны, как и их спутницы.

Я подошла к одному из фуршетных столов и начала накладывать себе в тарелку крошечные бутербродики. Я поглядывала в сторону его темнейшества, который тоже выбрал своим основным цветом черный: костюм с удлиненным пиджаком и высоким воротником-стойкой, наглухо застегнутым. Он проводил меня недовольным взглядом, а я сделала вид, что не заметила этого. В конце концов, скажу, что где, как не у стола с едой, можно послушать сплетни. Только поесть мне не дали, и это был вовсе не принц.

— Вижу, набиваешь брюхо? Конечно, что же еще тебе остается делать? — надменно фыркнула Ларанелиель с бокалом в руке, выряженная в огненно-красное, практически полупрозрачное платье с огромным декольте и совершенно нескромным разрезом на подоле.

Глядя на нее, задаваться вопросом, какого цвета ее нижнее белье, не приходилось. Потому что этот наряд просто не предусматривал его.

— А ты, насколько я могу судить, совсем в отчаянии, — я окинула многозначительным взглядом ее платье и поиграла бровями. — И решила сразу продемонстрировать товар лицом для нового содержателя. А ведь мне казалось, что мужчины любят загадку. А тут, прости, все так… очевидно и банально, — я с удовольствием наблюдала, как цвет лица Ларанелиель постепенно становился в тон платью.

Аппетит от этого зрелища разыгрался еще сильнее, и я отправила небольшой кусочек красной рыбки в соусе на тонком слое хрустящего хлеба в рот.

— Да кто ты такая, чтобы говорить мне подобное?!

— Помощница его высочества. Видимо, у тебя проблемы с памятью, — и я откусила небольшой кусочек от восхитительного овощного рулетика.

— Ты — убогая, недостойная дрянь! И за-за тебя я лишилась принца! Но не думай, что я это так просто оставлю! — прошипела она в бессильной злобе.

— Двух принцев, ты хотела сказать? Видимо, еще и со счетом проблемы, — я наклонилась к Ларанелиель и доверительно ей прошептала: — Слуги уже донесли младшему принцу о твоем пути великой соблазнительницы и акробатических этюдах в постели старшего высочества.

— Ты смеешь еще и смеяться надо мной?! — она вздернула подбородок, решив придавить меня своим высокомерием.

— Это ты хотела усидеть на двух… Не будем произносить это вслух, ведь приличные девочки не обсуждают достоинства своих мужчин. — Лицо Лары надо было видеть. — За это и поплатилась.

— Языкастая дрянь! Тебе никогда не понять, каково это разделить постель с самым лучшим мужчиной! Ничтожество! — выплюнула бывшая любовница принца.

— Сколько агрессии! И все из-за банального обмена жидкостями! — фейри скривилась от моих слов, а я расхохоталась.

— Больная! — презрительно бросила она и замахнулась, чтобы вылить на меня содержимое своего бокала.

Но откуда ей было знать, этой пустоголовой курице, что я далеко не простая девица. Ловко увернувшись, я ушла с траектории полета коктейля и, надо признать, весьма эффектно. Ведь Ларанелиель попала в баснословно дорогое платье новой фаворитки второго принца. С улыбкой на губах я затерялась в толпе, которая уже с превеликим удовольствием ловила каждое едкое слово двух женщин. Музыка продолжила играть, но тут я увидела недовольный взгляд его высочества, обещающий мне расправу за то, что затеяла ссору фейри. От его внимательного взгляда не укрылось ничего. Зачем ему я, если он успевает все сам? Но разве было бы справедливым, если бы я позволила этой Ларанелиель облить свое замечательное платье? Хотя, скорее всего, дело в том, что его бывшая любовница задела нынешнюю любовницу его брата. Но, с другой стороны, Лара успела переспать и с младшим принцем.

Я увидела, как его темнейшество направился ко мне, и поторопилась затеряться в толпе. Музыка заиграла громче, и некоторые пары, которым не суждено было подслушать перепалку двух взбешенных девиц, пошли танцевать. Я пробиралась в противоположную сторону от принца и никак не ожидала, что меня жестко схватят за запястье. Я хотела дернуть руку и оторвать чужую наглую конечность. Но уже и так проштрафилась перед принцем. Куда еще больше? Пришлось сдержать собственный нрав. Только в следующее мгновение я была прижата к сильному и жесткому телу. Подняв голову, чтобы увидеть этого наглеца, я утонула в янтарном золоте глаз с узким, словно лезвие, зрачком. Это был дракон. Единственный дракон нашего мира. Тот самый, кто следит за балансом сил между Темными и Светлыми. Сколько ему лет не знал никто, но все утверждали, что древнее этого ящера просто не существует. Однако внешне он всегда оставался молодым мужчиной. Легкая небритость ему шла, а на его висках блестели слегка зеленоватые чешуйки. Короткие волосы, так несвойственные фейри, придавали дракону сногсшибательный вид. Я не успела дернуться или спросить, что хотел Орхан Голд от меня, как все резко померкло. Меня встряхнуло, мир потерял четкость, а когда я открыла глаза, то обнаружила себя стоящей на выходе из сада около кирпичной стены беседки, увитой плющом. Здесь нас никто не мог побеспокоить или же увидеть.

— Ты так и не пришла, — рокочуще проговорил он, подняв мой подбородок и уставившись в мои глаза.

— Разве нужно было? — я непонимающе посмотрела на него.

— Значит, время еще не пришло, — загадочно ответил он, а затем наклонился и медленно провел кончиком носа по моей шее, словно вдыхая мой запах и запоминая его.

Я замерла, не шевелясь, как перед огромным хищником, который может сожрать меня, даже не моргнув глазом. Ведь так оно и было на самом деле. Хотя никто давно не видел драконов во второй ипостаси. А ведь, как писали хроники, это завораживающее и одновременно пугающее зрелище. Никто не знал подробностей: почему Орхан Голд один и есть ли у него семья. Вся информация давно была изъята из библиотек.

— Мне нужно вернуться в зал, — попытавшись скрыть нервную дрожь, произнесла я.

— Не беспокойся. Твой принц не заподозрит ничего. Для всех мы с тобой сейчас танцуем в центре зала.

Пока я не начала расспрашивать его о чудо-магии, Орхан прошептал рычащим голосом прямо в ухо:

— Я хочу преподнести тебе подарок.

Мое тело покрылось мурашками, а невидимые волоски встали дыбом.

— Не нужно никакого подарка... — не успела я договорить, как сильные, слегка шероховатые пальцы дракона легли мне на губы, чтобы замолчала.

— Нужно, моя дорогая, — а затем, не отстраняясь от меня, он достал что-то из нагрудного кармана.

Я почувствовала, как на мою грудь легло что-то холодное. Дракон аккуратно застегнул подвеску на моей шее, а потом отстранился.

— Придет время, и ты воспользуешься ею.

— Какое время? И для чего она? Зачем это все? Разве нас что-то связывает? — вопросы так и лились из меня.

Я совершенно не понимала, почему этот мужчина еще пару недель назад подошел ко мне и познакомился. Почему именно ко мне, ведь кругом столько красивых ослепительных фейри? А он выбрал меня, уродливую полукровку с обезображенным телом и непонятного происхождения, которая не помнит своего настоящего имени и прошлого.

— Слишком много вопросов, сокровище мое. Это единственный в своем роде телепорт, напитанный моей магией. Когда придет время, тебе понадобится моя помощь. Именно моя… Ты сожмешь его в руке и четко представишь мой образ. И тогда я буду ждать тебя, — проговорил Орхан, затем сделал шаг назад, положил одну руку в карман брюк и улыбнулся уголком губ.

Дракон смотрел на меня так, как будто мы старые знакомые, но я ничего не помнила.

— Мы были знакомы? Почему ты даришь мне это? Почему решил помочь? — запинаясь, выдала я

— А почему я не могу этого сделать?

— Ты что-то знаешь обо мне?

— Я догадываюсь. А теперь мне нужно идти. Прощай, сокровище мое, — а затем мужчина просто растворился в пространстве, применив магию, о которой я и не слышала.

Но на то он и дракон — самое необычное и загадочное существо нашего мира. Не успела я отойти от того, что со мной произошло, как неожиданно услышала злобный крик:

— Где тебя носит?! Я не разрешал тебе покидать бал! С кем ты была?! С драконом?!

Его высочество застал меня врасплох. Я замешкалась лишь на миг, но этого хватило, чтобы фейри впечатал меня в стену. Он схватил мои плечи и встряхнул, и я с трудом не прикусила язык.

— Значит, с ним была?

— С чего ты взял?

— Да потому что ты не можешь улыбаться, как влюбленная идиотка, когда танцуешь. В этом твой дракон просчитался. Я успел отлично изучить тебя. А значит, каким-то образом вы покинули бал, оставив своих двойников.

— В любом случае, что бы ни было, вас это не касается, ваше высочество, — надменно бросила я, несмотря на довольно болезненную хватку принца.

— Меня касается все, что с тобой происходит. Ты — моя. И не можешь делать то, что тебе заблагорассудится, — он снова встряхнул меня, злобно сверкая черными глазами.

— Пусти меня! Моя рана недостаточно зажила, и мне больно! — я поморщилась, ведь принц положил руку на недавно затянувшуюся рану.

— Не вздумай что-то затевать против меня! Думала освободиться от меня?! Так знай! Ничего не выйдет! Останешься моей рабыней навечно! — прошипел мне в самые губы Темный фейри и сразу ушел.

А я сползла по стене вниз и нервно усмехнулась:

— Безднов параноик… 
____________________________________ 
Вам понравилось? Поставьте, пожалуйста, сердечко 💗. Поддержите автора.
чтобы не пропустить мои новости.
С любовью, ваша Е.Г.

После затяжного бала все высокопоставленные фейри смогли отбыть только к вечеру следующего дня. Принц, как и вся его коронованная семья, были заняты проводами гостей. До самого вечера я была предоставлена сама себе и меня это несказанно радовало. Уже наступил вечер, когда слуга принес конверт, в котором было написано о моем немедленном вызове к темнейшеству.

Я торопилась, чтобы предстать пред темные очи своего работодателя. Сразу поняла, что темнейшество не в духе, стоило только замереть около двери его кабинета. Оттуда доносились громкие голоса принцев. Они явно спорили. Решила прислушаться.

— Почему ты мне только сейчас говоришь об этом? — вопрошал Шантанат.

— Потому что раньше не счел нужным это сделать. А вообще, очень странно, почему ты, ответственный за разведку в нашем Доме, не в курсе того, что происходит, — с издевкой отвечал Дарканат.

— Ты же заешь, что все мои ресурсы направлены на слежку за Лунными и Светлыми фейри, — рычал недовольно Шантанат. — И что же изменилось сейчас, раз ты решил сообщить мне?

Я подпрыгнула, когда услышала громкое:

— Входи! Не стой, — эти слова точно предназначались мне. Мысленно выругалась, что была замечена стоящей около двери. Безднова связь.

Вошла в темный просторный кабинет, который очень соответствовал своему хозяину. И не сразу заметила, что мужчин было здесь трое. Один сидел в маске и молчал, лишь проводил длинными пальцами по тонкому лезвию карманного клинка. Он словно ничего не слышал и никак не реагировал на шум в кабинете.

— О, вот и твоя помощница, — выплюнул младший принц и скривился, как обычно, при виде меня. — Думаю, что даже она была в курсе нападений этих бездновых гоблинов. Однако родного брата ты решил не посвящать в это, а при удобном случае ткнуть мордой в мою некомпетентность. — Шантанат поджал тонкие губы. Желваки заходили от негодования.

— Хочешь сказать, что ты был даже не в курсе тех донесений, что приходили об их нападениях? — ехидно вскинул бровь Дарканат и откинулся на спинку кресла. Он проигнорировал выпад брата в мою сторону. Сейчас он наслаждался их пикировкой.

— Нет, — прорычал его брат.

— Ну что ж. Твои проблемы, что совершенно не отреагировал на проблемы наших подданных. И как после этого доверить тебе управление целым Домом? — Дарканат снова усмехнулся и довольно сверкнул обсидиановым взглядом. Его слова попали точно в цель. Шантанат дернулся, как от пощечины. Значит, слова темнейшества достигли цели. Только вот управлением каким Домом хотел заниматься младший принц? Я разве что-то упустила?

— Я понял тебя, брат, — холодно проговорил Шантанат и повернулся, чтобы уйти, только перед тем, как покинуть кабинет, успел одарить меня брезгливым взглядом. Дверь хлопнула, а я так и стояла. И с чего такое отношение ко мне? Сейчас я была одета, как и все фейри, прохлаждающиеся во дворце. Длинная, летящая, цвета морской волны юбка с высоким разрезом на бедре и короткий топ, открывающий подтянутый живот, но полностью скрывающий верх спины и руки. Сегодня даже я сама себе нравилась, но, видимо, не фейри.

— Ты снова заставила себя долго ждать, — недовольно проговорил принц. А потом повернулся в сторону, где недалеко от него в темном углу устроился его гость, и уже сказал ему:

— Эштаран, ты слышал все. Я хочу, чтобы твои парни ненавязчиво проследили за братом и в случае опасности вмешались. Он сейчас слишком зол и может подставиться.

— Он уже не ребенок, — хрипло проговорил «предатель» и медленно встал, явно направляясь ко мне. Темнейшество зорко следил за этим перемещением, а я не успела удивиться тому факту, что, оказывается, старшему принцу не безразличен его брат. А к чему тогда их конфронтация? Хотя я всего лишь чуть больше месяца здесь и не все знаю. Стоило только последней мысли оформиться, как Эштаран дошел до меня и поднял руку, намереваясь дотронуться до моей щеки. Я дернула уголком губ и отвернулась, давая понять, что этот жест неуместен. Только он не остановился и склонился надо мной. Проговорил тихо, чтобы слышала только я:

— Ты стала еще красивее, — и слегка мазнул губами по мочке уха. Тело предательски откликнулось, помня, что этот фейри вытворял с ним. Меня против воли бросило в жар, от неудовлетворенного желания, возникшего от одного его прикосновения, низ живота импульсивно дернулся.

— Эштаран, — грозное имя бывшего заставило выдохнуть и взять себя в руки. Меня бесило, что я так отреагировала на него. Не ровен час побегу к нему за удовлетворением. Целый месяц я не думала о зове тела, тщательно игнорируя первые предвестники. И то, что я была настолько зависима от энергии мужчины, которую они передавали через плотское удовольствие, говорило том, что во мне есть кровь фейри. И чем сильнее этот зов и голод, тем больше во мне от них. Не знаю даже, радоваться этому факту или нет. Но, по крайней мере, я принадлежала к представителям высшей расы.

— Еще увидимся, Лаурея, — протянул он мое имя, которое сам же и придумал.

Затем покинул кабинет принца, накинув на себя глубокий капюшон и повязав платок наподобие маски.

— Что? Захотелось вспомнить былое? Не отпускает, — ехидно проговорил принц.

— Тебе показалось, мой принц. Ничего, кроме ненависти, я не испытываю к нему.

— Для тебя же лучше. Я не привык делиться игрушками, — все ехидство вмиг куда-то делось, и принц стал сосредоточенным. Я же в очередной раз сделала вид, что меня совершенно не беспокоит то, что я являюсь всего лишь вещью для Дарканата. Нет. Романтического влечения или же того чувства, что называют любовью, я совершенно не испытывала к нему, но меня задевало, что он всегда стремился показать мне, где мое место. А именно — у его ног. Как может сочетаться хищная сила, ослепительная красота, талант управления своим народом и забота о брате с таким мерзким характером?

— Через пару дней мы отправляемся в Дом Лунных фейри. Будь готова к этому. Там поступишь в услужение к наследнице. Станешь ее тенью и если надо рабой. Будешь следить и день, и ночь за ней.

— Что? — опешила я. — С какой стати я должна служить какой-то там Лунной фейри, будь она хоть трижды наследницей? Я нахожусь в твоем услужении, — прорычала я, вмиг теряя остатки самообладания. Все мое существо противилось факту служения высокородной и чистокровной фейри.

— Ты заставляешь меня повторять свой приказ, — опасно сузил черные глаза принц.

— Я говорю, что не буду служить ей, — я стояла на своем, а в следующее мгновение фейри уже страшной тенью нависал надо мной. Он намотал мой длинный хвост на кулак и жестко притянул к себе мою голову. Наклонился, чтобы быть со мной одним ростом. Хищно, по-звериному оскалился в мое побледневшее лицо и угрожающее прошипел:

— Не заставляй меня наказывать тебя, дрянь. Ты будешь делать то, что я тебе велю.

— Нет, — еле выдохнула я и сама испугалась своего голоса. Словно это и не я отвечала, а кто-то по привычке, живущей у меня внутри. Снова накрыло дежавю, и мне показалось, что я уже была в таком же положении, только мужчина был немного другим. Я по привычке сопротивлялась ему, хоть и знала тогда, что слаба и наказание не преминет меня настигнуть.

Принц толкнул меня на огромный монструозный диван в углу просторного кабинета, и это позволило мне вынырнуть из омута воспоминаний. Я приземлилась на четвереньки и тут же развернулась, попыталась встать, но не смогла.

— Я тебя научу послушанию, — прорычал он и придавил своим телом к дивану. Я дернулась, взбрыкнула и со всей силы ударила пятками в поясницу, а учитывая, что каблуки у меня что надо, удар получился отменный. Фейри взвыл и зарычал, не думаю, что это нанесло огромный вред его высочеству, просто скорее он не ожидал, что его игрушка будет сопротивляться. В любом случае мне хватило его секундного замешательства, чтобы выбраться и оседлать его спину, схватить его кисть и завести назад, со всей силы дернув ту на себя. Я не обольщалась, знала, что наказание последует незамедлительно, и хриплый смех разнесся по кабинету. Фейри даже не сопротивлялся, когда я лишь на миг допустила эту мысль, тут же мир перевернулся. И снова я оказалась лежащей на лопатках. Затем он перевернул меня на живот и зафиксировал руки одной своей огромной кистью, подкинул меня и разместил на своих коленках. Пришлось приподнять свою пятую точку, и я уже наверняка поняла, что этот мерзавец собирается сделать.

Я снова брыкнулась и тут же ощутила, как юбка взметнулась вверх, оголяя мое безобразное, ничего не скрывающее, тонкое белье, и тут же ощутила хлесткий удар.

— Сволочь! — не сдержалась я и завопила.

— Еще один за оскорбление моей темнейшей персоны, — довольно проговорил принц и хлестнул меня еще сильнее, явно оставляя багровый след.

— Гад! Мерзавец! Пусти немедленно! — орала я, словно дикая бестия, и ощутила сразу три быстрых удара. Ягодица уже нещадно ныла.

— Как ты со мной разговариваешь? — довольно притянул принц и опустил руку уже на другую ягодицу. Я брыкалась, но это не приносило плодов. Принц держал крепко и не давал и надежды на свободу. Удары следовали один за другим. Я уже охрипла проклинать его гадство и затихла. И даже не поняла, когда принц начал гладить мои явно красные полушария и это, вопреки всему, начало приносить удовольствие. Да что за бездна? Пальцы принца уже блуждали по внутренней стороне бедра, а я была не в силах его остановить. Когда он коснулся места, до которого я не собиралась его никогда допускать, стон удовольствия, прострелившего позвоночник, не удалось сдержать.

Издевательский смешок лишь на миг позволил выплыть из чувственного дурмана, навеянного мягкими прикосновениями принца. Мне даже не верилось, что его пальцы и руки могут так нежно путешествовать по моему телу. Я расслабилась, смиряясь с тем, что уже и сама не оттолкну эту сволочь и отдамся ему, пока тот не остановился.

Он замер, ничего не делая. Я дернулась ягодицами, чтобы он продолжил свои откровенные ласки, но ничего не произошло, а потом я осознала почему.

Я почувствовала холод спиной, он задрал мою кофточку до шеи.

Спина. Он смотрел на мою спину.

Еще одно напоминание о моей прошлой, явно насыщенной, жизни — это испещренная тонкой сеточкой шрамов спина.

— Убирайся, — вдруг зло проговорил он. — С глаз… — и сбросил меня со своих колен. Я подобралась и встала. Начала поправлять платье, закрывая уродливую спину. Я посмотрела на принца тайком и увидела поджатые добела губы и сжатые кулаки. Опустила глаза, стараясь не показывать, насколько мне больно. Я чувствовала, как он был возбужден, и тем не менее он отказался, увидев, что у меня не только лицо, но и тело носит отпечатки прошлой жизни. Я и сама понимала, что она была не сахар, раз у меня был целый набор таких замечательных рубцов. Только в течение этих десяти лет мне не приходило в голову, что это действительно может кого-то отпугивать, может вызваться брезгливость. Хотя, а чего я хотела? Ведь жила среди наемников, где красота и «чистота» тела не являлись главным. Они точно не считали меня ущербной, приняли сразу, не воротя нос, когда увидели мои навыки. Что ж…

Больше не оглядываясь, я вышла из кабинета, чувствуя почему-то стыд за свое испорченное тело. Но ведь мне не должно быть стыдно! Что угодно, только не это. Я никогда не мерила существ по внешнему виду, всегда желала рассмотреть их внутренний мир, их истинную суть и теперь оказалась не готова к тому, что будущий правитель Неблагого Дома оказался недалеким, зацикленным на красоте чистокровным фейри.

За несколько минут добралась до комнаты, старалась всю дорогу держать безразличную маску на лице, чтобы никто, встретившийся мне на пути, ничего не заподозрил. Хотя на душе было мерзко.

Но стоило только двери моих личных покоев закрыться, как я дала волю чувствам, потеряла контроль над собой. В следующее мгновение я смахнула с комода зеркальный поднос, подсвечник и вазу. Все разбилось на мелкие кусочки. Кресло полетело в сторону, содержимое небольшой каминной полки тоже постигла незавидная участь. Я вымещала гнев на ни в чем не повинной мебели. Не заметила, как мои когти заострились, увидела только, когда уже оставляла длинные росчерки глубоких линий повсюду. Думать мозг отказывался, я захлебывалась в ненависти к принцу и к тому, кто со мной сотворил подобное. К тому, для кого я стала полотном, где безумный садист реализовывал свои желания.

Не знаю, сколько я так крушила все вокруг, но вскоре я поняла, что чрезмерно неутоленное возбуждение смешалось с яростью в невероятный коктейль и просто разрывало меня. Мне срочно требовалось сбросить весь накопленный негатив. Накинула на себя плащ из легкой искрящейся ткани с глубоким капюшоном и, как была, отправилась в единственно известную мне таверну, где помимо обычных существ постоянно обитали и наемники.

Я снова хотела ощутить себя женщиной…

На этот раз я покидала дворец фейри через парадные двери.

***

Дарканат

Я сбросил все со стола, стоило только девчонке покинуть мой кабинет. Не знаю, что нашло на меня и что больше поразило. То, что действительно потерял голову от этой наглой выскочки и собирался переспать с ней, или то, что увидел ее изуродованную спину. Мысль, что какой-то ублюдок мог так с ней поступить, ослепила меня, а понимание этого ошеломило. Я вышел из себя. Всегда запрещал себе испытывать какие-либо чувства, и то, что я ощутил помимо похоти, заставило меня снова вспомнить о том, что чувства до добра не доводят. Яркий пример тому мои родители.

Я поднял руку и сжал кулак. Захрустели суставы. Я отдернул руку и оперся на стол, успокаиваясь.

Мне срочно требовалось отвлечься. Я сразу же решил навестить свою матушку. Ведь из-за дел короны не видел ее уже несколько дней.

Вышел из кабинета и запечатал тот магией. Направился в крыло, где уже несколько десятилетий жила королева Неблагого Дома, Фрея Великолепная, как называли ее раньше. Сейчас же… сейчас же мать была сама на себя не похожа, а разногласия с ее супругом, моим отцом, казалось, достигли катастрофических высот.

Я за несколько минут преодолел широкую анфиладу коридоров и галерею с портретами членов моей семьи, хотя на семью в нормальном понимании мы мало походили. Скорее на существ, просто живущих в одном дворце.

Я достиг белых, украшенных позолотой, дверей и постучал. Как обычно, ответом мне была тишина. Я еще постоял какое-то время, прислонившись лбом к полированному полотну, и выдохнул.

Открыл дверь. Матушка, словно живая восковая кукла, сидела в своем белоснежном парчовом кресле с резными ножками и смотрела на огонь. Ее взгляд застыл, и только мерно вздымающаяся грудь точно давала понять, что эта женщина живая.

Сердце против воли сжалось. Горечь разлилась на языке, мне было больно видеть ее такой. Но и помочь ей против ее же воли я тоже не мог. Ее безусловная любовь к отцу убивала ее. Медленно и неотвратимо.

Я присел на пол около ее ног, она была такой хрупкой, как замерзшая прекрасная роза. Взял ее руки в свои, скрыл их в ладонях. Тонкая, словно лоза инрэмского винограда, она была далека от меня. Я вглядывался в родные черты и не узнавал ее. Тонкие морщинки залегли на ее лице, а ведь ей едва ли стукнуло триста лет. Чуть больше половины жизни прошло, а она уже потеряла ее смысл. И даже дети не могли залечить рану, нанесенную ее супругом. Вот что делает любовь с фейри.

Я поцеловал ледяные руки матери и задержался губами на них. Кожа по-прежнему была шелковой и пахла розовым маслом. Ее любимым. Я заглянул в ее отчужденное лицо и вздохнул. Некогда самая прекрасная женщина Неблагого Дома стала жалкой копией себя. Копна белоснежных волос, уложенная волной, потеряла свой блеск и такой редкий для наших женщин перламутровый отлив. Теперь ее волосы напоминали серебряную паутину архона. Я аккуратно положил ее руки и отвернулся. Прислонился к ее коленям спиной и подогнул одну ногу. Сейчас я хотел быть ближе к ней, а значит, тоже буду смотреть в огонь, как и она, словно это наше общее желание побыть в тишине. Самообман порой так сладок.

Почувствовал, как рука матери легла мне на плечо, я не стал поворачиваться, было больно не видеть блеска ее глаз. Я просто склонился щекой к бледной коже и прижался к ней.

Вскоре в комнату вошла личная служанка королевы, чтобы помочь ей отойти ко сну, и мне пришлось уйти. Я поцеловал мать в щеку, и она ответила мне неестественной улыбкой.

Я вышел, закрыл дверь и сразу же ударил кулаком по стене. Как же я ненавидел своего отца за то, что он сделал с матерью.

Сам не заметил, как оказался в противоположном конце коридора, где его величество опочивало. Открыл без стука дверь. И как знал, что этот безжалостный тиран будет не один.

— Пошли вон! — жестко проговорил я. Но две девицы, лежавшие по обе стороны от короля, даже не шелохнулись.

Больше всего я не терпел неповиновение, и будь они хоть трижды любовницами отца, они уже подписали себе приговор.

— Я сказал, пошли вон!

— Ты много себе позволяешь, сын, — лениво ответил король, хлопнул по ягодицам этим тварям и кивнул им на выход. Но подлые гадины не спешили нас покинуть. А отец, не таясь, любовался, как они играючи облачались в дорогие шелка. А ведь моя мать уже давно не носила шелк, предпочитая простые наряды. Или это отец предпочитал их на ней видеть?

Дверь закрылась. Отец, материализовав на себе штаны, царственно опустился в массивное кресло, не предлагая мне сесть.

— Достаточно, отец. Как давно ты был у матери? А впрочем, к чему этот вопрос. Я и так знаю, что невероятно давно. Ты трахаешься с этими шлюхами, растрачивая свою силу, при этом мать стала похожа на безжизненную тень. Что ты творишь? — скрыть ненависть и раздражение в голосе было трудно.

— Это наше с ней дело. Не тебе говорить мне как себя вести. Поживешь с мое и поймешь, что даже короли устают от одной и той же женщины, — спокойно ответил отец, а меня его ответ взбесил еще больше. Сам не заметил, как мои глаза заволокло тьмой. Казалось, я просто разорву его.

— Успокойся. Или, может, хочешь бросить мне вызов? — насмешливо произнес он. — Твоя матушка не простит тебя за это.

— Какой же ты мерзкий ублюдок. Как она вообще могла полюбить тебя? Ты же растоптал ее чувства, кувыркаешься со всеми подряд, пока она медленно умирает от истощения.

— Никто не просил ее влюбляться в меня. Это ее проблемы. Это был деловой брак. На кону была только выгода. И я ее получил, правда, рудники, отданные за нее, уже иссякли, — скривился тот.

— Это не значит, что ты должен так с ней поступать. Она не вещь, она королева фейри, — мой голос дрожал от гнева, я с трудом сдерживал боевую трансформацию.

— Для всех она, быть может, и королева, но не для меня. А теперь проваливай, сын. Твоя незапланированная аудиенция закончилась, — отец отсалютовал мне бокалом, который поднял со стола.

— Однажды ты пожалеешь, — процедил я и вышел.

Громкий раскатистый смех зазвенел в его покоях. Я жгуче, до судорог ненавидел своего отца, а еще злился на мать за то, что она его любила всем сердцем, отказываясь питаться от других фейри. Хранила ненужную верность этому лицемеру.

Я распахнул ближайшее окно, понимая, что перестаю контролировать свою тьму. Требовалось срочно убраться подальше, иначе дворец окрасится кровью. Я перемахнул через низкий подоконник, спрыгнул вниз и тут же расправил огромные черные крылья. Я дал волю второй сущности, чтобы она вышла на охоту и успокоилась.

Мне было все равно, кого я покараю в эту ночь… Только не ожидал, что моей «жертвой» станет собственная помощница. 
_________________________________ 
Вам понравилось? Поставьте, пожалуйста, сердечко 💗. Поддержите автора.
чтобы не пропустить мои новости.
С любовью, ваша Е.Г.

— Я хочу, чтобы ты избавилась от этих… женщин и чтобы я их больше не видел во дворце, — Дарканат поджал губы и передал мне листок с двумя именами. И ради этого меня подняли в такую рань? Но, к сожалению, насколько бы… сложной ни была ночь, моего работодателя это не интересовало. Он привык работать и день, и ночь и того же требовал от других.

— А изображения их нет?

— Я похож на мага-иллюзиониста? — он надменно вскинул бровь и откинулся на спинку своего массивного кресла из кожи гракха, которого сложного найти и не так уж легко убить.

— Может, у вас есть скрытый талант, — пробурчала я и взяла листок, прочитав имена неугодных «Аннабеиль и Иридэль». — А какое основание для таких мер? — все же поинтересовалась я.

— С каких пор тебе требуется что-то большее, чем просто мое желание? — принц недовольно прожег меняя своими обсидиановыми глазами.

Я скрипнула зубами от его пренебрежительного отношения к себе. Признаться, в душе меня это оскорбило.

— Можешь быть свободна, — он махнул рукой.

— И это… все? — помолчав, я все же проговорила.

Вновь изогнутая бровь фейри и нахальная улыбка были мне ответом.

— Разве может быть что-то еще?

— Нет, — процедила я сквозь зубы и, развернувшись, вышла из кабинета.

Сволочь.

Я подняла руку и сжала ее в кулак. Медленно выдохнула: «Разве может быть что-то еще?» Слова фейри набатом стучали в голове. Не знаю, чем не угодили эти девицы его высочеству, ведь никого с этим именем в его окружении я не знала. Но и выяснять не горела желанием. Раз не дал пояснения, значит, так нужно.

Я оправила темно-синюю летящую юбку в пол и отправилась выполнять очередное поручение. Кипя от негодования и унижения, что испытала сегодня. А ведь утром я впервые за долгое время задумалась над чем, что надеть. И струящуюся юбку с коротким топом и накинутой сверху прозрачной блузкой с длинными узкими рукавами я посчитала достойным образом. Даже волосы не заплела в хвост, а оставила темной волной спускаться до самой поясницы. Впервые я провела по своим обезображенным ушам и пожелала от них избавиться. И тут такие холодные, пронизанные долей презрения слова: «Разве может быть что-то еще?».

Идиотка.

Я прошла уже больше половины дворца, но с тем, что делать, так и не определилась. И это очень странно для меня. Разумеется, темнейшество мог и сам посвятить меня в детали, но отчего-то не пожелал этого делать. И это наводило на определенные мысли…

Кто, как не слуги, поведает мне обо всем грязном господском белье. Я направилась в крыло для слуг. Облокотилась на стену около окна и стала ждать своего будущего информатора. Мимо меня, поклонившись, прошла пожилая полукровка, несущая стопку пушистых полотенец. Ее я даже не стала останавливать, такие, как она, пусть и много знают, но уже вполне могли быть завербованы одним из членов знати и доносить что-либо за золотую монету. Мне бы кого-то, у кого язык без костей… и кого еще не успели «облагородить своей милостью».

Простояла недолго. Ко мне навстречу вышла спешащая с подносом молоденькая гномочка. Она была такой маленькой и миленькой, что я решила, что она-то по доброте душной уж точно просветит меня, кто эти две молодые фейри.

— Подожди, — проговорила я ей. Та дернулась, но поднос удержала. — Можешь мне оказать одну услугу?

— Ка-ку-ю? — запинаясь, проговорила она. А я сунула ей в карман серого платья монету.

— Всего лишь рассказать, где я могу повстречать вот этих леди? — я протянула ей листок. Та глянула по сторонам, а потом прошептала:

— Я как раз видела их в королевском крыле… — но тут вышла еще одна прислужница, и мне пришлось отпустить гномку. Догадки, что же они там забыли, у меня были, но самые разные, только вот реальность меня весьма удивила.

Целое крыло, отведенное под покои королевской четы, впечатляло роскошью. Шелка и вышитые гобелены на стенах. Мягкий магический свет. Я шла по бархатной черной дорожке, которая заглушала стук моих каблуков, и прислушивалась к голосам из-за дверей. Входы в комнаты личной прислуги короля и королевы были не так роскошно отделаны, а потому отличить их от дверей, ведущих в личные покои супругов, не составило труда. Как и понять, что король и королева спят отдельно. Хотя не берусь утверждать, ведь, возможно, у них смежная дверь. А потом снова оценила планировку и две простые двери между покоями королевской четы и все же сделала вывод, что нет: совместной двери у них нет.

За дверями прислуги было тихо, за черным деревянным полотном, отделанным серебром и драгоценными камнями, явно опочивальни самого короля, тоже было тихо. Зато, когда я подошла к двери из красного дерева, сразу же услышала звонкое щебетание и хохот. Так это фрейлины королевы? Зачем тогда от них избавляться? И тут я задумалась…

Я ведь до сих пор ни разу не видела королеву. Короля — да. Властного и волевого фейри, со строгим и уничижительным взглядом на окружающих его существ. Но королевы подле него не было…

— Принеси нам что-нибудь выпить. Мы тут надолго, — довольно громко произнесла одна из женщин. Дверь открылась и из нее выпорхнула личная прислужница королевы. Она удивилась, увидев меня, но ничего не сказала. Лишь опустила голову и позволила совершить неслыханную дерзость — приоткрыть мне дверь.

Я молча проводила ее взглядом. С каких пор личная помощница королевы пускает всех кого ни попадя в личные покои венценосной особы? Я уже молчу про то, что она даже не спросила моего имени, чтобы доложить обо мне королеве.

Здесь было что-то не так. Между тем никто из двух женщин так и не заметил того, что дверь не закрыта до сих пор. Да и насколько я могла судить, слышались только два голоса. И вряд ли королева была так несдержана в выражении своих эмоций.

Я толкнула дверь и опешила.

— Ты там скоро? Она все равно не ответит тебе…

— …смотри на меня и запоминай. Когда твое тело окончательно иссохнет, я стану королевой. Я займу твое место. Недолго тебе осталось, — шипела одна из девиц, наклонившись к сидящей женщине. От догадки кто это, меня прошиб холодный пот. Девица по-прежнему была увлечена лишь собой, и потому не заметила меня. Потом, толкнув тонким пальцем королеву в грудь, рассмеялась и с гордо поднятой головой прошествовала в открытую дверь гардеробной комнаты, где ее совершенно не дожидалась вторая спутница, продолжая рыться в чужих вещах. Они абсолютно не стеснялись в выражениях.

Я подошла ближе и уставилась на королеву, сидящую на небольшом резном диванчике. Она была настолько хрупкой, что, казалось, тронь ее и она рассыплется на сотню мелких осколков. Вопрос о том, почему она не закончит весь этот фарс с переодеванием, отпал сам собой. Королева Неблагого Дома Темных фейри сейчас мало походила на таковую, по крайней мере, какой я ее рисовала себе. Она сидела, словно скульптура, и даже не шевелилась. Лишь мерно вздымающаяся грудь, облаченная в плотное зеленое платье, давала понять, что передо мной живое существо. Высохшее лицо, посеребренные блеклые волосы говорили сами за себя. Она голодна и давно не получала энергетической подпитки. Я смотрела на ее сложенные сухие руки, на ее замерший взгляд и почему-то… видела в ней себя. Снова дежавю. От чего-то показалось, что когда-то и я так страдала. От громкого вопроса, обращенного ко мне, я вышла из оцепенения.

— Ты кто еще такая? И что здесь делаешь? — я повернулась. И тут же удостоилась внимательного осмотра. — А, это ты? — дружно скривились они. А я успела заметить, что на обеих надеты драгоценности, которые никак не подходили к их нарядам. Да и слишком дорогими были комплекты, под стать королеве, а не каким-то там фейри.

— Аннабеиль и Иридэль, приветствую, — проговорила я, стараясь не цедить слова.

Те лишь хмыкнули на то, что я знаю их. А на самом деле я проверяла свою догадку. Они ли это. И уже за то, что я увидела, готова была поддержать принца в желании избавиться от этих высокомерных разряженных фейри.

— Тоже пришла урвать себе чего-нибудь? — брезгливо бросила одна.

— Урвать? — повторила я. Девице явно недоставало манер. Ладно я — десять лет своей жизни провела среди наемников. Но эти же всегда ошивались при дворе.

— Ничего тебе тут не светит, — припечатала вторая и ткнула в меня накрашенным коготком.

— А король знает о вашем… увлечении?— я сложила руки на груди.

Они лишь фыркнули, но тут дверь открылась и зашла личная горничная королевы. Они смерили меня на прощание презрительным взглядом и прошли на выход, не забыв толкнуть служанку, чтобы та поскорее убралась с их пути. И им было плевать, что она пролила горячую жидкость из чайника на свои руки. Хлопнула дверь. Похоже, я испортила им развлечение: ведь это так мило, издеваться над больной королевой.

Служанка поторопилась поставить поднос на столик.

— И давно они захаживают к королеве и ведут себя здесь как хозяйки?

— Я доложу его высочеству, что вы пришли сюда без приглашения, — выдала она. Я вскинула бровь и подошла к ней поближе. Дотронулась до ее подбородка и вздернула вверх.

— Его высочеству? А почему не его величеству?

— Кто вы такая?

— Очень интересно… — протянула я, смотря в ее испуганное лицо.

— Иди, докладывай его высочеству. Я пока подожду и выпью чая, — я отпустила трясущийся подбородок женщины и присела за столик. Демонстративно налила себе чая и отпила его.

— Я посижу с королевой. Подай ей тоже чай.

— Но ей еще не время есть…

— Так она и ест по расписанию? Прости, а кто его ей написал, не они ли? — я кивнула на дверь.

— Нет. Личный повар короля.

— Занимательно. А знаешь, я, пожалуй, пойду. Только дам тебе совет: лучше следи за своей госпожой. В конце концов, ведь ты точно знаешь, к кому надо спешить жаловаться, только почему-то не делаешь этого... — я окатила прислугу холодным взглядом. Потом вернулась к королеве, запоминая ее лицо и взращивая в себе злость.

— Этого больше не повторится. Я… обещаю, — произнесла и, слегка дотронувшись до ее сцепленных рук, больше не оглядываясь, покинула ее комнату.

Решение было принято сразу. Я точно знала, что буду делать. Моя внутренняя ярость от увиденного подогревалась и собственным чувством дежавю. Только тогда мне никто не помог… кажется.

Следовало переодеться и выскользнуть из дворца незамеченной. Я планировала вернуться дотемна из той сгоревшей деревушки и уже сегодня поставить точку в издевательствах над измученной женщиной.