Попаданка для инквизитора - 2

Пролог

Наконец-то проверка закончилась. Только два педагога остались в живых после ритуального огня. Инквизитор снял с них все обвинения — несчастных просто подставили. 

Дэмиан повернулся к брату. Принц выглядел уставшим: нелегко поддерживать магическое пламя, когда столько испытуемых проходит проверку на верность Короне. 

 — Иди уже к своей истинной, — мягко улыбнулся Андрриас, отпуская инквизитора. — Заждалась, поди, ведьмочка. 

— Спасибо. А ты сомневался, — хмыкнул дракон, вспоминая, как брат отговаривал от его от прохождения проверки вместе с Роситой. 

— Ты же знаешь, я люблю тебя и не хотел, чтобы ты пострадал, если бы кенарина не оказалась твоей истинной парой, — принц похлопал его по плечу. — Огонь не прощает подобных ошибок. 

— Знаю, Андри, — улыбнулся мужчина. — Не жди меня и завтра тоже. До встречи, брат. 

Инквизитор быстро зашагал в сторону домика ведьмы. Наконец-то он обнимет её и всё расскажет: огонь принял Роситу, и дракон понял, что девушка является его истинной парой. Хотя сам инквизитор осознал это раньше, потому как влюбился в ведьму безоговорочно и навсегда. Ни одна женщина настолько не будоражила его ум и сердце. От одного взгляда на ведьму в мужчине просыпался жуткий собственник, который хотел сделать девицу своей и единственной. Только проклятие напоминало ему о том, что с ведьмой следует быть сдержаннее. 

— К сархану проклятье! — прорычал Дэмиан, всё для себя решив, и постучал в дверь.

— Ваше Светлейшество… — недоумённо смотрел на него Дженаро. 

Опять этот молокосос рядом с его Роситой! Дракону так и хотелось двинуть ему по наглой роже, но мужчина сдержался.

— Я за Роситой, она ждёт меня, — сделал он шаг и потеснил мага вглубь дома. 

— Она спит, — Дженаро растерянно посмотрел себе под ноги,— устала очень…

Не успел магистр договорить, как незваный гость рванул по лестнице вверх. 

— Погодите! — запаниковал маг, пытаясь догнать инквизитора, но не успел.

Дэмиан распахнул двери и кинулся прямиком к постели. Росита спала в одежде, лёжа на спине. Дракон внутри него заворочался, напрягаясь. Инквизитор заметил обескровленные щёки девушки и тусклые волосы, разметавшиеся по подушке. Сердце сжалось от дурного предчувствия.

— Что с ней? — обернулся инквизитор, обращаясь к магу. — Почему она такая бледная? Она дышит вообще? 

Не дожидаясь ответа, мужчина бережно взял руку девушки, прощупывая пульс. Вдруг судорога свела ладонь ведьмы, и она застонала во сне. Инквизитор ошеломлённо разжал холодеющие пальцы, выпустив руку чужой девушки. Дракон внутри разразился диким возмущением и непониманием.

— Где МОЯ Росита? — сжав челюсти, инквизитор медленно встал и грозной тучей двинулся на Дженаро. — Где МОЯ истинная?

— Это и есть… Росита… настоящая… — запинался маг, пятясь назад. — Пожалуйста, только не трогайте её! 

Магистр умоляюще взглянул на дракона, потом на спящую девушку. 

— Я люблю Роситу, настоящую. Она вернулась в своё тело, — затараторил он, осмелев. — Вашу истинную зовут Серафима Абрамова, её душа временно пребывала в теле Роситы.

— Что ты сказал?! — зрачки инквизитора вспыхнули от злости.

— Два часа назад ваша истинная вернулась домой, в своё тело и в родной мир. Пожалуйста, только не трогайте Роситу, ей нужно отдохнуть. Я расскажу вам всё, что знаю про Серафиму… 

Глава 1. Сеанс

— Говорите, снова видели того мужчину? — врач спокойно задала очередной вопрос. 

— Да, — выдохнула я, лёжа на мягком диване. Белый натяжной потолок со свисающей люстрой раздражал стерильной чистотой, но я старалась не отвлекаться.  — Он снится мне каждую ночь. Его глаза пылали огнём, он целовал меня так неистово, что я…

— Вы боитесь его? — осторожно произнесла Евгения Родионовна, мой лечащий врач-психотерапевт.

— Нет, даже наоборот. Мне он нравится, я чувствую тягу к нему и желание… — запнулась я, не зная, как описать своё состояние.

— Он вас возбуждает?

— Именно. И ещё у меня такое чувство, что я знаю его, но не могу никак вспомнить имя, — я досадливо закусила губу. — Буква «Д» всё время вертится на языке, а как дальше, не помню. Дмитрий? Денис? Демьян? Всё не то…

— Вы принимаете антидепрессанты, что я вам выписала? — перешла врач на другую тему.

— Да, но они мне совсем не помогают, — вздохнула я, поднимаясь с дивана. Сеанс подходил к концу. — Вчера в лаборатории меня опять накрыло.  Я думала, умру: воздуха не хватало, сердце билось, как будто пробежала марафон, голова кружилась. Забилась в угол как крыса и просидела там полчаса, пока не пришла в себя. До смерти напугала опять всех.

— Приступы участились, — записала она в карту, затем внимательно посмотрела на меня через очки. 

— И ещё кое-что заметила… не знаю, стоит ли говорить об этом, — замялась я. 

— Конечно стоит, говорите всё, что вас волнует, Серафима. 

— Не пойму, совпадение это или нет, — пожала я растерянно плечами, — но когда меня накрывает паническая атака, на улице усиливается ветер. Вчера даже окно чуть не разбилось в лаборатории от сквозняка. И это не в первый раз. Дома тогда тоже сквозняк открыл окно в квартире, хотя я точно помню, что оно было закрыто. У меня шизофрения? Паранойя? 

— Хм, интересно, — задумалась женщина, внимательно разглядывая меня. — Знаете что, Серафима, я настоятельно рекомендую вам уехать недельки на три в санаторий. Могу порекомендовать отличное место, где работает мой однокурсник, замечательный врач. Он проходил стажировку в Германии, у него большой опыт работы с людьми с пограничными состояниями, вот как у вас. 

— А как же учёба? Моё исследование? — напряглась я. 

— Ваша учёба никуда не денется, и наука тоже, — на меня устремился строгий взгляд серых глаз. — Вам срочно нужно сменить обстановку. Режим дня, сбалансированное питание, свежий воздух, ежедневные процедуры и сеансы — всё это поможет вам прийти в себя и справиться с депрессией. Я выпишу направление, получите хорошую скидку. Хотите, прямо сейчас позвоню Роберту?  

— Хорошо, звоните, — сдалась я. Может, действительно отдохнуть, отвлечься от учёбы и шумного города. 

Евгения Родионовна взяла со стола мобильный телефон и быстро набрала нужный номер из контактов. Я услышала через динамик длинные гудки вызова.

— Алло, Роберт, здравствуй, — заулыбалась женщина, глядя в окно. — Да это я, звоню по делу… Тут у меня сидит  пациентка, хочу отправить её к тебе в санаторий… Очень интересный случай, по твоему профилю… Да, верно, дорогой… Отлично! Договорились. Я тогда выписываю ей направление, а ты не забудь сделать Серафиме хорошую скидку… Спасибо, Роберт… Прости, давай потом созвонимся. Ну всё, пока. 

Она отложила телефон, её глаза удовлетворённо сияли. 

— Всё, договорилась. Послезавтра можете выезжать в санаторий. Места там красивые, с хорошей энергетикой. 

— Спасибо, Евгения Родионовна, — устало улыбнулась я. — Пойду тогда.

— Подождите, я сейчас подготовлю направление и выписку, — женщина энергично нажала на клавишу уснувшего компьютера, и экран тут же ожил, включившись. — Можете подождать в коридоре, это минут пять. 

— Хорошо, спасибо, — я встала и направилась к дверям. 

Дождик моросил уже несколько часов кряду. Я шла по мостовой, держа зонт над головой. Пронизывающий влажный холодок пробежал по спине. Я поёжилась. В академии мне дали больничный без проблем. В деканате все облегчённо вздохнули, соглашаясь, что это отличное решение. Мне самой уже хотелось уехать куда-нибудь в глушь — побыть наедине с собой и разобраться со смутными переживаниями, терзавшими меня.

Прошёл почти месяц после того, как я очнулась пятнадцатого сентября в пустой квартире и поняла, что выпала из жизни на десять дней. Врачи говорят, это после отравления газом в лаборатории у меня случилась частичная амнезия: я не сразу узнавала близких и не могла вспомнить некоторых фактов из своей жизни. Даже забыла, кто у нас действующий президент. 

Я быстро поправилась после отравления, и меня выписали. Но вот тот факт, что из моей памяти выпал кусок жизни, очень взволновал и удивил врачей. Я прошла обследование, но никаких патологий не обнаружили. Потом у меня началась депрессия, которая с каждым днём прогрессировала. И вот уже две недели как я хожу в частную клинику на сеансы к психотерапевту. 

Знакомые и соседи, которых я опрашивала, рассказали, что неделю я провела дома и редко выходила на улицу. Где я была и куда ходила, никто не знал. 

Даже моя сестра видела меня один раз, и то в больничной палате, — Васелина была занята учёбой и пробами. Её, кстати, взяли на роль второго плана в каком-то историческом сериале, скоро начнутся съёмки в Петергофе. Я никогда ещё не видела сестру такой счастливой. Надо позвонить ей. Я достала из кармана пальто телефон и быстро набрала Васю. 

— Алло, привет, — улыбнулась я, услышав родной голос.

— Фима, привет. Как ты? — заботливо спросила Васелина. 

— Всё хорошо. Звоню сказать, что завтра уезжаю на три недели в санаторий «Красное озеро», — выдохнула я. — Врач направление дала.

— Вот и отлично! — искренне обрадовалась сестра. — Я переживала, что буду очень занята и не смогу навещать тебя, как прежде. Сама понимаешь, съёмки. А в санатории ты будешь под надёжным присмотром. 

— Да, конечно, езжай со спокойной душой. 

Я понимала,  как я напрягаю в последнее время Васю. Она, бедная, разрывается между мной и учёбой в театральном, а тут ещё и съёмки. 

— Звони мне обязательно каждый день, — чувствовалось, что она улыбается. 

— Давай лучше ты звони, как будешь свободна, – ухмыльнулась я. — До тебя в обычный день еле дозвонишься, а тут ещё и работа над сериалом. 

— Хорошо. Фима, я не говорила тебе… — замялась вдруг сестра. — Я люблю тебя, ты у меня самый близкий человек на земле. 

В груди запекло, а глаза защипало. 

— И я тебя люблю, сестрёнка, — чуть дыша, ответила я, вытирая руквом скатившуюся по щеке слезинку. — Созвонимся. 

Я отключила вызов. Неожиданный порыв ветра чуть не выхватил зонт у меня из рук, но мобильник скользнул между пальцами и плюхнулся прямо в лужу.

— Чёрт! — я наклонилась и быстро вытащила мокрый гаджет. 

— Ого! Надеюсь, телефон не успел нахлебаться воды, — раздался приятный мужской баритон. 

Я обернулась. Высокий молодой шатен в чёрной кожаной куртке остановился и, улыбаясь, посмотрел на меня. 

— Есть у вас чем вытереть? — он одной рукой вытащил  из кармана синий носовой платок и протянул  мне. В другой руке он держал чёрный зонт-трость. 

— Спасибо, — я взяла предложенную помощь и обтёрла мобильник. — Ой, платок теперь грязный, — сообразила я, что наделала. — Простите, не надо было брать его. 

— Не переживайте, у меня есть ещё один, — мягко улыбнулся незнакомец. — Но если вы хотите возместить ущерб, предлагаю  составить мне компанию и посидеть вон в том кафе, — мужчина указал рукой на заведение через дорогу. —  Там подают отличный кофе с шоколадом и корицей. Если вы, конечно, не торопитесь. Ведь нет? 

— Нет, — тут же ответила я, закусив губу. Получается, уже согласилась. 

— Отлично. Меня зовут Даниил. А вас? — он протянул руку. 

— Серафима, — меня вдруг напрягло его имя на букву «Д». 

Я поспешно убрала телефон в карман и в ответ тоже подала руку. Но случайный прохожий не торопился пожать её; вместо этого он мягко обхватил мою ладонь, перевернув её, и быстро прикоснулся губами к пальцам. От его жеста мне вдруг стало неловко, и я поторопилась отдёрнуть руку. 

— Простите, — смущённо пролепетала я. — Не каждый день незнакомцы целуют мне руки.

— Мы ведь уже с вами познакомились, — его серые глаза лукаво засияли.  — Я немного замёрз и хочу согреться чашечкой горячего кофе. А вы? 

— Хорошо. — Кофе действительно не помешает, как и согреться. 

Глава 2. Новый знакомый

Внутри кафе оказалось уютно и тепло: интерьер в ванильно-шоколадных оттенках и мягкая музыка, тихо разливающаяся из динамиков по небольшому залу, настраивали посетителей на романтичный лад. 

Горячий кофе согревал мои озябшие пальцы, а запах корицы, витающий в зале, успокаивал. Я уже перестала беспокоиться из-за того, что сижу за одним столиком с незнакомым мужчиной. 

— Серафима, у вас такое необычное имя, — уголок рта собеседника приподнялся в полуулыбке. — Я бы сказал, несовременное, но очень красивое. 

— Так звали мою бабушку, — скромно опустила я глаза,  отламывая ложкой тирамису. 

— Наверное, она хороший человек, раз вас назвали в её честь, — мужчина внимательно посмотрел на меня. 

— Да, она действительно была хорошим человеком, — кивнула я и снова отвела взгляд. — К ней со всей области приезжали: кто за мудрым советом, кто за лечением, а кто за отворотом. Она даже помогала находить пропавшую скотину. Правда, сейчас это странно звучит, но местные называли бабушку ведьмой, её уважали и боялись.

Я замолчала. С чего вдруг меня понесло на откровенность? 

— Как интересно, — приподнял брови собеседник. — Вы унаследовали дар своей бабушки? 

— Что вы, какой там дар, — хмыкнула я. — Она просто знала всё о травах, обладала потрясающей интуицией и умела разбираться в людях. 

— Согласитесь, что умение разбираться в людях – это настоящий дар.

— Пожалуй, вы правы, — грустно улыбнулась я, — но я совершенно не унаследовала эту особенность, хотя бабушка одно время говорила, что научит меня всему, так как я способная. Но она не успела передать мне знания —  рано умерла.

— Сочувствую, — поджал губы мужчина. — Вы интересная  девушка, Серафима. Чем вы занимаетесь?

— Я учусь в магистратуре медицинской академии, — вздохнула я с облегчением оттого, что разговор ушёл в другое русло.

— Вы будущий врач? — удивился новый знакомый.

— Биохимик, — с улыбкой ответила я. 

— Как интересно. В чём заключается ваша работа? — Даниил искренне интересовался моей деятельностью. 

— Это сложно объяснить в двух словах, — задумалась я. — Мы много чем занимаемся. Я изучаю химические процессы, протекающие в живых организмах. И… мечтаю разработать новое лекарство от рака, которое было бы более эффективным. 

— Вы благородная девушка. Я рад, что познакомился с вами, — тёплая ладонь накрыла мою руку, и меня словно ударило током. 

— Простите, — отдёрнула я руку, убрав её под стол. — Я многое рассказала о себе, а вот о вас ничего не знаю, кроме имени. 

— Моя жизнь не такая интересная, как ваша, Серафима, — ухмылка мелькнула на его губах. — Я закончил юридическую академию, теперь работаю в органах.

Мои брови поползли вверх.

— И вы говорите, что ваша жизнь неинтересная?! — улыбнулась я невольно. — Вы, наверное, настоящий следователь, вон как у меня всё выпытали за пару минут: кто я, чем занимаюсь, даже про бабушку мою узнали. 

— Не без этого, — честно признался этот… даже не знаю, как его назвать теперь. 

— А знакомство наше было случайным? Или вы за мной следили? — мне в голову странная мысль. 

— Что вы, — засмеялся мужчина, — я действительно просто шёл за вами. При слежке так близко не подходят к объекту. Да и зачем мне за вами следить? 

— Простите, глупость сморозила, — мне вдруг стало стыдно, что я слишком подозрительно отнеслась к новому знакомому. — Просто всё это очень странно…

— Что странного в том, что я помог красивой девушке и пригласил её на кофе? Ваш телефон, кстати, работает? — улыбался мужчина. 

Я сунула руку в карман и вынула мобильник. Нажала на кнопку — экран загорелся. 

— Вроде работает, — пожала я плечами.

— Позвоните мне, проверьте, не намокли ли динамики. Восемь, девятьсот тридцать семь… — начал он диктовать номер. Мои пальцы быстро повторяли цифры на экране, затем я нажала на вызов. Пошли длинные гудки. Обычная мелодия звонка раздалась со стороны собеседника. Он ловко достал свой мобильник и, коснувшись экрана, приложил его к уху.

— Алло, слышите меня? — раздался его голос из динамика и одновременно рядом. 

— Работает, — облегченно вздохнула я. — Ой! У вас теперь есть мой номер телефона, — щёки зарделись румянцем, когда я поняла, что опять совершила глупость. Чёрт, да он настоящий гипнотизёр. 

— Как и мой номер сохранился на вашем телефоне, — улыбался довольный мужчина. 

— Даниил, вы опасный человек, — прищурилась я с иронией. — С вами нужно быть начеку. 

— Не без этого. Но вам не следует меня бояться, — он вдруг стал серьёзным и внимательно посмотрел на меня. — Я не причиню вам зла. Слово офицера. 

— Офицера? Какое у вас звание? — я решила  выпытать ещё немного информации о нём.

— Капитан, — коротко ответил собеседник, подняв чашку, и пригубил кофе. 

Я тоже вспомнила про остывающий напиток и поднесла к губам чашку. Как-то странно это всё. 

— Жаль, но мне пора бежать, — мужчина вскинул руку и посмотрел на часы. — Серафима, можно я позвоню? Хочу пригласить вас в театр. 

— Я завтра уезжаю в санаторий, меня не будет в городе три недели, — улыбнулась я, радуясь тому, что отказала по уважительной причине. 

— В каком санатории вы остановитесь? — спокойно спросил он. 

— «Красное озеро», — без задней мысли ответила я. 

— Отлично, тогда я к вам приеду в гости на выходные, — тут же нашёлся он. — Не будете против?

Я смущённо замялась, не зная, что сказать. С одной стороны, малознакомый человек навязывается в гости, что странно. А с другой — почему бы нет? Даниил приятный молодой мужчина, вежливый, обходительный, слегка навязчивый, но, возможно, я действительно ему понравилась. Мне давно пора уже заняться личной жизнью: год прошёл, как мы с Костей расстались. Пора забыть его окончательно. Тем более положительные эмоции мне сейчас необходимы. 

— Хорошо, приезжайте, — улыбнулась я. — Буду рада вас видеть.

— Спасибо, Серафима. Вы меня просто осчастливили, — он лучезарно улыбнулся. — Можно я вам вечером позвоню? 

— Можно, — мои губы ещё шире растянулись в улыбке. Надо же, какой нерешительный, всё разрешения у меня спрашивает — но приятно. Не люблю наглых и напористых мужчин.

— Тогда созвонимся, — он встал и, попрощавшись, ушёл. 

Через минуту я допила холодный кофе и тоже вышла на улицу, где дождь перестал сыпать на мостовую. 

До дома я добиралась пешком — стараюсь больше ходить и дышать свежим воздухом (если так можно сказать про воздух в городе-миллионнике). Это совет от моего лечащего врача. Мне действительно после прогулок становилось спокойнее на душе, но хватало такого настроения ненадолго.

— Мяу, — жалобный писк отвлёк меня от размышлений. 

Я опустила глаза под ноги. 

— Ой! — удивлённо уставилась я на грязного рыжего котёнка. — Ты откуда такой взялся? 

— Мяу, — с надеждой смотрели на меня зелёные глаза.

— Бедняжка. Голодный, мокрый… Замёрз, наверное, — вздохнула я, присев на корточки, и протянула к нему руку.

— Мяу, — холодный нос коснулся моих пальцев. 

— Пошли ко мне, а потом я придумаю, что с тобой делать, — я подхватила зверька, как пушинку, и прижала к груди. 

Хозяйка квартиры строго-настрого запретила заводить живность, но сегодня я могу хотя бы обогреть котёнка и накормить. Потом пристрою его в приют, где ему помогут найти новый дом и любящих хозяев.

Первым делом я вымыла бедняжку, завернула его дрожащее тельце в полотенце, которое потом поменяла на сухое. Удивительно, что зверёк не успел нахвататься блох, скитаясь по улице; может, он недавно потерялся и живёт где-то рядом. Проверила — он оказался мальчиком, как я и думала.

— Ну и как тебя назвать, малыш? — разглядывала я розовый носик, торчащий наружу. Котёнку где-то месяца три, значит, умеет есть сам. Это хорошо. — Кузя? Барсик? Может, Пушок?

Пришедшие на ум первыми имена никак не вязались с малышом. 

— Феликс? Не слишком пафосно? — улыбнулась я. Хотя малышу подойдёт это имя, когда он вырастет. 

Котёнок жалобно мяукнул и заёрзал в моих руках, пытаясь освободиться от плена полотенца. 

— Хорошо, пойдём, накормлю тебя, — поняла я нетерпение малыша по-своему и освободила его от пут махровой ткани. Котик спрыгнул на пол и тут же начал усердно себя вылизывать.  

— Ты уже чистый, — усмехнулась я, направляясь в кухню. 

В холодильнике нашла котлету и молоко, которые разогрела в микроволновке на малой мощности, чтобы не перегреть. Малыш принялся жадно уминать котлету, а потом вылакал всё молоко. Его  даже немного трясло, пока он ел, — наверное, от счастья. 

Какой всё-таки он милашка! Я взяла его на руки, поглаживая за ушком. 

— И чей же ты, Феликс? — умилённо заулыбалась я. — Где твой дом? Ой, надо тебе туалет придумать. Пойду поищу что-нибудь подходящее. 

Пошарив в шкафах, нашла жестяную коробку из-под конфет «Рафаэлло» — вполне сгодится для временного туалета — нарвала газету, набросала туда и поставила коробку в туалет. Затем посадила в неё котейку и вспомнила, что говорила бабушка, когда спускала котят своей Мурки в отверстие, которое вело в подпол.

— Вот, Феликс, это твой туалет, сиди тут и делай свои дела, а под диван ходить не смей, — строго произнесла я. 

Малыш поднял мордочку, взглянул на меня и жалобно запищал.

— Ничего не знаю, твой туалет здесь! 

К моему удивлению, котёнок начал грести лапами газету и, покрутившись, пристроился, чтобы оставить небольшую лужицу. 

— Какой ты молодец! — обрадовалась я его первым успехам и погладила по спинке. — Умничка, Феликс. Что же делать с тобой, дружочек? 

В ответ он рванул из коробки в комнату и сразу взобрался на диван, царапая обивку. Нет, оставить его нельзя. Завтра мне ехать в санаторий. Придётся с утра пристроить его в приют, если не объявится хозяин. 

Сделав несколько фотографий уже сухого кота, который клубочком свернулся на диване, я открыла телефон и разослала объявления по местным пабликам в соцсети.

Даниил, кстати, так и не позвонил. Наверное, уже забыл про меня.

А вот незнакомого мужчину, который снился регулярно, на этот раз увидела стоящим в огне. Жгучие языки пламени никак не вредили человеку, даже одежда на нём не тлела. Он тянул ко мне руки, как будто приглашал к себе в ревущее пламя. Сердце заходилось от бешеного ритма и страха, но ноги медленно двигались в направлении огня. Шаг, ещё… и вот я стою так близко, что ещё чуть — и окажусь в страшном костре.

— Серафима… — пылающие огнём глаза притягивали неведомой силой. — Где ты? 

Удивлённо посмотрела на мужчину. В каком смысле где? Я же рядом, тут…

— Ты кто? — решила, наконец-то, узнать его имя. 

— Ты тоже меня забыла, — удручённо вздохнул он, и его руки безвольно опустились. 

— Тоже? — брови мои изогнулись в изумлении. 

— И Росита ничего не помнит. Кажется, это побочный эффект запрещённого заклинания, — скривил он рот от досады. 

— Кто такая Росита? — ничего не понимала я. — Какое ещё заклинание?

— Иди ко мне, — мужчина не ответил, видимо, решив, что это бесполезное занятие, — я очень соскучился.

И его руки вновь потянулись ко мне. 

Что-то заворочалось в моей груди, отзываясь на искренний призыв мужчины. И я шагнула вперёд, оказавшись в крепких объятиях. Мы стояли в ревущем пламени, которое согревало, но совсем не обжигало. 

— Серафима, я найду тебя обязательно… — шептал он страстно, прижимая меня к груди.

И мне хотелось, чтобы он нашёл меня…   

Глава 3. Санаторий  

  Хозяин к утру не нашёлся, желающих забрать котёнка — тоже. Устроив Феликса за пазухой, я объездила все приюты, какие нашлись в окрестностях Питера. Некоторые заведения оказались переполнены, и мне предлагали принести котёнка позже, потому что сажать малыша в клетку ко взрослому коту или кошке опасно. В других мне самой не захотелось оставлять Феликса — приюты находились в плачевном состоянии, котёнку там точно не место. 

Автобус не спеша двигался по направлению к городу, а я сидела в самом конце салона, не зная, что предпринять. Не ехать в санаторий? Подождать денёк-другой?

— И что мне с тобой делать? — посмотрела я на торчащую из-под куртки рыжую мордашку.  — Куда тебя девать? Это был последний приют. Скоро обед, а я до сих пор не в санатории. 

Только я проговорила это, как мобильник запел знакомую мелодию. На экране высветился номер Евгении Родионовны. 

— Алло. 

— Серафима, вы почему не в санатории? — голос врача в динамике звучал взволнованно. — Роберт Альбертович звонил мне, говорит, вас до сих пор нет. Простите, здравствуйте. 

Я кратко обрисовала ситуацию, досадуя, что никак не могу пристроить котёнка.

— Уф, я думала, у вас что-то серьёзное стряслось, — выдохнула в трубку женщина. — Берите кота с собой, там можно с живностью. Главное, лоток и еду с собой возьмите.

— Правда можно? — я аж подпрыгнула на месте. — Тогда я сейчас заеду в зоомагазин, потом домой за вещами, и мы с Феликсом отправляемся на автовокзал.  

— Хорошо, сообщу Роберту, что вы приедете с питомцем, — успокоилась Евгения Родионовна. — Позвоните мне, как доберётесь. 

— Спасибо, — я обрадовалась, что проблема решилась сама собой.

В санаторий мы приехали только к ужину. Пришлось потратить изрядно времени на сборы и денег в зоомагазине. Лоток, наполнитель, переноска, шлейка, корм, миска, когтеточка и спальное место для Феликса — всё это пришлось купить для комфорта малыша, и я тащила с собой не только чемодан, но и сумку с вещами для котёнка и его самого в переноске. 

Четырёхэтажное кирпичное здание смотрело на меня большими зеркальными окнами, в которых отражалось пасмурное темнеющее небо. Интересное решение нашёл архитектор, сделав корпус санатория частью небольшой горы и встроив задний фасад прямо в породу. Казалось, что дом — часть природного ландшафта.

Я вдохнула полной грудью, наслаждаясь свежим воздухом. Тайга, окружающая санаторий, щедро делилась ароматами влажной хвои и преющих опавших листьев.

— Вот мы и прибыли на место, — обратилась я к Феликсу, поднимаясь по широким ступеням. Котёнок жалобно мяукнул в ответ. Устал, бедняжка, мотаться со мной сегодня. 

Небольшой холл санатория встретил теплом и тишиной. Он был почти пуст, только юная блондинка стояла за стойкой ресепшена. Администратор быстро оформила документы и заселила меня в двухместный номер, в котором я пока буду одна. Сейчас не сезон, и желающих отдохнуть не так много. 

Взяв ключ и поблагодарив девушку, я со своими котомками двинулась к лестнице. 

— Добрый вечер, — из длинного коридора вышел молодой мужчина в белой рубашке. — Вы Серафима Абрамова?

— Да, — кивнула я, остановившись и разглядывая его густую щетину.

— Меня зовут Роберт Альбертович, я ваш лечащий врач и заведующий лечебным отделением, — улыбнулся мужчина, обнажив белые зубы. Цепкий взгляд серо-голубых глаз в одно мгновение прошёлся по мне.

Как он молодо выглядит по сравнению с Евгенией Родионовной — ему можно дать от силы лет тридцать с небольшим.  

— Очень приятно, — натянула я улыбку. — Простите, что опоздала, у меня появилась причина, — покосилась я на переноску, где Феликс притих, как только увидел врача. 

— Ничего, всё в порядке. Располагайтесь, обживайтесь, скоро ужин, — посмотрел он на руку, где блестели серебром дорогие часы. — Завтра с утра вас осмотрит терапевт, потом придёте ко мне на приём, и я составлю для вас расписание сеансов.

— Благодарю вас, Роберт Альбертович. — Я поправила лямку переноски, которая так и норовила сползти с плеча.

— Давайте я помогу вам донести вещи, — мужчина тут же подхватил мой чемодан и пошёл к лестнице.

Я даже сказать ничего не успела, как он уже поднимался по ступенькам, легко неся мой чемоданище, словно пакет с хлебом. Хотя качком его нельзя было назвать, но сильные мышцы явно угадывались под тонкой тканью рубашки. 

Мне оставалось только поспешить за ним, держа сумку с вещами для котёнка. 

— Какой у вас номер? — обернулся на секунду врач.

— Двести одиннадцатый.

Заведующий быстро подошёл к нужной двери, избавляя меня от блужданий по коридору. 

— Вот ваш номер, — остановился он, поставив чемодан на пол. — Из окна чудесный вид. Убедитесь в этом сами.

— Спасибо большое, — робко улыбнулась я и вставила ключ в замочную скважину. 

— Увидимся завтра, — мужчина сунул руки в карманы брюк и бодро зашагал по ковровой дорожке. 

— До свидания, — я опомнилась, что нужно  ответить, и открыла дверь. 

Вид из окна действительно был чудесный. С холма отлично просматривалось широкое озеро, растекшееся внизу блестящим неровным овалом. Солнце уже садилось за тайгой, подсвечивая невероятную смесь хвойных и лиственных деревьев, что яркими пятнами хаотично проглядывали сквозь тёмно-зелёное море старых елей.

Комната оказалась небольшой, но вполне уютной: две узкие кровати, две тумбочки, письменный стол, над которым висел телевизор, два стула рядом, два платяных шкафа по углам. 

— Добро пожаловать в наш временный дом, — я поставила сумку и чемодан на пол, сняла с плеча переноску и открыла её. Феликс тут же выскочил и принялся обнюхивать все углы в комнате. Надо его срочно в лоток посадить, а потом покормить. 

Только я успела расправиться с делами, позвонила Васелина, расспрашивая, как я устроилась. Говорили мы недолго, так как перерыв на съёмочной площадке объявили всего на десять минут. Попрощавшись, я облегчённо вздохнула и нажала отбой. Кажется, отношения с сестрой налаживаются. Было время, когда она не хотела даже слышать мой голос: мы крупно поссорились, после чего Васелина съехала из квартиры, которую мы вместе снимали. 

Я положила телефон на тумбочку, но он снова ожил, заиграв мелодию, установленную на незнакомые номера. Интересно, кто это?

— Алло, — ответила я напряжённо, ожидая услышать бездушную запись «заманчивого» предложения от очередного банка.

— Добрый вечер, Серафима, — раздался знакомый голос. — Простите, что вчера не позвонил. На работе случился аврал, забегался,  вздохнуть некогда было. 

— Добрый вечер, Даниил, — невольно улыбнулась я, обрадовавшись, что случайный знакомый всё же не забыл про меня. — Ничего страшного, я понимаю, у вас непростая работа. 

— Вы даже не представляете, насколько непростая, — усмехнулся он в трубку. — Как устроились в санатории? 

— Хорошо, спасибо. Тут чудесно, а какой вид из номера, вы не представляете, — и ноги сами понесли меня к окну. Я разглядывала сумеречную осеннюю природу, отмечая про себя, что всё выглядит очень романтично. 

— Охотно верю и надеюсь, в скором времени сам увижу. Вы не будете против, если я приеду к вам на выходные? — осторожно поинтересовался он. 

— Буду рада видеть вас, — волнуясь, ответила я, теребя шторку. — Только вы позвоните заранее, если вдруг у вас не получится. 

— Хорошо, договорились, — горько усмехнулся он. — Простите, смена заканчивается, мне нужно сдать оружие. Я позвоню вам, как смогу. 

— Буду ждать, — я искренне надеялась, что он сдержит обещание. — До свидания, Даниил.

— Можно просто Даня и на «ты». Согласна? — вдруг осмелел мой невидимый собеседник. 

— Согласна, — и мои губы дрогнули в улыбке. 

— Тогда созвонимся, Серафима. Добрых снов тебе, — пожелал мужчина и отключился. 

И чего я так волнуюсь? Вздох вырвался из груди. 

— Феликс, а он вроде ничего, — посмотрела я на котёнка, развалившегося на кровати. 

— Мяу, — равнодушно отозвался тот, зевнув. 

— Какой ты у меня разговорчивый, однако, — присела я на краешек постели и погладила рыжую голову. — Кажется, мне придётся искать квартиру, где хозяева разрешают проживать с питомцами, особенно такими милыми, как ты. 

После вкусного ужина в местной столовой  я приняла душ и легла спать. Свежий воздух и усталость сделали своё дело, буквально свалив меня с ног. Засыпая, я ощутила мягкие лапки на своих ногах. Кот без зазрения совести топтался по мне, укладываясь. Вот ведь маленький проныра, не хочет спать на своём месте. Возвращать наглеца на лежанку было лень,  и я спокойно уснула. В последнее время  это было для меня редкостью.  

Глава 4. Гипноз

Удивительно, однако ночь прошла без странных сновидений с участием незнакомца. Я так привыкла видеть его, что, проснувшись, грустно вздохнула. Феликс сладко потянулся и обнажил клыки, широко зевая. Шёл дождь, тёмные тяжёлые облака хмуро глядели в окно.

Покормив котёнка, я спустилась на первый этаж, где располагалась столовая. Позавтракала и отправилась в кабинет к терапевту. Пожилая женщина осмотрела меня, измерила давление, послушала сердце, расспросила, чем я болела. Затем назначила мне целый список процедур, некоторые из которых придётся проходить с самого утра, перед приёмом пищи. Терапевт добавила, что назначения должен также подписать мой лечащий врач Роберт Альбертович, к которому мне следовало идти прямо сейчас. 

Кабинет заведующего отделением находился в этом же коридоре, в дальнем его конце. Я робко постучала в дверь и, услышав громкое: «Войдите», потянула ручку на себя.

Мужчина сидел за письменным столом, заваленным бумагами. Длинные пальцы быстро летали над клавиатурой ноутбука. Врач бросил на меня мимолётный взгляд.

— Доброе утро, Серафима, — и тут же продолжил работу. — Вы уже были у Елены Вячеславовны? Она выдала назначение? 

— Здравствуйте. Да, была, — шагнула я вперёд, разглядывая голубые стены, увешанные дипломами и сертификатами в рамках. Настоящая галерея успеха. Я положила на стол листок со списком рекомендуемых процедур. 

— Присаживайтесь, — махнул он мне на кресло напротив него. — Одну минутку, сейчас закончу. 

 Я опустилась на мягкое сиденье, утопая в нём. Светлый просторный кабинет успокаивал и расслаблял, а едва ощутимый аромат мужского одеколона щекотал ноздри. Роберт Альбертович сегодня выглядел немного взъерошенным: светлая рубашка была отлично отглажена, а вот галстук небрежно болтался на расстёгнутом воротнике.

Мужчина закончил стучать по клавиатуре, отодвинул ноутбук, открыл ящик и достал чистый бланк. 

— Прежде, чем мы начнём, Серафима, хочу сообщить, что каждый наш сеанс я буду записывать на диктофон, — он указал на мобильник,  лежавший рядом с ним. — Вам нужно подписать согласие на обработку и хранение аудиоматериалов, которые я могу использовать в своей исследовательской деятельности. Не волнуйтесь, ваше имя нигде в моей работе упоминаться не будет.

— Хорошо, — кивнула я, придвигая листок к себе. — Я могу взять ручку? — и взглядом указала на органайзер с канцелярскими принадлежностями.

— Конечно, — лучезарно улыбнулся мужчина, наблюдая, как я, сжав пальцами ручку, начала вчитываться в строки бланка. — Пока вы пишите, поделюсь планами. Сегодня мы беседуем: как обычно, расскажете всё, что вас волнует, тревожит. Потом проведём сеанс гипноза. 

— Гипноза? — замерла я, вглядываясь в невозмутимое лицо врача. 

— Что вас так пугает? — не понял он моей реакции. — В этом нет ничего страшного. Вы просто погрузитесь в транс, а я запишу ваши ответы на диктофон. Так вы узнаете, как провели каждый день из тех, что забыли. Да, Евгения ещё отправила мне выписку по электронной почте, — поспешил он объяснить, откуда знает о моей частичной амнезии. 

— Хорошо, — задумалась я, — пусть будет гипноз. Евгения Родионовна не предлагала мне такого.

— Не все доктора пользуются этим методом, — улыбнулся врач. — Пишите-пишите, а я взгляну, что вам терапевт назначила. 

Мужчина взял листок со стола и принялся внимательно его изучать. 

Я быстро справилась с бланком, вписав свои данные. Роберт Альбертович подписал назначение, согласившись с каждым пунктом. Затем я, лёжа на софе, рассказала врачу всё о своём состоянии и мыслях, что беспокоили меня, стараясь максимально подробно отвечать на вопросы. Весь наш разговор мужчина записал на диктофон, делая какие-то пометки в толстой тетради.

— Хорошо, Серафима, — удовлетворённо произнёс врач. — Во-первых, я отменяю все препараты, что вам назначила Евгения Родионовна. Во-вторых, я выпишу другие, если в этом будет необходимость. 

— Спасибо, я не вижу хоть какой-то толк в них, — облегчённо вздохнула я. 

— А теперь предлагаю вам вспомнить первый день, который выпал из вашего сознания. Не вставайте, так будет удобнее, — остановил он меня, когда я зашевелилась, чтобы сесть. 

— Ладно. Что нужно делать? — напряглась я.

— Во-первых, расслабьтесь, а во-вторых, закройте глаза и внимательно слушайте мой голос, — бархатный спокойный тембр уже успокаивал.

Я, вздохнув, расслабилась и сосредоточилась на голосе врача. 

— Серафима, вы идёте по лестнице вверх, — вкрадчиво начал он говорить низким голосом. — Я досчитаю до десяти, и вы уснёте. Один… два… 

Нога моя шагнула на каменную ступень. Серые стены окружали меня, ярко горящие факелы освещали путь. 

«Шесть… семь…» — глухой голос отсчитывал дальше. 

Я поднималась и поднималась. «Десять». И вдруг передо мной выросла  огромная дверь, обитая железными рейками. Пришла мысль, что я непременно должна её открыть. Пальцы ухватили металлическую ручку и дёрнули на себя, но дверь не поддалась. Тогда я толкнула её от себя — снова ничего не произошло. 

«Мне нужно открыть эту сарханову дверь!» — странное выражение само вплелось в мои мысли. 

«Сосредоточься. Направь всю свою энергию в ладони!» — шептал на ухо кто-то невидимый.  

Я выставила руки перед собой и сосредоточенно посмотрела на старую, но крепкую дверь. По позвоночнику прокатился лёгкий прохладный ветерок, обволакивая тело. Вдруг неведомая сила всколыхнулась во мне и устремилась на кончики пальцев. В одно мгновение воздух стал плотным и вязким. 

«Откройся!» — мысленно скомандовала я. Воздушный поток сорвался с рук  и ударил в дверь. Дерево разбилось в щепки, словно  взорвалась бомба. 

Ветер ударил в лицо, и я чуть не задохнулась от избытка воздуха, который врывался в лёгкие, наполняя их, а потом растекался по венам быстрой рекой. 

«Серафима! Как только я досчитаю от пяти до одного, вы проснётесь!» — глухой тревожный голос проник в сознание. 

«Пять, четыре, три, два, один!»

Толчок, и я снова оказалась на диване в кабинете у врача. Сердце бешено билось в груди, на лбу выступила испарина. От испуга я подскочила на ноги, удивлённо оглядываясь. Холодный ветер гулял по комнате, врываясь через разбитое окно. Прозрачные осколки засыпали подоконник и пол, белый тюль взлетел до потолка, колыхаясь. Бумажные листы кружились, следуя за ветром, который их снёс со стола. Стоило мне подняться, как поток ветра тут же стих, и листы плавно опустились на пол, как будто и не было ничего.

— Что случилось? — обратилась я к врачу, который сидел, словно окаменев, на стуле и круглыми глазами смотрел на меня. 

— Не знаю, — подавленно ответил он. — Я ввёл вас в транс. Пытался узнать, что произошло пятого сентября, но вы упорно молчали, как будто не слышали меня. А потом ветер за окном начал завывать, да ещё с такой силой рвался сюда, что стекло не выдержало и лопнуло от его давления. 

— Что?! Как это?— пыталась я осмыслить услышанное. — Вы записывали сеанс на диктофон?

— Конечно, можете прослушать его, — Роберт Альбертович встал и протянул телефон, взглянув на экран. — Ох, я даже не остановил запись.  

Я включила аудиотрек: отсчёт до десяти, мерный голос врача расспрашивал меня, что я делала утром пятого сентября, тишина в ответ, потом крепкие мужские ругательства, звон разбитого стекла, а далее обратный отсчёт и наш диалог. 

— Почему я не отвечала? — я положила телефон на стол. 

— Не знаю. Ваше подсознание поставило мощный блок, который так просто не обойти, — задумался мужчина, оглядываясь по сторонам. — Мы с вами обязательно попробуем ещё раз, но позже. И этот ветер… очень странно всё… 

Я поёжилась — в кабинете стало довольно холодно.

— Серафима, вы можете идти, сеанс закончен, — вздохнул врач, поджав губы. — Придётся искать другой кабинет, пока застеклят окно.   

— Извините, — зачем-то ляпнула я. 

— За что? — удивился мужчина.

— Не знаю. Странное чувство, как будто ветер поднялся из-за меня, — пожала я плечами. Рассказывать, что видела, будучи под гипнозом, не хотелось. — До свидания, Роберт Альбертович. Спасибо.

— Ваше назначение, — напомнил он, кивнув на пол. — Оно валяется где-то здесь. 

Я присела, чтобы поднять листы с ковра, то же самое сделал мужчина, и наши лбы ощутимо соприкоснулись. 

— Ой, — отпрянула я и упала на пятую точку, растерянно смотря на улыбающегося врача. 

— Простите, — он встал и протянул руку, чтобы помочь мне подняться.

— Да, неловко получилось, — усмехнулась я, взяв его ладонь. И тут разряд с треском ударил в наши пальцы. 

— Ай! — изумлённо потрясла я рукой. — Что это?

— Статическое электричество, — пожал мужчина плечами и снова подал руку. — Вы убойная девушка, — пошутил врач. — Будет интересно исследовать тайны вашего подсознания. 

— Спасибо, я лучше сама встану, — я боялась, что меня опять ударит током, и быстро  поднялась.

— Кажется, это ваше назначение, — Роберт Альбертович поднял бумагу с пола. — Точно, оно самое.

Я осторожно забрала листок и пулей выскочила из кабинета. 

Глава 5. Атака

Феликс тревожно замяукал, когда я вошла в номер, и бросился ко мне под ноги. 

— Что случилось? Чего ты испугался? — хотя почему я решила, что он испугался, может, просто есть просит. Опустилась на пол и погладила питомца. Котёнок потёрся о мою руку, снова мяукнув, рванул на кровать и начал там беспокойно крутиться. 

— Ну что с тобой? — и тут я заметила, что подушка не лежит плашмя, как обычно, а стоит на ребре. 

Я нахмурилась: у меня нет привычки ставить так подушку, когда заправляю кровать. Оглядела внимательно комнату — вроде порядок, но некоторые вещи лежали не так, как я их оставила до выхода из номера, и ноутбук на столе сдвинут к краю, а не располагается посередине, как я привыкла. 

— Что за чёрт? Кто-то шарил в моих вещах? — посмотрела я на питомца, и тот ещё раз мяукнул, глядя на меня, как будто подтвердил мою догадку.   

— Неужели горничная тут хозяйничала? А может, просто прибиралась? — что за излишняя подозрительность проснулась во мне. Скорее всего, заходила сотрудница, вытирала пыль — вот и сдвинула ноутбук на край. 

И в этот момент раздался стук в дверь. 

— Уборка номера! — выкрикнул женский голос. 

Я остолбенела. 

— Заходите, — ответила я, наблюдая за тем, как горничная, женщина среднего возраста в форменной бело-синей одежде, закатывает в комнату тележку с моющими средствами. 

— Доброе утро, — улыбнулась она. — Примерно каждый день в это время я или моя сменщица будем прибираться в номере. Вы не против? 

— Нет, конечно, не против, — замороженным голосом ответила я. Кто же тогда был в моей комнате? — Пожалуй, пойду прогуляюсь, пока вы тут работаете. И кота возьму с собой. 

Мне срочно нужно было на свежий воздух, пока меня не накрыла паническая атака; сердце уже начинало ускорять бег. 

— Как хотите, — она безразлично пожала плечами и развила бурную деятельность. 

Я быстро накинула пальто и подхватила Феликса, сунув его за пазуху. Вспомнила, что купила для него шлейку, и взяла её с вешалки. 

Выйдя на крыльцо, я огляделась, решая, куда пойти, и выбрала ближайшую дорожку, которая вела к озеру. Мой питомец притих, высунув мордочку наружу и ловя незнакомые запахи. Интересно, что он учуял? Я ощущала лишь свежий прохладный воздух. Вдох, медленный выдох… вот так, чтобы прийти в себя и успокоиться. 

Не спеша я шла к озеру. Впереди увидела оборудованный пляж с деревянными лежаками и навесами, которые почему-то ещё не убрали после летнего сезона. Решила посидеть там, созерцая водную гладь, по которой бежала рябь от небольшого ветра. Пара человек тоже прогуливалась по практически пустынному  пляжу.

Я села на первый попавшийся лежак. Феликс беспокойно заёрзал. Достала его и решила надеть шлейку, чтобы он не вздумал убежать от меня. Но как я ни пыталась захомутать его, он возмущённо мяукал и всячески уворачивался от поводка. 

— Чертёнок маленький! — плюнула я на это бесполезное дело и отпустила сорванца. — Гуляй так, только не убегай от меня! 

Рыжий, почувствовав свободу, тут же рванул в кусты, которые росли в нескольких метрах за лежаком. 

— Феликс! Стой! — подскочила я и кинулась за малышом. — Потеряешься! 

Пробралась через заросли и обомлела — котёнок пропал, словно испарился. 

— Гадёныш маленький! Вот поймаю и посажу на цепь, как собаку! — ругалась я, внимательно смотря под ноги. — Феликс! Хватит шутить! Вылезай, проказник! 

Но даже жалобного «мяу» не раздалось в ответ. Куда он мог деться?! Тревога начинала подниматься к горлу тугим комом. Вот будет прекрасно, если меня сейчас накроет паническая атака! Срочно выйти отсюда! 

— Серафима? Что вы там делаете? — удивлённый голос раздался за спиной. 

— Роберт Альбертович! — узнала я врача и, развернувшись, поспешила к нему, выходя из кустов. — Мой кот убежал куда-то и пропал! 

— Кот?! — задумался он, почесав щетинистый подбородок. — Вот глупый, убежит в лес и потеряется. Пойдёмте поищем его вместе.

— Вместе? А разве вам не нужно на работу? — оглядела я врача. Мужчина был одет в серое пальто, белый шарф закрывал шею, а чёрные кожаные перчатки — руки.

— У меня сейчас перерыв, я отменил приём пациентов по известным вам причинам, — ухмыльнулся он. — Решил прогуляться до обеда. 

— Понятно, — поджала я губы. — Вы лучше меня знаете местность, буду благодарна вам за помощь в поисках этого негодника.

— Тогда не будем терять времени. Куда он побежал? 

— Вон туда в кусты, — указала я рукой направление. 

— Пойдёмте в обход, может, он уже гуляет по дорожке, направляясь к лесу. 

Мужчина пошёл к каменистой тропинке, что извивалась за кустами между деревьями. Я поспешила за ним. 

Мы обошли всю прилегающую территорию и вернулись на пляж, но Феликс как сквозь землю провалился. Неужели убежал в лес?

— Мелкий гадёныш! — причитала я себе под нос. — Я его спасла, а он удрал от меня.

— Не переживайте, отыщется, здесь некуда бежать, — спокойно ответил Роберт Альбертович, оглядывая местность. — Напишем объявление и повесим на входе в санаторий, может, кто из гостей или персонала его найдёт. У вас есть его фото? 

— Да, есть, — вздохнула я. Вдруг сердце забилось, расширяясь в груди, и я часто задышала от нехватки воздуха. 

— Роберт… — сдавленно прошептала я, глядя на врача круглыми от ужаса глазами. 

— Что? — нахмурился мужчина, заметив моё состояние. — У вас паническая атака? 

Ответить я уже не смогла: воздух в лёгких закончился, я как рыба открывала рот, пытаясь вдохнуть. Паника накрыла меня с головой.

— Серафима, садитесь на лежак, — мужчина резко подхватил меня под локоть и повёл к сиденью. — Смотрите на меня. Делайте вдох и медленный выдох. Считайте вместе со мной. 

Не чуя ног под собой, я присела на жёсткий лежак. Мелкая дрожь пробивала всё тело, на лбу выступила испарина. Ветер дул прямо в лицо, усиливаясь, и я не могла вдохнуть. 

— Серафима, дышите! — приказал врач, присев рядом на корточки. Он схватил мои руки, сжал пальцы. — Слышите! Вместе делаем вдох! Раз!  

Роберт глубоко вдохнул, глядя в мои глаза. Я попыталась повторить за ним, но резкий порыв ветра ворвался в лёгкие, наполняя их до предела. Теперь я не могла выдохнуть. Мои ногти вцепились в руки мужчины, хватаясь за них, как за соломинку.

— Выдыхайте медленно! Два! — продолжил отсчёт врач. Ветер толкал его в спину, теребя волосы, но он держался, не обращая внимания на неожиданно разгулявшуюся стихию. 

Я усилием воли заставила себя медленно выпустить воздух из лёгких, замечая краем глаза, как деревья наклонились от сильного ветра, который с каждой секундой усиливался. Вдруг рядом накренился деревянный навес в виде гриба и с грохотом упал на землю. Я вздрогнула, а мужчина лишь обернулся на секунду и продолжил отсчёт.

— Раз — вдох! Два — выдох! Серафима, смотрите на меня! Смотрите в мои глаза! 

И я вернула взгляд, глядя прямо в серые омуты, застряв в них. Его глаза пристально изучали мои, притягивая, словно магнит, и я увидела в них воронку, что затягивала меня и вводила в состояние лёгкого транса.

— Раз! Два! — снова повторил Роберт, с шумом выдыхая. 

— Раз, два… — повторяла я счёт уже вслух, не отрываясь от серого омута, и дышать стало легче. 

Ветер успокаивался вместе со мной, словно чувствовал моё состояние. И вдруг я ощутила странную связь с разбушевавшейся стихией. Тонкая невидимая нить потянулась вдоль позвоночника, становясь крепкой и сильной. Слабый ветерок пробежал вдоль спины и успокоился на уровне лопаток. Ошеломлённо я смотрела на врача, понимая, что во мне проснулась стихия, но рассказать о своих ощущениях не смогла, боясь, что врач посчитает меня сумасшедшей. 

— Вот так, молодец. Умничка, — Роберт слегка приподнял уголок рта, словно боясь радоваться раньше времени. — Ты справилась. Невероятно… — прошептал он, перейдя на «ты». 

Его тёплые пальцы, словно бабочки, коснулись моей щеки, лаская и даря нежность. 

— Спасибо, — прикрыла я глаза, и тёплая волна пробежала по телу от его прикосновений. Это как-то неправильно: я его пациентка и не должна вот так сидеть и млеть от его пальцев, но сама даже не двинулась с места. 

— Ты такая сильная… — бормотал Роберт себе под нос. — Я в восторге…

Мои глаза удивлённо распахнулись, и я уставилась на мужчину. Что он сказал? 

— Простите, — смутилась я, отстраняясь от его ласковых касаний и встав с лежака. — Мне нужно Феликса найти.

— Не переживайте, ваш питомец сам вернётся, — спокойно ответил врач, перейдя снова на «вы», и поднялся на ноги. — Теперь я в этом уверен. 

— Почему? — нахмурилась я.

— Сейчас ничего не могу сказать, — уклонился он от ответа, загадочно улыбаясь. — Завтра на сеансе мы поговорим об этом. Сейчас не время и не место. 

— Ладно, — пожала я плечами. Загадочный он, этот Роберт Альбертович. 

— Скоро обед, пора возвращаться в санаторий, — посмотрел врач на часы, вскинув руку. — Мне проводить вас до номера?

— Не нужно, я прогуляюсь ещё немного, — мужчина настораживал меня своим вниманием, — вдруг найду кота. 

— Как хотите. Увидимся завтра, — улыбнулся он, слегка склонив голову. 

— До свидания, — пролепетала я. 

Роберт развернулся и поспешил прочь с пляжа, а я осталась, удивлённо смотря на озеро. У меня получилось справиться с панической атакой за пять минут благодаря врачу. Невероятно!

Глава 6. Странности

Я сидела на лежаке, подставив лицо прохладному ветерку. Пляж опустел, все ушли в столовую. На обед я не торопилась — аппетит совсем пропал. В голову лезли мысли о недавней панической атаке. Возникшее странное чувство единения со стихией не давало покоя. Я ощущала, что могу управлять ветром и что именно я стала виновницей разбушевавшегося почти урагана. Но как такое возможно?

Поднесла ладони к лицу — вроде обычные, ничего сверхестественного. Встала и пошла по берегу, чтобы уйти подальше от санатория. Остановилась возле леса и, взяв эмоции под контроль, сосредоточилась на позвоночнике. Слабая дрожь прокатилась по спине, обдувая меня ветерком. Вот я снова чувствую стихию. Вытянув руку перед собой, мысленно призвала ветер. Поток воздуха повиновался, взвившись вверх, а потом устремился ко мне невидимыми змеями, окутывая руку, тело, вплетаясь в волосы, поднимая их, лаская каждую прядку.

Я ощущала ветер, чувствовала его радость, словно он был живым существом.

— Ты свободен, но рад подчиниться мне? — прошептала я ошеломлённо, не веря до конца в то, что это происходит со мной наяву, а не во сне.

Поток невидимых змей устремился вверх, закручиваясь в воронку вокруг меня, подбирая мелкий мусор и пыль с земли. Ох! Надо успокоить его, а то кто-нибудь увидит!

— Погоди, тихо, — я не знала, как утихомирить стихию. — Ты друг, мой друг — не слуга!

И маленький смерч рассыпался, превратившись снова в лёгкие потоки воздуха, которые кружили возле меня. Надо заканчивать странный эксперимент, пока кто-нибудь не заметил.

— Лети! — махнула я рукой, и ветер устремился к озеру, подняв облако пыли над пляжем.

Вот это да! Я могу управлять ветром?! Кому скажу, не поверят. Стоит ли говорить об этом Роберту Альбертовичу? Вдруг он подумает, что я с ума сошла? А если продемонстрирую? В сомнениях я двинулась к санаторию. Пусть пока это останется моей маленькой тайной.

Феликс так и не появился. Я легла спать в одиночестве и долго не могла уснуть, переживая за рыжего. Вот куда он мог убежать?

Ночью мне в который раз приснился тот самый мужчина. Причём видение было исключительно реалистичным и ярким, но я сразу смогла каким-то образом распознать сон.

Я сидела на коленях у мужчины, читая вслух сказку про дракона и ведьму. Он внимательно слушал историю, но его руки постоянно отвлекали меня. Горячие пальцы нежно касались моей шеи, поглаживая кожу, отчего приятная дрожь пробегала по позвоночнику, будоража меня, даря сладкую негу и предвкушение жарких поцелуев.

— Серафима, — шептал мужчина, прикоснувшись губами к чувствительной коже под ухом. — Я безмерно скучаю по тебе.

— Кто ты? — улыбнулась я, млея от его ласки. — Как хоть тебя зовут?

— Дэм, — выдохнул он, опаляя кожу.

— Дэм, — повторила я, пробуя его имя на своих губах. — Почему ты ищешь меня?

— Потому что мне плохо без тебя, — его рука накрыла мою ладонь, легонько сжав. — Тебе тоже несладко приходится здесь: уныние, тоска… Ведь так?

— Откуда ты знаешь? — насторожилась я.

— Потому что чувствую… — он замялся, уткнувшись мне в волосы, и втянул носом мой аромат. — Ты так же чудесно пахнешь… м-м-м…

Вдруг мужчина выхватил книгу из моих рук, бросив её на стол.

— Мы уже читали эту историю, просто ты забыла, — горячо произнёс он, вставая с дивана.

Я оказалась в его крепких объятиях, ощутив, что на мне только ночная сорочка, в которой я уснула, а Дэм одет в рубашку. Мужчина сгрёб меня в охапку, и его губы нашли мои, опаляя жаром. Он целовал меня жадно, неистово, как будто действительно истосковался в долгой разлуке. А я млела от его напора и требования отдать ему обещанную ласку.

Вдруг воздушный вихрь закружил, теребя волосы. Я чувствовала, что стихия волновалась, переживала и хотела оградить меня от мужчины, защищая. Дэм напрягся, отпустив мои губы, и ухмыльнулся, глядя мне в глаза.

— Значит, всё-таки воздух, — поднял он голову, наблюдая за кружащимся ветром. — Неожиданно, но я рад. Наши стихии подружатся.

— Что? — недоумённо посмотрела я на него, не понимая, о чём он говорит.

Внезапно огонь в камине вспыхнул, ярко освещая библиотеку. Ветер кинулся к пламени, пытаясь задуть его обратно в трубу, но оно вспыхнуло ещё ярче, взмыв столбом вверх.

От испуга я схватила мужчину за плечи, прижимаясь к его груди. Сон начал стремительно таять.

— Серафима, береги себя, — услышала я на грани пробуждающегося сознания.

Подскочив на кровати, я уставилась в тёмное окно. Надо же, какой реалистичный сон: у меня до сих пор губы горели от страстного поцелуя незнакомца. Уснуть снова не получилось, до утра я лежала и смотрела телевизор. Через пару часов встала — скоро первые процедуры и завтрак.

Проходя мимо ресепшена на первом этаже, я услышала, как меня позвала администратор. Она сообщила, что Роберт Альбертович уехал в Питер по срочному делу и сегодняшний сеанс переносится на вечер. Значит, после процедур я буду свободна и смогу заняться поисками Феликса. Я спросила у девушки разрешения повесить в холле объявление о пропажи кота, и та любезно позволила.

Время, отведённое на различные манипуляции с моим телом с помощью медицинских аппаратов, прошло быстро. Я позавтракала в гордом одиночестве, снова посетила пару кабинетов, а потом отправилась на массаж. Сильные мужские руки размяли меня до состояния мягкого теста, и я задремала прямо на столе, а когда проснулась, ощутила негу и лёгкость во всём теле. Массаж закончился.

Но расслабляться не было времени, и я развила бурную деятельность по поиску пропавшего кота. Распечатала пару объявлений на ресепшене, повесила их в холле и столовой. Потом вышла на улицу: вдруг рыжий где-то рядом бродит.

Погода радовала солнечными лучами, которые прорывались сквозь редкие белые облака. Дождика сегодня точно не намечается.

Вдруг запел телефон в кармане. Взяв его, увидела имя «Даниил» и улыбнулась.

— Алло, — приготовилась я услышать бархатный голос знакомого.

— Серафима! — тревожно заговорил мужчина. — Срочно уезжай из санатория! Слышишь? Собирай вещи, я через десять минут приеду за тобой!

— Что?! — недоумённо нахмурилась я. — Что случилось?

— Долго объяснять! Главное, сейчас же собирай вещи! — требовал Даниил.

— Погоди, что стряслось? Ты можешь объяснить? — не нравился мне его тон, от которого тревога поднималась комом в груди. И вдобавок порыв ветра ударил в спину, растрепав волосы. Вот опять стихия начинает бунтовать, как только я заволновалась.

— За тобой едут! — коротко бросил он.

— Да кто едет? Объясни толком! — злилась я уже на странного приятеля. — Феликс пропал, я не могу сейчас уехать из санатория, пока не найду его!

— Не переживай за кота, он сам тебя найдёт где угодно! — рявкнул Даниил. — Собирай вещи и выходи к воротам! Я скоро буду!

Он отключил вызов, а я остановилась на аллее, не понимая, какая муха укусила его. Не могу я сейчас бросить всё и уехать неизвестно куда и с кем. Всё же Даниил для меня совершенно чужой человек.

Я продолжила путь вглубь лесопарка, что находился за санаторием, смотря по сторонам в поисках рыжей морды. Ни за что не брошу котёнка здесь одного, его нужно найти.

Обернувшись на секунду, я заметила вдалеке тёмную мужскую фигуру на дорожке и напряглась. Чёртов Даниил напугал меня своей паникой, но я продолжила путь. Мало ли, вдруг кто-то из посетителей решил прогуляться перед обедом.

Вдруг затылком я ощутила пристальный взгляд и невольно снова оглянулась. Мужчина приближался; голову его покрывал широкий капюшон чёрного пальто, пряча половину лица.

В груди что-то заёрзало и заволновалось. Ветер тут же отреагировал на мои эмоции, ударил в спину, словно подгоняя вперёд, и я ускорила шаг, свернув на другую аллею.

Сердце бешено билось в груди, тревога поднималась к горлу. Как бы снова приступ панической атаки не случился. Может, действительно вернуться в санаторий? В комнате я успокоюсь, а Феликса пойду искать позже.

Тяжёлый взгляд буравил мою спину. Я обернулась: мужчина шёл за мной, свернув с дорожки, он стремительно догонял меня. Срочно в санаторий! Я прибавила шагу, стараясь больше не оглядываться, но чувствовала, что преследователь тоже ускорился. Чёрт! Что же это такое?!

— Серафима! — впереди показались трое мужчин, вышедших из-за поворота. Среди них я узнала Роберта Альбертовича в его сером пальто. За ним следовали двое в обычных тёмных куртках. Мужчины угрюмо смотрели прямо на меня.

— Я тут! — помахала я врачу, радуясь ему и думая, что теперь смогу спокойно дойти до номера. И поспешила к троице.

Но стоило мне приблизиться к ним, как я напряглась, видя торжествующую улыбку на лице врача.

— Роберт Альбертович, мне сказали, что вы до вечера не приедете, — вдруг вспомнила я слова администратора и сбавила шаг.

— Серафима, — ухмыльнулся он, — вы должны пройти с нами.

— Куда? — я остановилась. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

Вдруг оглушительный рёв мотора нарушил лесную тишину.

— Фима! Беги! — раздался крик справа. Я повернула голову и увидела Даниила на мотоцикле, который петлял между деревьями. — Они тебя заберут!

И я рванула с места прямо в лес в сторону знакомого.

— Серафима! Стой! — окликнул меня мужчина за спиной. Я вздрогнула, услышав суровый голос, и обернулась. Порыв ветра рванул к бегущему за мной человеку, сдирая капюшон с его головы. И я остолбенела, узнав его.