Попаданка для Охотника

Ему ее почти откусили. Жуть какая! Девушка со страхом огляделась по сторонам.

Ничего жуткого вокруг не наблюдалось. Почти прозрачный сосновый бор и косые лучи заходящего солнца. Вот только солнце явно опустилось еще ниже и уже не золотило верхушки сосен, а уходило в быстро темнеющее небо.
И темнело как-то слишком быстро. Будто солнце не опускалось за невидимый горизонт, а сбегало. Становилось ощутимо холоднее. Лину затрясло. Вполне возможно, что от пережитого. Но вообще-то нервы у нее были крепкие. Значит, действительно похолодало.

Лина сидела рядом с находящемся в отключке мужиком, обняв себя руками. Зуб уже на зуб не попадал. Девушка тяжело вздохнула, задержала дыхание и вплотную придвинулась к раненому. Вместе ведь теплее.

Мужик же, до того лежавший как живой труп, вдруг задышал глубоко и сильно. Потом его согнуло чуть не пополам и здоровой рукой он неожиданно сильно и быстро откинул Лину в сторону.

Лина сгруппировалась в полете и приземлилась на пятую точку. Густой, мягкий мох смягчил падение. Девушка вскочила на ноги и приняла боевую стойку. Вокруг не было никого. И ей очень захотелось врезать как следует мужику, который ни с того, ни с сего отшвыривает свою спасительницу.

Лина повернулась к мужику и уже хотела высказаться максимально резко.

Мужику же явно сейчас было не до нее. Его рвало. Чем-то темным, тягучим и явно едким. Это темная, омерзительно воняющая слизь струями выталкивалась изнутри и сворачивалась на мху тугими на вид жгутами.

Жгуты же скатывались в шары размером с мяч для большого тенниса и медленно и неотвратимо сползались друг к другу. 

Зрелище было настолько омерзительное, что Лина зажмурилась и даже не заметила, как ее отнесло от мужика еще метра на три.

– Гадость.. Гадость какая, – Лину трясло и она инстинктивно отодвигалась все дальше и дальше. Наконец девушка уткнулась спиной в ствол ближайшей сосны и замерла, не смея отвести взгляд от ужасной картины.

Шары подползали все ближе и ближе друг к другу. Мужика наконец перестало тошнить и он вдруг, совершенно неожиданно для таких своих ранений, мягким движением то ли откатился, то ли отлетел в сторону.

И оказался от шаров метрах в пяти.

Лина ахнула. Ничего себе мужик дает! У него открытый перелом ноги. Перелом руки. Похоже, и внутренние повреждения нехилые, а он вот что вытворяет.

Мужик и правда вытворял.

Не сводя глаз с шаров, он здоровой рукой нашарил что-то у себя на поясе.

Лина смотрела во все глаза.

Это была веревка… Такая вот веревка, скрученная и собранная в несколько рядов. Очень похожая на лассо.

Мужик же взял эту веревку, лассо это и ловко кинул в самую середину уже почти соединившихся шаров из мерзких жгутов.

Раздался треск и шипение. Потом прилично так громыхнуло и шары исчезли. Вот только что они были, полные какой-то нездешней жути, и в один момент исчезли.

Раненый тяжело вздохнул и упал в мягкие объятья мха.

Лина сидела ни жива ни мертва. Из нее будто все силы кто высосал. Она боялась пошевелиться. И больше всего на свете хотела закрыть глаза и погрузиться в спасительное беспамятство. Но почему-то не получалось. 

Получалось только сидеть и смотреть. И почти не дышать.

Наконец, когда отупение стало потихоньку проходить, а мерзкие шары так и не появились, Лина пошевелилась. Ноги практически не двигались и их стало колоть иголочками. Мужик так и лежал, раскинувшись и не подавал признаков жизни.

Лина неожиданно заскулила как брошенная хозяином собачонка и медленно стала приближаться к мужику.

Ей было страшно к нему подходить. Очень страшно. Да ее колотило уже, и вовсе не от холода. Но все-таки он был единственным живым, она очень надеялась, что еще живым, существом в этом лесу.

Лина пересилила себя и приклонила ухо к его груди. А вдруг сердце не бьется?  Сердце билось. Медленно, очень медленно, но билось. 

Лина опять прижалась к мужику, очень надеясь что того больше рвать не будет. И никакие жуткие жгуты не будут скручиваться в мерзкие шары. 

Так, поминутно трясясь от страха и холода, она встретила свою первую ночь на Араксе.

Мужик все это время почти не двигался и только едва дышал.

Но чем ближе к утру, тем дыхание его становилось глубже.

Несколько раз ночью он стонал и что-то говорил, обхватывая ее здоровой рукой. Лина не сопротивлялась. Она уже и сама не знала, спит ли она и видит сон, или действительно лежит себе в реанимации после удара камнем по голове.

Утро наступило неожиданно и резко. Солнце вышло из-за высоких вершин сосен и сразу согрело Лину. Она открыла глаза и не поняла, где находится. Лес? Повернула голову и увидела мужика, лежащего без сознания. Сразу вспомнила мерзкую слизь, жгуты и шары. 

Поморщилась от омерзения и неожиданно принюхалась. Металлический запах крови исчез. Пахло…пахло вот ровно как после грозы, озоном. Да и сам мужик под яркими солнечными лучами выглядел по-другому.

Он был бледен до синевы. Высокий лоб, разбросанные в беспорядке темные слипшиеся волосы. Чуть искривленный нос и сжатые в тонкую полоску искусанные губы.

Высокие скулы. 

Он до сих пор прижимал ее к себе одной, здоровой рукой. И Лине ох как не хотелось вылезать из его объятий. Несмотря ни на что, ей было спокойно и, главное, так тепло в его объятиях.

Но вылезать было надо. Организм проснулся и ему было все равно, где там Лина находится. В непонятном лесу в чужом мире под боком у раненого мужчины или у себя дома.

Впрочем, Лина уже поняла, что с ней приключилось нечто невероятное. И вряд ли это невероятное можно объяснить сотрясением мозга.

Но сотрясение - не сотрясением, а в кустики хотелось страшно.

Лина попыталась осторожно вылезти из-под его руки. Но мужчина сжал ее еще сильнее и что-то тихо прошептал, уткнувшись ей в макушку. До девушки донеслось:”Лисса… Нет…нет” и вдруг раненый замолчал и лицо его скривилось. Лина замерла. Вскоре мужчина вздохнул и девушка почувствовала, как он расслабился.

Она ужом вывернулась из-под его руки и медленно отползла в сторону. Мох был влажный и мягкий. Наконец Лина поднялась на четвереньки и села. Огляделась вокруг.

Вокруг был прозрачный сосновый лес. Высоко вверху едва заметно покачивались верхушки мачтовых или как еще их называли, корабельных сосен.

И как назло, ни одного приличного кустика. Местность была ровная да и сосны росли рядами, будто их кто высадил.

Лина осторожно поднялась на ноги, пригнулась и шагнула к ближайшей сосне.

Дерево было мало того, что высоким, так и ширины приличной.

Неожиданно под ее ногой предательски хрустнул сучок и Лина замерла. Медленно повернула голову и посмотрела на мужчину. Тот лежал все так же на боку и никак не отреагировал на громкий звук. Или Лине он только показался громким?

Девушка сглотнула, пригнулась еще сильнее и скрылась за сосной. 

В этот момент мужчина зашарил рукой по мху и что-то глухо пробормотал. Звуки здесь разносились далеко, но мох приглушил его слова. Что Лине было только на руку. Она наконец застегнула джинсы и выглянула из-за толстого ствола. Девушка не знала, что случилось еще, но мужчина резко сел и открыл глаза.

Он повернул голову и посмотрел точно на нее. Лина вздрогнула. Мужчина смотрел будто не на нее, а сквозь. И смотрел ли? Глаза его точно были открыты. 

Но что он видел или кого?

Лина замерла на минуту, а потом сделала первый шаг к нему навстречу. Взор мужчины будто прояснился и по лицу пробежала волна непонятных эмоций. Удивление, неверие и … радость. Да, радость. Лине даже показалось, что глаза его заблестели. Но только на секунду-другую. Потом же будто холодной водой его окатило. Лицо раненого утратило всякое выражение и стало каменным и непроницаемым.

– Человек? – отрывисто сказал он и пробуравил Лину взглядом. Вскоре взор его стал расфокусированным и зрачки сузились в точку,  быстро двигаясь из стороны в сторону.

Лина замерла. У нее было  такое чувство, будто ее просвечивают рентгеновским аппаратом. Девушка даже не заметила, как приняла боевую стойку. Глаза мужчины расширились и он внимательно посмотрел на нее.

– Кто наставник? – прохрипел раненый, не сводя с нее глаз.

– В смысле? – не поняла Лина. – Вы о чем?

– Тебя Фико прислал? – мужчина неожиданно насторожился и оглянулся по сторонам.

Лина вздохнула и опустила руку, в которой оказалась зажата палка. С изумление посмотрела на нее. Девушка и не помнила, как та оказалась там.

– Не присылал меня никакой Фико. Я просто в люк упала и вот…, – она обвела рукой вокруг и бросила палку. Палка оказалась сосновая и смола стягивала кожу на ладони.  

Мужчина поднял бровь и несколько мгновений пристально ее рассматривал. 

– Не врешь, – наконец постановил он. – Что такое люк?

– Ну, там внизу всякие кабели или канализация, – сказала Лина. Мужчина смотрел на нее непонимающе. 

– Как вам объяснить. Отверстие, нора, дыра такая в асфальте. В земле, – тут же поправилась Лина. Она поняла, что слово “асфальт” ему тоже неизвестно.

– Дыра… – тот кивнул своим мыслям. – Портал, значит. Бывает. Редко, но случается. Ладно.

Он растер пострадавшую ногу и поднялся. Плотные кожаные штаны были разодраны в клочья и висели на нем как на вешалке. Лина охнула. За ночь мужчина потерял в весе килограмма три, если не больше.

Одет он был в рубаху на шнуровке и кожаную жилетку с множеством карманов, тоже разорванную.

Но и все.

Не было заметно следов открытого перелома левой ноги. Правая рука, которая еще ночью висела плетью, судя по всему, тоже срослась.

Вот это регенерация! Лина только головой покачала.

– Ты на Араксе, – сообщил мужчина. – Мир этот небезопасен в последнее время. Зовут меня Виль и я охотник на нечисть.

Лина обхватила себя руками. 

“Все-таки хорошо, что я не платье надела, а джинсы. То-то в платье стояла бы тут, перед этим Вилем. Охотник на нечисть, бр-р”, – мысль пронеслась и девушка неожиданно затряслась.

– Нечисть? – прошептала она. – Это вот те жгуты и шары, они ведь? А вас… вас рвало этой дрянью, – закончила Лина и попятилась. 

Виль ухмыльнулся.

– Рвало. Бывает и такое. Редко, но бывает. Пришлось нырять в самую кучу, – пояснил охотник и повязал на пояс ту самую скрученную веревку, лассо. Которую он кидал в этих мерзких существ.

– Ларги охотятся обычно поодиночке, – пояснил он Лине, которая на самом деле не хотела ничего слушать. Она хотела закрыть глаза, закупорить уши и ничком свалиться прямо в мягкий мох. А потом проснуться пусть хоть и в реанимации. Зато в родном, таком понятном мире, где нет никаких ларгов.

И она бы обязательно так и сделала. Но тут Виль одним молниеносным движением снял лассо с пояса и кинул его прямо в Лину.

И Лина вдруг оказалась спеленута по рукам и ногам. Она кулем свалилась в мягкий мох и только негодующе фырчала, бросая на мужчину гневные взгляды.

Виль стоял поодаль, не отпуская конца веревки из рук и не отрывал глаз от девушки. На губах мужчины мелькнула тень улыбки

“Да он маньяк! – с ужасом подумала Лина и резко отключилась.

Виль же задумчиво смотрел на потерявшую сознание девушку. 

“Человек…Все-таки она человек”, – с удовлетворением думал он.

Мужчину уже давно не мучала совесть. Такие проверки были необходимы на Араксе. И он до сих пор не мог себе простить, когда один-единственный раз ее пропустил. Лисса ведь  исчезла из виду буквально на мгновенье. Но мог ли он знать тогда, что ларгам хватает и минуты, чтобы проникнуть в тело жертвы? 

Дорого же пришлось ему заплатить за это знание. Очень дорого.

На щеках Виля заходили желваки. Он побледнел и усилием воли прогнал воспоминания.

Не сейчас.

Для этого есть ночи, бессонные и одинокие. 

Сейчас же нужно позаботиться об этой девушке.  Напряжение последних часов было почти невыносимым. Виль почувствовал, как его отпускает. Мужчина медленно подошел к иномирянке и коснулся лассо.

Веревка, послушная его воле, тотчас ослабла и Виль быстро ее скрутил.

Девушка до сих пор была без сознания. Это и понятно. Не всякий человек спокойно мог выносить невидимую вибрацию этого оружия. Зато всегда оставался жив. А вот ларгов лассо просто растворяло. 

Виль присел на корточки и коснулся плеча девушки. Лина дернулась, застонала и открыла глаза.

– Все-таки маньяк, – простонала она. – Это карма.

Мужчина пожал плечами:

– Извиняться не буду. Это была необходимая проверка.

Лина зло посмотрела на мужика и вздохнула:

– Точно, карма… – девушка махнула рукой. Меня Лина зовут, кстати.  Проверка… Ну и проверочки тут у вас, – пробурчала она.

– Надеюсь, эта была последней? – девушка подозрительно посмотрела на возвышающегося над ней охотника.

Виль пожал плечами. 

Лина вздохнула и попыталась подняться. Все тело ломило как после тренировки на выносливость. Марк, их тренер, раз в неделю специально устраивал так называемые “пробежки”. Приходилось бежать с утяжелением минимум пять километров. 

“Ничего, дамы и господа. Тяжело в учении, легко в бою”, – бодро приговаривал он, обгоняя их, едва поднимающих от усталости ноги. 

“Тело должно привыкать к нагрузкам. Или вы думали, что айкидо - это танцы с веером? Ну, не к тому сенсею попали”, – ухмылялся он.

Прав был Марк. Айкидо оказалось вовсе не тем красивым танцем, которые она видела на роликах в ютубе. Чтобы так двигаться, в теле должно было работать все. Каждая мышца. 

Наконец Лина совладала с непослушным телом и старательно сдерживая стоны, поднялась на ноги.

Виль стоял рядом и смотрел на нее со странным выражением на лице.

– Лина, – задумчиво произнес он. – Ну что же, Лина. Да.

– Что да? – не поняла девушка.

– Последняя проверка, – пояснил Виль. – По крайней мере, я так думаю.

Он засунул руки в карманы и посмотрел Лине прямо в глаза. Сейчас глаза его были самые обыкновенные, человеческие. Цвета спелой вишни или маслин. Маслины Лина любила, чего не могла сказать о вишне. Никакой темной жути в виде бездонных колодцев не наблюдалось. Девушка неожиданно сглотнула и отвела глаза.

Виль нахмурился и неохотно сказал:

– Кстати, Лина. Хочу вам сообщить, что отныне вы поступаете в мое распоряжение.

Лина подобралась и уставилась на мужчину во все глаза:

– В к-каком смысле? – не сразу сладила она со словами.

– В прямом. Я охотник на ларгов и в мои обязанности, – Виль едва уловимо поморщился, – входит и обязанность обучения других охотников. Если, конечно, встретится кто-то подходящий, – добавил он и искоса посмотрел на Лину.

По его взгляду девушка как-то сразу поняла, что подходящие встречаются нечасто. Да и выражением лица Виль вдруг сразу ей напомнил сенсея Марка.

“А ведь завтра у меня была бы тренировка с джо* и бокеном* ”, – с грустью подумала Лина.

– Что ж… Я готова, – девушка обреченно пожала плечами. Виль этот странный конечно человек. Да и человек ли, с такой-то регенерацией и этими жуткими взглядами. Но никого другого вокруг не имелось. Прозрачный сосновый лес и никого кругом. 

– Вот и отлично. Тогда - за мной, – скомандовал Виль и поднял правую руку. 

Лина ахнула.

Откуда ни возьмись, в руке Виля оказался меч. 

Правда, ночью Лине казалось, что после боя с этими мерзкими ларгами что-то светилось рядом с телом мужчины.

Да в тот момент там все светилось.

– Ух ты! – не выдержала Лина и подбежала к Вилю. Настоящий меч. Да она таких и в руках не держала.

И не просто не держала, а и не видела никогда. Ну, разве что в кино.

Все-таки она не в древней Японии жила, чтобы заниматься с настоящим оружием.

Впрочем, и там они вроде сначала на деревянных учились.

Меч сиял мягким светом и просто звал прикоснуться к себе.

И Лина прямо потянулась к этому прекрасному образцу воинского искусства.

Виль приподнял бровь и плавно отступил в сторону. 

– Красота-а, – Лина понятливо убрала руки от меча подальше и пошла рядом с охотником.

– Кстати, можете меня с этого момента звать просто “мастер”, – сказал Виль и убыстрил шаг.

“Мастер так мастер”, – подумала Лина и поспешила за охотником, который вырвался вперед.

*Джо - деревянная палка, используют для защиты и нападения

Бокен - деревянный меч, используют для тренировок

Шли они долго. Лес казался нескончаемым. А может быть и был таким на самом деле. Лина всегда считала себя человеком выносливым. Марк ей в этом сильно помог. Пробежки эти его, бр-р. Но сейчас ей казалось что они идут целые сутки. Мох мягко пружинил под ногами и, казалось, помогал девушке.

Лина же последние несколько километров плелась едва поднимая ноги.

Виль ушел далеко вперед.

Спасибо еще, что время от времени он оглядывался.

“Проверяет, иду ли, – с тоскливой злостью думала Лина тогда. – Нет чтобы просто подождать или самому идти помедленнее. Или у них тут в норме так относиться к ученикам?” – девушка облизала пересохшие губы.

Солнце поднялось совсем высоко и жарило не по детски. Пот тек по лицу Лины и соленые капли скатывались к губам, только усиливая жажду. 

Неожиданно Виль развернулся и пошел назад.

Сердце Лины подпрыгнуло. 

“Совесть наконец заговорила? – девушка сделала еще несколько шагов и замерла. – Вот возьму и лягу тут. Пусть что хочет со мной, то и делает”, – пот заливал глаза и перед ними уже все плыло. 

“Солнечный удар заработала, не иначе”, – Лина остановилась и навалилась спиной на ствол сосны.

Виль оказался рядом в считанные минуты. Выглядел он свежим как огурчик. Если не считать худобы и разорванной одежды, можно было подумать что он не спеша прогуливался по свежему воздуху. 

Лицо мужчины разгладилось и синева под глазами исчезла. 

– Возьмите, – он протянул Лине кусок ткани, который раньше явно был частью рукава. То-то ей показалось, что один рукав рубашки намного короче другого.

– На голову повяжите. Солнце высоко, – добавил он и прищурившись посмотрел в такое голубое безоблачное небо. 

Лина безропотно взяла ткань и повязала ее на манер банданы. 

Виль хмыкнул и пошел вперед.

Лина вздохнула и поплелась следом. Солнце жарило нестерпимо. И без этой банданы девушке пришлось бы значительно хуже.

“Когда же кончится наконец этот проклятый лес”, – Лина уже глаз не поднимала от мха. Виль шагал и шагал. Лина плелась и плелась. В голове ее уже не осталось ни одной мысли. И наконец наступил такой момент, когда девушка вдруг перестала чувствовать и жару и усталость. Лина будто парила над желтеющим от яркого солнца мхом. Она ощутила такую легкость в теле, какая, бывало, приходила к ней после интенсивных занятий в зале. Особенно если она занималась после пресловутой пробежки на пять километров.

“Второе дыхание? Божежмойй!!! Ну, наконец оно открылось!” – Лина в считанные минуты догнала Виля и пошла с ним нога в ногу.

Мужчина покосился на нее и поднял бровь. Прищурился и одобрительно кивнул.

Лина почувствовала вдруг себя на седьмом небе.
Это была гордость? Возможно. Но вполне заслуженная. Вот когда Лина еще раз помянула добрым словом Марка. Ведь если бы не Марк, Лина и не узнала бы никогда о втором дыхании. Она ведь никогда не была спортивной девушкой. И айкидо занялась только потому, что приходилось поздно возвращаться с работы.

Впрочем, выбрала она именно это направление боевых искусств потому, что уж очень красиво проходили бои людей, одетых в белое кимоно и черные широкие как юбка штаны. Ролики, верно Марк говорил, завлекли.

Однако оказалось, что не помогло ей айкидо, когда тот подонок на нее напал.

Лина вспомнила  потную ладонь, зажимающую ей рот и скривилась.

И противно было, и страшно. И на себя потом злилась сильно. Вот какой смысл был заниматься? Никаких приемов ведь не вспомнила тогда, ни-ка-ких!

Неожиданно Лина горько вздохнула и ее второе дыхание сразу исчезло. Она опять почувствовала себя развалюхой, едва переставляющей ставшие тяжелыми как каменные колонны, ноги.

А потом ноги подкосились и Лина плюхнулась на пятую точку.

Невидяще уставилась куда-то вдаль и отключилась. 

Очнулась она она от странного ощущения. Голова чуть кружилась. Во всем теле была слабость. Но самое главное, тело ее покачивалось. Будто покоилась Лина на волнах, раскинув руки. Только дышать было тяжело, будто что-то мешало. Она открыла глаза и ничего не поняла. Перед глазами оказался мох и ее собственные руки, которые бессильно качались и время от времени бились о что-то твердое. Лина хотела вздохнуть полной грудью, да куда там. Ей показалось, что ее согнули пополам и повесили сушиться. Потому и дышать она могла едва-едва.

Лина едва слышно застонала. Качка сразу прекратилась. Она дотянулась рукой до глаз и стала тереть что было сил. Поморгала, возвращая хоть какую-то ясность зрению. И поняла, что она действительно висит. Висит вниз головой и то твердое, обо что временами бились ее руки - не что иное, как задница охотника.

Лина сразу узнала его разодранные в клочья кожаные штаны.

– Очнулась? – бодро спросил охотник и медленно спустил девушку на все тот же мох.

Лина прижала руки к вискам и едва кивнула. Голова все еще кружилась и резкие движения были ей противопоказаны.

Виль смотрел на нее с явным чувством глубокого удовлетворения. 

– Что ж, Лина, – мужчина неожиданно опустился рядом. – Ты смогла меня удивить. 

Лина прищурилась. Проклятая голова мало того, что не прекращала кружиться, так еще и болеть начала. Вот прямо раскалывалась.

– Долго продержалась. И сумела меня догнать. Не ожидал, – Виль одобрительно кивнул. – Значит, мастер у тебя был. Там, в твоем мире.

Лина с трудом разжала сухие губы:

– Был, – прохрипела и закашлялась.

Виль задумчиво посмотрел на девушку:

– Что ж, пора возвращаться.

И неожиданно издал гортанный крик и сделал какое-то совершенно непонятное движение обеими руками.

Вот будто лассо свое достал и раскрутил. Но нет. Лассо спокойно висело у Виля на поясе.

А вот меч…

Лина поняла, что это вовсе не Виль кричал. Кричал и пел его сверкающий меч. Это меч пел и буквально разрубал, раскалывал пространство. Пространство сопротивлялось, но в конце концов сдалось и образовало туннель.

Меч застыл.

Виль схватил Лину за руку и мир опять закружился.

Зато голова совершенно неожиданно прошла. Видно, клин клином вышибло.И только в ушах еще звенело и чуть давило виски. Лина почувствовала под ногами твердую землю и открыла глаза. Виль сразу отпустил ее руку. Они оказались возле крепкого рубленого пятистенка, окруженного высоченным забором. Но даже этот забор не мог скрыть верхушек корабельных сосен. Земля под ногами была хорошо утоптана и ни одной травинки на ней не было.

– Прибыли на форпост, – сухо сказал Виль. – Проходи в дом, ученица.

Лина посмотрела на своего новоявленного мастера. Потом на меч. Меч висел у Виля на боку и выглядел совершенно обыкновенно. Тусклый, явно побывавший не в одном бою. Вспомнила изматывающее путешествие. Второе дыхание и свой обморок.

– Погодите-ка, мастер, – она прищурилась и нехорошо посмотрела на Виля. – Это что же получается? Вы ведь сразу могли задействовать меч и перенести меня сюда… 

Могли ведь?

Виль тяжело на нее посмотрел.

Мог ли он? Легко. Меч, его фамильный меч, сделал бы это с легкостью. 

Однако…

Это было бы не по правилам. Нужно было еще одно испытание.

Нет, не то, когда он с помощью лассо проверял, человек ли эта Лина.

Испытание было необходимо. И если бы девушка не смогла его пройти… Что ж… Тогда ему оставалось бы только отправить ее в ближайшее поселение. А одинокая девушка в поселении, где полно томящихся от скуки в ожидании охотничьего сезона мужчин.

Нет, он не желал бы ей такой участи.

Но она прошла испытание! Смогла его удивить и прошла. Второе дыхание открылось, а это значит, что Лина подходила. Из нее вполне мог бы получиться неплохой охотник. Не лучший, конечно. Женщины редко ими становились. Но вполне неплохой.

Ведь охотники на ларгов были на вес золота. И было их немного. Не всякий выдерживал обучение, которое было весьма нелегким. А самое главное, не всякий выдерживал процесс перестройки тела. Магические каналы меняли направление и магический потенциал увеличивался. Во много раз увеличивалась способность к регенерации. Появлялись новые способности. Но все это требовало огромных энергетических затрат и времени. 

А как всегда бывает, времени обычно не хватало.

Даже сейчас Виль сомневался, выдержит ли тело Лины и ее психика такую перестройку. Но в любом случае даже негативный исход лучше того, что ждало ее в селении.

Виль нахмурился.

Охотник не хотел делать ничего вслепую. Да и не мог. Он должен завтра же утром все ей рассказать.

Лина, похолодев, ждала его ответа. И по молчанию, да и по тяжелому взгляду мужчину поняла, что да. Он мог перенести ее прямо сюда. Но не стал.

 Она почувствовала, как слезы выступили на ее глазах и руки непроизвольно сжались в кулаки.

Девушка отвернулась и сжала зубы. 

Наконец после тяжелого молчания Виль сказал:

– Нет. Не мог, – и двинулся вперед.

Он чувствовал ее напряжение, чувствовал ее злость и, да, пожалуй, не злость, а бешенство.

И это было хорошо. Даже отлично. Для будущего охотника на ларгов.

Но в то же время мужчина почувствовал неожиданную грусть. Будто кто-то взял и уколол его в самое сердце.

Виль скривил губы в усмешке.

Сердце? Разве у него все еще есть сердце?

– Лина, за мной! – скомандовал он. 

Девушка кулаком вытерла выступившие слезы и пошла следом.

Охотник поднялся по ступенькам и открыл тяжелую дубовую дверь, сплошь покрытую блестевшими под лучами заходящего солнца стальными полосами. Полосы как змеи обвивали и порог, и ступеньки, и косяки.

Лине даже показалось на секунду, что у одной из полос, которая подходила ближе всех к массивной ручке, блеснули зеленью глаза и появилась змеиная голова. Голова было вскинулась и показались два белых как сахарная головка клыка. И сразу опала. Глаза закрылись и голова пропала. Осталась обычная стальная полоса, которыми укрепляют двери. Лина запнулась и чуть не загремела вниз. Охотник даже не обернулся. Лина остановилась на секунду и внимательно вгляделась в подозрительные эти полосы. Но ничего больше не произошло. Полосы были как полосы. Ничего особенного.

“Показалось”, – облегченно вздохнула Лина и вошла внутрь.

Внутри оказалась просторная прихожая, на стенах которой были вбиты устрашающих размеров крючки. Охотник незаметным движением достал свой хлыст и повесил его на один из них.

Лине вешать было нечего. Ни хлыста или лассо, как она сначала назвала это странное оружие местных охотников, у нее не имелось.

Да у нее и одежды никакой не имелось, не считая джинсов и футболки с длинными рукавами.

Ну и, конечно, самодельной банданы из оторванной охотником куска рубашки.

“Жаль, рюкзачок мой пропал”, – подумала она расстроенно. Хотя чего уж там расстраиваться. Удивительно, что она вообще жива осталась. Но в рюкзаке ведь было все самое необходимое. И телефон, и зарядка. И сменное белье и даже платье. Легкое, летнее и праздничное. Ведь шла ни куда нибудь, а на девичник.

“А попала… Как он там говорил, этот охотник? Жестокий человек, видно. На Аракс”, – вспомнила Лина. 

Она все также шла за мужчиной и мечтала только об одном - свалится где-нибудь, желательно все-таки на кровать, и заснуть.

Усталость навалилась тяжестью на плечи как-то сразу. Вот казалось бы пару минут назад она еще была относительно бодра, а сейчас с ног падает.

Лина сжала губы. Она не упадет. Ни за что не упадет. Она не хотела показывать свою слабость этому непонятному и жестокому типу. В ученики взял. Надо же. Вот счастье какое привалило. Мастер.

Виль неожиданно обернулся и посмотрел на нее.

И Лина поняла, что последнее слово она прошептала. Вслух. А он услышал. 

Виль обернулся и увидел, что новая его ученица близка к обмороку. Удивительно, как долго она вообще продержалась. После двух пространственных переходов. После ночи в незнакомом мире и после той жуткой сцены с его ранениями и истреблением ларгов.

Один марш-бросок по Пограничному лесу чего стоил.

И всего один обморок. Похоже, Одинокий сжалился над ним и послал кого-то подходящего. Или Фико взялся за старые игры?

Как бы то ни было, а девушка ему подходила. Но то, как своевременно она появилась, внушало кое-какие подозрения.

Лина же с ненавистью взглянула на него и тут глаза ее закатились.

Виль подхватил ее на руки и быстро вбежал вверх по лестнице.

Ногой распахнул дверь в комнату и положил девушку на постель. 

Комната была небольшая, скудно обставленная и темная. 

Да и запах в комнате стоял несвежий. 

“Ничего. На первое время пусть тут поживет, а там видно будет” – Виль повернулся и захлопнул дверь. Вернулся в свою комнату, лег на постель и мгновенно отключился. 

Ночь прошла быстро. 

Охотник не успел глаза открыть, как почувствовал- что-то случилось.

Проснулся защитный артефакт. Шипение многих змей было слышно по всему дому.

Виль подскочил.

Нарушен периметр?!

Мужчина нахмурился и быстро натянул вчерашние разодранные брюки. Вид был неподходящий, конечно. Но кому на него смотреть? На форпосте и в лучшие-то времена больше трех-четырех человек не было.

Из них два Охотника и приходящие из ближайшего селения, находящегося под защитой Охотников, повариха да прачка. Прачка отвечала также и за уборку.

В последние времена, когда нападения Той стороны участились и ларги могли появиться даже днем, форпост лишился последнего охотника и обоих помощниц разом.

Виль не любил вспоминать эту историю.

Он как раз отлучился в соседнее селение, откуда раздался призывающий вой Рога.

Виль опоздал.

От селения осталось всего ничего. Дома сгорели, а люди… Людей там не осталось. И Виль возблагодарил тогда Одинокого. Одинокий дал ему силы и способности видеть сущность, поселившуюся в человека.

И еще поблагодарил свой синго. Если бы не эта магически зачаровная, обычная с виду веревка с ручкой , то лучшего охотника на ларгов уже бы не было.

На форпосте оставались кухарка и Лив, его ученик. Единственный оставшийся из троих учеников, которых смог найти Виль. Единственный, который смог пережить преобразование магических потоков.

Шипение усилилось.

Виль собрался и в одно мгновение оказался внизу. Схватил синго и плавным движением закрутил его вокруг пояса. 

Глаза мужчины засияли изумрудным цветом. Он задержал дыхание и дотронулся до окованной двери. 

Артефакты отреагировали на его прикосновение сразу.

Дверь медленно-медленно отворилась.

Виль буквально вытек наружу. Он уже не был похож на человека. А скорее, на нечто аморфное. Способность менять форму и незаметно перемещаться он получил при преобразовании тела. Жуткие ощущения на мгновения накатили и исчезли.

Но стоило ему спуститься с крыльца, как мужчина принял обычный облик.

Глаза его чуть потухли. Виль не отрывал взгляда от высокого забора и еще более высоких сосен над ним.

Зрачки его совершали лихорадочное движение. 

Через мгновение Виль завершил сканирование и немного расслабился.

Положил руку на синго и неожиданно сорвался с места.

Он летел как ветер. Его размазанные в воздухе движения едва мог уловить человеческий глаз. Не прошло и минуты, как охотник вернулся в исходную точку.

Периметр не был нарушен.

Виль вытер пот со лба.

Использование необычных для человека способностей имело свою цену.

Он почувствовал себя выжатым, как лимон. Но оно того стоило. 

Правда, мужчина не мог пока понять, почему так странно повели себя артефакты?

Он еще раз включил внутреннее зрение. Зрачки опять забегали, совершая сумасшедшие движения.

И второе сканирование показало - все в порядке.

Защитные плетения периметра функционировали как одно целое и не требовали обновлений.

Виль нахмурился и пожал плечами.

Происходящее было более чем странным. Виль с подозрением вдохнул утренний воздух. Иной раз, если ларги были близко, он мог уловить исходящий от них омерзительный запах. Но нет. Воздух был обыкновенным. Пахло свежестью и вездесущим мхом.

На всякий случай Виль подошел к кованым воротам, которые не взял бы ни один таран. Ворота стояли плотно и их сканирование так же ничего не дало. Мужчина неожиданно наклонился и прислушался. Шипение повторилось снова.

С артефактами явно было что-то явно не в порядке.

Виль выпрямился и закрыл глаза. 

Перед его внутренним взором возникла сложная рябь охранных плетений.

Плетения мерцали разноцветными сполохами и это было по настоящему красиво. 

Очень красиво и очень сложно.

Но никаких повреждений он так и не увидел.

Виль постоял у ворот еще пару минут. Все было тихо. Охранный артефакт снова впал в спячку.

“Что же его разбудило?” – Виль мрачно огляделся и вернулся к дому.

Солнце уже показалось где-то там, за соснами. 

Что же.

Пора будить эту девушку. Лина. 

Мужчина провел рукой по лицу, будто стирая тень воспоминаний.

Надо же, это имя так похоже на другое. То, что он запретил себе вспоминать.

Лисса…

Виль потряс головой и лицо его стало похожим на маску.

“Прочь. Все прочь. Все прошлое”, – твердил он как заклинание до тех пор, пока поднимался на второй этаж.

Мужчина подошел к двери, за которой вчера поздним вечером оставил упавшую в обморок девушку, и толкнул ее.

Лина спала. Лежала, положив обе ладони под щеку и подобрав ноги.

Ноги у девушки были хороши. Длинные, красивой формы, обтянутые плотными синими брюками.

Виль заледенел и с трудом отвел глаза от иномирянки.

Лина будто почувствовала чужой взгляд и неожиданно открыла глаза.

Увидела стоящего на пороге мужчину и непонимающе заморгала. 

– В-вы кто? – сонно пробормотала она и вдруг повернулась на другой бок.

Поджала ноги и натянула на себя старое покрывало.

Покрывало было тонкое, хоть и теплое. И никак не могло скрыть очертаний ее фигуры.

Виль напрягся и отвел взгляд. Неожиданно сглотнул и хрипло сказал:

– Подъем, ученица!

Лина только поплотнее закуталась в покрывало.

– Девчонки, кончайте дурить, – пробормотала она. – У меня сегодня выходной. 

Виль хмыкнул и неожиданно стукнул ручкой синго об пол.

Звук получился мерзкий, пробирающий до костей.

– Да вы с ума посходили, что ли! Ну дайте же поспать, наконец, – недовольно пробормотала Лина.

Виль поднял бровь и стукнул еще раз.

Лина с неохотой откинула покрывало и с оханьем опустила ноги на пол:

– Ну иду, иду. Сейчас открою. Кого принесло такую рань? – пробурчала она, зевая и протерла глаза грязной ладонью.

Все тело ломило. Нет, не так. Все тело ЛОМИЛО. Лина охнула еще раз. И еще раз протерла глаза. Ладонь была грязная и подозрительно пахла. “Похоже, еще тот девичник у нас вчера был”, – она широко зевнула и окончательно открыла глаза.

Перед глазами оказался чей-то силуэт, отлично вырисовывающийся на фоне открытой двери.

Лина прищурилась.

Мужчина? Это явно был мужчина. Интересненько, кто его привел на девичник?

Но тут мужчина сделал шаг вперед и в полосе света появился его лицо. 

Очень знакомое лицо.

Бледное, нос с горбинкой и эти иссиня-черные волосы. Прямые, до плеч.

Глаза у мужика были злющие и горели как две темные вишни.

Лина попятилась и бухнулась на постель. Глубоко задышала и провела грязной ладонью по лбу.

Она все вспомнила.

Не было никакого девичника. На нее напали. Она убежала. Упала в люк. А потом - потом была жуткая картина с этим раненым мужиком и мерзкими тварями.

Как же он себя назвал? Охотник. Точно. Охотник на тех мерзких тварей. Боже мой… Он ведь взял ее в ученицы! Сказал, что теперь он ее мастер.

Лину передернуло при одном воспоминании. Мужик держал в руках хлыст, которым так споро расправился вчера с теми существами. Отвратительными, темными сущностями. Брр.

Виль свернул синго и неуловимым движением закрепил его на поясе.

– Вижу, ты пришла в себя, ученица, – сухо сказал он. Приводи себя в порядок и спускайся вниз. Жду ровно пять минут.

Охотник развернулся и ушел.

– Хорошо хоть дверь закрыл, – пробурчала злая как сто чертей Лина. – Мастер. 

Лина посмотрела на свои грязные, в бурых потеках и зелени джинсы. На коленях зияли дыры. Штанины внизу были такими истрепанными, будто носила она их на лесоповале.

Лина опять вспомнила о своем рюкзачке и закручинилась.

Правда, там было только платье. Ну, и белье. Колготки праздничные.

Лина кинулась на кровать и заколотила по грязному покрывалу кулаками.

– Не-ет! Я не хочу! Я домой хочу! – слезы потоком хлынули из ее глаз. Она размазывала их по лицу немытыми руками и захлебывалась от рыданий.

– Нашелся тут еще мастер на мою голову, – наконец прошептала она в изнеможении и скрючилась на постели.

Не хотела Лина приводить себя в порядок и спускаться вниз. 

Во-первых, у нее не было одежды. 

Во-вторых, что хорошего ее ждало там, внизу?

Интуиция просто вопила – ничего-о! Ничего хорошего ее там не ждет…

Виль зло мерял шагами столовую. Девушка и не думала выполнять его распоряжений. Прошло уже куда больше пяти минут, а он вынужден ее ждать. Мужчина сузил глаза и отправился было наверх.

“Что себе позволяет эта иномирная девица?” – возмущению охотника не было предела.

Да ему бы и в голову не могло прийти ослушаться распоряжения мастера!

Прошло еще пять минут.

Виль начал дышать медленно и размеренно. Терпение никогда не было его добродетелью. Никогда. Он обладал натурой взрывчатой. Реакцией отменной. И только тот факт, что в свое время ему пришлось стать Охотником, помог ему хоть немного продвинутся в этой добродетели.

Терпение было необходимо. И за десять лет, что прошли с тех пор, ему удалось его выработать.

Но, как выяснилось, недостаточно.

Виль стиснул зубы и остановился.

Он понимал, почему  так ярился. Почему эта девушка так его бесила сейчас.

Виль нахмурился и постарался взять себя в руки. Сейчас он должен рассказать ей, Лине, что ее ждет на Араксе.

И он предоставит ей выбор. Конечно, как иначе-то? Свободный выбор.

Виль криво усмехнулся и коснулся синго. Привычка. Надежное оружие всегда его успокаивало. Правда, в этой ситуации синго помочь никак не мог.

“Что же она все никак не может привести себя в порядок?

Пятнадцать минут это уже перебор”, – тело требовало дать выход скопившейся энергии. Охотник легко взбежал по ступеням и распахнул дверь в комнату девушки.

Лина тотчас вскочила с постели и вся сжалась. Ее голубые глаза сверкали как далекие звезды ночью. Губы были сжаты в одну полоску.

Щеки горели и распухли.

Лицо было все в полосках грязи.

– Не-ет! И вовсе я не пришла в себя! – вдруг крикнула девушка и накинулась на Виля с кулаками. Охотник оторопел. Лина нанесла по его телу еще пару ударов, которые никак не могли повредить Вилю. 

Потом устало опустила руки:

– У вас там что, стальные ребра? – отвернулась и села на постель

– Да и переодеться мне не во что, – обреченно прошептала она.

Виль нахмурился. Давно он не чувствовал себя таким…таким болваном:

“Это же девушка, Одинокий меня возьми. “

Охотник взглянул еще раз на ее осунувшееся  личико:

– Жди, ученица.

и практически мгновенно исчез.

Вот только что тут был - и нету. Воспаленный мозг Лины отметил это странное явление и она нехотя посмотрела Вилю вслед.

“Странный мужик. И все тут странное. Боже мой… Я хочу назад. Мне завтра магазин открывать”, – отстраненно подумала Лина и вдруг подпрыгнула. 

Схватилась руками за голову и бухнулась на пол.

Не откроет Лина завтра магазин. Не откроет. Она уставилась в одну точку и замолчала.

Через мгновение вернулся Виль, но она его даже не заметила.

Охотник нахмурился и подошел к девушке. Лина никак не отреагировала. Ее зрачки были как булавочные головки. Дыхание практически незаметно.

Виль схватил ее за запястье. Пульс почти не бился.

– Шок, Одинокий меня возьми, – прошипел сквозь зубы. Явление нередкое. Да что там. Обычное. Но ему и в голову не могло прийти, что у этой девушки такое возможно.

Ведь за тот тяжелый день она показала себя настоящей Охотницей. Иначе взял бы он ее на форпост?

Виль запнулся. Взял ли? 

Странный вопрос. Взял бы, конечно. В конце концов эта Лина ничем не хуже тех женщин, которые время от времени готовили и прибирали здесь тогда.

Но шок спутал все его планы.

Виль потряс головой.

Годится ли она на роль его ученицы? Как известно, у человека, впадающего в шок, психика была не очень-то гибкая. Таким людям было сложно приспособиться к новым условиям. 

А уж стать учеником Охотника… Нет. Это опасно. Похоже, она не сможет выдержать перестройки энергетических каналов.

Охотник похолодел.

А это значит, что девушке отсюда один путь. В ближайшее поселение.

Виль почувствовал, что желудок его сжался. Чувство было странным и для него необычным. Но мужчина прекрасно понял, что оно означает. Это был страх. Чувство, которого он не испытывал уже давно.

Страх за нее, эту неизвестную девушку, которая так напоминала ему ту, что он запретил себе вспоминать.

Лисса…

-------------------
Друзья, благодарю за сердечки! Муз их тоже безумно любит и очень доволен:)

Неожиданно Лина очнулась. Вот только что сидела как деревянная кукла и смотрела в пространство немигающим взором. И вдруг - раз. Она заморгала и учащенно задышала. Облизнула пересохшие губы и откинулась на постель. 

Виль не шелохнулся. Он прекрасно знал, что выход из шока у каждого свой. Тут главное не мешать. Не спешить. Но и опоздать нельзя. Бывали случаи, что человек впадал во вторичный шок и тут уже помочь ему было сложно.  Целители, конечно, могли. Да только в округе их осталось по пальцам пересчитать.

Северная граница, что тут скажешь.

Лина потерла глаза и глухо проскрипела:

– Уже утро? 

Виль нахмурился. Неужели психика девушки все-таки дала сбой?

Лина же, не дожидаясь ответа, уставилась куда-то ему за спину. Виль обернулся. На полу валялась когда-то тщательно выстиранная и аккуратно сложенная одежда. Он сразу ее нашел. А ведь, казалось бы, хорошо спрятал. Убрал с глаз долой . 

Кому она здесь могла понадобится?

Но вот - понадобилась. 

“Одинокий, твои шутки порой так горьки”, – подумал Виль.

Лина  вдруг  как пружинка вскочила на ноги  и подбежала к одежде. Повернулась к Вилю:

– Я все помню. Все, Мастер. Буду готова через пять минут, –  сухо сказала девушка и запнулась. –  Где тут ванная?

– Дверь за твоей спиной, ученица, - как можно суше произнес Виль.  Лина подхватила одежду  и быстро скрывалась за дверью ванной комнаты.

“Удивительные способности… Удивительные! Одинокий послал в подарок”, – усмехнулся Виль. При всем своем опыте охотник никак не ожидал, что девушка придет в себя так скоро. Возможно, он зря волновался и она сможет выдержать суровую процедуру перенастройки? Виль сглотнул.

Он очень на это надеялся. В конце концов, одного охотника, даже лучшего, для Северного форпоста очень мало.

Близок день Перелома. Когда тонкая нить, тонкая пелена, отделяющая мир людей от существ Той стороны, истончится до предела. Вот тогда ему потребуется вся его сноровка, все необычные способности. Но куда как лучше, если у форпоста появится новый охотник. С такими незаурядными данными, с такой способностью к адаптации, как у нее.

Как говорил еще его старый учитель, “гибкость - одно из лучших качеств будущего охотника”. И имел ввиду он не только гибкость телесную, хотя она тоже важна. Но гибкость психики, способность быстро приспосабливаться к изменяющимся обстоятельствам. Способность к выживанию в любых условиях. Без гибкости пиши пропало.  

Лив, его последний ученик, был недостаточно гибок. Это его и погубило в результате.

Виль сжал кулаки. Не вовремя его потянуло в воспоминания. Совсем не вовремя. Предстоял решающий разговор с девушкой.

Что выберет она?

Лисса в свое время выбрала стать ученицей. Потом он часто сожалел об этом. Нападение ларгов случилось буквально через неделю после начала процесса преображения девушки в будущего охотника. В это время магические потоки ведут себя настолько несбалансированно, что можно ожидать чего угодно. От неожиданных, на голом месте возникающих необычных способностей вплоть до левитации, до простого падения жизненных сил. 

Лиссе не повезло. С ней случилось второе. Виль, как мастер, глаз с девушки не спускал. Но тот день с утра не задался. Одинокий, похоже, играл в одному ему понятные игры. Виль только на пару минут отвернулся, отражая нападение матерого, проглотившего не одну человеческую сущность ларга. 

Но этого времени хватило, чтобы Лисса осталась одна. И вот тогда охотник понял, что это миф - миф, что ларги нападают поодиночке. Потому что за ее спиной появился совсем молодой, неопытный ларг. Он был еще совсем тенью, через которую просвечивала трава и мерцала защита периметра. 

Лисса успела обернуться, но ничего не успела сделать.

И он, он ничего не успел сделать. За считанные секунды ларг проник в ее тело и Лисса была потеряна навсегда.

Виль вздрогнул и коснулся синго. Тогда, в тот самый момент, он не думал ни о чем. Не сожалел ни о чем. В тот момент в нем включились удесятеренные перестройкой наввыки и усвоенные новые способности. 

Виль, не сомневаясь ни секунды, кинул синго в ту, что еще минуту назад была Лиссой. Его Лиссой. Он даже не вздрогнул, когда раздался треск и ее тело практически мгновенно растворилось. Мерзкий запах, всегда сопровождающий существ Той стороны, пропал.  

Неожиданно подул ветер и принес к ногам охотника чудом сохранившуюся, обожженную траву, в которой запутался завиток ее рыжеватых волос. 

У иномирянки волосы были очень похожими, с таким же рыжеватым оттенком. Только коротко постриженные.

Виль зажмурился и сжал кулаки.
Лисса, какой я ее вижу

Лина ввалилась в ванную с кучей выданной ей Вилем одежды. Она не думала ни о чем. В голове царила такая пустота, какой у нее никогда не бывало. Да Лина даже и не подозревала, что такое может быть. Только раз, в одной из медитаций, которые им время от времени устраивал Марк, случилось нечто подобное. Такое вот странное состояние равновесия и присутствия. Но если в тот момент это было только мгновение, то сейчас Лина была полна этим состоянием до краев. Нормально ли это?
Может, и ненормально. А нормально упасть в люк и попасть в другой мир? 

Лина стащила с себя грязную одежду и только сейчас увидела большую деревянную лохань. Над лоханью торчал ржавый кран вполне знакомого вида. Лина повенула вентиль и ахнула. Ледяная вода из крана хлынула прямо в лохань. И вот тут ее странное состояние присутствия-неприсутствия как корова языком слизнула.

Лина взвизнула и боросилась к двери.

– Мастер, твою ж мать, – заорала она. Там вода ледяная!

Виль очнулся. Одинокий! Он и забыл, что Лина обычный человек, несмотря на все свои выдающиеся качества. Ведь ему после перестройки ледяная вода никак не вредила, а скорее наоборот. Да он давно уже не обращал никакого внимания на ее температуру. А вот для не привыкшей девушки это еще один стресс.

“Впрочем, Одинокий послал на редкость стрессоустойчивую особу”, – невольно подумал Виль и подошел к двери.

– Слева лежит серый, круглый камень. Ты его видишь, ученица?

Лина повернулась и увидела камень. Он лежал у самой лохани в побитой металлической миске.

– Вижу! 

– Положи его в воду на пару минут. Это нагревательный артефакт, –  пояснил охотник.

Лина кинулась к лохани и закинула в нее камень. Камень, до этого момента лежавший спокойно, начал сразу менять свой цвет, практически сразу став красным. Вокруг него появились пузырки и вода начала быстро нагреваться.

– Только руки туда не суй! Слышишь, ученица? – крикнул Виль. Потому что в первые минуты попадания нагревательного артефакта в воду нужно держаться от него подальше. Вот через пять минут - пожалуйста. Вынимай. 

Он за это время отдаст всю свою энергию ледяной воде и опять станет серым и холодным.

Лина понятливо кивнула, хоть за дверью этого было и не видно.

Подождать пять минут было, конечно, непривычно для девушки. Ведь там, в своем мире, ей было достаточно повернуть рычажок определенным образом, и вода нужной температуры уже текла из крана. И кран такой ржавый Лина последний раз видела только в оздоровительном лагере, в детские свои годы.

“А интересно здесь у них устроено, – вдруг подумала Лина. Нагревательный артефакт, вы подумайте! 

Она аккуратно, двумя пальцами, .вытащила камень из воды. Мало ли, еще обожжешься. 

И сразу же бултыхнулась в лохань. Вода была такая приятная, что и выходить из нее не хотелось. Лина бы и не вышла, если бы не этот Виль, который ждал за дверью и наверняка злился.

Мужики вообще не любят ждать.

Девушка быстро привела себя в порядок и стала одеваться. 

“Интересно, чью это одежду принес мне мой новый мастер? И где же та, что носила все эти вещи? – сердце у девушки вдруг тревожно забилось. 

Она вытащила из кучи нижнее белье, поразительно похожее на земное. Только сделанное из плотного то ли хлопка, то ли очень на него похожего материала. Надевать его, явно чужое, не хотелось совсем. Но белье было чистое и даже выглаженное. 

А у Лины...Так что Лина надела все, что принес ей Виль.

Одежда была точь в точь как у него. “Похоже, это  униформа для охотников”, – подумала девушка.

Кожаные, облегающие штаны черного цвета. Рубашка с длинными рукавами из приятного к телу материала, но тесноватая в груди. И жилетка. Черная же жилетка с множеством карманов и карманчиков.

В жилетку Лина сразу влюбилась. Она пригладила свои короткие волнистые волосы и вздохнула.

Пора было выходить из ванной. Вон, мастер-то уже кругами там ходит.

Но тут на Лину опять напало совсем детское желание - спрятаться и не выходить. Чур меня, чур.. Как бывает, когда детки играют в прятки. У Лины племяшка трех лет такая. Голову спрячет под скатерть. Сама никого не видит, только попа да ножки пухлые торчат. 

И кричит - “меня нет, я в домике!”

Девушка грустно улыбнулась. Оксанка в домике, а вот Лина на форпосте. И ей никуда не спрятаться. За дверью Лину ждет охотник.