Попаданка. Избранная невеста дракона

«Прощай, Ри, — мысленно прошептала я. — Счастья тебе».

Карета медленно несла нас прочь, оставляя позади знакомые очертания. Я вглядывалась в пестрые улицы, чувствуя, как внутри борются тоска по прошлому и сомнения перед будущим. Но я гнала их, словно пыль с подола. Выбор был сделан. Пути назад не было. Теперь только вперед.

Эльзарем, говорили, славится своей красотой и редкими, могучими деревьями, похожими на туи. Надеюсь, там, среди прекрасной природы, я смогу обрести свой покой и новый смысл.

Гвен выглядела бледной и расстроенной. Но на все мои уговоры выпить воды или съесть хотя бы сладость из огромной корзины с едой, которую нам приготовили, она лишь качала головой. Её взгляд был устремлен куда-то вдаль.

Служанка бесцельно смотрела в окно. И я решила не настаивать. В конце концов, я уже не раз говорила ей, что она может вернуться в столицу в любой момент. И что я попрошу Темного Рыцаря обеспечить ей сопровождение. Ей не о чем будет беспокоиться, её безопасность была бы гарантирована.

Мы выехали из города, оставив позади суету и роскошь. И въехали в лес Гаршейман, где обитали кусши – маленькие грызуны, похожие на белок, которые, как попугаи, повторяли человеческие слова.

Я вспомнила, как мы однажды встретили целое семейство с Ри, и он, смеясь, угощал их орешками, заставляя хором выкрикивать: «Моя птичка, Бель!». Этот момент, такой простой и теплый, казался сейчас немыслимо далеким, как потускневшая звезда.

Я снова взглянула на Гвен. Она прикрыла веки. Тонкие капельки пота выступили на ее висках, выдавая внутреннее смятение. Мне показалось, ей снится кошмар, и там она борется с чем-то невидимым. Осторожно достав один из теплых пледов, я попыталась бесшумно укрыть её.

Но чувство вины перед ней никак не отпускало. Стоило быть тверже. Стоило заставить ее остаться в столице.

Закрыв глаза, я сама не заметила, как погрузилась в сон.

Поляна была залита ярким, ослепительным солнцем. Я собирала цветы, сплетая их в венок, который держала в руке. Напевала знакомую песню про Ивана-молодца. Слова лились легко и беззаботно. Но движения с каждой минутой становились все более поспешными, словно я куда-то сильно торопилась, гонимая неведомой силой.

Опустив взгляд на руку, я увидела, что в ней не один венок … а целых два.

Они были настолько различны, словно сотканы из дня и ночи, из света и тьмы. Я никогда прежде не видела таких цветков. Даже названий их не знала. Неожиданно страх скользнул по спине ледяной змеей.

Воздух вокруг словно сгустился, став ледяным. Пронизывающим до костей. Внезапно из лепестков одного из венков проступили капли крови. Густые, тёмные, они походили на слезы отчаяния. Затем я заметила кровь и на своих руках. Она была везде. И на пальцах, и на ладонях.

Но я не могла понять: порезалась ли я? Была ли это моя кровь? Или она взялась совершенно ниоткуда? Материализовалась из самого страха, внезапно окутавшего меня?

Я начала лихорадочно вытирать руки. Мои пальцы метались, пытаясь смыть эту зловещую краску. Но кровь не оттиралась. Она мгновенно въедалась в ткань юбки, словно цепкое проклятие. Оставляя багровые разводы, которые невозможно было смыть. Это была кровь, которая не принадлежала мне, но которая, по странности, все же была частью меня.

Второй венок, в свою очередь, был окутан тонкой, зловещей паутиной. Будто создание, попавшее в ловушку. Я попыталась стряхнуть ее, но лишь ощутила пальцами пронизывающий холод, который, казалось, проникал в самую душу. И сама же запачкала хрупкий венец кровью. Словно нанесла ему новую рану.

Паника охватила разум. Мне отчаянно хотелось плакать. Один венок истекал кровью, а второй еще сильнее обрастал ледяной паутиной.

Вдруг в спину ударил холодный ветер и провыл, искажая слова: «Просыпайся, маленькая птичка!»

Я резко распахнула глаза, жадно хватая ртом воздух. И заметила, что в карете стало ощутимо темнее, словно день уступил место глубоким сумеркам.

Неужели я так долго проспала? Попыталась выглянуть в окно, но видневшийся там пейзаж был размыт и неясен.

Я перевела взгляд на Гвен, желая проверить, спит ли она и как себя чувствует. Но тут же замерла, почувствовав, как кровь застыла в жилах.

Моя служанка вжалась в противоположный угол кареты. Ее била мелкая дрожь. А пальцы отчаянно впились в ткань пледа, которым я ее ранее накрыла.

Она была бледна, как полотно. Но что поразило больше всего – на ее висках едва проступали тонкие, чернеющие веночки, пульсирующие под бледной кожей.

И цвет глаз… Обычно спокойные, серые, сейчас они отдавали странным красным оттенком и смотрели на меня с абсолютным, неподдельным отчаянием.

— Гвен… — мой голос сорвался на сиплый шепот. Я пыталась унять собственную дрожь и осмыслить увиденное.

Может, она съела что-то не то? Отравилась? Или просто плохо себя чувствует, и это временное недомогание? Если так, нужно немедленно сообщить Темному Рыцарю, чтобы мы вернулись в город. Лекарь должен ее осмотреть, пока ее состояние не ухудшилось.

— Гвен, милая, тебе… не по себе? — спросила я, протягивая руку.

— Не приближайтесь, госпожа! — вскрикнула она с истерикой, словно дикое животное, загнанное в угол, и вжалась в стену кареты. — Не трогайте меня!

— Но… — я осеклась, отдергивая руку. — Я хочу помочь.

Она отчаянно замотала головой. В уголках ее глаз задребезжали слезы. Цвет глаз стал неестественно красным. Судорожно вздохнув, Гвен глухо проговорила:

— Лучше бегите, госпожа…

*

Дорогие читатели!

С радостью приветствую вас во второй части истории о принцессе Эттнель!

Нас ждут новые испытания, неожиданные повороты и еще более яркие эмоции.

Буду безмерно благодарна за вашу поддержку!)))

Пожалуйста, поставьте «мне нравится», напишите комментарий и добавьте книгу в библиотеку. Это очень поможет в продвижении!

https://litgorod.ru/books/view/54485

Вот ссылка на первую БЕСПЛАТНУЮ часть:

— Гвен, — прошептала я одними губами, не веря своим глазам.

Пугающие, непонятные изменения происходили с моей служанкой. Той, которую я знала всю жизнь. Ее приставили ко мне вскоре после того, как я оказалась в этом мире. Мы росли, можно сказать, вместе. Прошли через многое. Но за все прошедшие годы с ней никогда не случалось ничего подобного.

Ее светлая кожа, всегда такая здоровая, никогда прежде не бледнела до цвета старого пергамента, будто из нее вытягивали жизненную силу. А глаза не горели кровавым огнем, словно в них поселилось нечто чужое.

И страх, липкий и холодный, не сковывал мое сердце при ее виде, как это происходило сейчас. Передо мной была уже не та Гвен, которую я знала.

Одна часть меня хотела помочь ей, видя, что с девушкой происходит явно что-то неладное. Но другая твердила, что следует слушаться совета самой Гвен, которая с видимым усилием, словно вырывая слова из горла, повторила:

— Бегите…госпожа…бегите…

— Помогите! Гвен плохо! Помогите! — вырвалось у меня, когда я рванулась к двери кареты.

В тот же миг кулон на моей шее словно загорелся, излучая тепло. А на запястье, к которому плотно прилегал браслет, возник небольшой зуд.

Моя рука уже усиленно дергала дверцу кареты, но та оставалась неподвижна, словно приклеенная. Она никак не желала поддаваться.

Тогда я начала бить кулаками по окну. Рядом как раз ехал один из рыцарей Сиана. Его темные доспехи блестели на солнце. Он обязан был заметить меня. Обязан! Я кричала, изо всех сил, но звук, казалось, не вылетал за пределы кареты. Он просто исчезал.

Последний луч надежды вспыхнул, когда рыцарь неторопливо повернул голову в мою сторону. Он смотрел прямо на меня, но будто сквозь меня, в пустоту. Не видел и не слышал. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Зевнув, он снова вернулся глазами к дороге.

Что же это?

Нас поглотила магия искажения?

Мы в ловушке, как мухи в янтаре?

За спиной раздался шорох. Тихий, но от этого еще более зловещий. И нечленораздельное мычание. Низкое и тягучее, словно предсмертный хрип.

Я резко обернулась, и на меня тут же накатила новая волна ужаса, смешанного с полным непониманием. В руках Гвен, моей преданной спутницы, появился небольшой кинжал. Лезвие сверкнуло в поглотившем нас полумраке. Короткая вспышка стали, предвещающая кровавую развязку.

Ее намерения вдруг стали ясны, как летнее небо в безоблачный день. Но мотивы оставались за гранью моего понимания, как темные глубины океана. Гвен занесла руку, целясь в меня.  Её лицо исказилось гримасой боли и какого-то чудовищного усилия.  Губы были стиснуты в тонкую, напряженную линию. А пот стекал с лица, словно с нее сходила старая кожа.  

— Гвен…что…с тобой…— мой голос сорвался, полный недоумения и страха.

— Ухо…дииии…те, — прохрипела она сквозь рыдания. Каждое слово вырывалось с усилием. — Умоля…ю…

Внезапно, словно обретя новую силу, я метнулась ко второй двери. Но она, как я уже догадывалась, тоже оказалась наглухо заперта.

— Помогите! Кто-нибудь! Откройте дверь! Выпустите нас! Помогите же нам! Эй! Помогите нам!

Но ничего не происходило.

Я будто кричала в бездонную пустоту. Карета беззвучно несла нас вперед. Меня никто не слышал. Мы оказались запечатаны в этом темном, движущемся ящике.

— Мы не сможем от них уйти, — внезапно произнесла Гвен уже вполне внятным, но пугающим шепотом, отчаянно мотая головой. — Нельзя было уезжать…

— Почему? От кого уйти? — спросила я, с трудом облизав пересохшие губы. Но она не ответила, только затряслась так сильно, будто ее пытались вытряхнуть из собственного тела. А в следующий миг Гвен резко подалась в мою сторону. Медальон на моей шее снова вспыхнул и тихо загудел, предупреждая об опасности.

Мне удалось в последний момент увернуться от лезвия. Оно мелькнуло перед глазами, как пугающая молния, и вонзилось в мягкую обивку, дав мне драгоценные секунды, пока Гвен с шипением, словно раненный зверь, пыталась его извлечь.

Выходы были запечатаны. И я в панике начала лихорадочно шарить по корзинам, ища хоть что-то для защиты. Но ничего не было. Что я могла использовать? Защищаться сладкой выпечкой и орешками, которыми нас снабдили, вряд ли имело смысл.

Мысленно я отчаянно кричала ему: «Помоги! Помоги! Помоги!»

Гвен тем временем вытащила кинжал и снова повернулась ко мне. Моя короткая передышка закончилась.

В ее глазах читалось отчаяние. Медальон на шее неистово замерцал. Его свет стал почти болезненным. Но внезапно карета резко остановилась.

Моя служанка взвыла. Звук был полон боли и безумия. Слезы текли по ее лицу, когда она снова занесла клинок. Но прежде, чем она успела нанести удар, последовал внешний удар, и карету сильно качнуло.

Гвен потеряла равновесие. Ее отбросила в сторону.

Кто-то яростно выбивал дверь. Каждый удар отзывался грохотом в голове. А дальше всё произошло одновременно. Одномоментно. Всё словно смешалось. Слилось в один хаотичный, раздирающий момент. Но для меня он растянулся в вечность, словно само время застыло.

Я словно наблюдала за происходящим в замедленном режиме, слыша лишь гулкое биение собственного сердца.

Дверь слетела с петель. И в этот самый момент Гвен, собрав последние силы, все же вонзила свой клинок. Я почувствовала, как в то же мгновение кулон на шее треснул, и тепло сменилось ледяным, пронизывающим холодом.

Всё произошло так стремительно, что я не успела осознать, как оказалась в руках дэра Гораэля, чья хватка напоминала стальные тиски.

Мой отчаянный крик: «Нет!» утонул в сгустившемся воздухе, словно в вязкой трясине, когда Сиан направил темный силовой вихрь прямо на Гвен.

Её тело теперь лежало на земле в жуткой, неестественной позе. Она походила на куклу, брошенную с высоты.

Моя служанка воткнула кинжал в собственную грудь и в ту же секунду, словно игрушечная фигурка, была вышвырнута из кареты силой Сиана.

Я смотрела, как она падает, с гулким шумом в голове, заглушающим все остальные звуки. Я смотрела в глаза той, кого считала не просто служанкой, а одной из своих ближайших подруг. Её глаза застыли и теперь напоминали глухое, не отражающее свет стекло. А в уголках губ пряталась слабая, жуткая улыбка.

Мое тело била крупная дрожь. Каждый нерв пульсировал от пережитого шока. Разум отказывался регистрировать увиденное. Он словно блокировал реальность, не в силах её принять.

Сознание не желало верить в случившееся. В душе царил хаос. Буря невыносимой боли и смятения.

Я хотела зажмуриться, а потом, открыв глаза, узнать, что это всего лишь дурной сон. Нелепый кошмар, сотканный из страхов. Ведь Гвен не могла. Она не могла хотеть меня убить. Что-то здесь было неправильно.

Я не сразу начала различать внешние звуки. Мир вокруг казался приглушенным, будто погруженным в густой туман. Осознала лишь, что чьи-то крепкие руки прижимают мое тело к стальной груди, которая казалась единственной неподвижной точкой в окружающем хаосе.

А низкий голос, стараясь успокоить, повторял:

— Все хорошо. Ты в безопасности. Вот, выпей немного.

Мои пальцы с силой вцепились в его камзол. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы разжать их, ощущая, как они дрожат, и принять из его рук флягу.

Я была уверена, что внутри окажется вода. Но терпкая горечь обожгла горло. Поморщившись, я попыталась оттолкнуть флягу. Но строгий и властный голос не терпел возражений:

— Еще пару глотков.

Сиан буквально влил в меня эту гадость. Его руки были настойчивы, но не грубы. Потом он убрал флягу и снова обнял меня, словно ребенка, напуганного кошмаром.

Почему? – гулко билось в голове. Но вопрос оставался без ответа.

Что это было?

Покушение?

Гвен правда хотела меня убить?

Моя Гвен… меня…

Мысли метались, как птицы в клетке, одна за другой разбиваясь о стену неверия.

Нет. Не может быть. Этого не может быть. Я не верю.

Зачем… зачем… зачем…

Двое людей Темного рыцаря подошли к нам. Их лица были серьезны и сосредоточены.

Внезапно я почувствовала, как мне стало лучше. Будто часть напряжения покинула тело. Дрожь ушла, а на сознание легла мягкая успокаивающая пелена.

Я тихо, с тенью надежды, которая упорно пробивалась сквозь мрак, спросила:

— Что с Гвен? Ей можно как-то помочь… Может, лекарь смог бы что-то сделать?

Но тот, кого, как я помнила, звали Лиень, лишь мрачно качнул головой. Его взгляд был тяжелее слов, и не разгадать его смысл не представлялось возможным.

Соленая влага выступила у моих глаз.

Почему? Почему Гвен….

— Если ты готова, — произнес Сиан ровным голосом, — Расскажи, пожалуйста, подробно, что случилось в карете. — я кивнула, — Постарайся не упустить ни одной детали.

Несмотря на легкий туман, царящий в голове, и ставшее ватным тело, которое отказывалось подчиняться, я собралась. Словно соединяя непослушные куски воедино, начала описывать, что случилось со мной и Гвен.

Дэр Гораэль и его люди слушали молча и внимательно. Их лица были непроницаемы, как каменные изваяния. Они не перебивали. Но с каждым моим словом аура тьмы вокруг темного рыцаря, казалось, сгущалась, обретая вес и объем.

Он переглянулся с двумя дэрами – теми самыми, что слаженно организовали сон Артена.

— Похоже на темную магию, — медленно произнес один из них.

Сиан смотрел на меня. Его взгляд был непроницаем.

Вдруг кто-то из его людей вскрикнул, указывая в небо:

— Смотрите! Там! Они летят сюда!

Со стороны столицы, рассекая белоснежную глазурь неба, летел золотой дракон. А вслед за ним стремительно неслись еще несколько крылатых дэров, чьи тени скользили по земле.

Сердце в груди заколотилось, будто сотня молотков.

Сиан перевел тяжелый, нечитаемый взгляд с Риана на меня. Он будто пытался отыскать что-то в моих глазах. Найти известный только ему одному ответ. Убедиться… но в чем именно?

— Он летит за тобой, — не разрывая зрительного контакта, прожигая меня насквозь, мрачно произнес темный рыцарь.

В тот же миг он отпустил меня, позволив встать на ноги, словно я резко стала неодушевленным предметом, который больше не представлял интереса.

Его слова, произнесенные таким тоном, рассыпали передо мной переливающиеся камушки догадок, каждый из которых был щедро окрашен его подозрениями.

Сиан, видимо, полагал, что я этого упорно ждала… Или же… что я знала о намерении Риана полететь за нами и собиралась предать свое слово, отказавшись от помолвки.

Возможно, он решил, будто у нас с наследным принцем был какой-то тайный и явно изощренный план.

Что за вздор?

— Надеюсь, что нет. — искренне ответила я, без страха глядя ему прямо в глаза. Мне нечего было скрывать. — Ведь я твоя невеста.

Дэр Гораэль более не стал ничего спрашивать или уточнять. Перестал сверлить меня взглядом. Он отвернул голову, прежде чем я успела разглядеть хоть тень эмоции на его лице.

Сиан поднял руку, и перед нами воздвиглась полупрозрачная стена, пульсирующая силой. Огромный щит. Магическая преграда, отрезающая путь.

Золотой дракон меж тем уже сменил обличье. Теперь это был человек в золотых доспехах, с величественными крыльями за спиной.

Риан вытянул руку вперед. Из его ладони вырвался широкий золотистый луч силы, ударивший по щиту с такой мощью, что от него пошли круги.

— Добирайтесь до Эльзарема, как мы и планировали. — строго приказал своим людям Сиан. — Мы с моей невестой немного изменим маршрут.

Меня тут же кольнула неясная тревога. Я не понимала, что имел в виду дэр Гораэль.

Почему «немного изменим маршрут»?

Куда он собирался меня вести?

Мы поедем отдельно от остальных?

Но времени на вопросы мне никто не выделил. Рыцарь приблизился, стирая границу между нами. И властным тоном скомандовал:

— Обхвати меня за шею.

Я на миг замешкалась. Но он не стал ждать. Одним мощным движением, без малейших колебаний, он снова поднял меня, прижимая к себе к себе так тесно, что я вновь почувствовала тепло его тела сквозь одежду.

Темные крылья бесшумно развернулись за его спиной, и мы резко взмыли вверх

Руки инстинктивно легли ему на шею, цепляясь за единственную опору в стремительно удаляющемся мире. На губах Сиана затаилась тень усмешки. Но она мгновенно сменилась безжалостной строгостью, когда он заговорил.

— Хочешь проститься с ним? Со своим любимым принцем, ваше высочество? Признайтесь мне без утайки. Моему достоинству это не нанесет урона.

— Нет. — неожиданно твердо ответила я.

И тогда его усмешка расцвела. Перестала скрываться, словно вор, сорвавший маску невидимости и решивший надеть на себя колпак придворного шута. Вот только форма ему была явно мала.

— Твоя ложь пахнет пожухлыми ланистриями, Этт.

Ланистрии были редкими цветами, произрастающими лишь на самых высоких горных склонах. Их нежный аромат был незабываем. Напоминал само дыхание ранней весны. Но стоило цветам увянуть, запах превращался в столь приторное и удушающее зловоние, что мог вызвать нестерпимую головную боль.

— Осмелюсь предположить, что вам следует проверить свое обоняние, дэр Гораэль. — парировала я, странным образом не ощущая ни малейшего трепета в его крепких руках. Мой голос звучал почти дерзко.

— Я слишком занят, чтобы подыскать достойного лекаря.

— Поручите это своим людям.

— У них есть дела куда более насущные.

— Что ж, я займусь этим вопросом сама, как ваша будущая супруга, дэр. — произнесла я.

В тот же миг мне почудилось, что горячая рука Сиана крепче обхватила меня.

И тут раздался громкий, пронзительный крик Риана:

— Бель! Милая моя!

Я бы солгала, сказав, что его крик не коснулся меня. Он прошелся по выброшенным надеждам, будто отравленный кинжал. Зацепил трепыхающееся сердце, что все еще бессознательно отзывалось на его зов. Как глупая птица, что слишком долго пробыла взаперти, чтобы не реагировать на того, кто бросал ей зернышки.

— Убери щит, Сиан! — гневно потребовал Риан, обращаясь к темному рыцарю. — Немедленно! И дай мне убедиться, что с Бель все в порядке!

Последние слова, произнесенные с такой искренней тревогой, заставили меня дрогнуть. Они отозвались болезненным эхом внутри. Словно задев обнаженную рану.

Сиан, всё ещё держа меня на руках, завис в воздухе в нескольких метрах от наследного принца. Оба дракона застыли друг напротив друга, разделенные лишь дрожащей, полупрозрачной преградой. Напряжение между ними сгустилось, ощущаясь, словно жар раскалённого металла.

— Хочешь сказать, это ты организовал покушение на мою невесту? — в голосе темного рыцаря звенела стальная угроза, готовая сорваться в любой момент.

— Покушение? — лицо наследного принца исказилось гримасой неподдельного изумления, — Что произошло? Как она? Бель? Отдай её мне! Мне необходимо убедиться, что с Бель всё в порядке!

Риан снова вытянул руку и направил луч силы на щит. Золотые искры, словно рой обезумевших мотыльков, вспыхнули и тут же рассеялись, не причинив преграде никакого вреда.

Равенство сил Ри и Сиана было аксиомой, выгравированной в сознании каждого жителя королевства.

— Вы всегда так искусно примеряли на себя маски, ваше высочество. — слова темного рыцаря, словно свинец, оседали в воздухе, оставляя после себя терпкий привкус горечи. — В Эльзарем как-то заезжал бродячий цирк. Могу оказать вам услугу – замолвить за вас словечко в их труппу.

— Заткнись. — голос Риана был подобен морозу, способному высекать статуи изо льда, что пережили бы любое пламя. — Я прилетел, потому что ощутил её страх и ту опасность, что грозила ей. Она сама позвала меня. У нас с Бель совершенно особая связь. Единственная в своем роде. — его губы тронула леденящая душу улыбка. — Тебе ли, братец, не знать.

Все это время взгляд кронпринца был прикован ко мне. Он смотрел, не отрываясь. Тем взглядом, которым неприлично разглядывать чужих невест. Взглядом, который будто раздевал догола и касался кожи. Но когда Ри вообще волновали нормы приличий?

— Как ты, моя птичка? — спросил принц, подлетая ближе. Его медово-ласковый голос  был лишен всякого приличия. — Этот чурбан не обижал тебя? Если обижал, ему несдобровать.

— Впредь не смей говорить в таком тоне с моей невестой. — холодно пресек Сиан. — Убирайся обратно к своей жене.

— Иди ко мне. — не обращая внимания на предупреждение рыцаря, продолжил Ри. Его глаза сверкнули вызовом. Он распростер руки, словно маня меня к себе. — Я позабочусь о тебе, Бель. Никто не посмеет тебя обидеть, иначе они просто не доживут до утра. Хватит показывать мне коготки, моя маленькая птичка. Вернёмся вместе во дворец.

Я почувствовала, как тело моего жениха завибрировало от сдерживаемого гнева, совсем как натянутая до предела струна. Его глаза быть опущены, но я видела, как в них полыхала ярость. Тлея под пеплом самообладания.

Я не ожидала, что его губы вдруг коснуться моего уха. Почти нежным жестом, от которого по спине пробежала легкая дрожь.

Темный рыцарь прошептал:

— Не бойся.

— Не смей прикасаться к ней! — яростно взревел Риан. — Заканчивай этот фарс! Ты просто пытаешься мне отомстить, Сиан! Верни мне мою женщину! И смирись уже!

Сиан сильнее прижал меня к себе. Его вторая рука вытянулась вперед. Из неё стремительно вырвалось темно-серое пламя. Клубящееся и свирепое. Подобное вихрю, несущему гибель. Оно полыхнуло по щиту. Но, в отличие от силы Риана, с лёгкостью прошло насквозь. Пламя ударило бы в самого наследного принца, если бы тот в последнюю секунду не активировал собственный защитный барьер.

— Держись подальше от моей невесты и будущей жены. — прогрохотал темный рыцарь. — Я тебя предупредил, ваше высочество. Более я не стану сдерживаться. И если ты осмелишься повторить эту дерзость, помни: ни один суд не осудит меня, если я случайно лишу тебя головы.

После он достал артефакт в виде полумесяца с портальным камнем. И в следующую секунду прямо напротив нас открылся сияющий портал.

— Нет! — раздался сквозь шипение портала голос Риана, полный гнева. — Не смей! Я приказываю тебе остановиться, ублюдок!

Но темный рыцарь игнорировал команды кронпринца. Будто тот был не более чем назойливой мухой. Его внимание было целиком приковано ко мне.

— Держись крепче, Этт. — произнёс он, прежде чем вместе со мной резко влетел в мерцающий портал, оставляя позади разъяренные крики наследного принца.

Он сказал держаться крепче, и я послушалась, инстинктивно вцепившись в его камзол. Это был мой первый опыт использования порталов. В столице существовало две портальных станции, и хоть любопытство порой одолевало меня, но я не осмеливалась расспросить о них Ри.

Наследный принц смотрел на порталы с едким пренебрежением. Он считал, что они не нужны тем, кто может разрезать гладь неба собственными крыльями.

К тому же, зачем порталы той, кто всю жизнь провела во дворце?

— Можешь открыть глаза, — раздался тихий шепот над самым ухом. Такой близкий, что я почувствовала горячее дыхание рыцаря.

Стыд снова захлестнул меня. Во время перемещения я не только непроизвольно вцепилась в его камзол, но и уткнулась в широкое плечо, словно испуганный птенец, боящийся выпасть из гнезда.

Медленно выпрямившись, я попыталась аккуратно пригладить ткань. Ощущая на своем лице его пристальный взгляд.

Мы очутились в незнакомом лесу. Густая чаща была пронизана рассеянным светом. Воздух наполнен ароматом влажной земли и неизвестных мне цветов.

Рядом с нами возвышался высокий серый камень, похожий на массивную дверь. Его поверхность была гладкой, испещренной древними символами. А по периметру, словно стражи, были воткнуты кристаллы. Они мерцали слабым, белоснежным светом, отбрасывая на землю призрачные тени.

— Тошнит? — поинтересовался Сиан. Его голос звучал ровно, но мне в нем почудилась едва уловимая забота. — Голова кружится?

Я отрицательно покачала головой.

Тогда он медленно опустил меня на землю. Достал из дорожной сумки, перекинутой через плечо, темный плащ. Отряхнул его и накинул на меня. Следом дэр извлек еще один для себя, облачился в него и протянул мне руку:

— Пойдём.

Для той, кто не раз вцеплялась в его камзол мертвой хваткой, я протянула руку в ответ с некоторой нерешительностью. Сиан лишь ухмыльнулся. Он крепко сжал мою ладонь, и не говоря более ни слова, устремился вперед.

Его шаги были настолько стремительны, что мне приходилось прилагать все силы, чтобы не отстать. Перед глазами то и дело маячила картина с безжизненно лежащим на земле телом Гвен. Ее глаза, как глухое стекло, смотрели, словно в никуда и в то же время…будто прямо на меня.

Сердце сжималось от боли. И рой новых вопросов, острых, как шипы, крутился в голове. Почему? О ком она говорила? Что имела в виду?

Внезапно над нами раздался птичий гомон, похожий на перекличку. Словно лес встрепенулся и ожил. Сиан резко остановился. Подняв голову, он издал звук, поразительно схожий с трелью птиц. Заставив меня с недоумением взглянуть на него.

Затем, словно решив, что слова излишни, дэр без всяких предисловий подхватил меня на руки.

— Ускоримся немного, принцесса.

— Но я могу идти сама, — прошептала я, тщетно пытаясь убедить себя, что мой возглас звучал не как жалкий писк, а как вполне уверенное заявление.

— В этом я не сомневаюсь, — произнес рыцарь с легкой, едва заметной усмешкой. В его глазах промелькнуло что-то вроде снисхождения. И мои щеки вспыхнули.

Он шел быстро и уверенно, как человек, безошибочно знающий дорогу. Ловко обходя каждую ветку, норовящую ударить в лицо. Сиан стремительно нес меня сквозь чащу, где солнечный свет едва пробивался сквозь густую листву.

Вскоре мы вышли на опушку, где меня, наконец, поставили на землю и оттряхнули от нескольких листьев. Не успела я опомниться, как он накинул мне на голову темный капюшон, в котором я с легкостью могла потеряться.

Мы оба, на мой взгляд, выглядели крайне подозрительно. Парочка в темных плащах, с капюшонами, скрывающими лица.

Спустя каких-то пару миль впереди показались городские ворота, встречающие нас стеной из грубого серого камня.

— Где мы? — наконец спросила я, с тревогой оглядываясь на суровые очертания города.

— В Гашнере, — спокойно ответил темный рыцарь.

— В городе воров? — мое сердце сжалось.

— Здесь это название не приветствуют, — предупредил он, когда мы ступили внутрь.

Я прикусила язык, сдерживая новый вопрос.

Тут же, словно по сигналу, прямо навстречу нам вышел рослый бугай. На его лице был глубокий шрам, рассекающий кожу от виска до подбородка, отчего его взгляд казался еще более свирепым.

Сиан молча достал из кармана темный жетон и показал его мужчине. Тот кивнул. Его взгляд оценивающе скользнул по мне и заинтересованно остановился.

— Она со мной. — жестко озвучил Сиан.

— Куда путь держите?

— Мы направляемся в Дом Валийских Цветов.

На лице проверяющего появилась сальная ухмылка, когда он бросил очередной взгляд в мою сторону.

— Привел Залишуе новую девочку? Надо будет зайти.

Но дэр не был настроен продолжать разговор, чья двусмысленность висела в воздухе, словно ядовитый туман. Он молча потащил меня дальше, оставляя за спиной полный пугающих намеков взгляд.

Мое сердце загрохотало. Разум настоятельно велел испугаться. Но страха отчего-то не было. Тревога хоть и барабанила в висках, но звук будто играл где-то фоном. Вдали от меня.

Я крутила головой, пытаясь осмыслить окружающее пространство. Почти все вокруг были одеты так же, как и мы: в длинные плащи с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Люди были подобны причудливым теням, скользящим по улицам

Только здания, в отличие от молчаливой толпы, кричали о себе яркими красками, пестрыми тканями, колышущимися на ветру, и даже развевающимися перьями, украшающими их фасады.

Мы остановились напротив одного такого – его балконы были украшены перьями, будто пышными цветами, а по ним расхаживали полуобнаженные девушки и эффектно улыбались, посылая прохожим воздушные поцелуи.

Тут меня пронзила догадка. Дома утех, как я вспомнила, часто называли именами цветов. А тот бугай… Он ведь сказал, что Сиан привел новую «девочку».

Осознание захлестнуло ледяной волной, заставив сердце замереть от ужаса. Мысль была настолько пугающей, что я не могла ее полностью принять. Неужели дэр Гораэль таким образом решил отомстить Риану. И привел меня сюда, чтобы…

— Ты хочешь отдать меня в бордель? — с ужасом вырвалось у меня, когда Сиан уверенно направился ко входу в столь злачное место.

Темный рыцарь резко остановился, словно наткнулся на невидимую стену. Его взгляд, даже сквозь ткань капюшона, казалось, впился в меня, прожигая насквозь.

— Какие бы скорбные мысли ни закрались вам в вашу миленькую голову, — произнес он ледяным тоном, — Знайте, что я не из тех, кто продает свою невесту в дом терпимости. — ядовитая усмешка коснулась его губ. — Или же вы озвучиваете свои тайные желания?

— Как вы смеете?! — мой голос сорвался, дрожа от возмущения.

— В таком случае, лучше молчите.

Едва мы вошли внутрь, я замерла от изумления. Меня окутал густой волной, обволакивающий аромат. Сложная симфония, в которой смешивались тяжелые специи, экзотические цветы и что-то терпкое, неуловимо сладкое, вызывающее легкое головокружение.

В мягком, приглушенном свете, повсюду мелькали перья. Они украшали абажуры ламп, создавая причудливые тени, были вплетены в замысловатые прически девушек, словно диковинные короны, обрамляли вырезы их одежд, подчеркивая изгибы тел, и служили шлейфами полупрозрачных нарядов, развевающихся при каждом движении дев.

Сами девушки, словно экзотические птицы, выпорхнувшие из сказочного леса, двигались плавно и грациозно. Их откровенные взгляды манили обещанием запретного наслаждения.

Я озиралась, пораженная буйством красок и чувственности, которое, казалось, пропитывало каждый сантиметр этого пугающего места, словно густой, ароматный сироп.

Смущение сдавило грудь. И я сама не заметила, как инстинктивно прижалась к Сиану, ища в нем убежища. Совсем как маленькая птица, прижимающаяся к огромному стволу дерева в грозу.

К нам подошла одна из девушек, чья одежда была несколько скромнее, чем у остальных, а голову украшал венок из темно-синих и желтых перьев. Она обратилась к Сиану с вежливым вопросом:

— Чего желают странники?

Ее взгляд был прямым и уважительным, без той вульгарности, что я наблюдала у других.

Дэр лишь молча предъявил ей тот же темный жетон, что и бугаю со шрамом. Девушка быстро кивнула. Ее взгляд на мгновение задержался на мне, а затем она тихо произнесла:

— Прошу следовать за мной.

Нас провели по длинным, залитым мягким, приглушенным светом коридорам. Казалось, само пространство было пропитано некой волшебной пылью. И повсюду, словно живые существа, порхали перья. Они переливались в отделке мебели, добавляя роскоши, и служили экзотическими украшениями, сплетенными в сложные узоры.

Наконец, девушка остановилась перед тяжелой дверью. Открыв ее, она провела нас внутрь, в просторную комнату, где воздух был тяжелым от ароматов.

— Она скоро подойдет. — сообщила работница Дома.

Затем спешно удалилась, оставив нас в тишине роскошно обставленной комнаты. Огромная кровать, покрытая шелками и мехами, возвышалась посреди комнаты. Я смотрела на нее с ужасом, чувствуя, как холодок пробегает по спине.

Внутри клубились все новые вопросы, но только я хотела их задать, как дверь открылась и в комнату впорхнула новая девушка, чью грудь никак не скрывала прозрачная ткань совершенно бесстыдного платья. Ее прелестное лицо, напоминающее сердечко, засияло от радости, когда она взглянула на Сиана, успевшего отбросить с лица капюшон.

И звонко вскрикнув:

— Рэн, ну наконец-то! — она с нескрываемой страстью бросилась ему на шею.

Что-то внутри непроизвольно сжалось, словно пружина, готовая взорваться. Кровь хлынула к щекам. И я резко отвернулась, дабы не видеть их бурное, страстное воссоединение.

Мы сюда пришли ради этого? Ради его личной драмы?

Ему не терпелось увидеться со своей любовницей, несмотря на случившееся?

Все королевство шепталось о каменном сердце Темного Рыцаря. О его невозмутимости и холодности. А оказалось – они все ошибались. Вполне обычное, мужское сердце, бьется ниже пояса.

Я тряхнула головой, пытаясь отогнать столь нелепые и унизительные мысли. И эту необъяснимую злость, что зудом коснулась кожи.

Или… он решил, что я должна познакомиться с его дамой для плотских утех?

Признаться, я бы предпочла воздержаться от столь странного знакомства. Ведь я сама собиралась предложить лишь фиктивный брак... Без консумации. А он привел меня сюда, в этот дом, чтобы показать свою фаворитку?

Необъяснимая ярость вскипала внутри. Хотя, пожалуй, вполне объяснимая. Даже если я – не настоящая невеста, сейчас я все же в статусе невесты. Было бы странно, если бы я никак не отреагировала на подобное унижение.

Я уже намеревалась обернуться и предложить выйти, чтобы дать им возможность насладиться воссоединением в уединении, с достоинством, которое я еще пыталась сохранить.

Но тут я заметила, что Сиан с мрачным недовольством на лице, буквально отцепляет от себя наглую девицу. Его хмурое выражение не говорило о радости встречи. А руки держали девушку не как возлюбленную. Скорее, как назойливую кошку, чьи когти застряли в его одежде, и она отказывалась отступать, упорно цепляясь за ткань.

К моему удивлению, зуд на моей коже начал стихать.

— Эльза, прекрати. — строго произнес дэр.

— Почему ты всегда такой холодный? — понуро вздохнула скудно-одетая-лэри, надувая свои пухлые розовые губы и отступая.

Затем, бесстыдно усевшись на ближайший столик, она изящно взмахнула светлыми волосами и соблазнительно легла, выставляя напоказ свои прелести, словно это было самым естественным делом на свете.

Мой рот приоткрылся от изумления. Какое откровенное бесстыдство! К счастью, гигантский капюшон скрывал мои эмоции.

— У меня сейчас как раз есть свободное время, — промурлыкала Эльза. Ее голос звучал как ласковый шелк, обещающий блаженство и негу. — Ты и представить себе не можешь, как я скучала. Думала о тебе дни и ночи. А ты такой бессердечный. Ну же, Рэн… Ведь я могу стать любой, какую только захочешь, ты же…

— Прекрати. — сухо прервал ее рыцарь.

Он перевел взгляд на дверь, словно искал пути к отступлению или же…чего-то ждал?

Эльза тем временем метнула глаза в мою сторону и хищно прищурилась. Ее взгляд откровенно говорил: «Кто эта незнакомка, смеющая мешать нашим отношениям?».

— А это кто? — недовольно спросила она.

— Моя попутчица. — коротко ответил он.

Попутчица. Вот как. И ничего более.

Вероятно, он не хотел вызывать раздражение у своей эмоционально нестабильной, и, очевидно, вечно недовольной любовницы. Но мне было совершенно безразлично. Это ее проблемы, не мои.

Все, чего я хотела, — поскорее покинуть это место, не понимая, зачем мы вообще сюда заявились.

— Попутчица, — медленно проговорила Эльза, чьи слова прозвучали как ядовитая стрела, которая впивалась в меня вместе с острым взглядом. Она напряженно старалась разглядеть, кто скрывается под капюшоном.

Девушка перевернулась на бок, и я словно увидела в ней хищную птицу. Перья по бокам от платья подрагивали, словно она готовилась к атаке.

Мое сравнение оказалось пугающе точным.

В ее глазах вдруг заблестел вызов. И в следующее мгновение она спрыгнула на пол и молниеносно приблизилась ко мне.

Перья по бокам ее одежды грациозно колыхались. Но в ее движениях было что-то угрожающее. Мои инстинкты затрубили об опасности. И едва она подняла руку, намереваясь стянуть мой капюшон, как голос Сиана прозвучал как ледяное предупреждение:

— Не трогай ее.

Эльза на миг вздрогнула. Она явно не ожидала такого резкого ответа. Но в ее прищуренных глазах читался не столько испуг, сколько раздражение и новая волна агрессии.

Однако на ее лице вновь заиграла беззаботная улыбка.

Повернувшись к Сиану, она заговорила, словно избалованный ребенок, привыкший получать все, что пожелает:

— Я и не трогаю ее. Просто хочу помочь снять капюшон. Бедняжке, наверное, жарко. Верно, милая?

Ее рука метнулась к капюшону, намереваясь грубо стащить его.

Несмотря на то, что лекари считали меня слабой, Риан повторял, что я должна уметь хоть немного защитить себя, если его вдруг не окажется по какой-то причине рядом. Потому он, втайне ото всех, иногда забирал меня на свои тренировки. Он, смеясь, говорил, что дракона я вряд ли одолею, но с вредной фрейлиной, пока он сам не открутил ей голову, справлюсь.

Он был бы разочарован, узнав, как я растерялась при виде меняющейся Гвен. И как тряслась от страха, не зная, что делать.

Но сейчас я не могла проявить слабость. Не перед этой наглой, полураздетой лэри. Иначе я бы разочаровала саму себя.

— Благодарю, но мне не душно. — спокойно ответила я.

Ее губы скривились в гневной улыбке, похожей на трещину на замерзшем стекле. Она буквально испепеляла меня полным злобы взглядом. А затем нарочито весело рассмеялась:

— Милый, какая у тебя нелюдимая попутчица. — последнее слово она буквально выплюнула из себя.

«Милый» ничего не ответил. Лишь бросил на меня быстрый, почти незаметный взгляд, словно спрашивая, в порядке ли я.

Открылась дверь, и строгий женский голос произнес:

— Эльза! Что ты здесь делаешь? Немедленно прекрати!

В комнату вошла девушка в длинном, абсолютно непрозрачном сером одеянии, богато расшитом жемчужинами и перьями. Ее длинные, словно выбеленные январским снегом, волосы были заплетены в несколько изящных кос, ниспадающих на плечи.

Кожа отливала нежным молочным оттенком. Брови были темны, как сама ночь, контрастируя с ее светлыми волосами. А губы алые, словно кровь, манили и предостерегали одновременно. Но завораживающее впечатление производили ее глаза – два сияющих полумесяца. От ее взгляда, казалось, замирало само время.

Она была не просто красива, а поразительна, словно ожившая, совершенная статуэтка из какого-то забытого, древнего мифа.

Пайне-жрица? – с удивлением пронеслось в моей голове.

Жрицы проходили сложный Путь преображения, обретая силу поэтапно. Ступень Пайне была одной из таких промежуточных граней. Именно на этом этапе волосы девушек белели, а кожа приобретала оттенок чистого снега, становясь светлее человеческой.

Каждый пройденный промежуток даровал жрице новое качество, особый, уникальный дар.

Однако следующий шаг, если ученица осмеливалась его сделать, всегда требовал платы. Он мог безжалостно отнять то, что уже было обретено, заменив один дар на совершенно иной, неведомый.

Приобретя что-то действительно ценное, многие останавливались на своей ступени. Лишь единицы находили в себе волю, чтобы пройти весь изнурительный Путь. Путь до верховных Шиа-жриц.

Но даже те, кто останавливался в самом начале Пути, редко покидали стены Храма. А если и покидали, то, насколько я знала, возвращались в свои семьи. И вот тут возникал вопрос: что делала Пайне-жрица в Городе Воров? В Доме Терпимости?

— Киталиси! — нервно воскликнула Эльза, резко высвобождая свою руку и отшагивая в сторону. — Я ничего плохого не делала! Я лишь пришла поприветствовать нашего драгоценного Рэна, едва узнав, что он прибыл в наш Дом. Я так изнывала по нему! Ночами не спала, грезила лишь о нем. Тебе же известно, как я его…

— Довольно неуместных слов. — темные, как бездна, брови нахмурились. А алые губы сжались в тонкую линию, когда Киталиси перебила Эльзу. Власти в этом голосе было больше, чем во всех приказах городской стражи вместе взятых. — Выйди вон!

— Но… — пролепетала полуголая девица.

Пайне-жрица лишь одарила ее лунным, искрящимся взглядом, полным скрытой силы. В этом свете читалось явное и испепеляюще-холодное раздражение.

Эльза нервно вскрикнула и метнулась из комнаты, словно испуганный мотылек, уносимый ветром. В воздухе замелькали лишь редкие перышки. Прощальный след ее суматохи.

Киталиси вмиг переменилась. Она плавно обернулась к Сиану. Волшебные глаза утратили свою грозную силу. На алых губах расцвела мягкая улыбка. Бесстрастное лицо дэра словно оттаяло под неведомым заклинанием.

Он склонил голову в знак почтения:

— Киталиси, приветствую.

— Ваше высочество. — она ответила изящным поклоном. — Долгих вам лет.

Затем девушка медленно перевела свой взгляд на меня.

Мне почудилось, что, в отличие от Эльзы, Киталиси видит меня насквозь, до самого последнего волокна. Ни плащ, ни плотный капюшон не могли скрыть меня от ее пронзительных глаз. Они не просто смотрели. Они сканировали, будто распутывая нити моей души, легко перебирая светлые и темные стороны.

— Не представишь мне свою спутницу?

— Это обязательно? — улыбка Сиана говорила о том, что слова жрицы его позабавили. Но я не могла уловить причину.

Пайне-жрица лукаво усмехнулась дэру. Очевидно, их связь уходила корнями в прошлое. И у этих двоих было немало общих тайн.

Неведомый зуд вновь кольнул меня по спине, словно кто-то невидимый потянул за ниточку. Мне пришлось приложить всю свою волю, чтобы подавить это чуждое вторжение.

— Хочу услышать это от тебя. — Киталиси сложила руки на груди.

Сиан перевел на меня взгляд своих темных глаз. Тьма в них вспыхнула и сгустилась на мгновение, словно чернила, когда он с бесстрастной ленцой представил:

— Киталиси, позволь представить мою невесту, Аннабель эри Эттнель. Этт, это моя давняя подруга, Киталиси, — он сделал паузу, — Она одна из лучших артефакторов. Ей дано видеть сами магические нити.

— Рада знакомству, ваше высочество эри Эттнель, — в ее голосе не было ни притворства, ни той искусственной сладости, в которую придворные дамы прячут ядовитые шипы. Взгляд ее был таким же ровным и прямым, как и ее слова.

Сбросив капюшон, я открыла лицо. Какой смысл в маскировке, если эта девушка прекрасно знает, кто стоит перед ней.

— Рада знакомству, Киталиси. — ответила я.

— Вживую вы куда прекраснее, чем шепчет молва, — она вдруг издала резкий цокающий звук, оценивающе скользя по мне взглядом. — Залишуе отдала бы руку на отсечение, чтобы заполучить такую пташку.

Сиан издал раздраженный, сдавленный звук, но пайне-жрица даже бровью не повела. Она мягко и грациозно, словно ленивая кошечка, двинулась ко мне. А я оцепенела, не в силах пошевелиться.

Полумесяцы ее глаз светились, и я не могла отвести взгляда, парализованная их притяжением.

— Не зря один прятал вас во дворце, а другой пытается скрыть под черным балахоном. Мужчины так предсказуемы, когда влюблены.

*примерный образ Киталиси

Ее слова заставили меня вспыхнуть.

Взгляд сам метнулся к Сиану. Дэр Гораэль смотрел на меня. Но в его глазах нельзя было ничего прочесть. Очевидно же, что слова Киталиси были не о нем. Неужели она имела в виду Ри…?

Жрица тем временем остановилась прямо напротив. Она наклонилась, и ее дыхание, пахнущее яблоками и лунным льдом, стало едва слышным шепотом у моего уха:

— Пылинки с вас он уже сдувает, ваше высочество? Будьте умнее и мягче, и это каменное сердце быстро превратится в теплый песок и окажется в вашей власти. Получите щенка-лабрадора. Ну, что с того, что он темненький, а не светленький. Бедняга, он износил камень своего терпения до самого основания за эти годы.

— Калисити! — раздался резкий голос дэра Гораэля. — Мы прибыли с эри Эттнель по важному делу.

— По делу? — Она отодвинулась, театрально захлопав глазами. — Да еще и по важному? А я-то наивно полагала, что вы пришли, чтобы мы с твоей невестой немного посекретничали и стали лучшими подругами.

— Ей не стоит знать твои секреты, — отрезал Сиан.

— Грубиян. Разозлишь меня, и я возьму, да и выложу ей твои секреты. — она снова повернулась ко мне, и ее тон сменился на иронично-серьезный. — Вы когда-нибудь видели, как ваш будущий муж бледнеет прямо на глазах? Завораживающее зрелище, не правда ли? Словно лед проникает под кожу. Аж в душе холодеет.

Киталиси перевела насмешливый взгляд на хмурого дэра.

— Но оставим это на потом. Итак, мой милый друг, я тебя внимательно слушаю. Что же за столь важное дело привело вас ко мне?

Сиан кратко и без эмоций изложил ей произошедшее со мной и Гвен. Киталиси слушала внимательно. Затем она резко оборвала его и обратилась ко мне.

— Важно услышать это от вас, эри Эттнель. Перескажите мне всю историю заново. Важна каждая мелочь, — строго пояснила она. — Ваши эмоции, ощущения, то, как дышало пространство. Странности, запахи, звуки. Мне нужна полная картина.

Кивнув, я пересказала всю историю, стараясь не упустить ни единой детали.

Она выслушала, снова цокнула языком и тут же углубилась в детали: цепочка с кулоном и браслет. Когда они появились? Как давно они у меня? Чувствовала ли я их до инцидента? Любое покалывание, щекотка, даже фантомная боль?

— Ты хочешь, чтобы я проверила ее и артефакты, чтобы убедиться, что они не несут ей вреда? — обратилась она к Сиану.

Темный рыцарь кивнул и его лицо вновь стало непроницаемым.

— Ты их не трогал?

— Нет.

— Вот и славно. Можем приступать. Ваше высочество, подтвердите: сейчас на вас только два артефакта? Или это лишь ваше предположение?

— Подтверждаю, только два. О других я не знаю.

— Превосходно. Встаньте, пожалуйста, напротив ложа. Да, здесь. А ты, Рэн, помоги мне сдвинуть сюда два стула.

Стулья встали в паре шагов от меня. Я же стояла, словно изваяние, ожидая, когда Калисити начнет свой осмотр.

Жрица подошла к столику, заставленному тончайшим фарфором с изысканными угощениями.

— Рэн, хочешь орешков?

— Нет.

— Ну, как знаешь.

Она взяла несколько сухих, тонких палочек моркови и несколько долек сушенных яблок, что показалось мне крайне странным выбором. Усмехнувшись, будто прочла мои мысли, она пояснила:

— Морковь и сушеные дольки яблок здесь исключительно для меня. Клиентам этого заведения подавай сладости иного рода.

Киталиси вернулась к стулу. Села, а после кивнула Сиану на соседний.

— Присаживайся, Рэн. В ногах правды нет.

После того, как он выполнил ее требование, она положила руку ему на плечо и серьезно произнесла:

— Наступающие минуты будут тяжелыми, Рэн. Но ты рыцарь, отточивший терпение в горниле множества битв, и я верю, ты справишься с тем, что тебе предстоит.

— Что именно требуется от меня? — хмуро спросил он.

— Сидеть и смотреть вместе со мной. Нам нельзя упустить ни единой аномалии. Искры могут проявиться где угодно. — она повернулась ко мне. Взгляд стал мягким, но все же оставался властным. — Ваше высочество, я окажу вам всю возможную помощь. Но мне нужно ваше полное и безоговорочное послушание. Вы согласны с моими условиями?

— Да, — ответила я, чувствуя, как нерешительность выдает мой голос. — Вы желаете осмотреть артефакты? Мне их снять? Передать вам?

— Совершенно верно. Я должна их исследовать. Но мы не знаем их точного числа. Есть предметы, которые исчезают, едва их коснется чужая рука. А есть те, что проявляются только на открытой, голой коже. — она сделала паузу, оглядывая меня с головы до ног. — Я полагаю, ваш кулон из второй категории. Поэтому, чтобы исключить любой риск… я прошу вас полностью освободиться от одежды.

— Простите? — произнесла я, чтобы убедиться, что не ослышалась. — Освободиться… То есть… Все… все снять?

— Верно. — со спокойной, почти материнской улыбкой произнесла Калисити. Ее полумесяцы-глаза мерцали. — Раздевайтесь, маленькая птичка. Вы не представляете, насколько важно, чтобы мы не упустили ни единого проявления искры.

— Это необходимо? — хмуро уточнил Сиан.

Киталиси одарила его взглядом, полным скучающего снисхождения.

Тогда он резко встал и, хмуро посмотрев на меня, произнес:

— Мне лучше подождать за дверью.

Жрица вновь не удостоила его ответом. Она лениво откусила палочку моркови, словно смакуя его раздражение, и с лучезарной улыбкой обратилась ко мне:

— Ваше высочество, мне необходима ваша помощь. Дэр Гораэль настолько рыцарственен, что не осмелится остаться, если вы не дадите своего благословения. Вы не попросите его поприсутствовать?

Я перевела неуверенный взгляд на Сиана. Его темные глаза сверлили в Киталиси дыри, диаметром не меньше метра на метр. Многие после такого взгляда не выжили бы. Но у девушки, очевидно, был сильнейший иммунитет к его ярости.

Признаться, я бы предпочла, чтобы дэр покинул комнату. Честно говоря, я умирала от стыда при одной мысли о том, чтобы обнажиться даже перед этой жрицей.

Драконицы, с их природной грацией, не грешили такой архаичностью, как я. Эстель бы давно сбросила платье, ничуть не сомневаясь, что все падут ниц от восхищения. И, возможно, была бы права. Но моя натура пришла бы в ужас от такого поступка…

Видимо, во мне было столько противоречий драконьему нраву, что эфемерный дракон просто изнывал от скуки, недоумевая, зачем ему являться в столь никудышной человечке.

Однако, если моя нагота поможет узнать правду о том, что произошло с Гвен, то это ничтожная цена. К тому же, если брак с Сианом состоится, он так или иначе однажды увидит меня обнаженной.

Эта мысль мгновенно всполошила внутри океан смущения, в котором все рыбы были исключительного пунцовыми и светились, словно работающие на максимум лампочки, готовые вот-вот перегореть.

Я прикусила губу, собирая остатки самообладания. И, игнорируя бешеное биение сердца, произнесла ровным, светским тоном, будто приглашала на обычное чаепитие:

— Дэр Гораэль, прошу вас, останьтесь.

— Этт… — Сиан перевел темный взгляд с Киталиси на меня. Его лицо мгновенно стало непроницаемым. А голос понизился на полтона.

У меня было чувство, будто мое тело раз за разом сгорает и возрождается из пепла.

— Видишь, твоя невеста не возражает, — снисходительно бросила ему Киталиси. — Так что садись обратно. Хватит стоять словно страж у Реки Времени. Ты нас всех задерживаешь. Неужели ни разу не видел голых девушек, что так всполошился? — в ее голосе сквозила откровенная насмешка.

Дэр Гораэль продолжал смотреть на меня. В его взгляде читалась смесь беспокойства и… не озвученного вопроса. Будто он ожидал от меня подсказки. Или того, что я рассыплюсь от стыда, потеряю сознание. Или, на худой конец, начну кричать, что на такие условия я точно не соглашалась.

Но я лишь глубоко вздохнула. И скинула с себя плащ, стараясь не выдать внутреннего тремора. Затем аккуратно сложила его на массивной кровати. Каждое движение давалось с трудом.

Рыцарь очень медленно и на удивление бесшумно сел обратно. Его спина сгорбилась, а челюсти сжались до боли Он сцепил руки так, что побелели костяшки, и мрачно уставился на меня.

Это было странное ощущение: раздеваться собиралась я, но почему-то беззащитным и крайне злым выглядел именно он.

— Вы сможете снять платье самостоятельно? — уточнила Киталиси. — Я могу помочь, но лучше бы мне держаться в стороне…

— Я справлюсь сама, благодарю. — мой голос прозвучал фальшиво-бодро.

Платье я выбрала элегантное, но простое. Идеальное для долгой дороги. Без корсета и сотни крючков — то, что можно легко снять при необходимости. Словно я предчувствовала этот момент.

Внутренняя истеричка нервно хохотала и хлопала в ладоши, хотя предпочла бы начать биться головой об стену.

Я аккуратно поправила кулон, который теперь висел на шее холодным камнем, чтобы он не зацепился за ткань. Убрала волосы за шею. Отвела руки назад, чтобы расстегнуть пару пуговиц, и почувствовала, как пальцы предательски дрожат. Кровь стучала в висках, а ладони покрылись испариной.

Внешне я, возможно, и старалась держаться, как невозмутимая гладь, но внутренне меня разрывало бурное течение стыда. Полностью обнаженной меня видела лишь Гвен, да еще пара служанок.

Платье с тяжелым, глухим шумом упало к моим ногам, оставив меня в тонкой, почти невесомой сорочке и панталонах. В тот же миг раздалось отчетливое звяканье.

Киталиси ободряюще улыбнулась, но в ее глазах мелькнул острый интерес:

— Что это был за звук?

*
Дорогие читатели,

Если вам нравятся книги, в которых есть сильный и властный герой, то приглашаю вас заглянуть в книгу Стеффи Ли "АЛЬФА"

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ

ссылка на книгу: https://litgorod.ru/books/view/51965

Аннотация:

— Кто ты? — требовательно спросил он.
Одурачить сильного альфу рассказами о добрых феях, почти тоже самое, что спеть себе милую адскую колыбельную.
— Произошла небольшая ошибка, — прошептала я с придыханием.
Не успела я и глазом моргнуть, как он навис надо мной, прижимая к стене и опаляя своим жаром. Моё тело пронзила дрожь, когда его язык скользнул от моей шеи к уху, оставляя влажный след.
— Неужели? — он ухмыльнулся той улыбкой, в которой я прочла свой приговор, — Тогда я выслушаю тебя с особым вниманием.

#очень эмоционально