Попаданка на королевской свадьбе

Итак, вот я – королева. Да-да, та самая Алиса, которая ещё пару месяцев назад в панике сбегала из-под венца в свадебном платье с криком «Я НЕ МОГУ!» и случайно угодила прямиком в другую свадьбу. Только вот жених здесь оказался покруче моего бывшего жениха-банкира. Во-первых, у этого есть корона. Во-вторых, он умеет колдовать. В-третьих, когда он злится, у него глаза светятся, как у кота в темноте, а это, знаете ли, чертовски сексуально.

Я сижу на троне (кстати, очень неудобная штука, кто вообще их проектировал?) и наблюдаю, как мой новоиспечённый муж, Его Величество Эдрик Вечнозлобный (ну ладно, Вечнозвёздный, но я точно слышала, как один из придворных пробормотал первое), разбирается с очередным заговором.

– Ваше Величество, – бормочет какой-то граф с усами, похожими на взъерошенных гусениц, – мы просто хотели уточнить… вы уверены, что она… то есть вы… настоящая королева?

Эдрик медленно поворачивается к нему, и его глаза начинают светиться. Ох, я обожаю этот момент.

– Граф Вильгельм, – говорит он ледяным тоном, – если следующий вопрос будет о моей жене, я превращу твои усы в настоящих гусениц. И они съедят твою шляпу.

Граф бледнеет и замолкает. Я с трудом сдерживаю смех.

Позже, когда все расходятся, Эдрик подходит ко мне, берёт за руку и спрашивает:

– Ну что, королева, не жалеешь, что сбежала на ту свадьбу?

– Лучшее решение в моей жизни, – отвечаю я. – Хотя если честно, я до сих пор не понимаю, как так вышло.

– Магия, – пожимает он плечами.

– Или очень удачное стечение обстоятельств.

– Или судьба.

– Или ты просто вовремя подсуетился, – хихикаю я.

Кажется, я могла бы привыкнуть к этой королевской жизни.

Особенно к части, где мне больше не нужно готовить ужин. Потому что, чёрт возьми, у нас есть дворцовые повара.

Вот скажите мне, как так вышло, что я, обычная девушка с нормальными запросами (кофе по утрам, стабильный вай-фай и чтобы никто не трогал мои книги), стою сейчас в пышном белом платье, похожем на свадебный торт, и слушаю, как какой-то дядька в рясе вещает о «нерушимых узах»?

Нерушимых. Узах.

Ага, конечно. Особенно если жених – это человек, который вчера за ужином сказал: «Алиса, дорогая, после свадьбы тебе, наверное, стоит бросить эту глупую работу в библиотеке. Жена банкира должна выглядеть… презентабельно».

Презентабельно.

Я посмотрела на свою кружку с кофе (на которой было написано «Не буди зверя»), потом на него, потом снова на кружку… и поняла, что совершила ужасную ошибку.

Но было уже поздно.

– Объявляю вас мужем и женой! – радостно провозгласил священник.

В зале раздались аплодисменты. Мама плакала. Тётя Люда что-то говорила про «наконец-то пристроилась». А я стояла и думала: «Господи, мне нужно отсюда бежать. Сейчас же».

И знаете что? Я так и сделала.

Не знаю, что на меня нашло – может, паническая атака, может, инстинкт самосохранения, – но в тот момент, когда все двинулись к фуршету, я подхватила подол платья (чёрт, оно весило как три слона) и рванула к выходу. Я. представляла себя героиней Джулии Робертс из фильма «Сбежавшая невеста», к слову, моя мама находила его «неверятно романтичным», но не думаю, что она так будет думать о моей ситуации.

– Алиса?! – орал за спиной мой теперь уже официальный муж.

– Я НЕ МОГУ! – крикнула я в ответ и выбежала на улицу.

Дождь. Конечно же, дождь (в нем можно спрятать слезы). Потому что иначе это был бы не идеальный момент для полного жизненного краха. Я побежала по мокрому тротуару, туфли на каблуках предательски скользили, а фата цеплялась за все кусты в радиусе километра.

И тут я увидела его.

Старый особняк на окраине города, который все обходили стороной. Говорили, там раньше жил какой-то сумасшедший алхимик.

Ну и отлично. Сумасшедший алхимик – как раз то, что мне сейчас нужно.

Я влетела внутрь, хлопнула дверью, вокруг было максимально темно, сыро, убито, мрачно, максимально по-кинговски.

Намотав грязно-белый кусок ткани, некогда бывший фатой, я прошла через огромный зал, не знаю, кого я рассчитывала там встретить, но дружелюбные невидимые духи (или кто там водится в мрачных старых особняках) хлопнули дверью на втором этаже.

Согласно законам страшного кино, конечно же я пошла наверх.

Скрипучие ступени старого особняка прогибались под ногами, будто стонали под моим весом. Я поднималась на второй этаж, где воздух был густым от пыли и запаха воска.

Тьма здесь была живой.

Она цеплялась за подол моего платья, шепталась в щелях между панелями, дышала мне в спину.

"Почему я снова лезу туда, где явно не ждут?" — пронеслось в голове.

Но ответ был прост:

Зеркало.

Последняя дверь в конце коридора приоткрылась с протяжным скрипом, будто кто-то только что выпустил ручку.

Я вошла.

И замерла.

Комната была залита светом.

Сотни — нет, тысячи — свечей стояли повсюду: на полу, на подоконниках, даже на ветхой кровати в углу. Их пламя колыхалось в такт моему дыханию, отбрасывая танцующие тени на стены.

А в центре...

Старое зеркало в раме из черного дерева, его поверхность была покрыта слоем пыли, но я чувствовала — оно смотрит.

Я сделала шаг.

Ещё один.

Пальцы дрожали, когда я протянула руку, чтобы стереть пыль...

И тут свечи вздрогнули.

Все сразу

Я резко обернулась —

Дверь захлопнулась.

— Наконец-то, — прошептал кто-то за моей спиной.

Но в зеркале... В зеркале я была одна. И всё же, я чувствовала чьё-то дыхание на своей шее.

"Беги", — застучало сердце.

Но было уже поздно.

И сотни свечей разом погасли.

БА-БАХ!

Что-то сверкнуло. Что-то упало. Что-то зашипело.

А потом я провалилась в сон? Забытие? Последнее, что я успела подумать, прежде чем мир перевернулся: «Ну хоть торт попробовать успела…»

ЧЕРНЫЙ ЭКРАН.

(Да, я знаю, что это клише. Но мне же можно – я только что сбежала со свадьбы!)

Меня разбудил вопль, от которого я свалилась с кровати.

— Святые макароны! Она выглядит как бродячая кошка после драки!

Я протерла глаза и увидела трёх женщин в чепцах, которые с ужасом разглядывали мои растрёпанные волосы. Четвёртая, похожая на боевого генерала в юбке, тыкала пальцем в мои грязные ногти.

— Ваше величество, это провал!

Я огляделась. Роскошная спальня. Шёлковые простыни. И...

— Почему я в кружевном ночном белье? — хрипло спросила я.

Генерал-женщина (видимо, главная фрейлина) схватила меня за подбородок:

— Потому что сегодня ваша свадьба, миледи. Если, конечно, мы успеем превратить вас в человека.

— В кого?!

Но меня уже потащили в ванную, где ждала бочка с пеной.

— Раздевать!

Десять рук одновременно рванули мою рубашку.

— Эй! Я сама— Бульк!

Тёплая вода обожгла кожу. Кто-то тут же принялся тереть мне спину щёткой, будто чистил старую сковородку.

— О боже, это татуировка или грязь?!

— Это дракон! — огрызнулась я. — Настоящий!

Над водой мелькнула бритва.

— Держите её!

Я вынырнула, плюнув пеной.

— Вы что, рехнулись?!

— Она разговаривает! — завопила одна из фрейлин.

— И использует бранные слова! — вторила другая.

Генерал схватила моё лицо в тиски.

— Слушайте сюда, дикарка. Через три часа вы выходите замуж за короля. Или вы будете выглядеть как принцесса, или мы все отправимся на плаху. Понятно?

Я хотела возразить, но в этот момент в дверь постучали.

— Платье принесли!

В комнату вкатили что-то огромное, белое и...

— Это чехол от рояля? — ахнула я.

— Ваше свадебное платье, миледи!

Фрейлины синхронно сняли покрывало.

Я увидела чудовище из кружева, жемчугов и кринолина.

— Оно... съест меня?

— Раздевайте и натягивайте!

Дальше был кошмар.

— Грудь выше! — кто-то дёргал шнуровку корсета.

— Не дышать! — другой завязывал бант.

— Не шевелиться! — третий впихивал мне в волосы что-то колючее.

Я стояла, как столб, пока вокруг суетились десятки рук.

— Может, мне просто сбежать? — робко предложила я.

Генерал-фрейлина сунула мне в руки веер.

— Попробуйте. Король приказал удвоить стражу. Говорят, вы... склонны к побегам.

Я вспомнила свою "свадьбу" с Марком и вздохнула.

— Дайте хоть вина.

— После церемонии!

— До смерти после!

В этот момент двери распахнулись.

— Готовы?

Я оглядела себя в зеркало.

Белое платье. Причёска с жемчугом. И лицо...

— Я похожа на торт, — констатировала я.

Генерал смахнула слезу.

— Прекрасный торт.

За окном заиграли трубы.

— Вперёд, миледи. Ваша судьба ждёт.

Я сделала шаг — и тут же споткнулась о шлейф.

— Боже, она убьёт себя до алтаря...

Но было уже поздно.

Двери закрылись за мной.

Ну что, король... готовься.

Ладно, похоже, объяснения ждать не стоит. Меня буквально выталкивают в коридор, где выстроилась целая процессия:

– Принцесса Алианна готова к церемонии!

– Я не... – начинаю я, но меня тут же перебивает фанфары.

Двери передо мной распахиваются, и я вижу ЗАЛ.

Нет, не зал.

ЭПИЧЕСКИЙ ТРОННЫЙ ЗАЛ.

Со сводами. Витражами. И примерно тремя сотнями людей, которые тут же встают при моем появлении.

А в конце аллеи, у алтаря, стоит ОН.

Высокий.

В черном мундире с золотом.

С взглядом, от которого у меня подкашиваются ноги.

– Ну что, – шепчу я себе под нос, – либо это самый странный сон в моей жизни... Либо я опять на свадьбе.

Торжественная музыка. Шаги. Десятки глаз, прилипших ко мне.

Я иду по ковровой дорожке (почему она такая длинная?!), и единственная мысль в голове:

«Если я сейчас оступлюсь, упаду и умру от удушья в этом дурацком корсете – будет хоть смешно».

Но нет. Мои ноги, предатели, несут меня вперед, будто сами знают, куда идти.

А впереди – Он.

Король.

Мой новый жених.

Чёрт, у него даже профиль какой-то неправильно-идеальный. Как будто выточен специально, чтобы бедные невесты теряли дар речи.

– Ваше Величество... – кто-то рядом начинает церемониальную речь, но я уже не слушаю.

Потому что Он поворачивается ко мне.

И...

Поднимает одну бровь.

Словно спрашивает: «Ты вообще кто?»

Я открываю рот, чтобы сказать что-то вроде «Я тоже в шоке», но в этот момент:

БА-БАХ!

Окна с витражами вдруг распахиваются, и в зал врывается ветер. Не просто ветер – а какой-то эпически-зловещий, с листьями, искрами и явно не с добрыми намерениями.

– Защитить короля! – орет кто-то.

Гости в панике. Кто-то падает. Кто-то прячется под столы.

А я стою, как идиотка, в своём пышном платье и думаю:

«Ну конечно. Магический мир. Магические проблемы. И я, видимо, теперь магическая невеста».

– Алианна! – вдруг раздаётся голос Короля.

Я моргаю:

– Вообще-то, Алиса...

Но он уже хватает меня за руку и тянет за собой.

– Что происходит?! – ору я, спотыкаясь о подол.

– Ты не Алианна, – бросает он через плечо.

– Ну наконец-то! А то я уже думала, ты слепой...

– Зато ты живая. А это сейчас важнее.

И мы несёмся по коридорам, пока за нами грохочет что-то очень большое и очень злое.

Мы неслись по дворцовым коридорам так, что ветер свистел у меня в ушах. Ну, в одном ухе – потому что второе было прижато к плечу короля, который тащил меня, как мешок с картошкой.

– Эй! – попыталась я вырваться. – Может, объяснишь, что происходит?!

– Позже!

– Нет, сейчас! Потому что я не собираюсь...

БАМ!

Из стены прямо перед нами вырвался клубок черного дыма – и принял форму огромного волка с глазами, как раскаленные угли.

– Охренеть, – выдавила я.

Король резко развернулся, прижал меня к стене (спиной, конечно, рыцарские манеры никто не отменял) и выхватил меч.

– За мной не повторяй, – бросил он через плечо.

– Что?!

Но он уже взмахнул клинком – и лезвие вспыхнуло синим пламенем.

Волк зарычал.
Король улыбнулся.
А я поняла, что мой новый «жених» – полный псих.

Дальше все было как в тумане:

Величественный король, облаченный в доспехи, сверкающие, словно последний луч заката, скрещивает меч с безликой тьмой. Теневой монстр шипит, извивается, как дым, но клинок монарха рассекает его с королевским изяществом. Кажется, еще мгновение - и победа будет за ним... если бы не одно "но". А именно - я, застрявшая в этом чертовом платье, которое сжимает меня хуже, чем удав голодного питона.

Я прижимаюсь к стене, мечтая, чтобы платье наконец перестало душить меня.

Король героически машет мечом, а я тем временем тихо задыхаюсь в наряде, который, видимо, шили для какой-то куклы с талией в обхват наперстка. Кружева впиваются в рёбра, корсет скрипит угрожающе, и я уже представляю, как историки будущего найдут мой скелет и скажут: "Ага, погибла от моды. Классика".

Вдруг волк разворачивается ко мне…

Огромный, лохматый, с глазами, горящими, как два проклятых угля. Он медленно поворачивает морду в мою сторону, и я понимаю: "Вот оно. Сейчас меня либо съедят, либо спасут от этого душащего платья. В любом случае — победа".

Волк скалится. Я делаю шаг назад. Король орет что-то героическое. А платье по-прежнему не дышит.

Итог:

— Король? Сражается.

— Теневой монстр? Почти повержен.

— Волк? Готовится к ужину.

— Я? Мечтаю о спортивных штанах.

И тут мои руки вспыхивают.

Не метафорически.

Буквально.

Я вскрикиваю – и из моих ладоней вырываются языки пламени, поджаривая волку хвост.

Тот взвывает и исчезает в клубах дыма.

Тишина.

Король медленно поворачивается ко мне.

– ...ты сказала, что тебя зовут Алиса?

– Да.

– Алиса... с горящими руками.

– Видимо, да.

Он задумался на секунду, потом резко схватил меня за запястье.

– Тогда пошли.

– Куда?!

– Учить тебя не спалить мой замок.

– Объясни. Сейчас же.

Я сидела в королевской библиотеке (которая, кстати, была чертовски крута – книги тут буквально парили в воздухе) и смотрела на короля Эдрика, скрестив руки на груди.

Он вздохнул и откинулся в кресле.

– Ты выглядишь точно, как принцесса Алианна.

– Ну да, конечно. Я так часто слышу: «О, вы вылитая пропавшая наследница магического королевства!»

– Ты даже язвишь как она, – пробормотал он, затем провел рукой по воздуху – и передо мной появилось полупрозрачное изображение.

Я замерла.

На меня смотрело моё лицо.

Ну, почти.

У этой девушки – Алианны – были такие же рыжие волосы, такой же острый подбородок и даже родинка над бровью. Но ее глаза сияли холодным серебром, а в уголках губ затаилась надменная усмешка.

– Окей, – сказала я. – У меня есть злая двойняшка. Это объясняет... ровно ничего.

– Алианна исчезла три дня назад. Как раз перед нашей свадьбой.

– Ага. То есть ты, выходит, вообще не горевал?

– Я был больше озадачен, – он хмыкнул. – Мы с ней... не особо ладили. Брак был политическим.

– А теперь вместо нее появилась я.

– Да.

– И у меня внезапно есть магия.

– Видимо, да.

– И за нами только что гнался теневой волк.

– Ммм... вероятно.

Я закрыла лицо руками.

– Блин. Я даже сбежать нормально не могу. В прошлый раз угодила на свадьбу, а в этот – меня, выходит, уже разыскивают какие-то мерзкие твари? – я скривилась, как барби, на лицо которой нажали маленьким пальцем.

– Со свадьбы? – Эдрик пропустил мой последний вопрос.

– Да это долгая история, – махнула я рукой и, раскачиваясь на стуле потянулась за книгой.

Пальцы почти коснулись светящегося фолианта, как вдруг он испарился, и я с грохотом рухнула в низ.

Эдрик вновь закатил глаза (видимо он считал, что это добавляет ему загадочности, но выглядело, словно у него нервный тик, или приступ).

– Я смотрю, в вашей библиотеке и брюзжащий библиотекарь не нужен, книги те еще, - я запнулась, потирая отбитую пятую точку.

Эдрик вдруг ухмыльнулся.

– Добро пожаловать в Лориэн, Алиса.

Я вскочила, едва не задев парящий фолиант с названием "Темные пророчества для начинающих".

– Погоди-ка. Ты хочешь сказать, что теперь я должна притворяться этой... этой надменной кисой? – я ткнула пальцем в исчезающий портрет Алианны.

Эдрик медленно поднял бровь.

– Во-первых, не тычь пальцем в воздушные проекции, они этого не любят. Во-вторых... да.

– Нет.

– Это не просьба, Алиса.

– О, теперь это приказ? – я скрестила руки. – Милый, я уже один раз сбежала со свадьбы. Поверь, мне не сложно повторить.

Его глаза вспыхнули опасным золотистым светом.

– Попробуй. Мои маги уже запечатали все порталы после твоего... неожиданного появления.

– Значит, я в ловушке?

– Значит, тебе выгодно сотрудничать.

Я фыркнула и начала метаться по библиотеке, сбивая с полок хрустальные шары (один жалобно запищал).

– Давай разберемся. Твоя невеста исчезла. Ты не особо расстроен. Теперь вместо нее появилась я – случайная девушка с похожей внешностью и внезапной магией. И вместо того, чтобы искать настоящую Алианну...

– Мы будем делать вид, что ты – она, – спокойно закончил он.

Я остановилась как вкопанная.

– У тебя совсем крыша поехала, да?

Он внезапно оказался в сантиметре от меня. Тепло, исходящее от него, обожгло сильнее, чем мои нечаянные вспышки пламени.

– Слушай внимательно, попаданка, – его голос стал низким и опасным. – В этом замке каждый второй мечтает либо свергнуть меня, либо жениться на Алианне ради ее титула. Если кто-то узнает, что настоящая наследница пропала...

– Начнется война, – до меня вдруг дошло.

– Умница.

Я закатила глаза.

– Боже, как же я ненавижу политику.

– Привыкай. Ты теперь часть этого.

– Нет! Я – часть ничего. Я случайно сюда попала!

– Но останешься, – он наклонился так близко, что я почувствовала его дыхание на своих губах. – Потому что если я не убью тебя за отказ, то это сделает кто-то другой.

Тишина.

Я резко отстранилась.

– Это угроза?

– Это реальность, – он развернулся к выходу. – Завтра начнем твое обучение. Притворяться принцессой. Управлять магией. И...

– И?

Он обернулся на пороге, и в его взгляде промелькнуло что-то... почти человеческое.

– И постарайся не спалить мой тронный зал. Пока.

Дверь захлопнулась.

Я швырнула в нее ближайшей книгой (она жалобно завизжала).

Черт.

Черт, черт, черт.

Я упала в кресло и закрыла лицо руками.

Где-то вдалеке завыл ветер.

Или, может, это был очередной волк...

Я проснулась от того, что мне в лицо бьёт золотой свет.

Не тот блёклый рассвет, что пробивался сквозь шторы моей старой квартиры. Нет. Это было похоже на то, как если бы само солнце решило лично позвать меня на завтрак.

Я приподнялась на локтях – и застыла.

Боги интерьера, я в раю.

Моя новая комната была размером с мой бывший район. Потолок – сводчатый, с резными узорами, которые переливались, как будто вплетённые в них драгоценные камни ловили свет. Стены – бледно-сиреневые, словно окрашенные самым первым светом утра. А кровать...

О, эта кровать.

Шёлковые простыни, пуховые подушки, балдахин из струящейся ткани, которая колыхалась от лёгкого бриза.

Бриза?

Я резко повернула голову – и увидела океан.

Широкие арочные двери были распахнуты, и за ними...

Бирюзовые волны, разбивающиеся о скалы далеко внизу. Солнце, поднимающееся над горизонтом и рассыпающее по воде миллионы бликов. Чайки, кричащие где-то в вышине.

Я вскочила с кровати (немедленно запутавшись в покрывале) и босиком подбежала к выходу.

Терраса.

Широкая, мраморная, с позолоченными перилами, увитыми живыми цветами. Воздух пах солью, жасмином и чем-то ещё – сладким, незнакомым.

Я прислонилась к колонне и закрыла глаза, вдыхая этот ветер.

"Где я..."

– Ваша Светлость!

Я взвизгнула и чуть не перевалилась через перила.

Передо мной стояла та самая девушка-горничная (Лира? Лора? Чёрт, надо было запомнить её имя) с широко раскрытыми глазами.

– Вы... вы не одеты!

Я посмотрела на себя. Ночная рубашка (шёлковая, конечно же) вполне прикрывала всё необходимое, для клуба «Розовый фламинго» вообще самое то!

– Вроде одета.

– Но... но без корсета! Без мантий! Без...

– Лира, – я перебила её.

– Лилиана.

– Лилиана, – вздохнула я. – Если в этом мире есть кто-то, кто сможет заставить меня надеть корсет до завтрака, пусть он явится сейчас и попробует.

Терраса вдруг стала темнее.

Я почувствовала его ещё до того, как услышала шаги.

– Это вызов, Алиса?

Я медленно обернулась.

Король Эдрик стоял в дверях моей спальни, одетый во всё чёрное (конечно же), с чашкой дымящегося кофе в руках (и как он узнал, что я без него не человек?).

Его губы дрогнули в намёке на улыбку.

– Я принёс подкрепление.

Я потянулась за чашкой.

– Кофе – это нечестно.

– Война без правил, – он сделал глоток, нарочито медленно. – Одевайся. Через час твой первый урок.

– Урок чего?

– Как не умереть к обеду.

Чёрт.

Лилиана (теперь я точно запомнила ее имя) привела меня обратно в спальню, где уже ждала целая процессия горничных с… смертоносным оружием.

– Это что? – я ткнула пальцем в металлический каркас, который две служанки держали, как снаряд.

– Корсет вашей светлости, – почтительно ответила Лилиана.

– Это не корсет. Это инструмент пытки.

– Он украшен лунными жемчугами и вышит серебряными нитями, – поправила она, как будто это что-то меняло.

Я скосила глаза на остальные «предметы гардероба», разложенные на кровати, и почувствовала, как мой внутренний минималист рыдает в углу.

Во-первых, четыре нижних юбки. Четыре. Зачем? Я не собираюсь играть в викторианскую барышню. Или, может, это намёк, что я такая нерешительная, что буду менять их по настроению: «О, сегодня я чувствую себя юбкой номер два!»

Во-вторых, платье, которое весит больше, чем я. Серьёзно? Я что, иду не на урок, а на силовые соревнования? «Кто дольше простоит в этом доспехе — тот и выиграл руку принца». Если я упаду, меня даже поднять не смогут — придётся выкатывать, как бочку.

Ну и наконец, ленты, заколки и… Боже, это что, корона?! Окей, видимо, кто-то решил, что если уж перегружать образ, то по полной. «А что, если мы добавим ещё немного блеска? Ну, чтобы слепить всех наповал — в прямом и переносном смысле».

И вот я стою, смотрю на эту роскошь и понимаю: либо я сейчас превращусь в «ту самую девушку с портрета 16 века», либо меня похоронят под этим великолепием. Главное – успеть сфоткаться для инсты до того, как я исчезну под слоями ткани и драгоценностей. #ЖертваМоды #ПомогитеМеняЗакапываютВРюшах.

– Я не могу в этом дышать, – заявила я.

– Принцесса Алианна всегда носила корсеты с…

– Я не Алианна!

Горничные замерли. Лилиана побледнела.

Тишина.

Черт.

Я вздохнула и подняла руки в знак капитуляции.

– Ладно. Но только если вы promise не затягивать его так, чтобы у меня вылезли глаза.

Процесс «облачения» оказался сложнее, чем квест в Dark Souls.

Я стояла, как манекен, пока меня обматывали слоями ткани.

«Это для объема, ваша светлость» (читай: чтобы я выглядела, как торт).

Лилиана потянула шнурки, и мир сузился до точки.

Фиолетовое платье, с серебряными узорами (да простят меня все фэшн-иконы), которые так лихо переливались при движении, что, казалось, вот-вот ослепят всех в радиусе пяти метров. Красиво? Безусловно. Я выглядела, как ожившая иллюстрация из сказки. Удобно? Абсолютно нет. Каждый шаг сопровождался шелестом, будто платье шептало: «Ты не дойдёшь… ты не дойдёшь…» А если я вдруг решу сбежать, меня сразу обнаружат по звуку – эта штука гремела, как мешок с монетами.

Меня усадили перед зеркалом, и какая-то женщина с десятью булавками во рту (настоящий профессионал – она могла бы фехтовать ими) начала заплетать мои рыжие кудри в нечто, напоминающее архитектурный проект. Жемчуг? Конечно, куда же без него! Видимо, главная цель – сделать так, чтобы моя голова весила столько же, сколько и платье. К концу процедуры я уже представляла, как киваю – и от тяжести украшений мой череп пробивает пол.

Я похожа на дорогую фарфоровую куклу, которую вот-вот поставят на полку с табличкой «Руками не трогать, может рассыпаться». Осталось только научиться двигаться, не ломая законы физики. И, возможно, нанять носильщика для этой причёски.

– Можно просто хвост? – попробовала я договориться.

В ответ мне всунули в руки зеркало.

Я взглянула.

…Кто эта девушка?

Высокая (спасибо каблукам), стройная (спасибо корсету, выжимающему из меня душу), с гордо поднятым подбородком и холодным взглядом.

– О нет, – прошептала я. – Я стала ей.

Лилиана улыбнулась:

– Теперь вы выглядите как настоящая принцесса.

Я повертела головой – украшения звякнули.

– Чувствую себя как рождественская ёлка.

Дверь распахнулась.

– Готовы? – в проеме стоял Эдрик, его взгляд скользнул по мне, и… что это было? На секунду его глаза вспыхнули – не гневом, а чем-то другим.

– Нет, – я топнула ногой. – Эти туфли убивают меня.

Он усмехнулся:

– Привыкай. Ты ведь не хочешь, чтобы кто-то заподозрил подмену?

– Сосредоточься.

Голос Эдрика звучал так, будто он уже пожалел обо всех своих жизненных выборах, которые привели его сюда. Ко мне. К этой «великой ученице», которая пятый раз подряд чуть не поджигает занавески.

Я скривила губы и снова подняла ладони.

– Я сосредоточена. Просто твои занавески, видимо, сделаны из какого-то «пожароопасного шёлка».

– Это обычный шёлк.

– Тогда, может, это ты какой-то поджигательный?

Он зажмурился, словно молился богам о терпении.

– Алиса. Огонь идёт от тебя.

– Ну, технически, он идёт от воздуха, который...

– Алиса.

– Что?!

Я резко развернулась к нему – и в этот момент из моих пальцев вырвался очередной огненный всполох. На этот раз он угодил прямо в вазу с цветами на столе.

Цветы весело заполыхали.

Эдрик вздохнул и щёлкнул пальцами – пламя тут же погасло, оставив после себя только лёгкий запах гари и обугленные лепестки.

– Поздравляю, – сказал он. – Теперь ты официально опаснее, чем теневое вторжение.

– О, спасибо! – я сделала реверанс (и чуть не зацепила корсетом горящий подсвечник). – Я всегда мечтала быть «угрозой национальной безопасности».

Его глаза сузились.

– Если бы я знал, что ты будешь такой невыносимой, я бы сам вызвал этих теневых волков.

– Ах, вот как? – я подбоченилась. – Ну тогда, может, ты и попробуешь научить меня магии? Без сарказма? Без угроз? Без...

– Без чего? – он резко шагнул ко мне.

Я отступила – и почувствовала, как спина упёрлась в стену.

Он наклонился, его дыхание обожгло мою кожу.

– Без этого?

Мои ладони снова вспыхнули.

Но на этот раз...

Огонь был голубым.

Мы оба замерли, уставившись на мои руки.

– Ого, – прошептала я. – Это новый рекорд.

Эдрик медленно поднял взгляд.

– Ты...

– Я?

– Ты украла магию Алианны.

Тишина.

Я моргнула.

– Что?

Голубые языки пламени танцевали у меня на ладонях, отражаясь в широких зрачках Эдрика. Он смотрел на них так, будто видел призрак.

– "Украла" – это сильно сказано, – фыркнула я. – Может, она сама сбежала вместе с твоей невестой?

– Магия не сбегает. Её забирают, – его голос стал опасным, низким.

Я сжала кулаки, и огонь погас.

– Ну и отлично! Значит, теперь я не только поддельная невеста, но ещё и воровка магии? Прекрасный сюжет для моей новой жизни!

Эдрик резко развернулся и прошёлся по комнате, сдвинув штору – за окном бушевало море, такое же неспокойное, как его мысли.

– Алианна была сильнейшей магом в королевстве. Её стихия – лёд.

– А у меня огонь, – я указала на обугленные шторы. – Видишь разницу?

Несчастный обугленный кусок, наверное, какой-то магической дизайнерской ткани, державшийся на золотой нити, в этот момент отвалился.

– Именно поэтому я и думал, что ты не связана с её исчезновением. Но голубой огонь... – он повернулся ко мне, и в его глазах читалось что-то близкое к... страху? – Это её оттенок.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

– То есть ты считаешь, что я... съела её магию?

– Нет. Но кто-то передал её тебе.

– А с ней случайно не идет полцарства в придачу?

Тишина.

Где-то заскрипела дверь.

– Ваше Величество! – в комнату ворвался придворный с лицом, похожим на сморщенный лимон. – Совет ждёт вас! Они настаивают...

– Знаю, – резко оборвал его Эдрик.

Придворный заметил меня, обгоревшую вазу и застыл.

– Ваша светлость... уже тренируется?

– Да, – я сладко улыбнулась. – Хочешь посмотреть? Ой, или лучше держи яблоко на голове, а я ловко смахну его своей магией?

Он побледнел и отступил.

Эдрик сжал переносицу.

– Иди. Отдохни. Не поджигай больше ничего.

– А если очень захочется?

– Алиса.

– А сердца считаются?

Эдрик закатил глаза и очень шумно выдохнул.

– Ладно, ладно! – я махнула рукой и направилась к двери, но на пороге обернулась. – Кстати...

– Что?

– Если моя магия и правда часть Алианны... значит, она жива, да?

Его взгляд стал непроницаемым.

– Надеюсь, что нет.

Я какое-то время бродила по коридорам пока не поняла, что я должна была это сделать.

Нет, серьёзно. Меня обвинили в краже магии, назвали подменой, и теперь король с каким-то «советом» решает мою судьбу? Как бы не так.

Я прижалась к резным дубовым дверям тронного зала, стараясь дышать как можно тише. (Корсет, конечно, был категорически против этой идеи, но с ним уже можно было договориться – после пятой попытки перерезать шнуровку ножом для масла.)

Из-за двери доносились голоса:

– "Ваше Величество, это опасно! Она – не Алианна!" – кто-то визгливо кричал. (Судя по тону – тот самый «сморщенный лимон».)

– "Я знаю." – голос Эдрика звучал холодно, как сталь.

– "Тогда почему вы продолжаете эту игру? Если магия Алианны в ней – значит, настоящая принцесса..."

– "Мёртва?" – Эдрик закончил за него. В зале повисла тяжёлая тишина.

Я замерла.

– "Нет. Хуже." – король произнёс это так тихо, что я едва расслышала. – "Она могла перейти на сторону Теней."

Что?

В зале поднялся гвалт.

– "Но тогда эта девушка – её орудие!"

– "Или случайная жертва."

– "Ваше Величество, её нужно изолировать! Исследовать! Если магия Алианны в ней – может, мы сможем..."

– "Довольно."

Тон Эдрика перерезал шум, как нож.

– "Она остаётся здесь. Под моим наблюдением. Если Алианна действительно связана с Тенями – они попытаются через неё выйти на Алису. И когда они это сделают..."

– "Вы используете её как приманку."

...

Ах вот как.

Я отшатнулась от двери, сердце бешено колотилось.

Значит, так.

Я – приманка.

Моя «магия» – украденная.

А король, который смотрел на меня с этим странным притяжением-отвращением, просто ждёт, когда через меня придут убийцы.

Я сжала кулаки, и в ладонях вспыхнул голубой огонь.

Отлично.

Я уже было развернулась, чтобы тихо сбежать (ну, как «тихо» – в этом платье и корсете это больше походило на побег раненого тюленя), когда…

СКРИП.

Проклятая половица под моей левой ногой взвыла, как душа грешника в аду.

За дверью мгновенно стихли голоса.

…Ой.

Я застыла, широко раскрыв глаза.

Дверь распахнулась так резко, что я едва успела отпрыгнуть – и оказалась нос к носу с Эдриком.

Его глаза горели холодным золотом, а в уголке рта дрожала опасная искорка.

– Ваша светлость, – произнёс он сладким, как яд, тоном. – Вы… заблудились?

Я сделала шаг назад, натянув самую невинную улыбку.

– А? О, нет! Я просто… искала туалет.

– Туалет.

– Да! Ваши коридоры такие запутанные…

– В противоположной стороне от тронного зала.

– …Я плохо ориентируюсь!

Он медленно шагнул вперёд, заставляя меня отступать, пока моя спина не упёрлась в стену (не понимаю этого фетиша вечно припирать меня к стене).

– И что же вы услышали, пока «искали туалет»?

Я нервно облизнула губы.

– Ну… что-то про «опасность», «магию»… и что я, кажется, приманка в вашей гениальной ловушке для Алианны?

В зале за его спиной кто-то ахнул.

Эдрик не моргнул.

– Всё верно.

Я задохнулась.

– То есть вы даже не отрицаете?!

– Зачем? – он наклонился так близко, что его губы почти коснулись моего уха. – Ты и так знаешь, что я использую тебя. Как и ты – меня.

Я сжала кулаки, чувствуя, как голубые искры лижут пальцы.

– Я не она.

– Но теперь ты в её игре, – он отстранился, и его лицо снова стало непроницаемой маской. – Лилиана проводит тебя в покои. Не вздумай сбегать.

– И что, вы приставите ко мне стражу? – я язвительно скосила глаза на двух доспешных громил у дверей.

Эдрик улыбнулся.

– Нет.

Он щёлкнул пальцами – и моё платье вспыхнуло синим светом по швам.

– Что ты наделал?!

– Магический маячок. Теперь я всегда буду знать, где ты.

Я посмотрела на него с немым возмущением.

– Ты… ты повесил на меня GPS?!

– Приятного отдыха, Алиса.

И он развернулся, оставив меня стоять с горящим платьем, тремя обалдевшими советниками и ядрёным планом мести.

План был гениален. Снять проклятое платье-маячок (спасибо Лилиане, которая «случайно» оставила дверь в гардеробную незапертой). Найти что-нибудь менее заметное (например, костюм пажа – спасибо королевской привычке держать слуг на все случаи жизни). Выскользнуть через потайной ход (который я, конечно же, нашла, потому что в каждом уважающем себя замке должен быть потайной ход). Насладиться пятью минутами свободы до того, как Эдрик поймёт, что я сбежала.

Что могло пойти не так?

– Ты вообще похожа на пажа? – прошептала я своему отражению в зеркале.

Рыжие кудри были туго стянуты под тёмным капюшоном, корсет заменён на простой дублет, а вместо юбок – узкие штаны и сапоги.

Идеально.

Если не считать того, что:

а) Я на полголовы выше всех пажей в этом замке.
б) Моя походка всё ещё выдаёт человека, который не привык ходить в мужских штанах.
в) Где-то в коридоре раздались шаги.

Я прижалась к стене, затаив дыхание.

– Где она?! – прорычал чей-то голос.

Ой.

Значит, Эдрик уже обнаружил пропажу.

Я рванула вперёд, к обещанному потайному ходу (спасибо, горничные, за сплетни), и –

БАХ!

– Ой, простите! – я врезалась в кого-то твёрдого, отскочила и…

Вот чёрт.

Передо мной стоял не кто-нибудь, а сам капитан королевской стражи – двухметровый исполин с лицом, как у бульдога, и бровями, которые явно не одобряли моё поведение.

– Ты… новый паж? – он прищурился.

Я быстро кивнула, стараясь говорить как можно ниже:

– Да! Я… э-э… только сегодня поступил на службу.

– Странно, – он склонил голову. – Обычно пажей предупреждают, что в восточном крыле сегодня запрещено ходить.

…Запрещено?

Мой внутренний детектив тут же насторожился.

– А… почему?

Капитан нахмурился.

– Ты задаёшь слишком много вопросов, паж.

– Просто любопытно! – я поспешно отступила.

– Тогда иди отсюда. Пока я не стал любопытным.

Я не стала спорить.

Через пять минут я уже пробиралась по узкому тёмному коридору (потайной ход! Я люблюпотайные ходы!), когда услышала…

Голоса.

Глухие, шёпотом.

– …должны сделать это до полуночи.

– А если король узнает?

– Он не узнает. Она уже в замке.

Я замерла.

Она?

Алианна?

Я прижалась к стене, стараясь расслышать больше, но…

СКРИП.

Проклятые половицы!

Голоса замолчали.

Беги.

Я развернулась – и тут же наткнулась на чью-то тень.

– Ну-ну, паж… куда так спешишь?

Я рванула во двор, даже не разбирая дороги.

Ноги сами понесли меня прочь от голосов, от стражи, от этого проклятого замка с его тайнами. Ветер свистел в ушах, а сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из грудной клетки.

И вот тогда я их увидела.

Розы.

Не просто розы. Целый лабиринт из них.

Высокие, густые кусты, переплетённые так плотно, что между ними едва можно было протиснуться. Лепестки – тёмно-бордовые, почти чёрные в лунном свете.

– О, великолепно, – прошипела я. – Кто-то решил добавить в мой побег эстетики.

Но назад дороги не было – за спиной уже раздавались крики и топот сапог.

– Вперёд!

Я нырнула в лабиринт.

Первые пять минут я ещё пыталась запоминать повороты.

Через десять – уже просто шла наугад, раздвигая колючие ветки.

Через пятнадцать – поняла, что заблудилась.

– Эй! – крикнула я в пустоту. – Если это магический лабиринт, то я не играю! Верните меня обратно!

В ответ только шелест листьев.

Я закатила глаза и полезла в карман – может, хоть нож для масла остался...

Но тут ветви впереди раздвинулись.

Я замерла.

Передо мной была поляна.

И он.

Эдрик.

Сидел на мраморной скамье, спокойный, как будто ждал меня здесь всю ночь. В одной руке – бокал вина, в другой – книга.

– Привет, беглянка, – сказал он, даже не поднимая глаз от страниц.

Я открыла рот, чтобы выдать что-то язвительное, но...

Сзади раздался треск веток.

Я обернулась – и увидела их.

Двое стражников.

И капитан, который теперь смотрел на меня с ещё большим подозрением.

– Ваше Величество, – он склонил голову. – Мы нашли нарушителя.

Эдрик наконец поднял взгляд.

– Нарушителя?

– Да. Этот паж...

– Это не паж, – перебил король.

Капитан замер.

– Это моя жена.

...

...Что?

Я покраснела. Побледнела. И снова покраснела.

– Я не...

– Ты сбежала, – Эдрик отложил книгу. – Но я тебя нашёл.

– Ты подстроил это?!

Он улыбнулся.

– Может быть.

Я стояла посреди розового лабиринта, чувствуя, как гнев пульсирует у меня в висках.

– Ты подстроил это? – мой голос дрожал. – Весь этот идиотский побег, погоню, лабиринт... Это была ловушка?

Эдрик медленно поднялся со скамьи. Его глаза в лунном свете казались почти ночными.

– Не ловушка. Тест.

– О, БОЖЕ! – я заломила руки. – Ты что, до сих пор не уверен, что я не Алианна?!

– Я уверен, – он сделал шаг ближе. – Но мне нужно было знать, что ты сделаешь, если окажешься одна.

– Я сделала бы то, что делаю сейчас! – я размахнулась и швырнула в него ближайшим предметом – оказалось, это был яблоко с королевского подноса.

Он поймал его одной рукой, даже не моргнув.

– Ты кидаешься фруктами.

– Ты заманил меня в лабиринт, как кролика!

– Ты сбежала в костюме пажа!

– Потому что ты назвал меня ПРИМАНКОЙ!

Вокруг воцарилась тишина. Даже розы, кажется, замерли.

Эдрик сжал яблоко так, что сок капнул ему на пальцы.

– Ты подслушала не всё.

– О, простите, что не дождалась финального акта вашего спектакля!

Он резко бросил яблоко в сторону.

– Я не хочу, чтобы тебя убили!

Это прозвучало так громко, что я отшатнулась.

– Что?

– Ты права, – он провел рукой по лицу. – Я использую тебя как приманку. Потому что если Алианна действительно с Тенями, то они придут за тобой – за своей украденной магией. И я должен быть готов.

Я сглотнула. Внезапно стало очень холодно.

– А если... они придут не одни?

Его взгляд стал тяжёлым.

– Вот почему я загнал тебя в лабиринт.

– ...Что?

– Здесь моя территория. Мои чары. Мои розы, которые помнят каждый шаг. Если бы с тобой кто-то был...

– Ты следил за мной.

– Защищал.

Я сжала кулаки. Голубые искры заплясали на моих пальцах.

– Ты должен был просто сказать.

– А ты бы поверила?

...

Чёрт.

Он был прав.

Тишина повисла между нами, густая, как дым после взрыва. Даже розы вокруг будто затаили дыхание.

Я разрядила кулаки, и голубые искры погасли.

– Значит, вот как. Ты не доверяешь мне. Я не доверяю тебе. Мы оба прекрасно играем в эту дурацкую игру. Поздравляю, король, мы идеально подходим друг другу.

Эдрик стиснул челюсть.

– Это не игра.

– О, да? – я закинула голову и рассмеялась. – Ты запираешь меня в замке, вешаешь на меня магические маячки, заманиваешь в лабиринт, как лисёнка в капкан, и теперь хочешь, чтобы я сказала "спасибо за заботу"?

– Я хочу, чтобы ты осталась в живых! – его голос сорвался на рычание.

– Ну конечно! Потому что мёртвая приманка никому не нужна, да?

Он резко шагнул вперёд, и я отпрянула – но спина упёрлась в колючие розовые ветви. Шипы впились в платье, но я даже не вздрогнула.

– Ты намеренно не понимаешь, – прошипел он.

– Нет, я всё прекрасно поняла! Ты не король – ты кукловод. А я всего лишь марионетка, у которой вдруг сломались нитки.

Его глаза вспыхнули золотым огнём – впервые за весь вечер он по-настоящему вышел из себя.

– Хорошо.

Один шаг.

– Ты хочешь правду?

Ещё шаг. Его пальцы впились мне в запястья.

– Алианна не просто сбежала.

Шипы рвут ткань.

– Она присягнула Теням.

Его дыхание обжигает губы.

– И если они поймут, что ты носишь её магию...

...они разорвут тебя на части.

Тишина.

Я выдернула руки и оттолкнула его.

– Значит, именно так.

Мой голос звучал слишком спокойно для дрожащих пальцев.

– Ты не спасаешь меня. Ты спасаешь своё королевство от той, в кого я могу превратиться.

Эдрик не отрицал.

Это и было ответом.

Я выпрямилась, смахнула с плеча оборванный шип и прошла мимо него – намеренно задев плечом.

– Алиса...

– Кончай спектакль, король. Ты получил, что хотел – теперь я знаю, что не имею права сбежать.

Я не обернулась.

Не увидела, как его пальцы сжались в кулаки.

Не услышала, как рвётся его последнее предупреждение:

– Они уже здесь.

Я снова стояла на той свадьбе.

Белые стулья. Натянутые улыбки гостей. И он – мой бывший жених-банкир, который сейчас произносит те самые роковые слова:

«Алиса, дорогая, после свадьба тебе стоит бросить эту глупую работу...»

Но в этот раз что-то пошло не так.

Его голос исказился, став чужим, металлическим.

«Ты должна остаться...»

Я попятилась – и вдруг пол провалился у меня под ногами.

Падение.

Темнота.

А потом – холод.

Я открыла глаза.

Я стояла в тронном зале Лориэна.

Но всё было не так.

Стены истекали чёрной смолой, витражи трескались, а на троне...

На троне сидела я.

Точнее, она.

Алианна.

Её серебряные глаза горели голубым огнём – моим огнём – а губы растянулись в улыбке, от которой застыла кровь в жилах.

«Ты думала, он тебя спасёт?»

Её голос звучал в моей голове, как скрежет ножей.

«Он использует тебя... как использовал меня.»

Я попыталась закричать – но горло сжалось.

Алианна подняла руку – и из стен поползли тени.

«Они уже здесь...»

Тени схватили меня.

Я задыхалась, билась, но они тянули вниз, в темноту, в...

– Алиса!

Я проснулась.

Надо мной склонился Эдрик – его лицо было ближе, чем должно быть, а пальцы впились мне в плечи.

– Ты кричала, – прошептал он.

Я задышала часто-часто, пытаясь понять:

Где я?

Кто я?

Почему его руки так горячи?

– Это был... не просто сон, правда? – мои губы дрожали.

Он не ответил.

Но его глаза уже сказали всё.

Тени пришли за мной.

И Алианна...

Она в моей голове.

Я отстранилась от его рук так резко, что ударилась головой о спинку кровати.

– Осторожнее! – прошипела я, потирая затылок. – Ты что, решил, что если я кричу во сне, то автоматически нуждаюсь в твоих спасительных объятиях?

Эдрик медленно выпрямился, и лунный свет, падающий из высокого окна, разлился по нему, как жидкое серебро.

Черт возьми, он был красив.

Не просто красив – неприлично совершенен для человека, который только что ворвался ко мне в спальню.

Его черные волосы, обычно собранные в строгий узел у затылка, теперь рассыпались по плечам мягкими волнами, будто специально для драматического эффекта. Широкие плечи, подчеркнутые тонкой льняной рубашкой (почему он всегда носит черное? Даже ночью?). А глаза...

Эти проклятые глаза.

Золотые, как расплавленное солнце, с густыми ресницами, которые отбрасывали длинные тенина его высокие скулы.

– Ты не просто кричала, – его голос звучал слишком спокойно для того, как сжимались его кулаки. – Ты горела.

Я посмотрела на свои руки.

И правда.

На ладонях остались слабые голубые отметины, будто я схватила раскаленный уголь.

– О.

– "О"? – он склонил голову, и тень скользнула по его резкому подбородку. – Это все, что ты можешь сказать?

– Ну, если тебе не нравится мой богатый словарный запас, могу добавить: "Ой", "Ай" и "Как мило, что ты заметил".

Его губы дрогнули.

Не улыбка. Ни в коем случае.

Просто непроизвольный спазм лицевых мышц.

– Ты видела ее, да? – он сделал шаг ближе, и тепло от его тела обожгло меня сильнее, чем тот кошмар.

– Кого? – я наигранно закатила глаза. – Тебя в короне? Да, постоянно. Это уже надоело.

– Алианну.

Тишина.

Я сжала простыни в кулаках.

– А что, если да? Ты наконец расскажешь мне, почему твоя бывшая невеста решила устроить свидание в моей голове?

Он замер.

Потом развернулся и пошел к двери.

– Эй! – я швырнула в него подушкой. Промахнулась. – Ты серьезно сейчас уйдешь?!

Он остановился в дверном проеме, его силуэт резко вырисовывался на фоне тусклого света коридора.

– Одевайся.

– ЧТО?

– Ты хотела правду? – он обернулся, и его глаза вспыхнули в темноте. – Тогда пойдем. Я покажу тебе, почему твои сны не просто сны.

Мы шли слишком долго.

По бесконечным лестницам, вниз, в самое сердце замка, где воздух становился густым, как старое вино, а стены шептали под руками.

Эдрик шел впереди, его силуэт тонул в полумраке, лишь изредка освещаемый голубоватымиогоньками в нишах.

– Ты намеренно ведешь меня самым жутким путем? – я споткнулась о выступ каменной кладки.

– Да.

– О, спасибо за честность.

Он не ответил.

Но вот она – дверь.

Не просто дверь – арка, покрытая потускневшей серебряной резьбой. На ней – знак: переплетенные розы и шипы.

– Здесь, – он остановился, и его голос потерял привычную твердость.

Я ждала, что он откроет ее магией, ключом, ударом...

Но он просто коснулся ладонью – и дверь вздохнула, отворяясь.

Комната.

Ее комната.

Пыль висела в воздухе, как застывшее время.

– Она жила здесь, – прошептал Эдрик.

Я вошла первая.

Кровать с балдахином, некогда белым, теперь серым от лет. Туалетный столик с разбитым зеркалом. Книги, аккуратно расставленные, будто хозяйка вот-вот вернется.

Но больше всего меня привлекло окно.

Огромное, с витражами, через которые лунный свет лился синими и фиолетовыми реками.

– Она любила смотреть на луну, – сказал он слишком тихо.

Я обернулась.

Эдрик стоял у камина, его пальцы сжимали маленький портрет в серебряной оправе.

– Кто она тебе была? – спросила я, хотя уже знала ответ.

Он поднял глаза.

В них горело что-то старое.

Больное.

– Первая любовь.

Тишина.

– И первое предательство.

Он бросил портрет в камин.

Огонь вспыхнул голубым.

Голубоватое пламя в камине дёрнулось, осветив резные тени на потолке – будто чьи-то пальцы тянулись к нам сверху. Я невольно отступила, задев столик с флаконами. Один из них – с треснувшим горлышком – покатился по мраморному полу, оставляя за собой сияющий следиспарившегося эликсира.

Запах ударил в нос – мёд, полынь и что-то горькое.

– Не трогай ничего, – резко сказал Эдрик, но было поздно.

Я уже подняла дневник с почерневшей кожаной обложкой.

– Её?

Он не ответил, лишь резко отвернулся к окну, где лунный свет выхватывал из темноты детали: Разбитое трюмо с застывшими в паутине серёжками. Портрет юной девушки с серебряными глазами (но это не Алианна – лицо мягче, улыбка теплее). Засохшие розы в хрустальной вазе – их лепестки почернели, будто сгорели изнутри.

– Кто это? – я ткнула пальцем в портрет.

Эдрик вздрогнул, словно я выстрелила.

– Лира.

– Не Алианна.

– Нет.

Он говорил сквозь зубы, будто каждое слово рвало ему горло.

– Она была... дочерью садовника.

Я замерла.

Дочь садовника.

Первая любовь короля.

– Что случилось?

Молчание.

Потом – резкий звук: Эдрик сжал раму портрета так, что стекло треснуло.

– Она умерла.

– Как?

– ДОСТАТОЧНО.

Его голос разорвал тишину, как коготь. Где-то упала книга, вспугнув стаю теней в углу.

Я не отступила.

– Нет, НЕ достаточно. Если её смерть связана с Алианной, если это поможет мне понять...

– Ты хочешь знать? – он развернулся, и в его глазах горело что-то дикое. – Лира утонула в этом самом саду. В пруду с лилиями. Говорят, поскользнулась.

– Но ты не веришь.

– В её волосах были льдинки, Алиса. – его голос сорвался. – Льдинки в разгар лета.

Тишина.

Лед.

Алианна.

– Она...

– Я сказал – хватит.

Он швырнул портрет в камин. Стекло лопнуло, огонь взметнулся вверх – и вдруг...

Все свечи в комнате погасли.